Владимир Фрейбергер
Рэбер

Глава 1. Кровь и грязь.

– … Девятнадцатого февраля одна тысяча восемьсот шестьдесят первом году императором Александром вторым крепостное право было отменено. Все вздохнули свободно? Скажу тебе – нифига…

Классно слушать лекцию по истории в подвале – скажу вам я. И как я докатилась до жизни такой? Сейчас расскажу. Привет, меня зовут Алина. Я тихая, спокойная, что не нравилось моим учителям. Поэтому отчислилась не закончив второй курс. Учебная часть сделала так будто отчислили меня, типа – это не ты от нас ушла, а мы от тебя. В этой шарашке ни один из учителей не доверял мне, постоянно хотел выявить откуда списываю, кто помогает. А я делала все сама, они не верили. Продолжала слушать этот гнет на мою голову и молчать. Мама это отчисление восприняла тоже не с восторгом.

– Тогда ищи работу, и думай куда поступать в следующем году, – сказала она.

Конечно же делать я сразу так не стала. Поспала до обеда, позавтракала хлопьями, а оставшееся часы сидела в социальных сетях.

– Ты искала что-нибудь? – спросила мама.

– Нет еще.

– А почему нет, чего лежишь, что ждешь? Когда я тебя поведу сама?

– Нет.

– Завтра чтобы сходила и записалась в Центр занятости.

– Хорошо схожу.

– Утром, а не в обед.

– Лааадно.

Оказалось что просто сходить не прокатит, надо сначала записаться по телефону. То-есть звонить, то-есть говорить с кем то по телефону. То-есть, можно я выйду уже на этой остановке? После трех часов разговора с самой собой, я и другая я, решили все таки позвонить. Аргумент второй я был таков:

– Ало, тебе уже 18, надо самой звонить. Не маму же просить, она тебя засмеет.

– Да хорошо, хорошо. Задолбала, – ответила я, второй я

Взяла мобильный, глубокий вдох, теперь выдох. Кажется я уже не справляюсь с выдохом и задыхаюсь. Фух, ладно девочка, ты сможешь. Всего-то записаться, поговорить с кем то. Да этот человек даже не увидит тебя, так что все нормально. Поехали. Гудок.

– Здравствуйте, Центр занятости, чем могу помочь, – на той стороне сказала женщина.

– Мне нужно записаться, – тихо пробубнила я.

– Что простите? Вас не слышно, говорите громче пожалуйста.

– Записаться надо, – повысила я голос.

– Так, хорошо, с какой целью?

– Работу найти.

– Я вас опять не слышу.

– Работу надо, – опять повысила голос.

– Хорошо, ваша фамилия, имя, отчество.

– Алина Рэбер Сергеевна.

– Все, я вас записала на четверг. В восемь утра с документами.

Я отключилась. Фух, это было не так сложно. Совсем не вспотела от напряжения, ну типа.

Настал четверг, будильник прозвенел в шесть пятьдесят. Минут двадцать я уговаривала себя встать с постели и идти в Центр занятости. Попила воду, съела четыре конфеты, умылась и намазалась кремом для лица. Выбрала футболку получше, собрала документы, а время уже семь тридцать. Пришлось немного ускориться и пропотеть. В здании не лучше, та же духота. Пригласили ко второму окну. Там сидела женщина в костюме, с длинными русыми волосами. В зубах держала колпачок от ручки. Я села на стул.

– Здравствуйте, – произнесла она и колпачок вылетел из ее рта в мою сторону. – Извините, пожалуйста… Я курить бросаю, – на ее лице появился румянец.

– Да ничего, – тихо сказала я.

– Так, значит ищем работу? Сколько вам лет? Какое образование?

– Восемнадцать, девять классов.

– Девять? А почему не учитесь?

– Нет желания.

– Это плохо, – как то грустно она это произнесла. – Ну ладно, я сейчас сделаю список, вы выберете три места работы, и вам надо будет сходить туда и попробовать свои силы. Если ни одна работа не подойдет вам, то повторная запись и мы вам ищем другую работу.

– Хорошо.

Я дала ей документы, она повернулась к компьютеру. Взяла колпачок от другой ручки и сунула в рот. Пальцы стали стучать по клавиатуре. Сон хотел меня забрать как она распечатала бумаги, повернулась ко мне.

– Вот, тут список куда требуются работники. Выберите что вам подходит больше.

Я взяла этот список.

1. Разнорабочий на строительный объект.

2. Моляр на строительный объект.

3. Хлебобулочный магазин, требуется продавец.

4. Салон красоты, требуется мастер.

5. Суши бар, требуется доставщик.

6. Уборщица в больнице.

7. Мороженщица, требуется продавец.

8. Дворник.

9. Магазин продуктов двадцать восемь, требуется продавец кассир.

10. Сторож детского сада.

Список с карьерной лестницей прямо, но что я ожидала? Возьмут в нефтяную компанию где будут платить по восемьдесят тысяч и при этом ничего не надо делать? Я выбрала три пункта, хлебобулочная, мороженное, магазин продуктов.

– Хорошо, в течение недели вам надо сходить в эти места. В следующий четверг мы с вами встретимся так же к восьми утра.

Опять вставать рано и опять звонить ком-то и договариваться. Оставшийся день провалялась в кровати и приняла решение завтра съездить в эту булочную без предупреждения. Узнала что она находится за городом, где-то у черта на рогах.

Утром добравшись до остановки и проклиная это все. Минут двадцать ждала нужный мне автобус. Приехал Пазик, только благодаря чуду он на ходу скажу я вам. Такого аттракциона я не ожидала, водитель гнал так будто, опаздывал на важную деловую встречу на миллион долларов. Люди не сидели, а летали, собственной шкурой ощутили все фильмы 《Форсаж》. Меня укачало, а ехать еще три остановки. Утренние конфеты просились освободить их. На лицах людей вообще никакого возмущения, типа, – Девочка, нас этот водитель уже лет десять возит, поверь это единственное радостное что с нами происходит за весь день. Потому что есть вероятность улететь в кювет или столкнуться с другой машиной, тогда наши мучения закончатся. Русская рулетка. Автобус тормозит, я отдаю деньги за проезд и бегу за остановку. Конфеты вышли. Подождала пока все разойдутся, чтобы уйти. Меня встретила пухленькая дама в фартуке и колпаке. Я дала ей бумагу с направлением к ним. Она осмотрела меня с головы до ног, недовольно хмыкнула.

– Печь умеешь? – спросила она.

– Не.

– Зачем тогда сюда устраиваться.

– Думала готовое продавать надо.

– Ага, сначала в четыре прийти, начать печь, а потом вот продавать.

– Мне не сказали про это.

– Не сказали ей. Ладно, учиться будешь печь?

– Не.

– Не удивлена. Ладно, напишу что рассматриваем как кандидата.

Дама закорючками начиркала на листке, поставила печать и отдала бумаги обратно мне.

– Другие места так же выбрала не думая?

– Да нет.

– Ну ясно все с тобой.

Я вышла из булочной, по мне как катком проехались. От части рада что не взяли сюда, но все таким тоном сказано было, что как то обидно. Да и пусть идут лесом со своими булками. На остановке прождала не так долго, удивилась раньше времени. А это был тот же водитель что и вез сюда. Ну простите, блевать уже нечем, только органами. В итоге долетели так же. Голова заболела, мутит. Дома легла на кровать, сон пришел быстро. Мама сразу начала нагнетать после того как узнала что отказалась работать в булочной.

– Может сразу переедешь к своему отцу в лес жить? Нет? Не хочешь? А что так, зачем тебе тут быть, если ты элементарного не хочешь.

Этот день она со мной не разговаривала, да и мне не надо было этого. Меня ждало мороженное. Небольшой отдел в торговом центре, меня приставили к наставнику. Молодой парень, светловолосый и очень раздражающий. Я только подошла к нему узнать, где тут начальство, он недовольно меня оглядел и мерзко улыбнулся. Выдавил из себя дружелюбность.

– Привет, эм, меня никто не предупреждал о твоем появлении. Сейчас позвоню и узнаю что с тобой делать, – сказал он.

Он отошел с телефоном, с кем то разговаривал. Через мгновение он вернулся и снова выдавил улыбку.

– Ладно, сегодня я тебе все покажу. Как что и ты попрактикуешься. А завтра придет Анжелика Константиновна и скажет, подходишь ты нам или нет.

Он поставил меня сразу на готовую продукцию, мороженное с разным вкусом стояло передо мной в плашках. Он показал как зачерпывать ложкой и закидывать в рожок.

– Ничего сложного как видишь. Все легко и просто. Тебе только нужно быть по общительней и улыбчивей. Бери пример с меня.

Подошла женщина с ребенком, рассматривали мороженное. Ваня, – так звали этого улыбчивого мороженщика, указал мне, иди попробуй. Я начала вертеть головой с отказом, а он толкнул меня.

– Здравствуйте, – тихо сказала я.

Женщина видимо не услышала, догадалась и кивнула.

– Что надо? – спросила я.

Тут в нее будто вселился бес, брови нахмурились.

– Ничего нам не надо, – ответила она.

Взяла ребенка за руку и повела его в сторону. Ваня был не доволен.

– Что надо? Ты серьезно? – спросил он.

– Ну да.

– Нужно говорить добрый день, утро или вечер. Потом чего желаете? Перечислить что есть, и улыбаться, а не как ты с лицом Макконохи из сериала Настоящий детектив. Понимаешь?

– Ну я попробую.

– Кажется я уже понимаю что это не для тебя работа.

Класс, он меня уже забраковал. Какой еще Макконохи, какой сериал, что он несет. Подошла парочка, рассматривали витрину. Ваня кивнул в их сторону, я подошла.

– Добрый день, что желаете ? – тихо выдавила я.

– Здравствуйте, – грубым голосом ответил парень, – Нам мороженное с киви и манго.

Я взяла ложку и зачерпнула мороженное, другой рукой взяла рожок. Закинула кругляшок и отдала парню.

– Ой, нам не в рожке, а в креманке.

– Надо было раньше говорить.

– Девушка переделайте.

– Другой сделаю в креманке, а этот так.

– Понятно девушка, спасибо не надо. Мы пожалуй пойдем.

Ваня начал хлопать.

– Молодец, ты справилась на все минус десять очков Грифиндору

– А он сразу сказать не мог?

– Так ты должна была спросить.

– Еще спрашивать, может мне с ними вообще тут светские беседы вести?

– Можешь и беседы, главное продать.

Со следующими я справилась лучше – поздоровалась, спросила, накидала мороженное, отдала.

– Улыбаться забываешь.

– Я не в цирке чтоб улыбку натягивать.

Домой я пришла в восемь вечера, уставшая и голодная. Утолив голод, запрыгнула в кровать и моментом отключилась. Утро настало так же быстро, одним щелчком пальцев. На работе меня ждал разгром.

– Вы нам не подходите, – сказала женщина в деловом костюме, – Вам восемнадцать, учитесь где-нибудь?

– Нет.

– А что так?

– Отчислилась.

– Надо восстанавливаться и идти дальше учиться.

Тут меня будто накрыло, злость и пофигизм одновременно, с сарказмом ей начала отвечать.

– Поймите, я как то проснулась утром и поняла, поняла что мне не нравится эта учеба. Я хочу карьеру мороженщика, хочу быть такой же, как Ваня. Жизнерадостной, улыбчивой су♡ой как вы и ваши работники.

– Убирайся сейчас же! – крикнула она.

– Нет, пожалуйста , мне так нужна эта работа, – продолжила наигрывать, – Мороженное это моя жизнь, поймите. Оно такое же холодное как мое сердце, мне пофиг на все и вся.

Она швырнула мне бумаги в лицо.

– Убирайся, не удивительно что тебя выперли.

– А я вот удивляюсь, как ваша жопа только помещается в это кресло.

Она скривила лицо и раскрыла рот.

– Не стоит, я сама знаю дорогу, не ори, а то сосательный инструмент порвется.

Я вышла из ее кабинета, радость охватила меня. Все вокруг стало ярче, и чего я сдерживала себя раньше? Остался последний рубеж, магазин продуктов. Если меня не возьмут в него то все, можно собирать вещи и ехать к папке в лес.

Мои родители разошлись не вгрызаясь друг-другу в глотки, а спокойно и мирно. Никто не был как то угнетен или унижен. Просто они разные люди. Если мама любила веселье и разъезды, поглаживая меня по головке исполняя мою любую прихоть. Отец же наоборот, строг, любил тишину, свой лес где как он говорил, – Зайдешь в эту зелень, встречает тебя ласковый ветер, шелест деревьев. Птицы поют свои любимые хиты, спокойствие окутывает душу и я будто совершенно где-то в ином мире, измерении. В нем нет шума бьющий по барабанным перепонкам, в нем нет бестолковых людей красующихся перед друг-другу кто лучше, кто круче, кто состоятельней. Лес прекрасен весь полностью одинаково и доказывать ему ничего не надо: – После этих слов я уснула, мы ездили на сутки в лес. Папа, милые речи об этих местах. А на утро я проснулась от холода, отца не было. Он оставил записку, – если ты хочешь выжить в том зверском городе, тебе нужно найти выход самой. – Рядом лежал нож, спички, фляга с водой и шоколадный батончик. Папина забота, ничего не скажешь. Я гуляла по этому его "прекрасному месту" и проклинала все на свете. Под вечер вышла на дорогу где была наша машина. Отец в чем не бывало пил горячий кофе и жевал бутерброды. А мой желудок уже почти сожрал сам себя. Папа увидел меня, улыбнулся будто это все нормально, обычное дело оставлять ребенка. После этого я ни разу не была в лесу с ним. Он сказал это была последняя проверочная, и я сдала экзамен.

В итоге поговорили с мамой, собрал вещи и на следующий день уехал. Я его не проводила, не желала видеть. Он присылал подарки на мое день рождение, новый год или восьмое марта. Звонил, напоминал о своем существовании.

В магазине я подошла к кассе, за ней сидел парень. Худой телом, полон в лице. На голове у него заплетена косичка на синей резинке. Белая рубаха запачканная в чем то, закатанные рукава открывали татуировки. На правой руке дьявол, на левой грустный слон Дамбо.

– Здравствуйте, мне бы на работу устроиться к вам.

– Думаешь стоит, – ответил он.

– Выбора маловато.

– Выбор есть всегда.

Он встал со стула, и вышел из-за кассы. За ней он скрывал потертые джинсы и здоровые черные ботинки длинной как ласты.

– Свет, замени меня, – крикнул он.

Он направился в соседний зал, махнул рукой чтобы я шла за ним. В отделе алкоголя выделялась черная железная дверь, на ней кодовый замок. Он нажал кнопки, открыл дверь.

– После вас.

Я зашла первой. Коротенький коридор, и еще две двери по бокам.

– Нам направо.

Я открыла дверь, в комнатушке сделанный под кабинет пахло табаком. На столе кипа бумажек и канцелярии. Старенький компьютер от процессора доносился предсмертный вой. За экраном, женщина в теле подняла свою голову и внимательно посмотрела на меня, потом на этого парня.

– Что такое? – спросила она.

– Девушка интересуется работой у нас.

– Да ты что, это хорошо. Присаживайся, как зовут?

Я неуклюже села в кресло, и оно опустилось вниз.

– Гребаное кресло, оно меня уже надоело, – сказала женщина.

– Сейчас все будет.

Парень подошел ко мне, присел на корточки и нажал на рычажок кресла. Я резко поднялась вверх.

– Так-то лучше, – довольно произнес он.

– Таааак, – протянула женщина, – к нам на работу значит.

Она начала перебирать кипу бумаг на столе, приговаривать, – Где, где, где.... Таааксс. А, точно!

Открыла нижний шкафчик стола, пошуршала листками и достала два из них.

– Вот, заполни.

Я взяла в руки анкету, парень за всем этим наблюдал стоя сзади меня, будто он мой охранник.

– А ручка есть? – спросила я.

– Ручка, сейчаас. Ручка, ручка, где ты стерва, – перебирая бардак на столе она разговаривала сама с собой не обращая внимание на нас.

– Вот, у меня есть, – сказал парень.

Женщина не обратила внимание на его слова и продолжила искать. Я взяла его ручку не дожидавшись пока она перестанет играть в Индиану Джонса в поисках золотого пера. Стандартная анкета – фамилия, имя, где живешь, училась, паспортные данные и так далее. Я заполнила все пункты, подняла глаза на женщину, она уткнулась в экран и что – то печатала.

– Я все

– Говори громче, – сказал парень, – она все.

Женщина подняла голову, я отдала ей анкету. Бегло прошлась глазами по написанному.

– А чего учиться бросила?

– Я…

– Да неважно в принципе, – перебила она.

Положив листок в этот бардак, встала и подошла к шкафу. Открыв ее достала синюю жилетку.

– Вот, держи. Немного великовата для тебя скорее всего, но других нет.

– Я принята?

– Да, завтра начинаешь. График – день, ночь, отсыпной, выходной.

– А во сколько?

– К восьми утра, завтра ценники менять.

– Хорошо.

– Дима тебе завтра все покажет, расскажет, – указала она на парня, – он у нас администратор.

– Ладно.

– Ну все, Дима проводи ее.

Мы вышли и оказались опять в отделе алкоголя.

– Ну что, Алина. Добро пожаловать в семью магазина Двадцать восемь продуктов, – сказал Дима.

– Спасибо.

Я отправилась домой, сообщить маме о хорошей новости. По пути забежала в пекарню и купила сырный хлеб. Пока шла, съела его.

– Ну вверх конечно, но хоть что-то, – сказала мама.

– Ага, – ответила я.

– Думай еще куда учиться пойдешь в следующем году.

– Посмотрим.

– Я тебе серьезно говорю.

– Да поняла я.

Поела фунчозы с салатом из морковки по корейски. Помылась и улеглась на кровать, укрылась теплым одеялом. Переживание – меня ждет первый день, как и что, а если я накосячу. Будут орать наверное. Да и ладно, не впервые. Сон совсем не приходит. Полистала мангу, полистала социальные сети. Заставила себя убрать телефон и попробовать уснуть. Посчитала уток, посчитала баранов, посчитала белок. Ничего не выходит. Сходила на кухню, взяла таблетку снотворного, выпила воды. Захотелось в туалет. Вернулась с туалета, посмотрела время. Время три ночи, осталось спать четыре часа. Замечательно. Действие таблетки долго ждать не пришлось. Нужно было с нее начинать, а не считать зоопарк.

Я зашла в магазин, в нем пустота. Никого нет, прошлась по отделам признаков жизни незаметно. Вернувшись к кассам встретила первую душу. Девушка лет двадцати пяти, чуть полненькая в меру. На ней черные джинсы, кеды, синяя жилетка магазина и черная футболка.

– Новенькая? – спросила она.

– Да.

– Пойдем, покажу где переодеться.

Мы повторили вчерашний маршрут, та же черная дверь. Только теперь мне в комнату налево. В ней градусов как в бане, запах одежды пропитанной потом сразу ударил мне в нос. Единственное что хорошо, это то что шкафчики были как новые.

– Вот, выбирай любой пустой, – сказала она.

– Ну хорошо.

– Как звать?

– Алина.

– А меня Даша. Переодевайся и подходи ко мне на кассу. Поможешь.

– Ладно.

Я скинула свой рюкзак в шкаф. Накинула рабочую жилетку и пошла к Даше.

– Вот, держи.

Она дала мне кипу ценников и ножницы.

– Нужно их разрезать и поменять на всем указанном товаре на этих ценниках.

– А где остальные? Или мы будем делать это вдвоем?

– Да, только мы. За камерами еще наш админ сейчас сидит.

– Мне сказали он все покажет, расскажет что да как.

– Этот ленивый хрен вряд ли это сделает.

– Понятно.

Я разрезала ценники, блуждала по магазину в поисках нужного товара. Небольшой лабиринт для меня в первый день. Даша посматривала и подсказывала если я совсем терялась. Она была занята за кассой, еще я, со своими плутаниями ищу, где тут кошачий корм. К обеду вышел Дима из своей пещеры.

– Сейчас паллеты приедут. Даша ты сегодня целый день за кассой, Алина будешь помогать расставлять товар. Завтра в ночную покажу как пользоваться кассой.

– Мы еще не обедали, – сказала Даша.

– Хорошо, идите обедайте вместе. Покажешь новенькой, как и что. Думаю один управлюсь, если что вызову.

– Пойдем Алин.

Мы пошли в отдел алкоголя, за ту черную дверь, где кабинет директора и раздевалка. Войдя, Даша прошла эти двери в темноте свернула на право. Включился свет, там оказалась еще одна комната. Я зашла, это небольшая кухня. Холодильник, раковина держащаяся на соплях, стол, микроволновка и чайник. На столе крошки и разводы. Над ним стенд с рабочей информацией – когда у кого смена, листки информирования по всякой ненужной ерунде, но они должны тут быть по правилам. Есть еще дверь, она вела в туалет. Туда я пока не осмелюсь зайти. Даша достала из холодильника свой контейнер с едой. Я же сходила в раздевалку, в рюкзаке взяла кружку, чай с киви и шоколадку с арахисом. Когда я зашла, микроволновка во всю гудела. Даша уселась в ожидании звона, что все нагрелось. Я включила чайник, раскрыла шоколадку и уселась.

– Это что, твой обед? – спросила она.

– Ну да, не особо хочу есть.

– Зря, день долгий. В следующий раз бери с собой, или иди купи чего нибудь в магазине. Целый день так нельзя.

– Да, в другой раз.

– Первый день не до еды, да?

– Немного нерваки.

– Ничего, на новом месте работы всегда так будет.

Печь подала звук "дзынь", Даша достала контейнер и поставила на стол. Она уплетала это с таким смаком, мой чай и шоколадка провалившись в меня совсем не дали мне желаемого эффекта. Смотря как она уплетает обед, желудок захотел тоже нормальной еды. Я допила остатки чая, помыла кружку, думала уже идти как Даша меня остановила.

– Стой, обед час. Ты только двадцать минут тут потратила. Успеешь наработаться, не торопись.

Я села обратно, включила соц сети. Даша доела и бросила контейнер в раковину. Налила себе чай, громко отхлёбывала.

– Так ты не закончила значит?

– Нет.

– Чего так.

– Мне это было неинтересно.

– А что интересно?

– Сама не знаю. Ничего наверное.

– Совсем ничего?

– Ну да.

– Это плохо, без интересов никуда. Я понимаю учеба везде тухляк, но что-то интересовать должно ведь тебя.

– Совсем ничего не интересуют.

– Хм, чем то ты ведь занималась?

– Карате, бокс, театралка.

– Из тебя воспитывали актрису боевиков?

– Можно и так сказать.

Она допила чай и отправила кружку рядом с контейнером, в раковину.

– Магазин тоже не лучшее место работы, тем более этот.

– Да мне все равно, главное, что взяли.

– Не, думай лучше о чем нибудь другом. Не задерживайся у нас.

Мы вышли из столовой и прошли к кассам, Дима пробивал товар. Увидев Дашу глаза его загорелись, он просто встал со стула и вышел из кассы оставив непробитые продукты.

– Уступаю тебе, – довольно сказал он Даше.

– Какое благородство с твоей стороны, – ответила она ему.

Он посмотрел на меня.

Отвел в свою комнату, где камеры, небольшой столик на нем компьютер. Остальное место занимал товар, пустые коробки из-под товара, машина спрессовывания мусора или тех же коробок. Два паллета стояли уже там.

– Я сейчас их вывезу в зал, а ты начинай разбирать. Надо успеть до конца смены.

Два кубика с моего роста сто шестьдесят – забитый пивом, сухарями, чипсами, сладостями еще фиг знает чем. До конца смены, мне конец под конец рабочей смены. Проблема их разбора еще состояла в том, что я еще не совсем знаю где что находится. Канцелярский нож резал коробки, пленку товара, меня. Таскать бутылки, еще расставлять как в художественной галерее. Чтобы все было красиво, на своих местах. А люди все прибывали, бедная Даша. Настал час пик, все поперлись с работ и обязательно домой через магазин. Мешают таскать тележку с печеньем, все торопятся. Слышала какую то перепалку у кассы, Даша с кем то громко ругалась. Не стала уделять этому внимание, надо успеть все разобрать до конца смены. Дима все сидел в своем склепе за компьютером, ему видимо было наплевать что происходит внутри магазина. Прозвучал звон с кассы. Даша вызвала Диму.

– Что случилось?

– Я заебалась, вот что случилась. Либо садись за вторую кассу, либо садись за эту и дай мне выйти покурить.

– Ну хорошо, десять минут у тебя.

– Сейчас, засекла уже.

Мне остался еще один паллет. Силы на исходе, живот кричит, – "Дура, накормила меня только шоколадом. Я хочу нормальную пищу". Реж, достань, открой, неси, расставь. Девиз на еще полтора часа, если не на два. Я так погрузилась в процесс как под гипнозом, Даша подошла когда я, расставляла семечки, ткнула меня в плечо. Я немного от неожиданности испугалась.

– Эй, время. Пора нам домой.

– Сейчас, две пачки осталось.

Я закинула две пачки на отвали, и пошла в раздевалку. Пот, вся в поту, воняю, хочу есть. Ноги забились, ноют.

– Ты молодец сегодня, – сказал Дима в раздевалке.

– Спасибо.

– Не проспи завтра.

Шла до дома и мечтала о тарелке с супом, теплой кровати. Дом стал так далек, я не заметила утром насколько далеко я оказывается живу. Автобусы уже не ходят, проблема в этом. Добираться легко, а возвращаться будет тяжко.

– А ты, пошли со мной.

Мама встретила меня с расспросами.

– Как первый день? Что делала там?

Мне было совершенно не до нее, махнула рукой.

– Потом расскажу.

Переоделась, ополоснулась, поела суп. Улеглась в кровать. Все четко по плану. Мысли что завтра опять туда же, только в ночь, надеюсь ночью хоть будет меньше народу. Ночью же спят, никого толком не должно быть. Правда?

Магазин ночью это сияющий огонек для алкашей. Как рыба Удильщик заманивает своих жертв светом и хватает. Пожевав выплевывает пропитанное спиртом мясо.

– Где у вас пиво? – спросил мужчина.

От него пахло как от туалета, заросший бородой с размазанными по ней же соплями, толи слюнями. Он стоял в алкогольном отделе, напротив полок с пивом, но глаза его не могли это определить.

– Где у вас пиво? – еще раз спросил он.

Я посмотрела на него, на полку, опять на него.

– Оно перед вами, – указала ему рукой.

Он посмотрел на полку, на меня, опять на полку.

– Тут безалкогольное стоит, ты что меня за идиота держишь.

Я подошла ближе, там и правда впереди стояли две банки безалкогольного.

– Тут только две банки такие, остальное алкогольное.

– Ну и дерьмо, а не магазин, – сказал он.

– Не нравится, выход сами знаете где.

– Ты рот свой прикрой дочурка.

Тут подбежал Дима, отвел меня за свою спину.

– Могу чем то помочь? – спросил он.

Мужик посмотрел на прилавок, на Диму, на меня.

– Пиво продает она.... – его остановила отрыжка, – Она пиво не дает мне.

– Что? Ничего подобного!

– Сейчас мы все уладим, какое вы хотите? – Дима делал мягкий голос будто разговаривал с ребенком.

– Алкогольное…

– Хорошо, вот это пойдет?

Алкаш посмотрел на что ему указали. Он скривил лицо, и посмотрел на нас.

– Что вы мне показываете.... Я за водкой пришел, – отрыжка последовала за его словами, – Идиоты… Я ухожу в другой магазин… Ворье.

Он развернулся и направился к выходу, зацепил полки с вином и уронил две бутылки. Они плюхнулись на пол и разнесли содержимое по залу. Вонь и багровые реки на белом кафеле. Дима повернулся ко мне, пожал плечами.

-Даа, и такое бывает, – сказал он. – Ты сходи за тряпкой. Она там где я сижу за камерами, за прессом.

Я зашла в эту комнату, у компьютера пачка чипсов и банки энергетиков. Повсюду валялись ошметки спрессованных коробок. Пнула пару листов, удар по пальцам. Под ногами попалась железяка. Я выругалась, руками разгребла завал. Черная железная ручка торчала из-под пола. Подвал хранивший старые трубы канализации подумала я. Черт меня дернул открыть ее… Скрип дверцы, тусклый свет ламп на стенах. Ступени видимо тоже в вине запачкали, красные разводы на каждой. Я захотела взглянуть что там внизу, сделала пару шагов вниз. Наклонилась и увидела их. Глаза, от пяти до восьми человек, не разобрать. Они смотрели на лестницу, испуганно прижимались к друг-другу. Меня ударили в спину, кубарем покатилась вниз, ударилась головой. Скрип, хлопок, дверца закрылась. Чьи то руки взяли меня, грубо подняли. Прийдя в сознание, я увидела Диму. Он толкнул меня, я ударилась ногами усевшись на ящик.

– Твою ж мать… Твою ж… Зачем ты сюда полезла? Зачем? Дура, какая ты дура! Они нас убьют.

Помутнение в глазах прошло, тусклые лампы осветили ходящие туда-сюда тело.

– Они нас теперь грохну, – продолжал он.

– Что происходит ? – еле выдавила я.

– Что происходит?! Дура, нас теперь порешают из-за тебя.

– Я не понимаю, – мой взгляд упал на людей. – Кто это?

Отчетливо стало видно семь человек, скованных цепью. На них свисали грязные лохмотья одежды.

– Черт, ладно. Ладно! Успокойся, главное успокойся. Если они ведь не узнают, то ничего с нами не сделают. Ведь так? Да, да, нельзя говорить вот и все, – Дима продолжал диалог сам с собой.

– Кто эти люди? – спросила я.

– Заткнись! Сейчас умолкни и слушай. Мы влипли из-за тебя. Это не шутки. Понимаешь, девятнадцатого февраля одна тысяча восемьсот шестьдесят первом, императором Александром вторым крепостное право было отменено. Все вздохнули свободно? Скажу тебе, – нифига… Рабство было, есть и будет. Понимаешь?

– Нет… Я не понимаю.

– Дура! Это рабы на торговлю! Люди которые этим занимаются очень опасны. Рабы, наркотики, в их сферу входит все что угодно! Они нас убьют, убьют наши семьи. Если ты расскажешь, или они узнают об этом происшествии. Мы будем кормить червей, доходит до тебя?!

– Так нельзя, нужно рассказать об этом.

– Ты меня совсем не слушаешь? Они убьют всех! Тебя, меня, маму, папу, всех твоих родных! Я даю тебе выбор, либо я закончу это прямо сейчас… – Дима схватил железку лежащую у стены, – либо ты забываешь об этом всем, живешь дальше, радуешься жизни…

Он стоял в стойке, готов нанести удар этой железкой по моему черепу. С его стороны гнев, страх. С моей только страх.

– Отвечай! Что ты выбрала?

– Я… Я не знаю… Не, знаю… – слезы пошли градом.

– Отвечай что ты выбрала! – он замахнулся на меня.

– Стой! Не надо… Я согласна!

– С чем?!

– Молчать! Я буду молчать! Обещаю!

– То-то и оно.

Дима кинул железку на пол.

– Теперь ты поднимешься, пойдешь умоешься и соберешь свои сопли. Забудь что ты тут видела. Это дурной сон, тут ничего нет. Ты поняла?

– Да, я поняла.

– Надеюсь на это.

Я встала с ящика, ноги пошатывало. Поднявшись по лестнице попыталась открыть дверцу, ничего не вышло. Дрожь по всему телу волнами проходила по мне. Дима прошел вперед, и толкнул ее сам. Темница открылась, я поднялась и начала отряхиваться от пыли

– Иди давай в туалет, приведи себя в форму. Потом подходи к кассе, покажу как ей пользоваться.

Без лишних слов я сделал то что он велел, в туалете умылась. Руки плясали, капилляры на глазах полопались. Вдох, выдох, вдох, выдох. Все равно трясет. Как в том лесу когда меня бросил отец. Он даже не представлял через что я прошла. А он пил долбаный кофе, улыбался. Пора идти, надо забыть это все. Я подошла к кассе, дрожь не унималась. Она стала чуть поменьше, но все равно заметной. Дима это подметил, он не подавал вида. Начал мне показывать как пользоваться кассой. Я ничего не понимала, мои мысли летали. В голове будто космические обломки корабля которому нужно собраться как трансформер, чтобы лететь дальше сквозь мрак.

После смены добежала до дома, никого не было. Прыгнула в ванну, включила горячую воду. Мое тело распаривал кипяток, кости болели. Из головы не выходили эти люди. Надо забыть, надо забыть. Всю ночь кошмары, они звали на помощь. Будильник вернул меня в мою комнату.

– Не выспалась? – спросила меня мама.

Я выпила половину графина с водой.

– Немного, – сказала тихо.

– Плохо выглядишь.

Умывшись посмотрела в зеркало, совесть меня съедала внутри. Насколько будет глупо что-то предпринять? Какие будут последствия? Собравшись вышла на улицу, сегодня попрохладней, но мое тело потеет из-за нервов. Доехав на маршрутки до магазина меня встретила Даша.

– Плохо выглядишь.

Мне сегодня об этом целый день говорили пока я сидела за кассой. Каждый второй местный заходящий за бутылкой спрашивал чего такая красавица так грустно выглядит. Не услышав ответа они уходили, но вскоре возвращались за добавкой. Дима не подходил и не говорил со мной. На обеде в голову пришли образы людей прикованных друг к другу. Надо идти в полицию, вдруг он уже сказал своим боссам, что я знаю.

Приду в полицию, послушают ли они такую как я, да еще язык начнет заплетаться или я вообще не смогу ничего сказать. Голова начала волнами пульсировать. Допив чай вернулась разбирать паллеты.

– Ты как? – спросил Дима подкравшись сзади.

Я испугалась и уронила товар, он удивленно посмотрел на меня. Помог поднять.

– Видимо не очень.

Я ничего не ответила. Если так буду дрожать он расскажет потому что запаникует так же, как я сейчас.

Под вечер мы закрывали магазин, Даша ушла раньше. Пока он считал кассу, я переодевалась в раздевалке. Желание взглянуть еще раз не унималось. Может все таки приснилось?Переодевшись прошмыгнула на склад, перед люком остановилась.

– Назад пути ведь нет ?

Внутренний голос ответил: – Беги!

Открыла погреб, спускаясь послышалось дыхание людей. Нащупав на стене включатель, лампа застрекотала. Я посмотрела назад, надеюсь он не услышал. Окончательно пройдя лестницу пере до мной появились они – грязные, исхудавшие. Удар по голове меня вывел из состояния скованности. Упала на землю.

– Что ты тут забыла? Я что тебе говорил! – закричал Дима.

Теперь острая боль вместо пульсирующей в моей голове. Помутнение, прилив злобы. На земле нащупала что-то похожее на арматуру. Поднявшись он схватил за плечо, я замахнулась и ударила его по голове. Он, пошатнувшись, отошел, по лицу полилась кровь. Яростно посмотрел на меня, бросился – я отскочила в сторону. Ударив его сзади он прикрикнул, упав на землю взял кусок плитки.

– Ты сама это захотела, мне жаль. Ты не оставила выбора.

Повернувшись он замахнулся на меня, я уклонилась. Резким выпадом направила арматурину вверх. Дима закричал, я засадила ему в подмышку свое оружие. От его вопля отпустила и зашагала назад.

– Сукааа! Что ты наделала?

Под ногами валялся кусок плитки выпавший из его рук. Либо я это сделаю, либо мне конец. Пути назад теперь точно нет. Руки задрожали, Дима пытался достать железку. Я подошла, схватила с земли плитку, нанесла удар в шею. Глаза вытаращились, руку положил мне на плечо, изо рта пошла кровь. Я толкнула его, он упал на землю. Тело стало неподвижным бетоном, с моих пальцев падали багровые капли. Уставилась в полумраке на человека который минуту назад был еще жив. Из этого состояния меня вытащили мольбы о помощи. Я о них совсем забыла попытавшись сделать шаг, одна из ног отказалась слушать. Упав на четвереньки поползла до Димы, до того что от него осталось. Бетон начал крошится из-за дрожи, рукой вляпалась в жидкую массу. Его кровь разбрызганная по полу и я как свинья в луже грязи измазывалась в ней.

Доползя, стала обыскивать его карманы. Мне нужны ключи.

– Они ведь у него, правда? Или зачем ему они? Может у него их нет? Есть у кого то, но не у него? – разговорилась я сама с собой как сумасшедшая.

Звон связки, достала ключи, в темноте не видно. Попробовала встать, комната давила, меня обвесили камнями, средневековая пытка. Тошнота, сейчас все выйдет.

– Нельзя, ты и так наследила, – опять взболтнула я себе.

Сквозь усилие поднялась, голова закружилась. Мелкими шажками плетя ногами добрела до пленников. На связке примерно ключей пять или шесть. Начала с большого, не подошел. Второй немного меньше – тоже нет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.