Кирилл Кузин
Зима приходит в октябре

Зима приходит в октябре

Действующие лица:

Антон – он же актёр Тимур Потапов, муж Полины;

Кристина – актриса Полина Потапова, жена Тимура;

Григорий – актёр Ярослав Солнцев.

Действие происходит в современной России, в Москве. Центр города оказывается притягательным не только для молодёжи, живущей полной жизнью по ночам, но и для различных людских историй, составляющих эту самую жизнь.

Главное место событий – квартира Григория и Кристины – мужа и жены. А также уже и любовника девушки – Антона.

Действие третье.

Происходит в середине осени в Москве, на Мясницкой улице. Город накрывает вечер. С одной стороны сцены горит фонарь, а под ним стоит мусорное ведро. С другой – столы и стулья летней веранды. Пустые. Некоторые вместо людей приютили опавшие листья. За композицией источает свет большое окно, а рядом с ним вход в ресторан.

Между фонарём и столами проходит прогулочная улица с висящими над ней растяжками с пёстрыми узорами, истерически мигающими гирляндами. Поток людей на улице не иссякает, проносясь мимо дверей заведения по своим делам.

Явление седьмое.

Антон расхаживает из стороны в сторону, уворачиваясь от прохожих и время от времени выполняя зигзаги и восьмёрки. Он слегка рассеян, витает в своих мыслях, но походка тверда, а лоб напряжен, сморщен. Что-то бормочет под нос.

Антон.

Во мне нет трепета – только решимость!

Сегодня или никогда!

Не отпустив судьбе на милость,

Готов я драться за тебя.

И даже если грохнусь наземь,

Меня поднимет голос твой.

Что от Антона в нём осталось?

Любовь не дружит с головой.

Надо же, что делает она со мной! Никогда не сочинял стихов, а тут с ходу придумал такую красоту. Душа легка. А сердце колотит бешено.

Люди, я влюблён! И Кристина, конечно же, любит меня в ответ. Господи, надеюсь, что я всё правильно запомнил. А то будет неловко перед самим собой. Ведь столько усилий вложено в этот вечер.

Так… Время без пяти десять. Они опаздывают. Но ничего. Ничего. Пусть сладкий момент соединения двух любящих душ отсрочится немного. Пусть. Никому уже не исправить того, что произойдет совсем скоро.

Ой, извините, не заметил.

Проверимся ещё раз. Итак, Полина говорила тебе, что в субботу она с мужем идёт в ресторан. Сегодня суббота, верно? Верно. Адрес? Адрес тот, что она диктовала водителю в прошлый раз. Совпадает. И время… Не помню, какое конкретно время, но, в любом случае, внутри ресторана их пока нет. Значит остаёмся ждать.

Ох, как же у меня дрожат пальцы от волнения. И дышится с трудом. Надо бы быстрее убрать этот камень с души, чтобы в полную грудь вдохнуть воздуха. Разделаться и спать спокойно. Ну где они там?

Оглядывается по сторонам, вертится на месте на каблуках.

Может они всё отменили? Такое случается… Эх, волнительно. Где-то глубоко внутри я даже надеюсь, что они не придут. Чувствую себя таким дураком и трусом.

Проверю пистолет, на всякий случай. Из-за пояса не выпал. Надеюсь, что Григорий воспримет новости стойко. Иначе… Нет, не хочу думать о таком.

Мимо проходит бомжеватого вида мужичок. Антон его не замечает. Стоит к нему спиной.

Фу, чем так завоняло? Надеюсь, что не ресторанной рыбой. Заведение, говорят, шикарное. И что бы такое?

Бомж.

Сударь. Я вас от всей души приветствую.

Антон.

Ой! Напугал. Иди, куда шёл, мужик.

Бомж.

Я займу у вас всего немного времени. В контексте жизни Вселенной вы даже не заметите этого.

Антон.

Иди отсюда, а. Нет у меня денег!

Бомж.

Сударь, вы верите в любовь?

Антон перестал ёрзать на месте и слегка удивлённо косится на неожиданного собеседника.

Антон.

Допустим.

Бомж.

Как бы вы описали её?

Антон.

Кого её?

Бомж.

Любовь, естественно.

Антон.

Ну… Эм. Это то самое чувство, когда кажется, что мир повержен твоими мыслями наземь, что он стелется под твои планы, позволяя осуществлять задуманное. Что ты сделал верный судьбоносный выбор, от которого два человека из одиноких душ превратятся в единое целое.

Любовь греет в холод, и всегда…

Бомж.

Вот оно! Любовь греет!

Антон.

Да, я так и сказал. Поэтому…

Бомж.

Уважаемый сударь! И я люблю! Вы не смотрите на меня таким взглядом скептическим. Да, видок у меня неопрятный, мягко сказать. Осознаю. Но под этой кожей тоже течёт кровь, течёт любовь. Столько лет прошло, а мы всё вместе. Во все времена. Да, я люблю её неугасающей любовью. Знаете, она по своей сути такая необъёмная, что пугает поначалу. Ты боишься сделать шаг навстречу этому всеобъемлющему чувству. Боишься раствориться и потерять себя.

Но в конце концов, мы все ныряем в пучину. И я не исключение.

Вот вы сказали, что любовь греет. Истинно так! Истинно! Я больше скажу: её дыхание вселяет желание жить. Соки жизни затекают в тебя, а она как будто следует вместе с ними. А после такого хочется лишь летать!

Антон (удивленно).

Что же ты так? Где твоя верная?

Бомж (расстроено).

Её нет…

Антон.

Умерла?

Бомж.

Не совсем. Она обязательно возродится. Но для этого мне не хватает денег. Глубоко уважаемый сударь, выручите, а.

Антон.

Я-то уже подумал.

Иди отсюда!

Бомж.

Ну пожалуйста. Помогите мне! Погибаю без любимой! Хоть на глоточек подкиньте денежку.

Антон.

Я сейчас полицию позову. Иди отсюда, не доводи до греха.

Бомж.

Вы же сами говорили про любовь! Она просто у нас разная! Вы её только ждёте, а я уже нашёл. Так помогите поддержать смысл моей жизни, сколько не жалко.

Антон.

Вот, возьми. Только отвяжись, а!

Бомж.

Сударь! Как я вам благодарен. Сегодня растворюсь в своей возлюбленной. А в храме за вас помолюсь непременно.

Антон.

Иди своей дорогой.

Бомж кланяется и отходит довольный. Люди от него шарахаются в стороны.

Антон.

Вот почему ко мне постоянно подходят такие личности? Где бы я не был, где бы я не стоял. Что за притяжение то!

Внезапно он вытягивается струной вверх, стоит так несколько секунд на цыпочках, а после немного отходит от дверей ресторана, сразу сгорбившись, став как будто меньше.

Антон.

Так, кажется это они. Уже идут!

Или не они…? Ничего не разобрать с такого расстояния. Да нет, вроде бы. Пальто её.

Как волнительно. Теперь остаётся лишь выжидать.

Антон отходит на второй план, смешиваясь с толпой. К двери, шагая против людского потока, подходят Кристина с Григорием. Держатся за руки, искренне смеются. Останавливаясь у входа в ресторан, Григорий поворачивается к жене и нежно проводит кистью по её щеке.

Григорий.

Ты слишком хороша для этого города. Может нам стоит уехать?

Кристина (смущённо улыбаясь).

Куда, дорогой? Разве нам здесь не хорошо?

Григорий.

Мне везде хорошо, если рядом ты. Но такой цветок должен произрастать не в каменных ущельях города, где, то жарит солнце, то воет вьюга. Нет. Тебе бы расти там, где море-океан с золотым песком.

Кристина (подыгрывая).

Звучит так многообещающе. Так, когда стартуем?

Григорий.

Как только ты будешь готова.

Пауза. В зале молчание. Актёры смотрят друг на друга, улыбаясь. Пауза затягивается.

Кристина (наигранным шёпотом).

Ещё немного. Потерпишь?

На первом плане появляется Антон.

Антон.

Кристина, Григорий. Вам привет от меня.

Кристина от неожиданности вздрагивает. Её лицо вытягивается в изумлении. Григорий же невозмутим. Делает полшага навстречу незнакомцу.

Григорий.

Мы вас знаем?

Антон.

Кристина знает, вы пока что нет. Но дело поправимое.

Григорий.

Любимая, я, конечно, догадываюсь. Но кто это?

Кристина.

Это… Это коллега с работы. Помнишь, я рассказывала про Сашу? Вот это он и есть. Знакомься.

Антон.

Нет, пора открыться, Крис. Я никакой не Саша. Не бойся признаться в этом. Григорий, меня зовут Антон и я любовник вашей жены.

Неловкая тишина. Антон весь напрягся, следя за реакцией мужчины, ожидая худого. Но Григорий лишь приподнял бровь, а Кристина закатила глаза.

Григорий.

И что с того?

Кристина.

Гриша, пойдём внутрь. Не будем портить себе аппетит.

Григорий.

Подожди. Мы договаривались о том, что никто со стороны не будет лезть в нашу личную жизнь, а теперь передо мной предстало это чудо. Надо разобраться в ситуации.

Что тебе надо, Антон?

Антон немного сбит с толку. Он рассеяно переводит взгляд с Григория на Кристину и обратно. Лицо еле заметно вытянулось. Антон явно не ожидал подобной реакции, позабыв заготовленные ранее реплики. Григорий слегка подаётся вперёд.

Антон.

Я в замешательстве, если быть честным.

Кристина (придерживая мужа).

Гриша, он уже уходит. Больше я с ним не увижусь, обещаю. Пошли внутрь. А ты…!

Григорий (расслабляясь для вида и обхватывая Кристину за талию).

Да нет. Пусть говорит. Мне почему-то кажется, что ему много есть, что сказать.

«А ну-ка убери руку с её задницы! Как ты себе такое позволяешь у меня на глазах?»

Антон.

Да, я хотел сказать! Я люблю Кристину! И она, конечно же, любит меня! Ей не хватит духу признаться, а я скажу об этом за неё и глазом не поведу. Я дам Кристине то, чего она заслуживает, чего она ищет на стороне, а именно правильное ощущение самой себя и нежную любовь. Поэтому вы в этом уравнении лишний.

Кристин, я ведь прав?

Григорий.

Да, что ты на это скажешь?

Кристина.

Господи, Антон. Мы же договаривались… Дорогой, он оказался слишком впечатлительным. Извини. В последнее время я не очень разборчива.

Антон.

В последнее время? Объясните, что тут происходит?

Григорий.

А что тебя не устраивает?

Антон.

Да всё. Почему ты никак не реагируешь на меня и измену Кристины? Почему моя любовница так спокойно стоит рядом с мужем и стыдится меня? Хотя это тебе, по-хорошему, стоит стыдиться её. А ей себя. Господи. Как происходит, что Кристина игнорирует мои попытки обратиться к ней, хотя со мной наедине становится совершенно другой. В конце концов, почему мне не пытались дать в морду? Объясните наконец.

Григорий властно обхватывает Кристину за талию и приближает к себе. На мгновение их взгляды встречаются: его – такой уверенный и властный, и её – удивлённый, но озорной.

«Что это было?»

Григорий.

На такую детку каждый клюнет, верно ведь?

«Что-то не так у них. Он подмигнул, но зрителям не видна эта сторона лица. И всё никак не отпустит её, а ведь она сама не отстраняется.

А реплика… Её же не было в сценарии.»

Антон.

Что это значит, Полин?

Григорий смеётся заливным смехом. Его массивные плечи ходят ходуном. Девушка отступает на полшага в сторону, сконфуженная. Хохот раскатами блуждает под потолком зала.

Григорий.

Я знал с самого начала с кем она встречается, и что делает на встречах. Не в подробностях, нет. Но в общих чертах. Мне обязательно знать где будет проходить встреча. Сколько по времени длиться. Иначе как я отпущу жену куда-то с незнакомцем? Вдруг что-то пойдёт не по плану и мне придётся вмешаться? А Кристина шикарная. И, что самое главное – взрослая. Самодостаточная женщина. Какое я могу иметь моральное право, чтобы запрещать ей делать то, чего она захочет?

Ты сказал, что она проводит время с тобой, раскрывается по-иному, становится другим человеком. Ты скорее всего прав. Но ведь Кристина возвращается каждый раз ко мне, верно?

Кристина.

Мужчины. Вам бы только помериться друг с другом. Антон, у меня с мужем свободные отношения. Мы доверяем друг другу, а значит имеем право проводить время с другими людьми, не разрушая собственный брак. В жизни случается всякое, и это спасает от однообразия и хандры большого города.

Григорий.

Что ещё можно предложить человеку, у которого всё в жизни сложилось, у которого всё уже имеется? Только новые эмоции, новый опыт. Безопасный, конечно.

Антон.

А как же ревность…?

Кристина.

Мы же оба это делаем. И оба согласились на условия наших интрижек.

Григорий.

Это называется полное доверие. И в том числе к самим себе.

Антон.

Я… Знаете, мне всё равно! Да, именно так. Кристина, раз всем всё известно, то я хочу сказать, что известно мне: ты невообразимая девушка, самая привлекательная и чувственная из тех, кого я познал. Ты лучишься энергией. Ты заряжаешь окружающих счастьем. И ты зарядила меня. А я-то думал, что заряд в батарейках исчерпался.

Вспомни, как нам было хорошо вдвоём. Вспомни, что за слова ты шептала, смотря на меня. Этот взгляд прошивал насквозь, оставив во мне множество ран. Прошу, идём со мной. Ты сама чувствуешь, что это какое-то извращение, раз и ко мне возвращалась раз за разом. В спокойствие.

Протяни руку в ответ.

Григорий.

Ну-ка?

Кристина.

Нет, Антон. Извини. Ты отличный парень и любовник. Действительно. Но люблю я мужа. Поэтому не пойду с тобой. Прошу, дай нам провести вечер в более-менее спокойной обстановке.

Антон.

Да о какой нормальности ты можешь говорить, раз дела обстоят таким образом?

Григорий поворачивается к Кристине и с нежностью изучает неё некоторое время. Она отвечает ему долгим взглядом, не отрывая глаз от его зрачков. Рука Григория медленно дотрагивается до запястья девушки. Мизинец Кристины вздрагивает.

Григорий (оборачиваясь к Антону).

А на что ты рассчитывал? Думаешь, что вот так легко можешь приходить и мешать нашему прекрасному времяпровождению? Нашим планам?

Голос Григория повышается. Он как будто растёт в размерах и делает угрожающий шаг в сторону Антона. Тот отступает на полшага назад, принимая устойчивую стойку. Рука заведена за пояс. Люди вокруг замедляются, оглядываются, пытаются притормозить шаг и не пропустить ничего интересного.

Григорий.

Ты рассчитывал, что она пойдёт за тобой только потому, что у вас был впечатляющий секс (а я знаю, о чём говорю)? Что Кристина, эта красавица и умница, пойдёт вслед за мужским инфантилизмом?

Скажи честно, планировал увести чужую жену, не предлагая альтернативы всему тому, что она потеряет? Ты серьёзно? Запомни, если ты хочешь кого-то, то должен произвести равнозначную замену его ценностей как минимум. Понимаешь?

Антон.

У меня слов нет. Ты так грубо рассуждаешь о ней. Кристина, ты же слышишь это, от чего не реагируешь?

Григорий.

Мой тебе совет, откажись от неё, пока не поздно.

Григорий демонстративно проводит ладонью по щеке девушки, а та нежится на подобии кошки.

Григорий.

Понимаешь, когда человек с тобой только из-за плоских чувств, привлекающих лишь на часок-другой… Это не то.

Тебе лучше для себя самого будет отстать и впредь больше не появляться на горизонте. Тимур, живи этими воспоминаниями, мой совет. Они прекрасны, я уверен, раз ты из-за них стоишь здесь. Но давай честно: ты человек не её уровня.

«Да что ты говоришь, Ярослав?»

Антон.

Нет! Я ведь не беден. Имею за душой много чего и помимо денег. И, откровенно говоря, мне плевать, какие договорённости между вами. Благодаря им я и познакомился с Кристиной. Пора возвращать тебя в нормальную жизнь.

Мне нечего предложить? Райскими островами и океаном вас обоих не удивить. Да и меня тоже. Но…

Всё же. Кристина. Я верю в твою прекрасную душу и в то, что на самом деле любовь ко мне занимает больше места, чем привычка к жизни с ним. Я предлагаю своё сердце, руку, душу. Ты выйдешь за меня?

Антон стоит на колене перед парой. Люди вокруг останавливаются и ждут разрешения сцены, перешёптываясь. Кристина и Григорий смотрят друг на друга с нескрываемыми улыбками во весь рот, а затем хихикают. Григорий усмехается в усы, сжимая ладонь девушки. И она отвечает. Антона бросает в жар и пот. Спина исходит мурашками и неимоверно чешется, но он пытается стойко переждать дискомфорт. На его лице растерянность и отчаяние.

Кристина (успокаиваясь, но злорадно улыбаясь).

Антон. Ты мне не нужен больше. Сам же и виноват. Мы о чём договаривались? Только секс. Разрядка. Приятное времяпровождение. А что ты тут устраиваешь спектакли на потеху толпе?

Любовник, ошарашенный, поднимается на ноги.

Антон.

Но… Чего тебе не хватает со мной? Я же…

Кристина.

Твоя жизнь слишком размерена. Ты как бухта, укрытая скалами, через которые буре невозможно проникнуть внутрь. Вот мой корабль и заходит на время в спокойную гавань. Разве корабли созданы для того, чтобы стоять на одном месте?

«Какой холодный взгляд у неё сейчас… Это не игра, нет. Она слишком плохая актриса для этого.»

Антон.

Но ведь между нами возникли силы притяжения.

Кристина.

Вот, что такое – сила притяжения.

Девушка приближается к мужу вплотную и обхватывает своими губами его губы. Поцелуй таков, что во всей красе его видит лишь Антон. Григорий слегка опешил, но быстро спохватывается и отвечает на поцелуй. Закончив, Кристина победоносно поднимает голову, одарив Антона взглядом презрения.

Кристина.

Вот она, эта сила!

Люди вокруг громко шушукаются.

Григорий.

Теперь ты понимаешь?

«Да. Поцелуя не было в сценарии.»

Антон.

Теперь понимаю… Но не понимаю, почему так происходит? Что за правила такие и игры за спиной? Как всё же вы так можете жить? Как так могут жить ваши любовники, ответьте мне?

Окружившие их люди, отводят взгляды.

Антон.

Я же уверен, что между нами не просто платоническое чувство. Оно глубже, существеннее. Больше нас самих. Романтика, уют, спокойствие. Что тебе ещё надо?

Кристина.

Никому не нужна твоя романтика. Только как нечто такое, что уже позабыто и требует повторения. Она существует лишь для того, чтобы вспоминать, воскрешать. Но ведь ты и к мыслям о прошлом возвращаешься лишь иногда, верно? Переживаешь тёплую ностальгию и обратно в настоящее.

Григорий.

Не будь наивным. Тебя даже жалко становится. А я, как мужчина, не обязан тебе ничем. Идеалы, что ты принёс сюда, что ты несёшь через жизнь – ну не нужны они никому в современности. Не в таком виде. Нам уж точно.

У нас с Кристиной есть всё, что требуется для житья в согласии. Этого вполне хватает.

Антон.

Нет! Я не верю в это! Кристина, иди ко мне.

Он тянется к любовнице, хватает её за руку, а Григорий успевает агрессивно оттолкнуть Антона в сторону.

Григорий.

Прочь! Мы уже заигрались. Пора заканчивать. Даю тебе пятнадцать секунд.

Видно, что Григорий не на шутку разозлился. Его грудь выпятилась вперед, округлившись, голова наклонилась к Антону. Кисти сомкнулись в кулаки. Антону приходится отступить.

Кристина.

Хватит! Гриша, идём в ресторан. Антон – прощай!

Кристина хватает мужа и с трудом подводит его к себе. Демонстративно разворачивает и целует.

Кристина (громко).

Я люблю тебя! Антон, доволен? Убедился?

Григорий поворачивается к оппоненту для продолжения диалога, но Антон стоит, повергнутый в шок. Его глаза покрыла плёнка из слез, ещё не вытекших на скулы и бока носа. Еле заметно дрожит рука. Видно, как Антон борется с собой. Вот он зевает, но старается унять зевок. Ничего не помогает. Пока к нему обращается Григорий, Антон борется с зевотой, не собирающейся униматься.

Григорий.

Что и требовалось доказать. Но ты хорош. И…

Но он не успевает договорить. Антон резко вытаскивает из-за пояса черный предмет. Выстрел, выстрел, выстрел. Они звонко разлетаются по залу, слегка оглушая актёрский состав и заодно гостей театра. Григорий с удивлением смотрит на дымящийся ствол, а затем переводит взгляд на разъярённого Антона, вновь зевающего перед ним и тщетно пытающегося совладать с собой. Мужчина изучает своё брюхо. Кристина прикрывает ладонями рот, огромными глазами смотря то на одного, то на другого мужчину. Потом оборачивается, глядя за кулисы. Собравшиеся вокруг люди массовки не двигаются.

Выждав паузу, Григорий заваливается на пол. Падает занавес, отсекая актёров от зрителей. Стоит звонкая тишина, в которой почти утихшее эхо всё пищит где-то под потолком.

Тишина нагнетает атмосферу. Антона всего трясёт. Люди вокруг тихими шагами расходятся в стороны. Григорий приподнимается с пола, а Кристина всё еще стоит с руками, зажимающими рот.

– Прямое попадание, – усмехается Григорий.

К ним тут же подлетает Никита. Это он творец действа и создатель образов. Его волосы взъерошены, глаза мечутся из стороны в сторону, ища цель для яростной атаки. За ним еле поспевают два ассистента лет на двадцать моложе начальника.

– Рано! Тимур, рано! А вы? Что за реплики не по сценарию? Я не писал их! Это провал. Провал! – шипит режиссёр. – За что вы так со мной?

– Я… Забыл слова, – выдавил Тимур. – Решил, что лучше не портить премьеру молчанием.

– Полину по её имени назвал. В роль не вжился? А вы? Что за отсебятина пошла в конце? Ярослав, ты бы мог упасть мёртвым более качественно. Прям дико смазал неожиданный и нелогичный конец таким же неестественным движением! А ещё называются двумя главными актёрами своих поколений!

– А что можно было сделать? Это Тимур решил, что мы закончили. Я как сообразил, тогда и сделал. Уж как вышло – сейчас вопрос не ко мне!

– Ты мне ещё тут подерзи. Назвать того, кто первый отошёл от сценария? Сказать? Завтра все вместе будем читать, что «Зима приходит в октябре» с треском провалился, а нам место на подмостках областных театриков!

Но тишина вдруг взрывается грохотом. Он настолько громок, что сотрясает бархатный занавес. И эти колебания во всю выманивают актёров наружу. Никита удивлённо озирается. Ему непонятно, откуда слышится шум и что он предвещает. А когда понимает, то тут же преображается.

– Экспромты – это похвально для таких актёров, как вы. Но не в день же премьеры! Идите! Вас ждут! Ошибки разберём завтра. Когда выйдут первые рецензии.

– Иди с нами, ты заслужил не меньше, – процедил сквозь зубы Тимур, заприметив, что Полина взяла под руку Ярослава по ту сторону от режиссёра. И что-то кольнуло внутри от этого вида.

Их ослепили софиты, прожекторы, оглушил хаотичный шум хлопков ладоней людей в зале, встречавших стоя тех, кто подарил им такое незабываемое путешествие. Кто-то из толпы выкрикнул. Где-то неприлично громко свистели. Уже несут цветы. Подзывают и Тимура. Он нехотя забирает три букета, машет рукой.

«Что, чёрт побери, произошло?»

Долгие минуты тянулись, не отлипая от труппы. Зрители всё никак не желали отстать от актёров. Никита купался в излучаемых эмоциях, как создатель, как отец. В его глазах сверкали слёзы счастья. Вот он – столичный Олимп. И они покорили его вновь. В том числе и Полина с Ярославом. Внутри Тимура жгло так, будто к внутренностям приставили шаблон калёного железа для клеймения. Даже не один. И Тимур, как загнанный в стойло жеребец, желал брыкаться, крутиться волчком, убежать в тень. Он страстно желал разобраться во всём и со всеми.

Когда и самим зрителям надоело хлопать, а их ладони покраснели и ощутимо нагрелись, труппа помахала благодарной публике в последний раз и скрылась за занавесом.

Никита порхал, глубоко вздыхая, ахая. В нём только что разорвался эмоциональный снаряд, и он, контуженный, пребывал совершенно в другом измерении, не замечая поникшего состояния Тимура.

– Тим, это было потрясно! Изумительно! Ты так тонко почувствовал момент финального действия! Пусть вы отклонились от линии произведения, но ты пресёк дальнейшую вольность, и потрясающе закрыл вопрос повествования. Нет слов. Ты великий. Если и должно было произойти подобное недоразумение, то только с таким финалом!

– Спасибо, спасибо тебе, – бормотал Тимур, а сам вглядывался за спину режиссёру.

Там Полина и Ярослав расцепили руки, и теперь общались и обнимались с командой по отдельности, вплетаясь в общий эмоциональный порыв.

– Это успех! И, между нами, – понизил голос Никита, – я бы хотел изменить концовку. Взять кое-что из вашей интерпретации… Представь, если послезавтра мы сыграем другой финал? Надо либо оставлять тот, что вы сыграли, либо играть обе концовки в разные дни. Вот это будет эффект!

– Да, поговорим об этом позже? – бросил Тимур и направился к Полине, по пути пожимая тянущиеся к нему руки и рассеяно улыбаясь в ответ на поздравления и комплименты.

Вдруг кто-то цепкий оставил его ладонь в своей, резко дёрнув. Удивлённый Тимур обернулся на столь бесцеремонного человека. Им оказался пожилой риггер, верой и правдой работавший в театре долгие годы. Человек низкий, приплюснутый, с редкими усиками над верхней губой, он носил очки на кончике носа, выглядывая из-за них так, будто не нуждался в презренной оптике.

– Мои поздравления, друг.

– Спасибо, Илья. Тронут.

Попытка выбраться из крепкого захвата ни к чему не привела, а Илья предпринял небольшое усилие и придвинул к себе Тимура ещё ближе. Так, чтобы только он один услышал следующие слова.

– Вы играли так натурально. Вся троица. Как будто, между вами и правда есть история.

Тимура будто огрели по затылку чем-то тяжелым. Закулисье заискрилось красными, желтыми, оранжевыми искрами. Актёр смотрел в маленькие глаза риггера, а видел лишь спокойную тьму.

«Ну раз и он заметил…» – пронеслось в голове мужчины.

В этот раз Илья сам освободил руку. Тимур бросился к Полине, уже не обращая внимание на окружающих, налетел на неё, как осенний порыв ветра, выдернув из чьих-то объятий. Ошеломлённая девушка только и успела, что мимолётно извиниться за поведение мужа.

– Что это было?

– Тимур, больно!

Он даже не заметил, как сильно сдавил её плечи.

– Где было? Ты о чём? Что у тебя с лицом?

– Как он с тобой себя вёл? Что это были за поглаживания? Намёки?

– А что было-то? Ну решили вы в финале поэкспериментировать, подумаешь. Вы оба сильные актёры. Мне самой оставалось подыгрывать. Кажется, у вас всё получилось. А выяснить, кто из вас лучше, не вышло. Мужчины…

– Получилось? Не надо мне тут пудрить мозги! Ты почему не отходила от него, когда он тебя лапал? Целовал?

– Так это было по сценарию всё! Что с тобой?

– Какому сценарию? Где там были поцелуи? Или Никита что-то дописал перед премьерой? Давай его спросим.

– Тимур!

– Никит, подойди. Скажи пожалуйста, поцелуи присутствовали в сценарии?

– Ну… Нет. Однако, ради справедливости замечу, что это то, о чём я и хотел поговорить с тобой. Немного бы другой ракурс…

– Какой ракурс? Никит, ты о чём говоришь? Мою жену всю облапали на сцене!

– Тимур… – хотел было вставить слово режиссёр.

– Как такое возможно? А ты ещё и льнула к нему!

– Господи, да я же уже в стольких сериалах снималась! Столько экранных поцелуев, постельных сцен. Как и у тебя, между прочим. И вдруг именно сегодняшний поцелуй задел?

– Да! Потому что это не показалось просто поцелуем.

– Ты можешь успокоится? Весь покраснел уже. Сейчас приступ схватишь.

– Ты думаешь, что нужна ему? Такому, как он? Только как кукла фарфоровая рядом!

– Может хватит? – Полина слегка повысила голос, притопнув ногой.

В этот момент к ним и присоединился Ярослав.

– Осторожнее, Тимур. Мельницы ведь тоже могут дать отпор, – улыбнулся парень белоснежной улыбкой.

Да, у него имелось всё, чтобы арканить женщин: фигура, лицо, улыбка и глубокий, спокойный голос. К чёрту, и талант. Но не таких женщин, как Полина. "Верно ведь?" – продолжал утопать в сомнениях Тимур.

– Я не приемлю тех поступков, что ты позволил себе на сцене, – взвился муж Полины.

– О Боже, – воскликнула девушка.

– О чём ты говоришь? – наигранно удивился Ярослав, поглаживая густую бороду. – Мне кажется, что мы все вместе отлично сыграли и провели время. Я, правда, подзабыл реплики. Но мы и без этого удостоились наивысшей похвалы зрителей в зале.

– Ярослав, я не позволю больше так обращаться с моей женой! Ручаться за тебя при выборе актёрского состава оказалось большой ошибкой.

– Не бери на себя слишком много.

– Постой. Но ведь Тимур и правда держал слово за тебя, – вставил свои пять копеек Никита. – А принимая во внимание твоё поведение во время репетиций… Никому не нужны проблемы, да? Все хотят продолжить участвовать в постановке до конца? Ты же видишь, что задел Тимура. Будь добр вести себя сдержаннее. А лучше…

– Такая женщина, как Полина, в чьи угодно мысли проникнет и останется там, чтобы разлагать, чтобы возвращать к себе для восполнения дозы. Так что это не моя вина, а твоей жены, Тимур. От неё такая аура исходит…

Его похотливый взгляд скользнул по телу Полины, но та стояла каменной статуей, глядя в потолок и сложив руки на груди. Внутри же Тимура всё вскипело. Каждая мышца напряглась в ожидании команды действовать. И только из-за этого он осознал, что всё ещё сжимает одной рукой цветы, а другой муляж пистолета. При чём пальцы так сильно обвили рукоять, что от напряжения заныли, вытягивая жилы из руки. Тимур расслабился, и муляж глухо упал на пол.

Внутри груди сдавило. Воздух как будто выкачали из помещения. Лёгкие просились сделать вдох, но остальное тело отказывалось повиноваться этому желанию. Тимур постепенно задыхался. Это заметили все, кто стоял с ними в кругу.

– Так… Думаю, закончили. Все по гримёркам. Через час встречаемся на фуршете, – изрёк Никита.

Полина сразу же бросилась к своей комнате, Ярослав, задумчиво разглядывавший Тимура, развернулся в противоположную сторону. А Никита приблизился к давнему товарищу.

– Ты как?

Тимур только кивнул, пытаясь вдохнуть хоть сколько-то.

– Посиди у себя пока, ладно? Успокойся, а потом приходи. Всё хорошо. Если что-то произойдет, Ярослав мигом вылетит отсюда, обещаю. И прошу, не делай глупостей.

Воздух вокруг нагрелся. По телу выступили капли пота, а в голову постепенно добирался жар. Тимур лишь кивнул, отправившись к себе. Технический персонал уже сновал вокруг, разбирая технику и декорации, уворачиваясь от апатичного и неповоротливого актёра, спотыкавшегося о провода на своём пути.

В гримёрке он рухнул в кресло и закрыл глаза, считая до десяти. Помогло. Дыхание вновь появилось, выравнивая пульс. Всё тело намокло из-за нервов и переживаний. Рубашка противно прилипла к бокам и спине.

«Как бы ты не увиливала, я же видел! И чувствовал! Между вами что-то есть… Мне же не кажется?»

Голова гудела, а мысли роились в ней, как в улье, залетая и вылетая, не задерживаясь надолго, не давая возможности зацепиться хотя бы за одну из них. Тимур глядел в зеркало безразличным взглядом. Человек на той стороне явно нуждался в подмоге.

И он её ждал. Очень сильно. Казалось, что сейчас кто-то постучит в дверь, знакомым голосом спросив, можно ли войти. А потом на пороге появится она. Полина подойдёт, извинится, поцелует, сделает массаж плеч. Поклянётся, что между ней и Ярославом ничего нет и быть не может. Это всё постановка. Тимуру не о чем переживать. Она его.

Минуты разменяли не первый десяток, когда мужчина понял, что жена не придёт. Осознание не нанесло новой раны. Как-то стало всё равно. Тимур медленно снял с себя реквизит. Со стороны он казался бы лунатиком. Или пьяным. После чего оделся в приготовленную заранее для праздника одежду. Его отражение преобразилось. Посвежело немного. Но внутри Тимур ощущал себя грязным, обманутым и брошенным. Да, Полина уже пару лет не проявляла к нему определённой степени доброты и любви. Но всё же…

Понурый, он двинулся по сумрачному коридору в сторону начавшегося празднества. Шёл, опустив взгляд, на звук и запах закусок.

«И что мне сейчас делать? Что ей сказать? Если не подойти, то это уже объявление войны. Остальные что только не подумают… Нельзя. Но и подойти просто так нельзя. Извиниться? Пф. Не мне же. А она, конечно же, гордая. Слова не скажет. Но я ведь видел! И поведение Ярослава… Полина вовсе не противилась… Надо поговорить. Отозвать её в сторону и поговорить. Может я что-то неправильно воспринял…»

Тимур опоздал на начало: все уже танцевали, собирались группками, общались. И много смеха, много музыки. Окружение не вязалось с его внутренним состоянием. Что предпринять? Внимание привлёк стол с шампанским. Ноги с руками всё сделали сами. И вот уже три бокала стоят пустые. Тимур, во рту которого весело подпрыгивали пузырики, оглядывался по сторонам, пытаясь отыскать жену. Но найти её, стоя на месте, оказалось задачей невыполнимой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.