Нижний Мир
Инга Риис

© Инга Риис, 2023

ISBN 978-5-0059-7995-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Городок в горах

Я брела по пустынным узким улочкам, мощенным неровной брусчаткой, между аккуратных маленьких домиков, крытых черепицей. Ну, как же он не похож на тот, где я родилась и провела свое детство и юность! Шумный мегаполис, заполненный однообразными серыми коробками домов и вечно спешащими толпами людей. Этот же городок поразил меня до глубины души, еще из окна автобуса, который привез нашу юношескую спортивную команду на международные соревнования. Когда-то давно здесь проходила Олимпиада, после которой осталось некоторое количество спортивных сооружений, а теперь в них проходили второстепенные соревнования, вроде того, в котором я собиралась участвовать. Спонсоры команды расстарались, и у нас оказалось несколько дней для акклиматизации в этом высокогорье.

Разреженный воздух был несколько непривычен, а потому большая часть команды после тренировки добиралась до гостиничного номера и падала на кровати, но я не могла оставаться взаперти и бродила по этим улочкам, разглядывая, выставленные в витринах магазинчиков, сувениры. Денег у меня, практически, не было, поэтому я даже вовнутрь не заходила, только мельком бросая взгляд на двери с колокольчиками, возвещавшими о приходе покупателя. Зато с огромным удовольствием разглядывала нарядные фасады и барельефы на домах.

Особенно мне приглянулась одна улочка, круто поднимавшаяся к вершине горы, на склоне которой и прилепился этот городок. Чем выше взбиралась улица, тем старше казались дома. Здесь уже почти не было прохожих, и магазины были далеко не в каждом доме. И этим-то улочка мне особенно приглянулась, не люблю шум и праздное, давящее на мозг и душу, любопытство толпы. Потому и выбиралась сюда каждый вечер, и бродила, пока не начинали зажигаться старинные фонари, подвешенные на чугунных столбах, делая город еще более странным и загадочным. Тянуло погулять подольше, а еще хотелось заглянуть за потемневшие деревянные двери, закрывавшие не только входы в дома, но и во внутренние дворы, судя по их высоте и ширине. Почему-то казалось, что там обнаружится вход в необычайный мир, известный мне по сказкам Андерсена и братьев Гримм. Иногда мне удавалось бросить быстрый взгляд в приоткрытые створки ворот и увидеть сидящего на скамеечке старика или игравших во дворе малышей.

Но потом я одергивала себя и напоминала, что пора возвращаться в гостиницу, к товаркам по команде, с которыми мне с огромным трудом удавалось поддерживать мирное сосуществование. Девчонки, в основном, были столичными жительницами, искренне презиравшими «лимиту из провинции», как они называли меня и мою подругу, с которой я приехала на сборы, а потом и на эти соревнования. Но Ленка изо всех сил пыталась подлаживаться под костяк команды, а мне лебезить не позволял независимый и упрямый характер, благодаря которому я и вскарабкалась так высоко по спортивной лестнице. Поддерживал меня только тренер, который довольно решительно гасил любые конфликты на стадионе. Но в свободное время мы были предоставлены сами себе, и старожилы команды разворачивались во всю ширь своих завистливых и мелочных душ, привлекая к травле и мужскую часть нашей юношеской сборной.

Я тяжело вздохнула и даже остановилась, припомнив все последние гадости этой шайки. Ну, как же мне не хотелось возвращаться в гостиницу! Особенно сегодня, так как на вечер было намечено какое-то командное мероприятие, призванное познакомить ребят из разных сборных команд, и прошмыгнуть незаметно в наш с Ленкой номер мне не представлялось возможным. Я с тоской оглянулась по сторонам, отчаянно сожалея, что не могу остаться здесь навсегда, криво улыбнулась чумазой девчушке, которая выглянула в щель между створками ворот, прикрывавшими вход в один из двориков. Девчонке было лет семь-восемь, ее рожица была вымазана не то в шоколаде, не то в повидле, и светилась лукавством и любопытством. Я еще раз вздохнула, искренне позавидовав ее положению во времени и пространстве, означавшем полное отсутствие мучивших меня проблем. Девчушка улыбнулась мне в ответ, и на ее лице мелькнуло сочувствие. Или мне так показалось? Я слегка помахала ей рукой, и щель в воротах стала чуть больше. Я совсем было собралась подойти и заглянуть туда, но тут в кармане зазвенел телефон. Глянув на высветившийся номер, я поднесла его к уху и поняла, что звонок сорвался, зло чертыхнулась и, махнув еще раз на прощанье девчонке, понеслась вниз по улице. Звонила Ленка, вероятно, время начала или место проведения мероприятия перенесли, но мне не хотелось оправдываться и рассказывать, где я пропадала.

Бегала я всегда хорошо, но тут превзошла самое себя, я словно летела по улице, почти не глядя по сторонам, а только под ноги, стараясь не запнуться на брусчатке. И потому не сразу поняла, кто именно схватил меня за рукав, когда я пробегала по перекрестку, украшенному небольшим фонтаном, состоявшим из нескольких чаш, по которым вниз стекала хилая струйка воды. Это оказалась самая вредная из девчонок, Альбина, стоявшая в окружении подружек возле замшелого бассейна, обрамлявшего фонтан. От неожиданности я затормозила и поскользнулась на влажных камнях, а сразу затем Альбина толкнула меня в грудь, и я полетела в фонтан. Вода была почти теплой, но мутной и затхлой, полной склизлых листьев, налетевших в бассейн со стоящего рядом дерева. Такой я и поднялась из воды: мокрая, грязная, облепленная опавшими листьями.

– Посмотрите на эту красавицу-нимфу! – мерзко улыбаясь, промолвила моя обидчица.

Подружки поддержали ее громким смехом. Оглянувшись по сторонам, я увидела, что неподалеку стоят наши мальчишки, им тоже было весело.

– На дружеской вечеринке она будет выглядеть лучше всех! – продолжала издеваться Альбина, поправляя свои золотистые волосы, уложенные в замысловатую прическу.

Нашарив глазами Ленку, я спросила:

– Это была их идея, или ты сама решила создать очередной повод для веселья? Уже полностью влилась в коллектив и приняла их способ мышления? А не думаешь, что окажешься на моем месте, если вдруг у них исчезнет «мальчик для битья»?

– Да, куда ты денешься? – презрительно скривив ярко накрашенные губы, произнесла Альбина. – Тебе же кроме сборной и податься-то некуда, если только улицы мести!

Эти слова оказались последней каплей, переполнившей чашу терпения. Я сделала шаг вперед и нанесла короткий, но сильный удар, вложив в него весь вес своего тела и всю накопившуюся во мне злость. Кулак соприкоснулся с чужой плотью, и я почувствовала, как что-то хрустнуло, но боли не ощутила. Зато обидчица упала навзничь, сбив с ног одну из подруг, и заголосила дурным голосом.

– Эта стерва мне жуб сломала! – прогнусавила она сквозь слезы.

Взглянув на ее окровавленное лицо, я поняла, что перестаралась и не только сломала зуб, но и раскроила губу. Вот, черт! Это могло кончиться тем, что нас обоих отстранили бы от соревнований, и места в сборной мне больше не видать. Но не успела я погоревать об этом, как заметила, что ко мне двигается, сжимая кулаки, Альбинин ухажер из мужской половины сборной, Артем. Перескочив через бортик бассейна, я кинулась обратно, вверх по улочке, по которой так недавно спустилась. А вся наша сборная с воплями кинулась за мной в погоню.

Ноги несли меня вперед, а в душе нарастала волна отчаяния. Я только что окончательно похоронила возможность, изменить свою жизнь к лучшему. Дальше меня ждало только унылое серое будущее, немногим лучше того, которое описала Альбина. Состояние души было таким, что если бы я увидела впереди пропасть, то непременно кинулась бы вниз с обрыва.

– А может быть улица и выведет меня к такому обрыву? – мелькнула шальная мысль. – Только надо оторваться от этих уродов, чтобы они не приписали мою смерть себе в заслугу, чтобы хвастаться ею перед другими новичками.

Я еще прибавила шагу, бросая по сторонам короткие взгляды, в поисках бокового ответвления, так как помнила, что улица оканчивалась тупиком.

– Скорей сюда! – я даже не поняла сначала, откуда именно прозвучал голос, но, в то же мгновение, увидело чумазое личико знакомой девчонки.

Она налегала на створку ворот, пытаясь сделать щель пошире. Я метнулась к ней и в следующее мгновение оказалась в коротком проулке, мои раскинутые в стороны руки могли бы коснуться соседних домов.

– Если ты хочешь уйти от проблем этого мира, то тебе туда! – я с удивлением поняла, что голос звучит у меня в голове, а испачканные в шоколаде губы девчушки не двигаются.

Не менее чумазый палец указывал в дальний конец проулка, где виднелась еще одна приоткрытая дверь, к которой вела узкая полоска зеленоватой брусчатки.

– А что там? – спросила я вслух.

– Вход в другой город, он внизу, под этими улицами. Только сначала тебе надо убедить перевозчика в том, что твое желание – истинное! – в бесплотном голосе прозвучало предостережение.

– Но как мне это сделать? – взмолилась я.

– Очень захотеть уйти отсюда и поверить в другой мир! – в голосе послышалось нетерпение. – И поторопись, преследователи близко, я не сумею долго отводить им глаза.

С улицы, и в самом деле, раздавался приближающийся топот и злые голоса. Решив, что хуже мне, уж точно, не будет, я метнулась к открытой двери. За ней оказалось на удивление высокое и просторное помещение, освещенное неярким светом мерцающих фонарей. Оно было практически пустым, только в дальней его части виднелся небольшой и узкий помост, на котором уже стояло несколько мужчин. Эти люди сосредоточенно смотрели себе под ноги, и только тот, что стоял с правого краю, поднял голову и посмотрел на меня. Это оказался высокий, худой и совершенно лысый старик, лицом смахивающий на японца. От его пристального взгляда холодок пробежал по моему позвоночнику. Но я упрямо вздернула голову и быстрым шагом двинулась к помосту.

Подойдя к нему, я только еще открыла рот, как старик указал мне на свободный конец помоста. Подойдя туда, я увидела, что на зеленоватых камнях слабо мерцают кружки, отмечающие место для ног. Заняв следующее после какого-то мужчины место, оставив между нами еще одно светящееся пятно, я уставилась на свое пятно, мерцающее зеленоватым светом, и задумалась. Как убедить старика в желании, которое я сама еще толком не могу сформулировать? И КУДА Я ХОЧУ ПОПАСТЬ?

Время, казалось, замедлилось и сгустилось вокруг меня, жизнь спешно пролетела перед внутренним взором, но подходящих аргументов не находилось. И тут мне почудилось, что за дверью послышались голоса моих преследователей. И что-то взорвалось в моей душе! Пропади они все пропадом! Я никому тут не нужна, только если в качестве покорного мальчика для битья. Я ХОЧУ УБРАТЬСЯ ОТСЮДА НАВСЕГДА!

– Правильно! – услышала я в голове знакомый голос и увидела, что рядом на помосте появилась девчонка.

Тут же мне показалось, что воздух вокруг замерцал, стены и светильники стали какими-то нерезкими. В душе появилась удивительная легкость и уверенность в том, что мое желание осуществится.

Но тут раздался знакомый голос:

– Постой, Яна! Не делай глупостей!

И в дверях появилось взволнованное лицо нашего тренера.

– Простите! – беззвучно шепнули мои губы, я приняла свое решение.

Воздух замерцал еще сильнее. А затем случилось странное. Мою левую руку сжали сильные пальцы, и я увидела рядом с собой тренера, видимо он хотел стащить меня с помоста. Но правую руку сжала маленькая ладошка чумазой девчонки, и в следующее мгновение меня окутала темнота, потом появилось муторное ощущение невесомости. Я покидала этот мир.

Глава 2. Другой город

А еще через мгновение по ступням ударила каменная мостовая. Я опять стояла в узком переулке, в компании пятерых мужчин, абсолютно голых. Тихо охнув, я глянула на себя и поняла, что тоже без одежды.

– Накинь быстрее! – взорвался в голове голос вынырнувшей откуда-то девчонки, и она кинула мне в руки просторный балахон.

Натянув через голову нечто, напоминающее пестрый мешок, я бросила взгляд на мужчин, которые беспомощно озирались по сторонам. И почему-то они показались мне гораздо выше ростом, чем были раньше.

– Не тормози, стража уже на подходе! – девчонка снова схватила меня за руку и потащила в узкую щель между домами.

Я была слишком ошеломлена, чтобы сопротивляться, и юркнула за ней. Оглянувшись назад, я увидела, как мужчин уводят какие-то крупные человекоподобные существа, волосатые тела которых были прикрыты короткими кожаными туниками. Тренер бросил в мою сторону странно беспомощный взгляд, а затем его скрыли мощные тела стражников.

– Кто эти существа? Куда повели тех людей? Там мой тренер, он не хотел мне зла! – возмущенно спросила я, вырвав руку из ладони своей спутницы. – И кто ты, сама?

– Я – Локки, малый горный эльф, – ответила девчонка, отодвинув прядь всклокоченных курчавых волос и показав остренькое ухо. – Те здоровяки – тролли. А вот, кто ты, я еще не поняла!

– А куда увели людей, и что станет с тренером? – не отступала я.

– Мужчин увели в казармы при арене, четверо сознательно выбрали переход в другой город, а твоего знакомого случайно засосало в воронку пространственного перехода. Им не хватило внутренних сил, чтобы сразу адаптироваться к нашему миру, а за все услуги здесь тоже надо как-то расплачиваться. В тебе же, как мне кажется, есть достаточно жизненной энергии, чтобы адаптироваться самостоятельно. Твоя аура сродни темным альвам, я почувствовала мощный выброс энергии еще при первой встрече наверху. А потом ты меня увидела, что тоже многое значит. И если я в тебе не ошиблась, то ты быстро отыщешь здесь свое место.

– А как это сделать? Ты мне поможешь? – растерянно спросила я.

Девчонка с сожалением покачала головой:

– Я уже сделала почти все, что могла, дальнейшее мое присутствие может тебе только повредить. А что делать – быть собой, не сдерживать душевных порывов, только так ты окончательно разбудишь свою силу. А потом я найду тебя и разъясню, что к чему.

И она пестрым клубком метнулась в сторону светлого пятна, в конце узкого промежутка между домами.

Когда я добралась до выхода из проулка, то Локки уже и след простыл. Я нерешительно выглянула из полутьмы узкой улочки на открывшуюся передо мной небольшую, мощеную зеленоватой брусчаткой, площадь. На противоположной стороне располагались какие-то открытые палатки из пестрых полотнищ ткани, вдоль них прохаживалось десятка полтора человек, рассматривая выложенные на прилавках вещи. Вспомнив совет девчушки о том, что мне необходимо освоиться в этом мире и найти в нем свое место, я решила потолкаться среди гуляющих и послушать разговоры. А возможно и попросить пристанища или работы. Но сделав шаг на освещенное пространство, я увидела свою босую ступню, выглядывавшую из-под пестрого подола балахона. Тут же меня сковала неуверенность, я силилась разглядеть, во что именно одеты посетители рынка, но мешали клубы разноцветного дыма, поднимавшиеся из многочисленных курильниц, стоявших по периметру площади, вперемешку с кадками, из которых тянулись странно изогнутые растения. Бросив взгляд вверх, я увидела, что дым там становится гуще, и вторые этажи строений уже скрываются в разноцветной дымке, сквозь которую пробивалось зеленоватое сияние.

Не решившись, все же, сразу идти через площадь, я робко двинулась вдоль домов, бросая взгляды в приоткрытые двери. Возле одной из них я притормозила, пораженная красотой открывшегося интерьера. Помещение было уставлено причудливыми статуями из камня различных цветов и оттенков, оплетенных вьющимися растениями. Находившийся в дальнем конце лысый мужчина, одетый в ладно сидящий темный костюм, отдаленно напоминающий кимоно, обернулся, словно почувствовал мой взгляд. И на меня остро взглянули темные, узко вырезанные, глаза, удивительно похожие на глаза старика, который сопроводил меня сюда.

– Метресса желает осмотреть нашу лавку? – я не сразу сообразила, что слова, произнесенные приветливым тоном, снова прозвучали у меня в голове, а потому с улыбкой кивнула головой.

Но потом смутилась, представив, как мои босые ноги оставляют следы на полированном темном полу, затрясла головой и отступила назад, прошептав:

– Быть может позднее!

А затем, чувствуя, как мои щеки заполыхали, резко развернулась и поспешила через площадь.

Когда я добралась до прилавков, то к своему удивлению поняла, что они, в основном, заполнены сувенирами, удивительно похожими не те, что продавались в магазинчиках наверху. Но посетители рассматривали их с неподдельным интересом, и, судя по разговорам, цена была довольно высока. Я прошла почти половину прилавков, когда до меня донеслись презрительные слова:

– У нее нет ни вкуса, ни денег!

Уверенность в том, что слова были адресованы мне, была абсолютной, поэтому я резко развернулась и встретилась взглядом с двумя женщинами и пожилым мужчиной, сидевшим за одним из прилавков. Гнев всколыхнулся во мне горячей волной, но решив, что начинать знакомство с городом со скандала неразумно, я подавила его, покачала головой и промолвила:

– Зачем же вы так с незнакомым человеком! Невежливо!

На последнем слове, судя по всему, мой контроль несколько ослаб, потому, как эта троица сильно побледнела и даже отшатнулась в глубину палатки. Я же еще раз покачала головой, хотя, на этот раз осуждение адресовала уже себе, резко развернулась и поспешила в дальний конец торгового ряда.

Немного погодя я, все же, остановилась, подумав, что мой поспешный уход был бы похож на бегство. Оказалось, что я добралась уже до последней палатки, стоявшей чуть в стороне от остальных, где за прилавком дремал сухонький старичок. Переводя дух и пытаясь успокоить разгулявшиеся нервы, я принялась разглядывать его прилавок. А он оказался весьма отличающимся от того, что я видела раньше. Тут стояли маленькие стеклянные сосуды в тонкой серебряной оплетке, закрытые пробкой и залитые воском, а также многочисленные, разноцветные, яйцеобразные камни, вставленные в резные подставки из разнообразных металлов.

А в дальнем углу стола лежала еще более странная вещь. Она могла бы быть зеркалом, но внутри изумительно красивого ободка из витой серебряной проволоки было вставлено простое оконное стекло, чуть зеленоватое, но совершенно прозрачное. И, тем не менее, эта вещь, прямо-таки, манила к себе! Не задумываясь над тем, что делаю, я протянула к нему руку. И тут же отдернула, так как стекло сначала помутнело, а потом засияло неярким светом, вроде тех пятен на помосте у перевозчика. Испуганно отдернув руку, я тут же встретилась взглядом со старичком.

– Я случайно, я ничего такого не хотела! – смущенно забормотала я, подумав, что опять столкнусь с насмешками или с грубой отповедью.

Но на лице продавца появилась удивительно добрая улыбка и он произнес:

– Вряд ли, это могло быть случайностью, метресса! Зеркало Сновидений решило, впервые за столько лет, снова выбрать себе хозяина, значит, ваша встреча была когда-то предрешена! Возьмите его и поймете, что я не ошибаюсь!

Вдохновленная его словами, я взялась за витую ручку и услышала тихий мелодичный звон, а по руке расползлось приятное тепло.

– Ну, я же говорил! – улыбка старичка стала еще шире. – Совсем как у моей покойной жены! А я уж начал думать, что после ее смерти Зеркало уснуло навсегда! Берите и никогда с ним не расставайтесь!

С трудом отводя взгляд от мерцающей поверхности, я смущенно пролепетала:

– Мне нечем сейчас отплатить Вам за такой подарок!

Почему-то я была уверена, что речь шла именно о подарке, хотя, и очень дорогом. Старичок же покачал белоснежной головой:

– Вы выразите свою благодарность, когда придет ее время! Вам с Зеркалом еще надо привыкнуть друг к другу. А пока я хотел бы предложить Вам еще поясную сумку для него, ее вышивала моя жена.

Он нырнул под прилавок и через некоторое время вытащил оттуда богато вышитый мешочек, по размеру чуть больше самого зеркала. Глаза старичка быстро скользнули по моему нелепому наряду, брови удивленно дрогнули, и он достал из-под прилавка еще и вышитый матерчатый пояс, который продел в петли на сумке, после чего протянул мне. Как только зеркало оказалось в чехле, его звон затих, я повязала пояс на талию и сумка удобно устроилась на бедре.

– Мне так неловко принимать эти вещи, не зная, как я буду за них расплачиваться! – промолвила я, заглянув в бедно-голубые глаза старика. – Я совсем недавно здесь, и у меня нет ни денег, ни работы. Вы не могли бы мне что-то посоветовать?

На лице моего собеседника отразилось глубокое изумление, глаза вновь заскользили по мне, оценивая лицо, в обрамлении встрепанных, коротких, светло-русых волос, тонкую фигурку, закамуфлированную широким балахоном из плотной ткани.

– Ну, как же я мог так ошибиться! Слишком долго избегал контактов, отошел от дел и попал впросак! – тихо бормотал он, продолжая внимательно меня разглядывать. – Но в ауре-то я не мог ошибиться! А Зеркало Сновидений вообще не ошибается никогда!

Все мои тревоги и опасения мигом вернулись, я затеребила поясную сумку, предполагая, что лавочник сейчас заставит меня вернуть все подарки. Но мысль о расставании с зеркалом больно резанула по сердцу, я собрала в комок свои растрепанные чувства и постаралась как можно спокойнее произнести:

– Ведь, я уже пообещала расплатиться с Вами за Зеркало! И если Вы подскажете, что я могу для Вас сделать или посоветовать, к кому обратиться, по поводу работы, то мы быстрее решим этот вопрос!

В конце моей тирады я почувствовала, как гнев снова зашевелился во мне, и сделала несколько глубоких вдохов, успокаивая нервы по системе нашего тренера. Глаза старичка немедленно метнулись к моим, в них промелькнуло не только удивление, но и уважение:

– Прошу простить мое смятение и растерянность, метресса! Я никоим образом не хотел выказать Вам неуважение! Позвольте задать вопрос?

Я только головой кивнула, с трудом сдерживая волнение. Внимательные глаза старичка вновь обежали мою фигурку, и он спросил:

– Вы пришли сюда из другого города, того, что наверху?

Я снова кивнула, сдерживая волнение, а в памяти возникла картина того, как огромные косматые существа уводят прочь обнаженных мужчин. Не хотел ли лавочник и меня отдать в руки той стражи? Видимо, мрачные мысли отразились на моем лице, так как старичок торопливо продолжил:

– Не нужно беспокоиться! Я сам пришел оттуда, только это было так давно, что я разучился быстро распознавать своих соотечественников! Глядя на Ваше одеяние и босые ноги, я решил было, что передо мной путешественница откуда-то из забытых тоннелей. А еще столь сильная темная аура! И Зеркало Вас выбрало!

Он с трудом перевел дыхание и поинтересовался:

– А как давно Вы пришли в наш мир?

Я невольно нахмурилась, столько разнообразных событий пролетело с момента моего перехода, что я затруднилась с ответом.

– Мне кажется, что-то около часа, – смущенно пролепетала я.

На лице старичка появилось сочувствие, но одновременно и еще большее уважение:

– Тогда могу сказать, что Вы очень неплохо перенесли переход! Вы сами нашли проход в наш город или Вас кто-то позвал сюда?

– Я встретила на улице верхнего города Локки, она сказала, что здесь я смогу оставить свои проблемы позади, – попыталась разъяснить я ему, но получилось несколько сумбурно.

Старик покачал седой головой, и как мне показалось, с осуждением:

– Узнаю проделки этой проказницы! Ее неумеренная любовь к шоколаду заставляет искать клиентов для проводников, чтобы оправдать и свою очередную вылазку за сладостями Верхнего Мира. Вы, и в самом деле, оставили свои прошлые проблемы наверху, но никто не обещал Вам, что в этом городе Вы не обретете новые!

Я нахмурила брови, такая мысль уже приходила мне в голову. Однако врожденное упрямство заставило меня гордо вздернуть подбородок и отважно заявить:

– Я приняла решение и не собираюсь о нем сожалеть! А если Вы согласитесь разъяснить мне правила здешнего общежития, то у меня быстрее получится, найти здесь свое место.

И тут же поняла, что мой собеседник изрядно смутился. Старичок поскреб пальцами в седой бородке, взлохматил белоснежную шевелюру, тяжело вздохнул, а затем все же промолвил:

– Я пока не имею права помогать тебе в познании этого мира, девочка!

Тут уж гнев прорвал внутреннюю плотину:

– Да, что вы, все, заладили одно и то же! И Локки тоже отказалась мне помочь адаптироваться! Вы, хоть, можете объяснить, почему?

Лицо старика помрачнело:

– В этом мире есть свои правила. У местных жителей существует сложная кастовая система, основанная на уровнях внутренней энергии. Для того, чтобы пришельцу извне влиться в их общество, необходимо показать свой уровень, либо найти двух гарантов среди местных жителей.

– И в чем подвох? – поинтересовалась я, заранее предполагая, что ответ мне не понравится.

Старичок снова тяжело вздохнул:

– Обычно начальный энергетический уровень моих соотечественников недостаточно высок, чтобы им предоставили право самостоятельного существования, а как только вы попадаете в вассальную зависимость, вас лишают возможности подпитываться энергией планеты, и вам уже никогда не дорасти до самостоятельного уровня.

Неприятный холодок пробежал у меня по позвоночнику:

– А что на счет двух гарантов?

Старик тяжело вздохнул:

– Я с удовольствием стану твоим гарантом, у меня есть такое право. Но я совершенно не представляю себе, где взять еще одного!

Перед моим внутренним взором мелькнула чумазое личико Локки, на котором явно читалось сочувствие, девчонка определенно пыталась помочь мне не только попасть в этот мир, но и выиграть для меня время, когда принесла для меня одежду, спрятала от стражников, и даже давала какие-то, пусть и смутные, но советы.

– А каким образом происходит подпитка этой таинственной энергией? – спросила я старика, пристально взглянув ему в глаза.

Тот быстро оглянулся по сторонам и чуть слышно прошептал:

– Самый простой способ – через голые ступни! Обрати внимание, что большинство присутствующих обуты, это, в основном, пришельцы из Верхнего Мира или их потомки.

– А Вы?

Мой собеседник немного смутился:

– Я родился в Верхнем Мире, но сюда попал, пользуясь протекцией влиятельного члена здешнего общества, которая позднее стала моей женой. Мой начальный уровень был не высок, но помощь жены помогла мне поддерживать его и получить статус полноценного гражданина. Смерть жены и моя старость почти лишили меня былого влияния, и только моя музыка удерживает властителей от желания отправить меня на арену.

Мои брови удивленно подпрыгнули:

– А что вы там будете делать?

– Пытаться защитить свою жизнь и тем растрачивать остатки жизненных сил! Победитель получает жизненную энергию побежденного, но мне это не грозит, сейчас я не сумею выстоять даже против самого слабого пришельца.

Перед моим внутренним взором мелькнуло мерзко ухмыляющееся лицо моей обидчицы, а потом растерянные глаза тренера, которого уводили тролли. И я почувствовала, как гнев внутри меня снова набирает силу.

И в тот же момент в голове моей прозвучал взволнованный голосок Локки:

– Не сдерживай своих внутренних демонов, корми их, пусть другие их боятся!

Я резко обернулась, обшаривая глазами площадь, но дым, казалось, стал еще гуще.

Тогда я снова повернулась к старику и спросила:

– А Локки имеет право выступать гарантом?

Тот недовольно поморщился:

– Конечно! Она же горный эльф, коренной житель подземного мира, но малые эльфы редко влезают во взаимоотношения пришельцев и темных альвов.

Я невольно нахмурилась, услышав такую рекомендацию, но сдаваться было не в моих правилах:

– Спасибо за все, что Вы для меня сделали! Я попытаюсь найти эту девчонку и убедить выступить моим гарантом, а если получится, то кого я должна упомянуть в качестве второго?

– Меня зовут Сибелиус, – печально улыбнувшись, промолвил старичок. – Если Ваш план удастся, то на меня Вы тоже можете рассчитывать! Об одном прошу, не рассказывайте всем подряд о Зеркале Сновидений, иначе на Вас начнется настоящая охота.

Я кивнула ему и еще раз оглядела площадь, мне показалось, что возле одной из лавок, на другой стороне, мелькнула маленькая пестрая фигурка, и я быстрым шагом двинулась через площадь. Но я успела только дойти до ее середины, как из проулка появилось несколько стражников, и они начали растягивать по периметру толстые канаты, тускло поблескивающие металлом составляющих нитей, огораживая площадь.

– Беги! – ворвалась в мой мозг мысль Сибелиуса.

– Поздно! – прозвучала другая, полная презрения и злорадства.

Я оглянулась по сторонам и заметила еще одну фигуру, появившуюся на площади. Это был высокий худой человек с длинной копной белоснежных волос, обрамлявших удивительно темное лицо, на котором сияли ярко-алые глаза.

– У нее должен быть шанс! – голос Сибелиуса прозвучал уже наяву.

– Мы ей его и предоставим, прямо сейчас! – мерзкая улыбка скользнула по губам пришельца.

И он вытолкнул за канаты высокого бледного мужчину с отсутствующим взглядом, который, сжимая в руках большую металлическую штуковину, двинулся прямо ко мне.

И тут на меня накатило, почище, чем во время инцидента с Альбиной! Я ушла в другой мир совсем не для того, чтобы начинать все с начала! Какие-то местные уроды-старожилы желают, чтобы я плясала под их дудку и снова становилась «мальчиком для битья» на потеху скучающей публике. НИ ЗА ЧТО! Я неосознанно поднесла к груди сжатые в кулаки руки, а потом из моего горла вырвался крик отчаяния и гнева:

– ГОРИТЕ ВЫ, ВСЕ, СИНИМ ПЛАМЕНЕМ!

Как я их, всех, ненавидела! Я была готова умереть на месте, но прежде унести с собой всех этих самодовольных болванов. Мой голос заметался среди домов, а затем я с удивлением услышала вопли боли и страха. Снова сфокусировав взгляд, я увидела, как по металлическим волокнам канатов, и в самом деле, побежали синие всполохи, и как только они касались рук стражника, раздавался очередной вопль боли. Я повернулась в сторону темнолицего пришельца и протянула к нему свои руки, будто пытаясь дотянуться до его горла. Расстояние между нами было велико, но мужчина схватился за горло, будто его душили невидимые руки. А за тем развернулся, перескочил через упавшее ограждение и кинулся бежать в переулок.

На площади воцарилась напряженная тишина, а затем я услышала высокий надтреснутый голос Сибелиуса:

– Я, полноправный свободный гражданин Сибелиус, свидетельствую, что во время испытаний был продемонстрирован, как минимум, седьмой энергетический уровень! И я объявляю себя гарантом этой женщины.

– Я тоже объявляю себя гарантом! – мою руку сжала маленькая ладошка, и я увидела рядом с собой, невесть откуда, возникшую Локки.

Она лукаво улыбнулась подоспевшему Сибелиусу и негромко добавила:

– Только, на мой взгляд, уровень был, как минимум, девятый! А это значит, что я в ней не ошиблась! Но пока нам лучше укрыться где-нибудь, хоть у тебя дома, Сибелиус! Девушке стоит отдохнуть и прийти в себя после испытания.

Старичок согласно кивнул, но потом нерешительно повернулся в сторону своей палатки, судя по всему, он опасался оставлять ее на произвол судьбы. Локки уловила его взгляд и, хитро усмехнувшись, предложила:

– Мы сэкономим кучу времени, если ты позволишь мне собрать твой товар и донести до дома в своих карманах!

Сибелиус недовольно поморщился, пробормотав:

– Ты непременно опять что-нибудь присвоишь! Но сейчас время нам дороже денег и всего остального!

Девчонка удовлетворенно кивнула, пристально посмотрела в сторону прилавка, а затем ее просторное платьице вдруг подозрительно вздулось в верхней части, выше узорчатого пояска. Локки подтянула поясок потуже, а потом снова схватила мою ладонь и предложила:

– А теперь сматываемся отсюда!

И указала в сторону Сибелиуса, который уже шустро ковылял в направлении одного из переулков.

Глава 3. Башня

Буквально через несколько минут мы оказались возле довольно узкого каменного строения, верхние этажи которого терялись в клубах зеленоватого тумана. Старичок приложил руку к пластине в середине металлической двери, густо покрытой какими-то замысловатыми узорами, после чего дверь, с противным скрипом, подалась вовнутрь. Сибелиус проскользнул в дом через появившуюся щель, пробормотал что-то вроде приглашения войти и втянул меня за руку. Локки шмыгнула следом, после чего хозяин затворил дверь и с облегчением вздохнул:

– Заградительные барьеры, установленные Ивонной, еще сильны, и чужим сюда, так просто, не попасть! Служители Паучьей Королевы, вряд ли, сразу решат идти на штурм, скорее созовут Совет Ближних, и попытаются определить наиболее выгодную, в энергетическом плане, стратегию.

– Ага! – уверенно подтвердила Локки, уже шагавшая в сторону большого стола, стоявшего в дальнем конце узкой и длинной комнаты. – Для начала, они попытаются привлечь новоприбывшую на свою сторону, чтобы обманом присосаться к ее энергетическому полю.

Пробираясь за ней между многочисленных сундуков и ящиков, я с удивлением разглядывала помещение, освещенное немногочисленными, укрепленными на стенах, стеклянными емкостями замысловатых форм, внутри которых клубилась и переливалась неяркими разноцветными всполохами какая-то газообразная субстанция. Предметы обстановки были выполнены из камня или металла, даже полы были выложены полированными плитами зеленоватого камня. Но вопреки ожиданиям, мои босые ступни ощущали не холод, а приятное тепло. Присмотревшись к своим спутникам, я поняла, что они тоже босы, и сразу вспомнила рассказ Сибелиуса о способе подпитки энергией. Похоже, что в подземном мире все было подчинено именно этой цели.

Девчонка первая добралась до стола, щелкнула пальцами, и на нем появились, сваленные в кучу, вещички из палатки старика. Сибелиус охнул, и заковылял еще быстрее, стараясь рассмотреть состояние своего имущества. Локки же довольно усмехнулась, ткнула в него чумазым пальцем и заявила:

– Я сохранила твои сокровища и заслужила награду!

Сибелиус сокрушенно покачал головой и промолвил:

– Ты же знаешь, что я не любитель сладкого! Но поройся на полках, где-то должно было оставаться рождественское печенье.

Я удивленно вздернула брови, вспомнив, что наверху царил август месяц, но Локки довольно взвизгнула, пододвинула металлический табурет и начала быстро вскрывать все подряд керамические сосуды, до которых получалось дотянуться.

Поймав мой недоуменный взгляд, Сибелиус тепло улыбнулся и промолвил:

– Малые горные эльфы – уникальный народец! Они ухитряются сохранять детскую непосредственность восприятия жизни, несмотря на то, что живут по нескольку сотен лет. С этой проказницей я познакомился уже около двух сотен лет назад, а моя жена утверждала, что она знакома с ней гораздо дольше. И характер ее всегда был именно таким, как у шкодливого человеческого ребенка, любящего сладости и приключения. И тело остается неизменно таким же.

– Зато, и жить нам проще, не надо растрачивать силы и энергию на всякие ваши интриги и переживания! – пробурчала Локки, с хрустом вгрызаясь в фигурное печенье, обнаруженное в одной из банок. – А малому телу и энергетической поддержки нужно меньше, при переходе и вообще…

– Но ведь, ты зачем-то приняла участие в моей судьбе! – недоуменно пожав плечами, промолвила я.

Локки обернулась и посмотрела на меня неожиданно серьезным и взрослым взглядом:

– Ты была не на своем месте! Признай, что наверху тебя преследовали сплошные неприятности, ты не находила удовлетворения ни в одном занятии, окружающие не понимали твоих реакций и поступков. Сплошная дисгармония! Здесь тоже все непросто, но твои поступки и реакции гораздо лучше вписываются в общественный уклад.

– Но только ли поэтому? – в голосе Сибелиуса прозвучало неприкрытое сомнение в таком альтруизме.

– Не только! – кивнула девчушка, вгрызаясь в очередное печенье. – Наш народ всегда балансировал на грани двух миров, скользил вдоль струн Равновесия. А теперь оно изрядно пошатнулось, и не без помощи Паучьей Королевы! Уж ты-то должен был заметить, на музыке тонких сфер такие процессы отражаются в первую очередь!

Старичок задумчиво покачал головой:

– И ты попыталась найти того, кто составил бы противовес темным альвам!

Девчонка пошарила рукой в банке, потом с сожалением вздохнула, отставляя в сторону пустой сосуд:

– После смерти Ивонны, я долго думала, почему светлые потерпели столь сокрушительное поражение? И пришла к выводу, что добро менее активно, чем зло, оно уверено, что его преимущества очевидны для большинства разумных существ. Но это не так, и Верхний Мир тому подтверждение! Ростки зла могут найти для себя питательную почву в душе даже самого добродетельного существа. И это не аномалия, а просто отражение природной гармонии. В мире не существует абсолютов, и в этом причина его устойчивости. А Паучья Королева об этом забыла, пытаясь сконцентрировать всю энергию на одном полюсе и, таким образом, лишая наш мир устойчивости. Да еще «верхние» последнее время бездумно играют с энергиями такой силы, что, вот-вот, нарушат глобальную сеть распределения энергии на планете. Нам нужен кто-то, способный противостоять нарастанию негативных процессов, и при этом не боящийся отвечать темным альвам их же способами.

– В общем, вам нужно «добро с кулаками»! – криво усмехнувшись, отметила я. – Вот только, не понимаю, почему выбор пал именно на меня?

– Других похожих мне просто не попалось! – небрежно пожав плечами, ответила Локки. – Когда-то на подобный поиск, с целью восстановления нарушенного равновесия, ушла Ивонна и привела к нам Сибелиуса, ему удалось своим талантом, на время, гармонизировать музыку тонких земных сфер, повысить у разумных существ стремление к добру, познанию окружающего мира и его равновесия. Но не на всех эта музыка подействовала, и Ивонна проиграла. Теперь другое время, другие обстоятельства, потому-то и нужен совсем другой помощник Равновесия.

– И чем же я смогу ему помочь? – искренне удивилась я.

– Своим стремлением к справедливости! – заявила Локки, казалось, что она абсолютно уверена в своей правоте.

А следом за тем, она широко зевнула и с детской непосредственностью заявила:

– А теперь я хочу спать, мне тоже нелегко достались все эти приключения! Сибелиус, ты уступишь мне один из своих саркофагов?

Старик кивнул и поманил девчонку к одному из больших каменных ящиков, стоящих у стены. Локки немедленно скинула пестрое платьишко и забралась вовнутрь, а он захлопнул над ней крышку. Посмотрев на мое встревоженное лицо, Сибелиус понимающе усмехнулся и произнес:

– Таким образом, она быстрее всего восстановит истраченную энергию. Аборигены этого мира умеют вводить свой организм в состояние, подобное коме, когда он общается с окружающей средой только на энергетическом уровне, а замкнутые вместилища из особого минерала позволяют поглощать энергию всей поверхностью тела.

Я невольно поежилась, представив себя в тесном каменном ящике, но старик ободряюще улыбнулся и похлопал меня по руке:

– Мне тоже так и не удалось привыкнуть к подобному отдыху, но для таких, как мы, в моем доме имеются специальные скамьи.

И он указал на несколько каменных изваяний разного размера, прилепившихся к стенам его жилища. Но я была слишком взбудоражена, чтобы обращать внимание на усталость. Сибелиус понял это по моему лицу, тяжело вздохнул и предложил:

– Если ты предпочитаешь разговоры отдыху, тогда нам лучше подняться в мой кабинет. Там есть удобные кресла и можно попить чайку.

С этими словами, старик нажал на какой-то выступ, и в стене открылась узкая дверь, куда он и нырнул, прихватив стоявший на столе стеклянный светильник.

Светильник оказался совсем не лишним, так как узкая винтовая лестница круто поднималась внутри лишенного окон коридора, делая достаточно регулярные повороты. Мы поднялись довольно высоко, прежде чем Сибелиус открыл в стене еще одну дверь. Шагнув в нее, я оказалась в месте, которому бы более всего подходило название «кабинет алхимика». Посреди комнаты стоял большой каменный стол, уставленный различными склянками, ретортами и ступками. В центре возвышался большой камертон, и мне припомнилось, что Локки что-то говорила о «музыке сфер».

Хозяин кабинета порылся на столе, высвободил большую металлическую треногу, в основании которой находилась металлическая же тарелка, засыпанная пеплом, а затем снял с полки небольшой чайничек из темного металла. Налив в него воды и водрузив на треногу, Сибелиус выбрал довольно большую колбу, бросил в нее непонятного вида комок, выудив его из закрытой каменной шкатулки, и предложил мне устраиваться на одном из пяти каменных кресел, стоявших вокруг стола. Выбрав то, которое оказалось ближе всего к хозяйскому месту, я наблюдала за тем, как старик высекает искры с помощью двух каменных пластин, стараясь попасть на размещенный под чайником маленький темный кубик, вскоре покрывшийся мелкими фиолетовыми лепестками пламени. Удовлетворенно крякнув, Сибелиус отошел к увешанной полками стене, и по его бормотанию я поняла, что он пытается найти что-нибудь похожее на чашки.

Мой же взгляд бродил по столу, уставленному столь необычными предметами, что я не сразу могла предположить их возможное предназначение. Особенно загадочными они выглядели в свете настольной лампы, резервуар которой постепенно поменял цвет с зеленовато-голубого на оранжевый. Мне почему-то вспомнился закат над морем, когда солнце имело такой же насыщенный цвет и причудливо меняло форму. И в тот же миг я вздрогнула от неожиданности, так как в сосуде появилась в точности та же самая картина.

– С-Сибелиус! – ошеломленно промолвила я, указывая рукой на лампу. – Как она это делает?

Старичок обернулся, посмотрел на светильник и снисходительно улыбнувшись, вернулся к столу, неся в руках две керамические плошки, отдаленно напоминающие пиалы.

– Элементалю понравилось твое красочное воспоминание, и он решил воспроизвести его, – пояснил Сибелиус, протирая пиалы краем своего кафтана.

– Ты хочешь сказать, что та штука внутри стеклянной емкости – живая? – пораженно воскликнула я. – А ты держишь ее в плену, чтобы она освещала твой дом?

Такой подход возмутил меня до глубины души, я снова почувствовала вскипающую волну гнева. Субстанция внутри лампы немедленно окрасилась в багровый цвет. Но Сибелиус отрицательно покачал головой:

– Ты не совсем верно поняла ситуацию! В здешнем мире все основано на свободной энергии, элементали же являются ее простейшей разумной формой. Но их разум так слаб, что способностей не хватает даже на то, чтобы принять и долго сохранять какую-нибудь форму. Поэтому они с удовольствием занимают место внутри приглянувшегося сосуда. Удержать их там можно, но это требует больших энергетических затрат, гораздо проще предоставлять им большой выбор вместилищ и еще какие-нибудь развлечения, вроде музыки или необычных воспоминаний.

– Так они читают мои мысли? – немедленно забеспокоилась я, вспомнив, что большая часть общения с жителями подземного мира происходила в форме обмена мыслями.

Старичок недовольно поморщился, поскреб свою бородку, явно, выбирая подходящий ответ:

– На счет мыслей ты хватила лишку! Элементалям чужды отвлеченные понятия, они могут улавливать яркие образы и сильные чувства, и как-то их отображать. Не будешь же ты сердиться на попугая, повторившего твои слова, не понимая их истинного смысла, а только копируя звуки! А твои воспоминания и эмоции очень сильны, все элементали от них, просто, в восторге!

И он показал на настенные светильники, которые переливались разными оттенками багрянца.

Тут чайничек на спиртовке принялся издавать булькающие звуки, Сибелиус охнул, завернул полу своего длинного кафтана, схватился ею за ручку чайника и начал переливать воду в подготовленную колбу. А там, под ее воздействием, начал разворачиваться удивительной красоты цветок, заполняя комнату пряным ароматом.

Сибелиус же вздохнул и промолвил:

– Я многое бы отдал за чашку настоящего чая или кофе с молоком! Но здесь наземные растения не приживаются, в отличие от обычаев, местные жители выработали нечто похожее на нашу чайную церемонию.

Он отлил небольшое количество бледно-лилового настоя нам в пиалушки, долил в колбу еще воды и предложил мне попробовать напиток. Запах напомнил мне какой-то цветок, а вот, вкус был терпким, отдаленно напоминающим зеленый чай. Но наслаждаться напитком мешали беспокойно роящиеся мысли.

– Так значит, вы можете сами перемещаться между нижним городом и верхним, а принести сюда что-то материальное не удается? Это касается только неживой материи, ведь, меня-то сюда доставили? – спросила я, вспомнив свое появление здесь в абсолютно голом виде.

Сибелиус отставил чашку с чаем и потер нахмуренный лоб:

– Все сложнее, чем тебе представляется! Люди состоят из материальной и энергетической составляющей, которая может осуществлять процесс перехода между Верхним и Нижним мирами…

– Так я, что ли, ненастоящая? – ужаснулась я.

Но ощущала-то я себя совершенно реальной! Ноздри чувствовали необычный аромат фиолетового напитка, рука чувствовала тепло чашки. Даже тело слегка чесалось от прикосновений грубой ткани моего балахона! Для полноты ощущений я потрогала руку Сибелиуса, которая была морщинистой, сухой и теплой, в отличие от прохладной гладкости мраморного стола. Старичок осторожно потрепал меня по руке, в глазах его читалось искреннее сочувствие:

– Твое существование в Нижнем Мире абсолютно реально, ты сохраняешь, привычный тебе, контакт с живыми существами и неживой материей. Твоя энергетическая составляющая достаточно сильна для этого, а также для того, чтобы взаимодействовать с обитателями этого мира и на других энергетических уровнях. Но всего в двух словах не объяснишь! Пока считай, что тут ты существуешь столь же реально, как и в Верхнем Мире.

Но я не отступала:

– Надо тебя понимать так, что сюда переместилась моя энергетическая часть, а тело валяется мертвое, где-то на земле? И с моим тренером и теми четырьмя мужчинами произошло то же самое? И как вы ухитряетесь скрывать последствия таких действий?

Ужас и отвращение окатили меня холодной волной, как только я представила свое тело, валяющееся где-то в переулке.

Сибелиус снова потрепал меня по руке, видимо почувствовав мое состояние:

– Ну, во-первых, ты бы не попала сюда, не окажись твое желание покинуть тот мир достаточно сильным. Во-вторых, наверху остается твоя «тень», которая способна поддерживать тело в сохранности приблизительно в течение месяца, если вдруг у переместившегося появится достаточно желания и сил для того, чтобы вернуться обратно. Но, как мне кажется, у тебя такого желания появиться не должно. Локки права, ты больше подходишь для Нижнего Мира, чем для Верхнего.

Но меня беспокоило совсем другое:

– Я и не собиралась возвращаться обратно, но мой тренер попал сюда совершенно случайно! Он пытался защитить меня от моих врагов и не дать совершить необдуманный, как ему казалось, поступок. А в итоге, оказался здесь, и его увели тролли! Я просто обязана, помочь ему вернуться назад!

Лицо Сибелиуса еще сильнее помрачнело:

– Для того, чтобы выкупить пришельца, которого увели на Арену, необходимо получить статус полноправного гражданина. А чтобы переместить обратно наверх его энергетическую составляющую, необходимы весьма значительные энергозатраты, которые стоят немалых денег. У тебя, пока что, нет ни того, ни другого!

Но я не собиралась сдаваться:

– Но как мне показалось, я прошла проверку на энергетический уровень! Сколько там мне положено было набрать? Семь или девять?

Старик недовольно поджал губы:

– Для того, чтобы получить статус свободного гражданина, достаточно пятого уровня. Ты генерировала энергетический всплеск, который вывел из строя нескольких троллей и разрушил энергетический барьер переносной арены, это, как минимум, седьмой, а скорее даже восьмой. Локки сказала, что ты обратила в бегство темного альва, а это – не менее девятого. При этом тебе удавалось контролировать расход энергии и не растрачивать ее по пустякам, я заметил несколько мелких всплесков, которые ты быстро подавила, а это указывает наличие подготовки, характерной для опытных магов. Но в то же время ты ничего не знаешь о нашем мире! Мой переход готовила Ивонна, она была магом двенадцатой ступени, я вступил в этот мир, уже многое зная о нем, но и то поначалу мне пришлось совсем непросто!

– А сейчас у тебя какой уровень? – поинтересовалась я у него, надеясь, что вопрос не слишком неприличный.

Сибелиус тяжело вздохнул:

– Сейчас я с трудом наскребу энергии на пятый уровень, хотя, по прибытии считался магом седьмого уровня!

– А как обстоят дела у Локки? – задала я давно терзавший меня вопрос. – Она, как я поняла по вашим же словам, довольно часто путешествует в другой город.

Старичок покачал головой:

– С малыми эльфами трудно сказать что-то определенное! Я никогда не видел, чтобы кто-то из них использовал свою энергию в боевых целях, но у них чрезвычайно сильны врожденные способности к телепортации и маскировке, что делает их идеальными ворами. Локки может украсть любой предмет, как в этом, так и в другом городе, заморочить голову и отвести глаза своим врагам, а также владельцам похищаемого товара, поэтому темные альвы предпочитают с ними не связываться. Зато, перевозчики и проводники между мирами охотно пользуются их услугами.

У меня перед глазами немедленно всплыла вымазанная в шоколаде мордашка Локки, которую я увидела в подворотне. Что-то не складывалось!

– Но почему тогда я ее увидела? – недоуменно спросила я. – Она это сделала специально?

Сибелиус пожал плечами:

– Когда эльфы заманивают сюда людей из верхнего города, с целью передать их служащим Арены, то они проверяют вас на минимальный энергетический уровень, позволяющий совершить переход, а это где-то третий, а потом приоткрывают свою завесу. В твоем же случае, как я понял, ты сумела разглядеть Локки даже под маскировкой. Еще более странным мне кажется то, что твой друг сумел найти тебя в зале перехода и даже последовать за тобой в наш мир! Это предполагает наличие у него очень прочной связи с тобой и немалые собственные способности, ведь, зал перехода – это тщательно скрываемое место.

– Но почему же, тогда он не сумел противостоять троллям? – недоумевала я. – Наша связь с ним может объясняться тем, что Тимур учил меня не только правилам боя на спортивной арене, но и умению контролировать свое дыхание и состояние нервной системы. И если вы утверждаете, что мне это помогло в борьбе с троллями и темным альвом, то он-то продвинулся в этом искусстве гораздо дальше меня!

Сибелиус снова покачал головой:

– Во-первых, неподготовленный человек попадает сюда сильно дезориентированным, он не понимает, что происходит и кому можно доверять. Тебе сильно помогла Локки, не позволив сразу попасть в лапы троллей, у которых есть оковы, сдерживающие применение внутренней энергии. А еще люди, принадлежащие к так называемым цивилизованным слоям общества Верхнего Мира, привыкли сдерживать свои эмоции и ограничивать, тем самым, свое влияние на окружающих. Твой взрыв эмоций был чем-то настолько неординарным, что напугал даже темного альва!

– Меня всегда ругали за несдержанность, – пробормотала я, смущенно потупив голову. – И надо сказать, что в обычной жизни я натерпелась из-за этого неприятностей, хотя, на спортивной арене приступ гнева иногда помогал справиться с гораздо более сильным противником.

– Умение управлять своим гневом, использовать его в своих целях – очень ценная способность, темные альвы не один год учат своих воинов такому мастерству, – восхищенно покачав головой, признал Сибелиус. – Судя по всему, Локки хорошо оценила твои способности, прежде чем пригласить в наш город! И я так думаю, у нее уже есть план твоего внедрения в это общество.

– Мне наплевать на ее план! – сердито нахмурившись, пробормотала я. – Прежде всего, я хочу освободить своего тренера!

Старичок неодобрительно поджал губы и покачал головой:

– Действуя напролом можно наломать дров и только навредить твоему другу! Тебе удалось справиться с небольшим отрядом охотников на чужаков, но казармы Большой Арены, куда уже поместили твоего друга, хорошо защищены от энергетического воздействия и охраняются специально подготовленными темными альвами. С налету, их не одолеть, а потом еще надо будет уговорить перевозчиков пойти против воли Паучьей Королевы. Гораздо разумнее будет поутру выслушать предложения Локки и попытаться увязать их с твоими желаниями. А пока было бы лучше попытаться восстановить уровень энергии и наладить контакт с Зеркалом Сновидений.

– Ах, да, Зеркало! – воскликнула я, запуская руку в поясную сумку. – Вы же не успели мне ничего про него рассказать!

Нащупав ручку, я вытянула Зеркало наружу и с удивлением уставилась на него. Сейчас плоскость зеркала ничем не напоминала простое стекло. Поверхность внутри витого ободка мерцала и переливалась множеством цветов и оттенков, неуловимо быстро сменяющих друг друга. Мне это чем-то напомнило поведение настольного светильника, и я неуверенно произнесла:

– Мне кажется, или это – тоже элементаль?

Сибелиус улыбнулся и одобрительно кивнул головой:

– Ты уже начинаешь осваиваться в нашем мире! Зеркало Сновидений имеет приблизительно ту же природу, только тут элементаль гораздо более высокого уровня, нежели в светильниках. Для него гораздо важнее духовный контакт с конкретным разумным существом, способным побуждать Зеркало использовать свои способности, причем, этот элементаль очень придирчив в выборе партнера! И никто не в состоянии принудить его к нежелательному контакту, иначе, Паучья Королева давно бы уже наложила на него свою лапу!

– А что он умеет делать? – поинтересовалась я, не отрывая взгляда от Зеркала.

Старичок вздернул костлявые плечи и развел руки в жесте полного недоумения:

– У меня с ним никогда не получалось полноценного контакта, но Ивонна рассказывала, что существует мнение, будто возможности этого элементаля сильно зависят от душевных качеств его партнера. Он может отыскать определенного человека в любом из миров и показать его изображение, может смоделировать наиболее вероятный ход событий, основываясь на всестороннем анализе действующих лиц и прилагающихся внешних обстоятельств.

– То есть, предсказывать будущее? – уточнила я.

– Один из наиболее вероятных его вариантов, – поправил Сибелиус. – Точной определенности не существует, однако Зеркало может учесть в своем прогнозе неимоверно большое количество энергетических взаимосвязей, потому-то его предсказаниям можно доверять. Во всяком случае, так мне говорила жена.

– А почему оно – Зеркало Сновидений? – я попыталась разобраться в механизме действия. – Оно разговаривает со мной через сны?

– Такое общение считается наиболее полным, – кивнул Сибелиус. – Но иногда Зеркало может показать картину в момент твоего бодрствования на плоскости внутри рамки.

– А почему сейчас оно так себя ведет? – поинтересовалась я, показывая собеседнику на хаотичный хоровод красок.

Старик снова неодобрительно поджал губы:

– Я, ведь, тебе уже говорил, что вам надо настроиться друг на друга, и лучше сделать это во сне! Ты бы прилегла на скамеечке и успокоилась, глядишь, к утру все и наладится.

С этими словами он указал мне на каменный диванчик, стоявший в дальнем от нас конце узкой и длинной комнаты. Я поняла, что мне вежливо предлагают прервать на время разговор, и двинулась в указанном направлении.

Ложе, казалось, вырастало прямо из стены и представляло собой нечто вроде стилизованного цветка с полураскрытыми лепестками, один из которых мог служить изголовьем, а другой – упором для ног. Сибелиус предложил мне лечь и подстроил изголовье и ножной упор под мой рост, после чего протянул пестротканое покрывало и удалился в сторону своего стола. Свет от элементаля стал менее ярким, я прикрыла глаза и прислушалась к чуть слышному звону, издаваемому Зеркалом. Сначала в моей голове начали всплывать картины прошедшего дня, но постепенно они уступили место более ранним воспоминаниям, и я не заметила, как соскользнула в сон.

Глава 4. Локки

Картины раннего детства, окутанные флером радости и счастья, причудливо перемешивались с более поздними эпизодами, наполнявшими меня чувством ярости и гнева, разочарования и печали. И все они были столь яркими и живыми, что я ни минуты не сомневалась в их реальности. Но постепенно столь быстрая смена декораций зародила в душе какое-то сомнение в реальности происходящего, я вынырнула из потока воспоминаний и открыла глаза.

В первый момент мне показалось, будто прошло несколько минут и ничего не изменилось. Я находилась все в том же кабинете алхимика, освещенного неярким сиянием настольного элементаля. Мерцающий свет заставлял предметы отбрасывать странные тени, искажал их собственные формы и очертания. Сначала мне почудилось, что за столом находится Сибелиус, но затем негромкий хруст заставил меня приглядеться повнимательнее, и поняла, что на месте хозяина дома восседает Локки, которая жует очередное печенье и разглядывает элементаля, периодически касаясь его тонкими пальчиками. Судя по изменяющимся цветам, он показывал девчонке какие-то картины.

Увидев, что я приподнялась на своем ложе, Локки прижала к губам тонкий пальчик и тихо промолвила:

– Сибелиус спит, не беспокой его, старику нужно гораздо больше времени для восстановления потраченной энергии, чем нам с тобой! Если хочешь, я могу налить тебе чаю и поделиться печеньем.

Оглядевшись по сторонам, я увидела хозяина кабинета, лежавшего у противоположной стены на каменной скамье, чем-то похожей на мою. Скамья тоже казалась выросшей прямо из стены дома и неярко мерцала зеленоватым светом.

– Ты права, башня и ложе – единое целое, Ивонна вырастила их из того горного пласта, который мой народ называет «кости земли», обеспечив этим высокую эффективность подзарядки, – все так же негромко пояснила Локки, очередной раз доказав, что запросто умеет копаться в моих мыслях.

Уловив возникшую во мне волну раздражения, девчушка недовольно поморщилась и предложила:

– Присаживайся поближе, и мы сможем спокойно поболтать!

Бросив еще один взгляд на спящего Сибелиуса, который во сне выглядел еще более старым, чем в бодрствующем состоянии, я тихо подошла к столу и уселась в полюбившееся кресло. Локки удовлетворенно кивнула, засунула в рот остаток печенья, пододвинула спиртовку с чайником, щелкнула пальцами, и по лежащему внизу кубику снова побежали фиолетовые язычки пламени. Затем девчушка порылась в каменной шкатулке и выудила оттуда ярко-розовую пирамидку, которую поместила в большую колбу. Под воздействием воды, та превратилась в гроздь мелких розовых цветков, а по комнате поплыл запах спелой малины.

Посмотрев на мое ошарашенное лицо, проказница довольно улыбнулась:

– Мне нравятся многие вкусы и запахи из тех, что я пробовала наверху. Временами я экспериментировала в лаборатории Сибелиуса, но старик их почти не использует, говорит, что не хочет лишний раз вспоминать о том мире, куда ему уже не вернуться. Но, тем не менее, он постоянно создает это чудесное печенье, которое пекли в его семье к какому-то празднику.

И она выудила из керамической банки очередную печенюшку, похожую на стилизованного северного оленя.

– Так все-таки отсюда невозможно вернуться в верхний город? – нахмурившись, спросила я. – Сибелиус мне вчера сказал совсем другое!

Лицо Локки стало серьезным:

– Я и не утверждала, что возвращение совсем невозможно! Ты, если сильно постараешься, сумеешь вернуться, а у Сибелиуса уже не хватит на это сил. Да, и желания уже не возникнет, тот мир, который он помнил, ушел в далекое прошлое, и старик это понимает. Но ты, ведь, не о себе беспокоишься?

– Ты знаешь, что сюда вместе со мной случайно попал небезразличный мне человек. Он сделал для меня много хорошего, и я обязана помочь ему вернуться! – довольно резко ответила я.

Глаза девчонки превратились в узкие щелки:

– Ты говоришь про того мужчину, который пытался помешать твоему переходу? У него должны существовать неординарные способности, если он сумел проникнуть не только сквозь мою маскирующую завесу, но и преодолеть заградительный барьер зала перехода! А ты уверена, что он не по своей воле последовал за нами сюда?

– Мой тренер рассказывал мне о той философской системе, которой он следовал, там существовали особые приемы, способные помочь полнее сливаться с окружающей нас природой. Возможно, именно поэтому он сумел увидеть истинную суть вещей. Но я никогда от него не слышала о том, что он хотел бы сбежать из нашего мира! – упрямо заявила я. – И уж во всяком случае, он никогда не хотел бы, оказаться вынужденным сражаться на потеху публике!

Лицо моей собеседницы приобрело задумчивое выражение:

– Я понимаю, о чем ты говоришь! Подобные люди, время от времени, рождаются в вашем мире и даже создают некие общности, изучающие Законы Равновесия природы. Особо выдающимся членам таких сообществ удавалось найти проход в наш Нижний Мир. А в исключительных случаях даже вернуться обратно. Я припоминаю, что встречала на своем пути одного такого человека. Он сразу заявил о себе, как маг девятого уровня, и добился независимого положения в обществе. Правда, активного участия в здешней жизни он не принимал и вскоре вернулся обратно. Однако, это происходило совсем в другие времена.

– Что ты хочешь этим сказать? – забеспокоилась я.

– С тех пор, как всем тут начала заправлять Паучья Королева, с пришельцами стали поступать гораздо более жестко! – недовольно поморщившись, сообщила Локки. – Служители Арены отслеживают все всплески перехода и ловят вновь прибывших в тот момент, когда они находятся в дезориентированном состоянии и не могут постоять за себя. Мне удалось создать для тебя условия, в которых ты сумела официально заявить о своем энергетическом уровне, причем, при большом скоплении народа.

– А что помешает сделать тоже самое моему другу? – недоуменно спросила я. – Ведь, по твоим словам, у него тоже есть способности!

– Ты должна была заметить, что у троллей есть приспособления, помогающие сдерживать и поглощать энергетические выбросы, – напомнила Локки. – А казармы при Арене выращены из совершенно другого материала, нежели башня Ивонны, где живет Сибелиус. Те помещения способны скачивать у человека излишки энергии, а пополнять их он может, только побеждая в сражениях, за счет поверженного противника. Так что, получается определенный казус. Человек имеет возможность накопить определенный уровень энергии, но ему не дают это сделать, поэтому он и не может ее продемонстрировать, чтобы стать свободным членом общества.

– Хитро задумано! – мрачно пробурчала я. – И, тем не менее, я должна что-то придумать, чтобы его освободить, а там уж, пусть сам решает, хочет он оставаться тут или вернуться наверх.

– Если ты так решительно настроена, то мы тебе поможем, – примирительно улыбнувшись, промолвила девчушка, наливая в мою пиалу розоватый настой, пахнущий малиной. – Только надо все делать так, чтобы у королевы не было возможности сразу к тебе придраться за нарушение законов и применить силовое воздействие. Ты еще слишком мало знаешь о нашем мире, чтобы вступать в прямую конфронтацию со всем кланом темных альвов. Поэтому мы подождем пробуждения Сибелиуса, а потом посетим состязания на Большой Арене. Уверена, что именно там будут показывать новых пришельцев. Посмотрим, каков твой друг в деле, а потом попытаемся его выкупить или взять под защиту.

И она протянула мне половинку печенья, как бы предлагая заключить с ней договор.

Но я с удивлением поняла, что не ощущаю потребности в еде, хотя, по моим подсчетам, последний раз я принимала пищу почти сутки тому назад. Повертев в руке печенье, я только еще посмотрела на Локки, как она ответила на мой невысказанный вопрос:

– Здесь для тебя нет особой необходимости в еде или питье, функционирование твоего тела поддерживает прямое поглощение энергии от «костей земли». Но не стоит совсем от них отказываться, может сложиться ситуация, что еда станет для тебя единственным источником энергии. А потом, это просто доставляет приятные ощущения! – добавила она, с удовольствием поглощая хрустящие печенья.

Глава 5. Сибелиус

– И хоть бы раз, предложила помощь в их изготовлении! – послышался скрипучий голос Сибелиуса

Я обернулась и увидела, что старичок сидит на своей скамье и растирает колени. Он показался мне похожим на нахохлившегося воробушка, своей встрепанной головой и костлявыми плечами, выступающими из-под накинутого на плечи пестрого покрывала. Локки скорчила потешную гримаску, прикрыла банку крышкой, и, щелкнув пальцами, вновь разожгла огонь в настольном очаге. Затем она развернулась в кресле, лицом к полкам, скользнула по ним беглым взглядом и внезапно в ее руках оказался, совершенно привычный мне, заварочный чайник и большая фарфоровая кружка.

– А я-то никак не мог понять, куда они запропастились! – всплеснул руками Сибелиус, как раз, доковылявший до стола.

– Спрятались в той куче хлама, которую ты называешь своим имуществом, – проворчала Локки, проворно уступая старику его место во главе стола, сама же неуловимо быстрым прыжком переместилась на соседнее кресло.

Там она немного поерзала, наблюдая, как Сибелиус ополаскивает кипятком, над большой глиняной миской, чайник и чашку, затем порылась у себя за пазухой и протянула старичку небольшой кулек, завернутый в пестрый лоскутик.

– Я всегда думала, что тебе доставляет удовольствие, готовить эти хрустящие штуковины, потому, что нравится смотреть, как я их потом ем! – немного смущенно промолвила девчушка. – И я припасла тебе подарок, который должен тоже доставить тебе удовольствие!

На лице старичка расцвела счастливая улыбка:

– Ты совершенно права, малютка! Когда ты ими хрустишь, то удивительным образом напоминаешь мою младшую сестренку. Та тоже была великой сластеной, и всегда добиралась до рождественских печений раньше, чем наша мать выставляла их на праздничный стол.

А когда он развернул лоскутик, то его улыбка стала еще шире. Я решила посмотреть, что привело его в такой восторг, и привстала в кресле. Моим глазам предстала небольшая прозрачная пирамидка, заполненная крупными черными чаинками, бумажный пакетик с сахаром и такой же пакетик со сливками. Судя по ярлычкам, их стащили в каком-то придорожном кафе быстрого питания. Качество их вкуса, насколько я помнила, оставляло желать лучшего, но лицо хозяина дома просто сияло!

– Как ты сумела их раздобыть? – прошептал Сибелиус, словно не веря своим глазам.

– Выменяла у бродяги-гремлина, – смущенно потупившись, сообщила Локки, – и не спрашивай, чего мне это стоило!

Сначала я изумилась такой реакции, затем вспомнила о невозможности пронести через барьер перехода неодушевленную материю, а потом осознала полный смысл ее заявления.

– Значит, можно попасть в Верхний Мир, минуя перевозчиков? – решила уточнить я свою догадку.

– Важно не то, как туда пробраться, для этого можно использовать разломы пластов породы, да, и жители Верхнего Мира постоянно роются в горах, выкапывая все новые тоннели, важно то, как сохранить наверху функциональность своего здешнего тела! – менторским тоном, подняв вверх чумазый указательный пальчик, заявила девчушка. – У гремлинов лучше всех получается, скачивать свободную энергию «верхних», используя многочисленные преобразователи энергии, которыми набиты их дома. А еще гремлинам не скучно многие недели путешествовать по пустынным и тесным, забытым, тоннелям, неся с собой то, что удалось стащить наверху. Мне-то приходится довольствоваться тем, что удается съесть прямо на месте.

Тут она сердито нахмурилась и почесала спутанный затылок:

– Сначала я была против того, что Паучья Королева решила заблокировать тоннель, ведущий прямо в город над нами, но потом поняла, что твои соотечественники стали слишком настырны, в попытках проникнуть в наш мир. И в попытках разрушить энергетическую сеть планеты. Эти два города достаточно давно существуют в одной связке, наш стал одним из основных узлов энергетической сети планеты, неизвестно как на ней отразится чужеродное вмешательство в таком важном месте!

Встретившись с моим непонимающим взглядом, девчушка встряхнулась и сменила тему разговора:

– Что-то мы тут разболтались! Если хотим попасть на Большую Арену к началу боев, стоит поторопиться!

Обернувшись к Сибелиусу, она спросила:

– У тебя, ведь, остались какие-нибудь платья Ивонны? Я полагаю, стоило бы переодеть нашу гостью!

Я с удивлением заметила, что по лицу старика промелькнула гримаса боли, окинула взглядом свой пестрый балахон и промолвила:

– Мне, конечно, немного непривычно ходить в таком пестром мешке, но может быть, не стоит терять время?

Локки нахмурилась и затрясла головой, выражая свое полное несогласие:

– В таком виде тебя сразу узнают! Своим выступлением на площади, ты обратила на себя всеобщее внимание, а нам незачем заранее заявлять на Арене о своем присутствии. Темные – не идиоты, они сразу свяжут твое появление с желанием увидеть кого-то из прибывших вместе с тобой. Тогда они их спрячут, чтобы использовать в качестве приманки или средства давления на тебя.

– Пожалуй, она права! – с тяжелым вздохом согласился Сибелиус. – В спальне Ивонны стоит сундук с ее одеждой, надеюсь, что мы сумеем там что-нибудь подобрать.

Упомянутая спальня оказалась напротив кабинета Сибелиуса, отделенная от него лестницей, и сразу стало понятно, что когда-то тут обитала женщина. Напротив входа обнаружилось огромное зеркало в каменной резной оправе, изображавшей цветущие ветки плюща. Неподалеку находилось каменное же кресло с высокой спинкой, а перед ним – изящный каменный столик, на котором расположился светильник, камертон и какое-то замысловатое сооружение из стеклянных палочек. С другой стороны располагались два больших каменных ящика, тоже покрытых цветочным узором.

Сибелиус указал на тот, который был ближе к зеркалу, а сам тяжело опустился в кресло у стола. Локки на удивление легко справилась с запором, массивная крышка поднялась и застыла в вертикальном положении. Мне было ужасно неловко рыться в чужих вещах, но у Локки такого комплекса не существовало. Девчонка до половины погрузилась в сундук и принялась перебирать вещи, что-то бормоча себе под нос. Через пару минут она издала радостный возглас и вытащила на свет какую-то каменную шкатулку.

– Подставляй руки! – приказала она и вытряхнула мне в ладони мягкий и почти невесомый темный комочек.

Не успела я поинтересоваться, что это такое, как он начал медленно разворачиваться и увеличиваться в размерах, вскоре превратившись в небольшой шарф.

– Скидывай свой балахон и оборачивай это вокруг шеи, да побыстрее! – приказала она, и даже топнула ногой от нетерпения. – Это – живое платье, оно должно еще во время роста принять твои формы, иначе придется начинать все с начала!

Заинтригованная «до нельзя», я быстро проделала указанную последовательность действий и почувствовала, как по телу словно бы потекли струи теплой воды, лаская и успокаивая раздраженную жестким балахоном кожу. Девчонка же вспрыгнула на край сундука и принялась натягивать что-то мне на голову. Глянув в зеркало, я обнаружила себя одетой в длинное темное платье, а верхняя часть быстро превращалась в капюшон.

– Я так и думала, что Ивонна должна была сохранить свою старую одежонку! – отметила Локки, окидывая меня удовлетворенным взглядом. – Теперь ты выглядишь, как настоящая метресса, высший маг из клана темных альвов.

– А разве Ивонна была темной? – недоуменно промолвила я, припомнив прежние рассказы о жене Сибелиуса.

Девчонка небрежно пожала плечами:

– Все мы, по сути своей, одинаковые! Оттенок зависит от выбора пути.

Тут она обратила внимание на лежащий у моих ног пояс и мешочек с Зеркалом Сновидений. Локки осторожно приподняла мешочек, заглянула в него и поинтересовалась:

– А ты уже нашла контакт с Зеркалом?

– Не совсем, – неуверенно промолвила я, забирая у нее пояс и водружая его на надлежащее место.

Когда я коснулась ручки, Зеркало Сновидений издало негромкий звон, озарилось короткой вспышкой и снова засияло приглушенным зеленоватым светом.

– По-моему, ему с тобой нравится! – уверенно заявила девчонка. – Со мной он даже таким образом не хотел общаться. Еще один вопрос, совсем не праздный! Как нам тебя называть?

– Яна! – выпалила я, и тут же услышала возмущенное восклицание Сибелиуса.

– Здесь никому нельзя называть свое полное имя, если только ты готова доверить ему свою жизнь! – закричал он, сердито посмотрев на Локки. – Надеюсь, это была сокращенная версия твоего истинного имени, и полная версия неочевидна для остальных?

– Д-да! – смущенно промямлила я, вспомнив, что имя Ярославны не стояло даже в последней версии моего паспорта.

Это имя было столь экзотическим, что вызывало постоянные насмешки в школе, потому-то я и заменила его, вскоре после получения паспорта. Но именно его я получила при рождении, потому можно было считать его истинным.

Сибелиус удовлетворенно кивнул и еще раз сердито взглянул на Локки, на лице которой проступило непривычное для нее смущение. Но затем девчонка встряхнула лохматой головенкой и предложила:

– Давайте, я побегу вперед, займу места и разведаю обстановку. А к вам пришлю своего братца, Эрика.

И не успели мы что-либо сказать в ответ, как она пестрым клубком метнулась в сторону лестницы и исчезла.

Сибелиус же пожевал губами, бросил на меня несколько смущенный взгляд и промолвил:

– Я понимаю, что Локки очень многое для тебя сделала, но не забывай, что она, прежде всего, преследует свои собственные цели! Имя человека тесно связано с его внутренней гармонией, с его помощью можно нарушить баланс энергии, ослабить, подчинить или даже убить любого здешнего жителя. То, что я забыл тебя об этом сразу предупредить, может оправдать только мой старческий маразм!

– Не переживайте, Сибелиус, – тепло улыбнувшись старику, промолвила я. – Мое полное имя достаточно неочевидно даже для моих соотечественников. А разве нам не надо закрыть дверь за этой пронырой?

Тот слегка улыбнулся и покачал головой:

– Эта башня выпускает всех, кто хочет уйти, а впускает только тех, кого пригласил хозяин дома. Кстати, давай спустимся вниз, и я оформлю и для тебя свободный вход.

Когда мы подошли к двери, то оказалось что изнутри на ней тоже есть похожая пластина с узорами. Сибелиус положил на нее свою ладонь и попросил приложить рядом мою, затем пробормотал несколько слов на неизвестном мне языке. Мою ладонь, как будто, пронзило множество мелких иголочек, затем пластина вспыхнула зеленоватым огнем, и ощущение пропало.

– Но пожалуйста, пользуйся этим правом только в исключительных случаях! – попросил старик. – Все, включая Локки, уверены, что башня создана и защищена магией Ивонны, которую изменить никому не под силу. Моя жена, незадолго до смерти, познакомила охранную систему башни с моей энергетической аурой, так же, как я сделал сейчас с тобой. Но если станет известно, что право приглашения можно произвольно расширять, то Паучья Королева непременно захочет отобрать у меня это пристанище.

– А может быть, мне тоже не стоило доверять? – пробормотала я.

Сибелиус печально улыбнулся и покачал головой:

– Мне уже недолго осталось, а после моего ухода это чудесное сооружение останется бесхозным. Тебе же я доверяю больше, чем хитрюге Локки, у которой семь пятниц на неделе. Сейчас она говорит, что настроена против Паучьей Королевы и за сохранение равновесия всего Нижнего Мира, но главная ее задача – благополучие собственного клана. А все окружающие – средство для ее достижения. Моя жена, Ивонна, была удивительной личностью, искренне желавшей добра всем живым существам, без исключения, всеми силами стремившаяся изменить мир к лучшему. И как не странно, ты чем-то мне ее напоминаешь!

Наш разговор был прерван громким гулом, похожим на удар большого колокола, который издала дверь. Центральная пластина снова засветилась, а затем на ней появилось изображение маленького мальчишки, примерно ровесника Локки, стоящего перед дверью.

– Мастер Сибелиус! – раздался тонкий голосок. – Моя сестра ждет в условленном месте, я пришел проводить вас.

Хозяин дома обернулся ко мне и сказал:

– Надвинь капюшон так, чтобы он закрывал все лицо! Потом приложи его к лицу и нажми пальцами на то место, где глаза, получишь прозрачные зоны.

Проделав указанные действия, я увидела, что старик тоже облачился в темную мантию с капюшоном, закрывавшим лицо, после чего приложил руку к двери, она приоткрылась, и мы выскользнули наружу.

Глава 6. Большая Арена

Мое перемещение в дом Сибелиуса было столь поспешным, что я не успела рассмотреть улицу, по которой прибежала сюда с рыночной площади, где оказалась вскоре после прибытия из Верхнего Мира. Поэтому сейчас я с интересом глазела по сторонам. Узкие высокие дома казались сплошняком отлитыми из камня бурого, серого и иногда тёмно-зелёного цветов. Башня Ивонны выделялась среди них насыщенно-зелёным цветом стен, на которых временами проступали золотистые искорки. Окон в стенах я не заметила, зато металлические двери всех домов были богато украшены резьбой, а на фасадах имелись выступы в виде колонн, каменных лиан и статуй загадочных существ, наполовину погруженных в камень башни. Рядом с каждым домом, на металлическом столбе висел крупный сосуд с элементалем, освещавшим вход голубым или зелёным светом. Все дома были высоки, вершины башен уходили в клубящийся золотисто-зеленый туман где-то на уровне, привычного мне в Верхнем Мире, пятого этажа, и это не было вершиной здания.

– В этом квартале живут известные маги, чей энергетический уровень позволяет им вести жизнь, довольно независимую от двора Паучьей Королевы, – негромко рассказывал Сибелиус, бодро семеня следом за нашим провожатым. – Если у тебя хватило сил вырастить и защитить собственную башню, то ты становишься независимым в плане энергетической подпитки и можешь не опасаться за свою жизнь. Остальным остается только кучковаться вокруг Королевского Замка, в ожидании подачек от правительницы.

– Но ты же что-то говорил о подпитке через голые ступни? – напомнила я.

– Мостовая дает некоторое количество энергии, но ее не сравнить с тем потоком, который поступает от стен выращенной башни. Ну, это как сравнить чайную заварку и сильно разбавленный напиток. Мостовую и дома зависимых граждан делают из отходов, получающихся при создании башен. Если есть желание эффективно использовать способности и не истощать свои силы, то необходим отдых в башнях или в специальных покоях Королевского Замка, – разъяснил старичок.

– А у Локки тоже есть своя башня? – поинтересовалась я.

– Нам такие сооружения ни к чему! – задорно улыбнувшись, сообщил Эрик. – С нашими габаритами всегда можно найти щелку в подходящей породе, и не тратить время и силы на строительство и охрану этих здоровущих штуковин!

– Но признай, что постоянный дом имеет-таки ряд преимуществ! – недовольно пожевав губами, пробурчал Сибелиус. – Твоя щелка неожиданно может оказаться кем-то занята, в самый неподходящий момент. И приходится быть постоянно настороже, чтобы не попасть в руки служителей Паучьей Королевы.

Мальчишка озадаченно поскреб затылок, покрытый буйными рыжими кудряшками:

– Наверное, ты прав! Последнее время тролли шныряют везде и хватают кого ни попадя. Даже наш клан уже недосчитался нескольких членов.

– А куда их забирают? Неужели тоже на Арену? – поинтересовалась я.

Лицо Эрика приобрело неприятное выражение:

– Мы слишком малы, чтобы там сражаться, а потом наша способность отводить глаза остается с нами в любых обстоятельствах! Но Паучиха находит способ заставить плясать под свою дудку!

– Но ведь, и меня это может коснуться? – спросила я, озабоченно глянув на Сибелиуса.

Тот с сомнением покачал головой:

– Исходя из того, что домой ко мне, все еще, никто не пришел, тот темный альв с площади рассказал повелительнице нечто такое, что она решила пока не прибегать к грубой силе. Вероятнее всего, она захочет склонить тебя на свою сторону, соблазнить какими-то подачками, чтобы ты согласилась работать на нее добровольно.

– Что-то мне совсем не хочется с ней знакомиться, после всех ваших рассказов! – пробурчала я, нервно передернув плечами.

– Но скорее всего, придется, если ты всерьез желаешь освободить своего друга! – тяжело вздохнув, заметил Сибелиус.

– Да, кстати, чуть не забыл! – хлопнув себя по лбу, воскликнул Эрик. – Локки просила передать тебе обувку!

Мальчишка порылся за пазухой и вытащил маленький темный мешочек. Сунув туда руку, я выудила две холодные гладкие капсулы иссиня-черного цвета.

– Что это? – спросила я, посмотрев на Сибелиуса.

– Очень полезная вещь! – радостно улыбнувшись, промолвил он. – Приложи их к ступням и получишь полную защиту от внешней среды.

– Но ты что-то говорил о подпитке? – напомнила я.

– Ты хорошо подзаправилась ночью, – пояснил старичок. – А на Арене и в Королевском Замке полно ловушек, которые умеют скачивать внутреннюю энергию!

– Там и для тебя есть! – широко улыбнувшись, сообщил Эрик.

– И почему-то мне не хочется спрашивать, где вы их взяли! – пробурчал Сибелиус, но, тем не менее, очень проворно распределил содержимое капсулы по своим ступням.

Мне оставалось только последовать его примеру, после чего Эрик довольно кивнул и шустро устремился вперед.

Мне казалось, что мы уже давно должны были оказаться на рыночной площади, но мальчишка продолжал вести нас какими-то темными и узкими переулками. Дома, меж тем, становились все ниже, на многих были видны стыки каменной кладки, как будто их возводили мастера моего родного мира. Зеленоватый туман тоже становился все реже и поднимался вверх, местами открывая скалистые своды огромной пещеры. Завернув за очередной угол, я ахнула от удивления.

Впереди по курсу, в глубину уходила громадная воронка, напоминавшая жерло потухшего вулкана. На стенках ее были вырублены скамьи и ступени, а в самом низу находилась круглая черная площадка. В моей памяти мелькнула картинка из школьного учебника истории, и я поняла, что это и есть Большая Арена. Взглянув на нее пристальнее, я поняла, что площадка для сражений не была абсолютно круглой, в дальнем от нас конце виднелась арка прохода, уходившего в толщу скалы. С той стороны я не увидела ступеней, скальный монолит круто уходил вверх, пропадая в клубящихся золотисто-зеленых облаках. Они казались живой субстанцией, постоянно перемещались и меняли форму, несмотря на то, что в воздухе не чувствовалось ни дуновения ветерка. И только иногда в разрывах проступали силуэты остроконечных башен, окружавших огромный купол.

– Что это там, в облаках? – невольно понижая голос, спросила я Сибелиуса.

– Замок Паучьей Королевы! – также тихо ответил тот. – Он создан таким образом, что тянет на себя всю свободную энергию, не успевшую принять форму элементалей. Арена образовалась во время строительства Замка, а теперь служит для дополнительной подпитки королевского двора.

– По-моему, нам стоит поспешить! – вмешался Эрик. – Локки заняла для нас ложу поближе к арене, но если она долго будет пустовать, появятся претенденты.

Мальчишка указал рукой в сторону дальнего конца Арены, где порода образовывала выступы, внутри которых были вырублены небольшие балкончики. Сибелиус согласно кивнул и поспешил к проему во внешнем ограждении каменной воронки. Когда я вслед за ним вступила на ступени, то ощутила легкий дискомфорт, который становился все сильнее, по мере того, как мы спускались все ниже. Мне казалось, будто меня ощупывают жадные руки, скользящие по одежде и пытающиеся добраться до тела. Я невольно надвинула пониже капюшон и отпустила подол своего платья, который приподняла, перемещаясь по высоким ступеням. Быстро оглянувшись по сторонам, я заметила, что сидевшие на верхних местах зрители провожают нас любопытными взглядами. Большая часть из них имела вполне человеческий облик, одета же была в довольно пестрые балахоны, живых мантий и платьев я пока ни на ком не заметила. Но попадались и весьма странные создания, одетые в некое подобие кожаных туник, серая или зеленоватая кожа которых, а также странные черты лица, клыки и заостренные уши, говорили о совершенно другой природе. И все следили за нашей компанией с одинаковым интересом. Сделав несколько глубоких вдохов, я попыталась сосредоточиться и расслабить гудевшие нервы.

Тем временем, Эрик подвел нас поближе к скальному выступу и указал на одну пустую ложу, где виднелась косматая головенка Локки.

– И как же я туда попаду? – недоуменно прошептала я, к балкончику не вело никакой лестницы.

– Это – место для магов, – насмешливо взглянув на меня, промолвил Эрик. – Эти задаваки пользуются любой возможностью, чтобы подчеркнуть свое отличие от простых обитателей Нижнего Мира. Туда попадают, используя свою внутреннюю энергию.

– Но я не умею! – в панике прошипела я.

– Тогда возьми меня за руку, посмотри на Локки и просто шагай вперед! – велел мальчишка. – Главное, не показывать своей неуверенности окружающим, они должны уважать твой статус!

Горячая волна гнева поднялась у меня внутри, когда мне послышались снисходительные нотки в его голосе. Я сильно сжала маленькую ладошку, другой рукой неосознанно схватилась за Сибелиуса, поймала взгляд Локки и решительно шагнула вперед. К моему удивлению, я плавно взмыла в воздух и через мгновение очутилась на низком бортике, огораживающем ложу, а рядом со мной стоял не только Эрик, но и старый маг, который ошеломленно крутил головой.

– Ну, я же постоянно советую тебе не сдерживать душевные порывы! – негромко пробурчала Локки, помогая Сибелиусу спуститься и устроиться в невысоком каменном кресле. – Ты снова удачно продемонстрировала свой весьма высокий энергетический потенциал окружающей тебя публике!

– Без помощи Эрика, я, вряд ли, справилась бы! – смущенно пробормотала я.

– Я только подзадорил тебя и придал правильное направление полету, – насмешливо фыркнул мальчуган. – А твой выброс энергии перенес бы и слона, а не только Сибелиуса!

– Действительно, я еще только собирался с силами, а уже оказался в ложе! – восхищенно покачав головой, подтвердил старичок.

– Было бы лучше, если бы мне сначала объясняли, что от меня требуется, а не толкали постоянно головой в омут! – сердито пробурчала я, оглядываясь по сторонам.

– Тогда присаживайся и задавай вопросы, пока еще есть немного времени до первой схватки, – порекомендовала мне Локки, подтаскивая за рукав к ближайшему каменному креслу.

Усевшись, я поняла, что оказалась совсем неподалеку от площадки для сражений. Ложа походила на внутренность полого каменного пузыря, который вздулся внутри скального монолита, после чего у него срезали переднюю стенку. И она была далеко не единственная в своем роде, хотя, располагались эти странные образования таким образом, что почти не перекрывали друг другу вид на арену.

– Мне удалось занять одно из лучших мест! – похвасталась девчонка. – Ниже нас только ложи королевских придворных лизоблюдов.

– Здесь есть какой-то установленный порядок? И сколько народу сюда вмещается? – спросила я, окидывая взглядом циклопическое сооружение.

– Мест с лихвой хватит на всех жителей этого города и его окрестностей, – сообщила Локки. – Гремлины, орки и тролли с удовольствием ходят на такие зрелища, пришельцы из Верхнего Мира надеются увидеть кого-то из знакомых или перехватить малую толику бесплатной энергии. Все они имеют право только на открытые скамьи. А маги сидят в ложах и присматривают для себя вассалов, за которых хотели бы побороться на аукционе.

– Значит, я могу выкупить своего друга? – предположила я, заранее подозревая какой-то подвох.

– Не раньше, чем он проведет назначенную ему схватку! – покачала головой девчонка. – И если останется жив.

– Я не допущу, чтобы его убили! – в гневе рявкнула я.

– Успокойся, пожалуйста! – попросил Сибелиус, беря меня за руку. – Ты ведь говорила, что этот человек учил тебя сражаться? Тогда он должен суметь постоять за себя.

– А ты можешь помочь ему подсказками, если у вас настолько хороший канал связи, как я предполагаю, – добавила Локки. – И в то же время, он еще не настолько знаменит, чтобы другие маги сразу ввязались в аукцион.

– А чем расплачиваются на этих аукционах? – поинтересовалась я.

– Конечно, энергией! – фыркнул Эрик.

Он достал из-за пазухи какой-то диск, напомнивший мне своей структурой хозяйственную мочалку из металлической проволоки, только сильно спрессованную, и пояснил:

– Сюда закачивают избытки энергии и предлагают в обмен на необходимый товар.

Глава 7. Битва за жизнь

Наш разговор прервал низкий гул, пронесшийся над Ареной, и все взгляды притянуло к выходу на площадку для сражений. Из темной арки появилась высокая худая фигура в черном балахоне, из-под капюшона которого виднелось черное же лицо в обрамлении снежно-белых волос.

– Это – распорядитель поединков, – пояснила Локки. – Темный альв, его уровень никак не меньше десятого, чтобы была возможность справиться сразу с обоими бойцами. Обычно же, ему необходимо утихомирить только одного, если кто-то заинтересован купить бойца, который проигрывает поединок.

– Так значит, все-таки, поединок можно прервать и выкупить бойца? – сердито нахмурившись, спросила я.

– Если так пожелает распорядитель! – не менее сердито ответила девчонка. – Обычно он уступает желаниям только приближенных магов королевы, но и тогда требует завышенную цену.

Пока мы препирались, на площадке появились два тролля, которые несли в руках большие мешки. Выйдя из арки, они двинулись по кругу, что-то высыпая из мешков. Когда один из них оказался напротив нашей ложи, мне показалось, что повеяло ледяным ветром.

Я с удивлением глянула на Локки, она невольно поморщилась и пояснила:

– Тролли обновляют Барьер, чтобы энергия, выделяемая во время сражений, меньше рассеивалась по округе. Этот минерал тянет всю энергию на себя, а альв перенаправляет ее в замок своей повелительницы. Но какая-то часть, все же, рассеивается, за тем-то сюда и приходят зрители. Ну, и за острыми ощущениями, конечно.

Наклонившись вперед над ограждением ложи, я бросила взгляд на зрительный зал и увидела, что уже почти все скамьи заполнены. А следом меня окатила горячая волна возбуждения, почти осязаемым облаком клубившаяся над публикой.

– По-моему, энергию стоит собирать не со сражающихся, а со зрителей! – пробормотала я.

– Ты совершенно права! – ехидно усмехнувшись, подтвердил Эрик. – По большому счету, так и задумано! Зрители сосредотачиваются на том, что делается на арене, и перестают контролировать свой собственный уровень энергии. А Замок утянет ее к себе!

– И что, никто об этом не догадывается? – спросила я, в недоумении посмотрев на Локки.

– Догадываются, но каждый надеется перехитрить распорядителя и соседей, что-нибудь отжать в свою пользу, – пожав плечами, ответила девчонка. – А магам не дает вмешиваться в процесс сам материал, из которого состоят их ложи.

Проследив за ее взглядом, я поняла, что окружающие нас черные стены не очень-то похожи на камень, скорее на полированный металл. Следом пришла мысль, что нечто подобное я замечала в лавочках на поверхности, где продавались поделки из полудрагоценных камней.

Мои размышления были прерваны мощным вздохом, одновременно вырвавшимся из груди всех присутствующих, и я поняла, что на площадке для сражений появились первые бойцы. Это были двое крупных мужчин, вся одежда которых состояла из набедренных повязок, сделанных из металлической сетки и широких металлических обручей в основании шеи. В руках они держали металлические же шесты, одна сторона которых была увенчана подобием обоюдоострой косы, а на другой имелось узкое длинное прямое лезвие с зазубренными краями. Мужчины медленно пошли по кругу, потрясая оружием и определенно наслаждаясь вниманием зрителей.

– Эти – опытные бойцы, они не первый день сражаются на арене, – дернув меня за рукав, пояснила Локки. – Постарайся наблюдать как можно внимательнее, тебе важно понять логику поединка. И моменты наивысшего всплеска энергии.

Я кивнула и сосредоточилась на том, что происходило на арене. И это действо ничем не напоминало те спортивные состязания, к которым я привыкла в своем мире. Сначала бойцы кружили по площадке, осторожно нанося и парируя удары своими орудиями, словно изучая противника, до меня даже долетал звон металла сталкивающихся лезвий. Но вот, один из ударов прорвал оборону и достиг цели, царапнув лезвием по ноге противника. В моих глазах полыхнуло красным, я почувствовала сначала волну боли, а затем вспышку ярости одного из бойцов. В следующее мгновение ход сражения совершенно переменился, оба бойца преобразились, в них словно бес вселился. Ни о какой осторожности больше не было речи, удары следовали один за другим, сила их неизмеримо возросла, любой из них, достигший цели, был бы смертельным. На телах сражающихся появлялись кровоточащие порезы от скользящих ранений, кровь смешивалась с потом и капала на арену. В глазах у меня плыла красная пелена, кровь бешено неслась по телу, стучала в ушах, безумно ухало сердце.

– Это называется кровавым безумием, – услышала я голос Эрика. – Сейчас оба бойца живут только битвой, из которой живым выйдет только один из них.

В подтверждение его слов, один из ударов пришелся по бедру противника, тот пошатнулся и потерял равновесие. А в следующее мгновение был сбит с ног и рухнул грудью на оружие врага, которое тот развернул прямым лезвием вверх. Словно в замедленной съемке наблюдала я за тем, как лезвие вонзается в грудь и выходит из спины. А противник в это время бросается вперед и подставляет сложенные ковшиком ладони под струю крови, брызнувшей на арену.

– Он выпьет большую часть его жизненной силы! – прокричала Локки, дергая меня за рукав. – А остальное впитает Барьер!

С трудом оторвав взгляд от ужасного зрелища, я увидела, что вокруг площадки сражений пылает алая полоса. А со стороны зрителей несется оглушительный рев, а также мощная волна ярости и жажды крови.

– Кровожадные ублюдки, вурдалаки! – услышала я сдавленное бормотание Сибелиуса и увидела, что старый маг сидит, скорчившись в своем кресле и закрыв лицо ладонями.

И я готова была подписаться под каждым его словом! Я тоже выступала на спортивной арене и слышала крики толпы, но там это было одобрение мастерству и силе сражающихся, а не жажда боли и убийства. И в следующее мгновение меня окатила ледяная волна ужаса, я поняла, как поступит мой тренер в сложившейся ситуации.

– Тимур не станет убивать своего соперника! – похолодев от страха, пробормотала я. – Даже при угрозе собственной жизни! Это абсолютно противоречит его убеждениям.

– Тогда убьют его! – жестко ответил Эрик, отрывая свой горящий взгляд от завершения схватки.

– А если он откажется сражаться? – спросил я, чувствуя, как во мне вспухает волна гнева, в ответ на очередную несправедливость этого мира.

А впрочем, был ли мой мир более справедливым, во всяком случае, в этом мире все гадости и жестокости совершаются более открыто, не маскируясь притворными добродетелями и благородством.

– Ты должна убедить его, хотя бы, начать поединок и попытаться выстоять в течение нескольких минут, пока мы что-нибудь придумаем, – промолвила Локки, озабоченно всматриваясь в мое лицо.

Я не успела ей ответить, так как на площадке появились тролли, которые уволокли тело погибшего, а затем и победителя, на которого накинули что-то вроде рыбацкой сети, сплетенной из тонких металлических канатов. А следом за этим, другая пара троллей выволокла на ринг следующую пару бойцов, одним из которых и был мой тренер. Эти мужчины смотрелись совсем по иному, чем предыдущая пара, они ошеломленно оглядывались по сторонам, не выказывая особой агрессии, было понятно, что на арене они впервые. Альв-распорядитель что-то выкрикнул, и тролли вытащили оружие для поединка, которое и попытались вручить сражающимся. Те одновременно шарахнулись в стороны от стражников, но распорядитель снова что-то крикнул и указал в их сторону вытянутой рукой, после чего по обнаженным телам мужчин пробежала волна искр, вызвав у них судороги и крики боли. Я до скрипа стиснула зубы, увидев, как мой тренер снова отбросил протянутое оружие, тогда как второй поединщик, все-таки, схватил свою косу.

– Пробейся к нему немедленно! – я поняла, что это кричит Локки, одновременно дергая меня за рукав, девчонка пыталась достучаться до моего объятого яростью разума. – Пусть, хотя бы, защищает свою жизнь!

С трудом усмирив свой гнев и затолкав его в глубину души, я попыталась вспомнить состояние, в котором нам удавалось настраиваться на общую волну и разделить наши чувства. Море, прибой, шорох волн на песке. Нет же! Это не рев прибоя, это – вопли толпы, жаждущей крови и зрелищ! Всегда одно и то же, в любом мире. На меня накатило чувство безысходности, я ведь так хотела переменить свою жизнь, уйти от злобных людишек, обуреваемых примитивными страстями! И тут вдруг в мозгу всплыла картина зала перехода, лицо Тимура, горящее от беспокойства за мою жизнь. В следующее мгновение я ощутила контакт с разумом тренера, его обуревали схожие чувства. Презрение, отвращение и безысходность. Бессмысленность дальнейшего существования. Я не могла с этим смириться, поскольку сама прошла через нечто подобное!

– Сражайся, Тимур! – мысленно выкрикнула я. – Ты не имеешь права сдаваться, ты не такому меня учил!

Судя по всему, мне удалось пробиться к его разуму, так как тренер вздрогнул, вскинул голову, а в следующее мгновение с трудом увернулся от довольно неуклюжей атаки противника, вооруженного обоюдоострой косой.

– Яна? Где ты? – тренер шарил глазами по трибунам, одновременно уворачиваясь от нападений своего противника.

– Я здесь! – воскликнула я, откинула с лица капюшон, придвинулась к ограждению балкона, и продолжила уже на ментальном уровне. – Постарайся выиграть поединок, у тебя хватит для этого мастерства, а потом я вытащу тебя отсюда!

Тренер встретился со мной взглядом и кивнул, он понял мою идею. Для тех, кто, подобно нам, привык сражаться голыми руками, существовало множество способов обезоружить и вывести из строя соперника, не отнимая у него жизни. Теперь Тимур кружил вокруг противника, не просто стараясь уклоняться от его оружия, но и пытаясь наносить болезненные удары в нервные сплетения. А зрительный зал опять ревел от восторга, только все чаще мне слышалось слово «убей». Я бросила обеспокоенный взгляд в сторону Локки, она напряжённо смотрела на арену, кусая губу, и крутила в руках диск, подобный тому, который я видела у Эрика.

– Зрители хотят снова увидеть чью-то смерть! – прошипела она, не оборачиваясь. – Попробуй донести до своего друга мысль о том, чтобы он «вырубил» противника, лишил его сознания, не проливая крови, тогда я попробую выкупить Тимура, как не очень зрелищного поединщика.

Я с трудом вклинилась в беспокойные мысли тренера, донося до него нашу идею. Тимур вновь коротко кивнул и удвоил свои усилия, пытаясь проскользнуть мимо лезвий поближе к противнику. Но тут произошло нечто непредсказуемое. Второй мужчина оступился и поранил ногу о свое же лезвие. Кровавая волна вновь полыхнула у меня перед глазами, и поведение бойца мгновенно изменилось, он взревел и ринулся на противника, размахивая оружием с невероятной скоростью.

– Кровавое безумие! – восторженно взвизгнул Эрик, и тут же охнул от боли, получив увесистую оплеуху от девчонки, заставившую его врезаться лицом в барьер балкона.

– Опоздали! – прошипела Локки, бросив в мою сторону виноватый взгляд. – Теперь без убийства не обойдется, кровавое безумие охватывает всех, кто находится в этот момент на арене!

Но я-то знала, что не все так просто! Мне удавалось обуздать свой гнев, а у Тимура опыта в таких вещах было гораздо больше. Я видела, как он тоже пошатнулся, пытаясь справиться с кровавой волной, пытавшейся подчинить мозг, а затем упал на землю и ногами вперед нырнул под лезвие, пытаясь сбить с ног противника. Ему это удалось, и боец, со всего роста, навзничь рухнул на арену, выронив свое оружие, и остался лежать неподвижно.

– Убей! Убей! – скандировали трибуны.

Тренер обвел взглядом беснующихся зрителей, лицо его исказила презрительная гримаса, он сплюнул, повернулся спиной к противнику и пошел в мою сторону. Чувство опасности взметнулось у меня изнутри, уловив яркую вспышку злобы, только я не сразу осознала ее источник. А следующие секунды слились в одно бесконечное мгновение, размазанное во времени и пространстве.

Определив, что источником злобы был темный альв-распорядитель, я еще только поворачивалась в его сторону, когда увидела знакомый жест рук, только указывал он не на Тимура, а на его противника. Тот поднял голову, нашарил выпавшее оружие и метнул его в моего друга.

– Тимур, берегись! – мой отчаянный вопль разнесся на всех коммуникационных волнах, и я почти успела его предупредить, послав прямо в мозг картину нападения со спины.

Тренер нырнул вперед и в сторону, и ему почти удалось уйти от удара, который должен был нанизать его на пику, словно бабочку на иголку. Но по его спине расплывался длинный кровоточащий порез. Тимур сделал еще шаг вперед и упал лицом вниз. А его противник уже поднимался, и в его руках была вторая пика.

Вопль ярости и отчаяния вырвался из моего горла, я вскочила со своего места, а в следующее мгновение оказалась на арене рядом со своим тренером. У моих ног лежал окровавленный друг, вокруг меня пылала стена багрового пламени, огораживая площадку сражений. А прямо на меня надвигался мужчина с застывшим лицом, сияющими алыми глазами и размахивал металлической косой. Казалось, кто-то другой взмахнул моей рукой, коса вылетела из рук противника и отлетела к багровому барьеру, а следующим взмахом я послала и мужчину следом за ней. Коса и мужчина соприкоснулись, барьер полыхнул ослепительным светом, который впился в мою вытянутую руку, наполняя тело гудящей силой. А затем барьер исчез.

– Ты должен жить, Тимур! – прошептала я, опускаясь на колени возле своего поверженного друга. – Иначе, все это было напрасно!

Повинуясь неясному предчувствию, я провела рукой вдоль раны и увидела, как сходятся ее края. Я победила или только выиграла немного времени?

Пространство и время возвращались к своему нормальному состоянию, до меня начали доноситься образы и звуки.

– Вы вмешались в поединок! – рычащий голос был мне незнаком, но судя по злобной ауре, принадлежал темному альву-распорядителю.

– А ты проигнорировал заявку на аукцион! – звенящий от напряжения голосок принадлежал Локки.

С трудом повернув на голос голову, я увидела девчонку и Сибелиуса, стоявших рядом с темным альвом. Причем, Локки указывала на два медальона, лежащих на арене, в противоположной от меня стороне площадки. А к потухшему барьеру уже спешили еще несколько фигур в темных плащах, я понимала, что это – альвы, и они готовятся напасть на нас.

– Нам не выстоять против всех! – мелькнула удивительно спокойная мысль, я вновь окинула взором окрестности, пытаясь найти выход из безвыходной ситуации и не находя его.

Я выиграла поединок, спасла жизнь своему другу, и в то же время проиграла, нарушив установленные правила. Но ведь, устроитель поединка тоже нарушил их, когда помог поверженному бойцу! Похоже, что в этом мире сила значила гораздо больше устоявшихся обычаев. Но сил у меня почти не осталось.

И тут в моей голове прозвучал знакомый звон, это Зеркало Сновидений требовало к себе внимания. Я сунула руку в мешочек на поясе, прикоснулась к ручке зеркала, затем скользнула пальцами к его поверхности. И почувствовала, как неведомая сила теплой волной заскользила по поверхности моего тела. В то же время мозг наполнили чьи-то чувства. Поддержка, ободрение, защита. Бросив взгляд на свободную руку, я увидела, что пальцы окутывает золотисто-зеленое сияние.

– Спасибо, Зеркало! – беззвучно промолвила я, послав в ответ волну благодарности.

Усталости и апатии как не бывало! Я резко поднялась на ноги и повернулась в сторону распорядителя.

– Ты первый нарушил правила! – надменно взглянув в его сторону и возвысив голос, заявила я, и поняла, что мои слова разносятся по всей Большой Арене. – Благодаря твоему вмешательству, поверженный боец обрел новые силы и напал со спины на победителя! Ты хотел помешать мне, приобрести бойца, и проигнорировал заявки на аукцион.

– Это только слова, у тебя нет никаких доказательств! – взвизгнул распорядитель.

– Вообще-то, есть! – заявил Сибелиус, раскрывая ладонь, на которой стояла крохотная бутылочка с элементалем. – Попросим его показать запись поединка?

Из горла альва вырвалось рычание, он вскинул руку. Но мое чувство опасности оказалось быстрее, с пальцев заструилось золотистое сияние, окутавшее Сибелиуса и Локки золотисто-зеленым коконом. И слетевшие с пальцев распорядителя алые искры рассыпались веером вокруг них, не причинив никакого вреда.

Ненависть на лице альва сменилась отчетливым страхом:

– Энергетическое воздействие внутри Арены невозможно ни для кого, кроме меня!

Только тут я обратила внимание на то, что талию альва обвивает серебристый шнур, который тянется внутрь пещеры, выходящей на арену.

– Только не для элементаля! – прозвучал уверенный голос Сибелиуса, чем вызвал новый приступ паники у распорядителя.

– Ты и теперь попытаешься отнять у метрессы понравившуюся игрушку? – голосок Локки был полон торжества и ехидства. – Твои друзья что-то не торопятся тебе на помощь!

И она указала на темные фигуры, замершие неподалеку от арены. Похоже, что-то в последних событиях побудило их проявить осторожность.

Глаза распорядителя заметались по нашим лицам, затем сощурились, он нашел решение:

– Пусть нас рассудит Королева! Следуйте за мной в ее Замок!

Бросив взгляд на Локки, я уловила ее кивок, но решила настоять на своем видении проблемы:

– Только, если этот боец пойдет вместе с нами!

По губам темного альва скользнула презрительная усмешка:

– Похоже, что вам придется тащить его на себе!

– Зеркало, нам это по силам? Тимур выдержит? – послала я мысленный запрос.

И получив в ответ волну согласия и уверенности, присела и приподняла тренера. Подбежавший Сибелиус подхватил его с другой стороны, и совместными усилиями нам удалось привести Тимура в вертикальное положение. Распорядитель недовольно фыркнул, но не осмелился возражать и только указал рукой в сторону выхода с арены. Оглянувшись назад, я увидела, как фигуры в темных плащах столпились вокруг поверженного бойца, касаясь пальцами тела и кровавых пятен вокруг него.

– Стервятники! – пробормотала я, и устремила взгляд вглубь темного тоннеля, который уводил с арены вглубь скального монолита.

Глава 8. Замок Паучьей Королевы

Как только мы оказались внутри тоннеля, я поняла, что не вижу его конца, увешанные сосудами с элементалями, стены уходили в бесконечность. Пришла довольно неприятная мысль о том, хватит ли у нас сил, чтобы тащить на себе Тимура, и не придется ли вскоре нести еще и Сибелиуса. Бросив взгляд в сторону Локки, я поняла, что девчонка что-то высматривает на ближайшем участке стены. Через пару минут она радостно взвизгнула, подпрыгнула и шлепнула по стене ладошкой. К моему изумлению, казавшаяся монолитной, стена разошлась в стороны, и нашим глазам предстало цилиндрическое углубление, в нижней части которого располагался большой диск, мерцающий голубовато-зеленым светом. Локки обернулась к нам с торжествующей улыбкой и заявила:

– Теперь мы поедем во дворец с помощью элементаля-перевозчика!

По яростному шипению, сорвавшемуся с губ темного альва, я поняла, что распорядитель пытался заставить нас идти пешком, надеясь, что мы бросим Тимура, или хотя бы, существенно ослабеем. Локки, меж тем, запрыгнула на диск и поманила нас к себе. Через минуту мы с Сибелиусом затащили на диск Тимура, и темный альв был вынужден к нам присоединиться.

– Вверх! – весело воскликнула девчонка, и диск начал плавно подниматься внутри гладкого вертикального тоннеля.

– Интересно, к каком из миров первыми пришли к идее лифта? – сердито пробурчала я, бросив взгляд в сторону Сибелиуса.

– Когда я появился в Нижнем Мире, подобные конструкции уже существовали, – слегка пожав плечами, ответил старик.

Когда стенки вертикального тоннеля снова разошлись, то мне показалось, что мы очутились глубоко под водой. Мягкий свет диска, на котором мы стояли, вырывался из шахты лифта и быстро растворялся в темноте, которая казалась живой, в ней клубились и колыхались тени различных размеров и оттенков. От неожиданности я замерла на месте, не замечая, что Локки тянет меня вперед, да, и Сибелиус пытается сойти с диска, продолжая поддерживать моего друга. И только злорадная улыбка, появившаяся на лице альва, уже стоящего на границе света и темноты, уколола мое самолюбие и помогла сдвинуться с места.

– Не волнуйся! – услышала я шепоток девчонки. – Твои теперешние глаза могут обходиться и без обычного освещения, не обращай внимания на движущиеся тени, от стен замка исходит инфракрасное излучение, ты увидишь темно-багровые контуры стен, а идти надо по зеленоватой дорожке на полу.

Как только все сошли с диска, стены вновь сомкнулись, и я убедилась, что Локки права. Мы оказались в огромном помещении, заполненном черным клубящимся туманом, сквозь который проступали контуры темно-багровых колонн, возносящихся к потолку, скрытому в багрово-черных облаках.

– Постарайтесь не сходить с зеленой дорожки! – посоветовала Локки, выдвигаясь вперед, следом за распорядителем, который стремительно двинулся в противоположную от нас сторону.

– И в самом деле, – поддержал ее Сибелиус, – наши ноги защищены, но твой друг начнет терять остатки энергии, контактируя босыми ступнями с поглощающим полом Замка. Так может статься, что вскоре нам некого будет защищать!

– Ты отдал мне столько своих сил тренер, как бы я хотела иметь возможность поделиться с тобой и поддержать! – мысленно воскликнула я, покрепче прижимая к себе своего друга.

И тут же услышала тихий звон, а потом почувствовала, что тело Тимура окрепло и перестало беспомощно висеть на наших плечах. Зеркало Сновидений снова пришло нам на помощь.

Примерно через сотню шагов в клубящемся черном тумане я почувствовала, как передо мной появилось препятствие, отличавшееся своей структурой от окружавших нас колонн. Каким-то шестым чувством я поняла, что мы подошли к громадным металлическим дверям, испускавшим едва заметное золотисто-зеленое сияние. И если багровые колонны вызывали в моей душе отторжение, как будто тянули из меня жизненные силы, то за дверями ощущался поток свободной энергии. Мелькнула шальная мысль, что эти ощущения не совсем мои, а скорее принадлежат элементалю Зеркала. И едва я уловила в мыслях подтверждение своей догадке, как двери распахнулись, и нашему взору открылось не менее удивительное помещение.

Оно было таким же огромным, как и первое, но гораздо более светлым. Черный пол и багровые колонны присутствовали и тут, однако по всему помещению клубились золотисто-зеленые облака. Они извивались между колонн, облизывали стены, покрытые множеством балкончиков, словно гигантскими сотами, а затем устремлялись к противоположной от двери стене зала. А там втягивались в колоссальную сверкающую паутину, в центре которой находилось, постоянно меняющее свою форму, черно-багровое пятно.

Следуя за Локки, мы с Сибелиусом подошли поближе, и тут я сумела разглядеть, что именно является центром паутины. Там находилось нечто, попеременно принимающее форму огромного паука или женщины с черным лицом и кроваво-красной копной волос. Я встретилась с ее, пылающими алым светом, глазами, и мне показалось, что оттуда повеяло таким холодом, как будто открыли дверь в центр Антарктиды.

– Не смотри в глаза, не давай ей присосаться к тебе! – послышался испуганный шепот Сибелиуса, и я встряхнула головой, призывая на помощь гнев и отгоняя морок.

– Мы пришли к тебе в поисках справедливости, Королева! – решительно заявила я.

Видение в центре паутины последний раз качнулось, и на возвышение под ней ступила миниатюрная стройная женщина в таком же длинном черном платье, как и у меня.

– Приветствую тебя в моем замке, юная гостья! – голос ее был похож на звон стеклянных колокольчиков или сосулек, свисающих на тонких ветвях деревьев и колышущихся под легким ветерком. – Мы всегда рады пополнить свои ряды такими талантливыми пришельцами! Рожденные в разных мирах, мы наделены родственными душами, чувствующими силу Земли и умеющими ею управлять!

К своему удивлению, я поняла, что женщина говорит искренне, и ее слова затрагивают в моей душе какую-то чувствительную струну. Она чувствовала мою силу, уважала и приветствовала ее. Как это было не похоже на все то, что я встречала в Верхнем Мире! Здесь имела значение только я, сама, а не семейные связи и условия рождения. Здесь я могла сражаться и победить, И НИКАКИЕ ДЕНЬГИ НЕ ОТНИМУТ У МЕНЯ МОЕЙ ПОБЕДЫ!

– Благодарю Вас, Королева! – промолвила я, слегка склоняя голову в поклоне. – Я тоже рада, что сумела обрести мир, гораздо лучше подходящий моей внутренней сущности, чем Верхний! И я была бы рада подчиняться местным законам и уважать общественные устои, если бы видела, что все играют по единым правилам! Я являюсь полноправным свободным гражданином этого города, поскольку сумела подтвердить свой достаточно высокий уровень энергии, а также заручилась поддержкой двух других свободных граждан. И я имела права выкупить, через аукцион, этого новоприбывшего, после его победы в бою на арене. А распорядитель сделал все возможное, чтобы мне помешать! А также мошенническим образом пытался отобрать победу у этого бойца!

Произнося свою пылкую тираду, я старалась смотреть в лицо собеседницы, но не встречаться с ней взглядом, сосредоточившись на изящной линии тонких губ. Промелькнувшая на них легкая улыбка, подсказала мне, что Королеву ничуть не рассердила моя речь, а скорее позабавила. Мельком взглянув в ее глаза, я поняла, что она смотрит в сторону распорядителя, а улыбка становится зловещей. Сам темный альв как-то съежился и растерял всю свою самоуверенность. Тут взгляд женщины вновь переместился в мою сторону, и я поспешно отвела глаза, решив взглянуть на своего друга и Сибелиуса. Лицо старика было обеспокоенным, но он ободряюще кивнул мне, видимо, поощряя вести беседу в том же духе. Тимур же всем весом опирался на наши плечи, дыхание было тяжелым и неровным, голова бессильно склонилась на грудь. Мне показалось, что в этом зале влияние элементаля значительно ослабело.

– Мне очень прискорбно слышать, что у вновь прибывших складывается такое нелестное впечатление о нашем городе! – кладбищенский холод, прозвучавший в голосе Королевы, заставил меня вновь вернуть свое внимание к собеседнице. – Тем более среди тех, кого бы я очень хотела видеть в числе своих друзей! Но в любом стаде встречаются паршивые овцы! И они достойны примерного наказания!

Мой обеспокоенный взгляд метнулся в сторону распорядителя, тот дрожал, как осиновый лист. Я была абсолютно уверена, что альв действовал в соответствии с инструкциями, но он, молча, внимал словам повелительницы. А затем произошло нечто еще более невероятное! Распорядитель медленно пошел в сторону помоста, поднялся по ступеням и, раскинув руки, прислонился к сияющей паутине. Паутина ярко вспыхнула, зеленые искры побежали по телу несчастного, и оно вдруг распухло и превратилось в светящееся зеленовато – золотое облачко. Единый вздох вырвался у меня и Локки с Сибелиусом, эхом пронесся по залу. И тут только я поняла, что мы не одни, с балкончиков начали выпархивать темные фигуры и приземляться вокруг нас. Это были темные альвы, они протягивали руки в сторону паутины, от которой расползалось поредевшее облачко, бывшее совсем недавно одним из их собратьев.

– Каннибалы! – сквозь зубы пробормотала я, чувствуя, как волны презрения и ярости вновь вскипают в моей душе.

– Не все из нас настолько сильны и умелы в преобразовании силы Земли, чтобы пренебречь порцией дармовой энергии! Или не настолько альтруистичны, что это граничит с глупостью, как у Сибелиуса! – в голосе Королевы прорезалась изрядная доля сарказма. – Но я способна уважать, как твердость убеждений, так и верность своим друзьям!

Женщина протянула руку в сторону Тимура, слегка щелкнула пальцами, и с его шеи упал металлический ошейник, развалившись на две половины. Глаза королевы впились в мои, призывая оценить ее могущество, но полыхавший во мне гнев оказался не тем ответом, которого она желала. Мне не нравилась игра, в которой я вынуждена была участвовать. Тем не менее, женщина снова улыбнулась и промолвила:

– Твой друг переходит в твое вассальное подчинение, ты вольна дать ему свободу, если он сумеет подтвердить необходимый энергетический уровень! В данный момент он, вряд ли, на это способен, по-моему, ему лучше отдохнуть и восстановить силы в башне, у твоих друзей. Но я бы хотела продолжить разговор и познакомиться поближе с новым членом нашего сообщества!

Оглянувшись на своих друзей, я увидела на лице Сибелиуса крайнюю степень обеспокоенности, тогда как Локки незаметно подмигнула мне, предлагая согласиться.

– Позовешь меня, и Зеркало поможет! – молнией промелькнула быстрая, и не совсем понятная, мысль, а затем девчонка подошла и заняла мое место рядом с Тимуром, переложив его руку себе на плечо.

– Я думаю, так будет правильнее всего, Сибелиус! – промолвила я, твердо встретив обеспокоенный взгляд старика. – Уверена, что мы с Королевой найдем общий язык!

Я посмотрела в сторону хозяйки замка, наши взгляды встретились, и мне показалось, будто раскаленный клинок моего гнева встретился с ледяной стеной. Мгновение мы балансировали на грани равновесия, затем в моем мозгу раздался странный треск, как от сломавшейся льдинки и шипение, словно струя пара вырвалась из-под крышки перегретого котла. А затем тихий звон, очень похожий на смех. Зеркало Сновидений оказалось довольно исходом нашего поединка.

– Радуйся, но не расслабляйся! – промелькнуло послание от Локки, и она развернулась, уводя с собой Сибелиуса и Тимура.

Глава 9. Королевское гостеприимство

А Королева взмахнула рукой, словно отгоняя назойливых насекомых, и толпа ее приближенных мгновенно начала рассеиваться, разлетаясь по своим балкончикам. Женщина обернулась ко мне, ее улыбка вновь стала дружелюбной, и она промолвила:

– Уверена, тебе будет интересно ознакомиться с моим замком, а также посмотреть с его высоты на остальной город. Без ложной скромности могу сказать, что такого ты еще не видела!

Королева указала на одну из стен, в которой внезапно начал проявляться арочный проем, будто стена просто протаивала наружу, как льдинка под струей горячего воздуха. Женщина двинулась в ту сторону, и я вынуждена была последовать за ней. Но уже первый взгляд наружу, заставил меня замереть от восторга. Центральное здание окружали гигантские сталагмиты, увитые металлическими лесенками и балкончиками, между самими же колоссами были перекинуты ажурные мостики. Сталагмиты полыхали багрянцем, а по металлическим конструкциям пробегали зеленые искорки. Выше них клубились золотистые облака, сквозь которые виднелись свисающие сталактиты весьма причудливых форм.

– Ваш замок великолепен, Королева! – прошептала я, не считая нужным скрывать свое восхищение.

– Зови меня Лиррсс! – удовлетворенно улыбнувшись, предложила она, выходя на широкий балкон, нависавший над внутренним двором замка. – И мне, в самом деле, приятно обнаружить в тебе родственную душу, способную восхищаться гармонией нашего мира!

Что-то в ее высказывании царапнуло мое сознание, но я пока не решилась возражать, надеясь, что ее откровения помогут мне разобраться в здешнем мироустройстве. А так же в том, какую роль мне здесь предназначено сыграть, по мнению королевы. Поэтому я только вновь склонила голову в легком поклоне, благодаря и одновременно предлагая хозяйке продолжать.

Та окинула меня цепким взглядом, от которого по коже побежали мурашки, и спросила:

– Не хочу быть невежливой, но мне интересно, что именно заставило тебя покинуть свой мир?

Вновь фраза была построена таким образом, что уколола мое самолюбие, я с трудом подавила гнев и удержала внутри резкую реплику. Мелькнула мысль, что Королева намеренно пытается вывести меня из себя, как иногда поступали со мной соперницы на спортивном ринге, чтобы затем воспользоваться моей оплошностью, допущенной из-за не в меру разгулявшихся чувств. Поэтому я быстро взяла себя в руки, легонько улыбнулась и ответила вопросом на вопрос:

– А почему вы считаете, что я появилась здесь вынужденно, а не по собственной воле?

Моя фраза определенно повергла собеседницу в легкое замешательство, она встряхнула волосами и окинула меня еще одним внимательным взглядом:

– Признаю, что некоторые обитатели Верхнего Мира смогли прийти в наш город самостоятельно, сумев должным образом организовать свое сознание и настроить его на частоту этого мира, что позволило им найти проход сюда. Но ты-то воспользовалась услугами перевозчика!

Чувство нарастающей опасности всколыхнуло память, вспомнились рассказы Тимура о духовных учителях Тибета, уходивших в лучший мир, а также рассказ Локки о пришельце, самостоятельно добравшемся до Нижнего Мира. И гремлинах, долгие дни бредущих по тоннелям.

– Обходной путь долог и тернист, к тому же я не собиралась возвращаться! – вновь улыбнувшись, сказала я. – Увидев Локки на улице верхнего города, я поняла, что легче будет воспользоваться ее приглашением, чем долго идти в обход.

– Ты сама ее увидела? – недоверчиво промолвила Лиррсс. – Или она тебя пригласила?

– Я ее заметила, когда девчонка воровала шоколад, – я решила чуть – чуть исказить реальную ситуацию. – Можете сами у нее спросить.

В моих словах было достаточно уверенности, чтобы Королева согласно кивнула головой, ситуация вполне соответствовала ее сведениям, но потом она задала следующий вопрос:

– Но что-то же привлекло тебя в наш мир? Что ты ожидала тут найти такого, что компенсировало бы утрату прежней жизни?

Что-то всколыхнулось у меня в душе, подсказывая правильный ответ:

– Возможность сражаться за свое место в обществе и победить! Вы уважаете силу и умение ею владеть, а для меня честная схватка всегда предпочтительнее интриг и обходных путей!

Произнося эти слова, я подняла глаза и уверенно встретилась взглядом с Королевой, а затем продолжила:

– Но жизнь уже научила меня выбирать противника себе по силам, я не настолько безрассудна, чтобы сражаться одной против сложившейся системы. Если только меня не вынуждают защищать жизнь друга!

Лиррсс вновь удовлетворенно кивнула и спросила:

– Тот мужчина, которого ты защищала – твой любовник?

Чувствуя, как полыхнули щеки, я покачала головой и ответила честно:

– Нет, не любовник. Учитель.

На лице королевы появилось легкое недоумение:

– Учитель? Тогда ученица значительно его превзошла! Мне показалось, что ты гораздо лучше управляешься с энергиями Земли. Не говоря уже о том, что сразу нашла родственного элементаля!

Еще сильнее смутившись, я пробормотала:

– Иногда надо, всего лишь, правильно указать путь!

Я почему-то решила не разъяснять, что у Тимура присутствовало скорее нежелание сражаться, а не неумение управлять своими силами. Лучше держать некоторые козыри в рукаве.

Лиррсс подозрительно посмотрела на меня, но поняв, что я не собираюсь продолжать, перевела разговор на другое:

– Не могла бы ты рассказать, как познакомилась со своим элементалем и попросить продемонстрировать его возможности?

Чувство опасности подтвердилось звоном элементаля у меня в мозгу, я отрицательно покачала головой:

– Я думаю, еще не время, он к этому не готов!

Королева недовольно поджала губы, но затем снисходительно улыбнулась и промолвила:

– Я понимаю, что прошло еще слишком мало времени, чтобы ты начала мне доверять! Тебе стоит освоиться в нашем обществе, познакомиться с моими друзьями, осознать открывшиеся для тебя возможности. Я могла бы стать для тебя лучшим учителем из всех возможных в этом мире! А для начала, я устрою бал в твою честь, прямо сегодня!

С сомнением покачав головой, я возразила:

– Думаю, мне лучше вернуться в башню, к Сибелиусу, и посмотреть на состояние своего учителя!

В голове вновь раздался тревожный звон, я заметила, как вспыхнули глаза королевы, и она промолвила ледяным тоном:

– С ним ничего страшного уже не случится! Мой бал для тебя будет гораздо интереснее!

Решив, что разумнее временно отступить и не раздражать хозяйку этого зловещего замка, я легонько поклонилась и промолвила:

– Вы правы, королева! Но я хотела бы немного передохнуть перед балом и привести себя в порядок! День выдался суматошный.

Та расплылась в довольной улыбке и сказала:

– Тебя проводят в покои для отдыха, располагайся как дома, а перед началом бала мой посланец сопроводит тебя обратно.

Лиррсс щелкнула пальцами и к нам откуда-то сверху спланировал темный альв, который поклонился и жестом предложил мне следовать за ним.

Вел он меня удивительно извилистыми путями, при всем желании я не смогла бы найти дорогу обратно, в зал с паутиной. Неожиданно, во всяком случае для меня, за поворотом возникла арка, через которую открывался вид на анфиладу комнат, в конце которой виднелось большое арочное окно, освещаемое разноцветными всполохами со сталагмитов двора. В первой же комнате располагался небольшой бассейн, выполненный в виде цветка из темно-зеленого камня, над его поверхностью поднимался легкий парок, издававший приятный цветочный аромат.

– Метресса может принять ванну и освежиться, – голос темного альва оказался низким и бархатистым, что не очень-то гармонировало с его изящной и легкой фигурой.

Видя, что я не спешу входить в комнату, мужчина прошел первым, присел на плавно изогнутый бортик бассейна и погрузил в него ладонь. Затем вынул, стряхнул с изящных длинных пальцев серебристые капли, и по губам его скользнула легкая насмешливая улыбка.

– Вода в нашем мире имеет особую ценность, уверен, что в башне Ивонны Вам не предложат подобной роскоши! – голос альва был слишком мягок, чтобы я смогла счесть его слова оскорблением.

Гордо вскинув голову, я вошла в комнату и уселась с другой стороны бассейна. Протянув руку к поверхности, я ощутила легкое покалывание, чем-то напомнившее контакт с элементалем. Попробовав воду пальцами, я нашла ее теплой, но несколько маслянистой. Подняв глаза, я окинула своего сопровождающего внимательным взором. На мой непросвещенный взгляд, он выглядел совсем юным, едва ли старше меня, но тут я вспомнила, что Локки смотрится маленьким ребенком, однако прожила уже несколько столетий. Поймав взгляд его лиловых глаз, я вернула собеседнику насмешливую улыбку и спросила:

– А ты, что, собираешься – помогать мне мыться?

Альв успешно выдержал мой взгляд и тихо произнес:

– Как пожелает прекрасная метресса!

Моя челюсть сначала отвисла, а потом с треском захлопнулась, когда я поняла, что он говорит совершенно серьезно. Смущение вызвало во мне очередную вспышку ярости, глаза заволокло красной пеленой, пальцы непроизвольно сжались в кулаки, и я приготовилась нанести удар, но быстрое движение юноши привлекло мое внимание. Вскинув глаза, я увидела, что он стоит перед бассейном, скрестив руки на плечах и закрыв глаза.

Ледяная волна ужаса прокатилась по моему телу, когда я поняла, что юноша почувствовал мой испепеляющий гнев и готовится принять смерть, как наказание за оскорбление. Принять смерть стоя, как воин. Огромным усилием заставив себя расслабиться, я тоже поднялась на ноги, внимательно вглядываясь в альва. В нем было нечто странное, непохожее на его собратьев. Хотя, стройная фигура, обтянутая мерцающей черной тканью, похожей на мое платье, не отличалась от тех, что встречались мне раньше. Копна снежно-белых волос рассыпалась по широким плечам, с которых свисал короткий черный же плащ. Изящно очерченное, узкое лицо было спокойным, там не было страха или злобы, а какая-то отрешенность, В этом-то и было отличие. Все вокруг пылали и фонтанировали различными, чаще всего негативными, чувствами, а он был поразительно спокоен.

Словно почувствовав мой взгляд, юноша приподнял веки и смело посмотрел мне в глаза:

– Я готов принять смерть, если мои слова оскорбили метрессу! Вы в своем праве, воздаяния не последует.

Ошеломленно покачав головой, я тихо пробормотала:

– Для такого наказания требуется нечто большее, чем неудачная шутка!

Юноша слегка покачал головой:

– Это не было шуткой! Я видел Вас на Большой Арене и рад служить столь сильному и умелому боевому магу! И поразительно смелому, раз, Вы решились преодолеть активный Барьер, чтобы помочь другу.

Моя челюсть щелкнула очередной раз! Оказывается, его фраза не предполагала фривольного подтекста. Или предполагала не только его?

– Я полагала, что служить здесь – удел вассалов, а не свободных, – смущенно пробормотала я, – а твой уровень, как местного уроженца, всяко выше пятого.

Слабая улыбка скользнула по его губам:

– Какой же уровень сравнится с магом вне категорий, связанным с элементалем? И кто ослушается Темную Королеву?

Злая улыбка искривила мои губы:

– Тот, кто не боится смерти! Кто ставит свои принципы выше жизни! Вот только, не говори мне, что пошел со мной только из страха перед своей королевой!

Улыбка моего собеседника вновь приобрела насмешливый оттенок, тонко очерченная бровь дернулась, и он произнес:

– В любом случае, смерть от Ваших рук была бы гораздо легче того, что могла бы придумать королева Лиррсс, а ей уже порядком надоело терпеть мои выходки!

– И вот, чего ты тогда добиваешься? – криво усмехнувшись, спросила я. – Мое умение сдерживаться далеко от совершенства, к тому же, я еще плохо разбираюсь в здешних обычаях. Например, ванну я привыкла принимать в одиночестве!

Альв слегка склонил голову, принимая мои слова:

– Я осознал желание метрессы и оставляю Вас одну! Но у Вас не так уж много времени, вскоре я вернусь, чтобы сопроводить Вас на бал.

Юноша опять слегка поклонился и пошел к выходу. Возле дверного проема он обернулся и негромко промолвил:

– Я рад, что познакомился с Вами, метресса! Вы гораздо меньше похожи на королеву Лиррсс, чем она думает. А подозрительность и осторожность – главные достоинства в Нижнем Мире!

Не успела я осознать значение его слов, как он шагнул за порог, и сразу после этого из краев арки выдвинулись каменные лепестки, которые стремительно росли и переплетались, пока прочно не замуровали выход. Подбежав к двери, я ощутила под рукой сплошной каменный монолит. Я оказалась в ловушке! А ведь, юноша предупреждал! Я в гневе ударила кулаком по стене, затем метнулась в сторону окна. Большой полукруглый проем был забран красивой решеткой в виде цветущего плюща. Прикоснувшись к ней, я почувствовала, как онемели пальцы. Да, и что бы я сделала, даже выбравшись за нее? За окном виднелась отвесная скала, уходящая в котловину Арены. И только далеко на горизонте, сквозь золотистые облака, проступали силуэты башен, одной из которых, по всей вероятности, была башня Ивонны. Такой прыжок был мне не под силу.

Я обхватила руками плечи, пытаясь унять дрожь и успокоиться. Мои друзья должны были предполагать нечто подобное, но не предупредили. Или не так? Мне вспомнились слова Локки, я вытащила из сумки Зеркало Сновидений, вгляделась в его мерцающую поверхность и попросила:

– Покажи мне Локки!

Внутри ободка немедленно образовалась косматая головенка.

– Наконец-то! – воскликнула она. – Мы уже в башне Ивонны, да, и тебе давно пора сматываться оттуда!

– Но как?

– Попроси Зеркало дать больший обзор, а потом попробуй взять меня за руку! – предложила девчонка.

– Хочу видеть больше! – нерешительно пробормотала я.

Изображение в зеркале немедленно отодвинулось, и я увидела Локки, которая протягивала мне чумазую ладошку. Рука приближалась, я протянула свою, и как только наши пальцы соприкоснулись, я обнаружила себя стоящей рядом с ней на какой-то каменной площадке.

Глава. 10 Возвращение в башню

– Получилось! – радостно взвизгнула девчонка, сжала мою ладонь и потащила в строну какого-то люка.

Быстрый взгляд, которым я охватила окрестности, подсказал, что, судя по клубящимся вокруг нас зеленоватым облакам, сквозь которые тут и там виднелись сталактиты, находимся мы на вершине башни. Локки же толкнула меня в проем, где в глубине виднелись ступени, спрыгнула сама и захлопнула крышку люка, которая в следующее же мгновение слилась с остальной крышей, не оставив и следа.

– Как ты догадалась, каким образом вытащить меня оттуда? – спросила я, с трудом переводя дыхание. – Меня же, прямо-таки, замуровали!

– Хорошо изучала старые легенды. В защищенную башню телепортироваться невозможно! – возбужденно рассказывала она, прыгая по лестнице. – Да, и из замка самостоятельно, так просто, не выбраться, королева об этом знает, потому и не стала тебя особенно охранять. Но я предположила, что в комнате будет окно, Лиррсс тщеславна, хотела дать тебе возможность оценить ее владения. Ну, и Эрик сумел проследить за вами.

Действительно, я вспомнила, что в замке ее братца рядом с нами не было видно, а также то, что горные эльфы – мастера маскировки.

– Спасибо тебе огромное, Локки! – с чувством произнесла я. – Ты и мне помогаешь, и моему другу, и это не смотря на то, как королева наказывает неугодных!

– Ну, нас с братцем ей еще надо поймать! – легкомысленно усмехнувшись, заявила девчонка, тряхнув копной спутанных каштановых волос. – Возможно, тебе там немедленной опасности и не грозило, а вот, другу твоему помощь бы не помешала!

– Как там Тимур? Королева сказала, что ему ничего не угрожает! – немедленно всполошилась я.

– Лиррсс соврет – недорого возьмет! – недовольно поморщившись, ответила Локки. – Жизнь его вне опасности, но для быстрейшего восстановления Тимуру необходима ваша с Зеркалом помощь. А еще я не хотела, чтобы он, проснувшись, сразу ринулся в Королевский Замок тебе на помощь, тогда бы у Лиррсс на руках оказались все козыри. Противостоять мы ей сумеем только тогда, когда будем действовать согласованно, используя все свои возможности по максимуму.

Тут мы очутились перед входом в знакомый мне кабинет Сибелиуса. Старик возился возле стола, временами поглядывая в сторону ближайшей скамьи, на которой, лицом вниз, лежал мой тренер. Я кинулась было к нему, но Сибелиус перехватил меня по дороге, ухватив за рукав платья:

– Не буди его! Мне и так стоило больших трудов утихомирить твоего друга, он все порывался идти за тобой, хотя, его раны гораздо серьезнее, чем кажутся на первый взгляд. Ты на арене ухитрилась закрыть рану новой кожей, остановив кровотечение, но глубинные поражения мышц весьма велики, к тому же, еще и значительная потеря жизненной энергии! Я, как раз, занимаюсь составом для ускоренной регенерации, при помощи которого воздействие саркофага будет оптимально направленным. До окончания процесса осталось всего несколько минут, так что ты можешь пока рассказать нам о своем общении с королевой.

Бросив в сторону Тимура еще один обеспокоенный взгляд, я присела рядом с Сибелиусом и начала рассказывать:

– В целом, я не могу сказать, что ко мне отнеслись так уж плохо, Лиррсс показала мне замок из окна, потом пыталась расспросить, как я сюда попала, и как подружилась с элементалем. А затем послала сопровождать меня до комнаты отдыха какого-то странного альва…

– Чем странного? – невнятно пробормотала Локки, которая уже опять хрустела печеньями, разливая в чашки малиновый чай.

Я слегка смутилась, вспомнив наш странный разговор, и нерешительно промямлила:

– Ну, у него были лиловые, а не красные глаза. И мне он показался очень молодым и…

– Удивительно спокойным, – закончила за меня Локки, передавая чашку чая. – Так это был Дзирри, младший сын Лиррсс. Он, и в самом деле, странный, для темного альва.

Я поперхнулась первым же глотком чая, услышав это заявление:

– Это был сын королевы, принц? Она послала парня прислуживать мне, а я его едва не убила!

Тут уж пришел черед поперхнуться для Локки с Сибелиусом. Увидев их вытаращенные глаза, я совсем смутилась и торопливо забормотала:

– Ну, то есть, я ничего такого не хотела! И в итоге, даже не ударила его, но парень так странно себя вел, что я подумала, будто он надо мной смеется. И все остальные альвы старались сделать мне что-то плохое, поэтому-то я и решила…

Совсем запутавшись, я махнула рукой, и чтобы немного успокоиться отхлебнула большой глоток горячего настоя.

Чай удивительным образом прочистил мне мозги, и я сумела задать встречный вопрос:

– Я сразу почувствовала, что с ним что-то не так, а еще он говорил, что Лиррсс им очень недовольна и может убить гораздо болезненней, чем я. И как это стыкуется с тем, что этот парень – ее сын? Он мне наврал?

Сибелиус задумчиво покачал головой:

– Скорее всего – нет! Насколько я слышал, королева недовольна тем, что ее младший сын не умеет достаточно хорошо управлять энергией Земли.

– Или не хочет! – невнятно пробурчала Локки, вгрызаясь в очередную печеньку.

Встретив наши недоуменные взгляды, она пояснила:

– У меня была возможность скрытно понаблюдать за Дзирри, и я заметила, что он не стремится участвовать в дележке энергии, подобной той, что вы сегодня видели. Ему не интересны игры статуса, основанные на энергетических уровнях, а такое поведение должно страшно раздражать Лиррсс, на этом же построена вся ее система власти. При этом, принц прекрасно умеет постоять за себя, в военных играх темных альвов ему нет равных, особенно на саблях. Но отбирать жизнь магическим способом он не желает!

– Пожалуй, ты права! – согласно кивнул Сибелиус. – Я помню его бой со старшими братьями на последнем турнире, управляясь с двумя саблями, Дзирри, один, успешно противостоял им, обоим. Он обошелся с ними так же, как твой тренер со своим противником, обездвижил и ушел с арены. Говорят, Лиррсс была просто в бешенстве!

– А что же он должен был сделать? – изумилась я.

– Убить, хотя бы одного из них, как и положено настоящему темному альву, – пожав плечами, ответила Локки.

Я открыла, было, рот, но мою возмущенную тираду прервал мелодичный звон, и Сибелиус кинулся к большой колбе, в которой бурлила какая-то субстанция. Подхватив ее полой мантии, старик указал мне на стоявшую рядом шкатулку и поковылял в сторону скамьи.

Там он опустился рядом с моим другом, налил из колбы в подставленную Локки чашу немного густой зеленой жидкости, с помощью кисти смазал спину Тимура, достал из шкатулки щепоть золотистого порошка и посыпал сверху, следуя расположению мышечной ткани. Крупинки немедленно начали погружаться под кожу, продолжая светиться. Локки начала обмахивать поверхность чем-то вроде веера, и на ней образовалась плотная корка. Сибелиус же посмотрел на меня и спросил:

– Лиррсс спрашивала тебя об отношениях с твоим другом?

– Она спросила, не являемся ли мы любовниками, – пробормотала я, чувствуя, как полыхают уши.

– И что же ты ответила? – подтолкнул меня старик.

– Правду! – сердито ответила я. – Сказала, что Тимур – мой учитель, но, кажется, что королева не очень-то поверила мне.

Сибелиус кивнул, подтверждая какие-то свои мысли и сказал:

– Потому-то она и послала с тобой именно Дзирри! Лиррсс не до конца понимала твои поступки, потому и решила проверить свои предположения в общении со странным же сыном. Но, исходя из того, что ты его отвергла, а потом сбежала, королева должна решить, что ее предположение о любовнике верно.

– Ты думаешь, она подглядывала? – забеспокоилась я, припомнив все скользкие моменты разговора.

– Во всяком случае, она расспросит Дзирри, – пожав плечами, ответил старик.

– А не было ли в комнате бассейна? – неожиданно поинтересовалась Локки.

– Был, в виде зеленого цветка, – согласилась я, – и вода там тоже была странная.

– Может статься, тебя привели к Пруду Двух Лун, – сообщила маленькая эльфийка. – А это – самый сильный элементаль Нижнего Мира! И самый своенравный.

Я в ужасе распахнула глаза:

– А принц предлагал мне в нем искупаться!

Девчонка коротко хохотнула:

– Искупаться в нем можно запросто, а вот, заставить выдавать предсказания – гораздо сложнее!

– А чем он тогда отличается от Зеркала Сновидений?

– Пруд умеет не только высчитывать наиболее вероятное будущее, но и планировать варианты его изменения, в угоду своему заказчику, – резко посерьезнев, заявила Локки. – Полагают, что именно с его помощью Лиррсс сумела прийти к власти и так долго ее удерживать. Пруд Двух Лун умеет рассчитывать мельчайшие взаимодействия, которые, в совокупности, способны незаметно привести к нужному результату.

– Суперкомпьютер на службе у диктатора, – тихо пробормотала я, продолжая наблюдать за действиями Сибелиуса.

– Не уверена, что верно понимаю значение первого слова, но Пруд Двух Лун никому не служит! – не согласилась эльфийка. – Он, как и большинство элементалей, сотрудничает с тем, чья личность и идеи его заинтересовали. Пруд любую задачу рассматривает, как своеобразную игру, причем, ему чужды понятия морали и нравственности, он ценит только изящество и сложность поставленной задачи.

– В этом-то его основное отличие от Зеркала Сновидений, – вступил в разговор Сибелиус. – Этот элементаль ценит именно нравственные установки своего симбионта. Такое ощущение, что кто-то ухитрился внедрить в него установку на добро, и теперь Зеркало строго следует этому принципу нравственного отбора.

– Тогда я не очень понимаю, почему он выбрал именно меня? – в недоумении развела я руками. – От скромности я не страдаю, но воплощенным добром назвать мне себя сложно!

– А мне кажется, это произошло потому, что твое стремление к добру активно настолько, что, временами, ты забываешь о своем благополучии, – уверенно заявила Локки. – Уж, ты прости меня, Сибелиус, но, на мой взгляд, ты для Зеркала слишком осторожен. Ивонна всю жизнь положила, пытаясь воплотит в жизнь свою идею, и Яна тоже бросается в бой за справедливость, очертя голову.

– Ну, спасибо, утешили! – пробурчала я. – Хотя, и в самом деле, еще тренер постоянно ругал меня за безрассудство и неумение выжидать подходящего момента для атаки.

– Кстати о твоем учителе, – промолвил Сибелиус, с трудом разгибая затекшую спину. – Я свою часть закончил, вам надо перенести его в спальню Ивонны и уложить в саркофаг. А Вам, милая барышня, придется вместе с Зеркалом составить ему компанию, так дело пойдет быстрее. И возможно, что ваша связь с другом поможет и ему установить некоторый контакт с Зеркалом Сновидений. Я тоже, пожалуй, воспользуюсь сегодня саркофагом, несмотря на всю мою нелюбовь к этому устройству.

– Но как мы с Локки его понесем? – удивилась я, окидывая взглядом крошку эльфа.

Та насмешливо хмыкнула и постучала пальцем по лбу:

– Когда уже ты привыкнешь, что в этом мире физическая сила – не главное? Ты можешь шагать через пропасти и расстояния, взлетать в высоту вместе с Сибелиусом, а тут предполагаешь нести на руках взрослого мужчину? Представь, что твой друг – легкая пушинка, а ты – ветер, который несет ее в заданном направлении. А я подстрахую вас от нежелательных последствий.

Я со вздохом кивнула, признавая справедливость ее отповеди. Мне необходимо было быстрее перестраиваться на здешний стиль жизни и учиться управлять своими силами. После нескольких попыток мне удалось приподнять Тимура над скамьей и двинуться вместе с ним в сторону второй спальни. Девчушка шла рядом, временами поправляя движение прикосновением маленькой ладошки.

В спальне Ивонны она забежала вперед, открыла крышку каменного ящика, и мы общими усилиями загрузили туда спящего Тимура. Я с удивлением разглядывала весьма небольшое внутреннее пространство, когда Локки широко зевнула и поторопила меня:

– Саркофаг-то конечно на одного, но вы с тренером не слишком различаетесь размерами, так что если потеснее прижметесь, то вполне уместитесь. А зеркалу, и вовсе, много места не надо! Давай уже, снимай платье, клади в шкатулку и ныряй в саркофаг, а то я тоже еле на ногах стою. А завтрашний день, я уверена, нам предстоит не менее интересный, чем сегодняшний.

Кивнув головой, я стянула через голову платье, которое немедленно съежилось до размеров носового платка, засунула его в стоявшую на столике шкатулку, мельком глянула в настенное зеркало на отражение худощавой девчонки с короткими встрепанными волосами, положила Зеркало Сновидений в изголовье саркофага и забралась вовнутрь. Чтобы закрыть крышку, мне пришлось обнять тренера и тесно к нему прижаться, возникло мимолетное опасение задохнуться в тесноте саркофага, но тут Локки, которая придерживала крышку, дунула мне в лицо какой-то блестящей пылью, и я провалилась в сон.

Глава 11. Обновленная команда

Мне снилась удивительно красивая мелодия, похожая на звон моего Зеркала, усиленный множеством стеклянных колокольчиков. И я танцевала под нее среди золотисто-зеленых облаков, пролетая мимо мигающих огоньками сталагмитов, легко касаясь босыми ступнями ажурных лестниц. Только краем глаза я успеваю уловить окружающий пейзаж, развевающиеся белоснежные волосы и полы черного плаща. Удивительная радость и легкость струилась во всем теле, я пила ее из окружающего пространства, соприкасаясь с облаками, желая делиться радостью со всеми окружающими, а особенно с тем, кто ведет меня в танце. Мне хотелось утонуть в лиловом свете его глаз, пить его восхищение и дарить свое.

Музыка ведет нас странными путями, неожиданно мы оказываемся в зале с бассейном. Пруд Двух Лун сияет ослепительным светом, и мы приземляемся прямо в него. Но не тонем, а остаемся на поверхности, слегка касаясь босыми ногами водной глади. Юноша слегка отстраняется, проводит руками по моему телу, стягивая через голову черное платье. Затем резко проводит пальцами по своей груди, и его плащ слетает с плеч вместе с лоскутьями остального одеяния.

– Будь со мной! – шепчут его изящные темные губы, сильные руки привлекают поближе, лиловые глаза пылают алыми всполохами.

Я отвечаю на его призыв, мои белые руки оказываются на его эбеново-черных плечах, и тут я ощущаю, что мы начинаем погружаться в теплую густую жидкость.

– Прими это! – шепчет он, укладывая меня на лепесток каменного цветка.

Его губы касаются моих губ, я отвечаю на поцелуй, и тут какое-то зеленое марево накрывает нас с головой.

Тревожный звон зеркала врывается в мой сон, я открываю глаза, которые сначала видят только темноту, но затем включается инфракрасное зрение, и проступают красноватые контуры другого тела. Я лежу, тесно обнявшись с Тимуром, и губы наши слились в страстном поцелуе. Сон и явь так тесно переплелись, что несколько мгновений я не двигаюсь, пытаясь разобраться в своих чувствах. В Верхнем Мире я всегда неравнодушно посматривала в сторону Тимура, восхищаясь им и одновременно понимая, что сложившееся положение дел не оставляет никаких шансов для взаимного чувства. Да, тренер никогда не давал мне поводов для надежды, его похвалы касались лишь успехов в спорте и постижении восточной философии, но что, если в глубине души он был готов ответить на мое чувство? Однако тут глаза моего друга открываются, и я сразу же чувствую его недоумение и замешательство.

– Что с нами происходит? – слышу я его удивленный шепот, смущенно пытаюсь отстраниться и толкаю крышку саркофага.

– Ага, проснулись! – слышу я радостный голосок Локки, и маленький эльф появляется на откинутой к стене крышке саркофага, где и усаживается, болтая коротенькими ножками.

Ее присутствие повергает Тимура в еще большее смятение, глаза скользят по моему обнаженному телу, возвращаются к своему, и моментально краска бросается ему в лицо, а руки смущенно прикрывают низ живота. Его смущение передается мне, я тоже тщетно пытаюсь прикрыться, а пересохшие губы никак не хотят бормотать оправдания. К моему великому облегчению, Локки быстро осознает ситуацию, по ее личику пробегает насмешливая гримаска, а затем в руках девчонки появляются два темных лоскутка.

– Ну, прямо беда с этими «верхними»! – насмешливо фыркает она, кидая нам зародыши «живых платьев». – И чего вы так зациклены на своих телах? Не так за мысли свои боитесь, как за обнаженную кожу! Объясни ему, как побыстрей одеться, а я пока Сибелиуса проведаю.

Смущенно отводя глаза, я разъяснила Тимуру, каким образом распределить по себе живую субстанцию, указываю ему в сторону зеркала и тоже выбираюсь из саркофага. Как только мое платье прикрывает бедра, я решаю повернуться к зеркалу, чтобы пригладить волосы и с удивлением замечаю, что они стали гораздо длиннее, чем до сна в саркофаге, теперь они мягкими русыми волнами обрамляют лицо и спадают на плечи. Бросив взгляд в сторону тренера, я понимаю, что его волосы отросли еще сильнее, чем мои, и тяжелыми, черными прядями спадают ниже лопаток. Ловлю в зеркале недоуменный взгляд слегка раскосых темных глаз Тимура и слышу его вопрос:

– Сколько же времени прошло с момента боя на той арене, что волосы успели так отрасти?

– Всего несколько часов, длина волос – побочный эффект от восстанавливающих действий саркофага, отражение того, насколько сильны были другие изменения в организме, – услышав от дверей голос Сибелиуса, я повернулась в его сторону и обомлела.

Белоснежные волосы хозяина дома тоже значительно удлинились, но это изменение не было главным. Спина его выпрямилась, плечи расправились, да, и в целом, фигура в обтягивающем черном костюме, обрамленная длинным плащом, могла бы принадлежать хорошо сложенному сорокалетнему мужчине, если исключить абсолютно седые, длинные волосы, в живописном беспорядке рассыпавшиеся по широким плечам. Но светло-серые глаза сияли прежней добротой и участием, а рука знакомым жестом теребила аккуратно подстриженную бородку. Сибелиус окинул Тимура довольным взглядом и заявил:

– Судя по всему, мое средство и помощь Зеркала Сновидений, как нельзя лучше, поработали с телом нашего нового друга!

– А что вам снилось? – неожиданно встряла девчонка.

Я мгновенно вспомнила странный сон и свое необычное пробуждение, бросила взгляд в сторону смущенного тренера и пробормотала, чувствуя, как багровеет мое лицо:

– Это был странный сон!

– И слишком личный, чтобы я захотела его обсуждать прямо сейчас! – отрезала я, взглянув на Локки, которую прямо-таки распирало от любопытства.

– И, тем не менее, я полагаю, что Зеркало должно было показать вам нечто важное, и не только лично для вас! – отметил Сибелиус и с надеждой посмотрел в сторону Тимура.

А тот недоуменно пожал плечами:

– Не могу сказать точно, что именно мне хотели показать, но я будто прожил жизнь заново, перебираясь от одного запоминающегося момента к другому.

Старый маг привычно пожевал губами и промолвил:

– Так Зеркало ведет себя, когда знакомится с новым партнером, но мне казалось, что с Яной оно уже познакомилось, и должно было, показать нечто существенное, некий прогноз на будущее.

Я внутренне похолодела, услышав эти слова! Зеркало Сновидений показало мне совместное будущее с сыном Паучьей Королевы, и еще тут как-то был замешан Пруд Двух Лун. Но я не хотела играть в игры, которые придумывает Лиррсс!

Вероятно, тренер заметил мое смятение и предложил:

– Давайте успокоимся, присядем где-нибудь, и вы полностью введете меня в курс дела, а то вчера, до того как я уснул, мэтр Сибелиус, только в самых общих чертах, успел разъяснить мне ситуацию. А я бы хотел лучше понимать устройство мира, где я оказался столь неожиданно.

Сибелиус согласно кивнул:

– Я тоже хотел предложить, перебраться ко мне в кабинет и выпить по чашечке чаю!

– С печеньями! – восторженно взвизгнула Локки, и первой метнулась через лестничный проход в комнату хозяина.

Сибелиус сокрушенно покачал головой, развел руками и предложил нам последовать за маленькой непоседой.

– Таким образом, Яна создала весьма действенный симбиоз с элементалем Зеркала Сновидений, – заключил хозяин дома, закончив рассказывать, каким образом я перебралась из Королевского Замка на крышу башни, в то время, как Локки увлеченно занималась обустраиванием чаепития и последующим поглощением очередной порции печений. – Я знаю, что моя жена, Ивонна, успешно пользовалась предсказаниями Зеркала, именно с его помощью она нашла меня в Верхнем Мире и убедила перебраться в Нижний. Мне же удавалось с его помощью только налаживать связь с Ивонной, а после ее ухода Зеркало уснуло и не откликалось ни на какие воздействия. Не понимаю, каким образом Локки узнала о возможности перемещений с помощью этого элементаля?

– На самом деле, перемещалась-то сама Яна! – пробурчала девчонка, с трудом ворочая языком в набитом рту. – Зеркало только помогло наладить устойчивый контакт с тем местом, в которое она хотела попасть!

– Звучит логично! – кивнул Тимур. – Яна не могла попасть в башню, поскольку знала только внутренние помещения, а проникновение туда блокировала защита. Внешнего вида и расположения здания она не представляла, а тогда Локки по-другому поставила задачу определения места телепортации: не куда, а к кому! Отличный ход!

Маленькая эльфесса расплылась в довольной улыбке и протянула моему другу еще печеньице. Тренер благодарно склонил голову, откусил маленький кусочек, а затем продолжил:

– Будем считать, что вчерашние приключения завершились, более-менее, благополучно, однако необходимо понимать, что действия Яны могли сильно разозлить королеву!

Обида всколыхнулась во мне горячей волной, я даже отставила свою чашку с душистым малиновым напитком, так полюбившимся мне с подачи моей маленькой подружки:

– А что, я должна была оставить тебя на арене, тренер? Разве ты, сам, поступил бы не так, как я? Ведь, при другом раскладе, насколько я понимаю здешние порядки, ты был бы уже мертв!

Тимур немного смутился и потрепал меня по руке:

– Я искренне благодарен тебе за помощь, но, возможно, в дальнейшем общении с королевой и ее сыном стоило проявить больше осторожности и уважения! Ведь, как я понял, ты не собираешься возвращаться в Верхний Мир, тогда стоило бы поискать возможность компромисса с сильными мира сего?

– А в этом мире больше всего уважают именно силу! И демонстрация своих умений и независимости в принятии решений только упрочивает положение в обществе, – одобрительно подмигнув мне, неожиданно заявила Локки. – Мне так кажется, что вчерашнее исчезновение из замка, заставит Лиррсс относиться к Яне с большим уважением. Однако, следующее приглашение на бал следует все-таки принять.

– А почему ты думаешь, что оно последует? Вдруг, Лиррсс разозлилась настолько, что не захочет меня больше видеть? – озабоченно поинтересовалась я. – С другой стороны, возможно, так оно было бы лучше! Мы могли бы спокойно поискать возможность, как вывести отсюда Тимура…

– Не думаю, что нам это удалось бы! Лиррсс предпочитает держать своих противников в поле зрения, – с сомнением покачав головой, промолвил Сибелиус. – И попытавшись немедленно сбежать, мы бы продемонстрировали свою слабость, а Лиррсс, как хищный зверь, всегда нападает, если видит спину жертвы. Скорее всего, Паучья Королева не успела еще собрать народ на праздник, поэтому не стала объявлять о твоем исчезновении, а теперь стоит ожидать, что последует еще одно приглашение. И вот, его-то игнорировать не стоит!

– Ага! – жизнерадостно заявила Локки, наливая мне очередную чашку чая. – Только пойдем мы туда все вместе, а еще стоит известить о бале наших соседей по башням! И перевозчиков с проводниками пригласить. При таком стечении народа Паучьей Королеве будет сложнее провернуть какую-то гадость в отношении Яны и Тимура. А еще мне хочется узнать, чего именно хотела добиться Лиррсс, когда поручила Дзирри познакомить Яну с Прудом Двух Лун.

– Скорее всего, Лиррсс поняла, что элементаль, с которым связана Яна – это Зеркало Сновидений, – привычно пожевав губами, предположил Сибелиус. – И решила проверить, как отреагирует на девушку другой элементаль, чьи свойства чем-то похожи на Зеркало.

Тревожное чувство, разраставшееся внутри меня, подстегнул звон элементаля, подтверждавший правоту предположений старого мага. Я сразу почувствовала необычность того пруда, но по его реакции не смогла сказать, каким было его отношение ко мне. Но сон в саркофаге, в довольно странной форме, подтверждал мои предположения о том, что Пруд Двух Лун не прочь познакомиться со мной поближе.

– Вот только, как это понимать, учитывая тот момент, что именно Пруд воплощает в жизнь замыслы Лиррсс? – недоуменно пожав плечами, спросил Сибелиус. – А если он переключится на идеи другого человека?

– А если ему надоело общаться с Паучьей Королевой? – ехидно прищурившись, промолвила Локки. – И она решила подбросить ему кого-то новенького, кого несложно будет контролировать, убедив в своей правоте?

Глава 12. Принц

Тревожный звон Зеркала, прозвучавший в моей голове, был столь силен, что я не сразу осознала гул гонга, возвещавший жильцам башни, что к ним прибыл посетитель. И только когда Локки дернула меня за рукав и попросила, с помощью Зеркала, проверить, кто именно стоит перед дверями, я поняла, что к чему. Достав Зеркало Сновидений из мешочка и положив его на стол, я попросила показать нам визитера. К моему удивлению, оказалось, что перед дверями стоит Дзирри, его тонкое лицо, освещенное светом больших лиловых глаз, я бы уже ни с кем не спутала!

– Ну, вот! И приглашение на бал прибыло! – непонятно, чего было больше в голосе Сибелиуса: удовлетворения или тревоги.

– Я думаю, что Яне стоит спуститься и поговорить с посланцем, – предложила Локки, спешно запихивая в рот остаток печенья.

– Быть может, не стоит отпускать ее одну? – забеспокоился Тимур.

– Дзирри не станет причинять мне вред! – заявила я, уверенная в правоте своих слов.

Но посмотрев на встревоженное лицо тренера, спросила:

– Дзирри пришел один, Зеркало?

В ответ на мой вопрос, внутри обруча появилась картинка пустой улицы, освещенной неяркими огнями элементалей. Сын Паучьей Королевы спокойно стоял перед башней, скрестив на плечах руки.

– Он всячески показывает свои мирные намерения! По-моему, ему можно доверять, – пробормотал Сибелиус, бросив взгляд в сторону Локки.

– Насколько вообще можно доверять кому-то из окружения Паучьей Королевы, – промолвила Локки и добавила, – но никто не заметит, если вместе с Яной выйду и я. К тому же, думаю, что мне стоит сменить Эрика на посту наблюдателя.

Я благодарно кивнула маленькой эльфессе и пошла к лестнице.

Массивная дверь башни выпустила меня и сразу захлопнулась, мелькнула мысль, что я не заметила ни того, как Локки выскользнула наружу, ни того, куда она делась потом. Бегло осмотревшись по сторонам и не увидев ни ее, ни ее братца, я, наконец, подняла глаза к лицу принца, все это время, молча, стоявшего напротив меня и наблюдавшего с едва заметной насмешливой улыбкой.

– Ты, и на этот раз, скажешь, что пришел не по приказу своей матери? – несколько резковато спросила я, уязвленная его отношением.

– Не только по ее приказу, – слегка поклонившись, парировал Дзирри. – Конечно, первым делом, я должен передать метрессе очередное приглашение на бал и убедить принять его.

Мне стало несколько неудобно, ведь, прошлый раз я подставила Дзирри, парень не справился с поручением, но, тем не менее, попытался предупредить меня об опасности. И это несмотря на то, что мой, слабо управляемый, гнев едва не причинил вред его здоровью. А что уж говорить о реакции его властолюбивой матери!

– Ты можешь звать меня Яна, я тоже знаю, как к тебе обращаться, – слегка улыбнувшись, промолвила я. – И я хотела бы услышать, что там «во-вторых».

– Я бы хотел поговорить с тобой, конфиденциально, – лицо принца стало совершенно серьезным, – о том сне, который ты увидела прошедшей ночью.

Холодная волна нехорошего предчувствия окатила меня изнутри и вероятно отразилась на моем лице, потому что Дзирри вдруг поднес палец к губам и повторил:

– Конфиденциально!

Он тоже видел тот сон! И это не могло быть случайностью, я слишком явно ощущала его присутствие в том сне. А теперь принц призывает к осторожности, но определенно хочет срочно сообщить нечто, не предназначенное для чужих ушей.

– Мы могли бы поговорить в моей комнате, – нерешительно предложила я.

Юноша с сомнением покачал головой:

– Башня Ивонны не пропустит вовнутрь темного альва! К тому же, я хочу поговорить именно с тобой!

Я прикусила язык, с которого едва не сорвалось признание, что я смогла бы провести его вовнутрь, затем коснулась мешочка с Зеркалом и предложила:

– А что ты скажешь о предложении, поговорить на вершине башни?

Дзирри удивленно вскинул брови, но поняв по моему лицу, что у меня есть некая задумка, согласно кивнул. Я скользнула рукой к плоскости Зеркала Сновидений, вызвала в голове видение того места, где я очутилась прошлой ночью, сжала в ладони тонкие пальцы принца, и в следующее мгновение мы с ним оказались на зеленой площадке среди облаков и сталактитов.

– Ух ты, здорово! – на этот раз улыбка Дзирри выражала искреннее восхищение. – Столь быстрое перемещение я встречал у перевозчиков и горных эльфов, альвам доступно только медленное планирование.

Довольно улыбнувшись, я не стала посвящать его в тонкости своих взаимоотношений с Зеркалом, просто достала его из сумки и спросила:

– Зеркало, ты можешь сделать нашу беседу приватной?

Поверхность Зеркала вспыхнула, и в следующее мгновение мы с принцем оказались стоящими внутри купола зеленого света, окружившего площадку башни.

– Я думаю, теперь нам никто не помешает! – удовлетворенно заметила я и услышала подтверждающий звон.

Дзирри некоторое время озирался по сторонам, восхищенно качая головой, а потом промолвил:

– У тебя удивительно полный контакт с элементалем! Я даже не подозревал, что у Зеркала Сновидений есть такие возможности! Думаю, что Лиррсс тоже этого не знала, хотя. создавать вокруг себя энергетический кокон она умеет, но в этом ей помогает Паутина Замка.

– Так Паутина – тоже элементаль? – переспросила я. – А я-то думала, что Лиррсс взаимодействует только с Прудом Двух Лун.

Лицо принца внезапно помрачнело, судя по всему, он вспомнил, какой именно вопрос привел его сюда:

– Все началось именно с этого! Лиррсс отчаянно хотела абсолютной власти в Нижнем Мире, и чтобы она длилась вечно. Она придумала основу системы энергетических уровней, а также принцип сбора и концентрации энергии Земли в своем Замке. Как я понимаю, поначалу Паутина была, всего лишь, устройством, средством для сбора энергии, но постепенно приобретала личностные черты, весьма схожие со своей хозяйкой. Теперь я даже затрудняюсь сказать, кто из них больше достоин звания Паучьей Королевы.

Я невольно поежилась, перспектива столкнуться сразу с двумя темными королевами как-то не вдохновляла, но потом вспомнила свой вопрос:

– А что же с Прудом Двух Лун?

Дзирри потер лоб, в его лице появилось некоторое смущение:

– Я знаю, что нельзя слишком одушевлять элементалей, но мне кажется, что Пруд начал ревновать своего компаньона, или обиделся, что Лиррсс уделяет ему меньше внимания, чем прежде. А может, ему наскучила эта игра, и захотелось чего-то новенького. Теперь даже моя мать обеспокоена тем, что Пруд стал относиться к своим обязанностям с прохладцей, во всяком случае, твое появление стало для Лиррсс неожиданностью, как и то, что ты сумела оживить Зеркало Сновидений.

– И Лиррсс хочет, чтобы я попыталась наладить контакт еще с одним элементалем, а потом через меня влиять на Пруд! – озвучила я очевидное решение проблемы.

– Но я попытаюсь этого не допустить! – отчаяние, прозвучавшее в голосе юноши, удивило меня до глубины души.

– Потому что ты сам хочешь контроля над этим элементалем? – нерешительно спросила я его.

– Потому что никому не под силу взять его под контроль! – угрюмо поправил меня Дзирри. – Это Пруд берет под контроль личность партнера, делает совместную программу единственной целью их существования! Я знаю, о чем говорю! Я был рожден для того, чтобы стать новым симбионтом Пруда Двух Лун, мать с раннего детства заставляла меня с ним контактировать. Наверное, это и стало ошибкой, похоже, что я научился защищаться от его влияния. А с другой стороны – использовать его энергию для защиты от Паучьей Королевы. Возникло некоторое шаткое равновесие, мать не могла заставить меня плясать под ее дудку. Но связь наша с Прудом Двух Лун достаточно велика, поэтому я сразу почувствовал его интерес к тебе. А затем увидел сон, где мы танцевали вместе, а потом погружались в Пруд.

– Но что плохого в том, чтобы попытаться наладить контакт с этим элементалем и попытаться изменить жизнь в вашем городе к лучшему? – нерешительно спросила я.

– Потому, что Ивонна попыталась, а в результате погибла! – мрачно ответил принц. – Неужели Сибелиус не рассказал тебе об этом?

– Он особенно не уточнял обстоятельств смерти своей жены, – невольно нахмурившись, пробормотала я. – В то же время они с Локки считают, что обстановка в городе далека от идеальной, Паучья Королева своими действиями нарушает Равновесие, что может негативно сказаться на существовании Нижнего Мира.

– И ты, которая почти ничего не знает о нашем мире, готова рискнуть своей жизнью, ради абстрактной цели – восстановления Равновесия? – недоверчиво улыбнувшись, промолвил Дзирри.

Я слегка пожала плечами:

– Конечно же, я не горю желанием немедленно ввязываться в свару, но коли уж я решила переселиться в этот мир навсегда, то придется принимать участие в протекающих в нем процессах. Любое разумное существо хочет жить долго и счастливо, а для этого мир, как минимум, должен продолжать существовать! Если Паучья Королева слишком многое тянет на себя, то необходимо создать для нее противовес, а еще как-то так сложилось, что все мои контакты с ней и ее подручными не доставляли мне удовольствия, поэтому мой выбор очевиден. Вот только, мне не совсем понятно место Пруда Двух Лун в этом раскладе!

Дзирри потер тонкими пальцами свой высокий лоб и попытался разъяснить:

– Пруду интересно не просто управлять потоками энергии на различных ступенях взаимодействия Нижнего Мира, ему важно добиваться этим какой-то цели. И чем необычней цель, тем сложнее необходимая цепь взаимодействий, тем интереснее для элементаля предложенная игра. Но продолжая игру, Пруд просчитывает варианты только в границах предложенной задачи, глобальные опасности последствий игры для него не постижимы! Да, и неинтересны!

– Совсем, как наверху! – пробормотала я – Даже самому мощному компьютеру необходим человек-оператор, который будет за ним присматривать, если ты понимаешь, о чем я.

Принц снисходительно усмехнулся:

– Я достаточно много общался с твоими соотечественниками, перебравшимися в наш мир в последние годы, поэтому понял, что компьютер – помощник для вашего мозга, которого вы сами и создаете. В отличие от элементаля, он полностью послушен хозяину, что гораздо удобнее.

– Зато, элементаль может предугадывать желания симбионта, предлагать различные пути их осуществления, и даже оценивать их моральный аспект, во всяком случае, Зеркало Сновидений поступает именно так! – не согласилась я. – Компьютер же работает в жестких рамках поставленной задачи.

– В таком случае, у Пруда гораздо больше сходства с компьютером, хотя, его последние разногласия с Лиррсс не укладываются в эту схему, – заметил Дзирри.

– И все же, интересно было бы понять, почему проигрыш Ивонны стоил ей жизни, а твоя мать ухитряется балансировать между двумя элементалями, – задумчиво посмотрев на него, промолвила я.

– Ты все-таки решила ввязаться в эту игру! – болезненно поморщившись, пробормотал принц.

– Меня в нее, так или иначе, втянут! – обреченно пожав плечами, промолвила я, – если не Лиррсс, то Локки и компания. А если так, то лучше входить в нее на своих условиях! И мне кажется, что тот сон нам посылали сразу два элементаля: Пруд и Зеркало. А это значит, что их прогнозы на будущее совпадают! Таким предсказанием совсем не стоит пренебрегать, ни тебе, ни мне. А раз уж, будущее у нас общее, то давай объединять усилия, чтобы протянуть как можно дольше! И для начала расскажи, что ты знаешь о последних днях Ивонны.

Дзирри задумчиво потупил взгляд и помял в ладони острый подбородок:

– Честно говоря, я был слишком мал, чтобы хорошо во всем разбираться! Визиты Ивонны в Королевский Замок я помню хорошо, потому, как сестра матери относилась ко мне гораздо лучше самой Лиррсс.

– Ивонна – сестра Лиррсс? – пораженно воскликнула я.

– Конечно, младшая! – уточнил принц. – Она частенько приходила к нам, временами с Сибелиусом. Однажды они принесли с собой удивительно красивую конструкцию из стеклянных сосулек или трубочек. Братья рассказывали, что эту штуковину Ивонна сначала поставила на центральной площади города, где Сибелиус играл на ней свои музыкальные произведения. Матери это не нравилось, она говорила, что музыка сбивает работу Паутины Замка.

– А Локки утверждала, что эта игра гармонизировала музыку тонких сфер, только я не совсем понимаю, что это такое, – пробормотала я. – И чем все закончилось?

– Ивонна поставила пирамиду в центре зала с Паутиной и начала играть. Лиррсс тоже была там, вместе с моими братьями. Я же смотрел на все через Пруд Двух Лун. Удивительно красивое было зрелище! Чудесная музыка и водопад искрящегося света. А в какой-то момент Паутина и та конструкция ослепительно вспыхнули, Ивонна превратилась в золотистое облачко, а потом исчезла, – голос Дзирри ощутимо дрожал, когда он произносил последние слова.

Я внимательно вгляделась в лицо принца, его горе казалось искренним. Перед внутренним взором возникло видение: маленький черный мальчик с копной белых волос, чем-то похожий на Эрика и его сестру, съежился на бортике у бассейна, и его слезы капают в зеленоватую воду пруда, оставляя круги на его поверхности. Видение было столь ярким, что я даже затрясла головой, чтобы вернуться в реальность. Бросив взгляд на Зеркало Сновидений, я, к своему удивлению, увидела там ту же картину. Противный холодок пробежал своими пальцами по моему позвоночнику, я перевела взгляд на Дзирри, который стоял с закрытыми глазами, и по лицу его пробегали мелкие судороги, как легкие круги на воде, отражение давней, но не угасшей, боли.

– Ты тоже можешь контактировать с двумя элементалями, – тихо промолвила я, и, дождавшись, когда он открыл глаза, указала на Зеркало.

Принц вскрикнул, отшатнулся и едва не упал, так что я вынуждена была подхватить его под локоть.

– Я не хочу этого! – в отчаянии воскликнул он.

– Ты, просто, не хочешь терять свое я, – ответила я, сжимая его руку. – Так и не теряй! Тебе не приходит в голову, что если бы Пруд хотел, то подчинил бы тебя себе, он очень силен, даже я это почувствовала при мимолетном контакте. Я думаю, что личность сама заводит себя в тупик, чрезмерно сосредотачиваясь на идее-фикс. Судя по всему, у тебя такой идеи нет, потому-то Пруд Двух Лун и не сосредоточивается на тебе, хотя, связь ваша и велика. Кстати, а почему он носит такое имя?

– Ну, когда он в спокойном состоянии, то все отражается в нем в двойном количестве, – пожав плечами, промолвил Дзирри.

Я наморщила лоб, вспоминая:

– Но когда мы с тобой сидели на его берегах, то в воде было по одному нашему отражению.

Принц кивнул:

– Действительно, так.

– Значит, мы с тобой что-то меняем в его восприятии! – обрадовалась я. – И может быть, это и есть самый верный подход! Сибелиус говорит, что мои эмоции и желания очень яркие и нравятся элементалям, поэтому, если бы у меня появилась интересная идея, то я смогла бы увлечь Пруд Двух Лун, а твой тесный контакт с ним защитил бы меня от поглощения, ведь, Пруд защищает тебя и помогает бороться с Лиррсс. Давай, вот как поступим. Я приду на бал, и мы еще раз повидаемся с Прудом Двух Лун. А чтобы Лиррсс не вмешивалась, постарайся пригласить в замок побольше народу, и я друзей приведу, чтобы твоей матери было чем заняться.

Робкая улыбка немного смягчила мрачное лицо Дзирри, он провел рукой по белоснежным волосам и промолвил:

– Удивительно, но мои первые впечатления о тебе оказались верными! У тебя внешность хрупкой женщины, но душа отважного воина, ты не боишься идти на риск, ради своих убеждений. В тебе нет мягкости Ивонны, и в то же время нет той жестокости и коварства, которые присущи темным альвам, и моей семейке в особенности. Ты нечто уникальное в нашем мире, и я не удивлен, что Пруд Двух Лун тобой заинтересовался!

Столь откровенная похвала заставила меня смутиться:

– Ну, если честно, то в моем мире я не была такой уж уникальной! Дух воина во мне воспитывал учитель, который тренировал меня для боев на спортивной арене, там речь не шла о жизни и смерти, но чтобы победить соперника, необходимы были не совсем женские стороны характера. Еще в Верхнем Мире, я достаточно повидала несправедливостей и их последствий, чтобы достаточно решительно отстаивать свое мнение в этом. Но мне отчаянно не хватает знаний, поэтому я не могу считать свои действия безупречными! Я шла напролом, защищая себя и своего друга, но очень не хотела бы, наломать дров, когда речь зайдет о судьбах Нижнего Мира! Поэтому я буду рада любому дружескому совету и поддержке.

Улыбка принца стала еще шире:

– Речи настоящего политика и мага! И я не ошибся в твоей уникальности! Подавляющее большинство здешних обитателей, обладающих достаточным для независимости уровнем энергии, либо безудержно стремятся к власти, либо замыкаются на своей исключительности и перестают интересоваться жизнью других жителей Нижнего Мира. Мне тоже не хватало решительности выступить против Лиррсс и ее системы, но в паре с тобой я готов побороться за изменения.

Я невольно усмехнулась его пылкому энтузиазму, но с сомнением покачала головой:

– У нас говорят, что один в поле не воин, но тут и двоих, определенно, мало, какими бы сильными они не были! Меня не прельщает судьба Ивонны, также я не очень хотела бы погибнуть, даже разнеся весь этот мир на кусочки! Нам нужны союзники, и нам нужны знания. И первый шаг в этом направлении – бал и визит к Пруду Двух Лун. И в этом я очень надеюсь на твою поддержку!

– Тогда не будем терять времени! – решительно заявил Дзирри и протянул мне руку для пожатия, как равному, как воину.

С удовольствием ответив на его крепкое пожатие, я удержала его ладонь и попросила Зеркало спустить нас к основанию башни.

Глава 13. Новые знакомства

Очутившись внизу, принц церемонно раскланялся со мной и двинулся в сторону соседней башни. Осознав, что Дзирри немедленно приступил к реализации нашего плана, я прикоснулась ладонью к центральной пластине двери и попросила впустить меня. Сибелиус с Тимуром поджидали меня неподалеку от входной двери, ступив же за порог, я почувствовала за спиной легкое движение воздуха, и через мгновение рядом с ними материализовался рыжий братец Локки.

– Давай уже, рассказывай, что сумела выудить из принца! – состроив недовольную гримасу, потребовал мальчишка. – А то невежливо так прятаться, что даже друзьям не подслушать!

– Что вы с ним такое выкинули? – удивленно вздернув белесые брови, спросил старый маг.

– Ну, я решила не разуверять сына королевы в том, что мне не по силам провести его в башню, поэтому предложила поговорить на крыше, – смущенно пожав плечами, промолвила я.

– А еще создала там такой прочный купол, что я, последовав за вами, сначала ушиб лоб, а потом отшиб задницу, шмякнувшись обратно! – недовольно пробурчал Эрик, картинно потирая лоб и пятую точку.

– Раз, ты сумела создать энергетический кокон, непроницаемый даже для этого маленького пройдохи, то прогресс в освоении работы с энергиями Земли идет у тебя семимильными шагами! – удивленно покачав головой, отметил Сибелиус.

Покраснев от удовольствия, я изложила содержание беседы с принцем и наше совместное решение, попытаться перехватить у Лиррсс контроль над Прудом Двух Лун.

Однако Сибелиус не вполне разделял мой оптимизм:

– Я думаю, что королева не столь наивна, чтобы оставить без надлежащего контроля свой главный инструмент управления Нижним Миром! Уверен, что Паутина пронизывает все помещения Королевского Замка и оповещает Лиррсс о всех нежелательных воздействиях на Пруд.

– Ну, я и не собиралась, так сразу, бороться за влияние, мне бы сначала осознать возможность полноценного контакта, – сказала я. – А потом, вы могли бы попытаться отвлечь Лиррсс, я полагаю, что ей было бы достаточно интересно пообщаться с Тимуром, королева уже проявляла к нему интерес.

– Можно и попытаться, – кивнул головой Тимур. – Хотя, из ваших слов, у меня сложилось не самое лестное впечатление об этой особе.

– А остальными приближенными могут заняться другие гости, – подмигнул Эрик. – Локки обещала убедить проводников и перевозчиков принять участие в бале. А из соседей по башням, Сивилл-то и Корнелиус, уж точно, должны прийти, и они не в восторге от того, чем занимается Лиррсс в последнее время.

Закончив обсуждать сложившуюся ситуацию, мы, все вместе, спустились на нижний этаж. Сибелиус приотворил дверь и жестом предложил мне первой выбираться на улицу. Оказавшись за дверями, я едва не подпрыгнула, услышав неподалеку пронзительно-высокий женский голос:

– Корнелиус, выходи же, наконец! Я знаю, что ты дома!

Выглянув за угол башни Ивонны, я увидела довольно странную картину. Возле приземистого круглого строения, словно крупными мазками слепленного из коричневатого камня, стояла довольно высокая худая фигура и колотила в дверь посохом со светящимся камнем на вершине. Судя по всему, это была женщина, поскольку одета была в длинное платье со шлейфом, а с головы у нее струилось мерцающее серебристое покрывало. Весь облик был каким-то расплывчатым и нечетким, как будто по фигуре пробегала неуловимо быстрая рябь. Однако настроена незнакомка была весьма решительно:

– Ты обещал, что пойдешь со мной на следующий прием к Лиррсс! И вообще, ты уже задолжал мне не одну услугу, а значительно больше!

Стукнув еще пару раз в железную дверь, которая отозвалась протяжным звоном, как после удара гонга, женщина обернулась в сторону противоположного дома и воскликнула:

– Присоединяйся ко мне Ракшас! Сделай же что-нибудь, чтобы выманить этого затворника!

Проследив за ее взглядом, я обнаружила, что женщина обращается к высокому широкоплечему мужчине, непринужденно облокотившемуся о блестящее подножие иссиня-черной башни, имеющей форму многоугольника. И если бы не лицо, то его можно было бы принять за одну из многочисленных фигур, украшавших его отполированные грани, таких же черных и неподвижных. Лицо же напомнило иллюстрации индийских манускриптов: смуглая кожа, изящные черты лица, тонкий нос с характерной горбинкой и причудливо вырезанными ноздрями, а также большие миндалевидные глаза в обрамлении черных ресниц и бровей.

Эти глаза поймали мой взгляд, и в следующее мгновение с меня, как будто, сорвали одежду, а потом перевернули вверх ногами и сильно потрясли, чтобы высыпать на мостовую мои самые сокровенные мысли и желания. Именно эти слова, наилучшим образом, передавали мои ощущения, хотя, рассудком я понимала, что маг просто решил, по-быстрому, изучить меня. Ответная реакция моя была вполне предсказуема. С губ сорвалось нечленораздельное гневное рычание, я шагнула вперед и взмахнула рукой, еще не очень хорошо сознавая, что именно собираюсь сделать.

А в сторону бесцеремонного незнакомца уже понеслась волна голубовато-зеленого пламени. Которое, однако, по приближении к мужчине скрутилась в спираль, а потом небольшим шариком прилипло к выставленной вперед ладони мага.

– Шаровая молния – это совсем неплохо, однако слишком энергично для первого знакомства! – скривив губы в насмешливой улыбке, промолвил он, продолжая удерживать шарик возле себя. – Обычная же молния обладает большей пробивной силой и создает более острые ощущения.

Неуловимое движение пальцев, и в мою сторону метнулся ослепительно-яркий зигзаг.

– Испепелить негодяя? – мелькнула в мозгу мысль Зеркала, окрашенная праведным негодованием, оно собиралось вернуть наглецу его подарок.

– Защити меня коконом! – ярость моя уже угасала, сменяясь расчетливостью бойца, которому предстоит длительное сражение.

Правду говорят, что мысль быстрее всего на свете! Наш разговор закончился еще до того, как молния коснулась моей протянутой руки. Меня окутал сверкающий кокон, молния расплылась по нему, как расплывается струя воды из брандсбойта по корпусу автомобиля, и стекла на мостовую. К моему удивлению, мужчина широко улыбнулся, плавно оттолкнулся от стены башни и снова слегка пошевелил пальцами. Искрящаяся у моих ног молния стянулась в небольшую сверкающую лужицу, из которой вверх потянулась голубовато-зеленая лоза, на которой один за другим раскрывались багрово-алые цветы.

О том, что все происходящее заняло доли мгновения, я поняла из того, что сзади послышались, слившиеся воедино, удивленный вздох Сибелиуса и возмущенный возглас тренера, только еще появившихся из-за угла нашей башни.

– Не сердитесь, это я виновата, первая начала! – промолвила я, оглядываясь в их сторону. – Хотя, манера Ракшаса знакомиться далека от вежливой! Меня, как будто, наизнанку вывернули!

Последние слова я произносила, снова поворачиваясь в сторону мага и с осуждением качая головой. Тот же, не переставая улыбаться, скрестил на груди руки и низко склонил голову:

– Зато, сразу стал ясен характер и потенциал! А еще, мы помогли Сивилл выполнить ее задачу!

С этими словами он показал в сторону двери башни, о которой забыла даже Сивилл, застывшая с поднятой рукой и смотревшая на нас с Ракшасом, приоткрыв рот. Возле нее появилась довольно странная фигура. Невысокий сухонький старичок с длинной седой бородой, одетый в коричневую просторную рубаху, с трудом прикрывающую колени, до которых дотягивались тонкие ремешки кожаных сандалий. Обнаружив, что стал предметом общего внимания, он насмешливо фыркнул, подбоченился и громко заявил:

– Стоило посмотреть, вживую, как ты, Ракшас, своими дешевыми фокусами, пытаешься произвести впечатление на неопытных девиц! Подобное сменяется подобным! Вот, если бы ты сумел превратить ее молнию в живой цветок, тогда да!

– Вы сможете продолжить свой вечный спор чуть позже, – вкрадчивый голос Сивилл был полон яда, – а сейчас стоило бы вспомнить, что мы собирались идти на королевский бал! На этот раз, даже Сибелиус решил привести себя в порядок и принарядиться, в отличие от тебя, мой милый Корнелиус!

Женщина указала в сторону преобразившегося Сибелиуса, который выглядел не старше моего тренера, и не менее элегантно, чем Ракшас. А этот маг, определенно, производил впечатление! Теперь, когда он выпрямился во весь рост, то на голову возвышался над нами, широкий плащ облегал фигуру причудливыми складками, как будто прилипая к ней так, чтобы подчеркивать ее достоинства. Материя струилась и переливалась, напоминая черно-синюю глубину полуночного неба. Глаза сверкали алыми всполохами, а из-под широкого капюшона на грудь выползала толстая и длинная коса иссиня-черных волос. Мне сразу вспомнились описания демонов из восточных сказаний.

– Ракшас и означает «демон Нижнего Мира», на языке народов его прежнего места обитания! – пробормотал Корнелиус, признавая тем самым, что тоже успел порыться у меня в мозгах. – Я думаю, что его тщеславие и гонор успели всем там так надоесть, что он убрался куда подальше! И хотя, я не признаю превосходства внешнего вида над внутренним содержимым, но прислушаюсь к мнению сопровождающих нас дам!

С этими словами он провел правой рукой по бороде, от которой по рубашке побежали золотистые искорки, превращая ее в длинный, парчовый, золотисто-коричневый балахон. А вытянутая вперед левая рука поймала, упавшую откуда-то сверху, остроконечную шляпу.

– Теперь можно и в замок! – пробормотал маг, водружая ее на голову.

– Я думала, что нас будет несколько больше! – смущенно оглянувшись на Сибелиуса с Тимуром, пробормотала я.

– Нас и так гораздо больше, чем двое! – насмешливо фыркнув, заявила Сивилл. – Владельцы башен крайне редко покидают их, если только не решают договориться о чем-то приватно со своим соседом. А сейчас сложилась удивительная ситуация, собравшая вместе, аж, четверых! Я так и не поняла, почему Сибелиус взял тебя под крылышко?

– Она оживила Зеркало Сновидений! – неохотно сообщил маг.

Сивилл понимающе кивнула и продолжила:

– Я присоединяюсь к Вашей компании, поскольку когда-то была подругой Ивонны. А Дзирри сказал, что ты столь же отважно, как и она, противостояла Лиррсс при первом же знакомстве. Как я полагаю, Ракшаса взволновало то, что Темная Королева позволила своему сыну показать незнакомке Пруд Двух Лун. И он захотел прояснить ситуацию.

Высокорослый маг недовольно нахмурился и пробормотал:

– Предпочитаю держать руку на пульсе политической жизни нашего сообщества. А происходит нечто важное, поскольку даже Корнелиус почему-то не выдержал, хотя, очень не хотел идти в замок.

Старый маг заметно смутился и пробормотал:

– Ну, может быть, я захотел взглянуть на выходцев со своей бывшей родины!

По тонким губам Сивилл скользнула язвительная усмешка:

– Не очень убедительно, поскольку ты покинул Верхний Мир порядка полутора тысяч лет назад! И все эти годы не проявлял желания общаться с теми, кто прибывал сюда сверху.

– Мне вполне хватало твоего общества, Дева Озера! – мне показалось, что в этой фразе прозвучал какой-то неясный подтекст.

– И этот старый спор можно продолжить в другое время! – в голосе Ракшаса прозвучала вполне отчетливая насмешка. – А теперь я бы предложил переместиться на центральную площадь, поскольку, по словам принца, именно туда королева пришлет транспорт для приглашенных.

Сивилл недовольно передернула плечами и предложила:

– Раз, именно тебе так не терпится, то и переправляй нас туда!

Черноволосый маг пожал плечами, насмешливо улыбнулся, и предложил:

– Подобная благотворительность не в моем характере, но если вы возьметесь за руки, то я исполню вашу просьбу.

Уловив кивок Сибелиуса, я прикоснулась одной рукой к его ладони, а другой взялась за руку Тимура.

Глава 14. Странники подземного мира

И в следующее мгновение оказалось, что я стою в центре площади, неподалеку от рядов пестрых палаток, которые запомнились мне с момента прибытия в этот мир. Со стороны Тимура раздался прерывистый вздох, он с трудом расслабил, непроизвольно сжавшиеся, пальцы. Я взглянула на него и постаралась, чтобы моя улыбка выглядела как можно более уверенно, хотя, сама еще не до конца привыкла к подобным перемещениям. Окинув быстрым взглядом окрестности, я поняла, что мы стоим рядом с большим светящимся диском, напомнившим мне тот, который я видела в лифте Замка Паучьей Королевы. Чуть поодаль от него стояла довольно большая группа существ, значительно различающихся, как одеждой, так и строением тел.

Первыми, кто бросился в глаза, были Локки с Эриком, стоявшие рядом с десятком подобных им маленьких человечков, разодетых в яркие пестрые одежки. Они с любопытством рассматривали нашу компанию и перешептывались между собой. Лицо Локки выглядело на удивление серьезным, тогда как Эрик улыбался, оживленно болтая со стоящим рядом с ним странным маленьким существом.

Лицо его отдаленно напоминало человеческое, однако кожа была зеленовато-серой, покрытой мелкими чешуйками. Волосы, напрочь, отсутствовали, зато острые уши удивляли своей несоразмерной величиной. Поймав мой удивленный взгляд, существо растянуло в улыбке тонкие губы, из-под которых показалось множество остреньких зубов. Уловив какое-то движение в нижней части его тела, выглядывавшей из-под короткой кожаной туники, я поняла, что это – тонкий хвостик, украшенный на конце маленькой кисточкой. Вернувшись к верхней части тела, я обратила внимание, что лысую макушку существа украшают маленькие рожки. Оживал еще один мифологический персонаж, в который мои современники отказывались верить. Мелкий бес, источник всяческих безобразий или…

– Гремлин! – прозвучал в моей голове голосок Локки, а затем она двинулась в мою сторону, таща на буксире братца и его собеседника.

– Хочу представить вам моего друга, Крисса! – пропищала эльфесса, выталкивая вперед серенькое существо. – Это – самый неутомимый скиталец Нижнего Мира и не только, умелый проводник, которому известны все проходы и закоулки в окрестностях. И это он принес мне те пакетики, которым ты так обрадовался, Сибелиус! Для него нет неосуществимых задач!

Гремлин взмахнул хвостиком, шаркнул босой ступней и прошелестел:

– Всегда к услугам тех, кто имеет желания и средства, чтобы их оплатить!

В следующее мгновение кисточка его хвоста, как бы невзначай, коснулась моей руки, я почувствовала легкий удар током, удивленно взглянула сначала на хвост, по которому скользнула зеленоватая искра, а затем на лицо Крисса, по которому промелькнула гримаса боли. А затем услышала заливистый смех Эрика:

– Я же предупреждал тебя, что охрана у нее на высоте! Даже такому непревзойденному похитителю энергии ничего не украсть!

Возмущенный звон Зеркала Сновидений подтвердил правоту этого высказывания.

Сочувственно посмотрев на сконфуженную серенькую мордашку, я невольно улыбнулась и промолвила:

– Если тебе что-либо очень нужно, иногда стоит сначала попросить! Я, вовсе, не против знакомства с тобой, и даже готова, при случае, поделиться энергией, однако не люблю, когда у меня что-то берут без разрешения!

Я протянула гремлину раскрытую ладонь, он нерешительно прикоснулся к ней пальцами с остренькими коготками, между нами проскочила зеленая искорка, и в ту же секунду маленькие рожки слегка засветились. Малыш радостно улыбнулся, затем отступил на шаг и изобразил нечто вроде замысловатого поклона:

– Примите мои извинения, великодушная метресса! Не смог устоять от того, чтобы проверить на деле ваши выдающиеся возможности! Мало кто готов прощать наши шалости, а еще меньшее количество способно заплатить до выполнения заказа. Мой клан к вашим услугам!

Он еще раз поклонился и указал на десяток подобных ему существ, издали глазевших на наш разговор.

Я помахала им рукой и, повернувшись к Криссу, сообщила:

– Будем считать это подарком, который положит начало нашей дружбе! Но если твои друзья снова захотят что-то провернуть исподтишка, то их ждет очередной неприятный сюрприз!

На мордашке гремлина проступило глубокое удивление:

– Маг предлагает дружбу гремлину? Вы же только используете наши способности!

– Значит, я не совсем обычный маг! – слегка пожав плечами, промолвила я.

– Просто, дама еще слишком мало знает о Нижнем Мире и ваших безобразиях, но это поправимо! – от души расхохотавшись, промолвил Ракшас.

Гремлин мгновенно оскалил зубы, прижал к голове уши, развернулся в сторону Ракшаса и прошипел:

– Ты, и сам, не так уж далеко от нас ушел! И если о тебе не говорят в открытую, то только из страха перед наказанием! А мои сородичи способны и на благодарность, и на дружбу!

Лицо Ракшаса потемнело от гнева, он сделал шаг вперед и уже протягивал руку в сторону Крисса, как вдруг послышался удивительно спокойный хрипловатый голос:

– Не хватало еще, чтобы вы подрались! Вот уж, Лиррсс-то обрадуется!

Посмотрев в сторону, откуда донеслись слова, я увидела, что к нам приближается компания высоких лысых людей, облаченных в свободные черные костюмы, чем-то напоминавшие мое спортивное кимоно, в котором я выходила на ринг. Все они казались удивительно похожими, на одинаково круглых лицах не наблюдалось каких-либо отличий или признаков возраста, однако каким-то чутьем я выявила именно того, кто переправил меня в Нижний Мир.

– Чтобы перевезти куда-то материальное тело, необходимо осознать его габариты, а чтобы переправить из мира в мир энергетическую составляющую, необходимо познать ее духовную сущность, – прозвучало у меня в голове, в то время, как мои глаза поймали взгляд неимоверно старых и мудрых глаз. – Между нами возникла связь, которая никогда не прервется, поскольку во мне остался отпечаток твоей личности.

Неприятный холодок пробежал по позвоночнику, когда я осознала всю глубину сказанного.

Но перевозчик мягко улыбнулся и вслух промолвил:

– Наш клан, и я, Китано, рад приветствовать юную, и при этом столь отважную, метрессу и ее учителя! Мы были свидетелями того, что происходило во время последних состязаний на Большой Арене.

Затем он повернулся к Тимуру, слегка поклонился ему и продолжил:

– Мои сородичи всегда бережно подходили к сохранению духовной сущности разумного существа. Особенно же больно, когда уничтожается связанная с тобой частичка! С приходом к верховной власти Паучьей Королевы, в обществе воцарилось пренебрежение к жизни разумных существ. И тем удивительнее ваш пример, когда ценность чужой жизни была поставлена выше собственной!

Склонив голову в ответном поклоне, мой тренер промолвил:

– Для всех последователей того философского учения, к которому и я принадлежу, легче потерять жизнь, чем сменить убеждения. И они построены на таком же уважении к разуму и жизни, как и ваше!

В ответ на это заявление головы склонили остальные шестеро перевозчиков. Затем ко мне подошел один из них и протянул небольшой мешочек из черной ткани:

– Мне искренне жаль, что метресса не успела осмотреть мой магазин в первое свое посещение, надеюсь, что этот небольшой подарок напомнит про обещание оценить и остальные статуи! Меня зовут Хироки…

Заглянув в его глаза, я узнала ощущение, возникшее при первом посещении магазина со статуями. Глаза лучились молодой энергией и искренним интересом, я уже открыла рот, чтобы договориться о следующем визите, но тут раздался голос того перевозчика, который заговорил первым:

– Мне кажется, что королева напоминает о скором начале мероприятия! И с нашей стороны будет не слишком вежливым, заставлять остальных гостей ждать.

И он указал на энергетический диск, который начал отчетливо пульсировать, словно привлекая к себе внимание. Я сделала шаг в его сторону, но Сибелиус удержал меня за руку, прошептав при этом:

– Почетные гости прибывают в последнюю очередь!

Хироки с улыбкой кивнул, вручил мне мешочек и следом за своими собратьями вступил на сияющий диск, который начал медленное движение вверх, а затем направился в ту сторону, где, сквозь клубящийся туман, виднелись башни Королевского Замка. На месте же отплывшего диска обнаружился следующий, куда устремились галдящие и хихикающие сородичи Локки. Сама же она подошла поближе и указала на мешочек:

– А разве ты не хочешь взглянуть, что там?

Я кивнула, сунула ладонь в мешок и вытащила оттуда маленькую статуэтку из черного обсидиана. Это была пантера, выполненная столь искусно, что казалось, еще мгновение, и она расправит напряженное перед прыжком тело и устремится вслед за добычей.

– Совсем как живая! – удивленно вздохнул Тимур и погладил ее по спине пальцем, и мне в этот момент показалось, что в глазах статуэтки мелькнула живая искорка.

– Это очень особенная вещь, береги ее! – скороговоркой прошептала Локки и погрозила пальцем, вертевшемуся возле меня, Криссу, а затем устремилась вслед за своими сородичами.

– Я ничего не краду у своих друзей! – обиженно заявил чертенок, сердито блеснув глазами в ее сторону. – А метресса назвала Крисса другом!

– Зови меня Яной, малыш! – с улыбкой промолвила я и подтолкнула его в сторону сородичей, устремившихся к диску, появившемуся на месте того, что унес Локки.

– Восхищаюсь Вашей душевной щедростью! – презрительно фыркнув, промолвил Ракшас.

– Не все же так надменны, как ты! – парировала Сивилл, бросив быстрый взгляд на мои заполыхавшие щеки. – И дальновидный политик не будет пренебрегать союзниками, какими бы ничтожными они ни казались. А в том, что нам предстоят неслабые политические баталии, я почему-то не сомневаюсь!

С этими словами она подхватила под руку хмурого Ракшаса и повлекла его в сторону очередного светящегося диска.

– И хорошо, если только политические! – подергав себя за бороду, пробормотал Корнелиус, устремляясь следом за ними.

– Во что же именно мы ввязываемся? – промолвил Тимур, провожая взглядом эту троицу.

– Даже и не представляю! – с тяжелым вздохом ответил ему Сибелиус. – До появления здесь Яны, я считал, что дело Ивонны проиграно окончательно. Больше никто не желал перечить Лиррсс, хотя, неустойчивое положение тонких энергетических сфер, ощущал не только я, но и перевозчики. Но видимо, Локки, втихаря, вела какую-то свою игру!

– Еще бы понимать, как следует, ее правила! – пробормотала я, направляясь в сторону очередного свободного средства перемещения.

Глава 15. Полет к замку Паучьей Королевы.

В отличие от того диска, который перемещал нас между уровнями Замка Паучьей Королевы, новое средство передвижения перемещалось медленно и плавно, позволяя с высоты осмотреть расстилавшийся внизу город. Диск скользил чуть ниже золотистых облаков, скрывавших своды гигантской пещеры, и только кое-где спускался пониже, огибая свисающие сталактиты. Мне впервые удалось окинуть взглядом все подземное пространство. Центральную часть занимало скопление невысоких домов, окружавших рыночную площадь. Чуть дальше, если смотреть в сторону, противоположную той, куда мы направлялись, возвышались башни магов, различавшиеся величиной и формами. Там золотистый туман был гуще, скрывая вершины строений и то, что находилось позади них.

Энергетический диск, тем временем, подплыл к Большой Арене, и я невольно поежилась, вспомнив произошедшие на ней события. Хотя, в настоящей момент она была пуста, ограждающий барьер почти не светился, и только по открытым скамьям ползли серо-зеленые клочья тумана, подбираясь к подножию скалы, на которой возвышалась черная громада Замка. Первый из светящихся транспортных дисков, уже подобрался совсем близко и нырнул в клубящийся туман. Бросив взгляд в сторону Сибелиуса и не обнаружив на его лице беспокойства, я продолжила осматривать окрестности. И заметила, на границе видимости, что облака становятся ниже, как будто, своды пещеры постепенно понижались. А в одном месте мне показалось, что я увидела что-то вроде арки, указывавший на выход из городских кварталов в какое-то иное пространство. Быть может, очередную подземную полость?

Неприятный холодок, коснувшийся моей кожи, заставил вновь повернуться в сторону Замка. Оказалось, что остальные диски скрылись в пелене зеленоватого тумана, и к нашему тоже тянулись его тонкие струйки, напоминающие щупальца. Взглянув на Сибелиуса, я и на его лице заметила недовольную гримасу, а потому предложила:

– Быть может, мне стоит попросить Зеркало Сновидений, накрыть нас защитным куполом?

– Обычно диски сами создают защиту, – слегка поморщившись, сообщил он, – но сегодня все как-то по-другому. У меня странное ощущение, как будто по коже скользит паутина, возможно, что Паучья Королева уже пытается как-то на нас воздействовать или изучать. Поэтому, если Зеркалу не очень затратно, то защитный полог нам бы не помешал.

В ответ послышался уверенный звон Зеркала и золотисто-зеленый свет заскользил по нашим фигурам, объединяясь в полусферу и выталкивая за ее пределы серые щупальца тумана. Серое марево за пределами купола на мгновение сгустилось, а затем хлынуло в разные стороны, открывая нашим глазам черное плато и стоящий на нем замковый комплекс. Мой тренер не сумел сдержать восхищенного возгласа, как, впрочем, и я, несмотря на то, что частично уже представляла себе его красоту и масштабность.

Высоченные сталагмиты, напоминающие растущие из земли огромные черные сосульки, увитые ажурными металлическими конструкциями, окружали гигантский купол, похожий на пузырь абсолютного мрака, вздувающийся из земных глубин. Прикинув его размеры, я подумала, что это – Большая Арена, вывернутая наизнанку, возможно, именно так оно некогда и происходило. И если башни сталагмитов казались живыми, из-за пульсирующего на них багрового сияния, переходящего в золотистые искорки на металлических конструкциях, то центральный купол казался сосредоточием безжизненного мрака. Но во всем комплексе присутствовала какая-то странная гармония, притягивающая взгляд и завораживающая сознание.

– И чьих же рук это творение? – мне показалось, что голос Тимура прозвучал несколько напряженно, колоссальное сооружение оказывало подавляющее воздействие не только на мое сознание.

– Сам я не присутствовал при его создании, но Ивонна рассказывала, что некогда в этом месте существовал выход на поверхность, через который был виден кусочек звездного неба, и иногда туда даже заглядывала Луна, – промолвил Сибелиус, не отводя взгляда от темной громады. – Лиррсс заманила на то плато могущественного элементаля, собрала вокруг темных альвов и долгие годы никого не пускала вовнутрь. Могущественные процессы, породившие Замок, заставляли дрожать все вокруг, подземные обитатели разбежались по дальним коридорам. Но однажды в них начали появляться темные альвы и приглашать жителей, осмотреть новый город и поселиться в его окрестностях. Сначала любопытных были единицы, но затем прошел слух, что Лиррсс делится с приближенными дармовой энергией. А маги обнаружили, что в наших местах изменилось направление силовых линий Земли, пронизывающих земной шар наподобие меридианов и параллелей, которые теперь стягивались в район того самого плато. А башни лучше всего функционируют, если построены именно на силовой линии. Таким образом, в окрестностях Замка появился город, в котором жили, как маги, так и другие жители подземелий. Перевозчики наладили систему сообщения с поверхностью, а вот, выход на поверхность, через который раньше была видна Луна, оказался закрытым.

– А что же Ивонна? Она тоже принимала участие в этом строительстве? – поинтересовалась я.

– Не уверен, если только на начальном этапе, – с сомнением покачал головой Сибелиус. – Но она рассказывала, что застала ещё то время, когда в глади Пруда отражались, те самые, две Луны и звезды.

– Невероятная история! – восхищенно промолвил Тимур. – Похоже, что Лиррсс ухитрилась каким-то образом использовать не только геомагнитное поле Земли, но и гравитационное воздействие Луны. И все для того, чтобы построить роскошное жилище своему клану?

Сибелиус сердито поджал губы:

– Многие маги тоже сначала так думали! Но оказалось, что Королева строила не только снаружи, но и изменяла внутреннюю структуру пластов, способствующих передаче различных видов энергии. Возводить башни становилось все сложнее, эффективность их работы тоже падала. А на долю простого люда доставались какие-то капли из общего энергетического океана. Тогда Лиррсс заявила, что если все жители признают ее королевскую власть, то она будет делиться энергией. Многие согласились, кто-то пытался воспротивиться и исчез в Паутине, поскольку никто уже не мог сравниться с Лиррсс запасами энергии для прямого противостояния. Ивонна решила идти другим путем. Она создала устройство, влияющее на перераспределение энергии между силовыми линиями, так называемые «тонкие сферы». Перекачка энергии по ним идет вне земных пластов, она менее интенсивна, зато, как оказалось, сильно влияет на разумную составляющую. Особенно, если ее пульсации удается гармонизировать особым образом. Это – как музыка, какая-то возбуждает и раздражает, а какая-то создает спокойный и созидательный настрой. Моя музыка показалась ей наиболее подходящей для подобных целей. Сначала расчет Ивонны, вроде бы, оправдался, население стало меньше ходить на Арену и в Замок, расселялось в более далекие от города тоннели и пещеры. Я думаю, что Ивонна надеялась и сестру свою вразумить, но не вышло…

Старый музыкант прикрыл глаза и сокрушенно покачал головой.

– А что же стало с той конструкцией? – поинтересовалась я.

Сибелиус открыл было рот, чтобы ответить, но тут наш диск подлетел к куполу и нырнул в стремительно протаявший в нем проход. Как будто огромный жадный рот распахнулся и проглотил нас.

Глава 16. Бал в подземелье

И снова я оказалась в громадном темном зале с багровыми колоннами, странные тени скользили по светящемуся куполу, который продолжало сохранять вокруг нас Зеркало Сновидений. Мы были единственным светлым пятном в этом мрачном месте. На мгновение я испугалась, что приглашение на бал было чистым блефом, а нас заманили в ловушку, чтобы, втихаря, уничтожить. Но тут увидела едва заметное, зеленоватое, свечение, исходящее от высоких дверей, ведущих в зал с Паутиной.

– Вход в главное помещение Замка – прямо по курсу! – сообщила я тренеру, когда он обеспокоенно взглянул в мою сторону, мысли о коварстве Лиррсс зародились не у меня одной.

Диск медленно подплыл к металлическим дверями, опустился на каменный пол, стянулся в яркую точку и ушел в глубину. Светящийся полог Зеркала тоже исчез. Несколько секунд мы стояли в полной темноте, а затем двери медленно отворились, и нашим глазам предстало залитое золотистым светом помещение, заполненное народом.

На этот раз, Лиррсс уже стояла на помосте перед сверкающей Паутиной, возвышаясь над толпой темных альвов, сгрудившихся подле своей повелительницы. Здоровенные тролли образовывали живой коридор от входа до ступеней помоста, на которых стояли перевозчики и трое знакомых мне магов. Отметив для себя привилегированное положение перевозчиков в этом обществе, я обеспокоенно оглянулась, в поисках своих маленьких друзей.

– Не беспокойся, мы здесь! – прозвучало у меня в голове.

И в следующее мгновение на плечах и головах ближних ко мне троллей материализовалась стайка ребятишек в пестрых одежках. Охранники возмущенно закрутили головами и попытались схватить своими лапищами озорников, которые с заливистым смехом посыпались вниз и окружили нашу компанию. Кто-то дернул меня за руку, опустив глаза, я увидела непривычно серьезное лицо Эрика, а в голове послышался его голосок:

– Возьмись двумя руками за юбку своего платья и приподними его над полом!

Последовав его совету, я с удивлением обнаружила, что юбка стала гораздо шире и затвердела, приняв форму колокола.

– Так гораздо лучше! – кивнул головой мальчуган. – И не удивляйся, если почувствуешь под ней что-то необычное. А также сделай вид, что принимаешь мою сестричку за Локки.

Обернувшись в другую сторону, я увидела рядом с собой маленькую растрепанную девчонку в пестром платьице, которая выглядела, точь-в—точь, как Локки, но определенно не была моей подружкой. Однако девочка заговорщицки подмигнула мне и ухватилась за ладонь своей ручонкой. И в то же мгновение я почувствовала, как что-то маленькое шмыгнуло мне под юбку. С трудом овладев своим лицом, на котором пытались отразиться мои чувства к тому, кто спрятался под юбкой, я повернулась в сторону помоста, с которого послышался голос Паучьей Королевы:

– От своего имени и от всех членов моего клана, а также от имени всех жителей нашего славного города, хочу поприветствовать метрессу Яну и ее друзей!

– Добро пожаловать, метресса Яна! – зазвучал нестройный хор множества голосов, сопровождаемых какими-то странными щелчками, приглядевшись повнимательней, я поняла, что альвы, вместо того, чтобы хлопать в ладоши, щелкают пальцами, как будто, на них надеты кастаньеты, этим движением вызывая к жизни снопики голубоватых искр, взлетавших у них над головой.

Кинув быстрый взгляд в сторону Сибелиуса, я неспешно двинулась в сторону помоста. Малые эльфы продолжали носиться вокруг нас, прыгать и кувыркаться, у меня даже в глазах зарябило.

– Малыши создают вокруг нас завесу, мешая посторонним оценивать энергетический уровень и улавливать мысли, – раздался еле слышный шепот старого музыканта. – Пользоваться здесь коконом Зеркала Сновидений для тебя было бы невежливо, также как для Лиррсс – разгонять этих непосед. Но они не смогут, все время, оставаться рядом с тобой, поэтому рядом с Королевой держи свои слова и мысли в узде, как бы тебя не провоцировали! Если хочешь что-то спросить – говори сейчас!

– Я нигде не вижу Дзирри! – также тихо промолвила я, исподтишка оглядываясь по сторонам.

– И это очень странно, ведь, два других принца стоят на нижней ступени помоста, – пробормотал Сибелиус.

Проследив его взгляд, я обнаружила двоих высоких и широкоплечих темных альвов, стоявших чуть ниже королевы. Выглядели они весьма внушительно, особенно если принимать во внимание, что над плечами каждого из них виднелись рукояти двух сабель. И что же могло случиться с Дзирри, если, судя по рассказам Сибелиуса, он мог в одиночку справиться с ними, обоими?

– И Локки куда-то запропастилась! – озабоченно добавила я, не прекращая осматривать окрестности.

Сибелиус бросил удивленный взгляд на девчушку, державшую меня за руку, и пробормотал:

– Действительно, это – не она! Но если не присматриваться, то сходство просто поразительное.

– Мне кажется, что-то пошло не по нашему плану, – вставил свое веское слово мой тренер. – И всем стоит держаться настороже.

Я только глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки, поскольку наша компания уже почти вплотную приблизилась к помосту. Затем склонилась в сторону Эрика и пробормотала:

– Отпусти своих сородичей, пока королева, в конец, не осерчала!

И в самом деле, со стороны Лиррсс ощущалась отчетливая волна раздражения, и мне не хотелось, с первой же минуты, вступать с ней в пререкания. Тем более, что ситуация казалась мне все менее благоприятной. Малышня мгновенно брызнула в разные стороны, просочилась между ног у массивных стражей и исчезла в толпе. Рядом с нами остались только Эрик и псевдо-Локки.

На лице у Лиррсс проступила довольная улыбка, и она начала медленно спускаться по ступеням. Когда королева прошла мимо сыновей, они двинулись следом, в то время, как маги и перевозчики остались стоять на помосте.

– Зеркало, ты можешь помешать ей, рыться у меня в мозгах? – послала я быструю мысль, коснувшись кончиками пальцев его поверхности.

Мне показалось, что ответный звон не отличался уверенностью, но внезапно мир перед моими глазами стал несколько расплывчатым, а на лице Королевы промелькнула гримаса неудовольствия, из чего я заключила, что усилия моего партнера чего-то стоили. Однако Лиррсс быстро справилась со своими чувствами, водрузила на лицо маску доброжелательности и громко произнесла:

– У нас давно уже не было такого чудесного повода для праздничного бала! Искренне надеюсь, что появление в нашем мире такого юного, но сильного и страстного, мага послужит объединению сообщества всех разумных существ Нижнего Мира и его дальнейшему совершенствованию! Давайте же, отметим это событие музыкой и танцами! Тем более, что у нас есть замечательный инструмент и не менее замечательный музыкант.

Произнеся эти слова, королева взмахнула рукой, толпа придворных расступилась, и перед моим взором возникла увеличенная копия конструкции из стеклянных трубочек, которую я видела в башне Ивонны. Полу-вздох, полу-стон, раздавшийся со стороны Сибелиуса, заставил меня поежиться, так много было в нем печали и горечи. А затем во мне взметнулась волна ярости, направленная на ту, которая так жестоко издевалась над моим другом.

– Мне кажется, что было бы разумнее, выбрать другой инструмент, чтобы мы могли, в полной мере, разделить вашу радость, Королева! – я постаралась произнести эти слова как можно спокойнее, но вложенная в них сила заставила их эхом заиграть во всех уголках огромного зала.

Единый вздох пронесся над толпой и стих, зато раздался шорох одежд, это придворные пытались отодвинуться подальше от нас, не желая стать случайной жертвой моего гнева. А на лице Лиррсс промелькнула довольная улыбка, королева сделала еще шажок в нашу сторону и промурлыкала:

– А я-то думала, что предлагая Сибелиусу инструмент моей сестры, сумею загладить то давнее недоразумение! Ведь, в этот раз мы не затеваем никакого соревнования, не так ли?

Резкие слова, по поводу такой характеристики противостояния между сестрами, закончившегося смертью одной из них, уже рвались с моих губ, но я почувствовала на своем плече руку Сибелиуса, а его голос был спокоен и тверд, когда он ей ответил:

– Я очень многое бы отдал, чтобы то, что вы называете «соревнованием», завершилось с иным исходом, но еще больше я желаю, чтобы в Нижнем Мире воцарилась истинная гармония!

– Так значит, мы с тобой единомышленники, мой милый Сибелиус! – в голосе Лиррсс было столько искреннего радушия, что, не знай я истинного положения дел, могла бы и обмануться. – Сыграй нам что-нибудь красивое, и пусть танец объединит нас, всех!

– Я выполню твое пожелание, Лиррсс! – промолвил Сибелиус, и снова сжал мое плечо, я понимала, что старый музыкант, изо всех сил пытается оградить меня от необдуманной реакции на провокации королевы.

Он сделал шаг по направлению к магическому инструменту, и в это время рядом с ним очутилось мерцающее серебристое облачко, которое сгустилось и приняло очертания Сивилл. Она взяла музыканта за руку и промолвила:

– А я прослежу, чтобы на этот раз не возникло никаких недоразумений! Сибелиус просто сыграет нам один из чудесных вальсов, которые так любят в верхнем городе.

И женщина двинулась в сторону блестящей конструкции, увлекая Сибелиуса за собой. Перехватив недоуменный взгляд Тимура, я слегка пожала плечами, для меня происходящее было столь же непонятным, как и для него. Меж тем, королева последовала за музыкантом, ее сыновья двигались за ней, как приклеенные. Мне показалось, как минимум, неловким оставаться на своем месте, я взяла тренера за руку и устремилась вслед за ними, мельком отметив, что маленькие эльфы куда-то испарились.

– Ты понимаешь, что здесь творится? – быстро пробормотал Тимур, слегка сжимая мою ладонь.

– Ни черта подобного! – тихо прорычала я. – Более того, я чувствую сильнейшую нехватку информации, но, по-моему, нам ничего не остается, как пытаться следовать прежнему плану.

После этих слов я тоже сильно сжала его ладонь, предупреждая от дальнейших рассуждений на эту тему. Тимур ответил на пожатие, показывая, что все понял и продолжает игру.

Подойдя к Сибелиусу, молча стоявшему в шаге от сверкающей пирамиды, я прикоснулась к его руке и промолвила:

– Тебе не обязательно делать это, если игра вернет боль того дня, Сибелиус!

Старый маг с трудом оторвал взгляд от завораживающей игры света на гранях стеклянной конструкции, встретился со мной взглядом и промолвил:

– Я не играл с тех пор, как Ивонна покинула нас! Искушение слишком велико!

– Не бойся за него, – я даже вздрогнула, услышав высокий голос Сивилл. – Я не дам моему другу слишком увлечься и перейти грани разумного!

– Ну, что же может быть неразумного в том, чтобы отдаться во власть музыки и танца? – мурлыкающий голос Лиррсс послышался совсем рядом.

Посмотрев в ее сторону, я увидела, что королева стоит, склонив голову набок, и с невинной улыбкой смотрит на Сибелиуса. Тот поймал ее взгляд, гордо вздернул подбородок, шагнул вперед и взмахнул рукой. Музыкант так и не прикоснулся к конструкции, но по залу поплыл высокий и печальный звук. Затем в действие пришла другая рука, звук изменил тональность, зазвенел на грани слуховых возможностей. А затем внезапно стал более низким и бархатистым, но не менее печальным.

– Хочу напомнить, что ты собирался сыграть нам вальс, Сибелиус! – к моему удивлению, эти слова произнесла не Лиррсс, а Сивилл.

Взглянув на нее, я поняла, что женщина-маг стоит рядом с музыкантом, слегка касаясь рукой его плеча, Сибелиус вздрогнул, встряхнул головой, движения его рук изменились, и под сводами зала зазвучал один из вальсов великого Штрауса.

– Хочу представить тебе моих сыновей! – я с трудом удержалась, чтобы не вздрогнуть, услышав голос Лиррсс у самого уха.

Медленно обернувшись, я встретила ее торжествующий взгляд, и королева продолжила:

– Старшего зовут Мортиллусс, а другого – Лепрринусс, и оба рады будут составить тебе пару в танце! А если ты представишь мне своего учителя, то и я обрету партнера.

Звон Зеркала в моем мозгу, определенно, обозначал сигнал тревоги, но я не видела пути для отступления, а потому склонила голову и промолвила:

– Одно из имен моего учителя – Тимур, а умеет ли он танцевать вальс, я не знаю.

Этими словами я пыталась дать тренеру возможность отказаться, но он только склонил голову в легком поклоне и протянул руку королеве, приглашая на танец. Лиррсс скользнула в его объятия и пара закружилась по залу среди спешно разбегающихся придворных. Мой учитель следовал плану и пытался отвлечь королеву на себя, чтобы дать мне большую свободу действий. Но не тут-то было!

– Кого из нас метресса почтит своим вниманием? – голос какого-то из сыновей Лиррсс привлек мое внимание.

Скользнув по ним взглядом и не найдя отличий, я слегка пожала плечами и сделала шаг в сторону того, кто оказался по правую руку от меня. Кажется, то был Мортиллусс. Принц склонил голову в благодарном поклоне, а затем его рука оказалась на моей талии, и мы заскользили по удивительно гладкому полу, вокруг стеклянной пирамиды, которая переливалась и сверкала всеми цветами радуги.

Надо сказать, что танцевать принц умел, он не только уверенно вел меня в танце, огибая возникающие препятствия в виде других пар или колонн, но и пытался занять меня разговором.

– Насколько я понял, метресса интересуется боевыми искусствами? – произнесенные мягким и бархатистым голосом слова, заставили меня сосредоточиться на лице говорившего. – Вы любите наблюдать за боями, или не только наблюдать?

– Пожалуй, не столько наблюдать, сколько участвовать, – довольно сухо ответила я.

– Вы представили своего спутника, как вашего учителя, он же показал на Большой Арене довольно необычный тип сражения, – не отступал сын королевы. – Я могу оценить мастерство бойца, справившегося без оружия с вооруженным противником, но не совсем понимаю, почему он не сумел завершить поединок и забрать энергию проигравшего.

Щеки мои вспыхнули от обиды за тренера, и я довольно резко произнесла:

– Тимур, просто, не захотел лишать его жизни, но это не означает, что у него недостает для этого умения!

Насмешливая улыбка скользнула по губам принца:

– Я слышал, что среди некоторых жителей Верхнего Мира имеет хождение столь странный подход, но метресса, определенно, не относится к их числу! Ваше выступление было более чем эффектным!

От злости я даже прикусила губу, этот тип надавил на мое больное место. Тимуру так и не удалось убедить меня в том, что все разногласия возможно уладить мирным путем. Тренер считал, что моя агрессивная натура мешает сознанию испытывать настоящее единение с природой, и тем не менее, не оставлял надежд, наставить на путь истинный.

– Не стоит недооценивать противника! – прошипела я. – Насколько я знаю, ваш младший брат тоже не горит желанием убивать противников, но поражения от него не менее болезненны для гордости, чем удары сабель для тела!

Вот, тут уж я попала в самое больное место! Принц даже разжал объятия и отшатнулся от меня, прожигая мое лицо сверкающими алыми глазами, я внутренне сжалась, готовясь к нападению, и попыталась понять, на что именно он готов решиться, прежде чем наносить упреждающий удар. Тихий звон Зеркала в моей голове прозвучал прелюдией, а затем в мой мозг хлынул поток образов. Они так поразили меня, что я практически потеряла над собой контроль и уже поднимала руку для удара, как вдруг ее перехватила чья-то сильная и смуглая, но не черная, рука, и послышался голос Ракшаса:

– Если прекрасной метрессе надоел ее партнер, то я с удовольствием его заменю!

Глава 17. Ход королевы – не всегда выигрыш партии

Я, было, дернулась, желая освободиться и продолжить разборку с принцем, но взглянув в лицо мага, увидела в нем нечто такое, что положила руку ему на плечо и позволила увлечь себя в вальсе. Надменный и насмешливый Ракшас казалось, едва сдерживает волнение и беспокойство. Я с удивлением заглянула в его большие глаза, которые из черных стали багрово-красными, как будто в них отразился тот пламень, что бушевал у мага в душе. Ракшас же растянул губы в натужной улыбке и прошипел мне на ухо, будто бы услаждал мой слух изысканными комплиментами:

– Я начинаю думать, что мои друзья ошиблись и переоценили Ваши достоинства! По меньшей мере, неразумно затевать свару с сыном королевы, в то время, как она сама куда-то запропастилась, прихватив с собой Вашего учителя!

После этих слов мой партнер замедлил вращение, давая возможность оглядеться по сторонам. Действительно, среди редких пар, кружившихся вокруг Сибелиуса и его инструмента, не было видно ни Лиррсс, ни Тимура. Бросив быстрый взгляд в сторону подиума с Паутиной, я обнаружила там только перевозчиков, редкой цепью растянувшихся по полукруглым ступеням. Скользнув взглядом по окруживших танцоров зрителям, я заметила только Корнелиуса, озабоченно переводившего взгляд с Сибелиуса на нас с Ракшасом. Чуть в стороне мелькнуло перекошенное от злобы лицо принца, но судя по тому, что он не делал попыток вмешаться, связываться с Ракшасом тот не решался.

– Я не хотела вступать в противоречия, но Мортиллусс, для начала, попытался оскорбить моего учителя, а затем я увидела в его мыслях Дзирри, утонувшего в Пруду Двух Лун! – скороговоркой прошептала я в ответ. – Принц не хотел симбиоза с тем элементалем, он предлагал мне союз, чтобы попытаться подчинить Пруд и не попасть полностью под его влияние, но получается, что поплатился за этот неосторожный поступок!

– Ах, молодость, молодость! – побормотал Ракшас, и на его лице промелькнуло нечто среднее между презрением и сочувствием. – Уверен, что Лиррсс легко разгадала вашу неуклюжую хитрость и постаралась опередить события. Вот только непонятно, зачем ей твой учитель? Что в нем такого, чего нет в тебе, и так необходимо Паучьей Королеве?

Сначала я в недоумении покачала головой, но в следующую секунду похолодела от ужаса. Тимур гораздо лучше меня владел практиками единения с природой, тонко чувствовал ее слабые поля. Учитель очень хорошо понимал пути взаимодействия и равновесия Верхнего Мира, что могло заинтересовать, как скучающего элементаля, так и властолюбивую Королеву.

– Я думаю, что Лиррсс заинтересовали знания учителя о слабых энергетических взаимодействиях Верхнего Мира, это – аналог того, что вы здесь называете «тонкими сферами», – пытаясь побороть сжимавшие горло спазмы, пробормотала я. – И если она научится ими управлять, то, с помощью Пруда Двух Лун, сумеет влиять и на Верхний Мир тоже!

Глаза Ракшаса превратились в узкие щелки, а с губ сорвалась череда непонятных мне звуков, которые, судя по сопровождавшей их эмоциональной волне, являлись каким-то очень древним и изощренным ругательством, он почти потерял контроль над собой. От неожиданности я сбилась с ритма и чувствительно наступила магу на ногу. Глаза Ракшаса вновь сфокусировались на мне, и он пробормотал:

– Ну, как же любит Судьба повторять витки своей спирали! Куда ты не бежишь, она тебя догонит! И везде найдется тиран, стремящийся безраздельно властвовать на всех уровнях мироздания! И почему-то именно им судьба посылает наилучшие орудия и возможности!

– Просто, такие существа умеют наилучшим образом концентрироваться на своих целях! И не отвлекаться на всякую там мораль и другую ненужную чепуху! – высокий голос Сивилл прозвучал над самым моим ухом.

Оказалось, что мы прервали танец прямо за спиной у Сибелиуса, который продолжал играть, не обращая внимания на окружающих. Зато глаза женщины-мага метали ярко-голубые искры ярости, видимые даже сквозь ее туманное покрывало, она определенно ухитрилась подслушать наш разговор. Меня возмутила такая двойная атака, и я попыталась защитить своего учителя:

– Тимур, ни за что, не согласится сотрудничать с Королевой в таком деле!

– У Лиррсс есть много способов заставить человека подчиниться! – тихий печальный голос принадлежал Корнелиусу, который каким-то образом тоже оказался рядом с нами.

– Мой учитель скорее умрет, чем подчинится силовому давлению! – запальчиво воскликнула я.

– Иногда, смерть – далеко не самое страшное, что может произойти с человеком! – прорычал Ракшас.

– И не всегда человек, не страшащийся собственной смерти, способен обречь на нее кого-то другого! – добавил Корнелиус, мрачно посмотрев на меня.

Я содрогнулась, поняв, что он имеет в виду. Тимуру будет сложно выбирать, если на него будут давить с моей помощью.

– Я тоже сумею сделать правильный выбор, если речь пойдет о судьбах мира, но может быть, есть еще возможность как-то изменить ход событий, на мой взгляд, пока что ситуация не выглядит столь острой? – промолвила я, с надеждой вглядываясь в лица магов.

Корнелиус сдвинул кустистые седые брови, потом посмотрел в сторону Сивилл:

– Девочка права! Пока я еще не чувствую особой активности Паутины, возможно Лиррсс еще только уговаривает Пруд принять новую игру. Поэтому, можно попытаться лишить ее того, что стало бы незаменимым орудием влияния на тонкие сферы!

И он указал пальцем на сверкающий музыкальный инструмент.

– Уничтожая пирамиду, ты можешь уничтожить всех вокруг и внести полный хаос в тонкие настройки Нижнего Мира! – мне показалось, что голос Ракшаса прозвучал более чем взволнованно, да, и лицо его утратило обычную невозмутимость.

Корнелиус же с осуждением посмотрел на него и покачал головой:

– Я предлагаю не уничтожить, а подчинить это устройство, пока отсутствует Лиррсс! Ты-то хоть поняла меня, Сивилл?

Он посмотрел на женщину, которая так энергично кивнула головой, что покрывало взвилось вокруг нее сверкающим ореолом. Затем чародейка повернулась к стеклянной пирамиде, протянула к ней руку, и в сверкающих отблесках начал проявляться неясный образ женщины в зеленом платье.

– Ивонна! – простонал Сибелиус и протянул к ней руки.

Стеклянное чудо откликнулось печальным звоном, в это мгновение Сивилл обхватила музыканта за талию и прошептала:

– Идем к ней!

Обоих магов окутало сверкающее облако, которое рванулось в сторону звенящей стеклянной пирамиды и растворилось среди ее сверкающих сосулек.

На мгновение я остолбенела от ужаса, а затем взглянула на Корнелиуса:

– Они погибли, как и Ивонна?

Тот покачал головой:

– Не думаю! Зато, у этой конструкции теперь есть собственная, и довольно сложная, разумная сущность, включающая элементаля, Сибелиуса и тень Ивонны. И Лиррсс ее уже не подчинить!

Глава 18. Обмен фигурами

– Но заново подчинить себе Пруд Двух Лун она сумеет! – раздался рядом с нами взволнованный тонкий голосок, обернувшись я увидела растрепанного, гораздо сильнее обычного, Эрика. – И если мы хотим попробовать тому помешать, то нам надо срочно присоединиться к Локки!

– А где она? – поинтересовался Корнелиус.

– Конечно же, у Пруда Двух Лун, где и Лиррсс! – нетерпеливо воскликнул мальчишка.

– Мы не успеем вовремя! – испуганно выдохнула я, вспомнив свое утомительное блуждание по коридорам в обществе Дзирри. – А потом, доступ в ту комнату, скорее всего, закрыт, у нас не получится, прорваться через стену Замка.

– Получится! – крикнул Эрик, сердито топнув ногой. – Если вы не будите так долго болтать и Ракшас, хоть немного, нам поможет!

Высокий маг передернул плечами и мрачно взглянул на мальчишку:

– Я не смогу помочь, не ощущая местонахождения цели путешествия!

– Зато, я прекрасно чувствую местонахождение сестры! – парировал Эрик. – Цепляйтесь за меня и подбросьте энергии!

Ракшас снова пожал плечами, но протянул одну руку маленькому эльфу, а другую мне. Корнелиус сжал другую мою руку, вокруг нас сгустилась темнота, возникло странное ощущение того, что по моим ногам под платьем прошлись остренькие коготки, а в следующее мгновение я уже смотрела на зеленую чашу Пруда Двух Лун.

В первое мгновение мне показалось, будто я попала в свой недавний сон. Над поверхностью каменного бассейна, не касаясь голыми ступнями заполнявшей его субстанции, танцевали мужчина и женщина. Мужчиной был Тимур, а вот, его партнершей была я! Ну, или очень точная моя копия.

– Тимур! – нерешительно позвала я, но учитель продолжал вальсировать, восхищенно вглядываясь в лицо свей партнерши.

– Мы вместе подарим миру новую гармонию! – слова учителя были адресованы не мне, а его визави.

– Подарим! Каждому из миров! – в голосе женщины прозвучало нескрываемое торжество, она чуть повернула голову и на меня взглянули, пылающие алым, глаза Паучьей Королевы.

Она была уверена, что выиграла, но я еще не собиралась сдаваться. Шагнув вперед, я попыталась схватить своего тренера за развевающуюся полу черного плаща. Но не тут-то было! Моя рука наткнулась на невидимую преграду, а затем в нее ударил весьма чувствительный разряд. Меня буквально отбросило от бассейна, и я бы упала навзничь, но уперлась спиной в грудь Корнелиуса. И увидела, что на стене за Прудом проступают сверкающие контуры Паутины.

– Неужели, мы все-таки опоздали, и ничего уже невозможно исправить? – похолодев от ужаса, прошептала я.

– Возможно, пока твой друг не погрузился в Паутину! – раздался звенящий от напряжения голосок Локки.

И она сама проявилась рядом с бортиком бассейна. Я разом воспрянула духом, уж если маленький эльф рискует собой, ввязываясь в эту опасную игру, то я просто обязана исправить ущерб, который, пусть и невольно, причинила миру, приведя сюда своего учителя.

– Мы с Зеркалом способны разрушить Паутину? – послала я быструю мысль, встретившись глазами с Локки и одновременно касаясь ладонью Зеркала Сновидений.

Тихий звон Зеркала был полон сожаления, такой подвиг был ему, явно, не по силам. Зато, Локки быстро переместилась ко мне на плечо и прошептала:

– Разрушить Паутину ты не можешь, а вот, иллюзию Пруда Двух Лун – запросто!

– Что ты имеешь в виду? – пробормотала я.

– А ты в Пруд-то смотрела? – нетерпеливо дернув меня за ухо, шепнула девчонка.

Шагнув вперед, и заглянув за бортик, я увидела ту же картину, что и в мозгу у Мортиллусса. Под толщей перламутрово-зеленой жидкости лежал Дзирри, глаза его были закрыты, лицо – спокойно, как будто бы юноша спал и видел приятный сон.

– Да-да! Именно его фантазии, усиленные Прудом, помогли королеве обмануть разум твоего учителя, он полностью уверен в том, что осуществляет ваш общий замысел, – подтвердила эльфесса. – Но если разъединить Пруд и принца, то контроль Лиррсс над разумом Тимура ослабеет.

– И что потом? – угрюмо усмехнувшись, спросила я. – Что помешает королеве, используя всю свою мощь, захватить, например, меня и шантажировать учителя?

– Я думаю, ты сможешь убедить Пруд Двух Лун поменять принца на нового симбионта! – хитро прищурившись, предложила Локки. – При полном слиянии разумов, Пруд будет защищать своего нового друга даже от Лиррсс. А по могуществу он не уступает Паутине Замка.

– И как же мне вступить в контакт с Прудом? – скептически хмыкнув, поинтересовалась я.

– А разве Дзирри тебе не рассказывал? – удивилась эльфесса.

– Дзирри-то – нет, – промямлила я, вспоминая тот странный сон, который объединил меня и принца. – Но Зеркало показывало, что в Пруд нужно погрузиться с головой, а я даже подойти к нему не смогла, там какой-то мощный энергетический полог! Наверное, влияние Паутины.

– Влияние Паутины можно снизить, позвав сюда перевозчиков, – моментально сориентировалась Локки. – А полог могут снять твои маленькие друзья!

И она указала на появившуюся рядом со мной кучку гремлинов. И тут я, наконец, поняла, кто все это время прятался под моей юбкой!

– И сделать это надо максимально быстро! – решительный голос принадлежал Корнелиусу.

– Но перевозчики…

Я только еще собиралась сказать, что они остались в главном зале, но Локки нетерпеливо тряхнула головой и шепнула:

– Достань пантеру и позови!

Бросив быстрый взгляд на лицо королевы, которая все еще была сосредоточена на Тимуре, я вытащила пантеру и вгляделась в ее ожившие глаза. В следующее мгновение у стены с Паутиной выросла шеренга перевозчиков, а к Пруду Двух Лун ринулась стайка гремлинов, которые окружили бассейн, а затем вскинули свои маленькие лапки, как будто, втыкая крохотные коготки в какую-то упругую субстанцию. Пространство вокруг Пруда подернулось рябью, рожки гремлинов засияли, а Локки громко крикнула:

– Давай!

И я взвилась в прыжке, а приводнилась уже внутри Пруда. Нырнув в его маслянистую воду, я обхватила руками Дзирри, представляя, что обнимаю Тимура.

– Услышь меня, тренер! – взмолилась я. – Твое стремление к миру и равновесию нужно именно здесь и сейчас!

Зеркало Сновидений поддержало мою мольбу пронзительным звоном, а в следующее мгновение я услышала истошный визг Лиррсс, и поняла, что вместе со мной, под водой, находится Тимур. Выскочив из воды, я увидела взбешенную королеву, сжимающую в объятиях сына.

– Вам это так даром не пройдет! – вопль королевы заметался под сводами Замка. – Горько пожалеют все те, кто пытался помешать мне!

– Беги, Яна! – пришла ко мне мысль тренера, я встретила его взгляд и поняла, что Тимур разделил мои мысли и понял замысел.

– Вытаскивай нас отсюда, Ракшас! – прогремел голос Корнелиуса, и старый маг рванул меня за руку, вытаскивая из бассейна.

Но я не собиралась уходить одна, а потому извернулась и ухватила за руку принца. Глаза мои встретились с глазами королевы, она отчаянно боролась со мной, но я снова скользнула ладонью в мешочек с Зеркалом, золотистое сияние окутало меня, переползло на принца, Лиррсс с криком боли разжала руки и обратилась в огромного паука, который прыгнул в нашу сторону, щелкая мощными челюстями. Но тут Корнелиус снова рванул меня за руку, я глянула в его сторону и увидела, что старого мага и вцепившегося в его шею Эрика засасывает огромный черный вихрь, и меня вместе с ними. Последним моим ощущением было, как по ногам под юбкой снова скользят острые коготки. И я вместе с принцем провалилась в темноту.

Глава 19. В тайной пещере

Темнота бывает очень разной! Это была первая мысль, которая пришла мне в голову, когда головокружительная темнота черного вихря, сопровождаемая муторными ощущениями, сродни тем, которые испытываешь, когда скоростной лифт внезапно уходит у тебя из-под ног, или самолет проваливается в «воздушную яму», сменилась на гулкую темноту пустого пространства неопределенного объема и формы. А затем я рухнула на твердую поверхность, усыпанную острыми каменными осколками, которые немедленно впились мне в ребра. В довершение всего, сверху на меня посыпались мелкие костлявые тела, снабженные острыми коготками. Похоже, гремлины любят путешествовать «на халяву», но после помощи, оказанной ими в зале с Прудом Двух Лун, мне было грех на это жаловаться.

– Стар я уже для таких резвых перемещений! – свое высказывание Корнелиус сопроводил болезненным кряхтением, а шелест одежд подсказал мне, что старик потирает ушибленные места. – И где же это мы очутились?

Старый маг упредил вопрос, готовившийся слететь и с моего языка.

– Мы в тайном убежище нашего клана, – тоненький голосок Эрика прозвучал откуда-то издалека.

– В котором ничегошеньки не видно! – недовольно пробурчала я, стряхивая со своей одежды вцепившихся в нее гремлинов. – Может, мне попросить Зеркало подсветить немного?

– Не стоит этого делать! – ответ Корнелиуса был столь быстрым, а голос столь нервным, что я отдернула протянутую уже к Зеркалу руку. – Не стоит, вообще, использовать привычные источники силы, поскольку я уверен, что в настоящий момент Лиррсс задействовала все поисковые возможности Паутины Замка, а толпы троллей обыскивают город и его окрестности. Я попробую задействовать иные возможности, которые королеве не так легко отследить.

Раздавшийся шорох камней, кряхтение и тихие проклятия подсказали мне, что маг, на ощупь, пробирается к стене пещеры, в которой мы оказались. Тепловое зрение тоже понемногу возвращалось, и вскоре я увидела едва заметный силуэт на фоне каменной стены. Корнелиус протянул руку, коснулся стены пещеры, и на ней начали проявляться слабо светящиеся пятна.

– Мхи и лишайники живут практически везде, особенно же любят они пещеры с прожилками зеленого обсидиана, который служит наилучшим проводником энергии Земли, – пояснил маг, скорее всего для меня. – А малые горные эльфы славятся тем, что умеют находить подобные места. Правда, руководствуются при этом своими размерами!

Последние слова сопровождались очередным возмущенным возгласом, как я поняла, Корнелиус попытался выпрямиться во весь рост и чувствительно приложился к каменному потолку.

– Ну, извиняйте! Лучшего не нашлось! – съязвил Эрик, чей силуэт проявился в дальнем углу пещеры. – Нашему народу, и так, все прекрасно видно! И я всегда говорил, что крупные тела – лишние проблемы! Зато, эта нора достаточно далеко от города, а если мы еще задвинем камень на входе, то нас, и вовсе, никому не найти.

Сказав это, мальчишка шустро поковылял в мою сторону, свистнул, щелкнул по рожкам подвернувшегося гремлина и указал рукой в противоположную от меня сторону.

– Сиди и отдыхай! – бросил он мне, проходя мимо, заметив, что я тоже вознамерилась последовать за ними. – Мы все изрядно выложились, а эти пройдохи, наоборот, сумели неплохо подзаправиться, когда тянули на себя энергетический полог, который Лиррсс установила над бассейном. Вот, за такие-то проделки их и недолюбливает большинство населения Нижнего Мира! А ловить их, все равно, что пытаться давить на себе блох с помощью кувалды! Больше себе самому вреда нанесешь, чем им!

И в самом деле, гремлины облепили здоровенный кусок скалы, который внезапно покрылся мелкой сеткой голубоватых искр и медленно пополз в указанную Эриком сторону.

Удостоверившись, что они справятся со своей задачей, я решила оглядеть пещеру поподробнее. Скорее, это была не пещера, а щель между горными пластами, довольно широкая и длинная, но в высоту, в том месте, где я очутилась, была не больше моего роста. А в той части, где материализовался Эрик, и вовсе, не превышала двух локтей. Понятно, что Корнелиусу тут приходилось нелегко, а уж рослому Ракшасу – и подавно! И тут меня осенило, что я не вижу ни Ракшаса, ни Дзирри! Неужели я его потеряла в процессе этого странного перемещения в пространстве?

– Корнелиус! – обеспокоенно воскликнула я, и тут только заметила, что маг перебрался на другую сторону пещеры и возится с чем-то, лежащим на полу.

Я поспешила в ту сторону, спотыкаясь и вполголоса проклиная острые обломки камней, буквально засыпавшие пол пещеры. Грызли ее эльфы, что ли?

– Некоторые жители дальних тоннелей, и в самом деле, жуют камни, но мы такой дрянью не питаемся! – послышался сзади обиженный голосок эльфа.

– А нечего, без спросу, в чужих мыслях рыться! – откликнулась я. – Так не только обиду, но и затрещину заработать можно!

– И это – благодарность за все мои услуги? – пропищал мальчишка.

– А я еще не решила, какой благодарности стоят ваши услуги, по втягиванию меня во всю эту заваруху! – окончательно рассердившись, прорычала я. – На данный момент, я уже потеряла в Замке Паучьей Королевы двоих своих друзей, и что еще впереди – абсолютно неизвестно!

Но тут моя злость сменилась сильнейшей озабоченностью, поскольку я увидела то, над чем склонялся Сибелиус. Это был Ракшас, он лежал на полу пещеры, съежившись, как младенец в утробе матери, не реагируя на наши разговоры. И не это было самым странным. Даже в скудном свете, который давали нам пятна мха со стен пещеры, было видно, что тело мага, как-то странно, не то дрожит, не то мерцает. И вряд ли, это было нормальным даже для столь странного существа, как Ракшас! А поведение Корнелиуса подтверждало мои подозрения. Тот внимательно осматривал Ракшаса, лишь изредка, прикасаясь к тем частям тела, что были прикрыты живым костюмом.

– Помоги-ка мне подтащить его вон к той стене, мне кажется, что именно там – самая крупная силовая линия! Пока он окончательно не потерял концентрацию и не расфокусировался, тогда беды не оберешься! – довольно резко приказал старик, бросив в мою сторону короткий взгляд. – Только бери его за те части тела, что прикрыты одеждой!

Я кивнула, ухватилась за мощное предплечье, затянутое черной живой субстанцией, и попыталась приподнять мужчину. Мне показалось, что я решила двигать скалу! Усилия Корнелиуса тоже не привели к желательному результату. Тогда старик подозвал Эрика и гремлинов, строго-настрого приказав не касаться открытого тела мага.

– Живую субстанцию костюма я могу контролировать, но если коснетесь самого Ракшаса, то он мигом затянет в себя всю вашу жизненную энергию, без остатка! – предостерег он малышей, которые, как муравьи, облепили большую черную фигуру.

Общими усилиями, нам удалось передвинуть мага к стене, на которой теперь даже я могла заметить слабое зеленое свечение. Уложив Ракшаса вплотную к телу скалы, Корнелиус тяжело вздохнул и промолвил:

– Насколько же теперь сильна Лиррсс, что даже Ракшас едва не расстался с жизнью, пытаясь вырваться из ее Паутины! Во времена его войн с Рамой, ему под силу было раскалывать континенты и испарять океаны!

– Возможно, все дело в том, что сохранять жизнь гораздо сложнее, чем разрушать? – к моему глубокому удивлению, эти слова прозвучали из уст, казалось бы, легкомысленного Эрика.

– Ты совершенно прав, маленький эльф! – слабый голос мало напоминал прежнего самоуверенного Ракшаса. – Один я легко бы вырвался из Замка, а если бы прихватил и вашу энергию, то смог бы и Паутину в клочки разнести! Но неожиданно жизни маленьких существ снова оказались для меня важнее окончательной победы!

Маг со стоном пошевелился, а затем, тяжело опираясь на руку и стараясь не отрывать спину от скалы, перевел тело в сидячее положение.

– Насколько все плохо, Раш? – в голосе Корнелиуса звучало искреннее участие.

– Так близко к концу существования я подходил только в тот раз, когда потерял свою человеческую половинку, – пробормотал Ракшас, тяжело опираясь спиной на скалу и роняя голову на сложенные на коленях руки. – Я даже косу свою потерял!

И в самом деле, роскошная длинная коса, украшавшая его голову прежде, превратилась в неровные клочья волос, торчавшие в разные стороны.

– Тогда, тебе лучше минимизировать затраты и войти в транс, так будет безопаснее для всех, нас! Я помогу тебе раздеться, – предложил Корнелиус, присаживаясь рядом с ним и кладя ладонь на могучее плечо мага, ответом ему послужил то ли стон, то ли вздох.

В это время по живому костюму Ракшаса пробежала рябь, а затем он начал стягиваться в сторону ладони Корнелиуса, обнажая могучее тело, перевитое жгутами мощных мускулов.

– А если бы он не старался поддерживать функционирование такого громадного тела, то мог бы использовать энергию гораздо эффективнее! – мне показалось, что в тихом шепоте Эрика было больше зависти, чем ехидства.

– Ракшас старается сохранять, хотя бы, внешний вид того великого воина, который некогда был его симбионтом, – тихий голос Корнелиуса был полон печали.

– Так Ракшас – элементаль? – задохнувшись от изумления, прошептала я. – А мне-то показалось, что он очень даже человек, со всеми нашими недостатками!

– Не так все просто в Нижнем Мире! – покачал головой Корнелиус, поднимая ладонь, к которой приклеился небольшой, но толстый, лоскуток плотной живой субстанции, в которую превратилась одежда Ракшаса. – Все зависит от пути, который выбирает разумная сущность. В его случае, сначала был талантливый и харизматичный правитель, который сумел достичь такого духовного совершенства, что сумел сам найти путь в Нижний Мир и увлечь там своими идеями могущественного элементаля.

– Какими идеями? – поинтересовалась я, разглядывая Ракшаса и вспоминая первые минуты нашего знакомства, показавшимися далеко не приятными.

– Конечно же, духовной свободы и совершенствования! – насмешливо фыркнул старый маг, засовывая остатки живой ткани в карман короткой коричневой туники, в которую вновь превратилось его роскошное одеяние. – Да только в тех же местах, и в то же время, обнаружилась еще одна подобная парочка, которая желала перекроить миры на свой лад. И столь беспринципная, что вовлекла в силовое противостояние с Ракшасом не только жителей Нижнего, но и Верхнего миров.

– Лес рубят – щепки летят! – пробормотала я, вспомнив насколько часто различные революции и войны сотрясают Верхний Мир, и чем это оборачивается для простых его обитателей.

– Можно сказать и так! – кивнул головой Корнелиус, проводя ладонью вдоль тела, застывшего в неподвижности, мага. – А можно сказать, что благими намерениями вожди мостят дорогу в ад своим многочисленным последователям. Самим же зачинщикам перемен, по большей части, удается избежать самых тяжелых последствий.

– Так значит, Ракшас сбежал и бросил своего симбионта? – кинув в сторону мага неприязненный взгляд, поинтересовалась я. – Не зря индийцы считают его злым и подлым демоном подземного мира!

Старик с осуждением покачал головой:

– Историю пишут победители! Я слишком молод, чтобы лично лицезреть ту битву, но Сивилл рассказывала, что Ракшас делал все возможное, чтобы защитить свое второе я, но воин отказался продолжать войну, после того, как на месте столицы его государства остались только оплавленные камни, излучающие, губительную для всего живого, энергию. Его противник не был столь щепетилен. Свой новый мировой порядок, основанный на кастовой системе, Рама желал построить, даже если большая часть Земли обратится в бесплодную пустыню. А потому воин решил погибнуть в неравном бою с Рамой, надеясь, что его смерть положит конец войне и сохранит жизни, хотя бы, части его последователей, которых он сумел вывести с континента на близлежащий большой остров, выстроив каменный мост через океан. Человек и элементаль, оба, должны были погибнуть, Рама не знал жалости, но Сивилл удалось разделить их, в момент смерти человеческого тела, и спасти едва живого элементаля, замаскировав его в своей, водной, стихии. А затем переправив в здешние места.

– Так Сивилл – тоже элементаль? – задумчиво промолвила я, вспоминая свои впечатления от этой загадочной женщины.

Корнелиус согласно кивнул, а я, немного поколебавшись, задала следующий вопрос:

– А ты, Корнелиус?

По губам старого мага скользнула легкая улыбка:

– У меня гораздо больше общего с тобой и Сибелиусом, чем с этими двумя! Но давай, на время, отложим дальнейшие рассказы и посмотрим, сумею ли я чем-то помочь еще одному путешественнику!

И тут я снова вспомнила о принце!

– Так Дзирри тоже здесь? А я-то подумала, что не сумела вытащить его из Замка или потеряла при перемещении! Где он? – радостно воскликнула я.

Но, всмотревшись в хмурое лицо Корнелиуса, прошептала:

– Он жив?

Маг пожевал губами, напомнив мне пропавшего Сибелиуса, и промолвил:

– Во всяком случае, телесно мальчик еще существует! Но давай, осмотрим его вдвоем!

И еще сильнее согнувшись, направился в сторону низкой части этой странной пещеры.

Я уже ползла на четвереньках, когда заметила впереди слабое зеленоватое мерцание, исходящее не из стены, а с нижней части пещеры. И рядом с ним Эрика, чье лицо казалось гораздо старше в этом неверном свете.

– Я уцепился за твоего друга, когда вы оторвались от королевы, подумав, что ты, с непривычки, можешь и потерять его во время перехода, – промолвил горный эльф, посмотрев на меня. – Потому-то и приземлился он рядом со мной.

– Ты и представить себе не можешь, насколько я тебе благодарна! – воскликнула я, от полноты чувств, чмокнув его лохматую головенку.

Но тот с сомнением покачал головой:

– Поблагодаришь, когда он станет таким, как прежде!

Переведя взгляд на лежащего у наших ног принца, я поняла, что совсем не чувствую в нем жизни, более всего он напоминал статую, облитую слоем сверкающей зеленой глазури. И прикосновение к его лицу оставило ощущение гладкого холодного камня.

– Что с ним, Корнелиус? – пробормотала я, с трудом проглотив, внезапно вставший в горле, комок.

Подоспевший маг отодвинул нас с эльфом и начал водить ладонями над статуей. Эрик же притянул меня к себе и прошептал:

– Если кто-то и сможет помочь Дзирри, то только этот старикашка! Корнелиус – самый лучший, в наших краях, специалист по необычным формам жизни.

– Необязательно обзывать меня старикашкой, если я не всегда успеваю воспользоваться восстанавливающей силой саркофага, прежде чем окажусь в обществе подобных острословов! – проворчал Корнелиус, заканчивая осматривать то, что раньше было сыном королевы. – А вот, на счет знаний о жизненной энергии, ты совершенно прав! И они говорят мне, что пациент скорее жив, чем мертв.

– Я тут всего третий день, – нерешительно промолвила я, – но такое встречаю впервые! Если он жив, то почему не реагирует на нас? Ему так сильно повредил тот черный вихрь? Быть может, его тоже стоит подпитать от силовой линии, как и Ракшаса? Или от Зеркала?

Маг снова пожевал губами:

– Мне кажется, что это не вихрь Ракшаса на него так подействовал, а принудительный разрыв с Прудом Двух Лун, в симбиозе с которым он прожил столько лет. И энергии у него более чем достаточно!

– Тогда, может быть, помогут гремлины? – спросила я, бросив взгляд в сторону сереньких хвостатых малышей, окруживших нашу компанию.

Хитрецы мгновенно закивали головами и завертели хвостами, они всегда были готовы прибрать к рукам излишки энергии. Старый маг нахмурился:

– А я бы не стал торопить события, и пока оставил все, как есть! Тем более, нам все равно необходимо дождаться Локки, прежде чем предпринимать дальнейшие действия.

– А где она? – поинтересовалась я, сообразив, что совсем забыла про свою маленькую подружку.

– Локки и Крисс остались в Замке Паучьей Королевы, необходимо же было кому-то проследить, что будет делать Лиррсс, когда поймет, что Пруд вышел из-под ее власти! – снисходительно усмехнувшись, сообщил эльф. – А учитывая то, что мы заблокировали пещеру для входа, путем энергетического переноса, им придется идти пешком, так что скоро их не ждите. Вполне успеем выспаться и восстановить силы!

С этими словами эльф стянул с себя пеструю рубашонку, зевнул и улегся рядом с зеленой полосой на стене пещеры.

– Вам с Зеркалом Сновидений тоже не вредно отдохнуть и восстановить силы! – ворчливо промолвил Корнелиус, на удивление шустро разворачиваясь на четвереньках и жестом предлагая мне следовать за собой.

Мельком заглянув в мешочек с Зеркалом, я отметила, что оно едва-едва мерцает, и последовала за магом.

Корнелиус остановился неподалеку от Ракшаса, но указал на другую сторону пещеры:

– Нам будет лучше устроиться здесь, так как этот монстр поглощает всю энергию силовой линии, ее даже мху теперь не хватает!

Посмотрев на стену, у которой сидел маг, я осознала, что вокруг него образовалось темное пространство, а куски мха отваливаются и с тихим шорохом падают на пол пещеры.

Корнелиус же расшвырял, лежащие возле нашей стены, каменные осколки, сел спиной к стене и указал мне на место рядом с собой:

– Устраивайся! Не забудь снять платье, незачем тратить лишнюю энергию на поддержание его жизнедеятельности, и вынуть из чехла Зеркало Сновидений.

Посмотрев на мага, я увидела, что его рубаха тоже съеживается, превращаясь в маленький кусок ткани, обернувший бедра. Тихо вздохнув, я вынула Зеркало, положила его рядом со стеной, зажмурила глаза и попросила платье стать немного поменьше, вызвав в мозгу образ бикини. А затем, неожиданно для себя, провалилась в сон.

Глава 20. Сон или тень?

Я стояла на обломках каменной стены, вытянув вперед руку, из последних сил удерживая энергетический полог, сдерживающий безумную ярость бьющейся об него стихии. Плотные черные тучи принимали самые причудливые формы, становясь похожими на неведомых чудовищ, и извергали из себя разряды молний, заставлявшие плавиться и течь камень еще уцелевших стен крепости.

– Сколько им еще осталось пройти? Мы тут долго не продержимся, – спрашиваю я друга.

В ответ на мой вопрос, в мыслях появляется вид сверху на длинную каменную гряду, по которой движутся маленькие темные точки. А с двух сторон от нее, к беснующимся небесам, вздымаются громадные водяные стены. Каких усилий это стоило Сивилл, мне даже и думать не хотелось.

– Большая часть людей уже добралась до острова, – в пришедшей в ответ мысли чувствовалась бесконечная усталость. – Но им надо еще успеть забраться в горы, ведь, как только Сивилл освободит океан, то его волны сметут не только мост, но и всю прибрежную зону. А Раме, по-моему, уже надоедает долбить камни, он может захотеть переключиться на воду, а если она закипит, то в округе погибнет все то, что еще осталось в живых.

– Но ведь, Рама обещал уважать нейтралитет Сивилл! – в бешенстве восклицаю я.

– И ты все еще веришь его обещаниям? – мысль несла слабый отзвук былой иронии.

– Но должны же в нем сохраниться хоть крупицы былой чести! – в моем голосе прорываются нотки отчаяния.

– Не знаю, как на счет чести, но самолюбие у него невероятно огромное и больное! – съязвил мой собеседник. – Попробуй надавить на его гордость и вызвать на поединок в реальных телах, это займет Раму на некоторое время.

– Тогда я не смогу сосредотачиваться на удерживании защитного полога! – напоминаю я. – А этот негодяй не упустит возможности ударить по непокорным людям!

– Я удержу! – обещает друг.

– Ну, что ж! Тогда давай простимся, этой схватки мне не пережить! – горько усмехаюсь я. – Уверен, что как только Рама начнет проигрывать, он ударит по мне всей мощью своего элементаля! Но в сущности, именно к этому-то мы и вели! Если войну нельзя выиграть, то ее необходимо закончить.

– Не думаю, что Раме будет достаточно уничтожить только одного из нас! И не уверен, что смогу спокойно смотреть, как тебя убивают! – в голосе моего друга звенит отчаяние.

– Ты обещал защитить людей! – напоминаю я. – Так сдержи обещание, как честный человек!

– Я – не человек! – в голосе друга звучит неподдельная боль.

– Ты был им, все годы нашей дружбы! По крайней мере, я верил в это! – уверенно говорю я. – А теперь, попробуй вызвать образ Сивилл, так мне будет легче раззадорить Раму.

– Я здесь, Ракшас! – высокий мелодичный голос полон печали.

– Мне искренне жаль, что мы втянули тебя в эту историю, – говорю я, бросив быстрый взгляд на стену рядом с собой, где появился туманный образ Светлой Девы Вод.

– Я была рада возможности, разделить вашу мечту! – слегка покачав головой, укрытой мерцающим покрывалом, промолвила она. – Жаль, что вам не хватило сил, воплотить ее в реальность!

– Жаль, что мы с самого начала сделали ставку на силу! – покачав головой, отвечаю я. – Быть может, стоило сделать ставку на человеческий разум? Путь убеждения дольше, но и крови на нем меньше. Быть может, однажды появится вождь, который сумеет изменить мир лишь силой своего убеждения?

– Если к моменту его появления еще будет, кого убеждать! – голос моего друга полон горечи. – Обычно люди выбирают вождей, которые требую отдавать жизни за их идеалы.

– Я очень хочу верить, что ты ошибаешься, друг мой! – шепчу я.

Затем я кидаю последний взгляд в сторону океана, за которым нашли убежище поверившие мне люди, стягиваю к себе остатки энергии из истощенных силовых линий и превращаю энергетический полог в экран, а там появляется образ стоящей рядом со мной Сивилл.

– Послушай, Рама! – кричу я, стараясь изобразить на лице насмешливую улыбку. – Зачем нам дальше губить слабых тварей и плавить никчемные камни? Давай, встретимся такими, как были в начале этой игры, и пусть нас рассудит та, ради которой игра и затевалась!

Оглушительный рык сотрясает все вокруг, и перед моим пологом появляется гигантская фигура мужчины, вооруженного мечом. Я тоже вытаскиваю из ножен меч и обращаюсь к другу:

– Отодвинь защитный полог к самой границе воды и держи его до моей смерти, а потом накрой энергетическим коконом остров, хотя бы на то время, когда сомкнутся водяные стены. И постарайся выжить, друг мой!

– Моя жизнь будет пустой и бессмысленной без тебя! – в его голосе звучат страдание и гнев.

– Я буду жить, пока ты помнишь обо мне! – отвечаю я и, держа в руке пламенеющий меч, взлетаю навстречу своему беспощадному врагу. – И веришь в нашу мечту!

Яркая вспышка света сопровождается острым уколом боли, и меня выкидывает в темноту. Понадобилось некоторое время, чтобы я осознала тот факт, что снова сижу в пещере, рядом с Корнелиусом. А напротив меня видна фигура сидящего Ракшаса, его открытые глаза полыхают багровым пламенем. И от него струится отчетливая волна душевной боли. Услышав справа от себя тихий звон Зеркала Сновидений, я бросаю в его сторону быстрый взгляд и вздрагиваю от неожиданности. Гладь его отражает картины сражения, в которых совсем недавно я принимала непосредственное участие. Похоже, что на этот раз Зеркало позволило мне увидеть сон Ракшаса. А он, в какой-то момент, почувствовал мое присутствие в том сне и вытолкнул наружу.

Решив, что вышло как-то неловко, как будто, я без спросу копалась в его мыслях, я прерывисто вздохнула, поймала взгляд горящих глаз мага и тихо промолвила:

– Прости, я не намеренно попала в твой сон! Но если я правильно поняла, то Ракшас – человек все еще жив, только скрыт где-то в глубине твоего разума?

– Это – всего лишь тень, отпечатавшаяся в моем сознании, ее не хватает для полноценного существования, мой друг, как бы, застыл в том мгновении, и я обречен, раз за разом, проживать его последние минуты! – процедил он сквозь зубы. – Вот, уже несколько тысячелетий я пытаюсь понять, как можно вернуть его к настоящей жизни!

Представив себе такую перспективу, я даже содрогнулась всем телом:

– Врагу бы такой судьбы не пожелала! Зачем же твой друг обрек тебя на это?

Глаза Ракшаса вспыхнули еще ярче, голос зазвенел от негодования:

– Не смей осуждать его! Мой друг был уверен, что его смерть освободит меня от пут симбиоза с человеком. И я поступлю подобно другим элементалям, вроде Зеркала Сновидений. Забуду погибшего симбионта, сотру его память и начну искать другого партнера для игр.

– Но в то же время, он попросил тебя помнить о нем… – прошептала я, вспоминая удивительно яркие ощущения того сна. – И взывал к твоей чести и состраданию к людям!

– Он сказал, что считает меня человеком, а люди, так просто, не отбрасывают то, что составляет основу их духовной сущности, – мрачно промолвил Ракшас.

– Быть может, мы просто не умеем этого делать, даже если иногда и хотим того, – с тяжелым вздохом сказала я, а перед внутренним взором быстро промелькнули образы и ощущения, которые я очень бы желала стереть из своей памяти.

– Устами младенца глаголет истина, Раш! – негромкий голос Корнелиуса, раздавшийся возле моего плеча, подсказал, что старый маг проснулся и прислушивается к нашему разговору. – Похоже, что человеческие существа столь преуспели в обмане не только окружающих, но и себя самих, что убедили всех вокруг, будто наша слабость, на самом деле – наша сила!

Ракшас довольно громко хмыкнул и произнес:

– Но только осознание устойчивости и неизменности своей духовной составляющей, позволяет элементалю сохранять независимость! Иначе, даже такой гигант, как Пруд Двух Лун, невольно попадает в зависимость от того, в чью игру он начинает играть.

Со стороны Корнелиуса послышался довольный смешок:

– Не знаю уж, насколько хорошим воином был твой учитель, но духовным наставником он был весьма искусным! Сумел убедить элементаля в значимости таких неконкретных ценностей, как честь и свобода воли! Это куда сложнее, чем, к примеру, внедрить в Зеркало Сновидений стремление к добру и справедливости!

Мне показалось, что ответный звон Зеркала прозвучал как-то обиженно!

– А мне кажется, что ты не совсем прав, Корнелиус! – горячо воскликнула я. – Если рассуждать так, как ты предлагаешь, то все люди – результат бесчестных манипуляций своих родителей. Ты прав в том, что сначала маленький ребенок слепо копирует поведение окружающих людей, но затем начинает следовать тому пути, который наиболее созвучен его внутренним устремлениям. Меня, вот, например, как только не убеждали, что необходимо подстраиваться под обстоятельства и не забывать о личной выгоде, но поступать поперек души я так и не научилась. Мне кажется, что и с элементалями происходит нечто подобное, только учатся они гораздо дольше.

– А теперь подумай, куда завели тебя твои душевные устремления! – Корнелиус иронично усмехнулся и обвел рукой тесное пространство пещеры.

Глава 21. Разбор партии

– Туда же, куда и всех нас! – раздался тоненький голосок Эрика, и мальчишка появился в зоне моей видимости. – И судя по жаркому спору, неудобства пещеры, которые ты так поносил, Корнелиус, не помешали вам, всем, неплохо отдохнуть и восстановить силы. И это очень хорошо, так как я чувствую приближение моей сестрицы, а также то, что ее настроение далеко от идеального! А поэтому нам стоит откатить запорный камень. И в этом деле физическая мощь Ракшаса будет просто незаменимой, поскольку местные силовые линии изрядно истощились, а гремлины будут нужны, чтобы создавать отвлекающую завесу!

Индийский маг слегка пожал могучими плечами и, согнувшись три погибели, последовал за горным эльфом в сторону заваленного отверстия. Увидев, что и Корнелиус поспешил за ними, я подобрала Зеркало Сновидений и устремилась в ту же сторону, по пути отвечая на дружеские рукопожатия и поглаживая по головкам, окруживших меня гремлинов, эти малыши становились мне все более симпатичны.

Даже у самого входа Ракшасу не удалось выпрямиться во весь рост, маг опустился на одно колено, уперся мощными руками в громадный валун. Подбежавшие к нему гремлины тоже облепили камень, по которому, образовывая редкую сеть, побежали голубые искорки, только на этот раз они не остались на поверхности, а как бы провалились в толщу камня. Ракшас навалился на кусок скалы всем весом, на теле взбугрились могучие мускулы, но валун едва сдвинулся с места. Эрик насмешливо фыркнул, за что в тот же момент получил от меня затрещину, а Корнелиус склонился к основанию камня и положил там комок какой-то темной субстанции.

– Я полагаю, что со смазкой двигать будет легче! – пробормотал он, глядя, как комок видоизменяется и начинает уползать под основание валуна.

Затем он тронул за плечо Ракшаса, тот снова напрягся, и в этот раз камень довольно быстро заскользил в сторону.

Глянув в образовавшуюся щель, я ахнула от удивления! Сразу за выходным отверстием образовался водопад, его струи искрились, переливались и грохотали в неярком розовом свете, струившемся из-за пределов пещеры. Но я точно помнила, что когда в первый раз смотрела в эту сторону, то водопада тут не было!

– Ловко у них получается! – восхищенно пробормотал Эрик, сжав мою ладонь, судя по всему, мою затрещину он воспринял, как справедливое наказание за неуместное ехидство. – Горные эльфы только отводят глаза, помещая перед собой образ близлежащей реальности, а они создают полноценную иллюзию! Если ты ее потрогаешь, то вода окажется холодной и мокрой.

– А куда утекает вода? – поинтересовалась я, выглядывая в щель, которая под напором Ракшаса становилась все шире.

– Уверен, малыши все предусмотрели! – промолвил эльф, заглядывая через плечо магу.

И в самом деле, теперь и мне уже было видно, что водопад низвергался в широкую трещину, пересекавшую довольно узкий коридор, по которому к нам быстро приближалась маленькая пестрая фигурка. К тому моменту, как Ракшас полностью освободил отверстие, Локки оказалась почти у входа. Окинув взглядом неожиданно возникшее препятствие, она громко хмыкнула и взмахом руки послала вперед то, что следовало за ней по воздуху. А это оказался длинный узкий сверток из живой ткани, перевязанный пестрым пояском, на котором восседал довольный гремлин. Сверток ринулся вперед, словно запущенное сильной рукой копье, я кинулась в сторону от входа, в результате чего натолкнулась на ничего не подозревавшего Ракшаса, пытающегося отдышаться после непривычных усилий. Мы вместе свалились на пол пещеры, а сверху шмякнулось маленькое костлявое тельце, которое вцепилось в меня остренькими коготками и радостно заверещало:

– Крисс вернулся! Крисс так рад видеть метрессу Яну!

Только искренняя радость малыша не позволила мне тут же стряхнуть его с себя, и попытаться высвободиться из того неловкого положения, в которое я попала. Поскольку оказалась я лежащей на Ракшасе, уткнувшись лицом в его обнаженную могучую грудь. Как-то сразу вспомнилось, что одеяние мое все еще имело весьма скромные размеры, более всего походившее на две узенькие полоски на груди и бедрах, соединенные между собой какой-то ниточкой. Ракшас же, и вовсе, не потрудился одеться после своего пробуждения. Я осторожно приподняла голову, отцепила запутавшиеся в волосах коготки Крисса и встретилась взглядом с миндалевидными глазами мага, в которых мелькнули насмешливые искорки.

– Внимание поклонников, временами, способно изрядно докучать предмету обожания! – промолвил он, и, придержав меня за талию, перевел свое тело в сидячее положение.

И я оказалась сидящей у него на коленях, в весьма фривольной позе, держа на руках малютку Крисса. А в довершение всего за спиной прозвучал голосок подоспевшей Локки:

– Ого! Я смотрю, вы тут уже хорошо поладили!

В мыслях, я горячо благословила темноту пещеры, поскольку почувствовала, как заполыхали мои щеки, в сложившейся ситуации, такое заявление звучало весьма двусмысленно. Извернувшись угрем, я выскользнула из рук мага, все еще прижимая к груди маленького гремлина, который казался очень довольным своим местом в пространстве, и даже обвил хвостом руку, на которой сидел. Ну, разве что, не мурлыкал, как разнежившийся котенок.

Бросив смущенный взгляд на Ракшаса, я увидела, что и он наслаждается ситуацией. Полулежа на спине, опираясь на локоть, маг откровенно меня разглядывал, благо, что костюм тому способствовал. Я задохнулась от возмущения и неосознанно так сильно сжала Крисса, что тот пискнул от боли. Я расслабила мышцы и чмокнула гремлина в макушку, пытаясь совладать со смущением и найти достойный выход из ситуации. Но Ракшас успел первым.

– Очень удачный костюм, метресса! – промолвил он, поймав мой взгляд. – Нечто подобное носили храмовые танцовщицы, во времена юности моего друга, только дополняли его юбками из жемчужных нитей, которые ничуть не мешали наслаждаться видом их прелестных тел. И хотя, Ваше телосложение несколько отличается от принятых в тех местах канонов красоты, хочу отметить, что в нем присутствует своеобразная гармония, а также признаки того, что Вы изрядно потрудились над своим мышечным каркасом.

– Вы рассуждаете обо мне, как о какой-то статуе, а не о живом человеке! – пробормотала я, опуская Крисса наземь и намереваясь растянуть остатки своего костюма до приемлемых размеров.

Изящно очерченная бровь смуглого красавца прыгнула вверх, темные глаза поймали мой взгляд, по губам скользнула легкая улыбка:

– Прекрасная дева желает услышать комплименты, отражающие чувства, переполняющие мужчин в непосредственной близости от такого чудесного цветка?

Я задохнулась то ли от возмущения, то ли от смущения, то ли от того, что резкие слова застряли в горле, с трудом оторвала глаза от его горящего взгляда и опустила вниз. И лучше бы я этого не делала, поскольку рядом со мной находился обнаженный мужчина. И что бы там Ракшас не говорил об отсутствии у него человечности, некоторые ее телесные проявления были совершенно адекватными ситуации.

Спас меня, конечно же, Корнелиус!

– Прекращай смущать юную девицу, Раш! – проворчал он, склоняясь над свертком, полет которого и создал всю эту неловкую ситуацию. – Мне кажется, здесь что-то по твоей части.

Ракшас стремительным, но удивительно плавным, движением поднялся на ноги, обогнул меня и присоединился к старому магу. Тот, как раз, развернул черное полотнище и разглядывал лежащие на нем две тонкие изогнутые сабли, а также металлическую штуковину, с которой бойцы выходили на Большую Арену.

– Судя по этому набору, ситуация в городе складывается не в нашу пользу! – в голосе индийского мага больше не слышалось былой игривости.

– А если принять во внимание то, что произошло с принцем, она – еще хуже! – тоненький голосок Локки, прозвучавший из дальнего конца пещеры, показался мне необычайно унылым. – Я принесла Дзирри его сабли, а тут придется носить его, самого!

– Давайте, не будем заранее паниковать! – предложил Корнелиус, снова заворачивая сверток. – Сначала сядем и спокойно обменяемся информацией. И я бы пригласил на наш совет и перевозчиков.

И старый маг выразительно посмотрел в мою сторону. Я же посмотрела на маленький мешочек, висевший на узорчатом поясе, рядом с чехлом Зеркала Сновидений, в котором скрывалась черная пантера и спросила:

– Я все еще не понимаю, почему они именно мне подарили эту пантеру и приходят, когда я ее достаю?

Корнелиус легко потрепал меня по плечу:

– Тебе придется смириться с тем, что приходится играть особую роль в этом мире! Многие говорят, что перевозчики – это те, кто осуществляют переход разумной энергетической сущности через грань, между нашими мирами. Я же полагаю, что они и есть эта самая грань! Уж больно слаженно они взаимодействуют. А пантера – неотъемлемая часть их структуры. И ты удивительно легко с ней контактируешь. Возможно, именно перевозчики и выбрали тебя, чтобы восстановить Мировое Равновесие. Ведь, кому же сложнее всего приходится, когда океан Земной энергии будоражат бесконечные водовороты и штормы? Конечно тем, кто находится на грани водораздела!

Я недоуменно поскребла в затылке:

– Не понимаю их выбора! Если говорить о Мировом Равновесии, то Тимур подходит им значительно лучше, равновесие и взаимосвязь вещей – его любимый конек!

– И, тем не менее, что-то не сложилось! – вставил свое веское слово Ракшас, пнув ногой сверток с оружием. – Горные эльфы всеми силами избегают открытых военных противостояний, а судя по этому подарку, даже Локки не видит иного пути разрешения сложившейся ситуации.

– Ну, так давайте же и расспросим ее, для начала! – заявила я и решительно двинулась в дальний конец пещеры, где маленькая эльфесса вместе с братцем суетилась вокруг лежащего принца.

Магам ничего не оставалось, как последовать за мной.

На мой взгляд, состояние Дзирри ничуть не изменилось с того времени, как я смотрела на него в последний раз. Мрачное лицо Локки тоже не внушало оптимизма, и, тем не менее, я еще раз коснулась принца, прежде чем спросить:

– Ты-то когда-нибудь видела что-то подобное?

Та угрюмо усмехнулась и ответила:

– Точно в таком же состоянии находится твой учитель внутри Пруда Двух Лун! Только там вся субстанция элементаля превратилась в полупрозрачный зеленый камень, не поддающийся какому-либо воздействию. Лиррсс рвет и мечет, пытаясь восстановить связь с Прудом или добраться до нового симбионта.

– Так может быть, это – хорошо? И мы достигли нужного результата? – нерешительно предположила я.

Маленькая эльфесса с сожалением покачала головой:

– Не похоже! Замок Паучьей Королевы функционирует так же, как и обычно, выкачивая энергию из окружающего пространства. Тролли и темные альвы исполняют приказания Лиррсс и обыскивают город. Около ваших башен выставлены заградительные отряды.

Мне мигом вспомнилась уютная башня Ивонны и старый Сибелиус с его радушным гостеприимством, что породило следующий вопрос:

– А что с тем инструментом, на котором играл Сибелиус?

Лицо Локки осветилось короткой улыбкой:

– А это – единственный позитивный момент! Ну, или мне так кажется! Та хрустальная горка так и стоит посреди зала с Паутиной. И никто не может к ней прикоснуться. А когда Лиррсс рассказали, что в него погрузилась Сивилл в компании с Сибелиусом, то королева едва не перебила половину своих придворных!

– Судя по тому, что ты рассказываешь, Сивилл удалось создать энергетический кокон достаточной силы, чтобы Паучья Королева побоялась вскрывать его посреди своего Замка! – предположил Корнелиус, усаживаясь рядом со мной.

– Точно так же поступил и Пруд Двух Лун! – заметил Ракшас, укладываясь на бок возле стены и откидывая за спину роскошные черные волосы, восстановившие свою длину за время вынужденного отдыха в пещере. – Если судить по моему собственному опыту, то Пруд изменил характер своей субстанции, чтобы спокойно поразмышлять и пообщаться с новым симбионтом. Я тоже, после войны с Рамой, вырастил башню и слился с ее субстанцией, дабы отгородиться от остального мира и полностью сосредоточиться на занимавшей меня проблеме. И незаметно для себя, провел в таком состоянии пару тысяч лет!

– Не думаю, что такой вариант нас устроит! – незнакомый голос, раздавшийся у входа в пещеру, заставил меня вздрогнуть, но затем я узнала темный силуэт, вырисовывавшийся на фоне искрящегося водопада.

Это был один из перевозчиков! В следующий момент я осознала, что уже некоторое время держу в руках фигурку пантеры, поглаживая пальцами ее гладкую спину. Видимо, подсознательно я уже приняла решение, позвать сюда еще одного из участников этой замысловатой игры. Меж тем, перевозчик легкой тенью скользнул в нашу часть пещеры и присел на корточки рядом с Дзирри. Подобно Корнелиусу, он провел ладонью вдоль поверхности статуи, а затем перевел взгляд на меня. Мелькнула странная мысль, что я затрудняюсь определить цвет его переливчатых глаз, а свободное черное одеяние скрадывает контуры его тела. Ни дать, ни взять – расплывчатая грань между мирами!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.