Владимир Васильев
Резонанс

– И чтобы через полчаса ноги твоей здесь не было! – суровым голосом приказала Елена Андреевна, но всё-таки не удержалась и улыбнулась краешками губ.

Я угрюмо кивнул и встал со стула. Вышел в просторный холл модульного здания и ворча принялся убирать рабочий халат в шкафчик.

– Что-то вы строго со студентом, – через неплотно прикрытую дверь в комнату отдыха, где после обеда постепенно собирались ученые, донеслась до меня насмешливая реплика Александра.

А ведь он всего-то лет на семь старше меня, но вот… Уже старший научный сотрудник. И выгнать его никто не может. Даже в голову никому не придет. Не то что меня… простого лаборанта.

– А как с ним еще можно? – я даже представил как развела руками моя руководительница. – Послал же бог практиканта! Ну вот ты мне скажи, Саша, должен же ученый какие-то ещё интересы в жизни иметь, кроме науки?

– Конечно! – охотно подтвердил тот. – И семья должна быть, и увлечения. А иначе получится какой-то гоблин от науки. У нас же в «Заслоне», специально для таких трудоголиков, прямо на территории и спортзалы есть, и… всё что надо для культуры и отдыха.

– А Дмитрий, – обличительно заявила Елена Андреевна, – кроме нашего проекта ничего вокруг видеть не хочет! Я тут табели посмотрела и ужаснулась. За два месяца практики он только на два дня отлучался с полигона.

– Ну если бы я, в бытность студентом, да в такую компанию попал… – не согласился Александр. – Может тоже сутками сидел бы, боялся эпохальные открытия пропустить. Тут же не только производство, но и наука, опережающая время. Фундаментальная!

– И ты туда же… Никуда от вас открытия не денутся… А кстати! Дмитрий же ещё и отличную идею подкинул, – резко сменила гнев на милость руководительница. – Покрывать образцы графеновой пылью. Из омега-графена. Того, который нашей разработки.

– Ну-ка, ну-ка, – заинтересовался Александр.

– А ты его самого спроси. Он ещё не ушел, думаю.

Через несколько секунд старший товарищ выглянул в дверь, улыбнулся, а вместо вопроса только приподнял бровь.

– У нас же основная проблема с тем, что разные вещества требуют разных частот резонанса, но чистое вещество совсем не обязательно, даже микроскопического содержания достаточно, чтобы активировать весь образец, – тут же сел на любимого конька я, возвращаясь в комнату отдыха и даже в тайне понадеявшись, что больше не выгонят. – Поэтому правильнее всего на углерод настраиваться. Он и в пластике есть, и во взрывчатке, даже в любой стали присутствует, пусть и в очень малом количестве. А нам же в первую очередь активная защита от снарядов и ракет требуется.

– Строго говоря, – возразил ученый. – Железо тоже хоть немного в любом снаряде есть. Хоть в электронике. Но твою мысль я понял. Хотя всё это уже обсуждалось. Да и сейчас мы как раз с углеродом и работаем.

– Ну наш студент на Нобелевку ещё не наизобретал, – улыбнулась Елена Андреевна. – Он пока предложил как нам упростить эксперименты. Покрывать образцы омега-графеном и именно на него настраиваться. Благодаря этому мы можем достигнуть двух целей. Резко увеличить массу образцов при той же мощности, потому что этот омега-графен очень хорошо резонирует с нашим полем. А еще это позволит нам не опасаться захватить окружающие объекты, что упрощает фокусировку.

– На этапе отработки технологии, а особенно для исследования нового пространства, это действительно может здорово помочь… – задумчиво протянул Николай.

– У нас есть немного этого чудо-порошка, так что оценочный эксперимент уже сегодня проведем, – поделилась планами моя руководительница. – А в понедельник начнем основную серию экспериментов. И Дмитрий, как автор идеи, назначен в рабочую группу.

Я радостно кивнул, а Елена Андреевна язвительно добавила:

– Но сегодня только пятница. И тебя, Дмитрий, никто за язык не тянул. Сам мне вчера рассказывал, что твои сокурсники на выходные в Карелию собрались. Вот и езжай с ними. Как раз успеешь на маршрутке до Питера, а там встретишь товарищей, и на поезд. Они тебя, наверное, и в лицо-то не узнают… Трудоголика.

– Потусишь! – рассмеялся Александр. – С ребятами, а особенно с девчонками. А то действительно, одичаешь тут с нами, стариками.

– Не со стариками, а со взрослыми людьми! – веско поправила его Елена Андреевна, пряча улыбку. – И да! Насчет девчонок. Чтобы с какой-нибудь познакомился! В понедельник отчитаешься. А лучше предъявишь.

– У нас секретный объект, – пробурчал я, разворачиваясь к двери. – У ворот, что ли оставлять?

– Фото и видеоотчет предоставишь! – уже откровенно расхохотался Александр.

Я как пробка вылетел за дверь, надеясь что не краснею от таких шуток, ведь взрослый уже, но… у нас народ еще тот! Любого засмущают. Затем кинулся к шкафчику за сумкой и замер, упершись взглядом в черный бумажный пакет на столике.

– Черт! – пробормотал я себе под нос. – Сам же предложил идею с графеном, а про поручение забыл. Вот же балда!

А поручение было не сказать, что особо важное, но не из тех, которые хочется откладывать. Отнести этот чудо порошок, который и разработали, и научились получать в нормальных количествах только в лабораториях «Заслона», техникам в ангар на том конце полигона. Можно, конечно, и в понедельник… Но… Тогда сейчас надо запирать в сейф, потому что если Елена Андреевна узнает, что я оставил этот пакетик, стоимостью как спортивный автомобиль, просто так на столике, то мало мне не покажется.

Я глянул на часы и прикинул, что до маршрутки еще двадцать две минуты. Отсюда до ворот и дальше до остановки семь минут. До дальнего ангара десять минут, обратно столько же. Но это если по дорожке вдоль внешней охраняемой ограды. А если срезать вдоль забора, ограничивающего рабочее поле, да бегом, то как раз успею.

Подхватил пакет, выскочил из домика и ринулся в кусты, быстро найдя еле заметную тропинку. Вообще-то здесь ходить во время экспериментов запрещено, но это так… Третья степень перестраховки. Тут птиц и мышей всяких уйма, и ни с кем ничего за всё лето не случилось.

На бегу я правда подумал, что может зря просто в сейф пакет не убрал, и что однокурсники, которые каждый раз приглашают на тусовки, но давно уже не видели меня вживую, и в этот раз даже не удивятся, если я опоздаю и в итоге никуда не поеду. Репутация, однако.

Но я успею! Только прибавил скорости и решил выгадать еще несколько секунд, срезав путь там, где тропа по широкой дуге огибала старый сарай для хранения сельхозинвентаря, сохранившийся еще со времен, когда здесь был военный полигон и солдаты косили траву по-старинке.

Неожиданно я почувствовал, что нога наступила на что-то твердое, и вроде как даже острое, а затем это «что-то» провернулось и из высокой травы резко поднялась темная от времени деревянная палка и залепила мне в лоб! Точнее залепила бы, но я не только успел подставить руки с зажатым в них пакетом, но и мысль уловить:

«Лаборанта на простые грабли не возьмешь!»

А в следующее мгновение прочная упаковочная бумага лопнула и я оказался в облаке мельчайшей черной пыли. Глаза закрыть успел, а вот вдох полностью не задержал, за что и поплатился.

Богатырский чих еще поднимался откуда-то изнутри, я сделал неосознанный шаг в сторону и на ощупь машинально ухватился за какое-то деревце, чтобы не упасть. Ещё услышал как загудели резонаторы установки, которая как раз готовилась произвести очередной, как мы его называли, «выстрел».

Все-таки не удержался и чихнул. Нет… не так… ЧИХНУЛ! Мне показалось, что с деревьев листву должно было сдуть от такой мощи… Это не говоря уже о том, что мне уши неплохо так заложило. А ещё я все-таки рухнул на траву, вырвав это несчастное деревце из земли.

Приоткрыл глаза и огляделся. Почему-то в первую секунду обратил внимание, что листва не облетела, а наоборот, ее стало даже больше. Но это с боков. Впереди же расстилался пологий спуск в овраг, в котором как раз очень энергично шевелились ветки кустов, буйно разросшихся на дне. Буквально ходуном ходили.

Я посмотрел на деревце в моих руках, оказавшееся вилами, которые кто-то очень давно воткнул в землю. Да уж… Грабли… Вилы… Сельхозприключение какое-то.

А тут и уши отпустило, и я расслышал тонкий визг, который как раз затихал, видимо из-за того, что визгун израсходовал воздух в легких.

Я быстро оглянулся и не заметил ни сарая, ни забора рабочей части полигона. Вдобавок и какие-то сумерки вокруг. И это не от облака графена. Просто последние лучи солнца уже скользили вдоль самой земли, красиво подсвечивая редкие облака.

– Чёрт! – потряс головой я. – Я что? От чиха сознание потеряли и до вечера провалялся? Но нет… Вон, бесценная пыль еще оседает. Да и сарай с забором я сдуть не мог. Тогда что? Что случилось?

Кусты ниже по склону опять зашевелились, и из них хищно пригнувшись к земле вышла девушка в брюках, длиннополой куртке и с беретом на голове. В одной руке она сжимала направленную на меня длинную палку, а в другой обыкновенный такой топор.

А она ещё и что-то говорила на незнакомом мне языке, попутно как-то очень натурально перехватывая свое орудие труда дровосека.

– Не понимаю! И опусти оружие! – первым делом крикнул я.

Наши дальнейшие возгласы слились в один:

– Ты кто? – выкрикнула незнакомка уже по-русски, замахиваясь топором.

– Чёрт! – в который раз выругался я, машинально приподнимаю руку с вилами.

Но похоже меня не так поняли, потому что девушка взвизгнула и спиной ринулась в кусты, запнулась и закончила отступление кувырком через спину. Только ноги в смешных ботинках мелькнули.

– Эй! Стой! – крикнул я, понимая, что надо исправлять ситуацию. – Я не чёрт!

– А кто? – опасливо спросили кусты.

– Дима, – не нашел ничего лучше как представиться я.

И опять меня правильно не поняли, а может шорох веток помешал слышимости.

– Демон! Чур меня! – закричала девушка, и зашуршала кустами, отступая, причем кажется, не только не встав на ноги, но даже не перевернувшись со спины на живот.

– Нет! Я человек! – поправился я. – Зовут меня Дмитрий.

– А почему ты весь чёрный? И с вилами. Точно не чёрт или не демон? – уже издалека донесся вопрос.

Я осмотрел себя и только тяжело вздохнул. Ну да… графен, будь он неладен.

– Просто грязный, – проворчал я, отбросил вилы и покаянно развел руками.

– А что так? Мыться не любишь? – спросили кусты уже немного поближе, а затем хихикнули.

– Графеном… Э-э-э… сажей меня обсыпало.

– Зачем?

– Случайно, – опять вздохнул я. – И это… Где я?

– Ты здесь.

– Хороший ответ, – усмехнулся я.

– Как и вопрос, – хмыкнула девушка, опасливо выглядывая из кустов. – Но ладно. Ты в трех милях от Ладоны.

– Чего?

– Город такой, Ладона. На берегу озера.

– А море где? – решил уж до конца сориентироваться я.

– Море? Миль тридцать на запад, – задумчиво протянула аборигенка, а затем язвительно добавила. – Это где солнце садится.

– Ну дела… – почесал я затылок, стряхнув облачко графена с волос.

– А ты где рассчитывал быть?

– Около Ладожского озера. Недалеко от Петербурга.

– О-о-о! – протянула девушка, полностью выбираясь из кустов. – Так ты из другого мира? Вот это фокус!

– Другого мира? – настороженно уточнил я, внимательно оглядывая окрестности.

Но ничего такого необычного, кроме отсутствия сарая и забора, не заметил. Да и кусты с деревьями росли совсем по другому. И овраг этот, которого я не помню… Я внимательно посмотрел на девушку и только сейчас вдруг осознал, что она говорит по-русски с хорошо заметным акцентом.

– А ты кто? – наконец вышел из раздумий я.

– Я? – встрепенулась собеседница, которая очень внимательно рассматривала меня, кажется под слоем графена пытаясь оценить мою внешность. – Я Бурезар. Студент.

– Студент? – я удивленно посмотрел на девушку… парня.

Нет, может это конечно и парень такой… Немного женственный, но мало ли какая у них тут мода. Голос тонковат, но может еще подросток. Но что-то куртка на груди как-то подозрительно топорщится. Да и вся фигура. А еще и движения… характерные такие.

Я потряс головой и всё-таки заявил:

– Ты девушка!

– Чёрт! – печально опустила плечи та. – Разглядел все-таки? Эх…

– А что такого? – не понял я.

– А то! – разозлилась девушка. – Я студент! В Университете только мужчины учиться могут. Вот я и учился… училась. Но похоже всё. Я подозревала, что как подросла, уже не замаскируюсь. Но обидно же.

Пока она говорила, я внимательно рассмотрел костюм студентки. Очень интересный и какой-то… старинный. Длиннополая тонкая куртка… Или приталенный кафтан, если я правильно запомнил название такой одежды по фильмам, из довольно простой синей ткани. Полы спереди что сверху, что снизу подогнуты в стороны и видно бордовую ткань подкладки. На рукавах также далеко подвернутые манжеты. На груди в глубоком вырезе видна белая рубашка с волнистой нашитой тканью. Кажется это называется жабо.

Брюки почти обычные, серые, в меру узкие. В вот ботинки какие-то совсем примитивные, хоть и кожаные. Все изрядно заношенное. На голове, из-под залихватски заломленного на затылок берета с пестрым пером, падают светлые волосы до плеч, сейчас изрядно спутанные и с застрявшими в них травинками и листиками.

– А как тебя всё-таки зовут, – прервал наступившую тишину я.

– Светозара, – вздохнула девушка, а затем твердо добавила. – Но называть меня надо строго Бурезаром! Потому что я не хочу на кухню. Женщинам у нас одна дорога, а я науку люблю. А сейчас уже и поздно признаваться… Если разоблачат, то всё.

– Совсем всё? – насторожился я.

– Ну как… Могут к позорному столбу поставить. Могут в тюрьму. Но уж как минимум в монастырь отправят. Как настроение у судьи будет.

– Я тебя точно не выдам! – твердо заявил я, поражённый богатством выбора.

– А что толку? – печально махнула рукой Светозара. – На меня и так уже косо посматривают, так что рано или поздно разоблачат. Спасибо, что хоть ты мне глаза раскрыл, в минуту разоблачив, а то я все очевидному верить не хотела.

– А почему ты уверена, что я из другого мира? – спросил о самом главном я. – Причём так спокойно это сказала.

– Потому что ты не один такой. Мой прапрапрадед сюда из-под Петербурга перенесся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.