Владимир Евгеньевич Поляков
Симферопольский уезд, район…

Рецензенты:

Щевелев Сергей Стефанович – доктор исторических наук, профессор кафедры Археологии и всеобщей истории Института «Таврическая академия» Крымского федерального университета имени В.И.Вернадского.

Иванов Вячеслав Александрович – кандидат исторических наук, научный сотрудник. Государственное бюджетное учреждение Республики Крым «Центральный музей Тавриды».

Автор: Поляков Владимир Евгеньевич – доктор исторических наук, доцент, профессор кафедры истории ГБОУВО РК КИПУ имени Февзи Якубова.

© В.Е. Поляков, 2023

Введение

История целой страны или всего лишь одного административного района, коим в настоящее время является Симферопольский район республики Крым Южного федерального округа Российской федерации, беспрерывно создавалась, сменяющими друг друга поколениями. Иногда, к горькому сожалению, между ними рвалась связующая нить времен, и всё приходилось начинать, как бы наново.

Историю не только творят, но и пишут. Приступая к работе, я сделал попытку рассказать читателю о том, что казалось самым важным, самым сокровенным, что узнал об истории региона, который сегодня называют Симферопольский район.

На одной международной конференции я услышал поразившую меня фразу: «После того, как вы выслушали рассказ охотника, убившего льва, надо послушать и рассказ самого льва».

Был, к сожалению, в истории нашей страны, такой период, когда мы сознательно отказывались от своего прошлого. Даже летоисчисление начиналось у нас то от сотворения мира, то от рождества Христова, то от Великой Октябрьской Социалистической революции…

В своей работе мы не собираемся впадать в другую крайность и отказываться теперь уже от той части истории, которая связана с периодом революции, гражданской войны, различными этапами советской власти. Всё это тоже наша история. Наша!

За последние годы об истории Симферопольского района издано сразу несколько книг. В основном они касаются последних десятилетий и даже небольшого, но весьма насыщенного периода после 2014 года. Эти книги писали журналисты, политики… Для историков, обращаться к этим годам, увы, ещё время не наступило. Как писал поэт: «Большое видится на расстоянии». Вот почему временные рамки исследования ограничены, условно говоря, концом «Эпохи застоя» и «Перестройкой», а все последующие годы уже не входят во временные рамки предлагаемого исследования.

Крым, впрочем, как и почти все другие территории Земного шара, многонационален и потому мы не собираемся показывать историю региона сквозь призму истории только какого-нибудь одного народа вне зависимости от того был ли он самым многочисленным, или самым древним.

Эта книга – не панегирик прошлому, но и не обвинительное заключение. Александр Сергеевич Пушкин устами летописца, наставлял: «Добру и злу внимая равнодушно». Не думаю, что удалось оставаться равнодушными. Мы горевали вместе с нашими героями, вместе с ними радовались успехам. Особенность этой книги в том, что на разных этапах её создания в ней принимал участие довольно широкий круг людей. Во время одного из рабочих совещаний, которые, как правило, проходили в администрации Симферопольского района, невольно обратил внимание на то, что в ожидании начала заседания, все собравшиеся увлеченно говорили о… погоде. О том будет ли дождь? Давно, находясь на пенсии, эти люди по-прежнему оставались аграриями, и все их помыслы, даже помимо их воли, по-прежнему были связаны с землей.

Одним из самых трудных моментов выбора стратегии написания книги, стал «территориальный вопрос». Дело в том, что границы административно-территориальной единицы, именуемой сегодня, как Симферопольский район, постоянно менялись, и, наверное, будут меняться и впредь. Было время, когда в его состав входил даже Бахчисарай, а в самом скором будущем часть близлежащих к Симферополю земель, выйдет из юрисдикции района и отойдет к городу. Как говорили древние: Omnia fluunt, omnia mutantur. – Всё течёт, всё меняется.

Ещё сто лет назад мое родное Марьино было деревней Симферопольского уезда, находящейся в четырёх верстах от города. Деревни Абдал, Бахчи Эль, Борчакрак, Жигулина Роща, Красная Горка, Петровская слобода, Пусуловка, Ягмурцы то есть всё, что сейчас входит в городскую черту Симферополя, совсем недавно было частью Симферопольского района.

Мы не претендуем в своем исследовании на историю Бахчисарая и других земель в тот или иной период времени, входивших в состав уезда или района, и по возможности ограничимся территориальными рамками административного деления Крыма первой четверти XXI века.

Глава I. Утро человечества

Не будем вступать в дискуссию о том, сколько сотен, тысяч или даже миллионов лет живут на земле наши предки, а только констатируем общепризнанный факт: на территории современного Симферопольского района не менее 50 тысяч лет! Подтверждением этого вывода является стоянка палеолитического человека, вошедшая в научный оборот под названием Чокурчинская пещера. Расположена она практически в городской черте Симферополя у отрогов скал вдоль левого берега реки Малый Салгир, практически рядом с трассой Симферополь-Феодосия.

Стоянок пребывания первобытного человека в Крыму не один десяток, в том числе на территории современного Симферопольского района: Кизил-Коба, Таш-Джырган, Чумакарская, Симферопольская…

Самой известной из них считается Кизил-Коба, где в результате раскопок было выявлено три культурных слоя.

Мы же расскажем читателю о стоянке Чокурча, которая получила широкую известность благодаря счастливым, если так можно выразиться, обстоятельствам. В то далёкое время, в результате землетрясения или других причин, произошел обвал, который законсервировал, как пещеру, так и небольшой участок прилегающей территории, сохранив всё, что там находилось от потоков воды, порывов ветра, растаскивания животными, людьми…

Первые раскопки начались относительно недавно в 1927 году. Геолог П.И. Двойченко и археолог С.И. Забнин по каким-то известным только им признакам предположили, что в данном месте может быть грот. Предпринятые раскопки превзошли самые смелые ожидания – впервые в СССР на его территории были обнаружены скелеты неандертальцев. Кроме того многочисленные кремниевые остроконечники, скрёбла, а также костяные орудия. На своде грота были найдены уникальные наскальные рисунки. В известняковой скале были выдолблены изображения Солнца с лучами, мамонта и рыбы. Рядом с пещерой были обнаружены многочисленные кости животных: пещерный медведь, пещерная гиена, первобытный бык, дикая лошадь, гигантский олень, антилопа-сайга, носорог, мамонт.

В 1947 году пещера объявлена памятником природы, но реально была взята под охрану уже в XXI веке.

Тавры

Начиная с Y века до н. э., в литературе встречаются упоминания о таврах. Попасть в письменную историю на столь раннем этапе – честь большая. Это значит в веках сохранить для потомков своё имя, и хотя бы в отблеске чужой истории озарить мгновения минувших лет.

Есть два толкования слова «тавр», с которыми мы познакомим читателей. Одно из них – это то, что в семитских языках «тавр» – гора. В Малой Азии есть горный хребет Тавры, в Сицилии горный массив тоже называется Тавр. Резонный вопрос: почему семитское слово стало основой оронимов (названий гор) в столь отдаленных частях Средиземного и Черного морей? По-видимому, это связано с первыми мореходами планеты финикийцами, язык которых относился к семитской ветви.

По другой версии, в слово «тавр» вкладывают совершенно иной смысл – «бык». Последняя версия получила наибольшее распространение и приводится во всех путеводителях. Нам всё же ближе толкование: тавры – горцы.

При знакомстве с высказываниями античных писателей к вполне понятной гордости за древних обитателей полуострова, как ни как, наших земляков – примешивалось чувство незаслуженной обиды. Посудите сами:

Геродот. V век до н. э. «Живут тавры грабежом и войной.»

Страбон. Начало н. э. «За древним Херсонесом бухта с узким входом, возле которой преимущественно устраивали свои разбойничьи притоны тавры.»

Аммиам Мирцеллин. IV век н. э. «Разделённые на различные царства тавры, между которыми особо страшны чрезмерной грубостью Арихи, Синхи и Напеи, свирепость которых усилилась в следствие продолжительной безнаказанности, они-то послужили причиной названия моря Негостеприимным.» [86]

И таких высказываний более пятидесяти! А если добавить об упоминаемых каждым автором человеческих жертвоприношениях их богине Орсилохе, то характеристика обитателей нашего края становится довольно-таки неприятной. Так ли всё было?

Прежде всего, записки древних авторов – это не показания очевидцев, а пересказ слышанного. Стоит отметить, что это не тавры пришли в Элладу, а эллины вторглись в их земли и потом возмущаются негостеприимством хозяев.

В глубь X века до н. э. уходят следы пребывания тавров на полуострове. Их поселения обнаружены по всему горному Крыму, в том числе и на территории Симферопольского района.

У подножья скалы на нижней террасе левого берега Салгира в VII–VI веках до н. э. жили люди. Двадцать семь хозяйственных ям, расположенных цепочкой вдоль склона, свидетельствуют о долгой плодотворной хозяйственной деятельности.

Ямы большие: 1,1–1,9 м в глубину. Диаметр дна: 1,4–1,8 м, горловина: 0,6–1,0 м. Не будем выделять находки именно Симферопольского поселения, а по совокупности дошедших до нас вещей таврских селений и захоронений попробуем представить их жизнь.

Земледельцы – первый и бесспорный вывод, который напрашивается сам собой после того, как в поселениях археологи обнаружили зёрна пшеницы, ячменя, гороха. Для хранения зерна, помимо ям, использовались и большие пифосы – глиняные сосуды в 1,5–2,0 м высотой. В большом количестве каменные орудия труда – мотыги, вкладыши для серпа, зернотерки. Вероятно – это были первые сельскохозяйственные орудия в нашем крае.

Особое место в находках занимает посуда тавров. Горшки, чашки и другие сосуды черного лощения свойственные таврам, служат археологам, словно, визитной карточкой для определения – таврское поселение или нет.

Наконечники стрел из кости, гарпун, множество всевозможных рыболовных крючков свидетельствуют о занятии рыболовством, охотой. Но это, так сказать, побочный промысел. От собирательства и охоты жители полуострова уже давно перешли к земледелию и скотоводству, о чем свидетельствуют найденные на поселениях останки овец, свиней и даже крупного рогатого скота.

В находках VI–V веков до н. э. – встречаются изделия из бронзы и даже железа: меч акинак, топор. Начало I тысячелетия до н. э. – период вытеснения бронзы железом. VIII век до н. э. – начало железного века в Восточной Европе. В Крыму из-за отсутствия известных запасов руд этот процесс происходит гораздо позднее.

Огромный интерес привлекают широко известные таврские могильники, которые встречаются в районе современного села Краснолесье. Это каменные ящики классического типа: строго прямоугольной формы, из четырёх больших, поставленных на ребро, хорошо пригнанных плит, перекрытых пятой покровной. если в ранних могильниках тавров находили, главным образом глиняную посуду, то в каменных ящиках VI–V вв. преобладают металлические изделия.

Вдумайтесь: говоря только об одном народе, жившем на крохотном участке земли, мы прошли с ним период каменного века, бронзы, железа.

Киммерийцы

Завершение бронзового века на территории Крыма относят ко времени не позднее конца Х века до н. э. О киммерийцах есть упоминания у древнегреческих авторах. Вот, к примеру, что писал Эсхил, (перевод С.К. Апта): Ты выйдешь к перешейку Киммерийскому,/К воротам узким моря, безбоязненно/Пересечешь теснину Меотских вод/И вечно среди смертных славной памятью/Об этой переправе будет имя жить/Боспор – Коровий брод/На материк придёшь Азийский из Европы. [63, с. 71]

В данном случае речь идёт о Керченском полуострове и Тамани, но памятники киммерийской культыры и, прежде всего захоронения, были обнаружены и исследованы на территории Симферопольского района: в пещере Кизил-Коба, в Марьино, в курганах при строительстве Симферопольского водохранилища, у сёл Донское, Дружное, Зольное, Константиновка.

Наряду с захоронениями, к памятникам этого периода относят каменные изваяния «фаллической»[1] формы, относящиеся к концу предскифского периода. [63, с. 23]

Скифы, сарматы, готы

С VII века до н. э. в степную часть полуострова проникают скифы. С VI века до н. э. в отдельных таврских захоронениях уже находят скифскую посуду. Ещё два века по соседству со скифами живут в горах тавры.

Продвижение Скифского царства в глубь полуострова положило начало ассимиляции… Характерно, что в античной литературе в этот период появляется термин «тавро-скифы», а затем «скифо-тавры».

Несколько веков мир знал наш полуостров под именем Таврика. В мифе о легендарном путешествии аргонавтов за Золотым руном в Колхиду сообщается, что вход в пещеру охраняли тавры, которые были стражами царя колхов и меотов. В мифическом существе кентавр – полулошадь, получеловек – греки видели не расстающихся с конями тавро-скифов.

В истории нашей страны, нет, наверное, другого такого народа, о котором было бы написано столько книг: серьезных исследований, научно-фантастических повестей, стихов…

Многие десятилетия идея о родстве славян со скифами владела умами ученых, но, как это нередко бывает, не выдержала испытания временем. У скифов оказалась своя собственная судьба, собственная история. Об их происхождении до сих пор идут споры. Большинство считают, что скифы принадлежали к племенам североиранской языковой группы. Многие считают, что они пришли из-за Урала, другие связывают с племенами срубной культуры, которые, начиная с середины II тысячелетия до нашей эры, распространяются по Волге, Дону и Днепру, а затем появляются и в Крыму, третьи считает их тюрками.

В истории скифов Симферопольский район занимает видное место, так как на неприступных кручах Петровских скал, которые нависали над брегами Салгира, пару тысяч лет назад находилась столица третьего скифского государства – третьего и последнего.

Сколько легенд, историй, притч связано с этим поистине легендарным народом! Вот одна из них, самая известная. Старый царь предлагает сыновьям сломать колчан стрел. Но сложенный вместе пучок оказывается не под силу никому, даже самому старшему сыну. Когда же отец протянул стрелу самому младшему – мальчишке, тот легко ломал их одну за одной.

В дошедших до нас изображениях скифов: на вазах, пекторалях, гребнях мы можем видеть, как выглядели скифы. Ничего необычного, а ведь одна деталь их одежды в своё время очень удивила греков. И деталь эта – брюки. Ведь именно скифы первыми из европейцев стали носить то, что мы впоследствии назвали помочи (славянское), штаны (тюркское «иштан») или, как мы только что упомянули – брюки, что восходит к галлолатинскому «braca» и через немецкий язык вошло в нашу лексику. В то время греки и римляне носили соответственно юбки, туники.

Способность легко одетых скифов переносить мороз и холод поражала греков. Изумлённому чужестранцу скиф объяснил так это явление: «Ты не кутаешь своё лицо потому, что оно привыкло. Представь, что я весь – лицо!»

Не всё увиденное в соседях понравилось грекам и было ими одобрено. Поговорка «пьет, как скиф» на века вошла в обиход. Дело в том, что в отличие от греков скифы не разбавляли вино водой.

Самым красивым обычаем несомненно было побратимство. Вот, как ещё в IV веке до н. э. описывали этот обряд: в большую глиняную чашу наливается вино, к нему примешивается кровь договаривающихся, при этом делаются уколы шилом или небольшой разрез ножом. Потом погружают в чашу меч, стрелы, секиру, металлическое копьё. По совершению этого долго молятся, а затем пьют смесь. Культ побратимства был столь высок, что у скифов даже были божества, покровительствующие дружбе. Обычай этот был, несомненно, симпатичен грекам, и Лукиан в своей новелле так говорил словами скифа Токсариса: «В союзы дозволено вступать самое большое троим лицам, потому что, кто имеет много друзей, тот кажется нам похожим на публичных блудниц и дружба такого человека, разделённая между многими, уже не может быть столь прочной».

Подобно тому, как скифы ассимилировали в себе тавров, так на определённом этапе истории они сами подверглись влиянию со стороны сарматских племен. Общность языка – иранская группа, в какой-то степени тоже способствовала их сближению.

Была у сарматского народа одна особенность, на которую сразу же обратили внимание греки, чьи записи мы процитируем: «Жёнам своим сарматы во всем повинуются, как госпожам».

Чему уж тут удивляться, если сарматские женщины занимали высокое положение в обществе, участвовали в военных действиях, иногда даже возглавляли целые племена.

«У сарматов девушку не прежде выдадут замуж, чем она убьёт врага». Не удивительно, что спустя тысячелетия в погребениях молодых сарматок находили оружие. Для сравнения: захоронения скифских женщин содержали посуду, зернотерку, орудия прядения, ткачества, шитья.

Если процесс ассимиляции тавров скифами остался скрытым от глаз, и о нём мы можем говорить только предположительно, то об отношениях сарматов и скифов имеются письменные свидетельства. Впрочем, выражаясь языком некогда популярного киногероя рядового Максима Перепилицы, сначала скифские хлопцы отхватили гарбуза. Вот сохранившийся ответ сарматских девушек скифским юношам: «Мы стреляем из луков, бросаем дротики, ездим верхом, а женским работам не обучены, тогда как ваши женщины занимаются женскими работами, они постоянно сидят на повозках, не ходят на охоту и вообще никуда не показываются.» Но в дальнейшем отношения по-видимому наладились и Геродот писал уже так: «Скифские юноши беспрепятственно выделяются из семей своих отцов и образуют новые с амазонками».[86]

О скифах и сарматах у древних авторов написано немало и прежде всего у Геродота, который в V веке до н. э. специально посетил Скифию. Но всё же основной материал, который позволяет нам, пусть с оговорками, но всё же делать какие-то выводы о жизни народа, населявшего юг Восточной Европы от Дона до Дуная и наш полуостров в частности, – это результаты археологических раскопок.

Мы уже знаем, что и тавры, и сарматы, провожая вслед за солнцем умерших, клали им всё необходимое в той – иной жизни. Более материально обеспеченные скифы, хороня знатных людей, клали оружие, драгоценности, боевых коней, слуг, любимую жену. Находки в скифских курганах, если они не были ограблены в древности или не стали добычей «счастливчиков», как еще до революции называли грабителей древних курганов, несли очень важную информацию.

Особое место во всей скифологии занимает Неаполь-Скифский. Когда-то это была столица государства, в период Крымского ханства деревушка Керменчик, потом поселение на территории Симферопольского уезда Подгородне-Петровское и уже затем городская черта Симферополя.

В 1827 году местный житель Александр Иванович Султан-Крым-Гирей купил по случаю два камня с надписями на древнегреческом языке. Были они из крепостной стены поселения Керменчик. Приехавший по его просьбе директор Одесского музея древностей И.П. Бларамберг осмотрел камни. Несколько дней провел в Керменчике и даже нашёл плиту с изображением двух мужских профилей. По сходству с портретами на скифских монетах было высказано предположение, что это царь Скилур, о котором много писалось в античной литературе.

И всё же первые исследования крепости, как-то не связывались с нахождением на месте Керменчика скифской столицы. В основном разговоры велись об открытии нового греческого полиса, этакого передового поста для меновой торговли, так как скифы предпочитали деньгам натуральный обмен. Но обнаруженные амфорные ручки с надписью «Неаполис» (греческими буквами), породили долгие споры: Не это ли знаменитый Неаполь – столица поздних скифов? В этот же период в Херсонесе была обнаружена плита, в которой указывалось о разгроме войсками Диофанта крепостей Хабеи и Неаполя, расположенных внутри Скифии. После этого открытия, городище приобрело по меньшей мере общегосударственное значение, но тем не менее городские власти не только не поставили заслон самовывозу ценностей с Керменчика, но даже сдали его в аренду для добычи камня, то есть на разборку крепостных стен. Можно только гадать, как много ценной информации осталось навсегда утраченной. В кладках домов на Петровской балке, Подгородном-Петровском и сейчас могут стоять камни с древнегреческими надписями, барельефами, узорами. Несмотря на множество находок предметов труда, быта симферопольское городище ничем не выделялось из других скифских поселений. Казалось, уже нельзя ждать чего-нибудь нового, как вдруг произошло чудо. Сенсация века! В Керменчике, где уже проводились раскопки, где сто лет брали камень, в августе 1946 года экспедиция П.Н. Шульца обнаружила неразграбленное захоронение скифского царя. Нет смысла перечислять всё, найденное археологами. Одних только золотых вещей было свыше 800. По обнаруженному в усыпальнице черепу, антрополог М.М. Герасимов сделал скульптурный портрет, который признали похожим с изображенным на монетах Скилуром. В общей сложности было обнаружено 9 склепов, примечательно и то, что многие из них содержали прекрасную роспись.

С III века до н. э. и по IV век н. э. Скифское государство, оказалось на пути Великого переселения народов. Пала его столица, располагавшаяся близ современного города Никополя, и только оказавшаяся несколько в стороне Таврика уцелела. После разгрома Великой Скифии на полуострове формируется государство поздних скифов. Вот тогда его столицей становится Неаполь (новый город). Неаполь-Скифский – таким, пожалуй, можно считать первое название нашего города, которому теперь более двух тысяч лет.

В 258 году на полуостров пришли готы. Они разрушили Неаполь. Часть нападавших ушла с полуострова, но часть их осела в горах, куда, переместился эпицентр жизни на полуострове. Как ни парадоксально, но на многих картах Европейских государств наш полуостров с IV по VI века уже именуется Готией.

В 371 году Дон (в древности Танаис) переходят полчища гуннов. Главная их масса пошла по степям Северного Причерноморья, но часть вошла на полуостров. Очередной раз и уже окончательно был разорён Неаполь-Скифский. Часть гуннов оседает в степной части полуостров, сделав наш полуостров частью Великого Турана – земли тюрков.

В этом котле наций, варились многие народы: тавры, скифы, сарматы, греки, византийцы, римляне, аланы, готы, гунны…, но подобно блюду, приготовленному хорошим китайским поваром, каждый из народов, переварившись в этом котле, тем не менее столетия сохранял свою неповторимость, самобытность, исключительность…

Завершался период Великого переселения народов. Начиналась эпоха, так называемого Крымского Средневековья, а полуостров наш всё более входил в Ойкумену тюркских народов, но об этом в следующей главе.

Ак-Мечетское каймакство

Период Средневковья, который охватывает такие государственные образования как улус Золотой орды, а затем Крымское ханство мы можем проследить благодаря тому, что на заключительном этапе админстративно-территориальное деление было достаточно регламентированным. Весь Крым делился на 6 каймакств: Бахчисарайское, Акмечетское, Карасубазарское, Кезлевское, Кефинское, Перекопское, что в современной интерпритации звучало бы так: Бахчисарайское, Симферопольское, Белогорское, Евпаторийское, Феодосийское, Перекопское.

Каймакства в свою очередь состояли из кадалыков, которых в Акмечетском районе было 9. Всего они включали в себя 242 населённых пункта. Это был средний показатель. По числу сёл он уступал только Бахчисараю и Красубазару.

Кадалыки были следующие:

Акмечетский кадылык – 58 сёл.

Абдал; Азман; Айтатжи Кесек; Аябак; Бабатак; Бавурчи; Бакче Эли; Баранджи; Биоктен; Битак; Бодан; Ботке; Гаджи Ибрагам; Гаджи Ибрагам; Гаджи Ибрагам; Гаджи Калде; Гочмес; Девлет Гелды; Джимекары; Дирекли Эль; Ики Баш; Испат; Менгелерджек; Чаинджи; Чилле; Кадайджик; Казаклар; Казанджы; Кары Кыят; Кары Кыят; Карач; Карачь; Кая Алты Канлы; Китай; Колдчук; Кучук Гаджи Кадде; Кыр Канлы; Кыярт бакаджик Кесек; Кыят Онджи Кесек; Кыят Пазарджик Кесек; Кыят Сарай Кесек; Лез; Машике; Мешин; Сары-Хафыс-Джарман-Кесеке; Сары-Хафыз-Татар-Кесек; Сары-Хафыз-Сарай-Кесек; Сусус Джайчи; Такыл; Таш Ярган; Тепе-Чокрак; Толате; Тюбей; Фондыклы Отар; Чукурчи; Эскендре Ашагы; Эскендер Юкары Кесет; Ягмурче.

Юкары-Ичкинский – 24 села.

Аян; Бораган; Боре; Бьюк Еникой Ашага; Бьюк Еникой Екары; Газы Ага; Джаум Аги; Джафер Берды; Джиен-Софу; Ички Джолман; Кучук Еникой; Кучук Еникой; Кылбурун; Мамак; Мамак; Мамак; Мамак Баурчи; Татар Джолман; Тотай; Тохта Джами; Эски Орду; Эски Орду Таржак; Чавке; Чавке;

Ашагы-Ичкинский – 24 села.

Асма; Бахшай; Бешеран; Бурнаш; Гаджи Кечь; Дегирменджи; Казы; Калмук Кара; Карагасан; Керневич; Колджи Кимаджи; Костеле; Кызак; Кызыл Мечет; Кырк; Кырмаджи; Лез; Селтан Базар; Тавакай; Хусеин; Чече; Чолгары; Шейх Кой.

Даирский кадылык – 28 сёл.

Айбары; Аталык Эли; Аталыкта; Бешаран; Бешевли; Боран Кары; Джанатай; Ени Кесек; Кара Ойлу; Карджавжик; Карачакмак; Карашэли; Конрат; Метай; Месчители; Одобаши Уйшун; Отар Джик; Отар Карджав; Пашай Эли; Ташлы Даир; Темиринки; Терин Аир; Улан Эли; Умер Ага; Хадыр Ага; Хадыр Ага; Хан Эли; Эсенбай Уйшун.

Ташлышеихэли кадылык – 6 сёл.

Бай Бере; Кыпчак; Нагайлык; Таик; Тама; Шейхэли.

Ташлыкский кадылык – 45 сёл.

Аблан; Аблан; Аблан Иллери Кесек; Агыяр; Алабаш Конрат; Башлыдже; Беш Ойлу Лак; Булатчи; Бьюк Конрат; Бьюк Онлар; Гаджи Авлай; Гаджи Кечь; Гендже; Гендже; Джав-Бере; Джирен; Джума Кесеги Лак; Дюрт Ойлу Лак; Ибтак; Кабай; Кабач; Карагаджи Лак; Кенегес; Кучук Конрат; Кырбайлар; Кырмаджи; Кюкенли; Мамек; Менгелер; Мерьа; Моланеки; Мурзалар; Онлар; Талы Кесеги Лак; Саиде; Тобчак; Тюбей; Учкая Ялар; Черкезинки; Шибан; Шиглак; Эйтак; Юзлер.

Зуйский кадылык – 13 сёл.

Ашагы Конеджи; Бахче Эли; Бей Эли; Гаджи Эли; Екары Конеджни; Казы Аскер Кесек; Кая Алты; Кен Тогай; Кыпчак Алаган; Кыпчак Дирек Алты; Кыпчак Калум; Кыпчак Кырдагы Эли; Кыпчак Юкары Ички.

Ашага Ичкий кадылак – 23 села.

Калмук Кара; Асма; Дегирменджи; Кырк, Хусеин, Кернеуч; Кырмаджи; Шейхкой; Казы; Туатай; Кызыл Мечет; Кызак; Бурнаш; Гаджи кечь; Бешеран; Колджи Кимаджи; Костеле; Бахушай; Бахшай Чече; Селтан Базар; Лез; Карагасан; Чолгары.

Чуюнчинский Бешпаре кадылык – 11 сёл.

Ана Эли; Бечи Эли; Битанеш; Боран Эли; Мусагаджи; Осма; Текеш; Тобай; Чойке; Чоюнчи; Шевиук.

Салгирский кадылык – 35 сёл.

Ашагы Собла; Бекир Ага; Биюк; Бьюк Даг Эли; Вират; Вират; Вират Юкары; Гусеин Гаджи; Даг Эли Гаджи Ага; Джолман; Джолман Харатук; Едылер; Казылкая Дагели; Кара Агач; Кара Берек; Коранджи; Кызыл Коба; Кыр Харатук; Кыр Харатук; Магмут Султан; Муртазаджик; Нахочь; Терес Конды; Теркедже; Фундуклы; Хапуркай; Харатук; Харатук Гусейин Мурза; Харатук Темир Ага; Харатук; Харрем; Чешмемезы; Шемхай; Эски Сарай; Юкары Собла.

Как мы видим, часть вышеприведенных сёл стала городскими окраинами современного Симферополя, но эти топонимы до сих пор на слуху у жителей Симферопольского района: Абдал, Бахчи Эль, Битак, Кары Кият; Чукурча, Ягмурцы…

Следует напомнить, что абсолютное большинство приведённых топонимов восходит к тюркской группе языков. Часто повторяющиеся в именах собственных слова в действительности являются характеристики объекта: Ашагы – нижний; Юхары – верхний; Ени, Яни – новый; Эски – старый; Кучук – маленький; Биюк, Бьюк – большой.

Часто в названиях доминирует какой-либо отличительный объект: Джами – мечеть; Чокрак – родник; Коба – пещера; Дегермен – мельница.

Широко представлены числительные: ики – два; уч – три; беш – пять; алты – шесть; он – десять; кырк – сорок.

Цвета: кызыл – красный; кара – чёрный;

Кой, сала, эли – фактически означает «село, деревня», хотя слово «эль» в более древние вресмена воспринималось, как народ.

Каждый, без исключения, ойконим в большей или меньшей степени – памятник истории, так как является свидетелем конкретного периода нашей эпохи. Если предположить, что село Пионерское и дальше сохранит свое название, то будущее поколение будет искренне думать, что своё название оно получило в память первопроходцев этих земель, так как слово pion – первопроходец, В действительности село было названо в честь детской коммунистической организации.

Следует помнить, что мы живём не в закрытом обществе и потому должны осознавать, что на нашей территории могут быть исторические памятники мирового значения. Если бы мы обсуждали ойконимы Крыма в целом, то, безусловно, указали бы такие жемчужины, но непосредственно в рассматриваемом нами Симферопольском районе, увы, их нет. Впрочем, если кто-то из читателей со мной не согласен, то – пишите, аргументируйте свою позицию.

Памятники истории общегосударственного значения. В эту категорию ойконимов – названий населенных пунктов, входят те, которые пусть и не очень известны иностранцам, но без них обеднеет наша отечественная история.

Сарабуз. Без него история Великой Отечественной войны в Крыму была бы не полной. Он постоянно упоминается в период обороны Перекопа, так как был местом базирования советской авиации. В период героической обороны Севастополя считается, что в Сарабузе находилась ставка Главнокомандующего 11-й армии Эриха фон Манштейна, о чём он неоднократно упоминал в своих мемуарах. В действительности, в целях безопасности, его штаб находился в соседней деревушке Спат, которая уже не существует.

Эски-Орда. Прежде всего – это самый древний ойконим тюркского периода. К тому же, как указывают все биографы Льва Николаевича Толстого, в деревне Эски-Орда какое-то время находилась его батарея, благодаря чему там установлен памятник писателю.

Саблы. В начале XIX века деревня Саблы принадлежала бывшему Таврическому губернатору Андрею Бороздину. В имении бывали будущие декабристы Михаил Орлов, Сергей Волконский со своей в ту пору невестой Марией Раевской. Летом 1820 года гостил Никита Муравьёв. Бывал в нем Александр Грибоедов.

Ойконимы Джалман, Курцы, Калмук-Кара, Чуюнчи, имеют огромную научную ценность, так как относятся к генотопонимам, и в них сохраняется память о проживавших в Крыму этносах. Посредством их мы сохраняем память о таких родоплеменных названиях как джалман, курчи, калмук-кара, чуюнчи, которые сегодня носят названия: Пионерское, Украинка, Дмитрово, Урожайное. Примечательно, что село Курцы, де-факто, уже вернуло своё историческое название, осталось лишь довершить этот акт юридически.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Фалллос, или фалл (др.-греч. φαλλός) – символическое изображение эрегированного пениса, предмет культа многих языческих религий. Как правило, такие изображения символизируют мужское плодородие и начало новой жизни.

Вернуться