Ника Лемад
Корейский демон Тан Тэмин

1

– Мира, шевели ногами! Поезд через пять минут отправляется, а ты еле плетешься. Еще немного, и нам придется ехать на такси до следующей станции, чтобы попасть в свой вагон! Ну же, давай быстрее!

Аня не замолкала ни на секунду, толкая Мирославу в спину одной рукой, второй волокла за собой сумку. Колеса на сумке прокручивались с противным скрипом, от чего у Миры начинали ныть зубы вдобавок к головной боли, которая мучила ее с самого утра и от которой не спасла ни одна из таблеток, которые она периодически глотала.

Директор компании, в которой она работала, неделю назад сообщил, что отправляет несколько сотрудников на курсы. Повышение квалификации. Неожиданная новость для самих сотрудников, и еще более неожиданно, что вместе с ними едет сам директор и его заместители. Алена сказала – для слежки, чтобы не пропускали занятия. Ольга Николаевна предположила, что у них дела в Санкт-Петербурге. Марина просто обрадовалась, потому что в двадцать два года путешествие с мужчинами представлялось ей увеселительной прогулкой. Мирослава вообще никуда не хотела ехать, потому что знала, что начальница заставит ее переделать работу на две недели вперед, чтобы самой ничего не делать. Как обычно. Так и вышло – сначала устроила Мире скандал в своем кабинете, а когда Мира посмела ей возразить, что тоже ничего об этом не знала, расписала ей все бумаги, которые смогла найти у себя на столе. Мира хотела напомнить, что в отделе есть еще люди, но Марина в это время принесла новую почту, и Мира прикусила язык, чтобы не получить дополнительных заданий.

И все, что хотелось сейчас – это просто выспаться. Диктор объявил отправление поезда, Аня еле слышно выругалась, ощутимее толкнув Миру вперед так, что та споткнулась.

– О Боже, – простонала Мира, вцепившись в лямки своего рюкзака. – Да я и не хотела никуда ехать, ты можешь просто оставить меня здесь и успеешь на поезд. Я вернусь домой и всю неделю буду спать.

– Да, размечталась, – процедила Аня и внезапно облегченно выдохнула, сдула с глаз прядь коротких русых волос, которые ветер трепал во все стороны, и отчаянно замахала рукой. – Руслан Сергеевич, мы здесь!

Заместитель директора по управлению персоналом выхватил взглядом из толпы пышную фигуру Ани, быстрым шагом направился в ее сторону. Расталкивая окружающих и совершенно не обращая внимания на гневные окрики в свой адрес, схватил сумку Ани, руку Миры и буквально через минуту втолкнул обеих в вагон. Запрыгнул следом и кивнул проводнику:

– Извините за опоздание.

Проводник молча поднял подножку и закрыл дверь. Руслан взъерошил свои короткие волосы и поспешил догнать Аню и Миру.

– Ань, вот твое купе, проходи, – и обернулся к Мире, – наше – соседнее. Будем рядом.

– Как соседнее? – растерянно переспросила Аня, ее голубые глаза округлились. – То есть, Мира будет отдельно?

– Нас восемь человек, по четыре в каждом купе. Ты же не думаешь, что можно пять человек уместить на четыре полки?

Аня заглянула в свое купе, оттуда ей помахали три коллеги, две из них свисали с верхних полок. Она обернулась к Руслану, переводя взгляд с него на Миру и обратно.

– Как же так? – растерянно проговорила. – Мира будет, что ли, с тремя мужчинами в одном купе ехать двое суток?

Руслан удивленно взглянул на Миру, которая делала вид, что ее этот разговор совсем не касается, будто ожидал каких-либо возражений от нее, но никак не от Ани. На его лбу появились морщины.

– Аня, ты сейчас на что намекаешь вообще? Мира – такой же сотрудник, как и все, кто здесь присутствует, мы в командировке. У тебя есть другие варианты размещения нас? Готов выслушать все предложения.

Аня посмотрела на Миру, с несчастным видом взирающую на закрытую дверь соседнего купе. Мимо них по узкому коридору пытались протиснуться пассажиры, каждый раз вдавливая Руслана в стену. Он начал злиться.

– Хватит уже, иди отдыхай. Мира, заходи. Устроили тут представление, весь вагон скоро соберется посмотреть, чем мы заняты.

Мира поморщилась, когда впечатляющий живот проходящего пассажира в очередной раз придавил ее, приоткрыла дверь и протиснулась внутрь. Директор и его заместитель подняли головы от своих телефонов.

– Мира, ты наверху, – сообщил Руслан, входя следом и закрывая дверь. – Давай рюкзак, закину к остальным вещам.

– Ээ…Я с собой его возьму, он небольшой, мне не будет мешать, – быстро ответила Мира, вцепившись в лестницу на верхнюю полку.

– Ну хорошо. Мы заказали еду, сейчас принесут. Положи вещи и спускайся, поужинаем.

Мира взлетела на свою полку и уже оттуда отозвалась:

– Руслан Сергеевич, спасибо, но я не хочу ужинать. У меня очень болит голова, так что я лучше лягу спать. Шум мне не мешает, так что не обращайте на меня внимания.

Директор хмыкнул и снова уставился в свой телефон. Мира завернулась с головой в одеяло, судорожно пытаясь придумать, как снять с себя хотя бы немного одежды в присутствии трех мужчин. Спускаться снова и идти в туалетную комнату, таща в руках одежду, совсем не хотелось. Попросить их выйти Мира не решилась. Еще больше разнервничавшись, решила спать в свитере и джинсах. Боль в висках мешала связанно думать, собранные на затылке волосы натягивали кожу, присутствие руководителей сбивало с толку и ужасно смущало.

«Лучше бы я опоздала на поезд», – устало подумала Мира, сняла резинку с волос, уткнулась лбом в подушку и закрыла глаза. – «Надеюсь, они не собираются после ужина устроить попойку и кричать на все купе. Иначе я просто скончаюсь тут».

* * *

– Уснула? – тихо спросил директор, указав глазами наверх.

– Вроде, – так же тихо ответил Руслан.

– Выйдем, – директор открыл дверь и поманил за собой Руслана. Покачал головой, когда его заместитель Артем приподнялся. – Останься и смотри, чтобы она продолжала спать. Уши нам не к чему.

Руслан вышел вслед за директором из купе и осторожно прикрыл дверь. Директор постоял минуту, глядя вдаль на пробегающий пейзаж за окном вагона, после спросил, не оборачиваясь:

– Руслан, мы с тобой давно знакомы, ты мне как брат и я многое готов сделать для тебя. Например, поехать на эту никому не нужную учебу и проторчать неделю в Питере. Зачем директору и его заместителям нужен этот чертов сертификат – не имею ни малейшего представления, для этого у нас есть специалисты. Ну ладно, мы едем, потому что тебе вкрай необходимо побыть с Мирой в неформальной обстановке. Я в какой-то мере понимаю тебя. – Директор оглянулся на Руслана и снова уставился в окно. – Но вот посмотрел я сегодня на все это, и начинаю понимать, что зря ты это затеял. Ты посмотри на нее – она же не знает, куда себя деть. Жутко смущается, даже одетая спать легла, потому что боялась лишний раз вниз спуститься. Думаешь, что-то измениться за неделю? Она будет просто тебя избегать всеми способами. Она не смотрит на тебя как на мужчину, я не заметил никакого интереса в твою сторону. Может, тебе Марина подойдет?

Руслан привалился спиной к стене, потер лоб и засунул руки в карманы спортивных брюк.

– Богдан, дай мне время. Уверен, что она не проявляет интереса, потому что думает, что я не замечаю ее. Как обычно происходит – мужчина начинает оказывать внимание, женщина начинает им интересоваться. Девушки – они любят, когда на них смотрят.

– У тебя жена дома. Сидит с твоими детьми. Тебя это не смущает вообще? – резко спросил Богдан. По лицу Руслана пробежала гримаса раздражения. – Мира – это очередная интрижка, я так понимаю? Сколько их у тебя уже было, таких Мир?

– Даже если и так, то что с того? – повысил голос Руслан и тут же получил тычок в плечо. – Ладно, понял, тише. Она мне нравится, очень сильно нравится. Эти глаза в пол-лица мне снятся каждую ночь. Они такие прозрачные, будто в небо смотришь. Ты замечал, какие длинные у нее ресницы? – Богдан поморщился и покрутил пальцем у виска, показывая, что он думает по поводу его слов. – Она такая маленькая, что я могу двумя руками полностью обхватить талию, иногда даже страшно, что могу сломать нечаянно. Я хочу эту женщину. Я работать не могу, все время выглядываю в коридор в надежде, что она пройдет мимо. Я уже кучу идиотских заданий ей дал, лишь бы просто поговорить хоть о чем-нибудь. Богдан, я просто надеюсь, что в командировке мы будем на равных, а не руководитель и подчиненный. Поэтому и устроил это обучение. Подыграй мне, очень прошу.

– Так с женой что? – повторил Богдан.

– Откуда я знаю? Я не уверен, вдруг это действительно просто кратковременное помутнение и все пройдет, стоит уложить ее в постель.

– А с ней что будет после этого? Просто скажешь – извини, я получил что хотел, больше ты мне не интересна?

– Ты сейчас на чьей стороне? – снова вспылил Руслан. – Ты мой друг или ее старший брат? Мне плохо, понимаешь? Ты обязан мне помочь, тем более это ничего тебе не будет стоить.

– Не уверен насчет стоимости, – пробормотал Богдан, отодвигая Руслана от двери и берясь за ручку. – Меня эта ситуация начинает немного напрягать. Идем спать, поздно.

Артем уже развалился на нижней полке, насмешливо разглядывая раздосадованного Руслана и хмурого Богдана. Одну руку он подложил под голову, второй писал сообщение в чат.

«Она не шевелилась. Вы слишком громкие. Я все слышал».

«Вот и хорошо, не придется тебе все пересказывать», – пришел ответ от Богдана.

Руслан забрался на верхнюю полку, стянул футболку и уставился в потолок. Потом покосился на Миру, но она как легла изначально, так и лежала сейчас, с головой накрывшись одеялом. В соседнем купе открылась дверь, и по коридору послышалось несколько осторожных шагов.

«Я слышу, как наша соседка дышит под дверью. Волнуется», – пришло сообщение в чат от Богдана. – «Проверяет, чем мы тут занимаемся?»

Руслан усмехнулся и закрыл глаза. Вспомнил жену. Привычная и удобная, как кресло, которое всегда стоит на своем месте, и в которое можно сесть с закрытыми глазами. Руслан не мог вспомнить, когда он в последний раз смотрел на свою супругу с интересом, когда он занимался с ней сексом не потому, что только она лежала под боком, а потому что он действительно этого хотел. Близость с ней он давно уже перестал отличать от мастурбации. Когда она перестала заставлять его сердце биться чаще? В момент, когда все свое внимание и время посвятила детям, забыв и про себя, и про нужды мужа? Когда отрастила живот и ляхи в два раза больше чем у него и прикрывала их застиранным халатом, потому что дети постоянно пачкали ее одежду? Руслан пытался поговорить, объяснить, что как бы ни любил человека, но держаться за складки жира и отвислый живот ему совсем не хочется. Напоминает холодец, который у него с детства вызывает отвращение. Жена, странное дело, начинала обижаться и уходила плакать на балкон. Руслан ей не мешал. Потом наготавливала горы еды, почти сама все съедала и толстела еще больше. Парадокс. Он начал заводить романы на стороне с женщинами модельной внешности. Жена устроила истерику, когда узнала о них. Руслан тогда оглядел ее с ног до головы и сказал, что начинает чувствовать себя импотентом, после чего она, наконец, села на диету. Но Руслан уже вошел во вкус, и даже похудевшая супруга не смогла отбить охоту до новых женщин. Она готовила, смотрела за домом, воспитывала детей, а Руслан зарабатывал деньги. И беззастенчиво гулял, за ним тянулся длинный шлейф измен, о которых не знал только слепой, глухой и тупой из его окружения.

Руслан мысленно представил жену и Миру рядом. Потом Миру вместо жены под собой и тихонько выдохнул, поняв, что уже какое-то время не дышит. Обычно женщины сопротивлялись его вниманию лишь для приличия и не особо долго, но эта девушка была поразительно упряма. Он не мог понять, набивает ли она себе цену или ей действительно нужен толчок с его стороны. За годы работы он ни разу не видел ее с мужчиной, что только подогревало его интерес к ее личной жизни.

Мира что-то пробормотала во сне и ногами стянула с себя одеяло. Руслан тут же открыл глаза и уставился на противоположную полку, освещаемую светом луны. Совсем крошечная, даже вытянувшись в полный рост, она была похожа на подростка. Руслан снова вздохнул.

– Ты же не играешь в кулачки сам с собой? – напряженный голос Артема, Руслан вздрогнул от неожиданности. – Даже не хочу представлять, чем ты там занимаешься надо мной.

– Не придумывай, просто уснуть не могу, – прошептал Руслан и снова закрыл глаза.

Когда он их открыл в следующий раз, за окном было уже светло. Руслан стянул ногами с себя одеяло, и повернул голову. Мира еще спала, длинные пряди облепили ее лицо и шею, свитер задрался, обнажая часть спины. Одеяла не было видно, видимо, она его скинула во сне.

«У нее такая узкая спина», – подумал Руслан и примерился в воздухе пальцами.

– Колдуешь? – раздался голос Богдана, наблюдавшего за ним снизу, Руслан от неожиданности дернулся, зацепив барьер. Мира зашевелилась, вытянув руки и, окончательно запутавшись в волосах, открыла глаза. Несколько мгновений пялилась на обнаженного по пояс Руслана, затем, осознав, куда смотрит, прыжком отвернулась к стене, закрыв глаза.

– Прошу прощения, – пробормотала она в подушку. Руслан мог поклясться, что даже ее пальцы на ногах приобрели пунцовый цвет. Улыбка не сходила с его губ, пока он искал футболку и натягивал ее на себя. «Впечатлил?»

– Я оделся, можешь оставить подушку в покое. И где твое одеяло?

– На полу, – ответил Артем, вставая и протягивая Мире одеяло.– Жарко до безумия в купе, я хотел окно открыть ночью. Как ты могла спать в такой духоте, еще и одетая как при минусовой температуре – я не понимаю.

Мира забрала одеяло, руками пригладила волосы, поморщившись от того, как противно они липли к потным ладоням. «Мне срочно нужно переодеться и хотя бы обтереться водой. Отвратительные ощущения после сна в одежде». Достала из рюкзака сменную одежду, зубную пасту со щеткой, завернула все в полотенце и, стараясь не смотреть на руководителей, вышла из купе. Около уборной столкнулась с Аней.

– Ты как? – сразу спросила Аня. – Слушай, я понятия не имела, что эти (кивок в коридор) так нас расселят. Почему они Ольгу с собой не поселили? Ей вообще все равно, где и с кем ехать. Да и возраст у нее такой, что вопросов уже и не возникнет.

– Ань, да все в порядке, я сразу легла спать. Они, наверное, тоже, потому что шум я не слышала, – Мира протиснулась мимо Ани. – Ты уже закончила же? Мне срочно нужно переодеться, чувствую себя словно из помойки вылезла. Я потом приду к вам, хорошо?

Закрыв щеколду, Мира быстро стянула с себя одежду, обтерлась теплой водой и надела спортивные штаны и футболку. «Ужас, конечно. Куда теперь эти вещи складывать? Без стирки я их больше не надену».

Немного приведя себя в порядок, Мира направилась в купе, где ее ждали подруги.

– Давай быстрее, – Аня впустила Миру и закрыла дверь на щеколду. – Приходили уже, искали тебя. Руслан Сергеевич завтрак заказал, сказал, чтобы ты шла есть.

– О Боже, – простонала Мира и села рядом с Ольгой. – Я точно не собираюсь есть с ними за одним столом.

– Они, наверное, с ресторана заказали всяких вкусняшек, – с завистью протянула Марина, откинув за спину свои длинные обесцвеченные волосы. – А мы сухими бутербродами давиться будем.

– Так сходи и принеси кипятка, – отозвалась Аня. – Тогда не будем давиться. Бери термос и иди, в коридоре стоит титан с кипятком. Быстрее только, пошевелись.

Марина схватила термос и с грохотом закрыла за собой дверь.

– Блин, теперь наши соседи точно выйдут посмотреть, что за шум. Вот мелкая зараза, вкусняшек ей захотелось, – Аня поджала губы, погрозив кулаком закрывшейся двери. Алена свесила ноги с верхней полки, заправила выбившиеся из косы рыжие пряди за ухо, переглянулась с Мирой и рассмеялась, придерживая на носу очки, скрывающие дымчато-серые глаза.

– Ань, молодая она еще, только после университета пришла. Конечно, хочет красиво есть, спать и гулять. Тем более, начальники довольно молодые и симпатичные. Артем Юрьевич к тому же не женат.

– И что? Тебе двадцать пять, но ты же себя так не ведешь, – недовольно возразила Аня. – Алена, ей нужно меньше на мужиков смотреть, и больше работать. В кабинете только успевает рассказывать, кто ей нравится, кто женат, у кого проблемы в семье и подобную чушь. Благодаря ей мы в курсе всего. Зато бумаги мы сами разносим, потому что Марине некогда, она в чатах сидит.

– Девочки, ну хватит вам, – мягко перебила Аню Ольга Николаевна. – Можно подумать, вам не было никогда по двадцать два года. Вы уже забыли, как сами парней обсуждали, и глазки им строили? Повзрослеет она, дайте ей время.

– Ольга Николаевна, вы подрабатываете миротворцем? – прошептала ей на ухо Мира, пытаясь не рассмеяться при виде обиженного лица Ани.

В дверях показалась Марина с термосом, следом за ней в купе прошел Руслан. Стало до невозможности тесно, Мира пробралась за спиной Ольги Николаевны к изголовью полки, освободив место Марине.

– Мира, – взгляд Руслана остановился на девушке. – Тебе разве не передали, что завтрак заказан?

– Я не хочу есть, спасибо, – Мира взглянула на переносицу Руслана и перевела взгляд на свои руки. Не потащит же он ее силой на глазах у людей.

Руслан чуть заметно сдвинул брови, но, заметив взгляды женщин, расслабился и кивнул:

– Как знаешь. Нормально все устроились? – вопрос был адресован ее коллегам. – Жалоб никаких нет?

– Все отлично, Руслан Сергеевич, – ответила Ольга Николаевна. – Долгая поездка в поезде – это просто замечательно, есть время и поспать, и почитать, и подумать.

Руслан натянул улыбку и закрыл за собой дверь. Мира облегченно вздохнула, выпустив из сжатых пальцев край одеяла.

– Не знаю, почему, но эти граждане, с которыми я в одном купе, меня жутко нервируют, – призналась она. – Если бы вчера не болела голова, я бы вряд ли уснула ночью.

– Малознакомые люди всегда вызывают неловкость, тем более, если в тесном пространстве с ними находишься, – согласилась Алена, свесившись со второй полки. – А тут еще и начальники, да не какие-нибудь, а сам директор со своими заместителями.

– Звучит так, словно в соседнем купе сам император едет, со всей своей свитой, – фыркнула Ольга Николаевна. – Никак не могу понять, зачем они с нами поехали вообще. Они же не работают в снабжении, и закупать им лично не придется. По-моему, обучить специалистов вполне достаточно, как думаете?

– Я думаю, что это очень здорово, что директор и его заместители будут жить неделю как обычные люди, ходить с нами на лекции, может, даже в столовой обедать будут. Круто, правда? – Марину не смущало ничего, она была в восторге от возможности ближе пообщаться с начальниками.

Мира взяла со стола бутерброд и засунула его в рот.

* * *

– Она в соседнем купе, я прав? – насмешливо поднял бровь Богдан.

– Да, ты прав, – огрызнулся Руслан. – Как всегда, прав, дальше можешь не продолжать, не интересно.

– Готов спорить на что угодно – там она и останется до самого Питера, – Артем постучал пальцами по телефону. – Оно и к лучшему, мне как-то не по себе в тесном помещении с молодой сотрудницей. Вдруг я храпеть начну или слюни пускать во сне?

2

– Спать вдвоем на одной полке – это, конечно, жестоко, – Аня потерла ноющие плечи. – Я за ночь просто вросла в стену, не пошевелилась, наверное, ни разу.

– Прости, – Мира виновато взглянула на подругу. – Я просто не могла идти к начальникам. А из вас тоже никто не горел желанием отправиться туда спать.

– Почему же, Марина очень хотела, – ухмыльнулась Алена, взглянув на Марину, печально сидевшую на лавочке в стороне. – Только ее выгнали оттуда.

– Не поняла?

– Что непонятного? Ты когда сказала, что останешься с нами, Мариночка решила, что там место свободно, захватила пижамку и направилась к соседям. Артем Юрьевич даже на порог ее не пустил, сказал возвращаться в свое купе и спать там.

– Блин, вот козел, – пробормотала Аня. – Какая ему разница – Мира или Марина? А нам было бы свободнее.

– Видимо, разница есть, – понизив голос почти до шепота, сказала Ольга Николаевна и выразительно посмотрела на начальников, стоявших поодаль. – Не зря мне казалось, что какой-то есть подвох во всем этом обучении. Мирослава, будь осторожнее с ними.

– Такси подъехало, – Алена кивнула на микроавтобус, в который начальники уже грузили сумки. – Давайте быстрее. Поговорим уже в отеле.

Всю дорогу до отеля Мира с Аней проспали, склонив головы друг к другу. Ольга Николаевна потрясла их, когда такси остановилось у входа в отель.

– Девочки, просыпайтесь, приехали. Доберемся до номеров, выспитесь там, все равно сегодня день свободный.

Мира протерла глаза и выглянула в окно, внутренне ахнув от переливающегося всеми цветами фасада. Выскочила из машины, повесила рюкзак на плечи, и, стараясь не показывать своего почти детского восторга, пошла к огромным вращающимся дверям вслед за подругами.

Здание отеля высотой в двадцать этажей представляло собой несколько связанных друг с другом прямоугольников, будто архитектор поиграл в тетрис и вдохновился на создание необычного чертежа, стеклянные стены верхних этажей переливались всеми оттенками красного, отражая лучи заходящего солнца. Никакой лепнины и излишеств, строгие резкие линии темно-серых металлических панелей и стекла.

– Представь, какой оттуда вид! – прошептала Марина на ухо Алене. – Интересно, на каком этаже нас поселят?

– Я бы предпочла первый этаж. Не люблю лифты и стеклянные стены. Будто в аквариуме, – ответила Алена. – Все-таки стена должна быть стеной и закрывать комнату от чужих глаз.

– Да кто на верхнем этаже будет в окно тебе заглядывать? – хихикнула Марина.

– Коллеги, наш этаж десятый, – повысил голос Богдан и помахал связкой магнитных карт. – Поднимаемся наверх, и я раздам всем ключи от номеров.

– Эх, не повезло, не пожить мне в номере из стекла, – вздохнула Марина и потопала к лифту.

Мира украдкой огладывала стены лифта, обшитые деревом, бежевый ковер на полу и думала о том, сколько раз в день уборщикам приходится его чистить после грязных отпечатков обуви.

– Почему бы не положить на пол темный ковер? – услышала она бормотание Ольги Николаевны. Руслан громко рассмеялся.

– Каждый раз задаю себе тот же вопрос, – заметил он. – Зачем изматывать бедных уборщиков, когда проще просто заменить ковер.

– Ничего ты не понимаешь, – возразил Артем. – Ковер здесь для вытирания ног, чтобы не разносить грязь по этажам. Цвет – это определитель степени загрязнения.

– А. Не буду спрашивать, откуда познания такие. Приехали.

Лифт издал звуковой сигнал и остановился, открывая двери. Все высыпали наружу, окружили директора, который раздал карты-ключи от номеров.

– Номера у нас все рядом, так что если что – не стесняйтесь, заходите в гости, – с этими словами Богдан скрылся в своем номере.

– Вечером сбор в ресторане внизу, – добавил Артем и вошел в номер рядом с директорским.

– Да, обсудим наше расписание на неделю, – Руслан открыл следующую дверь. – Хорошо отдохнуть всем.

– Блин, – буркнула Мира, разглядывая дверь и свой ключ. – И почему я рядом с начальством?

Закрыв дверь, Мира вставила карту в карман на стене, при этом в прихожей включилось освещение. Одноместный номер в серых тонах был обычным, платяной шкаф, столик, пару стульев и кровать, накрытая покрывалом под цвет стен. Темным пятном выделялся телевизор на стене напротив кровати. У двери стояли тапочки, также серые. Мира подумала, что если номер будет в красных тонах, то кому-то придется щеголять в красных тапках, и улыбнулась, представив директора в этой роли. Боковая дверь в прихожей вела в ванную комнату с огромной ванной и душевой кабинкой. Ванная комната по размерам равнялась с комнатой в номере, можно было спокойно вальсировать, не боясь зацепить что-нибудь. В уборную вела неприметная дверь.

– Глупо как-то, – сказала себе Мира. – Зачем нужно такое огромное помещение, лучше бы номер побольше сделали.

На полках лежали сложенные стопкой белоснежные полотенца, рядом висел пушистый халат. Мира открыла кран в ванну и поискала глазами стиральную машинку.

– Вещей у меня не так и много, а ходить в чем-то надо. Я совсем не хочу стирать руками. – Машинки в номере не оказалось. – Видимо, пора вспомнить молодость и стирку в детском лагере. Вот блин.

Перестирав свои вещи, пока набиралась вода, Мира уместила все на полотенцесушитель и забралась в ванну. Вода оказалась обжигающе горячей, и Мира первое время старалась не шевелиться. Пожалела, что не взяла с собой телефон или книгу. Затем слегка задремала, положив голову на бортик. Очнулась, когда вода практически остыла, оголенные плечи покрылись мурашками, мокрые волосы прилипли к шее, остужая кожу еще больше.

– Вот же ж, – с досадой сказала Мира и вылезла из ванной. – Я, видно, решила утопиться либо замерзнуть до смерти. После бессонной ночи лучше быстро помыться в душе, чего я в этот бассейн полезла?

Быстро обмывшись в душе и завернувшись в халат, Мира рухнула на кровать, обняла подушку и немедленно провалилась в сон. А проснулась от стука в дверь, звучавшего синхронно со звонком телефона. Схватила телефон, пытаясь разлепить глаза и увидеть, кто звонит, одновременно нащупывая ногами тапочки на полу.

– Да? Алле?

– Мира, все давно внизу, ты еще не собралась? Мы уже полчаса ждем, Алена пошла за тобой, – голос Ани звучал приглушенно на фоне музыки.

– Блин, – простонала Мира, открывая дверь и виновато глядя на злую Алену, стоявшую уперев руки в бока, – я забыла поставить будильник. Давно стучишь?

– Я успела позвонить тебе раз тридцать. Давай быстро вниз, – Аня положила трубку.

– Я здесь стою минут десять, – сообщила Алена, отодвигая Миру и проходя в номер. – Хорошо, что все номера рядом – наши, иначе меня бы уже побили за шум. Одевайся и идем, директор, по-моему, в бешенстве, еще немного, и покусает Руслана Сергеевича, который не хочет без тебя начинать.

– Теперь мне еще страшнее идти. Могла бы и не говорить это, – Мира за минуту переоделась, пригладила волосы. – Все, готова. Слушай, может, скажешь, что у меня температура?

Алена подтолкнула Миру к лифту и держала за рукав свитера, пока они не подошли к столику в ресторане, за которым уже давно сидели ее подруги и начальники.

– Я прошу прощения, – расстроено произнесла Мира и поспешно села на свободный стул. – Больше такого не повториться.

Ольга Николаевна грозно глянула на нее поверх очков, Аня незаметно показала кулак, Марина заметно нервничала. Директор смотрел в свою чашку, Артем Юрьевич невозмутимо оглядывал зал, периодически потягивая вино из бокала.

– Все, все собрались? – Руслан жестом подозвал официанта, который тут же возник рядом со стопкой меню. – Предлагаю наконец-то поужинать, пока еще ресторан не закрылся, иначе придется искать еду в ночном клубе.

– Что? – спросила Мира, недоуменно оглядев присутствующих. – Вы ждали меня, чтобы заказать еду? Но хотели же обсудить расписание на неделю, разве не так сказал Руслан Сергеевич?

– Вот и обсудим. За ужином, – Руслан протянул Мире меню, которое она машинально взяла. – Последний раз мы ели в поезде, сейчас поздний вечер, так что быстро делаем заказ и составляем план, что делаем завтра.

– Завтра в десять утра начинаются лекции, так что мы идем туда, – быстро ответила Мира, откладывая меню. – Есть я не хочу, так что вы напрасно меня ждали из-за этого. Давно бы поужинали, успели бы еще прогуляться по вечернему Питеру, слышала, очень красивый город зимой.

– В смысле не хочешь есть? – переспросил Руслан. – Это шутка такая?

– Нет, я на диете. Поэтому не ем после шести вечера, так что даже не уговаривайте. Я могу вернуться в номер, если это все вопросы, которые нужно было обсудить? Очень хочу спать, вы меня извините. Завтра обещаю не опаздывать на лекции.

Мира так спешила сбежать из ресторана, пока начальники не пришли в себя от подобной наглости, что чуть не сбила с ног входящего в ресторан человека. От неожиданности он одной рукой ухватился за дверь, второй обхватил Миру, упершуюся лбом ему в ключицу.

– Эй, – услышала Мира мужской голос с еле заметным акцентом. – Вы в порядке?

Мира быстро отстранилась, бормоча извинения, обошла мужчину и поспешила к лифту, остро ощущая на себе взгляды начальников и подруг, отчего еще больше становилось не по себе.

«Ну что я такая дура?» – тоскливо думала Мира, пока кабинка лифта тащилась вверх. – «Что у меня за проблема поесть. И вопросов бы не было, и спать легла бы сытая. А теперь мой ужин – два батончика шоколада. Просто замечательное окончание голодного дня».

Через час Мире пришло сообщение: «Я за дверью, стучать не буду, чтобы сосед твой не вышел. Открывай, у меня есть еда».

Мира заметно воодушевилась, сообразив, что ее сейчас накормят, вскочила с кровати и помчалась открывать дверь.

– Ты когда уже прекратишь со своими заморочками? – вместо приветствия спросила Аня, передавая Мире сверток. – Я думала, что у тебя это давно прошло.

– Я просто давно тебя знаю, – ответила Мира, разворачивая бумагу и блаженно жмурясь от запаха горячего бутерброда. – Спасибо тебе, что не забыла меня и не даешь умереть с голода. Я завтра куплю что-нибудь, пусть в номере лежит на случай, если начальники будут снова настаивать на совместных ужинах.

– Честно, ты единственный человек из всех, кого я знаю, кто не может есть в присутствии чужих людей. А если ты в тюрьму попадешь, то с голода там умрешь?

– Ну ты придумала тоже, – засмеялась Мира, откусывая от бутерброда. – С чего бы мне в тюрьму попадать?

– Так ты сегодня чуть человека не сбила. Если бы он быстро не сориентировался – представь, упал на пол, разбил затылок, попал в больницу, там его не спасли бы, и потом в морг. Бежала ты, конечно, так, что только пятки сверкали. Даже смешно было смотреть на растерянное лицо Руслана Сергеевича. Он весь извелся, пока ждал твоего прихода, а ты та-ак раз – и быстро остудила его пыл.

– Человека я действительно не заметила, – согласилась Мира. – Но ничего же с ним не случилось, он молодец, быстрая реакция. Я извинилась.

– Ты его видела?

– Нет, я спешила, – усмехнулась Мира, сворачивая бумагу и кидая ее в корзину для мусора. – Фух, прям хорошо стало, огромное тебе «благодарю».

– Он симпатичный, и даже очень, такие глаза – черный огонь, длинные волосы, фигурка такая – так и хочется его потрогать, провести рукой по его корме, она такая ух! – Аня слегка прищурилась. – А еще он азиат.

– Ну и что с того? Главное, что крепко держится на ногах, – Мира рассмеялась. – Поела, теперь можно и спать ложиться. Хочешь, оставайся здесь, кровать большая, поболтаем немного.

– Я принесла вино, – подмигнула Аня, доставая из пакета бутылку. – Гульнем?

– О нет, – рассмеялась Мира, – только не это! Это же на всю ночь, мы поднимем всех на ноги, будем ржать как лошади, еще и музыку включим? – Обменялась взглядами с Аней и хихикнула. – Ладно, уговорила, я пошла за стаканами.

3

– Я не могу поверить, что собираюсь пойти на лекции по закупкам. Я, в свои сорок лет, к тому же без пяти минут генеральный директор… Ай, да за что? – получив в этот момент подзатыльник от Богдана, Артем отодвинулся подальше. – Я, конечно, понимаю, что ты побаиваешься меня, моих управленческих талантов и все такое. Но руки-то зачем распускать?

– Позёр, – усмехнулся Богдан, натягивая пуховик. – Тетрадь с ручкой взял?

Артем кивнул на Руслана:

– Он все это придумал, пусть и пишет конспекты, будто мне заняться больше нечем. Нам вообще обязательно идти? Руслан, давай ты на учебу, потому что там твоя ненаглядная, а мы с Богданом лучше заглянем в сервисный центр, они в прошлый раз обещали поделиться с нами процессорами.

– Господин без пяти минут генеральный директор, суй ноги в ботинки и на выход, как обещал. В центр сходим позже, – Руслан схватил обувь Артема за шнурки, подтягивая ближе. – Тебе помочь обуться, будущий генеральный директор?

– Выметайтесь из моего номера, быстро, два идиота, – Богдан открыл дверь и вытолкал мужчин. – Остальные уже заждались вас внизу, точно ведь опоздаем.

Руслан с удивлением посмотрел на открывшуюся дверь номера Миры.

– Не все еще внизу, – протянул он, наблюдая за нетвердой походкой двух девушек и вдыхая резкий запах перегара. – У нас тут две потерпевшие. Мира, Аня, вы чем занимались ночью?

Мира вздрогнула и врезалась в спину застывшей подруги.

– Мы опоздали, простите, изо всех сил спешим вниз на занятия, – пробормотала Аня, выпрямила спину и двинулась к лифту. – Мира, давай быстрее, нельзя заставлять людей ждать, иначе вся наша группа опоздает в первый же день.

Мира побежала вслед за Аней, спрятав лицо в воротник куртки.

– Мне плохо, – сообщила она Ане в лифте. – Прям совсем плохо, не представляю, как я буду слушать лектора. Зачем мы столько пили, а?

– Не ной, мне тоже плохо. Это ненадолго, главное – помнить, что все когда-нибудь заканчивается. И это тоже закончится, так что… Блин, да что ж этот лифт так трясется?

Когда, наконец, кабина лифта остановилась на первом этаже и открыла двери, девушки вывалились в коридор, судорожно хватая ртом воздух, словно рыбы, вытащенные на берег.

– Ага, так я и знала, – обрадовалась Марина. – Пили всю ночь. Никак не могла понять, что за возня была за стеной.

– Я думала, мы были тихими, как мышки, – прошептала Аня Мире на ухо и внезапно толкнула ее в бок. – Гляди, там, у стойки, тот азиат стоит.

Мира поморщилась и оттолкнула Аню, даже не взглянув на мужчину.

– Мне все равно, кто там стоит и какой он национальности, отстань от меня. Выжил после ресторана – пусть радуется и не попадается мне больше на пути. Где наши начальники уже? Хочу быстрее сесть за парту и попробовать поспать.

* * *

Первая половина дня прошла довольно сносно, лектор делал вид, что не видит спящих людей, и вначале увлеченно рассказывал о важности закупок, затем начал цитировать законы, после этого нарисовал несколько графиков и, видимо, утомившись, отпустил слушателей на обед.

– Эй, пьянчужки, пора поесть. Просыпайтесь, – Алена похлопала Миру по плечу, растолкала Аню и, развернувшись к выходу, ойкнула и зажала рот рукой. Три начальника также спали, положив головы на раскрытые тетради. – Не верю своим глазам!

Ольга Николаевна спрятала улыбку и нагнулась к Руслану.

– Руслан Сергеевич, просыпайтесь, лекции закончились, можно идти на обед.

Руслан что-то промычал и приоткрыл один глаз. Потряс головой и огляделся.

– А где этот экзекутор? – спросил полушепотом, пытаясь отыскать лектора. – Он уже ушел?

– Да, все уже в столовой. Только вы тут спите, и Мира с Аней. Некрасиво так явно показывать отсутствие интереса к теме лекций. Вы же руководитель, больше всех должны быть заинтересованы в том, насколько все правильно делают ваши подчиненные.

– Ольга Николаевна, это вы меня что сейчас, воспитываете, что ли?

– Нет, конечно, – быстро ответила Ольга Николаевна, сжимаясь. – Простите, я сказала лишнего. Просто…

– Просто слушайте лектора, – перебил ее Руслан. – Мы действительно не выспались утром, но сейчас все замечательно. Уверяю вас, что вторую часть я буду внимательно слушать. – Он обернулся к спящим и повысил голос. – Коллеги, подъем! Идем в столовую.

Столовая располагалась на первом этаже в том же здании, где проходило обучение, поэтому они даже не стали забирать свои вещи из раздевалки.

– Ого, шведский стол! – просияла Марина, заметив большой выбор блюд и десертов, выставленных на длинных столах вдоль стены. – Да сколько же тут всего вкусного!

Марина потащила Алену за тарелками, Ольга Николаевна неторопливо пошла за ними, а Аня указала Мире на еду:

– Ты, я так понимаю, опять на диете?

Мира мотнула головой в сторону начальников:

– Я буду только чай. Меня до сих пор мутит, так что в данный момент даже не обидно. Может, к вечеру получше станет, мы с тобой сбежим в какую-нибудь кафешку.

– Как знаешь, – ответила Аня и пошла за тарелкой.

Мира налила себе кружку чая и присела за столик. Рядом тут же появился Руслан.

– Тебе принести еды? Хочешь, вот возьми тарелку, или скажи что будешь – я схожу.

– Спасибо, Руслан Сергеевич, но мне нехорошо, так что от еды пока откажусь. Чая сейчас достаточно.

Руслан помрачнел и сел рядом, внимательно глядя на Миру.

– Знаешь, – начал он, раскладывая столовые приборы, – я ни разу не видел, чтобы ты ела. Такое ощущение, что ты не питаешься, как обычные люди, внутри тебя аккумулятор, и ты подзаряжаешься от сети. У тебя проблемы с пищеварением?

– Никаких проблем нет, – быстро ответила Мира. – Сейчас мне действительно нехорошо, а так обычно я мало ем, так что…Просто мало ем, я не люблю готовить, и не фанатею от еды. Так что нет смысла пытаться меня заставить, Руслан Сергеевич, не тратьте время и усилия. И мне будет проще, и вам. Извините меня, я, наверное, пропущу вторую часть лекций и вернусь в номер, вечером возьму конспекты у Ольги Николаевны.

Руслан ошеломленно смотрел, как Мира подошла к Ане за соседним столом, склонившись, прошептала ей что-то на ухо, и вышла из столовой.

– Ну как успехи? – насмешливо спросил Богдан, присаживаясь напротив Руслана. – Она, смотрю, становится без ума от тебя с каждой минутой все больше и больше, готова уже бежать к тебе в номер сегодня ночью.

– Пошел ты! – в сердцах прорычал Руслан, сжимая в пальцах вилку и сверля взглядом закрывшуюся за Мирой дверь столовой. – Мне нужно время, немного больше времени. Надо пригласить ее куда-нибудь, может, кино или что-нибудь в этом роде, где темно и можно посидеть рядом.

– Оставь его в покое и ешь быстрее, – сказал Артем, – нам предстоит еще вторая часть концерта, а Ольга Николаевна хитро посматривает в нашу сторону, надеется на то, что мы, слабаки, сбежим. Уверен, что вон та компания ставки уже делает на то, придем мы или нет в аудиторию.

– Так что не будем их разочаровывать и тихонько свалим, – перебил его Богдан.

– Так что собираемся и бодро идем на лекции, – закончил Артем.

4

«Тут есть тренажерный зал», – с удивлением поняла Мира, рассматривая сквозь освещенные окна первого этажа отеля огромное помещение с новейшим оборудованием. – «И он просто шикарен! Надо будет заглянуть завтра вечером».

– Ближе к десяти вечера все расходятся, и нет большого количества людей для тренажеров, – раздался рядом голос, и Мира от неожиданности подпрыгнула, обернувшись.

Мужчина, стоявший позади нее, был красив. Но отнюдь не миловидной, кукольной красотой. Длинные волосы небрежно ложились на воротник, слегка завиваясь на концах, падали на лоб, частично скрывая одну из широких густых бровей, восходящих к вискам. Высокие скулы, резкая линия челюсти, азиатский разрез глаз с едва заметным двойным веком. Широкие плечи обтянуты тканью пальто с поднятым сейчас воротником, темные глаза блестели как агат, отражая падающий из окон свет. Мужчина возвышался над Мирой на голову, и также смотрел в окно на трудящихся посетителей зала. Мира вгляделась в его лицо, и мгновенное узнавание заставило ее изумленно распахнуть глаза – это лицо она часто видела на экране своего ноутбука, когда вечерами смотрела дорамы, желая хотя бы ненадолго окунуться в волшебный мир азиатской романтики. «О Господи, да это же Тэмин», – ошеломленно подумала она и быстро перевела взгляд в окно. – «Что он делает здесь, под окнами питерского отеля?» Но вслух ответила ровным голосом:

– Спасибо за подсказку, буду знать, когда лучше приходить в зал.

– Вы остановились в этом отеле? Мы с вами встретились вчера, помните?

Мира напрягла память, с ужасом вспомнила слова Ани о красивом азиате, в которого врезалась в ресторане, и снова обернулась к мужчине.

– Простите, я вас чуть не сбила с ног, мне жаль.

Тэмин улыбался, глядя на Миру сверху вниз, на левой щеке обозначилась глубокая ямочка, и Мира поняла, что нужно срочно уносить ноги, пока она еще в своем уме.

– Извините, мне пора идти, меня ждут.

Не дожидаясь ответа, Мира устремилась к входу в вестибюль, стараясь не сорваться на бег. В голове вертелась одна мысль, что ни в коем случае нельзя уподобляться фанатке и просить автограф, совместную фотографию или сделать еще какую-нибудь аналогичную глупость.

«Человек приехал сюда не для того, чтобы за ним бегала толпа ошалевших девушек, тем более что он, по всей видимости, не с официальным визитом, нигде не видно репортеров и фотографов, менеджеров или кто там еще сопровождает знаменитостей. Он скрывается, так что сделаю вид, что я его не знаю, вообще первый раз вижу. И что мне не хочется сделать фото и хвастаться потом, что знакома с корейским демоном», – твердила себе Мира, судорожно нажав несколько раз кнопку десятого этажа в лифте. Под действием адреналина мысли путались, не давая сосредоточиться, сцепленные замком пальцы мелко дрожали, и когда лифт остановился, она никак не могла сообразить, куда ей надо идти. – «Ну я и дура, успокойся уже, подумаешь, мужика увидела из телевизора. Иди ложись спать и забудь о нем».

Зайдя в номер, Мира сразу упала на кровать и, прислушавшись к себе, поняла, что похмелье полностью прошло. Не осталось и следа от головной боли и тошноты. «Да он лекарь, блин», – усмехнулась она. – «Интересно, он ходит в тренажерный зал после десяти вечера? Будет довольно забавно, если он поймает меня там, подглядывающую в окно, после того, как я делала вид, что понятия не имею, что он популярный актер».

* * *

Возвращаясь в отель после лекций, Аня заметила у входа того самого азиата, с которым Мира столкнулась в ресторане. Он засунул руки в карманы шерстяного пальто, спрятал нос в шарф и внимательно слушал своего собеседника, невысокого среднего телосложения мужчину лет сорока на вид, иногда кидая взгляд на дверь.

– Смотри, какой красавец, – прошептала она Алене, толкнув ее локтем и указывая глазами на мужчину. – Вот бы познакомиться с ним! Интересно, он говорит на русском?

Марина проследила за взглядом Ани, резко остановилась и ойкнула. Затем ойкнула громче, подпрыгнула и понеслась вперед, почти наскочив на мужчину.

– Вы же Тан Тэмин! – закричала она, схватив его за рукав пальто, будто боялась, что он испарится, и заглядывая в темные глаза. – Точно, о Божечки, сам Тан Тэмин! Я смотрела все дорамы с вашем участием, я ваша поклонница, я вас просто обожаю! Вы невероятно прекрасны, великолепны, особенно в роли демона в «Черном жреце», я его несколько раз пересматривала. Не могу поверить! Можно фото с вами??

Собеседник Тэмина быстро сориентировался, разжал пальцы Марины и встал перед актером, не давая ошалевшей девушке возможности вновь вцепиться в него.

– Никаких фото, господин Тан уже уходит, извините, пожалуйста, он очень спешит, – вежливо пояснил он на русском языке, подтолкнув Тан Тэмина к стоянке авто, и быстрым шагом направился следом. Марина с тоской смотрела, как мужчины садятся в машину и отъезжают от отеля.

– Кто это? – потрясенно спросила Алена, переглядываясь с Ольгой Николаевной и Аней.

– Это же корейский демон! Сам Тан Тэмин! – вскричала Марина, потрясая руками перед Ольгой Николаевной. – О Господи, я не могу поверить, что увидела его вживую! Да мне никто не поверит, блин! Надо было быстро фото сделать, пока этот цербер не вмешался, вот я глупая! Тан Тэмин, как я теперь смогу жить? – девушка внезапно начала плакать, совершенно неизящно шмыгая носом.

– Кто такой Танхан, и почему ты теперь не сможешь жить? Подумаешь, мужик как мужик, у нас полно таких красавцев, – проворчала Ольга Николаевна и вошла в вестибюль, не дожидаясь коллег.

– Тан Тэмин! – прокричала ей вслед сквозь слезы Марина. – Да он же звезда корейских дорам, его знает весь мир, а я его потрогала. Я теперь не буду никогда мыть руки, чтобы не смыть его прикосновение!

– О Господи, – простонала Алена и пошла вслед за Ольгой Николаевной. – Страдалица.

– Актер, говоришь? Знаменитый? – задумчиво переспросила Аня. – Весь мир знает? Почему тогда я ничего о нем не знаю? – И тоже зашла в отель.

– Что это с ней? – Богдан подошел к Марине и заглянул ей в лицо. – Марина, что случилось? Обидел кто?

– Нет, я безумно счастлива! Так, что вы даже представить себе не можете! – Марина вытерла нос платком и слезы снова покатились по щекам. – Я постою здесь еще, может, он вернется.

– Кто? – спросил Артем, останавливаясь рядом с Богданом.

– На мужика какого-то вешалась, а он сбежал, – шепнул на ухо Артему Руслан и потопал дальше в отель.

– Это серьезно, – покивал головой Богдан. – Ну ладно, жди тогда, только долго не стой, замерзнешь, заболеешь.

– Что за хрень происходит? – вопросил в пустоту Артем и двинулся за друзьями.

* * *

– Господин Тан, вы в порядке? – спросил секретарь Мун на родном языке. – Девушка вас узнала, вызвала переполох. Нужно быть осторожнее, если не желаете попасть в новости.

– Секретарь Мун, вы быстро сообразили, хорошая работа. Честно говоря, я немного растерялся от такого напора, после недели тишины это было неожиданно.

– Вы стояли у входа. Кого-то ждали?

– Одна девушка, хотел ее еще раз увидеть. Она меня не знает, мы поговорили немного как обычные люди, было приятно, – еле заметно улыбнулся Тан Тэмин, откинув волосы с лица.

– Вы что сделали? – ужаснулся секретарь Мун. – Вы же сами мне не раз напоминали, что никто не должен знать, что вы говорите на языке этой страны. Господин Тан, вы очень неосмотрительны.

Тан Тэмин задумчиво смотрел в окно автомобиля на проносившиеся мимо огни. В тот момент, когда он заговорил с незнакомкой, он даже не подумал, на каком языке он обращается к ней.

* * *

Аня забарабанила в дверь Миры:

– Быстро открывай, слышишь? Мне нужно тебе кое-что сказать, это важно! Мира!

Мира рассматривала потолок, сжимая губы при каждом ударе в дверь. Аня оказалась настойчивой, стучала до тех пор, пока ее не угомонил подошедший директор.

– Перестань шуметь, она спит, плохо себя чувствовала на лекциях. Оставь человека в покое, завтра можно все сказать.

Аня повесила голову и поплелась к себе в номер. Но все же не выдержала и написала Мире сообщение: «Ты знаешь, кто этот азиат, которого ты сбила в ресторане? Марина бьется в истерике у входа в отель, она его подержала за руку и теперь говорит, что мыться больше не будет, чтобы не смыть с себя это прикосновение. Говорит, это знаменитый актер из Кореи, Тэмин. Представляешь, кто живет с нами в отеле??»

«Представляю», – печально подумала Мира и отвернулась к стене, ничего не ответив.

5

Утро началось с продолжительного стука в дверь. Мира немного полежала в надежде, что посетителю надоест выносить дверь, и он исчезнет, но гость оказался настойчивым. «Пришла обсудить актера?» – подумала Мира, уверенная, что Ане не терпится выложить ей вчерашние события. Так не терпится, что даже пожертвовала утренним сном. После небольшого перерыва раздражающие уши удары возобновились.

– Да она издевается! – рассвирепела Мира, вскочив с кровати. – Раннее утро, блин, я спать хочу. Аня!!

Завернувшись в одеяло, Мира босыми ногами протопала к двери, с силой опуская пятки на пол. Рывком открыла дверь, открыла рот и осеклась при виде Руслана, опиравшегося на косяк двери.

– Привет.

Мягкая улыбка коснулась его полных губ, смягчая резкие черты лица, затрагивая светло-карие, почти желтые, глаза, и Мира на мгновение подумала о том, что этот мужчина довольно привлекателен внешне. Затем одернула себя, поняла, что стоит в одном одеяле практически в коридоре, и густо покраснела.

– Руслан Сергеевич, вы так рано, что-то случилось? – выговорила Мира, стискивая одеяло сильнее.

– Я подумал, что тебе пригодится конспект лекций, – Руслан помахал в воздухе блокнотом, – и еще принес тебе кофе. Я могу зайти?

Пока Мира подбирала слова, чтобы поскорее выпроводить Руслана, и чтобы это не прозвучало грубо, он протиснулся мимо девушки в номер и прошел в комнату, разглядывая обстановку.

– У тебя такой же минимализм в дизайне, как и у меня. Думал, хоть кому-то повезло больше, и он заполучил пару удобных кресел. Но нет, не повезло. Ты вчера пропустила вторую часть занятий, поэтому перед лекцией сегодня я бы советовал почитать, что вчера нам рассказывали, иначе можешь не понять, что тот дяденька будет рассказывать сегодня. – Руслан положил конспект на столик, пристроил рядом стаканчик с кофе и присел на кровать, глядя на застывшую Миру странным взглядом. – Присаживайся, я могу тебе объяснить по теме, если что будет непонятно.

Мира смотрела на Руслана и не могла понять, то ли он притворяется, то ли действительно не понимает, что о подобных утренних визитах нужно предупреждать.

– Руслан Сергеевич, вы извините за прямоту, но вот так зайти в номер без приглашения – это, мягко говоря, неприлично, тем более к малознакомому человеку, да еще и к девушке. Я попрошу вас уйти сейчас же.

– Малознакомому? – переспросил Руслан, устраиваясь удобнее. – Мы с тобой знакомы давно. Без приглашения – так ты открыла дверь и впустила меня, разве нет?

– Уходите! – Мира задохнулась от возмущения.

Руслан, наоборот, усмехнулся и указал на блокнот.

– Я с добрыми намерениями, хочу помочь тебе с учебой, что ты сразу все в штыки принимаешь? Что уже напридумывала себе? Одевайся и почитаем, одному мне скучно.

Сообразив, что Руслан никуда уходить не собирается, Мира схватила в охапку одежду, телефон и скрылась в ванной.

– Эй, ты спишь? – быстро проговорила в трубку, как только Аня ответила. – Быстро приходи ко мне, прямо сейчас. У меня тут Руслан Сергеевич в номере, мне нужна помощь.

Мира нажала отбой, не дав Ане возможности возразить, и принялась натягивать на себя джинсы и свитер, расчесала волосы, плеснула в лицо холодной водой. Услышав стук в дверь, облегченно вздохнула и помчалась открывать. Аня вопросительно заглядывала через ее плечо в номер.

– Ты серьезно? Руслан Сергеевич здесь?

– Тише, заходи быстрее. Не хватало еще, чтобы весь этаж узнал об этом, – Мира затянула Аню в прихожую и повысила голос в сторону комнаты. – Руслан Сергеевич, мы с Аней готовы читать конспект. У вас еще кофе с собой нет случайно?

Аня неловко прошла в номер и присела на стул, не зная куда девать глаза. Мира заняла второй стул, сложила руки на коленях и выжидательно посмотрела на Руслана, который в свою очередь вернул ей раздраженный взгляд. Открыл конспект, сухо и невыразительно прочитал полстраницы, вновь посмотрел на Миру, глянул на часы и отложил блокнот.

– Пора собираться на занятия, дочитаете по дороге. Не опаздывайте.

И вышел из номера, аккуратно прикрыв за собой дверь. Аня с ошеломленным видом воззрилась на Миру, которая в ответ лишь подняла бровь.

– И что это было? Я очень надеюсь, что мне показалось, но это вряд ли. Он же не просто так приперся сюда с утра пораньше?

– Ань, мне кажется, что он оказывает мне какие-то сомнительные знаки внимания. Я перед ним в одном одеяле стояла, а он с головы до ног меня осматривал, словно хотел это одеяло стащить. Другой бы просто извинился, отвернулся или вышел из комнаты, а этот пялился, как придурок!

– Он же женат, – охнула Аня, прикрыв рот рукой. – Как же так выходит?

– Выходит, что ему захотелось поиграть вдалеке от жены. Я думаю, он поэтому и поехал с нами, чтобы быть подальше от дома. Он еще в поезде ерундой занимался: просыпаюсь, а он голой грудью светит, и хоть бы что, улыбается при этом. Я тогда подумала, что случайность.

– Вот же ж! – воскликнула Аня, стукнув кулаком по коленке. – О нем, конечно, ходят слушки нехорошие, но чтобы цепляться вот так открыто к своей подчиненной – не ожидала. Руслан Сергеевич, начальник – и так себя вести? Что теперь делать-то?

– Не дадим ему ни шанса прицепиться. Я буду ходить с вами, или запираться в номере. Осталось четыре дня, думаю, справлюсь. Бедная его жена, представляешь, она с детьми сидит дома, а муж за юбками волочится, вот козлина!

– Да уж, – пробормотала Аня, и тут же вскинулась. – Ты мое сообщение вчера читала? С этим Русланом Сергеевичем из головы вылетело: ты знаешь, кто этот азиат?? Маринка вчера такой спектакль устроила у входа в отель! Я вечером как вернулась к себе, сразу начала смотреть дораму с его участием, слушай, да он такой красавчик! Почитала о нем – он очень известен, и фильмография у него просто огромная, и поклонниц у него просто тьма. Ты видела его глаза? Я думала, у корейцев они малю-юсенькие, сплошные щелочки, а у Тан Тэмина как нарисованные. Как думаешь, он делал операцию на веко? Слышала, там пластических клиник тьма тьмущая, по всей стране натыкано, как у нас стоматологий. Как он здесь оказался, интересно?

– Приехал, я так думаю. На поезде или самолете, – пожала плечами Мира, старательно делая вид, что ее это не волнует. – Может, по работе, может, отдохнуть. Спроси его, если увидишь. Про операции читала, что он ничего не делал, но опять же – написать можно все что угодно.

– Тебе что, совсем все-равно? Он что-то тебе говорил, когда вы столкнулись? Он говорит на русском языке? – не отставала Аня, ходя за Мирой по пятам. Мира поджала губы, в очередной раз наткнувшись на подругу.

– Нет, он отвечал на корейском, – почему решила солгать, она и сама не могла объяснить. – Он что-то сказал, похожее на «хамнида». Я не поняла, может, послал меня куда подальше.

Аня совсем расстроилась, поплелась к двери, обернувшись перед выходом:

– Собирайся, скоро занятия.

6

Весь день Руслан не отходил от Миры, принося ей кофе в перерывах, предлагая сходить перекусить в столовую или вообще сбежать с лекций и пойти на прогулку, что не осталось незамеченным ее коллегами. Ольга Николаевна вначале неодобрительно качала головой, а на очередном перерыве отвела Миру в сторону и прямо спросила, что у нее общего с женатым мужчиной.

– Ольга Николаевна, – чуть не плача, ответила Мира, – да не знаю я, чего он ко мне прицепился, никакого повода я ему точно не давала. Вы же меня не первый день знаете, неужели я хоть раз флиртовала с женатыми?

– Ты и с холостыми не флиртуешь, – смягчившись, проворчала Ольга Николаевна, – извини за вопрос, но этот Руслан Сергеевич проходу тебе не дает. Я супругу его знаю, хорошая такая женщина, жаль ее, она живет одним мужем и детьми.

– Мира, хочешь сказать, что он на пустом месте внезапно воспылал к тебе страстью? – вмешалась в разговор Марина с коварной улыбочкой, намекающей на то, что все она знает. – Без повода мужики не бегают за юбкой, а это значит, ты его обнадежила. Точно, и в купе он тебя взял, и номера ваши рядом. Это чтобы в гости друг к дружке ходить?

– Твое больное воображение не мешает тебе спать по ночам? Сделай великое одолжение, замолчи! – в сердцах воскликнула Алена. – Мне кажется, или завидуешь, что не тебе Руслан Сергеевич кофе носит?

– Вот еще! Мне это и не нужно! – воскликнула Марина, надувая губы и изображая обиду. – Я не из таких. – И быстрый взгляд в сторону Миры.

– Ну да, ты только на корейцев вешаешься, – парировала Аня, злобно сверля Марину взглядом в ожидании очередного оскорбления.

– Ты…Ты!!! – закричала Марина, тыча в Аню пальцем. – Да как ты смеешь такое говорить? Кто вешался? Что ты придумываешь, глупая совсем?

– Все видели, к чему отрицать теперь, как ты вчера рыдала перед отелем, – оборвала Аня тираду.

Мира развернулась и направилась к лифту, по дороге написав Ане сообщение, что ей надо побыть одной.

Зимой в Санкт-Петербурге темнеет очень рано, и к четырем часам вечера улицы уже вовсю освещались фонарями. Над головой чернело небо без единой звездочки, на душе у Миры было так же темно и хмуро. На лицо падали снежинки, сразу тая и оставляя мокрые следы, словно от слез. Может, это и были слезы, но Мире хотелось бы не плакать от обиды, так что снег был как нельзя кстати. Ветер пробирал до костей, дуя, казалось, со всех сторон, одновременно замораживая руки до онемения. Погода под стать ее настроению.

На улицах было полно народу, кто-то спешил, спрятав лицо в шарф, кто-то неспешно прогуливался, разглядывая сверкающие витрины и болтая друг с другом, грохотали по рельсам трамваи, разбрызгивали снежную слякоть автомобили. Мира брела сквозь толпу, отстраненно наблюдая за людьми, остро ощущая свое одиночество. Невдалеке приметила подсвеченный гирляндами магазин, купила себе бутылку пива и пошла вдоль набережной Невы, не заметив, как добралась до своего отеля. Спрятавшись в тени сосен, Мира облокотилась о каменное ограждение, замерзшими пальцами с трудом вставила в уши наушники, включила любимый плейлист, чтобы избавиться от мыслей в голове.

Руслан Сергеевич. Женат, есть дети, и, если верить слухам – море любовниц, которых он меняет со скоростью света. Он ей совсем не нравился, ни как человек, ни как мужчина. Просто начальник, хорошо, что не ее отдела, но в последнее время раздавал задания так, словно она была в его непосредственном подчинении. Начальница все видела, но возражать заместителю директора не смела, поэтому Мире приходилось выполнять двойную работу. Иногда возникала мысль уволиться, но в отделе работали ее самые близкие подруги, с которыми она не хотела расставаться, да и идти особо было некуда. Мира откладывала увольнение на потом, но если Руслан Сергеевич продолжит преследовать ее и на работе, то придется покинуть компанию.

Потягивая пиво и слушая печальные мелодии из дорам, которые, казалось, рвали душу на части почти до физической боли, наполняя ее щемящей тоской по тому, чему никогда не бывать, Мира расплакалась.

Тан Тэмин честно себе признался, что мерз неподалеку от отеля пару часов, потому что ждал эту девушку, сбежавшую вчера так быстро, что он не успел спросить ни имени, ни где она остановилась. Секретарь Мун был, конечно, прав, не стоило раскрывать себя, но бывают случаи, когда сначала делаешь, потом только думаешь, и незнакомка была как раз таким случаем. Тан Тэмин в очередной раз стряхнул снег с волос, поглубже засунул руки в карманы и вдруг увидел ее, бредущую в тени деревьев, с бутылкой пива в руке. Довольно улыбнулся, глубоко вдохнул морозный воздух и зашагал к девушке.

– Могу я присоединиться? – спросил, останавливаясь в нескольких шагах от нее. Девушка не подала виду, что услышала, продолжая смотреть на реку и поднося бутылку к губам. Тан Тэмин подумал, что у нее наверняка замерзли руки на морозе без перчаток. – Вы меня слышите?

Мира вздрогнула от легкого похлопывания по плечу и обернулась, вытаскивая из ушей наушники. Испуганно вгляделась в лицо стоявшего позади человека и выдохнула с таким облегчением, что Тан Тэмин невольно улыбнулся.

– А, это вы, – невыразительно произнесла Мира, снова отворачиваясь к реке.

– Вы ждали кого-то? – спросил в ответ Тан Тэмин, постоял немного в ожидании, затем сообразил, что девушка не собирается продолжать разговор, откинул мокрые волосы с лица и облокотился на ограждение рядом с ней.

– Вы пьете здесь одна? – спросил он, указывая на пиво.

– Да, мне сегодня все надоели, – Мира прислушалась к себе и поняла, что присутствие даже этого человека ей сейчас в тягость. Но уходить он, по всей видимости, никуда не собирался, наоборот, был настроен на разговор. И сейчас недоуменно хмурил брови после ее слов.

– Это был намек?

– Что вы, никаких намеков, – Мира подумала, что кореец мог не понять подтекст, поэтому сказала прямо: – Я вам говорю как есть – не могли бы вы уйти отсюда? Есть много других замечательных мест, сходите туда.

– Я бы хотел остаться здесь, – Тан Тэмин разглядывал ее профиль и не мог понять, плачет она или на щеках блестит растаявший снег.

– Послушайте… – начала Мира, поворачиваясь к Тан Тэмину.

– Вы меня знаете? – перебил он ее. Судя по ее состоянию, это не снег.

– Я не совсем в вакууме живу. Конечно, я вас знаю, – проворчала Мира, отпивая из бутылки.

– И даже не будете просить автограф? – пошутил Тан Тэмин, шутливо разводя руками.

– И зачем мне ваша подпись на бумажке? Что я буду с ней делать?

Тан Тэмин озадаченно разглядывал Миру, его левая бровь ползла все выше.

– Обычно так происходит, когда встречают актеров на улице, или в вашей стране это не принято?

– Слушайте, я рада, что вы не безработный, что заняты хорошим делом, развлекаете людей. Вы просто молодец.

– Даже не ожидал, что будет такая реакция, – усмехнулся Тан Тэмин, показывая ямочку на щеке, – был уверен, что смогу вас впечатлить.

– Я бы впечатлилась, – честно ответила Мира, – только сегодня слишком устала для этого. Давайте вы подойдете завтра, а еще лучше – через неделю. Я как раз успею уехать из города.

Мира закинула пустую бутылку в урну и направилась в отель, оставив пораженного Тан Тэмина смотреть ей вслед. А он так и не спросил ее имя.

Только попав в свой теплый номер, Мира ощутила, как же она замерзла. Все тело кололо иглами, пальцы отказывались гнуться, лицо горело огнем. Немного отогревшись, позвонила Ане.

– Ты вернулась уже?

– На подходе, через полчаса буду у себя. Ты в порядке?

– Да, – Мира ходила кругами по ванной комнате, размышляя, стоит ли рассказывать Ане о корейце. – Я зайду к тебе, захвати еды по дороге.

Приняв душ и переодевшись, Мира крадучись постучала в дверь Ани.

– Проходи быстрее, – Аня провела ее в свою комнату, показывая на пакеты, – твой ужин, налетай. Мы поели уже, по дороге зашли в кафе, Богдан Степанович настоял.

– Как обстановка? – спросила Мира, открывая крышку контейнера с едой. – Как же вкусно пахнет!

– Обычный рис с отбивной и салат, ничего особенного. Ты с твоим питанием точно заработаешь какую-нибудь болячку. Мира, нельзя так есть время от времени, ты худая как спичка, даже сквозь одежду ребра выступают.

– Ага, – ответила Мира, засовывая ложку в рот. – Так что там с Русланом Сергеевичем? Он досидел до конца на учебе или тоже сбежал?

– Сидел до конца темнее тучи, все что-то писал. Жди с утра очередной конспект для совместного изучения.

– Дверь я точно никому не открою, ты звони заранее, если придешь ко мне, – Мира проглотила всю еду и удовлетворенно откинулась на спинку стула, поглаживая живот. – С каждой минутой жизнь становится все прекраснее и прекраснее, спасибо тебе большое за ужин. Знаешь…

– Марина завидует тебе черной завистью, – перебила ее Аня, собирая пустые контейнеры. – Осторожнее с ней, она вполне может сделать гадость за спиной. Еще и актер этот, она опять его увидела, а он ее в очередной раз поморозил и сбежал в неизвестном направлении. Короче, настроение у нее не очень, и она щедро делится им с окружающими.

Мира осеклась при упоминании Тан Тэмина. И не стала говорить подруге, что тоже встретила его, только в ее случае сбежала в очередной раз она сама.

– А он красавчик, чем больше смотрю на него, тем больше влюбляюсь, – неожиданно сказала Аня. Мира поперхнулась. – У него такой взгляд, кажется, душу выворачивает, такой глубокий, точно видит тебя насквозь. А когда он смотрит на героиню, безумно хочу оказаться на ее месте. Помешательство, правда? – Аня нервно засмеялась, проведя рукой по своему каре. – Как думаешь, ему нравятся светлые волосы и голубые глаза? Азиатки же все темненькие, а тут вроде как экзотика.

Мира непроизвольно дернула щекой, ощутив неприятное чувство в груди, но в следующее мгновение заставила себя улыбнуться.

– Возможно, и нравятся, мне откуда знать? Но, Анют, у тебя есть муж, ты же не собираешься заводить здесь интрижку?

Аня загадочно прищурилась, принимая позу модели, затем не выдержала и прыснула:

– Конечно, не собираюсь, но помечтать-то можно. Самое большее, что я могу себе позволить, как честная жена – это совместное фото на память. Хотя вряд ли он согласится, кто я такая?

– Я хочу сходить в тренажерку. Пойдем вместе? – сменила тему Мира, уводя разговор от корейца. – Подкачаешь попу, чтобы муж любил еще больше.

– Ему и так все нравится, – Аня не горела желанием потеть в спортзале. – Я лучше досмотрю дораму, валяясь в кроватке. А ты иди, иди, тебе полезно, может, аппетит появится.

– Осторожнее с азиатским кино, это черная дыра. Стоит один раз прочувствовать – и ты по уши увязнешь в этом, мечтая о великих чувствах, которых, я уверена, и не существует вовсе.

7

В тренажерном зале не было ни одного посетителя, чему Мира очень обрадовалась. Незнакомые люди ее довольно сильно напрягали, особенно когда наблюдали за ее занятиями либо пытались давать советы, как правильно использовать тренажеры. Включив беговую дорожку, Мира засунула в уши наушники, изолировавшись от посторонних звуков. И не увидела, когда в зал вошел Руслан, заметивший ее с улицы. Он расположился так, чтобы видеть Миру, при этом сам оставаясь незамеченным. По мере ее перемещения по залу также переходил на другие тренажеры, наблюдая со стороны, любуясь и все четче понимая, что не готов отступиться от нее.

Она стала его наваждением, и чем больше отталкивала его, тем сильнее его тянуло к ней. Руслан стал всерьез задумываться о разводе с женой, чтобы не было никаких препятствий для их отношений. Он почти уверил себя, что эта женщина, полученная ценой тяжелых усилий, не приестся ему никогда.

Двери открылись, впуская очередных посетителей, на этот раз двух азиатов. Руслан раздраженно прищелкнул языком, оглядываясь на неожиданную помеху. Азиат помоложе даже не взглянул в его сторону, второй, постарше, окинул Руслана цепким взглядом и что-то шепнул молодому. Но мужчина резко ответил ему на своем языке и направился к штанге. Руслан с некоторым уважением наблюдал, как он навешивает на гриф диски, так как был уверен, что мужчины этой расы довольно хрупкие и не имеют внушительных мышц.

В этот момент Мира заметила, что она уже не одна в зале, оглянулась посмотреть на посетителей, и при виде Руслана и Тан Тэмина непроизвольно разжала пальцы, отпуская рукоять, мгновенно подскочившую вверх. Груз по инерции с грохотом упал вниз, привлекая внимание всех мужчин.

«Черт, черт», – мысленно кричала Мира, вынимая наушники, а вслух произнесла с полуулыбкой: – Прошу прощения, было слишком громко.

– Ты не ушиблась? – Руслан направлялся к Мире быстрым шагом, попутно осматривая ее. – Если не можешь удержать, зачем столько берешь?

– Все в порядке, – ответила Мира, соскакивая со скамьи, – это от неожиданности, я думала, что здесь никого нет, вы меня напугали.

– Дай посмотрю руки, ноги, – Руслан схватил Миру за руку и тут же увидел синяк. – Все-таки зацепило, нужен рентген, вдруг трещина.

Мира сердито вырвала руку, растерев место захвата, при этом остро ощущая присутствие Тан Тэмина, наблюдавшего за их перепалкой.

– Этому синяку уже неделя, так что вряд ли там трещина, я бы поняла за это время. Руслан Сергеевич, я уже ушла, так что не отвлекайтесь от своих занятий, продолжайте заниматься тем, чем вы занимались ранее.

Но Руслана интересовали далеко не тренажеры, он не сводил с Миры взгляда, от которого она вся сжалась.

– Мира, я все-таки волнуюсь за тебя, ты полдня пропадала неизвестно где, теперь калечишь себя на тренажерах. Я привез тебя сюда, и в ответе за то, чтобы ты вернулась домой в целости и сохранности. Давай выйдем, поговорим?

Последние слова Руслан произнес шепотом, приобняв Миру за плечи и склоняясь к ее лицу так близко, что она почувствовала его дыхание на щеке. Тан Тэмин невольно напрягся, сжав губы, и уже готов был вмешаться, как Мира без раздумий двинула Руслана локтем под ребро, скинула его руку с плеча и зашагала к выходу.

– Постой, – Руслан бросился вдогонку.

– Да уймитесь вы! – закричала Мира, обернувшись в дверях и не заботясь уже, как это выглядит со стороны. – И что вы прицепились как липучка? Я не хочу с вами разговаривать, не хочу вашей помощи! Отстаньте от меня! Все вокруг только и сплетничают из-за вашего очевидного нелепого поведения. Хватит уже!

Мира с силой закрыла за собой дверь. Руслан после секундного замешательства выбежал следом, а Тан Тэмин, подавив желание помчаться за ними, повернулся к секретарю Муну с вопросом:

– Я вроде понял, что она сказала, но смысл несколько ускользает от меня. Можете перевести точно?

– Господин Тан, девушка назвала его, по-моему, жвачкой и велела отвалить.

Тан Тэмин уставился на секретаря Муна и начал смеяться:

– Что, так и сказала?

Секретарь Мун поспешно спрятал улыбку от неожиданного веселья господина.

* * *

Мира с силой застучала в дверь Ани.

– Быстро открывай! Аня!

За дверью послышались торопливые шаги, щелкнул замок, и из-за двери показалась голова Ани. Мира толкнула дверь, освобождая себе проход, оглянулась на подъехавший лифт.

– Черт, – пробормотала она, в спешке закрывая за собой дверь, и привалилась к ней спиной. – Тише. Только не шуми.

В соседнюю дверь застучали, послышался голос Руслана, зовущий Миру, затем голос директора. Завязалась перепалка на повышенных тонах, к ним присоединился Артем. Аня смотрела на Миру круглыми глазами, жестами спрашивая «что случилось?» Мира отрицательно покачала головой, приложив палец к губам, и прислушалась к звукам за дверью. Обе девушки подпрыгнули, когда раздался стук уже в их дверь.

– Аня? Ты здесь? Ань! – это был Руслан.

Мира умоляла глазами ее молчать, сложив перед собой руки в молитве.

– Иди быстро со мной, без разговоров, – уже голос Богдана, глухой удар, хлопанье дверьми и дальше тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием девушек.

Мира сползла на пол, закрыв лицо руками, и внезапно разрыдалась.

– Мне точно теперь конец, он просто так это не оставит, – выговорила она сквозь всхлипы, вытирая лицо рукавом. – О Господи, что мне теперь делать?

– Идем в комнату, пока они не вернулись. – Аня подняла Миру на ноги, усадила на кровать в номере. Налила ей воды. – Держи. Рассказывай.

По мере описания событий в тренажерном зале Аня поражалась все больше и больше. Под конец просто сидела, приоткрыв рот.

– Во-первых, он меня уволит; во-вторых, найдет и прибьет; в-третьих…

– Прекрати, – перебила Аня, приходя в себя. – Ничего он тебе не сделает. Директор если узнает, что этот идиот вытворяет, уволит скорее его. А директор узнает, это я тебе обещаю. Вообще сдурел что-ли этот Руслан Сергеевич? Он сюда приехал сотрудниц насиловать, что-ли?

– Не придумывай того, чего не было, он только обниматься полез, – покраснела Мира. – Никакого интима не было.

– Не было, потому что там люди были. Хочешь сказать, что ты такая силачка, что справишься со здоровым мужиком? – резонно заметила Аня. – Кстати, кто там еще был? Мы могли бы их в качестве свидетелей привлечь.

– Тан Тэмин и тот, второй, его друг, – не подумав, ляпнула Мира, спохватилась, но поздно: Аня в очередной раз вытаращила глаза.

– Тот кореец? Ты его уже по имени называешь? О Боже, и он все видел? И что он, просто стоял и смотрел?

– Что он должен был сделать, по-твоему? – разозлилась Мира. – Прибить Руслана штангой? Откуда он знает, какие у нас отношения с этим козлом? Я не знаю вообще, чем эти двое занимались в тот момент, потому что не смотрела на них. Блин, что делать-то?

– Расскажем директору, чтобы он образумил своего подчиненного и держал его подальше от тебя. Будет продолжать свои ухаживания – можно пригрозить полицией. Он же не совсем дурачок, раз работает заместителем директора, к тому же ему есть что терять в случае огласки. Не хочешь сходить поесть? – вдруг сменила тему Аня. – Поболтаем о хорошем, расскажешь мне, когда начала называть красавчика по имени. Когда успели познакомиться с ним?

Мира моргнула.

– Его имя известно всем, кто смотрит корейское кино, это не секрет. Надо же его как-то звать. Я не знакомилась с ним, Ань, рассказывать нечего. Столкнулись пару раз, как и все в отеле постоянно видят друг друга. Я тебе все рассказала.

Аня разочарованно выпятила нижнюю губу, затем рассмеялась.

– Ладно, тогда просто поедим и пообсуждаем кого-нибудь. Иди собираться, сбежим по-тихому в ночь.

* * *

Через один номер директор в бешенстве нарезал круги по комнате, стараясь не смотреть на Руслана, разлегшегося на кровати.

– Ты вообще без мозгов? Что ты вытворяешь, идиот? Как можно было додуматься зажать девушку в тренажерном зале, да еще при свидетелях?

– Там были какие-то китайцы или что-то в этом роде, – лениво ответил Руслан, закидывая ногу на ногу. – Они и слова не понимают по-нашему, так что не переживай. Я просто ссорился со своей девушкой, кому это интересно?

Богдан дернул щекой, останавливаясь.

– Она тебе не девушка, она наша сотрудница, – процедил он сквозь зубы. – И она совсем не согласна быть твоей девушкой, как я вижу. Я последний раз тебя предупреждаю – оставь ее в покое. Ты попробовал – не вышло, остановись на этом, пока не случилось что-то, о чем потом будем все жалеть.

– Мне нужно время, – недовольным тоном отозвался Руслан, приподнимаясь на руках и глядя на Богдана. – Вспомни, сколько ты за своей Ксюшей бегал? Два года так точно, это то, что я знаю.

– У тебя нет двух лет, – отрезал Богдан. – У тебя была неделя. И напомню тебе, я был свободен, у меня не было семьи, детей. Я мог себе позволить бегать за ней и десять лет. А ты, вот сюрприз, женат.

– Прекращай, – поморщился Руслан, – и без тебя тошно.

– Я надеюсь, ты меня услышал, – уже от двери прокричал Богдан.

Выйдя в коридор, увидел Миру с Аней, крадущихся к лифту.

– И куда это вы собрались на ночь глядя?

Девушки мгновенно замерли на месте, услышав грозный окрик. Аня медленно обернулась через плечо и, увидев директора, шумно выдохнула, подтолкнув Миру.

– Это Богдан Степанович, все нормально. Богдан Степанович, мы покушаем и вернемся, мы недолго.

Богдан притопывал ногой, рассматривая Миру, съежившуюся под его взглядом.

– Мало приключений на сегодня? Да завтра не доживете без еды? – тяжело вздохнул, обдумывая что-то, потом сказал: – Идем вместе, думаю, мне не помешает выпить, заодно присмотрю за вами.

Мира сжала руки в карманах куртки, с отчаянием понимая, что умирает надежда нормально поужинать. Печально посмотрела на подругу.

– Мы сами сходим, зачем за нами смотреть? – попыталась несмело возразить Аня, но директор подхватил обеих девушек под руки и втолкнул в кабину лифта, приговаривая:

– Идем, идем, у нас еще разговор есть, я так понимаю.

После недолгой прогулки Богдан привел их к уютному ресторанчику, где они заняли столик у окна. Официант уже спешил к ним с подносом в руках, немедленно разложил меню, поставил в центр столика заварочный чайник с чашками и блюдо с малюсенькими пирожными.

– Ничего себе, – прошептала Аня, оглядываясь по сторонам. – Мы даже еще ничего не заказали, а уже принесли чай.

– Здесь так принято, – кратко ответил Богдан, изучая меню. – Выбирайте, сделаем заказ и поговорим. Кое о ком.

Мира бросала быстрые взгляды на выпечку, но налила себе только чай. Богдан вопросительно изогнул темную бровь, когда она отложила меню в сторону.

– Я не хочу есть, – пояснила Мира. – Я с Аней за компанию пошла. Мне чая хватит.

– Может, вина тогда? – предложил Богдан, поворачивая к ней винную карту.

– Откажусь, спасибо, чая достаточно, – ответила Мира, подумав, что на голодный желудок ей только вина сейчас не хватало. Интересно, здесь можно взять еду на вынос?

Сделав заказ и дождавшись, пока официант принесет бутылку вина, Богдан откинулся на спинку мягкого стула и, потягивая из бокала напиток, совершенно серьезно спросил:

– Мира, у тебя есть какие-либо чувства к Руслану?

Мира подавилась чаем, закашлялась, прижав салфетку ко рту. Богдан хмуро потер свой лоб, словно у него начинала болеть голова, потом начал разглядывать свои руки.

– Извини, – наконец сказал он, поднимая глаза на Миру. – Я должен был спросить, чтобы понимать, что делать дальше со всей этой ситуацией. Руслан считает, что он тебе нравится, именно поэтому он так и ведет себя. Считает, что тебе не хватает решимости сделать первый шаг ему навстречу, он решил сделать этот шаг сам.

– Богдан Степанович, это совершенно не так, в Руслане Сергеевиче я вижу исключительно начальника, и ничего более, – ответила Мира. – Я не знаю, откуда у него взялись подобные мысли, но я никогда не давала повода думать, что испытываю симпатию к нему.

Богдан покрутил в длинных пальцах бокал, допил вино и наполнил его вновь до краев.

– Забудь сейчас, что я директор, Мира. Я здесь как друг того человека, который тебя обидел, и пытаюсь разрешить проблему, которая у нас образовалась. Я должен извиниться, наверное. – При этих словах девушки переглянулись между собой. – Я подозревал, что будет что-то подобное, но надеялся, что у него хватит ума держать себя в руках. Мне не следовало попустительствовать этой поездке, нужно было отправить вас одних.

– Вы знали, что ему нравится Мира? – переспросила Аня. – То есть, это у него не внезапно появились чувства, он уже давно к ней присматривается?

– Да, знал. Повторюсь, я рассчитывал на то, что у него есть обязательства, которые не дадут ему делать глупости. И, видимо, просчитался.

Официант принес заказ, и, пока он расставлял тарелки, разговор на время прекратился. Мира краем глаза разглядывала кусочки мяса в соусе, красиво разложенные на белоснежной тарелке, и, глотая слюни, мысленно умоляла директора уйти в уборную. Аня не спешила начинать есть, медленно водя вилкой по краю этой самой тарелки. Богдан допил вино, извинился и вышел из-за стола. Дождавшись, пока он скроется за дверью, Аня подвинула Мире тарелку.

– Ты сплошное несчастье, – говорила она, с жалостью глядя, как Мира засовывает в рот кусочки мяса. – Не спеши ты так, директор подумает, что я обжора, за минуту слопала всю еду.

– Я не виновата, – быстро пережевывая, отмахнулась Мира, отодвигая тарелку обратно к Ане. – В прошлый раз меня начало тошнить прямо за столом, поэтому я больше не буду рисковать. Все, благодарю. Было очень вкусно.

Мира вытерла рот салфеткой и взяла в руки чашку с чаем.

– Официант все видел, – сообщила Аня, ухмыляясь. – Теперь он подумает, что у нас нет денег на еду для двоих.

– Пусть думает, что хочет, главное, что в рот мне не заглядывает. Я его вижу первый и последний раз, так что мне все-равно. А платить будет директор, так что официант вернее всего подумает, что он – скряга.

– Ты действительно была так голодна? – озадаченно спросил вернувшийся Богдан, заметив пустую тарелку. – Может, еще хочешь?

– Нет, нет, спасибо, я наелась досыта, еще немного, и я лопну, – улыбнулась Аня. – Теперь можно и спать. Правда, Мира?

Мира довольно кивнула головой. Богдан глянул на часы, положил деньги в папку со счетом и поднялся.

– Мира, с Русланом я поговорил, надеюсь, больше проблем не будет. Постарайся не оставаться с ним наедине, поменьше общайся и ни в коем случае не давай никаких надежд, это может подтолкнуть его к очередным подвигам, которые тебе, я так понимаю, не нужны. Если что – можешь смело обращаться ко мне или к Артему, ты поняла меня? Идем обратно в отель, раз все наелись и напились, как и хотели.

– Какой он миленький, когда общается неофициально, – старательно давя улыбочку, прошептала Аня и надела куртку. – И совсем не похож на директора, который обычно орет на всех в офисе, правда?

Уже в номере, забравшись под одеяло, Мира разрешила себе подумать о том, как всю эту ситуацию увидел и понял Тан Тэмин. Представила себя на его месте – что бы подумала она? Зажмурилась до боли в глазах от стыда, затем отругала себя: кто он ей и почему ей должно быть важно его мнение? Через несколько дней она уедет и больше никогда его не увидит. Он, в свою очередь, если и вспомнит ее, то только как грубиянку и скандалистку. Но глубоко внутри притаилось горькое сожаление, что в тренажерном зале был именно он.

8

На занятия Мира шла с опаской, не представляя, как поведет себя Руслан Сергеевич при встрече. Но он просто не пришел на лекции, чем несказанно обрадовал и Миру, и директора, который всерьез опасался, что вчерашний разговор Руслан пропустил мимо ушей и продолжит свои ухаживания. День прошел на удивление спокойно, даже Марина не донимала никого, а что-то тихо писала в блокноте.

– Как думаешь, она лекцию записывает или нет? – спросила Алена у Ани, бросая выразительные взгляды на Марину. Аня немного понаблюдала за Мариной и отрицательно покачала головой.

– Она даже не слушает, на доску ни разу глаз не подняла. По-моему, она не с нами, может, письмо своему корейцу пишет?

Алена поджала нижнюю губу, пряча усмешку, и покрутила пальцем у виска, выражая свое отношение к одержимости этим мужчиной. Ольга Николаевна шикнула на девушек, заставляя их замолчать, когда услышала очередной смешок. После окончания лекций не преминула высказаться по поводу болтушек, чем еще больше развеселила Алену и Аню.

– Ольга Николаевна, вы как школьница-отличница, – протянула Аня, беря ее под руку и ведя к выходу. – Неужели вы никогда в школе не срывали уроки разговорами?

– Было дело, получала потом за это так, что до сих пор помню, – ответила Ольга Николаевна, шутливо грозя Ане кулаком. – Мира, ты уходишь? С нами в кино не хочешь? Пойдем фантастику смотреть.

Мира обернулась на выходе, держа в руках наушники:

– Я хочу пройтись, вы идите без меня. Я потом сразу в отель пойду.

– И почему мне кажется, что ты стараешься отделаться от нас, чтобы с кем-то встретиться? – крикнула ей вдогонку Марина.

– Тебе какое дело до того, куда и зачем она идет? – мягко спросила Ольга Николаевна. – Ты за собой следи, за тем, что говоришь и зачем говоришь. Зависть никого еще не красила, а зависть к тому, что ты считаешь большой удачей – тем более.

– Намек поняла? Закрой рот и идем смотреть фильм. Может, там встретишь любовь всей своей жизни и останешься жить здесь, – Аня зло усмехнулась при виде вытянувшегося лица Марины. В кармане издал сигнал телефон, оповещая о входящем сообщении. Мира написала, что поужинает и зайдет в книжный. Попросила сообщить, когда они будут подходить к отелю, чтобы подняться на этаж вместе.

* * *

Пробыв в книжном магазине полчаса и порядком устав от консультанта, ходившего за ней по пятам, Мира решила дождаться Аню у отеля. Погода улучшилась по сравнению со вчерашним вечером, снег не норовил залететь за воротник, на руки Мира предусмотрительно натянула перчатки. Прислонившись к тому же каменному ограждению, Мира опять вспомнила Тан Тэмина и болезненно поморщилась, прокрутив в голове их разговор. То ли алкоголь так на нее подействовал, то ли знаки внимания от Руслана Сергеевича, но вела она себя непростительно грубо, тогда как актер старался ее отвлечь, разговорить. Видел ли он, что она плакала?

– Знаете, что я заметил? – Тан Тэмин положил локти на камень рядом с ней. – Что я начинаю вас ждать вечером. И что у меня появляется желание узнать, где вы бываете днем. Странно, правда?

– Да что ж вы так подкрадываетесь? – воскликнула Мира, схватившись за горло. – Вам никто не говорил, что так нельзя делать, можно до смерти напугать человека.

Тан Тэмин насмешливо блеснул темными глазами, показывая ямочку на щеке.

– Вам сегодня лучше? Я, честно говоря, не нашел места красивее, чем это, поэтому вернулся обратно. Не будете меня прогонять?

Мира покраснела до самых корней волос, надеясь, что в полумраке это не слишком заметно.

– Извините меня, я не должна была говорить то, что сказала вам вчера. Просто кое-что случилось и…

– И поэтому вы плакали? – закончил Тан Тэмин, вмиг становясь серьезным. – Это из-за того человека, из зала?

Он слишком сообразительный, подумала Мира, размышляя, что ему ответить. Тан Тэмин вновь усмехнулся.

– Вы не обязаны рассказывать, если не хотите, так что не нужно ничего придумывать. Мы можем поговорить о чем угодно, либо просто помолчать. Вечер сегодня чудесный, я уже немного устал от бесконечного снега, который все падает и падает. Откуда он только берется в таком количестве?

– С туч, наверное, – пожала плечами Мира, и они рассмеялись, глядя друг на друга.

– Что слушаете? Можно? – Тан Тэмин подхватил пальцами второй провод с наушником и, нагнувшись, вставил в ухо. Прислушался, удивленно приподняв бровь:

– Надо же, какая знакомая мелодия.

Мира в очередной раз покраснела, мечтая, чтобы в данный момент на телефоне не проигрывался OST из корейской дорамы. Она хотела достать телефон из кармана, чтобы переключить трек, но Тан Тэмин остановил ее руку, зажав в своей ладони.

– Потанцуем?

Второй рукой притянул за талию ближе к себе так, что концы его длинных, чуть ниже плеч, волос коснулись ее лица.

– Дальше провод не позволяет, – тихо сказал Тан Тэмин, медленно кружа Миру в танце, сжимая ее ладонь и ощущая жар даже через перчатку. Голубые глаза на обращенном к нему лице девушки блестели в свете фонарей, уголки губ слегка приподнялись в улыбке, она двигалась в такт с ним, ни разу не сбившись, словно они изначально были настроены на одну волну. Было что-то волшебное в этом танце в темноте под музыку, звучащую буквально только для них двоих. Тан Тэмин сильнее сжал пальцы на талии Миры, желая почувствовать сквозь куртку изгиб ее спины. Видимо, что-то отразилось в его глазах, что его партнерша резко перевела взгляд на уровень шеи.

Трек закончился, Тан Тэмин не спешил выпускать Миру из своих рук, она не делала попыток отодвинуться. Они просто замерли, держась друг за друга, и Мира снова подняла глаза.

– Спасибо, – шепнула она так тихо, что Тан Тэмин склонился еще ниже, чтобы расслышать. – Мне очень понравилось, это было потрясающе.

– Я готов повторить, – совершенно серьезно ответил Тан Тэмин. – Никогда не думал, что одни наушники на двоих могут сотворить такое волшебство.

Мира крепче сжала ткань его пальто, и в этот момент телефон оглушил их обоих звонком.

– Вот блин, – пробормотала Мира, доставая телефон и глядя на номер звонившего. Более неподходящего момента Аня выбрать не могла, чтобы напомнить о себе. – Да?

– Мы почти пришли, подходи к входу, ждем, – проговорила Аня и положила трубку, оставив Миру в растерянности смотреть на экран телефона.

– Подруга? – спросил Тан Тэмин, вынимая из уха наушник и передавая Мире. – Вам уже пора уходить?

– Да, наверное, пора уходить, – с грустной полуулыбкой ответила Мира, медленно убирая телефон обратно, в то же время отчаянно желая продлить мгновения, проведенные рядом с Тан Тэмином. – Еще раз спасибо за танец.

Мира внезапно осознала, что до сих пор крепко сжимает его руку и тут же разжала пальцы, почувствовав неловкость.

– О, простите, я не заметила, что держу вас.

Тан Тэмин в ответ сжал пальцы на ее талии:

– Я вас тоже держу, но извиняться не буду. Если я вас отпущу, вы снова сбежите. Скажите мне ваше имя.

– Мира.

– Мирэ, – произнес на свой лад Тан Тэмин, загадочно улыбаясь. – Прекрасное будущее, которым дорожишь. Мне нравится ваше имя, Мирэ.

– Оно так переводится? Правда?

– Имя не переводится, – усмехнулся Тан Тэмин. – Оно имеет несколько значений. Если смотреть по иероглифам, то имя означает «прекрасный», «любить», «дорожить», а на корейском оно означает «будущее».

– Что означает ваше имя? – тут же спросила Мира, борясь с желанием убрать прядь волос с его щеки.

– Э-э… Боюсь, родители промахнулись, когда дали мне имя, – после секундной заминки ответил Тан Тэмин. – Я его не оправдал. Мира, я могу звать вас по имени?

Мира озадаченно посмотрела на Тан Тэмина, не сразу уловив суть его вопроса, потом вспомнила, что на его родине в обращении всегда звучит также фамилия.

– Да, имени будет достаточно. Наши фамилии слишком длинные, долго выговаривать и для меня это будет непривычно слышать. Остановимся только на имени.

– Хорошо, тогда и для меня имени будет достаточно. Можем общаться неформально? – Тан Тэмин дождался кивка Мира, его глаза стали совсем темными, чернее самой ночи. – Дай мне свой номер телефона, Мира.

Мира диктовала свой номер, пока Тан Тэмин вбивал в свой телефон цифры одной рукой. Он сразу сделал дозвон:

– Мой номер. Звони в любое время, особенно, если будет желание повторить танец.

И тут ее накрыло понимание того, что через несколько дней она больше не увидит этого человека, разве что на экране. Их встречи подобны снегу, покрывающему каменную ограду: сегодня он ослепительно блестит при свете фонарей, завтра растает и стечет в реку, оставив лишь воспоминания, и в данном случае они будут очень болезненные. Мира печально улыбнулась, глядя на реку за спиной Тан Тэмина, потом заглянула в его глаза.

– Я в конце недели уезжаю, через три дня. Так что думаю, вряд ли мы повторим.

– Но три дня же есть, – быстро возразил Тан Тэмин. – Мы ведь встретимся, да?

«А нужно ли нам встречаться?» – невесело подумала Мира. – «Еще немного, и я по уши в тебя влюблюсь, Тан Тэмин. То ли ты оттачиваешь свое актерское мастерство на мне, то ли действительно я тебе нравлюсь. В любом случае, что мне потом делать, когда я уеду домой?»

– Я не знаю, – честно ответила Мира, отодвигаясь от Тан Тэмина, и сразу же ее охватило щемящее чувство потери. – Мне действительно нужно уходить, меня давно ждут.

Тан Тэмин неохотно убрал руку с ее спины, выпуская из своих объятий, оставшись стоять в тени деревьев, наблюдая, как она спешит к подругам, ожидающим ее у дверей отеля. «Три дня», – крутилась в его голове мысль. – «Осталось три дня. Может, она права, и нужно все закончить, пока и не началось».

Незнакомые ранее чувства вспыхнули как-то неожиданно для него самого в момент, когда он поймал ее в дверях ресторана. Восторг и умиротворение одновременно, будто он нашел частичку дома в чужой стране. Желание удержать, защищать и быть рядом с крошкой, которая едва доставала ему до плеча. Обнять и никому не отдавать. Тан Тэмин несколько растерялся, впервые ощутив такую смесь по отношению к женщине. Он привык, что с партнершей он на равных, никто никому ничего не должен, нагулялись и разбежались на радость прессе, которой всегда было о чем рассказать читателям. И уж точно не чувствовал желания оберегать свою девушку, все они были вполне самостоятельные и не нуждались в нем. Мира же вытянула из него повадки дикаря, о которых он даже не подозревал. «Да что со мной в самом-то деле».

«Господи, чем я занимаюсь?» – в ужасе думала Мира, ощущая почти физическую боль в груди. – «Нужно было сразу уйти, к чему были эти танцы, эти взгляды? Я совсем рехнулась, что ли?»

С трудом удерживая себя от того, чтобы не развернуться и не побежать обратно к реке, Мира упрямо переставляла ноги вперед. И уперлась взглядом в ботинки на своем пути. Подняв голову, натолкнулась на разъяренный взгляд Руслана, загораживающего ей дорогу. Мира сразу поняла, что он видел ее с Тан Тэмином.

– Недотрога, значит? – процедил Руслан сквозь зубы, бросая взгляд за ее плечо и повышая голос. – Или просто по китайцам тащишься? Экзотики захотелось?

Мира открыла рот, подумала, закрыла и обошла Руслана стороной, не желая ввязываться в очередной скандал. Аня уже направлялась к ней, тоже заметив Руслана.

– Идем, – она схватила Миру за руку и потянула к входу, оборачиваясь на Руслана, но он остался на месте. – С кем ты была у реки? Мужчина, кто он?

– Долго этот, – Мира кивнула за спину, – стоял там?

– Да, долго. И все время смотрел на вас. Мира, с кем ты была? – Аня не переставала задавать вопросы все дорогу до номера Миры, и в номер зашла за ней следом. – Я замерзла, пока ждала тебя.

– Тан Тэмин, – коротко сказала Мира, заставив Аню надолго умолкнуть. – Я в душ.

Выйдя из душа через полчаса, Мира застала Аню на своей кровати, и она, по всей видимости, основательно подготовилась за это время к допросу. Мира вздохнула.

– Мы встречались случайно пару раз после того столкновения в ресторане, немного поговорили. Ничего серьезного.

– Все-таки он знает наш язык? – уточнила Аня.

– Переводчик, – Мира показала на телефон, упорно не желая выдавать Тан Тэмина. – Ты не поверишь, но таким способом можно достаточно внятно вести разговор. Если встретишь иностранца – доставай телефон и открывай переводчик. Еще есть программы, которые озвучивают, но мы просто переписывались.

Аня недоверчиво смотрела на Миру, Мира вернула ей честный взгляд, желая в этот момент провалиться к соседу снизу. «Я буду наказана за свою брехню».

– Допустим, – неуверенно согласилась Аня с ее объяснением. – Но…

– Я устала, – быстро сказала Мира. – Мы можем завтра все обсудить?

– Время еще детское, даже девяти часов вечера нет. Ты серьезно? – подняла брови Аня. – Или просто не хочешь ничего рассказывать? Ты встретила живую легенду, как там его называют?

– Корейский демон, – машинально ответила Мира, Аня спрятала ухмылочку.

– Кстати, а почему его так называют?

– Прозвище прилипло к нему после роли демона в «Черном жреце». Он там просто великолепен, правда?

– Да, великолепен, – задумчиво повторила Аня, вертя на пальце кольцо. – Слушай, вот я не могу понять. Я, Алена и Ольга ни разу с ним не встретились лицом к лицу, Марина его поймала тогда у отеля, но он очень резво сбежал. А с тобой уже несколько раз ну совершенно случайно пересекается, еще и ведете какие-то секретные беседы, о которых нельзя рассказывать. Это очень подозрительно, Мира.

– На что ты намекаешь? – вскинулась Мира.

– Я ни на что не намекаю, я прямо спрашиваю – что у тебя с этим актером, что ты вся сияешь, когда говоришь о нем? Ты видела себя в зеркало? Подумай о том, что ты здесь не навсегда, как и он. Потом будешь рыдать в подушку? Зачем он сюда приехал?

– Он не говорил, а я не спрашивала.

– Мой тебе совет – если ты просто хочешь отлично провести время – давай, вперед, только порадуюсь за тебя. Но если ты воспринимаешь корейца всерьез – одумайся, нет у этих отношений будущего, он никогда не бросит свою полную роскоши жизнь в Корее, чтобы остаться здесь ради тебя и работать на заводе. И тебя не позовет с собой, у него там полно красивых девушек его статуса. Да и слышала, что не особо они женятся на иностранках, иначе потеряют кучу фанатов, что для актеров смерти подобно.

– Думаешь, я ничего не понимаю, да? – прошептала Мира дрожащим голосом, глотая слезы. – Думаешь, я такая дура, да? Что встретила парня и уже через пару дней надеюсь на свадьбу и полный дом детей? Я не ищу встреч с ним, он сам меня находит.

– О-о, – протянула Аня, ставя перед Мирой упаковку бумажных салфеток. – По-моему, мои советы уже опоздали. Не стоит тебе с ним больше встречаться, слышишь? Будет больно, но это ничто по сравнению с тем, если ты сильнее влюбишься в него, а он ответит тебе.

– Ой, перестань, – сквозь слезы рассмеялась Мира. – Он актер, для него сыграть чувства так, чтобы весь мир рыдал – раз плюнуть. Ответит мне, как же.

– И правда, скорее всего, он просто притворяется, – согласилась Аня, тревожно глядя на того, как Мира сжимает в руках салфетку. – Хочешь, я принесу еды? Или кофе? Может, бутылочку вина? Напьемся, как в первый день, вдвоем, зачем нам нужны эти мужики?

– Да, – оживилась Мира. – Вино будет в самый раз. И что-нибудь поесть, если тебе не сложно.

– Я в магазин и обратно, жди, – Аня накинула куртку, запрыгнула в ботинки и выскочила из номера.

Не прошло и пяти минут, как в дверь постучали.

– Ты опять что-то забыла? – спросила Мира, открывая дверь, и испуганно замолчала, увидев в дверях Руслана.

– Привет, – сказал он, проходя в прихожую, словно не замечая попыток Миры вытолкать его обратно в общий коридор. – Я пришел поговорить сам, поскольку поймать тебя одну – невыполнимая задача, ты постоянно трешься в обществе этого узкоглазого. Я немного выпил, пока ждал, чтобы Анюта ушла.

И, судя по запаху, который Руслан распространял вокруг себя, приложился он к бутылке основательно.

– Она сейчас вернется! – выкрикнула Мира. – Вы пьяны, уходите сейчас же, иначе я позову директора.

Руслан одним движением схватил Миру и зажал ей рот рукой, придавив к стене.

– Кричать будешь? С ним ты не кричала, когда он тебя лапал, тебе нравилось, да? – зловеще усмехнулся Руслан Мире в лицо, обдав алкогольными парами. – Любишь китайцев? Что же тебя не устраивает во мне? Мне изменить, может, разрез глаз, тогда я тебе понравлюсь?

Мира отчаянно замычала, раскрыв полные слез глаза, попыталась высвободить руки, но Руслан сдавил ее так, что стало трудно дышать. Не убирая ладонь ото рта, перевернул ее к себе спиной и второй рукой сжал сзади ее кисти, подталкивая в комнату. Мира лягнула его ногой, но промахнулась, Руслан рассмеялся, бросил ее на кровать, вдавив лицом в подушку и, удерживая ее в таком положении коленом, связал сзади руки. После этого перевернул на спину, скотчем заклеил рот и поднялся на ноги, любуясь результатом.

– Теперь ты мне нравишься больше, когда не орешь и не сопротивляешься, – удовлетворенно заключил он и принялся расстегивать свою рубашку, путаясь в пуговицах.

Мира нащупала в заднем кармане джинсов телефон и попыталась его разблокировать, проклиная тот день, когда установила блокировку экрана. После нескольких попыток, кажущихся бесконечными, она услышала щелчок, и сердце ухнуло вниз от облегчения. Занятая борьбой с телефоном, Мира совсем упустила из виду Руслана, и, подняв глаза, покрылась холодным потом: Руслан отбросил рубашку и расстегнул ремень на брюках, подходя ближе на нетвердых ногах, не отрывая глаз от Миры. Он определенно был безумен сейчас, глаза светились странным воодушевлением, губы кривила пьяная ухмылка. Мира по памяти открыла книгу вызовов и ткнула пальцем в верхнюю правую часть экрана, где должен был быть Анин номер. Услышав тихие гудки, чуть не расплакалась от облегчения, умоляя Аню быстрее ответить на вызов.

– Ну что, нравлюсь я тебе? – Руслан напряг мышцы, забираясь на кровать. – Не то что твой тощий ухажер, у которого и член-то размером с мой мизинец.

«Аня, пожалуйста, возьми трубку!» – мысленно кричала Мира, зажмуриваясь, когда Руслан оперся руками по обе стороны от ее головы и склонился, целуя ей лицо и шею.

– Отвали от меня, ты, урод! – завопила Мира в кляп, лягая его ногой.

Руслан выругался и придавил ее ноги своими, рванул ткань кофты, оставляя ее в одном нижнем белье.

9

– 기다려 누나. 그들은 나를 부른다,〔Подожди, сестра. Мне звонят〕 – Тан Тэмин глянул на экран телефона, на котором высветился номер Миры. – 내가 다시 전화 할게〔Я тебе перезвоню〕.

Переключив звонок, Тан Тэмин с удивлением вслушивался в приглушенные звуки из трубки.

– Эй? Мира? – позвал он. Где-то вдалеке послышался мужской голос, Тан Тэмин крепче прижал трубку к уху. Приглушенный вопль и снова мужской голос, глухой стук, похожий на удар.

Тан Тэмин слетел с кресла, не обращая внимания на удивленный взгляд секретаря Муна, и рванул к двери.

– Мне идти с вами? – прокричал вслед секретарь Мун, но Тан Тэмин уже сбегал по лестнице на десятый этаж.

Дверь в номер Миры была заперта, из-за нее долетали звуки борьбы. Тан Тэмин, недолго думая, выбил дверь плечом и ворвался в номер. Мгновенно оценил обстановку, одним движением схватил Руслана за плечи, скидывая на пол, вторым движением подхватил одеяло и накинул на Миру, укрыв ее с головой.

– Ты кто такой? – заплетающимся языком прохрипел Руслан, покачиваясь на полу и пытаясь подняться. Запутался в спущенных брюках, вновь приземлился на пятую точку, вызвав гримасу отвращения у Тан Тэмина. – Слышь, ты, узкоглазый, пошел вон отсюда, это моя баба!

Тан Тэмин с размаху врезал ему кулаком в нос, выбив фонтан кровавых брызг. От удара голова Руслана запрокинулась, он ничком повалился на пол, закрыв лицо руками.

– Ты придурок, ты сломал мне нос! – заревел он сквозь пальцы.

– 나머지는 온전한 것을 기뻐하십시오〔Радуйся, что остальное целое〕, – ледяным тоном ответил Тан Тэмин, борясь с неудержимым желанием повторить. Вместо этого пнул Руслана ногой в середину бедра, чем вызвал новую волну боли, соперник сжался калачиком, обхватив ноги руками. – 새끼〔Сволочь〕.

Убедившись, что стонущий выродок целиком занят своим избитым телом и не делает попыток подняться, Тан Тэмин присел на край кровати, отворачивая край одеяла.

– Ты как, в порядке? – тихо спросил он, осторожно отлепляя скотч с лица. – Извини, будет больно.

Мира сгорала от стыда, не смея открыть глаза и посмотреть на Тан Тэмина: ну почему из всех людей именно он увидел ее в таком состоянии? Полуголую, связанную, еще и мужика стащил с нее. Тан Тэмин осторожно стер слезы с ее щек и обнял, прижав голову к груди.

– Все хорошо, больше он тебя не тронет. Все хорошо, – приговаривал он как молитву, поглаживая волосы. – Повернись немного, развяжу руки.

– Я звонила Ане, – глухо пробормотала Мира ему в плечо, выпуская из онемевших пальцев телефон.

– А дозвонилась мне. И слава Богу, я не представляю, чем твоя Аня могла бы тут помочь. Вряд ли бы он открыл ей дверь. Как руки? – Тан Тэмин растер запястья Миры и снова укутал ее в одеяло до шеи.

– О Господи! Что случилось?? – крик Ани был слышен на весь этаж. Она стояла с пакетом в руках над Русланом, переводя взгляд с окровавленного лица на спущенные брюки и обратно.

– Господин Тан! – следом появился секретарь Мун, изумленно оглядывая номер. – С вами все в порядке?

Тан Тэмин подозвал его к себе. Аня выпустила из рук пакет, в котором что-то зазвенело, и бросилась к кровати, заметив Миру, выглядывающую из-за плеча актера.

– Как он вошел? Ты что, пустила его? Я же тебе говорила не открывать дверь, вот дурочка! – причитала она, хватая Миру за руку. – Он тебе ничего не сделал, ничего? Господи, Мира!

Мира мертвой хваткой вцепилась в сползающее одеяло за мгновение до того, как оно чуть не упало, и внезапно разрыдалась, вновь накрываясь с головой. Аня закрыла глаза, пытаясь не тоже не разреветься, посмотрела на Тан Тэмина.

– С ней все в порядке?

Тан Тэмин кивнул секретарю Муну, тот послушно перевел вопрос.

–그녀는 나와 함께 올 것이다. 당신은 내일 그녀를 방문할 수 있습니다〔Она пойдет со мной. Можете навестить ее завтра〕, – ответил Тан Тэмин и добавил для секретаря, чтобы он объяснил, где искать его номер.

– Господин Тан сказал, что забирает девушку в свой номер и с ней все будет в порядке. Вы можете завтра ее навестить, – перевел секретарь Мун Ане, она испуганно посмотрела на Тан Тэмина. Мира, не веря своим ушам, уставилась на секретаря Муна, высунув голову из своего укрытия. Перестал стонать даже Руслан, пытаясь сообразить, что он только что услышал. На минуту повисла оглушающая тишина, все взгляды устремились на Тан Тэмина, только секретарь Мун, заложив руки за спину, смотрел в пол, ожидая распоряжений.

– Нет, – решительно заявила Аня, поднимая брови и упирая руки в бока, отчего Тан Тэмин чуть не расхохотался в голос, так потешно она выглядела в этой позе при своих габаритах. – Вы никуда ее не заберете. Только от одного мужика избавились, как второй какие-то права качать начинает. Нет! Она пойдет со мной!

–예〔Да〕, – бросил Тан Тэмин, подоткнул одеяло со всех сторон, и, поднимая Миру на руки, незаметно шепнул: – Успокой свою подругу, я тебя забираю, так как не доверяю ни ему (кивок на Руслана), ни этим хлипким дверям.

– Что здесь происходит? – прозвучал резкий голос директора, появившегося на пороге комнаты. Присев над Русланом, Богдан поморщился, понизив тон. – Ты бы хоть штаны натянул, валяешься тут как последний… Никогда бы не подумал, что мне будет так стыдно за тебя, придурок.

Артем вошел следом, и в комнате стало совсем тесно, словно они залезли все вместе в один шкаф. И очень неуютно. Богдан смерил взглядом Тан Тэмина с Мирой на руках.

– Вы кто такой и что здесь делаете с моей сотрудницей?

Тан Тэмин начал быстро говорить, секретарь Мун – так же быстро переводить. Богдан бледнел все больше и больше, под конец рассказа с трудом подавляя желание самому врезать Руслану.

– С ней все в порядке?

– С госпожой Мирой будет все в порядке, – ответил секретарь Мун. – Господин Тан позаботится о ней лучшим образом.

– Мира? Ты знаешь этого человека? – директор был потрясен произошедшим, его голос сорвался на хрип и он откашлялся.

– Да, я его знаю, – быстро ответила Мира, мечтая уже убраться подальше от всех взглядов и вопросов, повернулась к Ане. – И ты не переживай, завтра увидимся.

Тан Тэмин наконец смог покинуть номер, унося в руках сверток с девушкой.

– Аня, иди к себе, – сказал Артем. – И старайся поменьше болтать о том, что здесь было. Нужно отвезти его к врачу и прибраться в номере.

– За уборку не беспокойтесь, господин Тан поручил это мне, я разберусь с этим делом. И с администрацией тоже. Вам лучше действительно показать вашего знакомого доктору без промедлений, – прозвучал голос секретаря Муна откуда-то сбоку, от чего Богдан подпрыгнул, уверенный, что в номере не осталось гостей.

– Вам никогда не говорили, что вы похожи на привидение? – нервно воскликнул директор, пытаясь отдышаться.

– Говорили, – довольно ответил секретарь Мун и ушел на поиски администратора отеля.

* * *

Тан Тэмин занес Миру в спальню, усадил на кровать и присел перед ней на корточки, заглядывая в лицо.

– Мы встретились гораздо раньше, чем я предполагал, не так ли? Как себя чувствуешь? Болит что-нибудь?

Мира отрицательно покачала головой, пряча глаза. Тан Тэмин нахмурился, поднялся на ноги, изучая склоненную голову.

– Мира?

Она упрямо смотрела в пол, понемногу заливаясь краской. Тан Тэмин, видимо, что-то сообразил, хмыкнул и указал на шкаф.

– Там вещи, можешь брать все, что тебе понравится. За той дверью ванная комната, полностью в твоем распоряжении со всем, что там находится. Я туда заходить не буду. Эта спальня тоже твоя, вот ключ от двери, он в единственном экземпляре, я буду в гостиной спать, чтобы видеть входную дверь. Если будет желание поговорить – выходи, буду рад компании.

Тан Тэмин осторожно прикрыл за собой дверь, оставляя Миру одну. Только тогда она подняла голову и оглядела огромную спальню с королевской кроватью, на которой сейчас сидела, письменный стол стоял у внешней стены, полностью закрытой тяжелыми шторами. Шкафы расположились по обе стороны кровати, занимая всю стену. И здесь были те самые мягкие глубокие кресла, которых ей так не хватало в своем номере, чтобы забраться туда с книжкой и кружкой горячего чая.

Мира спустила босые ноги с кровати на пушистый ковер и направилась в ванную, волоча за собой одеяло как мантию. Уже стоя под включенным душем, подумала о том, что ключ от спальни так и остался лежать на столе.

Тан Тэмин прислушался к шуму воды и слегка улыбнулся, гадая, что же она выберет из одежды. Заказал в номер поздний ужин, узнал у секретаря Муна о переговорах с администрацией, побродил по гостиной и в конце концов завалился на диван, не зная, чем себя занять. Открыл книгу, но перед глазами стоял тот урод со спущенными штанами, нависающий над Мирой. Что если бы он не успел? Если бы не услышал звонок? Тан Тэмин крепко зажмурился, приказывая себе не думать об этом.

В дверь постучали, уведомив о доставке ужина, шум воды тут же стих, послышались торопливые шаги в спальне и дверь приоткрылась.

– Не открывай, – громким шепотом произнесла Мира, встревоженно глядя в сторону входной двери.

– Это ужин, – спокойно ответил Тан Тэмин. – Никто, кроме персонала, сюда не зайдет, не переживай.

Мира посмотрела на него, кивнула, видимо, решив довериться, и скрылась в спальне. Но дверь закрыла на ключ.

«Непривычно стучаться в собственную спальню», – мысленно заметил Тан Тэмин, легонько постучав пальцами по двери через полчаса, когда Мира так и не вышла в гостиную. – «Непривычно, но очень комфортно, что она здесь, за дверью».

– Мира, ужинать будешь? – спросил он вслух.

– Нет, спасибо, – отозвалась она через дверь.

– Чай?

Мира открыла дверь, Тан Тэмин сделал приглашающий жест в сторону стола.

– Я думала, ты уже спишь, тут было так тихо, – сказала Мира, присаживаясь на стул, подперла щеку ладонью и подняла глаза на Тан Тэмина. – Что ты делал, если не спал?

– Читал, – ответил Тан Тэмин, ставя перед ней кружку с чаем. – Точно не будешь есть?

Мира заметила раскрытую книгу на диване.

– Ты здесь будешь спать? Я могу…

– Нет, не можешь, – возразил Тан Тэмин чересчур резко, тут же прикрыл глаза и глубоко вздохнул. – Извини, я лишь хотел сказать, что в спальне тебе будет удобнее.

– И безопаснее?

– И безопаснее, потому что сначала нужно будет пройти через меня.

– Почему? – внезапно спросила Мира, внимательно глядя Тан Тэмину в глаза, в которых сейчас россыпью отражался свет ламп. Радужка приобрела насыщенный карий оттенок, напоминая растопленный шоколад, хотя ранее Мира была уверена, что у Тан Тэмина черные глаза.

Она так долго смотрела ему в глаза, что Тан Тэмин приподнял бровь и усмехнулся, возвращая Миру в реальность.

– Прошу прощения, – Мира неловко заправила прядь волос за ухо и отвела глаза, приходя в ужас от собственного поведения и от того, как Тэмин мог расценить ее взгляд. Так беззастенчиво пялиться на человека – это было совершенно не в ее привычках.

Но Тан Тэмин только качнул головой.

– Я не проводил анализ того, почему я это сделал и с какой целью, точно так же как не раздумывал над тем, танцевать или нет на улице. Это было мое желание, я просто сделал то, что мне хотелось больше всего. Точно так же, как я заговорил с тобой в первый раз, даже не задумываясь, на каком языке говорю. Я подумаю над этим, когда немного успокоюсь, до сих пор трясет, как вспомню этого урода. Эй, ты чего? – Тан Тэмин приподнял лицо Миры за подбородок. – Не вздумай плакать из-за него, ему сейчас должно быть намного хуже, чем тебе. По крайней мере я на это очень надеюсь, я старался.

Мира улыбнулась сидящему напротив мужчине сквозь слезы, вытирая ладонью щеки.

– Все хорошо, правда. Я вот только не могу понять, чем заслужила твою помощь. В любом случае – спасибо. За то, что ты рядом все эти дни.

«Три дня», – подумал Тан Тэмин. – «Осталось всего три дня».

– Иди спать, поздно уже. Если что – зови, я буду здесь, – он указал на диван в гостиной.

– Я завтра освобожу твою спальню. Останусь с Аней, может, переедем в номер на другом этаже, – поспешно сказала Мира, пятясь к спальне.

– Поговорим об этом завтра, – настроение Тан Тэмина вновь изменилось, четко очерченные губы сжались, превращая нижнюю полную губу в тонкую линию, глаза почернели, полностью скрыв зрачки, и Мира невольно поежилась, словно заглянула в бездну. – Спокойной ночи.

10

Утром, проснувшись, в первое мгновение Мира не поняла, где находится, а через минуту уже искала свой телефон, часы, будильник или хоть что-нибудь, что могло показать, который сейчас час. Из соседней комнаты не доносилось ни звука, казалось, она была в номере совершенно одна. Мира стянула с сушилки свое белье, накинула сверху рубашку Тан Тэмина, добытую из недр шкафа, быстро умылась, закрутила волосы в узел и, решив, что выглядит достаточно прилично, открыла дверь в гостиную. Она действительно была одна, хозяина номера нигде не было видно.

– Тан Тэмин? – позвала Мира. – Ты что, бросил меня здесь? У меня даже телефона нет, остался внизу. Блин, что делать-то?

Спускаться в свой номер в одной рубашке Мира не решилась, поэтому присела на диван, огляделась и заметила книгу, которую Тан Тэмин читал вечером. Открыв первую страницу, увидела, что текст написан на хангыле. Сплошные черточки и кружочки в разных вариациях.

«Наверное, это не сложно, нужно только запомнить, в какую сторону пишется черта, и какую букву она означает. Не то, что в русском языке – редко какие буквы похожи друг на друга», – подумала Мира, разглядывая страницу.

– Читаешь? – насмешливый голос заставил ее подпрыгнуть на диване, книга упала на пол.

– Опять ты подкрадываешься? – возмутилась Мира, поднимая книгу и кладя рядом с собой.

Тан Тэмин переоделся, слегка влажные волосы липли к его шее, из чего Мира сделала вывод, что он принимал душ.

– Ты снял еще один номер? – вырвалось у нее.

– Нет, я сходил в гости к секретарю Муну, – рассмеялся Тан Тэмин. – Он в соседнем номере.

Секретарь жутко удивился, когда Тан Тэмин заявился к нему с просьбой пустить в душ, и еще больше удивился, когда получил задание достать одежду. Об этом Тан Тэмин решил не рассказывать.

– Мне неудобно, что тебе приходится ходить в чужой номер. Я вполне могу и здесь посидеть, если тебе нужна ванная, нужно было просто разбудить меня, – сказала Мира. И тут же спохватилась, добавив встревожено: – Который час?

Услышав, что время близится к двенадцати дня, она схватилась за голову, мысленно выстраивая последовательность действий: добыть свою одежду, найти телефон, позвонить Ане, попасть на занятия. Тан Тэмин наблюдал за сменой выражений на ее лице, затем сообщил, что ее подруга передала через секретаря Муна, что Миру освободили от посещения лекций.

– Что? – машинально переспросила Мира, продолжая думать о своем.

– Говорю, твой директор сказал, чтобы ты не появлялась на занятиях. Подруга твоя нашла моего секретаря, потому что ты не отвечала на звонки.

– Конечно, не отвечала, я ведь оставила телефон в номере. – Мира подозрительно посмотрела на Тан Тэмина. – Что, правда сказала, что можно прогуливать лекции? Ты не придумываешь, чтобы я не волновалась, потому что уже опоздала?

Тан Тэмин изогнул бровь и негодующе фыркнул.

– Я не знаю, во сколько тебе надо быть на лекциях, так откуда я могу знать, опоздала ты или нет? – задал он резонный вопрос.

– И то верно, – сразу успокоилась Мира. – Тогда я пошла вниз искать телефон.

– Хорошо, идем, – Тан Тэмин посмотрел на ее босые ноги. – Может, я сам схожу? Заодно принесу твои вещи, обувь, все, что увижу в номере.

Мира быстро потрясла головой, представив, как он будет ходить по номеру, собирая в узелок ее вещи. И зачем он будет их собирать?

– Зачем ты хочешь принести сюда мои вещи?

– Затем, что ты останешься здесь. Тот 새끼 с утра был очень воинственный, с опухшим лицом и синим носом, он рыскал по отелю в поисках сбежавшей девушки. Кажется, его начальник с ним не может справиться. Подумываю нанести ему еще один визит в ближайшее время, – ровным тоном ответил Тан Тэмин.

Сердце Миры ухнуло вниз. Внезапно мысль о том, чтобы выйти из этого безопасного номера и бродить по отелю, показалась ей не такой уж и разумной. Мира оглянулась на спальню, борясь с желанием закрыться в ней на ключ.

– Я тебе сильно мешаю? – с надеждой на отрицательный ответ спросила Мира.

– Вообще не мешаешь, – спокойно ответил Тан Тэмин. – Сразу же сказал – спальня твоя. Схожу за вещами, скоро вернусь.

– Нет! – вскричала Мира, хватая его за руку. – Это не срочно, Тэмин, не ходи, я потом попрошу Аню принести.

Тан Тэмин улыбнулся: ему очень понравилось, как его имя прозвучало из ее уст.

– Хорошо, не пойду. Что будешь есть? Я закажу обед.

– Я не хочу есть. Можно только чай? – Мира отпустила руку Тан Тэмина, подумав о том, что у нее входит в привычку держаться за него.

– Мира, – Тан Тэмин приподнял бровь. – Ты вчера не ела, сейчас уже обед, и ты мне говоришь, что не хочешь? Я не верю, ты должна чем-то питаться, ты же не работаешь от батареек?

– Позже, сейчас не хочу, – повторила Мира, стараясь не думать том, что она ему будет рассказывать, когда наступит это самое «позже».

Тан Тэмин вновь глянул на ее босые ноги и жестом показал забраться на диван. Подкатил поближе низенький столик с ноутбуком, достал с полки плед.

– Тебе, наверное, скучно, – ответил он на вопрос в ее глазах. – Может, есть что-то конкретное, чем ты хочешь заняться? Я могу поискать для тебя книги, хотя сейчас все есть в сети, но если тебе нравится листать бумагу…

– Научи меня хангылю, – выдала Мира и у Тан Тэмина упала челюсть. Пока он подбирал слова, Мира открыла первый попавшийся сайт с корейским алфавитом. – У тебя есть ручка и тетрадь? Я приехала учиться, значит, будем учиться. Кстати, Тэмин, я все хотела спросить – как ты так хорошо выучил наш язык? Ты говоришь на нем, словно на родном.

Тан Тэмин на мгновение прикрыл глаза прямыми, как стрелы, ресницами, вздохнул, порылся на полках и выудил блокнот с ручкой. Положил все это перед Мирой со словами:

– Моя 누나〔Старшая сестра〕живет здесь уже давно, я часто приезжаю к ней, лет с десяти, наверное. Все каникулы я проводил с ней, мне пришлось выучить язык. Но я стараюсь не выставлять это напоказ, в некоторых случаях это может быть преимуществом, например, когда собеседник не знает, что мне не нужен переводчик. Люди начинают говорить удивительные вещи, когда думают, что я их не понимаю.

– Секретарь Мун – он также переводчик? – задала следующий вопрос Мира.

– Да.

– Почему сейчас ты не у сестры, а в отеле?

– Ты слишком любопытная, – Тан Тэмин легонько щелкнул Миру по носу. – Потому что она не знает, что я приехал. Я сбежал и скрываюсь, были тяжелые съемки, после которых очень хотелось побыть в одиночестве. По привычке купил билет в Россию. Может, позже поеду к сестре, а может, не поеду. Еще не решил. А ты? Я так понял, ты здесь не на отдыхе?

– Верно, повышение квалификации. Утром собираемся и идем учиться, вечером возвращаемся обратно. Вот весь отдых.

– Это твой начальник? – следующий вопрос, сопровождаемый внимательным взглядом.

– Не прямой. Он заместитель директора, а также его друг. В офисе он был адекватный, я не могу понять, что на него нашло здесь, в Питере. Он превратился в абсолютно другого человека, какой-то невменяемый, я просто не узнаю его.

– Мужчины внезапно не сходят с ума на такое длительное время из-за минутного порыва, – серьезно проговорил Тан Тэмин, сложив руки на груди и откидываясь на спинку стула. – Максимум – на время возбуждения. Потом это проходит. То, что его так долго не отпускает, говорит о том, что он давно приглядывается к тебе, просто хорошо скрывал это.

Мира покраснела, опустив глаза на свои сцепленные пальцы. Тан Тэмин, возможно, был прав, но слышать такие слова от него было неловко, поэтому она раскрыла блокнот и повернула к нему ноутбук, желая сменить тему. Тан Тэмин это понял, поэтому не стал продолжать, пересел на диван и начал объяснять азы языка.

За пару часов они исписали весь блокнот. Тан Тэмин откинулся на спинку дивана, с загадочной полуулыбкой глядя на склонившуюся над бумагой девушку.

– Это странно, похоже на то, что я больше рисую, чем пишу, – рассмеялась Мира, выводя черточки.

– Устала?

– Вовсе нет, это интересно. А ты? Не устал говорить одно и то же по нескольку раз?

– Нет. Но предлагаю все-таки сделать перерыв. Может, все-таки поедим?

– Ты иди, я останусь здесь, только дай мне еще блокнот.

Тан Тэмин нахмурился, забирая у Миры ручку.

– В чем проблема? – мрачно спросил он. – Ты хочешь заболеть и умереть, поэтому не ешь? Или есть другая причина, о которой я не знаю?

– Я просто не хочу. Отдай, – Мира выхватила ручку из пальцев Тан Тэмина. – Я мало ем, будешь заставлять – мне будет плохо. Так что поешь сам, иначе будешь долго ждать, и сам умрешь с голода. Иди уже, обещаю, что к твоему возвращению я буду жива и здорова.

«Странно это», – подумал Тан Тэмин, выходя из номера и запирая дверь. – «Очень странно». В коридоре слонялся секретарь Мун, которого Тан Тэмин подозвал к себе.

– Не отходите от двери, если заметите хоть что-то подозрительное – звоните мне сразу. Я постараюсь быстро вернуться, думаю, полчаса мне хватит. И еще, найдите чуть позже тетради для письма. У меня появилась ученица, так что называйте теперь меня сонсэнним.

Секретарь Мун озадаченно моргнул, и больше ничем не показал своего удивления.

Никогда еще Тан Тэмин не поглощал еду так быстро, забыв все наставления о пользе долгого пережевывания пищи. Захватив с собой два стакана кофе, около лифта он встретил подруг Миры, возвращавшихся с занятий. Марина расплылась в совершенно идиотской улыбке, пролепетав «привет». Ольга Николаевна кивнула ему, подхватила Марину и втащила в лифт. Аня с Аленой махнули им, чтобы ехали без них, а сами направились к Тан Тэмину. Аня достала телефон, Тан Тэмин оглянулся на лестницу, готовый улизнуть тем путем, чтобы избежать фотосессии.

– Стойте, – замахала руками Аня. – Блин, он все равно не понимает, я не хочу фотографировать его. Алена, может, ты знаешь корейский, ну хоть немного? Черт. – Она быстро открыла переводчик и показала экран. – Я хочу поговорить. Только не знаю как. Как там Мира, я волнуюсь.

Тан Тэмин расслабился и подошел ближе, заглядывая в телефон.

«Хочу узнать, Мира в порядке? Она не отвечает на звонки», – написала Аня, вопросительно посмотрев на актера.

«Она оставила телефон в номере. Хотела попросить, чтобы вы принесли ее вещи», – Тан Тэмин старался печатать короткими предложениями, так как программа старательно перевирала смысл текста.

«Я могу ее увидеть?»

«Она будет вам рада. Я провожу», – Тан Тэмин кивнул на лифт.

«Она в порядке?»

«Есть одна проблема», – Тан Тэмин задумчиво посмотрел на кофе, который сейчас поставил на столик у лифта. Аня проследила за его взглядом и хмыкнула, быстро печатая на экране:

«Не можете ее накормить?»

Тан Тэмин удивленно поднял брови.

«Как вы узнали?»

– Она ест только в кругу близких людей, и, видимо вы, Тан Тэмин, в этот круг не входите, – вслух проговаривала Аня, напечатав при этом: «Она просто перенервничала. Попробую накормить ее».

Тан Тэмин опустил глаза в пол, стараясь не выдать себя, хотя внутри весь кипел от необъяснимой злости, смешанной с разочарованием. Он не входит в круг близких людей. «А что ты хотел? Чтобы за пару дней ты стал самым дорогим и необходимым? Глупый Тан Тэмин, слишком много желаешь». Он выдохнул, улыбнулся и напечатал, что закажет еду в номер для девушек. Затем кивнул на лифт, показывая, что готов проводить их к Мире.

Секретарь Мун ожидал под дверью, как и было ему наказано. Тан Тэмин поблагодарил его, сказав, что тетради найдет сам, так как у него неожиданно появилось много свободного времени, которое нужно провести вне номера.

«Передайте Мире, что я буду позже», – показал он Ане экран телефона, открыл дверь, впуская гостей, забрал пальто и ушел.

– Где Тан Тэмин? – первое, что спросила Мира, увидел Аню с Аленой.

– О Господи, – всплеснула руками Алена. – Это все, что тебя интересует? Он сказал, что придет позже, а нам заказал ужин в номер. Так что поболтаем спокойно, расскажем тебе последние новости про Руслана, у меня даже фотка есть.

– И очень всем интересно, что ты тут делаешь с этим красавчиком наедине, – перебила Аня, поигрывая бровью. – Марина ядом плюется, так что у тебя появился враг номер два.

Мира была не рада ни подругам, ни подносам, заставленным разнообразной едой, хотя в желудке от голода уже скручивалось все узлом. Как только она отводила взгляд от входной двери, он упорно туда возвращался. Болтовню подруг слушала краем уха, иногда кивая и засовывая в рот вилку с какой-то пищей.

– Я принесу твои вещи завтра утром, сегодня, наверное, поздно уже. Директор сказал, что ты свободна до отъезда, так что не заморачивайся и делай все, что хочешь. Даже завидую тебе, что ли. – Аня похлопала Миру по плечу, привлекая внимание. – Кстати, он хотел с тобой поговорить, сказал, что срочно.

– Кто?

– Блин, ты вообще слушаешь меня? – возмутилась Аня.

– Идем, нам пора. Похоже, что Мире совсем не до нас, – Алена направилась к выходу, таща за собой Аню на буксире. – Ты, это, звони, если что. О нас не беспокойся, нас много, нам не скучно. Пока.

Секретарь Мун проводил девушек к лифту, попрощался с ними и вернулся к своему посту.

«Чем дольше я нахожусь рядом с ним, тем больнее мне будет уезжать. Осталось два дня, всего лишь два коротких дня, которые я могу провести здесь, видеть его, говорить с ним. У меня уже сердце разрывается, что же со мной будет, когда я домой вернусь?»

Дверь открылась, Мира вскочила на ноги и разочарованно выдохнула, увидев горничную, вернувшуюся забрать подносы. Открыла ноутбук, нашла несколько чистых листов, попытавшись занять себя учебой, но поймала себя на том, что прислушивается к звукам за дверью. Спустя, казалось, вечность, она расслышала голос Тан Тэмина, и, когда он открыл дверь, ждала его уже в прихожей.

– Эй, – удивленно воскликнул он, складывая стопку тетрадей на столик. – И долго ты тут стоишь босиком?

Мира ничего не ответила, только быстро обняла его за талию, на миг прижавшись всем телом, тут же отпустила, схватила тетради и скрылась в гостиной, оставив изумленного Тан Тэмина стоять в прихожей.

– И что это было? – вопросил он, входя в гостиную.

Мира уже что-то строчила в новой тетради, на его вопрос обернулась вполоборота:

– Тебя долго не было, я волновалась. Извини, вышло само собой, я не хотела тебя смущать.

– Вот как. Ну хорошо, – Тан Тэмин колебался, может, стоило надавить и выяснить, что на самом деле означало ее объятие, но вспомнил ее начальника и сменил тему. – Тебе принесли твои вещи?

– Завтра принесут, Аня сказала, что утром зайдет. Так что сегодня я еще позаимствую твою рубашку. Тэмин, если тебе нужна ванная – иди, я все равно здесь занимаюсь.

* * *

Утром Аня принесла рюкзак Миры, вручила ей телефон и записку от директора.

«Жду в тренажерном зале, есть разговор».

– Ты куда? – спросил Тан Тэмин, заметив, что Мира надевает ботинки.

– Директор зовет. Я туда и обратно.

Тан Тэмин потянулся за телефоном, но замер, услышав следующие слова:

– Тэмин, я сама схожу, ничего не случится, сейчас утро, везде полно народу. Да и ты не можешь постоянно ходить за мной следом, мне нужно как-то самостоятельно разбираться со своими проблемами.

Тан Тэмин сжал зубы и досчитал до десяти, проглатывая резкий ответ. Медленно вернулся на место, бросив при этом:

– Конечно, ты права. Иди.

«Он определенно злится», – думала Мира, пока лифт вез ее на первый этаж. Этот короткий ответ, словно боялся сказать лишнего, напряженная спина, поспешно уставился в ноутбук. – «Я слишком быстро привыкла к нему, и это плохо. Чувствую себя абсолютно беспомощной, когда его нет рядом. Мира, возьми себя в руки, ведь дожила ты как-то до двадцати шести лет без него».

Богдан ожидал ее в тренажерном зале, присев на широкий подоконник рядом с выключенными сейчас колонками.

– Присаживайся, – похлопал он рядом с собой. – Наверное, понимаешь, что разговор будет о Руслане Сергеевиче.

– Понимаю, – сухо ответила Мира, устраиваясь на подоконнике. – Сейчас все разговоры только о нем. Что вы хотели сказать?

– Хотел сразу извиниться. О таких его намерениях я точно ничего не знал, если бы было хоть малейшее подозрение – отправил бы его домой первым рейсом. Сейчас он пришел в себя наконец-то, он раскаивается, но я ему запретил приближаться к тебе. Так что приношу извинения и от его имени тоже.

Мира кивнула, рассматривая свои пальцы.

– С тем человеком, который тебя забрал – могу узнать, что тебя связывает?

– Он знакомый, – поспешно ответила Мира. Даже слишком поспешно, Богдан недоуменно поднял брови. – Он мне помог, я ему благодарна.

– Не знал, что у тебя есть такие знакомые. Ну да ладно. – Богдан прошелся пальцами по волосам, растрепав зачесанные назад волосы. – Я хотел узнать, что ты собираешься делать дальше. То есть, я тебя ни в коем случае не уговариваю и не отговариваю, но… – директор снова растрепал свои пряди, теперь уже они свисали на глаза. – Черт.

– Я не буду никуда заявлять, – Мира сразу поняла, куда клонит директор. – Если бы хотела устроить скандал из этого, сразу бы вызвала полицию. Мне тоже шумиха ни к чему, так что если Руслан Сергеевич будет держать свои руки при себе, и себя подальше от меня, то, думаю, мы можем ужиться в офисе.

– Он будет, – облегченно выдохнул Богдан, и Мира вдруг заметила, что у него дрожат руки. – Мне правда жаль, что все так обернулось. Мира, я могу что-то сделать для тебя? Как-то компенсировать то, что произошло? Ты не подумай, это не подкуп…

– Дайте мне отпуск на две недели, – неожиданно даже для себя выпалила Мира.

– Договорились, – так же быстро ответил директор с заметным облегчением. Видимо, он ожидал чего-то более существенного. – До выходных ты в командировке, с понедельника ты в отпуске на две недели. Не забудь, что в субботу у нас поезд.

– Я не поеду.

– Не понял?

* * *

Тан Тэмин стоял у окна во всю стену, засунув руки в карманы. В очередной раз глянув на часы, раздраженно вздохнул, окинул взором площадь перед отелем, частично заставленную автомобилями. «Может, она решила пойти на занятия, поэтому ее так долго нет?» В коридоре послышались легкие шаги, дверная ручка повернулась без стука, и Тан Тэмин незаметно выдохнул, расслабив напряженно сведенные до этого момента плечи.

– Все в порядке? – не поворачиваясь, спросил он.

– Угадай, что? – пропела Мира, разуваясь и влетая в гостиную. Бросив телефон на диван, остановилась рядом с Тан Тэмином и заглянула ему в лицо, сразу насторожившись. – Что с тобой?

Тан Тэмин скосил на нее один глаз, не поворачивая головы.

– Что со мной? Вообще-то я волновался, тебя долго не было. Ты же сказала, что туда и назад, а прошел уже час.

– Я зашла к Ане и Алене. Мы немного поговорили, и я не заметила, как время прошло. Почему ты не позвонил, если волновался?

– Потому что ты сказала, чтобы я не бродил за тобой хвостом, – недовольно ответил Тан Тэмин. – Что ты сама со всем справишься.

– О Боже, – протянула Мира, начиная улыбаться. – Тэмин, все в порядке, правда. Директор был очень вежлив, извинился, сказал, что его заместитель все осознал и очень боится, как бы я никуда не заявила, поэтому будет тише воды ниже травы. Думаю, проблем больше не будет с ним. А еще…

Тут Мира замолчала, сообразив, что Тан Тэмин может быть и не рад, что она еще две недели будет торчать в его номере. «Как глупо, я не подумала о его планах, будто он здесь только для того, чтобы нянчиться со мной. Сначала мне нужно снять номер и посмотреть, что с моим бюджетом. На офисные деньги жить хорошо, но вряд ли директор будет содержать меня здесь две недели», – пришла запоздалая мысль.

– Ну что? – не выдержал Тан Тэмин. – Говори уже.

– Мне нужно вниз, – в ответ сказала Мира, снова направляясь к выходу.

– Стой, – Тан Тэмин удержал ее за руку. – Что ты там опять забыла? Ты же только оттуда.

– Мне нужно снять номер. Понимаешь, директор предложил мне компенсацию, и я выпросила отпуск. Так что я не поеду домой со всеми, останусь здесь еще на время, тем более я и город не успела посмотреть, никуда не сходила…

Тан Тэмин прервал ее, крепко прижав к себе, почти физически ощущая, как за спиной расправляются крылья радости. «Готов взлететь», – только и подумал он, зажмурившись до боли в глазах.

– Сколько? – прошептал, склонив голову к ее уху.

– Две недели, – так же тихо ответила Мира, едва заметно обнимая Тан Тэмина за талию. Его теплое дыхание шевелило волоски у ее виска, обдавая запахом мелиссы, щекоча ухо, прямо под ее щекой быстро и оглушительно билось его сердце, мужские пальцы на ее затылке сжались сильнее, прихватывая волосы. По телу Миры волной прокатилась дрожь, заставив ее непроизвольно сжаться, и она быстро отпрянула от Тан Тэмина, надеясь, что он не заметил. Неловко заправила волосы за ухо, криво улыбнулась и чуть и не бегом направилась к двери.

– Останься здесь, – прозвучала вслед просьба. – Я буду рад, если ты останешься здесь, со мной.

Мира замерла, вцепившись в ручку двери.

– Тэмин… – недолгая пауза. – Слушай, это неловко и, наверное, не совсем прилично, если мы будем жить в одном номере. Так нельзя, мы знакомы всего несколько дней, и…

– Кто об этом узнает? Прилично, неприлично, ерунда какая, – в своей обычной манере фыркнул Тан Тэмин, за спиной сжимая руки до тех пор, пока не хрустнули костяшки. Разжал пальцы. – Твоя спальня, моя гостиная. Разные комнаты, что тут неприличного? Толку тебе от отдельного номера, если мы все равно постоянно вместе. Ты же проведешь эти две недели со мной, верно?

– Да, – прямо ответила Мира. – Я для этого и остаюсь в Питере. «Я точно сошла с ума, но я так счастлива сейчас, что обо всем остальном подумаю потом».

11

К концу первой недели Мира научилась довольно сносно читать на хангыле, иногда, правда, путаясь в правилах произношения, отчего Тан Тэмин буквально покатывался со смеху.

– Ну я не могу понять, – возмущалась Мира, с досадой глядя на буквы. – Зачем тут писать «сиот», если она все равно читается как «т». Ну почему бы просто так и не написать, чего голову людям дурят??

Тан Тэмин подавил очередной приступ смеха, забирая у Миры ручку.

– Тебе пора сделать перерыв, уже и у меня все перемешалось в голове. Ты с утра сидишь над этим текстом, 나는 점심을 주문했다〔я заказал обед〕.

–알았어〔хорошо, я поняла〕. Перерыв так перерыв.

Каждый раз, когда в номер приносили еду, Тан Тэмин находил кучу причин, чтобы уйти. Срочный звонок, поручения для секретаря Муна, который, кстати, практически не появлялся на глаза, сходить в душ, забыл заказать кофе. Мира начала подозревать, что Аня все-таки выболтала кое-что Тан Тэмину, поэтому он так поспешно исчезает из номера, чтобы дать ей возможность поесть.

– Я просто идиотка, – выговаривала себе Мира, доедая суп. – Никто не поверит, что у человека могут быть такие проблемы с приемом пищи, он подумает, что у меня не все дома. Или что я ем как поросенок, поэтому не хочу, чтобы он видел, как еда изо рта вываливается, или чавкаю. Хотя, если судить по дорамам, они там все говорят с набитыми ртами и сёрбают, это в порядке вещей. Но вот чтобы кого-то тошнило за столом – это, наверное, не норма.

Тан Тэмин стоял под душем, поглядывая на часы. Решив, что полчаса ей достаточно, выключил воду. Невольно улыбнулся, вытирая волосы, представив, как Мира с ложкой в руках настороженно следит за спальней. Нарочито громко протопал к двери, слегка постучал, предупреждая о том, что заходит. Мира пила кофе, забравшись в огромное кресло с ногами, положив на подлокотник книгу. Тан Тэмин заметил, что она снова босиком, и неодобрительно покачал головой, поцокав несколько раз языком. Сходил в спальню за теплыми носками, присел перед креслом на корточки.

– Дай сюда, – проговорил он, сам выуживая ее ноги. – Ты заболеть хочешь? Сколько можно тебе говорить…

– Не ходи босиком, – продолжила Мира, мягко улыбаясь, пока Тэмин натягивал пушистые носочки теплого молочного оттенка. Тэмин поднял голову и замер, пристально вглядываясь ей в лицо, большими пальцами поглаживая стопу, которую так и не выпустил из рук. Мира задрожала под этим взглядом, теплая волна пробежала по всему телу, сосредоточившись внизу живота, капельки пота выступили на висках.

«О Боже, чем я занимаюсь?» – мысленно воскликнула она. – «Еще немного, и я просто накинусь на него».

Мира схватила влажное полотенце, висевшее у Тэмина на плечах, и накрыла полностью его голову, прячась от его горящих глаз.

– Эй! Что ты делаешь? – голос прозвучал глухо, то ли из-за полотенца, то ли от сдерживаемых эмоций.

– Сиди спокойно, я вытираю тебе волосы, – ответила Мира, осторожно растирая пряди. – С тебя вода капает, вся рубашка на спине мокрая уже.

Тан Тэмин выпустил ее ногу и, тяжело вздохнув, склонил голову, упершись лбом ей в колени.

– У тебя очень красивые волосы, когда мокрые, они кажутся совсем черными и так блестят, что мне даже завидно, – сказала Мира, пропуская влажные пряди сквозь пальцы. – У тебя всегда были длинные волосы? Просто, сколько тебя видела в фильмах, ты всегда с такой прической.

– Нет, не всегда. Когда родился, был совсем лысый, мне 어머니 〔мама〕 фото показывала.

Мира расхохоталась.

* * *

– Ты не похож на знаменитость, – сказала Мира как-то, отрываясь от тетради. – Такой простой, и делаешь такие обычные вещи сам, без толпы прислуги. А как же звездная болезнь?

– Я актер, а не потомок королевской династии, – проворчал Тэмин. – Зачем мне прислуга, если я в состоянии сходить за кофе сам или сварить его? И спину потереть сам могу. А ты, смотрю, много актеров знаешь?

Он зажал кончик ручки в зубах, сложил руки на груди и откинулся на спинку дивана. Мира заметила в его глазах смешинки и вытянула палец в сторону двери.

– У тебя даже есть свой секретарь.

– Звучит как обвинение, – Тэмин тоже глянул в ту сторону. – Это не мой. Это моей мамы, она говорит, что без него как без рук. Ну так что, со многими знаменитостями знакома лично?

– Конечно, нет. Ты единственный, – Тэмин прикрыл глаза, в своей голове придав фразе совсем другой смысл и смакуя ее. Легкая улыбка коснулась его губ. – Но если судить по тому, что показывают и рассказывают о вас, то единицы остаются людьми, остальные начинают так зазнаваться, будто они небожители.

– Думаю, они ведут себя так совсем по другой причине, – Тэмин стал серьезным. – Во многом виноваты сами фанаты, которые своим поклонением убеждают актеров или певцов, что обычные люди не могут находиться с ними рядом. Они сами ведут себя как недостойные простолюдины, которым позволено поклониться королю и помнить об этом все жизнь. Мы все в какой-то степени одиноки, Мира. Иногда даже семья превращается в обожателей. Представь, что приходишь домой, а мать ходит за тобой следом и восторженно вздыхает на любое движение, дотрагивается до тебя как до какой-то святыни и выкладывает твои фотки в интернет. И на равных ты можешь быть только с такими же актерами, которым до тебя и особо дела нет.

– А может, я тоже фанатка, которая втихую собирает твои фото и использованные полотенца, чтобы потом загнать через интернет?

Тэмин рассмеялся.

– Ты кто угодно, только не фанатка, не смеши меня. Самое первое, что бросается в глаза – у тебя напрочь отсутствует почтительность к моим заслугам в кинематографе, ты не смотришь на меня снизу вверх.

Мира подняла голову, чтобы посмотреть на Тэмина. Даже сидя, он возвышался над ней.

– Я не это имел в виду, ты же понимаешь, – мягко произнес он. – С ростом у тебя беда, конечно. Но лучше так, чем быть выше меня на голову. Ай! – Мира запустила в Тэмина тетрадь со столика. Его губы вновь дрогнули. – Вот о чем я и толкую. Напрочь отсутствует почтительность.

– Дай сюда, – проворчала Мира, забирая тетрадь, отлетевшую ему на колени.

– Честно говоря, я столько бумаги не переводил со времен школы. Устал немного. Может, еще поговорим?

– Да, конечно. Ты делал операции?

– Было дело, – кивнул Тэмин, прекрасно понимая, что она хочет узнать. – В детстве гвоздь вогнал в ногу, вытаскивали. Мама ругалась тогда так, что у меня появился мой первый нелитературный словарный запас.

– Тэмин! – Мира засмеялась. – Я имею в виду пластику.

– Нет, не делал. Считаю, что неправильно вводить свою жену в заблуждение относительно моей внешности. Представь ее удивление, когда родится косоглазый страшненький ребенок.

– Мм. Представляю, – отозвалась Мира, вот только прозвучало это как-то бесцветно. Она натянуто улыбнулась, отвела взгляд в сторону и принялась рассматривать противоположную стену. Тэмин так же пристально рассматривал ее, пробуя на вкус новое слово «жена». Ее реакция на его предполагаемую супругу доставила настоящее удовольствие.

Мира досчитала до десяти, взяла себя в руки и снова повернулась к Тэмину.

– Расскажи, как это – съемки в дораме? Всегда был интересно, как это происходит.

Тан Тэмин подпер подбородок рукой, поморщился, словно вспомнил что-то не очень приятное.

– В идеале заучиваем свои слова, несколько раз репетируем, бывает, снимаем с первого раза, если хорошо вживаемся в роль. Бывает, сплошные ляпы, тогда режиссер заставляет нас много раз проигрывать одно и то же. Иногда легко, иногда сложно. Но всегда выматывает – для того, чтобы убедительно сыграть, нужно самому поверить.

– Ты говорил, с последними съемками было сложно. Расскажешь?

– Моя партнерша всю душу из меня вытрясла. Я был уверен, что до финала я не доживу, – Тэмин еще больше помрачнел.

Мира решила закрыть рот, чтобы не расстраивать Тэмина сильнее, хотя любопытство рвалось наружу: что за партнерша и что же такого она сделала, что он сбежал в Россию.

Тан Тэмин фыркнул, наблюдая за сменой эмоций на лице девушки.

– Я, видимо, был так убедителен перед камерой, что она решила, я – ее пара и в жизни. Она специально заваливала сцены, чтобы повторять их вновь и вновь, поцелуи – это было просто… – Тэмин помолчал пару секунд, подбирая нужное слово. – У меня начала проявляться паника перед подобными сценами. Она просто меня изматывала, заставляя целоваться вновь и вновь, в конце нарочно проваливая отснятые кадры. Меня уже жалели все, кто был на съемочной площадке. От сцены с раздеванием я категорически отказался, угрожая разрывом контракта. Мне пошли навстречу, заменив дублером, и сцена была отснята с первого раза. – Тэмин закрыл глаза, откинув голову на спинку дивана. – После съемок эта барышня начала меня преследовать, просиживая часами у моего дома и встречая везде, куда бы я ни пошел. Завалила спамом в соцсетях. Брр, как вспомню… Жутко было, одним словом.

– Ты же не собираешься всю жизнь скрываться здесь, – заметила Мира, ковыряя пальцем обшивку на диване, – все равно придется вернуться в Корею.

– Я очень надеюсь, что к этому времени она найдет себе другую жертву, – серьезно ответил Тэмин. – Вчера, например, ее видели в обществе какого-то молодого актера. Ан Ли Тэун сказал, что она почти не спрашивает обо мне.

– Друг?

– Да, – голос Тан Тэмина потеплел, взгляд смягчился при упоминании о друге. – Он замечательный, такой открытый, жизнерадостный парень; когда он рядом, то все проблемы кажутся такими незначительными. Он просто несет в себе свет, которым освещает все вокруг. Когда вы познакомитесь… – тут Тан Тэмин осекся.

Мира невесело усмехнулась при напоминании о скорой разлуке. Чтобы скрыть это, быстро подвинула к себе ноутбук, ища информацию о последней работе Тан Тэмина.

– Ли Нари, двадцать три года, южнокорейская актриса и модель.

– Ну зачем это тебе? – Тэмин попытался захлопнуть крышку ноутбука.

– Погоди, – Мира остановила его, открывая фотографии. Долго листала, мрачнея. – Она очень красивая. Как принцесса из сказки.

– Не все принцессы красивые по праву рождения, это так не работает, если ты не в курсе, – Тэмин все-таки отобрал ноутбук, закрыл его и отодвинул подальше. – В истории куча примеров, когда принцессы были страшнее чумы. – Глянул на Миру, потом еще раз, и вкрадчиво проговорил: – Ты что, ревнуешь?

–무엇? 〔Что?〕Вот еще! Кто это здесь ревнует? – выпалила Мира. Это прозвучало так забавно, что Тан Тэмин расхохотался.

– А мне кажется, что так и есть, – поддразнил он ее.

Мира кинула в него подушкой.

– Не выдумывай там себе, посмотрите на него, – проворчала она. – Возомнил себя невесть кем, что все должны ревновать. Собирайся, мы идем мерзнуть на улицу, хватит уже учебы. Может, там твое чрезмерное самолюбование обледенеет и сожмется до приличных размеров.

– 무엇?? 〔Что?〕– брови Тэмина поползли вверх, его плечи вновь начали содрогаться от смеха. – Можешь повторить?

Мира мгновенно покраснела от макушки до пяток.

– Ну ты и извращенец! – выкрикнула она, стремительно скрываясь в спальне под громовой хохот.

Через полчаса Тэмин стучал в дверь спальни:

– Выходи уже, если собрались идти. Там снег метет, так что самое главное, что тебе нужно взять – это шапка, шарф и перчатки. Мира?

Мира открыла дверь, заметила подрагивающие губы Тэмина и уперла указательный палец ему в грудь.

– Если ты собираешься зубоскалить, то я лучше останусь дома.

– Я серьезен как никогда, – Тэмин вмиг натянул на лицо строгое выражение, показывая, что никаких шуток не будет. – Куда мы идем?

Мира подозрительно посмотрела на него исподлобья.

– Опера. Я хочу сходить в театр.

– Неожиданно, – проговорил Тэмин, потерев лоб. – Ну хорошо, опера так опера. Мне все равно, где спать. Ай, да за что? – Получив тычок в плечо, он картинно закатил глаза и начал тереть пострадавшее место.

На улице действительно было снежно, ветер закручивал под ногами снежинки, окутывая землю белой пеленой. Народ спешил вдоль сияющих витрин, вжимая голову в плечи, спрятав руки в карманы и не поднимая глаз.

– Как же это красиво! – прошептала Мира, разглядывая, как переливается в свете неона падающий снег. – Тэмин, у тебя дома тоже такие зимы?

– У нас нет столько снега, и температура так низко не опускается. Но из-за ветров кажется, что жутко холодно. Я так понимаю, что и в России не везде такая зима. Слышал, в некоторых провинциях… то есть местностях…

– Регионах, – подсказала Мира, ловя губами снежинку.

– Да, верно, – ответил Тэмин, заворожено наблюдая за ней. – Так вот, там цветы еще цветут зимой. Твои глаза похожи на утреннее небо, когда солнце только встает, и лучи еще не до конца разгоняют ночную темноту.

Мира моргнула и перевела взгляд на мужчину, не зная, что ответить.

– Извини, я… Идем. – Тэмин схватил ее за руку и потащил вперед. – Мы опоздаем, если ты будешь так плестись.

Тэмин сдержал свое слово и проспал все представление на плече у Миры. Она боялась пошевелиться, чтобы не потревожить его, напряженная спина и ноющая после двух часов непрерывного поддерживания его головы рука были невеликой платой за возможность прикасаться к этому человеку. Когда зал взорвался аплодисментами, Тэмин пошевелился и приоткрыл один глаз.

– Они закончили свои рыдания? – шепотом спросил он. – Я могу просыпаться?

Мира повернула голову, прижавшись щекой к его волосам. Почему он так пахнет мелиссой?

– Да, закончили, – с сожалением ответила она.

– Тебе понравилось?

– Да, мне очень понравилось, я бы еще посмотрела. Жаль, что так быстро прошло время.

– И мне очень понравилось. – с едва заметной улыбкой произнес Тэмин, поднимая голову. Мира сменила позу, поморщившись от боли в мышцах, что не укрылось от сидящего рядом мужчины.

– Я не подумал, извини, – тут же воскликнул Тэмин, растирая ей плечи. – Почему не разбудила? Вот упрямая.

– Я и не заметила, так что ничего страшного. Очень интересно было на сцене. Идем домой?

– Мне нравится, как это звучит, – Тэмин взял ее за руку и поднял их сцепленные пальцы. – Если бы мы так ходили в Сеуле, это было бы заявлением, что мы встречаемся.

– Здесь тоже это не выглядит, как проявление дружбы, – проворчала Мира, вытаскивая свою руку. – Так что прячь руки в карманы и идем уже.

– Мы можем зайти куда-нибудь поесть, – предложил Тэмин, но, заметив взгляд Миры, быстро сказал: – Ты права, уже поздно, пора домой. Да и я замерз, хочу под одеялко.

Мира фыркнула, Тэмин спрятал улыбку.

Вернувшись в отель, Тэмин первым делом заказал ужин в номер. Покрутился по гостиной, прислушиваясь к звукам в спальне.

«Мы кружимся вокруг друг друга, присматриваясь, прислушиваясь, опасаясь сделать первый шаг и спугнуть один другого. До какого времени это будет продолжаться? Пока не разъедемся, так и не сказав, что чувствуем?» – размышлял он, поглядывая на соседнюю дверь. – «Я не могу ошибаться в этих взглядах, жестах. Да она всем телом кричит, что я ей нравлюсь. Почему же мне так страшно, что она меня оттолкнет?»

«Влипла так влипла», – мрачно думала Мира по другую сторону двери, распинав по полу вещи. Швырнула туда же резинку с волос. – «Что я делаю, дура? Зачем я осталась здесь, зачем согласилась жить с ним в одном номере? Может, это просто влюбленность, как у фанаток? Они же тоже сходят с ума от своих кумиров, но встречаются и женятся с обычными людьми, одно другому не мешает. И что означают его слова, его поступки, верно ли я их понимаю? Не хочу думать, что это лишь игра с его стороны, слишком похоже на правду. Хотя он сам говорил, что играл так убедительно, что его партнерша поверила, хотя она опытная актриса, такими вещами ее не проймешь».

Зазвонил телефон. Мира пошарила по полу, выуживая из кармана куртки телефон.

– Да?

– Привет, ты там как? Не звонишь, не пишешь, в сети тебя нет. Думали, тебя уже похитили и увезли в Корею, – Аня на другом конце трубки рассмеялась. – Рассказывай, чем занимаешься?

– Эм… Сейчас переодеваюсь, мы гуляли. Потом не знаю, может, позанимаемся немного, может, спать ляжем.

– Спать? – вдруг повысила голос Аня, почти прокричав это Мире в ухо.

– Да, я в спальне, он в гостиной, – поморщившись, ответила Мира. – Что ты там придумала уже себе?

– Блин, ты зачем там осталась? Чтобы спать в разных комнатах? Вот ты простофиля, честное слово. Неделя прошла, а ты все там же, – казалось, Аня сейчас выпрыгнет из трубки и оттаскает Миру за уши.

– Мне пора, извини, – Мира быстро прервала звонок, кинула телефон на кровать и упала следом. В гостиной хлопнула дверь – принесли ужин. «А-а-а, блин, я еще не прибрала здесь, Тан Тэмин наверняка пойдет в душ, больше ему идти некуда из номера так поздно».

Мира поспешно собрала свои вещи, засунула в шкаф, натянула рубашку Тэмина и вышла в гостиную. Тэмин сразу посмотрел на ее босые ноги.

– Да ну что ты как папочка, – воскликнула она, забираясь в кресло с ногами. – Я привыкла так ходить, не могу перестроиться за неделю.

– Еду принесли, – устало вздохнул Тэмин, присаживаясь на подлокотник и собирая свои волосы в хвост на затылке. – Поешь, пожалуйста, мне не по себе, когда ты голодная.

«Он не собирается никуда уходить?» – изумленно подумала Мира, а вслух ответила:

– Я не голодна, ты зря беспокоишься, мы же ели перед выходом.

– Мира, это было часов пять назад. Прошу тебя, не отказывайся снова, и снова, и снова, – Тэмин начал злиться.

– Тэмин, я правда не хочу…

– Я тебе совсем чужой человек?? Ты меня первый раз видишь? – не выдержал Тэмин, опуская вторую руку на второй подлокотник и наклоняясь к Мире. Понизил голос до напряженного шепота. – Что со мной не так?

«Он знает. Он точно знает, Аня все-таки проболталась». Мира схватила виноград с тарелки и засунула себе в рот. Быстро прожевала, со страхом ожидая приступа тошноты, но желудок вел себя спокойно.

– Доволен? – выкрикнула она, проглотив виноград.

– Да, – выдохнул Тэмин и, склонившись еще ниже, прижался к ее губам, захватывая нижнюю губу зубами. Мира широко открыла глаза, уставившись на Тэмина, он же, напротив, опустил ресницы, гася яростный блеск глаз, и накрыл ее рот своими губами, лаская губы языком, дотронулся до зубов. Сердце Миры зашлось в бешеном стуке так, что потемнело в глазах, она обеими руками ухватилась за его шею, как за спасательный круг, притягивая еще ближе, хотя между ними не просочилась бы уже и капля воды. Тэмин одной рукой обхватил ее затылок, стянул с волос заколку, запуская пальцы в длинные пряди, и Мира тихо простонала ему в рот, отправляя резинку, сдерживающую его волосы, следом за своей на пол. Он выпустил ее губы и прикусил ухо, посылая еще одну волну дрожи, спустился к шее, оставляя дорожку из поцелуев. И внезапно замер, тяжело дыша. Что-то невнятно прорычал, разжал руки и одним движением поднялся на ноги, чуть не опрокинув столик с едой. Мира растерянно смотрела снизу вверх на Тэмина, медленно приходя в себя.

– Это было так плохо? – спросила она спустя минуту гробовой тишины, нарушаемой лишь их тяжелым дыханием.

– Это было изумительно, именно поэтому я должен сейчас остановиться, – глухо ответил Тэмин, не спуская с нее напряженного взгляда, кричащего о том, что останавливаться он сейчас совершенно не хотел. – Уходи сейчас же к себе, пока я не сделал того, о чем ты можешь потом пожалеть. И дверь запри так, чтобы я слышал. – Видя, что Мира не пошевелилась, прикрикнул: -빨리! 〔Быстро!〕

Мира стрелой пронеслась в спальню, захлопнула дверь и повернула ключ в замке. Привалилась спиной к двери, сползая на пол и вытирая слезы, катившиеся по щекам.

– Ты меня напугал! – закричала через дверь. – Неужели обязательно так орать?

В ответ услышала только стук входной двери. Он ушел.

Мира посидела еще немного, замерзла, залезла под одеяло, прислушиваясь к звукам в гостиной. Но там стояла тишина, Тан Тэмин не вернулся. Спустя час беспорядочных метаний по кровати Мира выглянула в гостиную. Еда так и осталась стоять на столе, хозяина нигде не было видно.

«Почему он меня прогнал? Не могу понять, в тот момент я бы точно его не остановила», – она перетащила ноутбук в спальню. – «Неужели подумал, что я могу пожалеть потом? Вот дурак! А как же классно он целуется, кажется, могла бы вечность этим заниматься с ним!»

Ближе к середине ночи входная дверь открылась. Мира подняла голову от тетради, в которую записывала перевод текста. Тэмин вернулся, судя по голосу, с ним был еще кто-то. Мира прижалась ухом к двери: секретарь Мун, и говорили они на корейском. Голос Тан Тэмина был тихий и смазанный, словно он выпил пару бутылок водки, прежде чем вернуться в номер. Интересно, он пил с секретарем?

Подождав, когда секретарь Мун уйдет, Мира тихонько открыла дверь спальни. Тэмин лежал на диване, подложив под голову руку, гостиную освещали только огни ночного города сквозь огромные, во всю стену, окна. Мира на цыпочках подобралась к дивану, уверяя себя, что только проверит, все ли в порядке с Тэмином.

– Иди сюда, – внезапно ее рука оказалась в его ладони, Мира от неожиданности вздрогнула. – Не бойся, я сейчас не в состоянии совершать подвиги, – по-своему истолковал Тэмин ее испуг.

– Я тебя не боюсь, просто думала, что ты спишь, – Мира присела на край дивана. – Где ты так напился и зачем, Тэмин?

Он потянул ее на себя, заставив лечь. От него жутко несло алкоголем, но отвращения, как с Русланом Сергеевичем, и близко не было. Наоборот, хотелось прижаться к большому теплому телу и так уснуть, держа его за руку. Что Мира и сделала, удобно устроившись под боком у Тэмина.

– И как я могу уехать? – в отчаянии спросил Тэмин, обнимая ее одной рукой. – Как могу оставить тебя здесь?

– Нам следовало остановиться раньше, Тэмин, – произнесло в темноте Мира, глотая слезы. – Мне нужно было уехать тогда, со всеми, тогда это осталось бы как приятное воспоминание. Ты был прав, прогнав меня, не стоит загонять нас дальше в этот омут. Ты был прав, Тэмин, – Мира слизнула слезу, ползущую по губе, стараясь говорить спокойно. – Спи, теперь спи.

– Я не хотел тебя прогонять, – прошептал Тэмин, прижимая к себе Миру. – Ты не представляешь, чего мне стоило остановиться. Я подумаю, завтра подумаю и, уверен, решение есть.

– Да, решение есть. Спи.

* * *

Утром Тэмин с проклятьями сполз с дивана, покосился на яркий свет из окна, режущий глаза, после чего поплелся в ванную. Скинув с себя вещи на пол, забрался в душ и открыл холодную воду, при этом хмуря лоб: смутное беспокойство не покидало его. По мере того, как ледяная вода приводила его в сознание, мозг работал все быстрее. Он прошел в душ через спальню. Пустую спальню.

–무엇?? 〔Что?〕– закричал Тэмин, выбегая из душа. Комната была стерильна, ни одной вещи Миры не было видно. Он распахивал шкафы, вытаскивал полки из стола, раскидал стулья, устроив в спальне полный разгром. Секретарь Мун встревожено хмурился в дверях, не решаясь войти.

– Где она? – вновь заорал Тэмин, поворачиваясь к нему. – В жизни не поверю, что вы не видели, как она уходила. Где она??

– Госпожа вызвала такси и уехала еще ночью. Попросила вас не будить, она оставила вам это, – секретарь Мун протянул сложенный лист бумаги.

Тэмин выхватил письмо из рук секретаря, отворачиваясь к нему спиной.

– Господин Тан, вы не одеты, – заметил секретарь Мун, отводя глаза. – Мне принести вам одежду?

– Закройте за собой дверь, – бросил Тэмин, разворачивая лист.

«Тэмин, извини меня. Я должна уехать, кому-то из нас нужно это сделать первому. Пусть это буду я. Я хотела сказать, что ты все сделал верно, когда остановился вчера. Мы просто потеряли голову, так обычно бывает. Это называется «курортный роман», и это быстро проходит. Просто два человека встречаются вне своей обычной жизни, и от безделья появляются подобные чувства.

Я уверена, что это все пройдет, вот посмотришь. Еще смеяться будешь с того, что принял за чувства.

Я тебе очень благодарна за все, что ты сделал для меня. Ты хороший человек, хотя я, возможно, иногда бесила тебя, ведь я выгнала тебя в гостиную. Шучу. На самом деле это лучший отдых в моей жизни.

Тэмин, береги себя, не позволяй всяким Ли Нари доводить тебя до того, чтобы сбегать из страны.

Я обещаю, что буду усердно заниматься, и все-таки выучу язык. Может, как-нибудь напишу тебе письмо на твоем языке. Я, правда, еще коряво пишу, но это ничего, я улучшу свой почерк.

Прощай, корейский демон».

Тэмин провел рукой по щеке и с удивлением увидел влагу. Это слезы? Проморгавшись, он схватил телефон и набрал номер Миры.

– Ты где? – спросил, быстро натягивая белье и одежду. – Я сейчас приеду. Будь на месте.

– Тэмин, – донесся издалека голос Миры. – Я серьезно, на этом мы расстанемся. У тебя своя жизнь, у меня своя.

– 젠장! 〔Черт возьми〕Мира! Ты же шутишь, верно? Ты просто решила наказать меня за то, что я так напился? Прости меня, больше этого не повторится. Прошу, скажи, где ты сейчас? – голос Тэмина сорвался на крик, он сжал зубы и уперся лбом в стену, паникуя все больше и больше.

– Перечитай еще раз письмо, если не понял с первого раза. Прощай, – Мира зажмурилась, не решаясь сбросить звонок.

– Стой! – закричал Тэмин в трубку. – Стой. Я дошел до того, что готов умолять – прошу, останься со мной. Прошу тебя!

– Слушай внимательно, Тэмин. Не продлевай агонию. Останусь я – а дальше что? Тебе тоже нужно возвращаться домой, ты же не останешься в России работать на заводе. У тебя есть своя жизнь, заботы, проблемы. Мне не место в твоей стране. Это здесь ты отдыхаешь, свободен. Сомневаюсь, что в Корее у тебя будет время возиться со мной. А я там никого не знаю, даже языка толком не знаю, не смогу найти работу. Что мне делать? Сидеть на твоей шее?

– Почему бы и нет? – выкрикнул Тэмин со злостью. – Думаешь, я пахал как вол столько лет для чего? Что у меня не хватит денег на девушку?

– Оставь мне хоть немного самоуважения, у меня есть руки и ноги, я не могу жить как содержанка. Пожалуйста, не звони мне, хорошо? Не заставляй менять номер телефона.

Тэмин неверяще смотрел на потухший экран телефона. Она просто отключила звонок, оставив его одного в пустом номере отеля. Бросила, уехала, даже не попрощавшись лично. Написала какую-то бумажку.

– Секретарь Мун! –Тэмина бросило в пот, казалось, сердце сейчас треснет и рассыплется на мелкие осколки, которые никогда уже не собрать вместе. Внутри разрасталась огромная дыра. – Принесите мне водки, и побыстрее. Мне нужно отключиться, иначе я могу наделать глупостей.

12

Спустя неделю. Анапа, Россия.

– О, звезда решила выйти на работу, – съязвила Марина, приметив Миру в коридоре. – Я уже думала, что она не работает с плебеями.

– Замолкни, язык без костей, – проворчала Ольга Николаевна, включая компьютер. – Если будешь ее доставать – отчет на тебя повешу, чтоб меньше болтала, больше делом занималась.

Марина надулась, наливая себе кофе.

– Мирочка, как отдохнула? – спросила Ольга Николаевна, когда Мира вошла в кабинет. Мира улыбнулась, кивнула и прошла за свой стол.

– Бледная, как поганка, – пробормотала Марина, проходя мимо. – Ты точно там отдыхала? Выглядишь не очень.

– Я приболела немного перед отъездом, температура и все такое. Сейчас все нормально, так что не беспокойся, заражать тебя не буду, – Мира глянула на гору бумаг у себя на столе. Это хорошо, будет чем занять голову.

– Как Тан Тэмин? Ты с ним осталась в Питере? – не удержалась Марина, Алена кинула в нее ластиком.

Рука Миры дрогнула, выронив бумаги обратно на стол.

– Еще слабость осталась после болезни, ничего страшного, – Мира быстро собрала все обратно в кучу. – Я не знаю, что с актером, он, наверное, уехал домой. Он не докладывал. После отъезда я с ним не общалась.

– Ты хоть фотки с ним сделала? – когда Мира отрицательно покачала головой, Марина возмутилась: – Вот ты растяпа! Возможность увидеть вживую такую знаменитость, да еще и общаться с ним – такое бывает раз в жизни, а ты… Хоть бы сувенир какой привезла от него.

– Марина, ты тоже его видела, могла сама попросить что-нибудь на память. Все, отстань, мне работать надо.

В обед Аня вывела Миру на улицу.

– Рассказывай, – велела она, усадив ее на лавочку и вручив пластиковый стаканчик с кофе. – Что произошло? Когда я тебе последний раз звонила, ты была сама не своя от счастья, даже говорить было некогда. А сейчас я вижу перед собой жалкий ходячий труп. Он все-таки бросил тебя?

Мира подняла глаза к небу, смаргивая враз набежавшие слезы при упоминании Тэмина. Капля ледяного зимнего дождя тут же упала ей на нос. Дождь – это хорошо, подумала Мира, небо плачет вместе с ней. Аня ждала ответа.

– Я сама уехала, – прошептала Мира сквозь спазм в горле. – Я сбежала ночью, когда он спал. Он звонил утром, я сказала ему, чтобы забыл мой номер. Аня, Господи, как же это больно!

Аня тут же обняла Миру, укачивая ее, как ребенка, хотя куча вопросов вертелась на языке. Мира разрыдалась в голос, пряча лицо на плече у подруги.

Она не сказала Ане, что вернулась неделю назад и спряталась в доме. Первые несколько дней она лежала на кровати и смотрела в потолок, изредка проваливаясь в неглубокий сон или полудрему. Потом открывала глаза и снова прокручивала в памяти ночь, когда она оставила Тэмина в номере одного и уехала. Убеждала себя, что сделала все правильно, что так будет лучше для всех и в следующее мгновение выла от боли, которую не могла унять ни одна таблетка. Нестерпимая, оглушающая, глубокая, она пронизывала все тело, сжимала тисками сердце и ослепляла при каждом вздохе. «Невозможно так полюбить, это просто одержимость, какой-то приворот. Нужно время, и все пройдет, перегорит», – говорила она себе и снова начинала плакать.

Она потеряла счет времени, не отвечала на звонки, потом вообще отключила телефон. Когда, наконец, заставила себя подняться, то ноги подкосились и она грохнулась на пол, ободрала при этом ладони и обрадовалась этой боли. «Тэмин заставил бы меня поесть», – подумала Мира, рассматривая ссадины. – «Какая глупость». Она полежала еще немного, поднялась и, шатаясь, пошла на кухню. Заставила себя что-то проглотить, дошла до душа и вновь выпала из реальности.

К понедельнику кое-как привела себя в порядок, безразлично глянула в пустые глаза своего отражения в зеркале перед выходом из дома. Соседка, которую она встретила у ворот дома, испуганно зажала рот рукой.

И первое же упоминание имени Тэмина открыло кровоточащую рану.

– Я боялась, что не смогу уехать, – хрипло выговорила Мира, вытирая рукавом слезы, градом катившиеся по щекам. – Я так боялась, что слишком сильно привяжусь к нему. Это же пройдет, правда? – Аня покачала головой в сомнении. – Я хочу, чтобы это прошло, я уверена, что пройдет, нужно только немного подождать.

Аня вытащила платок из кармана и подала Мире.

– Дура ты, – только и сказала она. – Что твой Тэмин, звонил тебе хоть раз после того, как уехала?

Мира отрицательно покачала головой, спазм вновь сжал горло, перехватывая дыхание.

– Пусть и не звонит, не надо. Он уже наверняка забыл все, так что это к лучшему. Говорила я тебе, поехали домой с нами, сейчас бы и не помнила об этом корейце. Вон сколько парней вокруг, бери любого, так нет же, нашла себе занозу. – Аня вытерла лицо Мире, оглядела ее и скривила губы. – Красотка, что сказать. Пойдем умываться, нужен холод. Начальница наша тоже спрашивала, что с тобой, мало того, что отпуск неожиданно получила на две недели без ее ведома, так еще и вернулась на себя не похожа. Она с тебя не слезет, пока все не узнает.

– Ничего ей не говори, слышишь? – испуганно воскликнула Мира. – Ни слова. Я просто болела.

* * *

Сеул, Южная Корея.

– И что с ним? – Ан Ли Тэун кивнул на Тэмина, ничком лежащего на диване. – Я думал, что он только вернулся, а вы говорите, что он уже неделю дома в таком состоянии?

– Я не знаю, – чуть не плача, ответила мать Тэмина, Тан Е Ын, высокая стройная женщина, нервно заправляя за ухо короткие волосы, которые тут же выскочили обратно. – Он приехал, мне не сообщил об этом. Я была в полной уверенности, что он отдыхает у Лиен, но когда ей позвонила, Лиен сказала, что Тэмин к ней и не заезжал, она даже не знала, что он в России. Приехала к нему домой в начале недели, а он просто лежит, в одежде, сумка у входа, не разулся, – Тан Е Ын все же не сдержала слез. – Я его заставляю поесть, он как кукла. Открывает рот, глотает, и опять на диван. За неделю даже не переоделся ни разу, только ботинки с него смогла снять.

Ан Ли Тэун посмотрел на друга, потер лоб, снова посмотрел. Повернулся к Тан Е Ын.

– Госпожа Тан, я попробую выяснить, что с ним произошло, хорошо? Может, он при вас не хочет рассказывать. Можете нас оставить вдвоем? Я вам обязательно позвоню потом.

Тэун поклонился, прощаясь с госпожой Тан, и вернулся к Тэмину, который за время разговора ни разу не открыл глаз.

– Ах ты ж паршивец, разве можно доводить свою мать до такого состояния? – воскликнул Тэун, пнув ножку дивана. – Ты посмотри на нее, она же места себе не находит. Что ты там принимал в этой ледяной стране, что сам стал как ледышка? Почему к сестре не заехал, ты же к ней в гости и собирался?

– Уходи, – глухо произнес Тэмин, отворачиваясь лицом к спинке. – Зайдешь через неделю, сейчас у меня нет настроения болтать.

– Тэмин? Что с тобой? – уже мягче спросил Тэун, двигая бедром Тэмина и садясь рядом с ним. – Ты очень странный, хочу тебе сказать. Тебя же не выследила там среди вечных снегов Ли Нари и не заставила жениться?

Тэмин фыркнул, спихнул друга с дивана.

– Тэун, серьезно, приходи позже. Мне нужно побыть одному. Скажи маме, что у меня акклиматизация, никак не могу отвыкнуть от холода, слишком перемерз. Дайте мне пару дней еще.

Тэун огляделся. Мама Тэмина была права – он как приехал с аэропорта, так и бросил все вещи на входе. Темные шторы на окнах были так же занавешены, как и перед отъездом Тэмина, везде на мебели лежал слой пыли. На столике лежал сложенный вдвое лист бумаги, весь мятый, словно его не раз комкали, потом разглаживали, и снова мяли. Тэун осторожно развернул его и уставился на незнакомые символы.

– Это что такое? – потряс он листочком в воздухе.

Тэмин нехотя обернулся, но, увидев в пальцах Тэуна письмо Миры, слетел с дивана, выхватывая бумагу.

– Не смей трогать это! – закричал он, осторожно сворачивая письмо обратно. – Слушай, Тэун, не лезь не в свое дело, по-хорошему прошу. Если сейчас же не уберешься из моего дома, я тебя просто вышвырну отсюда, и заберу ключи.

– Тэмин, – с угрозой в голосе произнес Тэун, одновременно отступая к двери. – Не подвергай опасности Мун Тэк Хо, не заставляй меня отлавливать его и пытать. Я это сделаю, клянусь тебе.

– Секретарь Мун старше тебя, не будешь же ты издеваться над стариком? Все, вали отсюда, – Тэмин вернул письмо на столик и вновь завалился на диван.

– Тэмин, давай я тебе еды принесу? Я маме твоей обещал, что покормлю тебя. А ты пока в душ сходишь и переоденешься, от тебя уже пованивает, – Тэун демонстративно помахал перед носом ладонью, разгоняя воздух. – И потом я уйду, обещаю.

– Точно уйдешь? – подозрительно прищурился Тэмин.

Тэун выставил вперед мизинец.

Как только Тэмин скрылся в глубине дома, Тэун первым делом сфотографировал письмо. «Теперь дело за малым – найти того, кто это переведет и будет держать язык за зубами. А это могу выполнить только я сам. Вот черт, сегодня ночью, видимо, поспать не удастся».

* * *

– Эй, Хан Раон, не занят?

– Ты время видел, мелкий? – прохрипел в трубку Раон. – Три часа ночи, ты почему не спишь?

– Ты знаешь, что Тэмин вернулся? – вместо ответа выпалил Тэун.

После недолгого молчания Раон спросил:

– Ты его видел?

– Да, сегодня. А ты знаешь, что он уже неделю в Сеуле?

– Точно врешь. Он бы сразу позвонил, – не слишком уверенно сказал Раон.

– С ним что-то случилось. Не по телефону. Можешь ко мне приехать? Сейчас.

Раон уже через полчаса стоял под домом Тэуна.

– Входи, быстрее, – Тэун затащил друга внутрь. – Смотри, он из-за этой бумаги меня чуть не прибил. Я уверен, что тут что-то важное, только вот проблема, я не могу перевести это.

– Что с Тэмином? – резко спросил Раон, мельком глядя на экран телефона. – Ты сказал, что он вернулся неделю назад.

– Да, мама его так сказала. И целую неделю он не встает с дивана в гостиной. Госпожа Тан говорит, что он даже не разулся, она с него ботинки стягивала, и заставляла есть. Потом позвонила мне. Я нашел секретаря Муна, но тот молчит, словно воды в рот набрал, наверное, Тэмин пригрозил ему. Только это письмо заставило его шевелиться. Раон, тут написано что-то важное, нам нужно это перевести.

– Не проще найти переводчика? – предложил Раон, более внимательно вглядываясь в незнакомые закорючки.

– А если переводчик растрезвонит об этом везде? Вдруг тут написано что-то про Тэмина, какой-то секрет?

– Блин, – простонал Раон. – Это наверняка русский язык, у них там кошмар с грамматикой.

– Нам нужно просто определить, как это будет выглядеть печатными буквами, и компьютер дальше сам нам переведет.

– Половина твоя, половина моя, – Раон потер переносицу – со сном на сегодня можно завязывать. – Кофе есть? Черт, ну как это можно разобрать?

Всю оставшуюся часть ночи парни мужественно сражались с рядами замысловатых извилин, а когда взошло солнце, с покрасневшими от бессонной ночи глазами потрясенно смотрели в монитор.

– Кто она?

– Она его бросила, что ли? Нашего Тэмина?? С его фанатами, которых больше двадцати миллионов? С его деньгами, с его внешностью и популярностью? Она его просто отшила, как обычного парня? –Раон сжал пальцами виски. – Я бы тоже был потрясен на его месте. И что это за курица такая важная? Может, дочь президента?

– Его самолюбию нанесен смертельный удар, – охотно согласился с ним Тэун, в который раз перечитывая перевод письма. – Наш долг – поддержать друга в этой нелегкой ситуации, помочь ему избавиться от такого потрясения. Может, устроим ему вечеринку, пригласим побольше девушек, которые будут падать к его ногам, восхваляя его красоту и популярность?

– Давай для начала проведаем Тэмина, надо послушать, что он нам расскажет. Что-то мне подсказывает, что не все так просто здесь.

* * *

Особняк Тан Тэмина.

– Кто она? – с порога выпалил Тэун, потрясая телефоном с фото письма. – Тэмин, на этот раз не отвертишься, ты обязан нам все рассказать.

– Опять ты здесь? – Тэмин посмотрел в сторону двери из-под локтя, и вернул руку на место. – Еще и Раона притащил. Вот ведь липучка. Исчезни.

Раон огляделся, заметив так и не разобранную сумку у двери.

– Он так, говоришь, все неделю провел в гостиной? – тихо уточнил, показывая глазами на Тэмина. – Знаешь, я не уверен, что тут оскорбленное самолюбие. Эй, Тэмин, – Раон повысил голос, на что Тэмин поморщился. – Я принес соджу, и еду. Давай выпьем вместе, мы давно уже не собирались, все работаем и работаем.

Не дожидаясь согласия или пинка под зад с крыльца, Раон вытащил из принесенной сумки выпивку. Увидев на столе смятое письмо и заметив многозначительный взгляд Тэуна, осторожно перенес его на камин, как великую драгоценность. Некоторые буквы были размыты, словно на бумагу попала вода. «Боже мой, да неужели это слезы?» – Раон был потрясен. Вглядевшись в опухшие глаза друга, он решительно подвинул столик к дивану и открыл бутылку.

– Вставай давай, вот, держи.

Тэмин особо не сопротивлялся, пока парни заливали в него алкоголь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.