Александр Накул
Легенда о Горностае

Часть I. Северо-Восточный Ураган на арене

1. Тигрица в бамбуковой клетке

Пестрая, шумная, праздничная толпа запрудила главную улицу столицы уезда Ляонин. Над головами трепетали разноцветные флажки, стрекотали трещотки и ветряные мельницы, а запах румяной рыбы от жаровен смешался с ароматом благовоний от переносных алтарей. Это был праздник Рек и Озер, достойное украшение короткого северного лета.

Юный Ян Бао по прозванию Маленький Парчовый Барс пробирался сквозь людской поток, стараясь не испачкать полы своего новенького халата. Первый раз в жизни он оказался на таком большом празднике. А еще у него были с собой деньги – что добавляло празднику особых красок.

Маленькому Парчовому Барсу недавно исполнилось четырнадцать, – возраст, когда человек радуется как ребенок, но мечтает уже как взрослый. А соблазнов вокруг было много. Настолько много, что он проходил мимо них, забираясь все дальше и дальше, но никак не мог решить, какому из них поддаться.

Сверкающие, словно покрытые лаком, жареные куриные ножки. Свинина, тушенная с арахисом. Простая стружка из сладкого мяса в белых зернах кунжута. Жареные кальмары на палочках и ошпаренные, свернутые в шарик, в коробочках из местной коры. Рядом пахучие варварские закуски из вяленой рыбы. Для тех, кто хочет послаще – яичные бисквиты, паровые булочки, лепешки на кунжутном масле, нарядные ягоды в сахарной карамели…

Было немного обидно, что он еще не успел проголодаться.

По соседству с ними – лотки с бумажными пагодами, драконами, воздушными змеями. Тут же продают посуду, шкатулки и статуэтки. Можно заметить, что статуэтки покровителей Срединного Государства медные, а местных божеств – деревянные. Некоторое статуэтки настолько заряжены энергией ци, что исходящее от них сияние заметно даже сейчас, в яркий солнечный день.

На перекрестке возле старого каменного алтаря собрали из бамбуковых планок небольшую осадную башню. Там разминалась труппа акробатов в синих одеждах. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – перед ним настоящие профессионалы. Все, даже миловидная девочка лет двенадцати, достигли не меньше чем десятой ступени и даже не взлетали, а проплывали по воздуху, словно драконы.

Ян Бао старался на них не смотреть. Он усердно тренировался, но пока не смог подняться выше пятой. Конечно, он был уверен, что здесь, в большом городе, достигнет настоящих высот. Ведь его наставником будет сам дядюшка Гу, настоятель храма Алых Лотосов и один из старейшин клана. Такой человек не стал бы приглашать к себе пожить ученика без талантов.

Ян Бао так сильно предвкушал встречу, что почти всю дорогу, вместо того чтобы читать что-то новое, либо смотрел по сторонам, либо перелистывал «Шесть шкатулок». А перед сном представлял, как поразит дядюшку Гу знанием классики.

Когда повозка прибыла на почтовую станцию, Маленький Парчовый Барс собирался тут же идти в обитель к своему новому наставнику, но оказавшись посреди праздника, решил разобраться, что здесь происходит. Так он лучше узнает город и с пользой проведет время. А это тоже важно.

К тому же дядюшки Гу наверняка нет дома. Маленький Парчовый Барс был уверен, что бодрый старик тоже пошел посмотреть на праздник, а может быть, и закусить чем особенным. Разве можно сидеть в обители, когда на улицах такое творится?

Ян Бао знал, что старый мудрец достиг немыслимых степеней совершенства, лестница его могущества упирается в первое небо, и по ней можно дойти до канцелярий низших божеств. Достигший подобного мастерства может странствовать где хочет. К тому же глава клана должен знать, чем живут простые горожане, о чем судачат в чайных домиках, какие слухи приходят из северных и южных земель. Все это может быть очень полезным.

Толпа становилась все гуще. Все торговцы уезда доставили свой лучший товар, а у покупателей водились деньги.

В толпе бегали дети и степенно ступали владетельные старухи с бамбуковыми палками, фальшиво улыбались друг дружке куртизанки в пестрых накидках и кутались в серые рясы бритоголовые монахи. А дальше, где проспект переходил в площадь перед уездным правлением и приземистым серым дворцом губернатора, вращались карусели, а какие-то совсем немыслимые конструкции крутились, скрипели и раскачивались.

Большой черный шатер с серебряными узорами стоял на пересечении с одной из боковых улиц, где за плетеным из ивняка забором поблескивал прямоугольный прудик. Рядом, всего на один квартал дальше по проспекту, раскачивались алые флаги с золотыми конями.

Ян Бао подумал, что именно там должен быть Храм Алых Лотосов. Разве не должен такой прославленный храм стоять на самом лучшем месте?

Но тут ветер потянул с той стороны, Маленький Парчовый Барс уловил знакомый деревенский запах и понял, что в той стороне – ипподром.

Да вот и он. Колоссальный ипподром – как раз напротив губернаторского дворца. Здесь, в северных городах, к лошади особенное отношение.

Немного разочарованный, Ян Бао перевел взгляд на черный шатер. Суровый и мрачный, покрытый варварскими узорами, этот шатер так и притягивал взгляд.

Незнакомые благовония дымили в каменной жаровне, их дым по-варварски сильно отдавал солеными степными травами и непривычно острым перцем.

Как и положено, перед шатром стоял зазывала. Одетый в одеяние из выделанных серых шкур с такими же серебристыми бляшками, с узорчатым ремешком поверх очень длинных черных волос, он больше напоминал храмового привратника. В руках у зазывалы – бубен с загадочной печатью, какие носят заклинатели. От каждого удара в воздухе вспыхивали на пару мгновений крошечные искорки ци.

Зазывала был необычен. Он никого не звал и не убеждал. Он мерно бил в бубен и периодически кричал, каждый раз одно и то же:

– Женщина-оборотень, тигр северной чащобы. Грозная и опасная, заперта в клетку для вашего удовольствия. Совершенно голая. Понимает язык. Наказания по вашему усмотрению. Женщина-оборотень, тигр северной…

И снова бил в бубен.

– Сколько стоит? – спросил Маленький Парчовый Барс.

Оказалось, недорого. Ян Боа снял с пояса связку монет, шагнул поближе к шатру и вручил человеку с бубном два кружочка.

Тот даже не посторонился. Просто степенно опустил их в туго набитый мешочек, пришитый к поясу. Дескать, у меня есть дела поважнее, однако вам позволено войти.

Это, конечно, была не самая лучшая покупка, которую можно раздобыть на праздничной ярмарке. Но она была недорогой и вполне необычной. Раньше Маленький Парчовый Барс и не подозревал, что бывают такие зрелища.

Уже подвязывая шнур с деньгами обратно к поясу, он подумал, что шатер стоило посетить, даже если бы пленная тигрица была одета. Маленький Парчовый Барс много слышал про оборотней – странных созданий, что умеют силой ума изменять течения ци так, что превращаются в животных. Таких было принято опасаться – мало ли куда заведут превращения. Но будущему бойцу клана полезно на них смотреть. Как и у любого опасного зверя, у них есть чему поучиться.

До сегодняшнего дня Ян Бао был уверен, что в его родном уезде не водятся никакие демоны кроме лис-оборотней – эти везде пролезут. Но торговля сделала то, что не смогла сделать природа. В ювелирных лавках теперь продают малахит с Великих Каменных Гор, а на невольничьих рынках можно найти невольников с кожей черного и красного цвета. А теперь – и оборотней редких пород завезли.

Внутри шатра было на удивление светло и просторно. Уличный шум был теперь почти неразличим, а вот соленый запах степных благовоний стал крепче.

Стены шатра были сделаны сплошными, чтобы никто не мог подглядывать с улицы, но в потолке открыли четыре симметричные отдушины. Четыре столба дневного света стояли вокруг клетки, похожие на еще одну линию защиты.

Клетка была бамбуковая. Усиленные магической резьбой прутья оставлены достаточно редкими. Так что с любой стороны можно было увидеть, что там внутри и правда сидит здоровенная тигрица-оборотень, какие встречаются среди лесных северных варваров.

Ей было где-то лет двадцать, но она успела вырасти настолько огромной, что казалась Маленькому Парчовому Барсу совсем взрослой женщиной.

Варварша-тигрица лежала свернувшись калачиком, поджав колени к лицу и обернувшись полосатым хвостом. Смуглая, сверкающая от масла кожа туго обтягивала мощные мышцы, крутые бедра и огромную обнаженную грудь. Огненно-рыжие волосы, очень выразительные на фоне смуглого тела, были расчерчены черными полосами. Эти же полосы, едва заметные, проступали и на спине. Приглядевшись еще раз к тяжелой копне волос, Ян Бао разглядел, что в них скрываются полосатые тигриные уши.

Видимо, она была оборотнем от рождения, наполовину зверем по своей природе, а не волшебником, который овладел достаточно высоким уровнем в искусстве иллюзии.

Ян Бао не мог определить, насколько далеко она ушла в звериное состояние. Но не сомневался, что ум у нее есть, и его достаточно. Она, конечно, далека от культуры и изящества и не смогла бы выучиться на знатока ритуала или хотя бы на заклинателя. В ней слишком мало дэ, чтобы подчинять духов. Она сможет с ними только разговаривать. Зато из нее получился бы отличный шаман – там, у себя на родине.

Возле клетки стоял безбородый мужчина в богатом иноземным халате с горностаевым воротником и серебряным шитьем по краям. Было заметно, что цвета наряда подражают расцветке шатра.

Сразу стало ясно – он здесь главный. Иногда в шатре появлялся кто-то из других прислужников балагана, быстро что-то делал, бросал на человека у клетки кроткий взгляд, полный испуга и уважения, и тут же исчезал через едва заметную прорешину со стороны пруда.

– Взгляните на чудо-зверя! – провозглашал хозяин. – Взгляните на эту машину из шерсти, мяса и похоти! Стыдно вожделеть такую женщину – однако я знаю, – тут его голос стал тише, – что многие из нас это делают. Не надо стесняться, нас не видят. И закон не запрещает вам смотреть. Смотрите во все глаза, потому что вы не скоро увидите такую дикую красоту! Выловленная в лесах Узала, она направляется на хотосский невольничий рынок, чтобы найти гурмана с достаточно крепкими зубами, который сумеет ее распробовать. За таких дают хорошую цену и, должно быть, держат на цепи. И только сегодня и только здесь вы увидите за ничтожную плату эту тигрицу такой, как есть.

Ян Бао осторожно, как его учили, изучал посетителей. Мужчин было довольно много, в основном коренастые крестьяне, приодетые по случаю праздника в единственный чистый халат. Все мужчины взрослые, много пожилых. Ян Бао оказался здесь самым мелким.

Судя по сальным взглядам и перешептываниям, крестьяне пусть и не желали себе в родню дикого зверя, но были бы не против провести несколько приятных часов наедине с таким творением дикой природы.

Пришли посмотреть и женщины. Судя по цветастым платьям – куртизанки. Но они только бросали на клетку короткие взгляды, словно хотели убедиться, что нет в этой тигрице ни культуры, ни изящества.

Два варвара в огромных широкополых шляпах с деревянными бусами на шнурках тоже смотрели и переговаривались на своем языке. Маленький Парчовый Барс не разбирался в варварских модах, и поэтому не мог угадать их сословия. Он только предположил, что у них достаточно высокая ступень в боевых искусствах, чтобы в путешествии они могли за себя постоять.

А это умение с каждым днем становилось все важнее. С тех пор как цикл династии начал переходить к упадку, на дорогах, особенно приграничных, стало небезопасно. А опытные бойцы предпочитали служить в кланах или богатым князьям, вместо того чтобы перебиваться с риса на пшено в императорской армии. Прежде, еще в уезде, старый судья Лю рассказывал, будто бы среди разбойников теперь попадаются бойцы пятого, шестого, даже седьмого ранга. Иные бойцы нарочно уходили разбойничать, чтобы никто не мешал им тренировать смертельно опасные стили. Маленький Парчовый Барс в это не верил. Однако сейчас, когда сам побывал на диких дорогах севера, он допускал, что и такое возможно.

– Ну, чего ты свернулась? – закричал хозяин натренированным голосом. Он кричал так громко, что заглушал не только разговоры, но даже мысли в голове посетителя.– Давай, лесная принцесса! Встань, поднимайся! Покажи нам свою красоту!

Тигрица никак не отреагировала. Даже не заворчала. Она по-прежнему лежала, свернувшись калачиком. Только лупила по прутьям полосатым хвостом, словно рассерженная кошка.

– Не понимаешь? – хозяин изобразил удивление. – Ну да, не понимаешь. Вы, варвары, ужасно непонятливы. Давай, я тебе сейчас помогу. Мы, культурные люди, должны просвещать вас, помогать вам, жителям леса.

Работорговец схватил длинную остроконечную палку, похожую на рыбачью острогу, и шагнул в сторону клетки. В темноте у него под ногами звякнула цепь. Ян Бао догадался, что эта цепь нужна на тот случай, если обитатель клетки сумеет завладеть палкой.

Хозяин оскалился и сам стал похож на дикого зверя. С ловкостью, какую может дать только практика, он ткнул тигрицу острой палкой в голый бок.

Тигрица зарычала и дернулась. Она попыталась отползти к дальней стенке, но конец остроги достал ее и там.

Варварша рыкнула, попробовала забиться в угол. Но работорговец уже перескочил на ту сторону и ловко, как бывалый охотник, уколол прямо под хвост.

Тигрица взвизгнула от унижения и отскочила на середину клетки.

Зрители уже посмеивались.

Хозяин кружил вокруг клетки, подпрыгивая, позвякивая цепью. С каждым его уколом тигрица подпрыгивала все яростней.

Она все еще пыталась удержаться в клубке. Но ярость росла, переполняла – и, наконец, прорвалась наружу.

Она зарычала и бросилась на прутья. Бамбук прогнулся, но выдержал – и край оскаленной морды с выпученными глазами завис прямо над лицом работорговца. Тот отступил на шаг и с насмешливым торжеством посмотрел на могучую пленницу.

Варварша рычала, словно целая стая диких зверей. Но все равно оставалась в клетке и ее рык был песней бессилия.

Хозяин снова замахнулся острогой, но не успел даже нанести удар. Варварша отскочила прочь, бросилась на заднюю стенку, потом на собранные из таких же прутьев пол, потолок… Было отлично видно, как сверкают в дневном свете все изгибы ее покрытого маслом тела – и мышцы, и грудь, и мощные ягодицы с тенью от полосатого хвоста. Волосы стояли торчком, словно шерсть разъяренной кошки, уши прижались к вискам, а по-кошачьи зеленые глаза метали молнии. Маленькому Парчовому Барсу даже показалось, что он успел разглядеть рыжий комок лобковых волос.

Рыча и ругаясь на своем наречии, тигрица металась по тесному узилищу. Клетка ходила ходуном. Мощное тело варварши, закаленное выживанием в заснеженных лесах севера, могло выгнуться как угодно. Но даже звериное чутье не могло помочь ей найти спасение от уколов остроги и похотливых взглядов зрителей.

Зрелище было совершенно варварским. И Маленький Парчовый Барс чувствовал, к немалому стыду, что не в силах отвести взгляд.

Вдруг что-то изменилось. Казалось, клетку озарил свет из невидимого источника. Ян Бао заподозрил, что это снова какая-то магия, но хозяин тоже замер и посмотрел куда-то ему за спину.

Маленький Парчовый Барс обернулся и увидел, что в шатер вошел еще один зритель.

Незнакомец был тоже из варваров. Его плоское лицо и светлые длинные волосы не оставляли никаких сомнений. Но этот чужестранец был не прост. Сразу заметно, что у себя на родине он занимает большое положение.

Варвар был юн, не старше девятнадцати лет. Одет в длинную дорогую накидку, вроде тех, что носят кочевники из предгорий северо-запада. Накидку явно шили по фигуре, она сидела на владельце как вторая кожа.

Лицо у юного варвара было холодное и невозмутимое. Такое выражение лица ожидаешь увидеть у опытного жреца-заклинателя, мастера единоборств или профессионального игрока в маджонг. Голову венчала шапка, отороченная все тем же снежно-серебристым мехом, что и воротник накидки. Однако в одежде не было ни бусинок, ни пряжек, ни еще каких-нибудь варварских украшений. Длинные, до лопаток светлые волосы были завязаны в простой хвост.

Легко, словно танцуя, светловолосый варвар подошел к клетке и начал разглядывать пленницу.

Хозяин тоже заулыбался. Он почуял богатого гостя.

– Как вам мой трофей? – осведомился он, – Не правда ли, хороша? Она пока не продается. Но если в вашем вкусе, можете остаться с ней на ночь. Не покидая клетки, разумеется. Я не думаю, что это будет для вас проблемой. Делать такое в открытую – нормально для вас, варваров.

Тигрица тоже заметила нового зрителя. Сначала она сощурилась, затрепетала ушами. А потом снова подскочила к прутьям, схватилась за них и запричитала, не стесняясь своей наготы.

– Сэнэкэн! Сэнэкэн! Хайчачи, бэлэчиру!!..– Кричала великанша из клетки. Тяжелые полосатые уши тигрицы трепетали словно две огромные бабочки. А ее прекрасные зеленые глаза смотрели на светловолосого удивительно жалобно, – словно кошка на хозяина.

Но чужеземец молчал.

Шерсть на голове варварши начала опускаться, а глаза погасли.

– Не понимает! – произнесла она уже на местном наречии с особо жутким северным акцентом и страшной горечью в голосе, – не понимает – ничуть! Учэ!!

Светловолосый едва заметно поклонился и направился к выходу из шатра.

Ян Бао последовал за ним, стараясь не озираться. Ему вдруг стало противно после всего, что он только что здесь увидел. Уши горели от стыда. Хотелось уйти под любым предлогом и куда угодно.

И такой предлог нравился ему больше других.

Уже на пороге Ян Бао успел расслышать, как за спиной лязгнула цепь и застонала женщина-тигр.

Похоже, беспощадный работорговец снова взялся за палку.

2. Клан Черного Дракона и Школа Алого Лотоса

Варвар шел к ипподрому все той же беспечной походкой. Он проходил сквозь толпу легко, словно ручей, обтекающий камни.

Ян Бао следовал за ним. На подошвах Маленького Парчового Барса была вышита печать неслышимости, поэтому он мягко скользил над землей, легко уворачиваясь от телег и слишком тучных прохожих. Но до ловкости светловолосого ему было пока далеко.

Странный пришелец интересовал его куда сильнее, чем зрелище в шатре. В этом подозрительном варваре было что-то тревожное и пугающее. Этот чужестранец – явно опасней тигрицы, и к тому же разгуливает на свободе.

Вот какими должны быть чужеземные злодеи из историй про странствующих воителей! Маленький Парчовый Барс еще таких не встречал – но не раз их себе представлял.

Он пытался угадать, в каком положении светловолосый у себя на родине. Наверняка он не меньше, чем княжеского рода, и командует целой ордой, а то и двумя ордами – на тот случай, если с одной ордой что-то случится. И одна из этих орд наверняка собирается в ближайшие месяцы вторгнуться в провинцию Ляонин…

Маленький Парчовый Барс не очень хорошо представлял, где проходит граница. Но он знал из старых летописей, что бывают такие вторжения.

Сам же юный князь (который казался четырнадцатилетнему Ян Бао весьма взрослым) достиг невероятного мастерства в боевых искусствах и разведке. И поэтому лично пришел в город, чтобы все разузнать.

Да, будет великая битва! Маленький Парчовый Барс был уверен, что варваров с трудом, но получится разгромить. А драться со светловолосым будет, конечно, его клан – Школа Алых Лотосов. Возможно, сам Маленький Парчовый Барс и победит грозного врага.

Сейчас он готов был признать, что светловолосый пока ему не по зубам. Он не мог даже определить, к какой традиции принадлежит варвар и какой ступени достиг. Но у дядюшки Гу как раз будет достаточно времени, чтобы научить своего нового ученика нужным приемам.

Пока он размышлял, они добрались до ипподрома и вошли через южные ворота.

Ипподром впечатлял, даже если смотреть снаружи. А внутри он был просто грандиозен. Узорчатые алые столбы поддерживали пестрый сине-зеленый купол, похожий на сложенные лепестки лотоса, а на галереях в четыре яруса можно разместить несколько сотен зрителей.

Прямо как в столичном Храме Неба!

(Маленький Парчовый Барс в столице еще не бывал, но видел этот храм на картинках.)

Незнакомые, утонченные благовония тлели в медных курильницах. Сладкий дым извивался между столбами, заглушая запахи пота и дорожной пыли.

Видимо, ипподром служил раньше храмом для населявших провинцию варваров, которые жили скотоводством и поклонялись танцующему человеку с головой лошади.

Битвы венчали летний праздник, а на удачных ставках можно было неплохо обогатиться. Поэтому галереи уже были заполнены, и на них царила такая же пестрота одежд, лиц и говоров, что и на праздничном рынке.

Маленький Парчовый Барс не успел даже оглядеться как следует, а светловолосый варвар уже растворился в пестрой толпе. Только его и видели.

Ян Бао поискал варвара среди толпы в холле, возле столиков, где высохшие писцы принимали ставки, даже задрал голову, чтобы разглядеть галереи – все бесполезно. Светловолосый щеголь растворился среди толпы как сахар в воде.

От обиды у мальчика даже загорчило во рту. Маленький Парчовый Барс поискал еще, и в конце концов решил, что это не так важно. Никуда этот модник от него не денется. Рано или поздно они все равно встретятся – может, что и на поле боя.

Ян Бао снова принялся оглядываться по сторонам. Тут явно происходило что-то интересное. Раз это ипподром, то сегодня, наверное, показывают диковинных лошадей из конюшен губернатора или табунов союзных степных князей, или устраивают забеги, или еще что-нибудь.

Ян Бао обратил внимание на толчею возле столиков для ставок. Видимо, предстоит важный забег, где будут лучшие лошади и наездники. Иначе почему все настолько сильно взбудоражены.

Маленький Парчовый Барс не разбирался в лошадях, но приблизился к столам посмотреть. Он никогда еще такого не видел и решил пока ничего не ставить. Какой смысл делать ставки, если не знаешь даже имен участников забега?

Но он все равно стоял в замешательстве и размышлял, не стоит ли сегодня еще раз попытать счастья. На поясе по-прежнему были деньги. Визит в шатер обошелся недорого, и зрелище того стоило. Вдруг и сейчас повезет?

Ян Бао и дальше бы так размышлял. Но тут его ударило прямо по макушке.

Сначала он подумал, что это магия. Но потом заметил, что прочь от него, под ноги толпы, катится оранжевый шар апельсина.

Маленький Парчовый Барс поднял взгляд и посмотрел на галерею второго этажа. Кто кидается апельсинами, он догадался с первого взгляда.

На втором ярусе стояла девица с аккуратно завязанными длинными волосами, в классическом светло-синем платье-ханьфэ с огромным черным драконом. Дракон был вышит так, чтобы казалось, будто он карабкается ей на плечо.

Даже стоя внизу, Маленький Парчовый Барс сумел оценить, что она небольшого роста. Может быть, даже ростом с него. А вот лицо было постарше и суровое, хотя и очень изысканное, красивое и выразительное. Несмотря на рост, ей наверняка было где-то лет девятнадцать. Она казалась ровесницей светловолосого варвара.

А возле девушки стояло глиняное блюдо с апельсинами. Чтобы он точно не ошибся в своих догадках.

Зачем она это сделала, Ян Бао догадался сразу. Достаточно взглянуть на платье, и сразу все ясно.

– Похоже, – заметил он, как умел, учтиво, – в клане Черного Дракона настолько увлеклись постижением боевых искусств, что на уроки хороших манер времени уже нет?

– А чем же я тебя оскорбила, маленький алый лотос? – осведомилась девушка. – Ты смутился, потому что не привык даже к такому вниманию девушек?

– Я не смутился, – с достоинством ответил Маленький Парчовый Барс.– Я даже не обиделся. Я выясняю.

Халат Яна Бао и правда был украшен эмблемой его клана. И знаки отличия он носил по праву рождения. На этот счет не было специальных правил, но он считал, что в путешествии надо одеваться именно так. Вдруг какие-нибудь разбойники решат, что у Маленького Парчового Барса нет достаточно влиятельного клана, который за него вступится. Конечно, Ян Бао не сомневался, что сможет и в одиночку победить отряд из неумелых врагов вроде дорожных разбойников. Но ему не хотелось еще раз марать руки. Лучше распугать, чем тратить силы.

– Это был мой подарок, – сказала девица.– Ты любишь апельсины?

– Люблю. Но я не смог принять ваш подарок.

– Значит, ты не расторопен. А раз ты не расторопен, тебе лучше не соваться в мир боевых искусств. Вернись лучше в родную деревню, работай учителем и воспитывай тех, кто будет достоин памяти твоего клана. Все равно Алые Лотосы приходят в упадок. Лучше сними свой халат и одевайся попроще. Гордиться связями с умирающим кланом – все равно что гордиться принадлежностью к погибшей династии. Ты ничего не получишь, кроме насмешек.

– Я пока не слышал всех новостей, – произнес Маленький Парчовый Барс с невинным видом.

Он слышал, что между кланами царит грызня. Но надеялся, что в больших городах бывают и другие новости.

– Пока еще не слышал, – повторила девица, – а значит, у тебя есть время, чтобы спастись.

Маленький Парчовый Барс вспомнил про светловолосого варвара и решил, что сейчас не время обижаться. Девица, похоже, настолько упивалась своей принадлежностью к могучему клану, что могла случайно разболтать много важных новостей.

– Говорите, я должен спасаться? – произнес он так же бесстрастным тоном.– А от кого? Неужели от ваших апельсинов?

– Ты догадлив. Это получается у тебя лучше, чем сражаться.

– Так что за беда нас ждет? Мятеж? Набег варваров?

– Ты прибыл на праздник Рек и Озер. Уже завтра вашему клану предстоит пройти через Ворота Судьбы. Причем левой створкой этих ворот будет Позор, а правой – Унижение.

– Вы наложите чары на нашу лошадь или нашего наездника?

– Ты издеваешься?

– Я интересуюсь.

– Прости, я не догадалась, насколько ты деревенщина. На этом празднике никто не скачет на лошадях. На празднике кланы демонстрирует свое боевое искусство. И этот праздник станет для вас катастрофой.

– Я люблю смотреть на пожары, наводнения, катастрофы.

– Смотри, и внимательно. Сегодня будет бой. Для начала я с каким-то полоумным варварским богатырем. А уже завтра лучший боец клана Черного Дракона сойдется с лучшим бойцом клана Алых Лотосов.

– Это интересно.

– Собираешься увидеть все сам?

– В летописи Хань Шу так и сказано: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Я буду ждать до завтра. О чем спорить, пока ворота закрыты?

– Ты прибыл из тех мест, где читают летописи, но не знают, что происходит. Для тех, кто живет в этом городе, нет сомнений, что этот праздник увенчается окончательной победой нашего клана. Лучшие воспитанники клана Черного Дракона тренируют городскую стражу и охрану губернатора. А клан Алых Лотосов слабеет с каждым годом. В клане остались лишь те, кто связан обязанностью перед семьей. С ходом времени их становится все меньше. Ни один простак не хочет союза с кланом, у которого великое прошлое и никакого будущего.

Вместо ответа Маленький Парчовый Барс вдохнул поглубже и почувствовал, как поднимается внутри позвоночника зыбкий шар энергий. Он оттолкнулся, прыгнул на опорный столб, потом перелетел на другой – и уже третьим прыжком оказался на перилах второго уровня.

Он сидел на них торжествующий, словно орел на краю скалы.

– Ты все еще говоришь, что мы, люди из клана Алых Лотосов, не умеем сражаться? – осведомился он.

Девушка отступила на шаг и усмехнулась. Она тоже продолжала хранить невозмутимый вид, но Ян Бао заметил в ее глазах тень удивления.

Ее спутники тоже расступились, многозначительно переглядываясь. Некоторые из них были в одеждах с черными драконами, другие нет. Но все были одеты богато. И всем было интересно, чем закончится стычка и перерастет ли она в настоящий, зрелищный бой.

– Ты что, драки ищешь? – осведомилась девица.

– Мы, мужчины, всегда ищем драки, – гордо ответил Маленький Парчовый Барс.

– Если не жалеешь себя, пожалей своих родителей. Или хотя бы дядюшку Гу. Я уверена, что ты очень его уважаешь, – главным образом потому, что никогда еще не видел эту старую развалину. Клан Черного Дракона не просто тренируется. Мы находим и изучаем трактаты, которые считались утраченными еще в глубокой древности. Там описаны действительно смертоносные техники. Даже благородные мужи древности старались про них не вспоминать. Может быть, ты что-то слышал о стадии Шелкопряда. Или о Доске жизни и смерти? Мы восстановили это древнее знание и сейчас разрабатываем еще более смертоносные системы на его основе.

– Я слышал об этих техниках, – соврал Маленький Парчовый Барс, – но не слышал пока ни одного доказательства, что ты овладела хотя бы техниками первой ступени.

– Ты сейчас не просто услышишь, – улыбнулась девушка, – ты почувствуешь мастерство клана Черного Дракона на своем жалком теле. Я хочу, чтобы каждая твоя косточка ощутила силу нашего клана. Ты будешь это вспоминать до самого последнего дня своей жалкой жизни.

Ян Бао вместо ответ встал в стандартную позицию. Он уже слышал про грозный клан и решил атаковать вторым, когда после первой атаки станет ясно, что у нее с техникой и стратегией.

Не похоже, что у нее высокая ступень. Уж слишком изысканно и нарядно она одета.

Девушка тоже встала в исходную позицию. Маленький Парчовый Барс обратил внимание, что руки она держат по-другому, а ступни стоят шире. Между пальцами уже прыгали разряды энергии, похожие на паутинки.

Пожалуй, он недооценил противника. И ему придется заплатить большую цену за эту ошибку.

Эти отличия в начальной позиции – не для изящества. За ними стояла другая, незнакомая ему традиция.

Ян Бао вдохнул поглубже, чтобы успокоиться, и тоже поднял энергию в руки. Он решил, что надо сконцентрировать ее в локтях, – ведь в первой атаке он будет только отбиваться. А положение невыгодное. У него за спиной – перила и один этаж полета, прежде чем он грохнется на арену.

Девушка сделала первый выпад. Ян Бао успел опознать удар Железного Журавля. Он тоже бросился вперед, уже замахиваясь для защитного блока, который перерастет в контратаку…

Но тут его схватили справа и слева две мощные пары рук. Маленький Парчовый Барс лягнул внезапных противников, потом попытался сделать движение «Разрыв смертельных пут», но увидел, что двое других стражников схватили его соперницу, и решил подчиниться. В его положении с законами лучше не спорить.

Девушка продолжала сопротивляться и размахивать короткими ножками. А Ян Бао замер и повис на руках. Он заметил, что на запястьях у стражников вытатуированы такие же черные драконы, что были на платье его самоуверенной противницы.

Дело плохо. Чьим же приказам они подчиняются – старейшин клана или губернатора провинции? Если власть губернатора слаба, Маленького Парчового Барса ждут большие неприятности.

Но тут подошел чиновник-распорядитель с синим помпоном на шапке. Он выглядел сурово, смуглое морщинистое лицо – словно из мореного дуба.

– Тихо вы, тихо, – приказал он, с важным видом поднимая веер.– Что это вы здесь устроили? Драться вздумали, как дети малые? Драки вне арены строго запрещены на все дни турнира. А то отправитесь из города вон, как эти разбойники из клана Туманной Горы. Как вам не стыдно, на вас сейчас родители смотрят!

Ян Бао хотел уточнить, что его родители сейчас за две сотни ли от уездной столицы и смотреть на него не могут. Но решил, что это будет неуместно.

Он уже понял, что девушка не сумеет командовать стражниками, несмотря на то что все они принадлежали к одному клану. Это хорошо. Значит, у Маленького Парчового Барса есть шанс отступить без потерь.

– Я прошу прощения, – произнес он, – мы просто разминались. Показывали друг другу, каким приемам научили нас учителя. Мы очень гордимся наследием наших кланов.

– Если вы по-настоящему гордитесь вашими кланами, – сурово произнес чиновник, – то постарайтесь их не позорить. А искусство демонстрируйте на арене и в сражениях с врагами. Сейчас тяжелые времена.

– Мы понимаем, – отозвалась с другой стороны девушка, – и приносим самые искренние извинения.

Похоже, она тоже умела угадывать, с какой стороны кусать пирог.

Хватка ослабла. Ян Бао снова стоял на полу. Он почтительно поклонился и направился к лестнице, чтобы уйти поскорей с проклятого яруса. Гневный взгляд старого чиновника был настолько яростным, что жег затылок.

Гордость не позволила ему толкаться среди крестьян и варваров первого яруса. К он отправился наверх, на третий. Обогнул еще один столик для ставок и начал оглядываться в поисках свободного места.

– Это он, – послышалось слева.

– Точно, он, – отозвался другой девичий голосок. Он был очень похож на первый, но при этом неуловимо чем-то отличался.

– А смотри, как он старается быть подальше от арены. Готов на самое небо залезть, лишь бы не выходить на песок.

– А вот и нет! Он собирается изучить приемы бойцов. Чтобы узнать, как их применить к своей системе. Сверху лучше видно, что происходит.

На левой стороне, прямо под колонной, сидели на скамеечке две девочки-близняшки примерно его возраста. Одеты они были в новомодные алые платья, тщательно расчесанные волосы падали на плечи из-под широкополых шляп, а глазки так и сверкали в сторону Маленького Парчового Барса.

Ян Бао подошел ближе и сложил руки в приветственном жесте. Девочки ответили, приглядываясь и хихикая.

– Вы видели нашу стычку? – поинтересовался он.

– Да, видели.

– Во всех подробностях, – подтвердила вторая.

– Все были уверены, что будет драка.

– Даже ставки принимали.

Они так и говорили – одна за другой.

– Я надеюсь, – Ян Бао сдержанно улыбнулся, – вы ставили на меня.

– По-разному.

– Очень по-разному.

– Я ставила на тебя, – сказала та, что была ближе.

– А я – против тебя, – продолжила другая.– Вот и получается, что при любом исходе мы бы выиграли, – закончили они хором.

Маленький Парчовый Барс не успел обсудить с девчонками подробности этой хитрой схемы. Наверху, где-то под куполом, ударили в барабаны.

Барабанная дробь обрушилась на публику словно камнепад. Протяжно загудел гонг. Разговоры на рядах стихали, все рассаживались по местам и готовились смотреть.

Гремели шапки кочевников с деревянными бусами, раскачивались шары чиновников, поблескивали скрепленные золотыми цепочками прически богатых жен и элитных куртизанок и сверкали лысины монахов. Где-то среди рядов прятались и старейшины кланов.

Прямо напротив в отдельной ложе под балдахином устраивался круглоголовый человечек, окруженный безмолвными могучими стражами. Ян Бао догадался, что это и есть губернатор.

Губернатор перевернул песочные часы и ударил в малый гонг. Глашатай вышел вперед и заговорил зычным голосом.

– Сегодняшний турнир объявляется открытым, – он произнес это настолько торжественно, словно был здесь главным.– Напоминаем, что ставки можно делать, пока участники готовятся. Сегодня Защитник Южного Дворца – прославленный Северо-Восточный Ураган Люй Жунхуа из клана Черного Дракона. Непобедимый, несравненный, овладевший десятью ступенями мастерства, изучивший смертельные приемы Укол Утки Мандаринки и Кулак Южного Креста. Защитником Северного Дворца вызвался быть некий варвар, пришелец из Северных Стран, скрывшийся под прозвищем Горностай. Уже в юном возрасте Горностай постиг все тайны военной науки своего народа и прибыл в Срединное Государство изучать наши техники. Он собирается открыть у себя на далекой северной земле школу кунг-фу – если жив останется. Сегодня вы увидите, каких высот достигли бойцы его племени.

Снова ударили барабаны. Противники вышли на арену. Люй Жунхуа, громадный и серый, как надгробный камень важного чиновника, первым делом поклонился губернатору.

Его противник тоже выступил на арену и первым делом огляделся. Он явно был здесь впервые. Спохватившись, варвар кивнул в сторону губернаторской ложи и помахал рукой сначала в ту сторону, а потом и другим зрителям.

Маленький Парчовый Барс почувствовал себя так, словно его опустили в кипяток. Он не мог поверить тому, что видел, но прекрасно понимал, что видит именно то, что есть. Заклинатели не допустили бы иллюзий в таком уважаемом месте.

Боец по прозванию Горностай оказался тем самым светловолосым варваром, которого Ян Бао встретил в шатре работорговцев!

3. Поединок, который войдет в историю

– Делайте ставки, пока осталось время! – вещал глашатай, – Делайте ставки, кто еще их не сделал!

По рядам пошло движение. Ян Бао перевел взгляд на свой ярус и обнаружил, что близняшки смотрят на него с любопытством.

– Как тебе варвар? – спросила левая.

– Хорош?

Ян Бао задумался.

– Похоже, он вам понравился, – наконец сказал Маленький Парчовый Барс.

– Понравился, – согласилась правая.

– А ты нам не нравишься.

– Даже не думай.

– Ты забавный.

– И это хорошо.

– Но это не значит, что ты нам нравишься.

– Нет! Нет! Нет! Это ничего не значит! Ты совсем нам не нравишься.

Маленький Парчовый Барс решил, что будет лучше смотреть на арену. Потому что все равно не поймешь этих женщин.

Варвар, как и положено, вышел босиком и без сорочки, в просторных светлых штанах. Он был худой и стройный, но отнюдь не слабак – поджарое тело, казалось, было вылеплено из упругих жил и крепких мускулов.

Интересно, он владеет защитными заклинаниями для кожи – или у их племени просто принято сражаться полуголыми?

Ян Бао хотел верить в вариант с защитными заклинаниями. Иначе поединок окажется слишком коротким и неинтересным.

Его противник одет так же. Ростом он примерно с варвара, но шире в плечах. Очень молодой, но могучий боец мог бы при случае замаскироваться под каменщика или водоноса. Но он существовал не для разведки, а для публичного боя. Северо-Восточный Ураган явно был создан для того, чтобы красоваться на арене или выступать впереди войска.

Сейчас он был на своем месте. Он приветствовал зрителей и в какую бы сторону ни поворачивался, по ярусам звучал восторженный ропот.

– Как он тебе? – снова подали голос близняшки. Он не заметил, которая из двух, и мысленно отругал себя за невнимательность.

– Как?

– Будешь ставить?

Маленький Парчовый Барс почувствовал, что ему неудобно сидеть. Какой-то предмет давил в бок словно край железного ящика. Он подтянул одежду с той стороны и обнаружил, что предметом была та самая связка монет, что висела на поясе.

Из нее он заплатил за проход в шатер к тигрице. И все равно денег оставалось слишком много.

– Буду ставить, – сказал он, не поворачивая головы.– Когда будет следующий бой.

– Еще не поздно.

– Третьего гонга не было.

Ян Бао без единого слова поднялся и пошел к столику.

Сейчас там было меньше людей. Но они казались серьезней и ставили больше. Пришлось подождать, прежде чем он выложил на лакированную поверхность половину своих монет и получил кусочек шелка с каллиграфически выписанной суммой и именем бойца.

Когда он вернулся, оказалось, что место занято. На циновке возле близняшек восседал незнакомый парень с головой, похожей на фасолину, и в облачении чиновника младшего ранга, пошитом из на удивление добротного полотна. Видимо, незваный гость происходил из знатной семьи, недавно получил первое назначение и готовится к скорой и стремительной карьере.

– Вы представите меня этому благородному юноше? – осведомился Маленький Парчовый Барс.

Он догадывался, что услышит сейчас «Пошел вон!» и уже заранее проглотил обиду. Однако ему было интересно, в каких выражениях это будет сказано.

Но он ошибся. Похоже, сегодня был особенный день, когда все решили его удивлять. Наверное, это было связано с праздником.

– Ты сделал ставку? – спросила левая девочка.

– Не сделал он ставку. По малой нужде ходил. Прямо через окно все сделал, чтобы время не тратить.

Вместо слов Маленький Парчовый Барс продемонстрировал шелковую бирку. Так как боец не пожелал назвать своего варварского имени, в качестве имени были написаны те самые два иероглифа, что обозначают зверька-горностая.

– Он поставил!

– И на кого? Ничего себе!!

– Ты думаешь, он победит?

– Ты уверен?

– Ты знаешь, как могуч Северо-Восточный Ураган? Поверь, мы видели, мы знаем! Ты новичок в городе, раз ничего не понимаешь?

– Тебе кто-то сказал, что варвар победит? Оставь, это невозможно!

– Говорим тебе, это невозможно!

Парень в чиновном халате не говорил ни слова, только внимательно слушал, поворачивая голову то к одной, то к другой девчонке. А близняшки не унимались:

– Ты думаешь, Северо-Восточный Ураган будет поддаваться? Тебя обманули завистники, которых не приняли в клан. Клан Черного Дракона такого не допустит!

– Вот увидишь, не допустит!

– Он – лучший боец! Даже твой дядюшка Гу не стал бы иметь с ним дела.

– Я поставил, – ответил Маленький Парчовый Барс, – так, как решил сам. Я не спрашивал ничьих советов.

Близняшки синхронно, словно ими руководил невидимый кукловод, повернули головы в сторону парня с головой-фасолиной. Это случилось так быстро, что кисточки на их шапочках столкнулись и перепутались.

– Вон отсюда!

– Пошел!

– Освобождай место!

Парень посмотрел на них с удивлением.

– Я вас чем-то обидел? – спросил он.

– Мы хотим быть рядом со смелыми!

– Решительными!

– Кто вступает в бой!

– Кто делает ставку!

– Кто смело идет вперед!

– Кто готов сразиться с врагом! Кто готов побить врага!

– Вон пошел отсюда – пока мы сами тебя не побили!

– Хорошо, хорошо, ухожу, – парень поднялся, подбирая полы халата, и освободил циновку. Маленький Парчовый Барс с наслаждением уселся на нагретое место.

– Скоро ли они начнут? – осведомился он.– Прошу простить мое невежество, я же не местный. Разбираюсь в боевых искусствах, но пока не очень много знаю о ритуале.

– Сейчас начнется!

– Уже скоро!

Словно в подтверждение их слов снова ударил гонг внутри губернаторской ложи. И зарокотали барабаны.

– Скажите, – с легкой улыбкой осведомился Маленький Парчовый Барс, наклоняясь к девчонкам, – теперь я вам, получается, нравлюсь?

– Тихо ты! Начинается!

– Молчи! Начинается!

Бойцы приняли боевые стойки.

Маленький Парчовый Барс сразу опознал стойку Северо-Восточного Урагана. Это была та самая стойка, которую он видел у настырной девушки со второго яруса. Видимо, это была особая стойка для техник клана Черного Дракона.

Варвар стоял в стандартной позе, только отзеркаленной – левая рука и нога впереди, правые сзади. Ничего особенного – видимо, он левша или просто пытается ввести противника в заблуждение. Эта поза стандартна, стандартней некуда. Но выбор вполне разумен, особенно против противника, чьих приемов ты не знаешь. Такая стойка не обещала преимуществ – но у нее и не было явных уязвимостей.

Маленький Парчовый Барс собирался начинать сражение с наглой девицей именно из такой позы.

Он не очень верил в победу варвара и даже немного радовался, что тайну светловолосого растопчут сейчас прямо на арене.

А если у него вдруг получится победить – тем лучше. Ян Бао обязательно расскажет дядюшке Гу, что опознал победителя еще в толпе, прежде чем турнир начался.

Что касается ставки – ему не жалко ее терять. Он делал ставку не ради выигрыша, а чтобы впечатлить близняшек. И эту победу у него уже не отнять.

Варвар бросился в бой первым. Это было неожиданно. Может быть, он просто не понимал опасности? Или хотел получить побольше одобрительных криков?

Северо-Восточный Ураган тоже атаковал. Уже с первых ударов стало ясно, что он опытный боец и подошел к схватке серьезно.

Боец неопытный и гордый пытается победить отчаянном рывком, потому что думает, что сокрушит врага за пару ударов и добьет единственным секретным приемом, который он удосужился выучить. Но это неосмотрительно и срабатывает только для противника, который толком не умеет драться. Когда атакуешь рывком – одновременно открываешь себя для контратаки. Быстро растратив запал, не сможешь войти в полную силу, задействовать всю свою ци. И тогда можно угодить в затруднительное положение – заведомо слабый боец лупит тебя как хочет, а ты способен только отбиваться.

Северо-Восточный Ураган напротив, атаковал, исходя из обычной стратегии. И поэтому с первого раза ощутил, что стандартные блокирующие выпады не срабатывают.

Горностай не просто умел драться – он умел драться неплохо. Горностай дрался уверенно и умело. Было заметно, что он полон сил. Только капли пота блестели на щеках и слетали с кончика завязанных в хвост волос. И он держался не за счет дикарской выносливости. Горностай отлично знал, что делает, чего добивается и что ему угрожает. В его движениях была своя система, иноземная и очень мощная.

Светловолосый варвар великолепно ставил блоки. Изматывал контратаками. Закрывался щитами и печатями, а потом резко наносил кинжальный удар.

Ци бойцов еще не вошло в полную силу, хотя смотреть было уже интересно. Тела не светились, только сухие искры сыпались на арену и доносились звонкие удары рук и ног. Каждый из этих ударов отправил бы неподготовленного бойца не просто на песок – а в следующее перерождение.

Ян Бао не знал названий для этих движений. Однако мог угадать, для чего каждое из них нужно.

Но Северо-Восточный Ураган тоже был непрост. Он вовремя понял, что имеет дело с серьезным противником, и знал – даже сильного противника можно победить.

Вспышка! На рядах одобрительно загалдели. Горностай легко отразил выпад, но это было достаточно внезапно. А еще стало ясно, что бойцы уже добились концентрации энергии. Сейчас начнутся приемы, достигнутые культивацией, которые недоступны без упорных тренировок.

Это было неожиданно, но Горностай снова атаковал первым. Его прием был прост и эффективен – за каждым ударом руки следовал огненный след открытой энергии, изогнутый, словно лезвие сабли, и такой же опасный. Теперь при каждом ударе Северо-Восточный Ураган был вынужден ставить земляной щит – а значит, у него не было возможности ни контратаковать, ни отскочить в сторону. Ураган не мог обрушиться на своего противника, его могучее телосложение оказалось бесполезным. Более того, с каждым ударом он был вынужден отступать, чтобы не попасть под волну раскаленного воздуха.

Но Маленький Парчовый Барс тоже прошел через тренировки. И такая стратегия казалась ему ошибочной.

Это неосмотрительно – так тратить ци! – думал Ян Бао, стараясь не упустить ни одного движения бойцов, – совсем неосмотрительно. Тут вся надежда на успех атаки, но что он будет делать, когда яростный напор иссякнет и атака захлебнется?

Варвар еще не видел, какими приемами атакует Северо-Восточный Ураган. Очевидно, что боец из клана Черного Дракона будет тратить силы только на глухую оборону. Ему достаточно продержаться достаточно долго, чтобы Горностай выдохся и пропустил контрудар. А дальше останется только обрушивать на потерявшего инициативу противника прием за приемом, пока его защита не рухнет.

Но Ян Бао признавал, что стратегия Горностая по-своему разумна. Атакуя, он удерживал инициативу. И сможет победить, если сможет ее удержать достаточно долго.

Тревожная тишина царила среди зрителей.

Две синие спирали выскочили внезапно, словно Северо-Восточный Ураган прятал их внутри руки.

Горностай вздрогнул, выставил руки, торопливо сплетая защитный узор. Он сумел защититься – но потерял ритм атаки, а вместе с этим перевес. Теперь пощады не будет. Грозный Северо-Восточный Ураган не для того копил силу, чтобы позволить тощему северному варвару вести в бою во второй раз.

Синие молнии оплели печать, в тщетной попытке сломать ее или хотя бы согнуть. А тем временем зыбкое сияние затрепетало на руках бойца из клана Черного Дракона.

Что за фигуру он строит? Ян Бао приглядывался изо всех сил, но только в последний миг понял, что это жернова – очень редкая техника, слишком сложная для полевой битвы и слишком смертоносная для сражений на арене. Ее мало кто изучал – и почти никто не умел от нее грамотно защищаться.

Боец из клана Черного Дракона знал что делает. Он был уверен в своих силах. Он точно рассчитал, сколько энергии ему понадобится. Можно было не сомневаться – он не выдохнется прежде, чем нанесет решающий удар.

Горностай отступил, отбрасывая прилипший к потному лбу хвост. Он тряхнул головой, приглядываясь к жерновам. Их неестественно сизый отсвет лег на его светлую кожу.

Он не знал этой техники, но верно угадал, что она крайне опасна. Поэтому Горностай не стал даже пытаться ставить щиты и печати. Он применил защиту, доступную всем, – начал отступать, не отпуская рук и внимательно высматривая.

Тем временем жернова были готовы. Синие диски, окружившие запястья Северо-Восточного Урагана, излучали радужное сияние, а в их трепещущей глубине мерцали знаки неведомых алфавитов.

Казалось, вместо рук у него два небольших мельничных жернова, отчего-то отливающих синевой. Оружие необычное и опасное – ведь ими слишком легко задеть себя самого. Но именно необычность и делала его настолько смертоносным. Их применяли настолько редко, что никто толком не знал, как от них защищаться.

Неужели турнир сейчас остановят? Нет, в ложе губернатора царит чинная тишина и спокойствие. Видимо, все хотят посмотреть, что сделают жернова с возгордившимся варваром.

Приглядевшись, Ян Бао смог увидеть, что золотистые искры защиты уже не пляшут над полуобнаженным телом бойца из клана Черного Дракона. Северо-Восточный Ураган бросил на исполнение невероятно сложной техники всю свою энергию – даже ту ее часть, что тратилась на защиту.

Оно и верно. Защита ему больше не понадобится. Даже опытному бойцу не уйти от беспощадных жерновов.

Северо-Восточный Ураган наступал, нанося удар за ударом. Жернова сталкивались и разлетались, разбрызгивая колючие искры.

А на Горностая было жалко смотреть. У варвара оставалось немало ци, но толку от ее концентрации уже не было. Теперь он тратил силы на самые обычные движения – отбегал, отскакивал, уворачивался в последний момент. И делал это не всегда удачно – ведь он сконцентрировал всю силу на кончиках пальцев рук и ног.

Ян Бао чувствовал, что его ладони похолодели. Словно не безвестного варвара, а его, Маленького Парчового Барса, гонял сейчас по арене грозный боец из клана Черного Дракона.

Горностай убегал все медленней. Было ясно – ему скоро конец. Колеса жерновов вращались, а пламя в них из синего стало белым.

Конечно, на таких схватках запрещено использовать по-настоящему смертельные приемы. Такой бой – это развлечение, пусть и жестокое. Но тут был особый случай. К тому же Горностай – варвар. А значит, сам виноват в том, что вызвал гнев культурного человека.

Жернова сошлись, чудом не раздавив белокурую голову. Снова удар. И еще один, сломавший торопливо выставленную печать словно ореховую скорлупу. Опять удар, а за ним сразу же атака зажимом.

И вот, после последнего прыжка, который потребовал от варвара нечеловеческой ловкости, случилось нечто немыслимое.

Едва ли не быстрее, чем способен уловить человеческий глаз, Горностай контратаковал. Обессиленный и обожженный, он бросился в третью за сегодня атаку.

Прыжок! Рывок!

Вот это да!

На какое-то мгновение показалось, что худой стройный варвар и вправду превратился в ловкого белого зверька горностая. И этот зверек легко проскользнул между жерновами, вокруг шеи и вцепился Северо-Восточному Урагану прямо в багровое от натуги лицо.

– А-а-а!– заорал воин клана Черного Дракона. Ему было настолько больно, что не хватило сил даже на ругательства.

Он взмыл, как акробат, но Горностай взмыл вместе с ним. Ураган взревел еще громче, его жернова заполыхали пламенем ада – но сколько он ими не кружил, достать Горностая был не в силах. Обессиленный этой злобной ношей, Северо-Восточный Ураган рухнул на арену и зарылся лицом в арену. Энергия из его рук, шипя, растекалась в песок, оставляя ручейки мутного стекла.

Горностай уже стоял над ним. Он опять был своего обычного роста. Деловито, словно трофейную тушу оленя, он перевернул своего поверженного противника и начал примериваться к его груди.

Сердце Маленького Парчового Барса почти остановилось. Он узнал эту сцену, хотя прежде читал только ее описания. Именно так готовятся распороть пополам тушу поверженного демона, чтобы достать жемчужину его души…

– СТОЙ! – донеслось с ярусов.

Варвар поднял голову. Его глаза сверкнули, и по-своему красивое вытянутое лицо показалось особенно похожим на мордочку животного.

И вдруг он ответил. Причем на довольно правильном языке.

– Разве не за это ведутся сражения? – спросил Горностай.– Я предположил, что мы сражаемся за то, чтобы съесть жемчужину врага и забрать себе его силу, мастерство, секретные приемы?

Кто-то охнул, кто-то захихикал. Несколько детей на задних рядах попытались поднять одобряющий свист, но затихли после пары звонких подзатыльников.

– Он издевается над нами! – кричал человек с четвертого яруса. У него была здоровенная борода с двумя заплетенными косами, и два огромных черных дракона играли на его халате.– Сначала унизил – потом издевается! Этот варвар делает вид, что не отличает мастера единоборств от дикого зверя! Где это видано? Кто допустил на турнир этого людоеда?

– Обычаи моего народа темны, – ответил Горностай, – а ваш ритуал такой изощренный. Наши ритуалы и обычаи сближаются, только медленно. Может быть, что и слишком медленно…

– Почтеннейший губернатор, – представитель клана Черного Дракона перевел взгляд на ложу, – прошу вас, не ограничивайтесь отменой результатов схватки. Вы должны арестовать этого опасного злодея! Такому варвару не место в нашем городе, который славится даже в столице своими благородными и совершенно мудрыми мужами, равно как и мастерами боевых искусств!

Горностай оборачивался то в сторону губернатора, то в сторону, откуда говорил человек из клана. Сейчас варвар был похож на зверя, который бросился на добычу, очутился в капкане и никак не может понять – что произошло? Почему он не может выбраться? Что с ним теперь будет?

4. Суровый урок

– Он его съест! – ревел человек из клана Черного Дракона. – Съест! Вы что – не видите? Он хочет пожрать жемчужину его сердца!! Воины клана Черного Дракона, защитим нашего брата! Защитим наш город от бесчестного варвара!

Поднялся безобразный шум. То тут, то там пробивались к перилам люди с черными драконами на халатах. Стражники схватились за копья, служители побежали к курильницам.

На нижних ярусах тоже началось движение. Местные жители отступали под арки, словно собираясь под ними укрыться, а варвары в испуге озирались и пытались задавать вопросы. Но ни у кого не было времени им отвечать.

Даже в губернаторской ложе неспокойно. Губернатор взмахнул веером и отдал какое-то распоряжение. Дежуривший рядом офицер в тот же миг побежал исполнять.

Но гонг и барабаны молчали.

И тут раздался звон колокольчика.

По ярусам ипподрома пополз шепот. Люди удивленно переглядывались.

Нет, им не померещилось.

Где-то на первом ярусе звенел колокольчик.

Сперва очень тихий, этот звонок почему-то был слышен везде. А потом он заскользил по ярусам, и повсюду, где он проносился, стихали ропот и брань и наступало спокойствие.

Наконец, звон затих на арене. Все смотрели туда, и разговоры смолкли сами собой.

Словно какой-то морок рассеялся. Поднятая боем пыль опустилась на арену, и зрители словно в первый раз увидели поверженного Северо-Восточного Урагана, а надо ним – худого и изящного варвара-победителя. Горностай тяжело дышал, его руки обвисли, и он уже не пытается ни на кого нападать. Он просто смотрел по сторонам и пытался бодриться.

Тем временем внизу, из-под арки, показался тот, кто звонил в колокольчик. Это был пожилой улыбчивый монах с четками на поясе.

– Я прошу слова, – сказал монах и снова поклонился, отчего стал казаться еще ниже.– Прошу слова!

– Говорите, уважаемый хэшан, говорите! – махнул веером губернатор.

Маленький Парчовый Барс знал, что слово «хэшан» – не имя, а вежливое обращение к монаху. Это слово можно переводить как «хранитель Закона», но получится слишком длинно и будет неясно, о каком законе идет речь, государственном или небесном.

Было немного обидно, что он не может объяснить это светловолосому варвару.

– Боюсь, – заговорил монах, – что эта совершенно немыслимая битва смутила зеркальную гладь нашего разума. Варвар поступил так, словно сражался с монстром. Вы сами набрасываетесь на него как монстры. К чему такая жестокость? Ведь он еще ничего не сделал, а вы уже готовы его хватать!

– Но такое поведение запрещено! – возразил бородач из клана Черного Дракона. – Мы не можем ждать, пока этот варвар усилится настолько, что с ним не сможет справиться даже городская стража! Для чего еще существуют кланы, как не для укращения таких одиночек?

Теперь Ян Бао был точно уверен, что этот грозный человек – глава клана. Угадать это было легко. Достаточно посмотреть, насколько почтительно его все слушают.

А кто монах? Наверное, тоже важная персона. Настолько важная, что пришел в простой рясе – но разговаривает на равных.

Возможно, он даже из бессмертных…

– Но этот Горностай пока еще не усилился, – напомнил монах. – К чему лишний шум? Не станете же вы из-за одного проигранного сражения выставлять против неотесанного варвара, которому просто досталось слишком много жизненной энергии, всю мощь городской стражи! Он не сделал ничего плохого и пока никого не съел. Неужели стоит беспокоить вашего многоуважаемого старейшину мастера У ради подобной ерунды? Варвар выступил, варвар победил. По сравнению с высотами мастерства это представляется такой мелочью… Разве за низкую месть принимают на обучение в прославленные монастыри, не говоря о Шаолине? А нам, ничтожным, надо смириться – нас даже в монастырь Суншань не приглашают. Даже варвары нас побивают, – вот до чего мы дошли!

– Но я еще раз напомню – он пытался убить противника всерьез. А потом съесть его сердечную жемчужину и забрать его опыт, – повторял мастер У.– Варвар по прозванию Горностай поступил против правил. Если судьи сочтут, что он достоин снисхождения, пусть этот проступок останется без наказания, но я требую, чтобы засчитали ничью. Победа, добытая против правил, не может быть засчитана.

– Однако съедать жемчужину не запрещено правилами, – заметил монах.– Просто сложилось так, что никто этого не делает. Но это не имеет отношения к правилам, это просто наш ритуал. В древности случалось, что и его нарушали. Вспомните того почтительного крестьянина, что накормил царя мясом собственных сыновей. Тот крестьянин был полон сыновьей почтительности – а варвару Горностаю и она неизвестна. Проявим к нему снисхождение и будем учиться его искусству – потому что небо одарило его великими запасами ци, а форму придать не успело. Его талант рос как придорожная трава – и все мы знаем, как непросто вырвать такую траву, если она уже укоренилась!

– Что еще скажете?

– Я сказал, что хотел. Теперь я жду решения нашего мудрейшего губернатора, – сказал монах и отступил в толпу.

На ярусах ипподрома снова начались перешептывания. Никто больше не смотрел на арену. Всем и так было ясно, что там не будет ничего интересного. Тысячи глаз изучали теперь ложу губернатора. Ведь именно оттуда придет окончательное решение.

Вот два советника в золоченых халатах склонились к губернатору, и они начали совещаться. Глашатай отошел в сторону, показывая, что ему не положено знать, о чем говорят важные люди.

Горностай принял почтительный вид и смиренно дожидался решения.

Тем временем у него за спиной началось движение. Медленно, словно собирая себя по частям, Северо-Восточный Ураган начал подниматься с земли. Вот он встал на одно колено. Вот оперся на руку. А на другой уже извивались молнии медно-желтой энергии, сплетаясь в короткий, но смертоносный клинок.

Он бросился без предупреждения, так, что ахнули даже соратники по клану. Все смотрели на губернатора и не заметили, что поверженный боец из клана Черного Дракона смог подняться.

Желтый клинок, словно выкованный из молний, рванулся к молочно-белой шее Горностая.

Сейчас он его убьет! Никаких сомнений.

Но в самый последний момент варвар вдруг изогнулся, отскочил в сторону и скрутил своего противника сзади.

Северо-Восточный Ураган заревел как бешеный бык. Он принялся вырываться, отчаянно пытаясь достать врага, но только без толку молотил ногами в воздухе и разбрызгивал искры, дергая бесполезным теперь энергетическим ножом. Но Горностай держал его крепко, словно огромный мешок, полный трофеев.

В толпе захихикали.

Губернатор. нахмурившись, оттолкнул законников словно золотой занавес и подошел к перилам. Он хотел увидеть все лично.

– Не беспокойтесь! – крикнул Горностай. – Я крепко его держу!

Губернатор кивнул и поднял сложенный веер. И чем выше губернатор его поднимал, тем больше ослабевало сопротивление Северо-Восточного Урагана. Наконец сложенный веер встал вертикально, словно межевой столб. И боец от клана Черного Дракона со стоном рухнул обратно в песок.

Ян Бао поискал взглядом человека с косами в бороде, но старейшина клана Черного Дракона тоже растворился в толпе.

Жаль, даже очень жаль. Маленький Парчовый Барс отдал бы остаток денег за шанс посмотреть на его обескураженную физиономию.

Тем временем в губернаторской ложе подводили итоги.

– Я полагаю, с этим все ясно, – произнес губернатор и его негромкий голос вдруг наполнил весь ипподром.– Боец Северо-Восточный Ураган лишен отныне права выступать на нашей арене по праздникам или будням. В течение двух недель он будет уволен из стражи без пенсионного возмещения и переведен в крестьянское сословие. Пусть это послужит для вас суровым уроком. У нас – веселый праздник, а не война, и не следует забывать, где ты находишься. Варвары в нашем уезде защищены теми же законами Срединного Государства, что и местные уроженцы. Что же касается поединка, который мы только что видели, я приказываю: подать наградной свиток, ленту и рисовое вино иноземному варвару Горностаю – победителю первого дня!

…А тем временем за городом, в сосновой роще возле Мрачного Озера, в чьих мутных водах водятся диковинные рыбы, похожие на сверкающие кожаные ремни, бородатый старик в коричневой рясе отшельника склонился перед древним каменным алтарем.

Когда-то на берегу стоял храм, но крыша давно рухнула, пол провалился, а деревянные балки сгнили и превратились в ту же землю, из которой они прежде выросли. Остался только каменный алтарь, треснувший пополам, с пятнами мха и едва понятной древней надписью.

На алтаре дымились ароматные травы, дымок поднимался к небу тоненькой серой нитью.

– Ничего! – грустно констатировал старик. – У нее нет истинного имени. Это значит, чудовище пришло из иного мира… Странная эпоха, жестокая эпоха.

Холодный сосновый лес молча внимал его рассуждениям.

– Мы живем в сумеречные времена, – продолжал старик, обращаясь к самому себе.– Ныне воцарился мрак и не стало света, дао рассеялось и уже не совершенствуется, дэ искривилось и уже не выпрямляется.

Мы отбросили как ненужное милости и наказания Пяти предков, оттолкнули от себя законы и установления Трех правителей, и оттого совершенное благо погибло и уже не поднялось, дао предков закрылось и уже не возродилось. Принялись за дела, враждебные лазурному небу, отдаем приказы, противные четырем временам года. Весна и осень прибрали свою гармонию, небо и земля отняли свое благо.

Добродетельные государи не чувствуют себя спокойно на своих тронах, сановники прячут истину и молчат. Придворные чины подлаживаются под волю высших и утаивают должное. Люди отдалились от родных по крови и преисполнились самодовольством. Неправедные люди собираются по двое-трое, сколачивают группы и строят тайные планы. Господин и слуга, отец и сын соперничают друг с другом за горделивое главенство и поступают каждый по своему усмотрению.

Мутят людей, чтобы добиться успеха в своем предприятии. Вот почему между господином и слугой встало ныне лукавство и появилось отчуждение. Родные по крови отдалились друг от друга и уже не могут сблизиться.

Посевы у алтаря высохли, жертвенный алтарь растрескался. Дворец церемоний дрогнул и обрушился. Собаки стаями, рыча, бросаются в пучину, свиньи, схватив зубами свои подстилки, устремились к воде. Красавицы спутали волосы, клеймят лица и не заботятся о красоте. Певицы глотают уголь, забивают все внутри и больше не могут петь. На похоронах не изливались в горе, на охотах не слышно веселья.

На небе тоже непорядок. Бабка Запада Сиванму сломала свои головные украшения, дух Желтого предка громко застонал.

Летающим птицам отрубают крылья, бегающим зверям ломают ноги. На горах не стало деревьев, на болотах – заводей. Лисы ложатся головой по направлению к холму, где их нора, кони и быки пасутся без присмотра, на полях не высятся посевы, на дорогах не растет осока.

Копят золото, пренебрегая честностью, берут нефрит, не считаясь с мерой. Бесконечно запрашивают черепаху, гадают на тысячелистнике, – но духи не отвечают!

Он говорил это так торжественно, словно опять восседал в Зале Церемоний на Троне Закона, а перед ним стояли его ученики из клана Туманной Горы.

Теперь учеников не было. Только мальчишка с выбритой головой и вязанкой хвороста за спиной. На выбритой голове оставили небольшой чубчик, а в глазах сверкали точечки концентрированной ци. Мальчишка явно предпочитал направлять ци на разведку и шпионаж.

– Где Утки Мандаринки? – сурово спросил старик.

– В городе, – ответил мальчуган, – пока не вернулись. Собирают полезные сведения.

– В городе нет ничего полезного. Мы и без них знаем, что клан Черного Дракона усилился. Их старейшина – из тех людей, кто играет на золото так же легко, как на черепицу. Он всегда бросает в бой все силы – и поэтому победа так часто достается ему. И он умелый дипломат – поэтому эта победа никогда не растрачивается. Если Утки Мандаринки надеются найти упущение, какую-то дырочку в его планах, то им не стоит ходить в город – такой дырочки даже я не нашел. А еще клан Черных Драконов достаточно бесчестен, чтобы изучать забытые древние техники. Хотя можешь быть уверен – эти техники забыли не просто так! Даже их простое исследование способно открыть Небесные Врата!

Мальчишка почтительно склонился перед наставником и произнес:

– Я им передам, как вернутся.

– А еще передай, что мне не удалось связать чудовище. Оно пришло из другого мира, для его имени нет знаков в языке Срединного Государства. Так что в лесу теперь тоже опасно. Пусть и безопасней, чем в городе.

Не дожидаясь ответа, старик поднялся и заковылял в чащу к своей хижине.

За его спиной бесшумно качнулись кусты. Мальчик с чубчиком понял, что новых распоряжений не будет, и побежал в сторону города.

Сизые холмы, где впервые увидели неведомое чудовище, мрачно нависали над горизонтом. Они были похожи на силуэт огромной кошки, которая притаилась за лесом и внимательно наблюдает за жалкими людьми.

Заслон иллюзии, почуяв хозяина, пропустил его без предъявления печати. И спустя сотню шагов, не сходя с удобной тропинки, старик оказался возле хижины. Приземистая, но добротная, покрытая соломенной крышей и похожая на огромный муравейник, она почти сливалась с лесом – точно так же, как сливался теперь с лесом и сам старик.

Здесь, наедине с собой и своим жалким убежищем, старик вдруг ощутил, что силы его оставляют. Крепко схватившись за посох, он все же доковылял до дверей и заглянул внутрь, лишний раз обещая себе отныне не забывать о волшебных пилюлях.

В нос ударило запахом мокрой кошачьей шерсти.

Веревка от связки вяленого мяса валялась на полу, полностью обглоданная. А на хозяйской циновке развалился огромный белый тигр.

Упираясь задними лапами в лежанку, а передними в стол, полосатый хищник лакомился мукой из разодранного мешка. Рядом – горшок для риса, уже опустошенный.

Тигр был здоровенный, взрослый. Но двигался деликатно, как это делают самки. Чавканье и ворчание наполняли хижину.

Зверь заметил, что дверь открылась, но вида не подал. Только уши чуть дернулись и лапа со здоровенными, как гвозди, когтями шлепнула по столу.

Старику вспомнилась одна из историй про Кун-цзы. Когда-то Учитель странствовал в глуши и повстречал на кладбище женщину, чьих родных постоянно убивали тигры. Она горько оплакивала судьбу своей семьи, но отказывалась уехать из тех мест. Ведь в том уезде не было жестоких властей.

А жестокая власть страшнее свирепого тигра…

От властей отшельник укрылся. Теперь предстояло разобраться с животным.

Старик отступил на шаг, крепко сжимая посох. Начал концентрировать ци в груди и одновременно потянулся за ножом, спрятанным под крышей у входа. Потрясение от гибели клана не прошло даром. Теперь старик не рисковал драться голыми руками и больше не рассчитывал прожить восемьсот лет.

Он никогда не охотился на тигров. Но ему случалось охотиться на людей – а люди куда умнее и опаснее.

Тигрица подняла из мешка морду, белую от муки, и посмотрела удивительно понимающими зелеными глазами.

Теперь он смог точно определить, что это самка.

– Простите, хозяин, – вдруг сказала тигрица, – от голода я обезумела.

Это было уже слишком. Старик не ожидал увидеть у себя тигра – и тем более говорящего.

В груди словно лопнул мешок с холодной водой. И в каждую точку тела, куда попала капля, расцвела боль. Зловещая акупунктура смерти рвала потоки ци в старых жилах, и старик осознал, что волнений на сегодня оказалось слишком много. Нельзя в его возрасте переживать столько неожиданностей за один день.

Он успел напомнить себе, что в оборотнях нет ничего странного. Хитрые и соблазнительные лисы встречались и в этой провинции – и они так и норовили обольстить какого-нибудь студента или младшего чиновника… А в следующее мгновение сухая рука соскользнула с бамбукового посоха и старик рухнул на порог собственной хижины.

Он лежал на земле, придавленный жуткой болью. Пытался собрать энергию, но она словно куда-то пропала. Он не мог даже толком понять, что именно с ним случилось. Казалось, вместе с ци вытекли и все мысли, уступив место боли и ужасу.

Одно было ясно – старику уже никогда не будут угрожать обольстительницы. Да и городские власти уже не смогут ничего ему сделать. И бессмертным ему не стать по очевидной причине.

Тигрица подошла ближе. Ее умная морда заглянула ему в лицо.

– Скажите, где мне искать ваших близких? – спросила она.– Я приведу вам помощь.

Было заметно, как тяжело дается этой зубастой пасти каждое слово.

– Все хорошо, – прошептал старик, шаря руками по земле, – можешь съесть меня, как закончится.

Старейшина клана Туманной Горы замолчал, уткнув лицо в пол. И через какое-то время он отправился в следующее перерождение.

5. Медный Лис объясняет

Маленький Парчовый Барс протянул расписку и получил три красных мешочка, плотно набитых деньгами.

У столиков было оживленно. Те из зрителей, кто был настолько беспечен, что ставил на варвара Горностая, собирали сейчас большой урожай.

Ян Бао взвесил мешок в руке и подумал, что еще ни разу в жизни не держал в руках столько денег. У него было огромное состояние. На эти связки можно купить здоровенную телегу всяких сладостей, и еще останется на новую одежду, рисовую бумагу и целый ящик туши из области Чжу.

А заработал он их благодаря Горностаю, безвестному варвару. Маленький Парчовый Барс поймал себя на мысли, что не все варвары бесполезны. На одних, как на голую тигрицу-оборотня, можно смотреть. На других, вроде Горностая, зарабатывать.

Но недолго. Когда случится следующий бой, все будут ставить на Горностая, это очевидно. И тот, кто захочет сорвать банк, должен будет опять ждать своего шанса.

А может, выступить самому? Маленький Парчовый Барс был уверен, что нескольких месяцев тренировок у дядюшки Гу будет достаточно, чтобы устроить представление не хуже того, что он только что видел.

Деньги приятно оттягивали пояс. Теперь ему было ясно, зачем на ипподроме столько охранников с копьями. Те, кто поставил на любимого бойца и проиграл, могли попытаться вернуть свои деньги за счет уже своих боевых навыков.

Но даже в присутствии стражи на ипподроме было небезопасно. Люди с дубинками смотрели на Барса хмуро, особенно с татуированными черными драконами. Видимо, они тоже сделали ставки – и только что проиграли.

Ян Бао поспешно вышел на улицу. Там как ни в чем не бывало продолжался праздник. Мелодичные звуки и вкусные запахи сливались в ошеломляющую симфонию.

Но сейчас, когда денег стало больше, тратить их просто так уже не хотелось. Видимо, в нем проснулось то самое чувство, которое отвечает за легендарную купеческую бережливость.

Нужно срочно узнать, как добраться до Храма Алых Лотосов. Там будет безопасней и для него, и для выигрыша. А фейерверки и сладости подождут. Никуда они не денутся с городских улиц.

Клан Черного Дракона сейчас в ярости – ведь они лишились не только лучшего бойца, но и всех ставок. В таком состоянии озлобленный человек бросается на всех и способен на любую глупость. Маленький Парчовый Барс сам только что видел, как натренированный, опытный боец одной ошибкой разрушил свое будущее. А ведь в клане Черного Дракона, по его прикидке, было не меньше шести десятков бойцов.

Сам Ян Бао был, само собой, уверен, что уж он-то такой ошибки не допустит никогда. Даже если будет пьян или влюблен (пока еще неопытный в жизни, он думал, что это почти одно и то же).

Но у кого спросить дорогу к Храму Алых Лотосов? Маленький Парчовый Барс подумал хорошенько и решил, что лучше всего спрашивать у кого-то из братьев по клану. Он не замечал таких в толпе, но был уверен, что они тут есть. Такой прославленный мастер, как дядюшка Гу, не остался бы без преданных учеников.

И он оказался прав, соратник по клану Храма Алых Лотосов нашелся почти сразу.

Долговязый парень лет двадцати пяти в щегольски-праздничном халате стоял возле опорного столба и с легкой рассеянностью разглядывал расходящуюся толпу. На его поясе были вышиты алые лотосы, которые, казалось, плывут по поясу словно по реке.

Маленький Парчовый Барс не успел даже представиться.

– Ого, ты тоже из наших? – осведомился парень, едва заметив четырнадцатилетнего пришельца.– А знаешь, я тебя уже видел! Но не узнал. И поэтому так и не понял, кто это из нашего клана маскируется.

– Я не маскируюсь. Я приехал в город только сегодня. Мое имя – Ян Бао, а еще меня называют Маленький Парчовый Барс.

– Понятно. Я и удивился, почему не встречал тебя в зале для тренировок. Я зовусь Медный Лис, а мое официальное имя… да какая разница, какие у кого имена, когда мы в одном клане? Ну ладно, так и быть, не надо так на меня смотреть, словно я привидение. Зовусь я Ли Чжицао, и это ничего не значит. Ли из Клана Туманной Горы мне не родственники.

– Похоже, наш клан сегодня празднует победу, – заметил Маленький Парчовый Барс. Он решил, что спросить про клан Туманной Горы можно и потом.

– Все празднуют! Каждый! Праздник, не видишь? Полное торжество. Наконец-то нашелся смельчак, который показал этим одуревшим из клана Черного Дракона, где их место! Я не ставил – жалко, конечно. Потому что даже я не верил. Поддался на их уловки! Думал, никто этого Северо-Восточного Урагана не побьет. Значит, я не ставил… Но зато-о-о – зато! – раньше всех начал праздновать. Как видишь. Вот.

– Разве рисовое вино подают не только победителю? – спросил Маленький Парчовый Барс.

– А ты догадливый, хех! – Медный Лис мотнул головой, пытаясь стряхнуть опьянение.– Только победителю, да. Остальные приносят с собой. Вот, оцени, – он достал из-за пояса плоскую фляжку, плетенную из коры, и протянул Барсу.– Глотай смело, мне для брата по клану ничего не жалко.

– Разве это не запрещено?

– Если подумать, запрещено. Внутри ипподрома вино не продают. Но тут почти вся стража из Черных Драконов, а им не до вина. Сейчас, когда побили лучшего их бойца, они нас не станут обыскивать. Они нас даже не заметят.

Маленький Парчовый Барс в этом сомневался, но все-таки сделал глоток из пахучего горлышка.

Пойло оказалось жутким. Наполовину – жгучий сок, а другая половина шибала мерзким вкусом незрелого соевого соуса. А пахло все вместе гниющими апельсинами.

Алкоголя не было.

– Чувствуешь? Зеленое! Сами делаем. Храм Алых Лотосов знает, как правильно сбраживать. Ощущается? – и Медный Лис с большим удовольствием приложился к фляжке.

– Кхе-кхе… Это что – уксус?

– Кому сливовый напиток, кому уксус. Бодрит, хоть и не вино.

Маленький Парчовый Барс решил больше не бодриться – как минимум сегодня. Непохоже, чтобы такое пойло могло помочь его культивации.

– Как добраться до нашего Храма? – спросил он.

– Все очень просто. Выходишь на проспект. Идешь три улицы. За вторым поворотом сворачиваешь под гору и через один поворот увидишь мост. Переходишь его и дальше есть варианты. Либо извозчик…

– Мне нужно добраться как можно скорее. Здесь есть другие люди из нашего клана? Они могут меня подвезти?

– А зачем им это делать?

– Разве мы не в одном клане?

– Разве это повод, чтобы прекратить веселиться? Оставайся здесь, будем отмечать до конца.

Ян Бао почувствовал себя дурно. Красный мешочек с деньгами жег поясницу.

– Мне нужно отнести деньги, которые я выиграл, в общую казну клана, – выпалил он.

– Это разумно, – заметил Медный Лис.– Но и это не повод торопиться. Это наши деньги, на них можно что-то купить. Лучше держись возле меня, Маленький Парчовый Барс. Я один из лучших бойцов в клане, и я охотно буду защищать наши с тобой деньги.

Ян Бао понял, что помощи не добьется, и решил добиться хотя бы информации.

– Кстати, ты не знаешь, кто такие эти девочки-близнецы? Они тоже из клана? Или из чего-то вроде семьи?

– Какие такие девочки-близнецы?

– Они сидели возле меня.

– Я их не видел, – ответил Медный Лис.– Не обратил внимания, наверное. И тебе не советую. Близнецы – не к добру.

Стало ясно, что ничего полезного от Медного Лиса не дождешься. Теперь Маленький Парчовый Барс шарил взглядом по толпе в надежде отыскать более полезного собрата по клану.

Но алых лотосов нигде не было видно. Зато то тут, то там взгляд натыкался на мрачных людей с черными драконами на одежде.

Совсем рядом стояла та самая буйная девушка со второго яруса. Она разговаривала с самим старейшиной. Девушка, кажется, не заметила Ян Бао. Но могла повернуть голову в любой момент…

– А кто такой этот варвар Горностай? – поинтересовался Ян Бао. – Он давно в городе?

– Он – молодец. Как защищался! Как отделал этого надменного Урагана! Я бы тоже так смог, разумеется, но Горностай справился вместо меня. Так даже лучше, потому что обидней – быть одним из лучших бойцов города и проиграть безродному варвару… Кстати, ты заметил, у этого Горностая странная техника, совсем чужеземная. Я его первый раз вижу, но ее достаточно, чтобы побивать таких вот Ураганов. Эти техники не могут быть приемами одного племени – он наверняка из этих, охотников.

– Каких охотников? На тигров?

– На демонов. Ты когда-нибудь видел охотников на демонов?

– Я читал про них, – признался Ян Бао, – но был уверен, что такие охотники остались только в старых романах.

– Странно, что только читал. У вас в деревнях этот мир еще ближе. Видимо, демоны у вас слабые… Как ты, наверное, знаешь, эти охотники ходят по миру и ищут демонов и опасных животных, чтобы разодрать пополам и слопать жемчужину. Поэтому у них такие странные навыки. Но конечно, без помощи варвар ни за что бы не справился. Этот светловолосый выскочка должен быть десять тысяч раз благодарен дядюшке Гу, который его буквально спас.

Маленький Парчовый Барс насторожился.

– Дедушка Гу выручил Горностая? – до этой минуты Ян Бао не был уверен, что дядюшка вообще жив и существует где-то кроме семейной хроники.

– Ну, разумеется. Ты и сам это видел. Поэтому он просто обязан посетить Храм Алых Лотосов и высказать нашему старейшине свое уважение. Ведь и варвары почитают старших – просто не так хорошо, как мы. А еще клану надо узнать, насколько он сильный боец. И так ли хорош Горностай, как он выглядит? Можешь быть уверен – это мы еще узнаем, это мы еще разъясним!

– А скажи, человек в халате с двумя драконами и косицами в бороде – это и есть старейшина Клана Черного Дракона?

– Он! Ты все правильно угадал, кто это. Его называют просто мастер У. И поверь мне, он страшен. Даже сейчас, ког – лучше его не задирать.

– Он сильнее даже Северо-Восточного Урагана?

– Северо-Восточный Ураган и Летящая Ласточка – его лучшие ученики. Но сам мастер У на арену давно не выходит. Так что это поражение – серьезный удар по его планам. Клан Черного Дракона преотлично получил по носу и теперь будет остерегаться. Они уже не смогут так влиять на губернатора. Ведь многопочтенный Ма никогда не отменяет своих решений, даже если принимал их с чашей вина в руке и певицей на коленях. А мастер У будет просить именно об этом – отменить решение насчет Северо-Восточного Урагана. Старейшина едва ли чего-то добьется, но в его сердце надолго застрянет ненависть, и он сделает все, чтобы растоптать этого выскочку Горностая. Ведь именно для занятия политикой и изучения смертельно опасных стилей необходимо особенно много ци, иначе просто не выживешь. Мастер У высоко метит и не собирается спускаться вниз ни на единую ступень. А тут какой-то варвар едва не столкнул его с лестницы. Такое не прощают ни человеку, ни его потомкам до третьего поколения.

Маленький Парчовый Барс почувствовал, что у него голова идет кругом. Новых сведений было так много, что он даже не рискнул спросить о бойцах.

– А что за карьеру задумал этот мастер У? – спросил Ян Бао.– Он что, собирается все-таки поехать к императорскому двору и сдать экзамен на чин?

– Эх, ты, деревенская глушь. Даже если бы он и хотел – экзаменов в этом году опять не принимают. Ты же знаешь, что творится в южных провинциях.

– Ну и что! Рано или поздно смута закончится. И учиться не поздно в любом возрасте. Великий Лю-цюань смог сдать экзамен только в возрасте шестидесяти восьми лет – и все равно успел послужить государю.

– Великий Лю-цюань жил в благодатные времена. А ты живешь в смутное. И эта смута началась еще до твоего рождения, Маленький Парчовый Барс. Нескоро она закончится. И мастер У уже не в том возрасте, чтобы сидеть за Четырьмя классическими трактатами и Пятью классическими комментариями. Когда грянет беда и начнется смута, Учитель У собирается стать чрезвычайным военным губернатором провинции и первым делом закроет храм Алых Лотосов. Он и сейчас пытается вредить другим школам. Вот что бы там ни говорили, а я уверен – за разгромом клана Туманной Горы тоже стоит мастер У. И рано или поздно это откроется!

– Разве есть признаки, что смута дойдет и до нас?

– Ну конечно! Она же надвигается! Сам же знаешь, что на юге творится. А чем север хуже? Тут и степные варвары недалеко.

– Разве эти варвары могут нам угрожать? – удивился Маленький Парчовый Барс. – У нас же есть армия, заклинатели, боевые кланы вроде нашего. Я видел сегодня городские стены, они толстые и выдержат осаду.

– А еще ты сегодня видел, – Медный Лис опять приложился к плетеной фляжке, – что умеет варвар по прозвищу Горностай. И он не один такой из своего племени. А теперь подумай хорошенько, – что может устроить целый отряд таких Горностаев? На армию против них надежды нет, и стены таким не помеха. Только кланы вроде нашего могут спасти город. Вот увидишь, завтра, если мы победим, нам уже не придется драться на праздниках. Сам император наградит наш клан почетным знаменем!

– А это означает, что если придут варвары, мы будем сражаться плечом к плечу с кланом Черного Дракона.

– Нет. Нашим делом будет командовать более слабыми и совсем незначительными кланами, вроде Смертоносного Дождя, Волшебных Стеклянных Пчел и того же Черного Дракона.

– И не надейтесь! – произнес над ухом женский голос.

Та самая девушка из враждебного клана стояла прямо перед ними. Она была мрачной, как целый штормовой фронт.

– Ой, прошу меня простить, – забормотал Маленький Парчовый Барс.– Я не представлен этой достойной даме.

– Зовут ее Ле Цзе по прозванию Летящая Ласточка,– процедил Медный Лис.– И это тоже не имеет никакого отношения к моему прозвищу. Разве что это попытка над ним поиздеваться!

– Да кому ты нужен! – крикнула Ле Цзе.

– Вот именно, тебе я не нужен. Проходи мимо и иди, куда шла.

– Ты мне не указывай!

– Я…

– Ко мне обращаться – со всем почтением! – рявкнула девушка. – Как к самому императору!

И только сейчас Маленький Парчовый Барс понял, что Серебряная Лиса еще больше в хмелю, чем ее Медный тезка.

Она бросилась на парня даже без подготовки, свернув ци в огненного журавля. Однако Медный Лис отреагировал как положено – дважды отпрыгнул Скачком Тупайи и выставил защитой стандартный Щит Земли.

Лиса заворчала и взмыла вверх по колонне. Медный Лис начал отступать в сторону, но она уже пикировала прямо на него, разбрызгивая искры.

Увы, удар пьяного мастера оказался так же силен, так и неточен. Серебряная Лиса пронеслась на шаг левее и с грохотом опрокинула курильницу. Серый дым взмыл огромным едким шаром, и все вокруг немедленно закашлялись, словно от заклинания.

Но спустя мгновение девушка из клана Черного Дракона уже поднималась. Кашель тряс и ее, но глаза горели прежним огнем непоколебимой ненависти. Даже в таком состоянии она определенно была грозным противником.

Медный Лис принял защитную стойку и терпеливо ждал следующего удара.

Зрелище обещало быть интересным. Но спасать деньги было важнее, чем смотреть. Особенно сейчас, когда все, кто должен следить за порядком, отвлеклись на эту драку.

Кто-то толкнул его в плечо. Ян Бао обернулся и оказался лицом к лицу со здоровенным детиной. У незнакомца был короткий торс и руки удивительное длинные, словно лапша. На вид ему было лет тридцать.

– Мы знакомы? – спросил Маленький Парчовый Барс, припоминая, где он мог видеть это утомительно обыкновенное лицо.

Может быть, в шатре с голой варваршей? Там хватало самых разных людей, и все смотрели на клетку, стараясь не запоминать друг друга…

– Ты на варвара ставил? – спросил детина. Ян Бао успел разглядеть, что на его одежде нет никаких узоров с черными драконами. Хоть что-то к лучшему.

– Допустим, – сказал Маленький Парчовый Барс.

– А я – проиграл! – рявкнул детина и вдруг плеснул ему в лицо соевым соусом.

Сдержать вспыхнувшую ярость было почти так же сложно, как выиграть бой против Северо-Восточного Урагана. Но его спасли навыки. Ян Бао нанес всего один удар – и бросился прочь.

Печать Земли, Печать Песка, перекат, прижимая к груди заветные мешочки…

Он поднялся с пола, чувствуя, как пахучий соус еще стекает по щекам и за ушами. Где-то за спиной начинались еще две драки, детина с ревом пробирался к нему, но увяз в толпе как в болотном иле. Ян Бао огляделся и увидел путь к спасению.

Возле парадного входа стояла повозка, украшенная пестрыми лентами. Кучером в ней был тот самый монах, который звенел колокольчиком. Конечно, странно видеть монаха-кучера, но Маленький Парчовый Барс уже привык, что грамотные монахи выполняют самые разные поручения. Видимо, при монастыре разводили коней и переводили иноземные трактаты по коневодству.

Был там и Горностай. Варвар, уже переодевшийся после битвы, забирался в повозку. Рядом стоял глашатай. У глашатая по-прежнему был такой гордый вид, словно это он одержал победу.

На них почти никто не обращал внимания. Все смотрели на схватку двух Лис.

Это был безумный, но шанс. И Ян Бао полетел туда со всех ног. У него не оставалось времени даже на то, чтобы наложить заклинание скорости.

– Я с ним! Я с ним! – кричал Маленький Парчовый Барс. – Меня послал учитель Гу, чтобы передать поздравление от клана Алых Лотосов!

И прежде чем стражи успели что-то сообразить, он проскользнул мимо них и вскарабкался в повозку.

На него посмотрел удивленный Горностай. Светловолосый варвар снова был в светлой сорочке, а на коленях лежала книга с незнакомыми буквами.

– Я должен вас сопровождать, – пояснил Маленький Парчовый Барс.– Вы меня, наверное, помните. Вы могли видеть меня в шатре, хотя смотрели больше на эту голую женщину-тигрицу. Я буду охранять вас.

Горностай покосился на его красные мешочки.

– А я, в свою очередь, буду охранять твой выигрыш, – заметил он.

Ян Бао улыбнулся и приготовился к тому, что варвар сейчас попросту выкинет его на дорогу.

Но ничего подобного не случилось. Горностай прикрыл глаза и, кажется, задремал. Получается, он не возражал против такого попутчика.

Ян Бао попытался успокоиться. Какой-то успех достигнут. Его не собираются убивать.

Коляска покатилась по улицам, замирая, прежде чем нырнуть в очередной едва заметный поворот. Маленький Парчовый Барс ждал, когда же под колесами зашумит вода под мостом – тем самым мостом, про который ему сказал Медный Лис. Потом устал ждать и заговорил.

– Вы очень хорошо говорите на языке Срединной страны, – Ян Бао решил, что это звучит комплиментом.– Среди чужеземцев это бывает редко.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.