Наоми
Волшебные сапоги Хонеима. Еврейские сказки

© ООО «БХВ», 2022

© Оформление. ООО «БХВ-Петербург», 2022

* * *

Предисловие автора

У каждого народа есть свои сказки, басни и легенды, но, пожалуй, нет в этом отношении более богатой литературы, чем еврейская. В самом деле, еврейские книги в течение долгих веков служили источником вдохновения для писателей многих народов. А между тем, для детей не всегда предоставляется возможность познакомиться с прекрасными сказаниями, которые встречаются в Талмуде[1] и Мидраше[2] – этих обширных сокровищницах еврейской культуры.

С целью пополнить этот пробел мною и написаны сказки, вошедшие в эту книгу. Большей частью они основаны на притчах Талмуда и Мидраша, и хотя, конечно, изложение приспособлено к детскому пониманию, но дух первоисточников сохранен со всем уважением, которого они заслуживают. Во всех сказках сохранены также первоначальный характер основных аллегорий – иносказаний, из коих должна вытекать красивая мораль, вложенная в них великими учителями, впервые поведавшими эти сказки на пользу своих учеников.

Самим автором сочинены лишь немногие из предлагаемых сказок, например «Продавец счастья», внушённая старым раввинским изречением, «Волшебные сапоги Хонеима», а также «Осёл-чародей», построенная на восточных легендах.

Царь, царица и пчёлка

В знойный летний день, когда солнце невыносимо палило, царь Соломон искал убежища в тени любимого сада. Но и там ни одно дуновение ветерка не обвевало лицо царя. Истомленный зноем, он улёгся в густой траве и очень скоро погрузился в глубокий сон.

Тихо было в саду, лишь щебетали птицы, жужжали пчёлы да стрекотали цикады. Но по мере того, как жара усиливалась и эти обитатели сада прятались, звуки стихали.

Во всём саду не спала только маленькая пчёлка. Усердно собирала она мёд, перелетая с цветка на цветок, пока наконец не почувствовала, что и её жара истомила.

– Что это такое со мной? – прожужжала она. – Сегодня первый раз в жизни я вылетела за мёдом и чувствую, что страшно устала.

У пчёлки закружилась голова. Беспомощно повертевшись в воздухе, она потеряла сознание и упала – прямо на нос царя Соломона. Царь Соломон тотчас проснулся и так вздрогнул, что пчёлка пришла в себя, встрепенулась, перепугалась и полетела в свой улей. Царь Соломон сел и осмотрелся, желая узнать, кто это разбудил его. В самом кончике носа он ощутил странную боль; потёр его своим царственным перстом, но боль от этого только усилилась! На зов царя стремительно сбежались слуги и в страхе спрашивали, что случилось.

– Должно быть, меня пчела ужалила в нос, – сказал царь сердито. – Немедленно пошлите за главным врачом и за хранителем придворных пластырей. Не могу я ходить с шишкой на носу. Завтра ко мне приедет царица Савская, неудобно прини мать её с распухшим носом, обвязанным компрессом.

Главный врач пришёл с толпою помощников, которые несли ящики с корпией[3], мазями и разными другими лекарствами. Нос царя Соломона был старательно исследован докторами.

– Нет ничего серьёзного, – сказал главный врач. – Это очень лёгкий укус маленькой пчелы, которая даже не оставила в ранке своего жала. Через час или два всё пройдёт, и завтра царица Савская совсем ничего не заметит.

– А нос у меня всё-таки чешется… Как смела маленькая пчёлка ужалить меня, царя Соломона, повелителя всего живущего на земле, в водах и в воздухе? Разве она не знает, что я верховный владыка, к которому надлежит относиться с преданностью и благоговением?

Боль скоро прошла, но царю Соломону не нравился запах мази, которую ему приложили к носу, и он решил, что пчёлку надо наказать.

– Немедленно поймайте эту бесстыдную пчелу, – распорядился он, – и доставьте её ко мне. Послушаем, что она скажет.

– Но я не знаю её, – возразил главный царский телохранитель, которому было дано распоряжение.

– Тогда потребовать к ответу пчелиную матку и заставить её привести на суд преступницу! Объявить ей, что я буду считать виновными всех пчёл, пока наглая преступница не покается.

В улей с приказом царя полетел дежурный мотылёк и привёл всех пчёл в страшное смятение. Пчелиная царица обещала исполнить приказание царя Соломона и вскоре явилась пред его высоким троном. Тихо и торжественно приблизилась она к Соломону. Это была самая большая из пчёл; а перед ней шли двенадцать телохранительниц. Пятясь задом и обратясь лицом к царице, они всё время неустанно ей кланялись.

Царя Соломона окружал весь его двор, а также феи, демоны, духи, привидения, звери, птицы и насекомые. Как только царь Соломон сел на трон, все громко закричали «ура!». Но каждый кричал по-своему: львы рычали, змеи шипели, птицы свистели, феи пели, демоны выли. А привидения – у них ведь нет голоса, – те только приятно улыбались.

– Молчание! – возгласил глашатай[4]. – Царица пчёл да предстанет пред троном царя Соломона!

В сопровождении своих двенадцати телохранительниц царица пчёл приблизилась к подножию трона и низко поклонилась.

– Я, царица пчёл, твоя рабыня, – прожужжала она, – пришла сюда по твоему повелению, могучий, великий и мудрый государь. Повелевай, и приказания твои будут исполнены.

– Привела ты с собою ту преступную пчелу, что осмелилась напасть со своим жалом на мой нос? – спросил царь.

– Да, государь. Это – молоденькая пчёлка, которая сегодня в первый раз вылетела из улья. Она мне обо всём рассказала. Не со злым умыслом, а лишь случайно причинила она тебе беспокойство: у неё закружилась голова от зноя. Но она не могла причинить тебе большой боли, так как жала своего она не выпустила. Будь снисходителен к ней, великий царь!

– Не бойтесь моего суда, – сказал Соломон, – но пусть виновница предстанет предо мною.

С трепетом явилась маленькая пчёлка у подножия трона и трижды поклонилась царю Соломону.

– Разве ты не знаешь, – спросил её царь, – что я – верховный повелитель, особу коего ни одно живое существо не смеет тревожить?

– Да, милостивый царь, – прожужжала пчёлка, – рабыня твоя это знает. То была досадная случайность. По закону природы мы, пчёлы, должны выпускать жало, когда нам грозит опасность. А падая, я чувствовала себя в опасности.

– То же чувствовал и я, потому что ты на меня упала, а не я на тебя, – возразил Соломон.

– Не карай меня, царь! – молвила пчёлка. – Я одна из самых малых и ничтожных рабынь твоих, но, быть может, и я когда-нибудь окажусь тебе полезной.

Эти слова маленькой пчёлки вызвали хохот всей царской свиты. Даже привидения осклабили свои рты до ушей и вращали страшными глазами.

– Молчание! – приказал царь сурово. – В словах пчёлки нет ничего смешного. Они мне нравятся… Иди же, ты свободна. Когда-нибудь ты мне понадобишься.

Пчёлка трижды склонилась пред царем и улетела с веселым жужжанием.

На следующий день она летала совсем близко от дворца.

«Не посмотреть ли, – подумала она, – приезд царицы Савской? Кроме того, я должна быть неподалёку от царя: быть может, ему понадобятся мои услуги».

В это время прекрасная царица Савская в сопровождении сотни нарядно одетых слуг явилась к царю Соломону, сидевшему на золотом троне во всём блеске своего величия.

– Великий и могучий царь Израиля! – приветствовала она его, низко приседая. – Я слышала о твоей высокой мудрости и хотела испытать её. До сих пор на все вопросы, предложенные мною, ты отвечал без всяких затруднений. Но я поклялась смутить необъятную мудрость. Будь же осторожен!..

– Прекрасная царица Савская! – ответил царь, вставая с трона и низко кланяясь. – Ты так же умна, как и прекрасна. И если тебе удастся смутить меня задачею, то победа твоя будет вдвойне награждена: я осыплю тебя драгоценными подарками и возвещу о мудрости твоей всему миру.

– Принимаю твой вызов, – сказала царица, – и сейчас же приступаю к делу.

Позади её стояли две красивые прислужницы, каждая с букетом цветов. Царица взяла цветы и, держа в каждой руке по букету, обратилась к Соломону:

– Скажи мне, мудрейший из смертных, какие из этих цветов живые, а какие искусственные?

– И те и другие прекрасны, и запах их должен быть очень нежен, – ответил царь.

– Да, – возразила царица, – но пахнет только один букет. Скажи мне, который?

Царь Соломон глядел на цветы. Оба букета казались совершенно одинаковыми, и со своего места он не замечал никакой разницы. Он медлил с ответом и задумчиво хмурился. Двор тоже был смущён. Раньше царь не колебался в ответах.

– Мудрейший царь, ты, кажется, затрудняешься ответить на мой вопрос? – спросила насмешливо царица.

Соломон покачал головою и улыбнулся:

– Никогда ещё ни одна задача не оставалась не разрешенной мною. И тебе, прекрасная царица, я дам ответ, и ответ верный.

– И притом сейчас же! – добавила царица Савская повелительно.

– Пусть будет так, – сказал царь Соломон и, задумчиво посмотрев кругом, поднял свой магический жезл. Тотчас он услышал звук, которого никто другой в зале не уловил. То было нежное жужжание пчёлки, бившейся об оконное стекло.

– Отворите окно, – приказал царь, – впустите пчелу, и пусть она повинуется моей воле.

Окно быстро открыли, и в комнату влетела пчёлка. Прямо к царице Савской направилась она; жужжание теперь было слышно всем; и весь двор, затаив дыхание, следил за ней. Не колеблясь, пчёлка сразу опустилась на букет в левой руке царицы.

– Вот тебе мой ответ, царица Савская, – сказал Соломон, вставая. – Он дан тебе самым крошечным из моих подданных. Пчёлка опустилась на живые цветы. А другие, в правой руке, сделаны искусным мастером.

Двор в восторге рукоплескал мудрости царя, в трудную минуту принявшего помощь пчёлки.

– Поистине, ты мудрейший из смертных! – воскликнула изумлённая царица Савская.

– Спасибо, маленький друг мой! – тихо по благодарил царь пчёлку, и та улетела, весело жужжа.

Продавец счастья

У подножия высокой горы стоял маленький городок. Жители его отличались необыкновенно дурным характером: всегда и всем они были недовольны и вечно жаловались на свою судьбу.

– Что это у нас за городишко несчастный! – говорили одни. – Заезжего человека не увидишь. Купеческий караван в кои-то веки раз забредёт, да и то спешит поскорей убраться.

– Ни одного-то у нас красивого здания нет. Улицы, площади – посмотреть противно, – жаловались другие. – И гора эта над нами торчит вечно хмурая; взглянешь на нее – так не только тоска, а и страх забирает.

– И людей-то богатых у нас совсем нет, – сетовали лентяи. – Всё знай работай, работай, чтобы с голоду не умереть.

Даже дети, и те были всем недовольны: не бегали, не играли и, точно больные, целыми днями уныло сидели возле домов или слонялись по улицам. И никто в этом городе не замечал, что поля у подножия горы летом одевались яркою зеленью, а сама гора, когда зимою её покрывал снег, ослепи тельно сверкала в лучах полуденного солнца, а при закате переливалась розовыми огнями. Жизнь в городе шла тихо и однообразно, а люди, хмурые, злые, ничего хорошего не ощущали и всег да были недовольны.

Однажды в жаркий день, когда солнце уже клонилось к закату, а жители пребывали в особенно сонливом и ворчливом настроении, – в городе неведомо откуда появился прохожий. Жара начинала спадать, потянул лёгкий ветерок, и мрачная гора красиво алела в лучах закатного солнца, а скалы и камни на ней горели золотым огнём.

Очарованный волшебной красотой природы, вышел прохожий на городскую площадь и стал громко взывать:

– Сюда, сюда, все вы, живущие в прекрасном городе заходящего солнца! Смотрите, вон там гора сияет, как расплавленное золото; ваши крыши, минареты, купола оделись в розовые ризы вечернего неба… Все несчастливые, идите ко мне, я продам вам счастья!

Продавец счастья скоро собрал вокруг себя целую толпу хмурых людей.

– Это что ещё за дуралей? Откуда это ты такую диковинную одежду достал? Сколько за неё заплатил?

Одежда прохожего и правда состояла из жалкого рубища. Кроме большой корзины за плечами да верёвки, обмотанной вокруг тела, на нём почти ничего не было. Рваный халат его был сшит из лоскутков разного цвета; сквозь дырявую шапку торчали нечёсаные вихры волос.

– Шапку тебе, должно быть, нелегко надевать? – пошутил кто-то.

– Нет, отчего же, – отвечал прохожий и, при подняв свою шапку, опять ловко надел её на голову; и каждый вихор, словно по волшебству, попадал в свою прежнюю дыру.

– Ты, я вижу, не заурядный разносчик, – сказал ему торговец рыбой Ахмет.

– Я продаю счастье!

– Ну, если недорого продаёшь, так здесь у тебя хорошая торговля будет. Открывай-ка свою корзину!

Корзина сама соскочила с плеч разносчика и встала вверх дном.

– Она, должно быть, пустая, – послышались голоса из толпы.

Корзина тотчас перевернулась и встала дном книзу. Она и впрямь была пуста.

– Парень-то, кажется, сумасшедший, – вос кликнул Ахмет.

– А корзина у него волшебная, – прибавил портной Мустафа.

Разносчик счастья ничего не сказал, а приготовился торговать: он взял конец верёвки, которой был обмотан, и, дав его мальчику из толпы, велел тянуть. Как только мальчик потянул верёвку, прохожий завертелся на одном месте, как волчок, и вертелся долго и быстро, пока вся верёвка не раз моталась. Тогда разносчик перестал вертеться, взял верёвку, бросил её в воздух, и верёвка зацепилась одним концом за шест, стоявший в конце улицы, а другим – за шест в другом конце улицы. Она оказалась такой же точно длины, как расстояние между шестами.

– Вот так ловко! – удивлялась толпа. – Что же будет дальше?

– Моя лавка открыта. Пожалуйте покупать! Все, кто несчастлив, несите ко мне свои недуги, невзгоды и заботы. Я дам вам за ним счастья!

Горести оказались у каждого, и все броси лись к корзине. Корзина быстро наполнялась, но в ней всё же находилось место для всякого нового несчастья. Не осталось в городе ни одного мужчины и ни одной женщины, которые не приходили бы к корзине с жалобами на свою судьбу.

– Теперь смотрите, – сказал разносчик, поднял корзину и подбросил её на верёвку. Чудесная корзина странного разносчика запрыгала, закувыркалась по верёвке, вытряхивая из себя собранные заботы и печали, и все они послушно развешивались на верёвке.

Тут была и скрюченная ревматизмом нога Ах мета, и рыжие волосы Мустафы, ноющий зуб ста рой торговки и костыль бабушки Ревекки, пустой кошелёк Сулеймана и множество других подобных вещей. Все недовольства и несчастья города болта лись на верёвке.

– Слушайте, вы, жители прекрасного города заходящего солнца! – кричал опять разносчик. – День близок к концу, и я не могу оставаться с вами. Я обещал обменять все ваши невзгоды на счастье. Это нетрудное дело. Пусть каждый из вас оставит на верёвке свою большую беду, а сни мет оттуда самую маленькую неприятность, какую только увидит.

Тотчас все кинулись к верёвке, стараясь выбрать что-нибудь полегче. И каждый, к своему большому удивлению, увидел, что его собственное горе и есть самое легкое. Очень скоро верёвка опустела.

– Что же, выбрал себе каждый из вас самую маленькую невзгоду? – спросил разносчик.

– Да! – отвечал Мустафа, приглаживая свои рыжие волосы и чувствуя себя с ними много лучше, чем без них.

– Да! – кричали хором остальные.

– Ну так будьте же довольны и счастливы! Я исполнил, что обещал, – я продал вам счастье. А теперь за мной, мои верные корзина и верёвка!

Корзина послушно вскочила к нему на плечи, а верёвка обмоталась вокруг тела.

– Прощайте, будьте счастливы!

Весело поднимался он по склону сиявшей горы и, достигнув вершины, исчез в лучах заходящего солнца.

Лиса и рыбки

Хитрая Лиса была голодна. Весь день бродила она, выглядывая, где бы поесть; пускалась во всякие проделки, но как-то всё не везло ей: то землепашцы заметят и с палками за ней погонятся, то старые куры, издалека увидев, что она подкрадывается, поднимут шум и уведут цыплят к людям поближе, куда подойти Лисе нельзя. Даже глупые утята, и те что-то стали необыкновенно осторожны в этот день. «Кряк, кряк!» – раздался тревожный крик утят, как только Лиса подобралась к ручью, и весь утиный выводок поспешно уплыл к другому берегу.

Поперёк ручья лежала доска. Лиса бросилась по ней на другой берег, но старая утка её увидала, нырнула со всей своей семьёй в воду и выплыла у противоположного берега. Лиса кинулась туда, а утки – опять назад. Надоело Лисе без толку бегать по доске взад-вперёд; и утки сбились в кучу посреди ручья, никак их там не достанешь. Да ещё и дразнятся: «Кряк, кряк!»

Усталая, голодная, легла Лиса на доске и притворилась спящей, а одним глазом вокруг посматривала. Но утята крякают, плескаются в ручье, ныряют, а близко к Лисе не подплывают.

– Ну что ж, я до уток-то и не такая большая охотница: болотом от них пахнет, – утешала себя Лиса и уже собралась было идти домой.

Вдруг неподалёку от доски вынырнула рыбка. Лиса насторожилась.

– А не попробовать ли мне сегодня рыбки? И это, пожалуй, было бы недурно, а кроме того, говорят, перемена в пище и для здоровья очень полезна.

Другая рыбка выскочила из воды совсем близко от Лисы, плеснулась и тотчас же нырнула опять.

Лиса села на доске и уставилась в воду; там целая стая рыбок торопливо и беспокойно сновала туда-сюда. Лиса глядела, глядела и решила заговорить с рыбками.

– Почему вы так волнуетесь, друзья мои? – обратилась она к ним. – Такие прелестные создания, как вы, должны всегда быть счастливы и спокойны.

Рыбки тоже не прочь послушать, когда их хвалят. Лиса обратилась к ним так дружелюбно, назвала их прелестными созданиями. И вот все рыбки подплыли к ней поближе и стали ждать, что Лиса ещё скажет.

А Лиса между тем думала: «Клюёт, клюёт! Кажется, я им понравилась. Надо им ещё немножко польстить, и у меня будет недурной ужин».

– Никогда я не видала таких волшебно-краси вых рыбок, как вы, мои милые! – обратилась она к ним. – Сколько ловкости в каждом вашем движении! Вот ведь как хорошо, что у вас нет ног: вы, вероятно, никогда не устаёте, вам не приходится ходить под палящим солнцем, по пыльным дорогам и острым камням. Счастливые, счастливые вы создания! Как я вам завидую! Как бы я хотела вместе с вами погрузиться в эти прохладные, чистые струи!

– Мы далеко не так счастливы, как вы думаете, сударыня, – сказала одна из рыбок.

– Возможно ли это?! – воскликнула хитрая Лиса.

– Да, это правда, – жаловалась рыбка. – Только что мы были так взволнованы: рыбаки поймали многих из нас на острые крючки, на которые для обмана они насадили вкусных червяков. А иногда эти рыбаки ловят нас и сетями…

– Ох эти ужасные люди! Ну как можно мучить таких милых малюток, как вы! – сочувственно восклицала Лиса. – Как мне вас жалко!.. Хотите выслушать мой добрый дружеский совет?

– Конечно, если он будет хорош, – ответили рыбки.

– Мои советы всегда хороши, – сказала Лиса. – Вы, конечно, знаете, что я самое мудрое из всех животных?

– Мы слышали от рыбаков, что вы очень хитры, сударыня…

Лисе это не понравилось.

– И вы верите тому, что говорят люди! Да разве вы не знаете, что они ваши злейшие враги?

– Это правда, – ответили рыбки. – Нет нам от них покоя. Даже по ночам они стараются нас изловить.

– Так зачем же вы остаётесь в воде, где вам грозят опасности и днём и ночью? Пойдёмте-ка лучше со мною, я покажу вам укромное мес течко – в моей норке. Там вы найдёте множество червяков, и можете быть уверены, что они не на крючках. Ни один рыболов туда не заберётся, и будете вы там жить да поживать вдалеке от всяких опасностей.

– А от вас, сударыня, нам тоже никакой опасности грозить не будет? – спросила неожиданно рыбка.

– Я же вам сказала, что я ваш друг; пойдемте со мной, и будем жить вместе, в мире и согласии, как наши предки когда-то в старину жили.

– Ну нет, сударыня, спасибо! – ответили рыбки. – Теперь мы и сами видим, что мудрости у вас маловато, а хитрости ой-ой как много! Ведь если нам и в воде живётся неважно, так что же с нами будет в норе под землёю? Нет уж, до свидания, милая Лисичка. Спокойной вам ночи. Спать вам сегодня без ужина!

Рыбки скорей поплыли прочь и рассказали о своей беседе с Лисой утятам. А те окружили Лису и принялись ещё пуще её дразнить: «Кря, кря, кря!»

Так хитрая Лиса и побрела домой несолоно хлебавши.

Принцесса и раввин

В бедном еврейском квартале города Рима готовились к необыкновенному событию. Узкие улицы преобразились, разноцветные флаги были выставлены из всех окон и перекинуты через улицы. На балконах и крыльцах вывешивали пёстрые одежды, скатерти, ковры и даже одеяла. Всем хотелось сделать из мрачных и убогих улиц квартала что-нибудь яркое и красивое. Никогда ещё эти узкие и грязные закоулки не были так нарядны.

Все эти необычайные приготовления делались в честь приезда Принцессы. Много лет жили здесь евреи под тяжёлым гнётом римлян, и, хоть всячески старались доказать свою любовь к миру и порядку, ни одна царственная особа не посещала этот уголок города. Все жители, у которых были праздничные одежды, нарядились ради торжественного дня; а у кого новых одежд не было, на последние гроши покупали яркую ленточку или кусок бахромы и украшали свои бедные лохмотья. Все хлопотали, чтобы придать праздничный, нарядный и весёлый вид себе и своим убогим жилищам.

Все старшины еврейские во главе с раввинами ожидали Принцессу у ворот. Тут же был хор из лучших певцов, и, когда Принцесса стала приближаться, ей понеслись навстречу радостные клики и торжественная песнь привета.

В богато изукрашенной колеснице, запряжённой белыми конями, в пурпурной с серебром упряжи, медленно ехала прекрасная, но гордая и заносчивая Принцесса. Когда умолкла приветственная песнь и Принцесса вышла из колесницы, на встречу ей торжественной процессией двинулись раввины. Впереди шёл знаменитый мудрец Иехошуа бен-Хананиа.

То был человек роста невысокого и вида невеличественного. К тому же был горбат, и, когда низко склонился пред Принцессой, та не могла сдержать улыбку.

– Какое странное создание! – заметила она сопровождавшей её свите.

Горькое страдание промелькнуло в лице раввина, когда он услышал эти слова, однако он овладел собой и продолжал спокойно говорить приветственную речь.

Затем Принцесса направилась по главным улицам, и раввин всё время шёл рядом. Повсюду народ с воодушевлением приветствовал дочь своего повелителя, а раввин так быстро, учтиво и мудро давал объяснения на все её вопросы, что Принцесса невольно слушала его с большим вниманием. Но при каждом поклоне раввина ей бросался в глаза его уродливый горб, и когда наконец он проводил её до колесницы, ожидавшей у ворот, она сказала своей свите:

– Этот раввин – зерно мудрости, сокрытое в безобразной скорлупе.

Опять страданье мелькнуло на лице раввина, и Принцесса, заметив это, сказала ему с горделивою усмешкой:

– Ну, учёный муж, прежде чем я оставлю вас, дай мне на память о себе какой-нибудь мудрый совет.

– Исполню твоё милостивое приказание, – ответил раввин, кланяясь как можно ниже. – Скажи мне, где твой царственный отец, божественный Император, с коим да будет мир, держит свои лучшие вина?

– Мне странен твой вопрос, – удивилась Принцесса.

– Так ведь и я, государыня, «странное создание», – отвечал ей раввин. – Итак, милостивая Принцесса, прошу тебя, ответь на мой вопрос.

– Лучшие вина моего отца хранятся в дворцовых погребах, – сказала Принцесса, заинтересованная необычным разговором.

– Значит, в тёмных подземельях? – спросил удивлённый раввин. – А в каких сосудах, лучезарная Принцесса?

– В глиняных кувшинах, – ответила Принцесса.

– Странно, удивительно странно! – продолжал раввин, – лучшие вина, собранные со всего света, чтобы услаждать великого и могучего Императора, хранятся в обыкновенных глиняных кувшинах и где-то в потёмках, под землёй.

– А как же, по твоему мнению, следовало бы хранить вина моего отца? – спросила изумлённая Принцесса.

– Государыня, – отвечал раввин, сделав такой глубокий поклон, что ей поневоле опять пришлось лицезреть его горб, – не следует ли царские вина хранить в золотых сосудах, в красивых чертогах, освещёнными ярким солнцем?

Принцесса как будто смутилась.

– Старец из племени Израиля, – сказала она, помедлив, – ты обладаешь редкой мудростью – и, быть может, ты прав. Я подумаю о твоём не обыкновенном предложении. Прощай!

Вернувшись во дворец, Принцесса тотчас же приказала позвать к себе старшего виночерпия.

– Распорядись немедленно, – приказала она, – чтобы всё вино, находящееся в дворцовых подвалах, было перелито из грубых глиняных кувшинов в самые красивые золотые сосуды и поставлено в царских садах на солнце.

– Но, милостивая повелительница… – пробовал возразить виночерпий, раскрывая глаза от удивления.

– Молчи, раб! – прикрикнула на него Принцесса. – Исполняй моё повеление, или ты рас станешься с жизнью!

Старший виночерпий поспешил уйти, чтобы в точности исполнить приказание Принцессы. Все во дворце недоумевали, видя, как дорогие вина переливают в золотые кувшины, расставленные рядами в царском саду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Талмуд – свод толкований Ветхого Завета и нравственные, религиозные и бытовые предписания, основанные на этих толкованиях.

Вернуться

2

Мидраш – изложение Святого Писания, которое пытается всесторонне исследовать текст Библии.

Вернуться

3

Корпия – нащипанные из тряпок нитки для перевязки и обработки ран.

Вернуться

4

Глашатай – лицо, всенародно объявлявшее указы, распоряжения, повеления.

Вернуться