Гершель Лехман
Израиль. Полная история страны

«Сорок лет Моисей искал страну своему народу и нашел Израиль – единственную страну на Ближнем Востоке, где нет нефти».

Голда Меир, единственная женщина среди премьер-министров Израиля

© Г. Лехман, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Ключевые даты истории Израиля

31 июля 1882 – переселенцами из Харькова основано поселение Ришон-ле-Цион.

1896 – Теодор Герцль публикует труд «Еврейское государство», в котором говорится, что «те евреи, которые хотят иметь свое государство, будут его иметь».

1897 – в Базеле, под руководством Теодора Герцля, состоялся первый Всемирный сионистский конгресс, на котором была принята программа, определившая целью сионистского движения создание еврейского государства в Палестине.

1947–1949 – Война за независимость.

14 мая 1948 – Давид Бен-Гурион объявил о создании независимого Государства Израиль.

28 мая 1948 – подписан приказ о создании Армии обороны Израиля.

13 мая 1949 – Израиль принят в ООН.

4 июля 1950 – принят Закон о возвращении.

5–10 июня 1967 – Шестидневная война.

1967–1970 – Война на истощение.

5 сентября 1972 – члены Организации освобождения Палестины убили одиннадцать израильских спортсменов на олимпиаде в Мюнхене. Начало операции Моссада «Гнев Божий» по уничтожению организаторов теракта.

6–23 октября 1973 – Война Судного дня.

9 сентября 1978 – подписание Кэмп-Дэвидских соглашений.

Июнь – сентябрь 1982 – Первая Ливанская война.

1987–1991 – Первая палестинская интифада.

13 сентября 1993 – подписание в Осло соглашений между Ицхаком Рабином и Ясиром Арафатом, предусматривающих создание Палестинской автономии.

2000–2005 – Вторая палестинская интифада.

Июль – август 2006 – Вторая Ливанская война.

27 декабря 2008—18 января 2009 – Операция «Литой свинец».

14–21 ноября 2012 – операция «Облачный столп».

Июль – август 2014 – операция «Несокрушимая скала».

19 июля 2018 – принятие основного закона, провозглашающего Израиль национальным государством еврейского народа.

28 января 2020 – президент США Дональд Трамп представил план по ближневосточному урегулированию, получивший название «Сделки века».

Топ-25. Самые знаменитые персонажи израильской истории

АГНОН, ШМУЭЛЬ ЙОСЕФ (1888–1970) – выдающийся писатель и поэт, лауреат Нобелевской премии по литературе 1966 года, полученной «за глубоко оригинальное искусство повествования, навеянное еврейскими народными мотивами».

БЕГИН, МЕНАХЕМ (1913–1992) – премьер-министр Израиля, лауреат Нобелевской премии мира (1978), инициатор переговоров с президентом Египта Анваром Садатом, завершившихся подписанием в сентябре 1978 года Кэмп-Дэвидских соглашений.

БЕН-ГУРИОН, ДАВИД (1886–1973) – лидер еврейского рабочего движения в Палестине, председатель Еврейского агентства Израиля, первый премьер-министр Израиля, министр обороны в первых десяти израильских правительствах.

ВАРШЕЛЬ, АРЬЕ (1940) – выдающийся биохимик и биофизик, лауреат Нобелевской премии по химии за 2013 год, полученной за компьютерное моделирование химических систем.

ВЕЙЦМАН, ХАИМ (1874–1952) – первый президент государства Израиль.

ГЕРЦЛЬ, ТЕОДОР (1860–1904) – основатель Всемирной сионистской организации и основоположник идеологии политического сионизма.

ГРОСС, ЙОССИ (1947) – выдающийся изобретатель, подавший 567 патентных заявок; на основе своих изобретений основал 27 компаний по производству медицинского оборудования.

ДАЯН, МОШЕ (1915–1981) – выдающийся военный руководитель, бывший министром обороны Израиля во время Шестидневной войны, Войны на истощение и Войны Судного дня.

ЙОНАТ, АДА (1939) – выдающийся кристаллограф, лауреат Нобелевской премии по химии за 2009 год, полученной за исследования структуры и функций рибосомы; первая израильтянка, ставшая лауреатом этой премии.

КИШОН, ЭФРАИМ (1924–2005) – выдающийся писатель, драматург и кинорежиссер, снявший пять картин по собственным сценариям.

КОЭН, ЭЛИ (1924–1965) – легендарный израильский разведчик, внедрившийся в высшие правительственные круги Сирии.

КУК, АВРААМ ИЦХАК, ОН ЖЕ – РАВ КУК (1865–1935) – первый главный ашкеназский[1] раввин Земли Израильской, создатель философской концепции религиозного сионизма.

МЕИР, ГОЛДА (1898–1978) – одна из основателей государства Израиль, единственная женщина, занимавшая пост премьер-министра страны.

НЕТАНЬЯХУ, БИНЬЯМИН (1949) – выдающийся государственный деятель, одержавший победу на первых в истории Израиля прямых выборах премьер-министра в мае 1996 года и занимавший эту должность дольше всех (более 15 лет).

НЕТАНЬЯХУ, ЙОНАТАН (1946–1976) – легендарный командир элитного спецподразделения «Сайерет Маткаль», погибший во время операции по освобождению заложников, удерживаемых в угандском аэропорту Энтеббе в 1976 году. Старший брат Биньямина Нетаньяху.

ОЗ (КЛАУЗНЕР), АМОС (1939–2018) – выдающийся израильский писатель и журналист, лауреат многочисленных премий, один из основателей и лидеров левого движения «Шалом ахшав» («Мир – сейчас»).

ПЕРЛМАН, ИЦХАК (1945) – один из самых знаменитых скрипачей второй половины ХХ века.

РАБИН, ИЦХАК (1922–1995) – выдающийся государственный и военный деятель, дважды занимавший должность премьер-министра страны, начальник Генерального штаба, приведший израильскую армию к победе в Шестидневной войне, лауреат Нобелевской премии мира (1994).

РАМОН, ИЛАН (1954–2003) – первый космонавт Израиля, погибший при возвращении на Землю.

РАФАЭЛИ, БАР (1985) – знаменитая топ-модель, самая сексуальная женщина 2012 и 2013 годов по версии журнала Maxim.

ХОЛЬЦМАН, ШИМШОН (1907–1986) – выдающийся художник-пейзажист и фигуративист, один из основоположников израильской художественной школы.

ШАРОН, АРИЭЛЬ (1928–2014) – выдающийся государственный и военный деятель, руководивший израильскими войсками во время Ливанской войны 1982 года в качестве министра обороны, а в качестве премьер-министра руководил антитеррористической операцией «Защитная стена», вернувшей под израильский военный контроль Иудею и Самарию[2]; инициатор плана «одностороннего размежевания» с палестинцами.

ШЕХТМАН, ДАН (1941) – выдающийся физик и химик, лауреат Нобелевской премии по химии за 2011 год, полученной за открытие квазикристаллов.

ШОЛЕМ, ГЕРШОМ (1897–1982) – выдающийся философ, основатель современного академического изучения Каббалы (религиозно-мистического оккультного течения в талмудическом иудаизме).

ЭПШТЕЙН, ГИОРА (1938) – знаменитый летчик-истребитель, один из самых результативных асов в истории реактивной авиации.

Предыстория

Родоначальник еврейского народа Авраам, потомок Сима, сына Ноя, родился в месопотамском городе Ур, откуда, согласно священным текстам, по воле Божьей, переселился в Ханаан, что лежал между Евфратом с Иорданом и Средиземным морем. Здесь был заключен Завет – договор между Богом и Авраамом, в соответствии с которым земля, где тот поселился, навечно станет собственностью его потомков, которых у Авраама еще не было. Но Бог пообещал, что у Авраама родится сын, у которого будет столько потомства, «сколько звезд на небе»… «Этот народ Я образовал для Себя; он будет возвещать славу Мою», передаст Бог евреям через пророка Исайю.

Юлиус Шнорр фон Карольсфельд. Авраам приносит в жертву Исаака

Внук Авраама Иаков, со всем домом своим, переселился в Египет, где от его сыновей произошло двенадцать колен Израилевых…[3]

И все у них было более-менее хорошо до тех пор, пока египетские фараоны не начали угнетать евреев, «с жестокостью принуждая их к труду и делая жизнь их горькой от тяжкой работы над глиною и кирпичами и от всяких полевых работ», как сказано в Книге Исход.[4]

После двухсот десяти лет рабства евреи под предводительством Моисея покинули Египет и через сорок лет скитаний по пустыне пришли в Ханаан, Землю обетованную, обещанную Богом потомкам Авраама…

И все у них было более-менее хорошо до тех пор, пока во второй половине Х века до н. э. единое государство евреев не распалось на два царства – Израильское и Иудейское. Израильское царство в 722 году до н. э. было завоевано ассирийцами, его жителей переселили в отдаленные области Ассирийского государства, где они растворились между другими народами. Иудейское же царство в 586 году до н. э. захватил вавилонский царь Навуходоносор II, который сжег иерусалимский Храм и переселил тех евреев, которые не сбежали в Египет, вглубь своей державы. Спустя полвека персидский царь Кир разгромил Вавилонское царство и разрешил евреям вернуться на родину, однако вернулись далеко не все, многие предпочли остаться в вавилонских и египетских землях. Вернувшиеся евреи построили в Иерусалиме второй Храм…

И все у них было более-менее хорошо до тех пор, пока восстановленное Иудейское царство не попало под власть римлян, явившихся сюда в I веке до н. э. В 66 году вспыхнуло восстание евреев против римского господства, известное как Первая Иудейская война. В 70 году римляне взяли Иерусалим и снова разрушили Храм. Многие из оставшихся в живых евреев бежали «куда глаза глядят», спасаясь от гонений, многих римляне угнали в другие области в качестве рабов – так началось расселение евреев по миру. В 115–117 годах в восточных провинциях Римской империи произошло следующее восстание евреев, получившее название Второй Иудейской войны или Восстание в изгнании, которое тоже было подавлено. А после подавления восстания 132–135 годов под предводительством Шимона Бар-Кохбы, в Иудее практически не осталось евреев – всех, кому не удалось бежать, римляне истребили. «Действительно, очень немногим удалось остаться в живых, – пишет в «Римской истории» Дион Кассий.[5] – Пятьдесят самых важных укреплений и девятьсот восемьдесят пять самых важных поселений были стерты с лица земли, пятьсот восемьдесят тысяч человек погибли в сражениях, а тех, кто погиб от голода, болезней и огня, сосчитать было невозможно. В результате почти вся Иудея превратилась в безлюдную пустыню».

С 135 года еврейский народ жил в изгнании с верой в то, что когда-нибудь, «если не нам, то потомкам нашим» удастся вернуться в Землю обетованную и возродить на ней свое государство.

Ждать пришлось более восемнадцати веков, но недаром же сказано: «Кто верит – тот дождется».

Глава первая. Идея Теодора Герцля и деньги Эдмона де Ротшильда

Двенадцать вопросов Наполеона

Все началось с Наполеона Бонапарта, который не просто дал французским евреям гражданские права, но и вознамерился интегрировать их в новое гражданское общество. Своих мотивов император никому не объяснял, но несложно догадаться, что к подобному решению его подтолкнули два соображения – стимуляция предпринимательской деятельности евреев, которые традиционно специализировались на финансах и торговле, а также стремление к установлению полной власти государства над еврейскими общинами, жившим по своим законам и по решениям своего суда.

Евреи в революции не участвовали и ничего хорошего от нее не ждали, так как со времен завоевания Египта гиксосами[6] смена власти обычно приносила евреям новые бедствия. Даже те, кто выступал в их защиту, делали пугающие заявления. Так, например, граф Станислав Клермон-Тоннер, призывавший распространить положения «Декларации прав человека и гражданина»[7] на всех граждан, вне зависимости от их вероисповедания, в том числе и на евреев, выражал свое кредо следующим образом: «Евреев как нацию следует лишить всего, но как частным лицам евреям необходимо предоставить все». Утрата национальной идентичности в обмен на гражданские права – это очень плохой гешефт, лучше уж пускай все будет по-старому.

В апреле 1806 года Наполеон собрал видных представителей еврейского населения империи и предложил им двенадцать вопросов, касавшихся еврейского уклада жизни, начиная с того, дозволяют ли еврейские законы иметь более одной жены, и заканчивая правилами, касающимися ростовщичества. Общий смысл вопросов сводился к тому, способны ли евреи в рамках своих законов стать полноценными гражданами нееврейского государства. Ответы удовлетворили императора и он решил созвать следующее собрание – из раввинов, которые должны были подтвердить сказанное светской знатью, придав ему силу закона. В знак преемственности с древним органом высшей власти еврейского народа это собрание было названо «Синедрионом».

А.Тордье. Бонапарт в Аустерлицкой битве. 1820 год

Синедрион, собравшийся в феврале 1807 года, подтвердил готовность еврейского общества к интеграции, поскольку другого выхода не было. Раввины в очередной раз пошли давно проторенным путем – постарались сделать так, чтобы и власти были довольны, и евреям вышло как можно меньше ущерба. Но с формальной точки зрения их поведение выглядело как отказ от исторически сложившегося уклада жизни «вечных изгнанников». Со временем стремление к «отказу от прошлого во имя настоящего» все сильнее овладевало западноевропейскими евреями, которые начали считать страну проживания своей единственной родиной и не думали о возвращении в Землю обетованную.

Черта оседлости и «Правила о евреях»

На Востоке ситуация была принципиально иной (и при всех своих многочисленных недостатках, более благоприятной для воплощения в жизнь Великой мечты). После второго раздела Речи Посполитой, в результате которого восточные территории польско-литовского государства отошли к Российской империи, указом императрицы Екатерины II от 3 января 1792 года была определена территория, где дозволялось селиться евреям, получившая название «черты постоянного жительства евреев», впоследствии переименованная в «черту оседлости». Установление «черты» было продиктовано стремлением к изоляции еврейского населения, к недопущению конкуренции с православными торговцами и ростовщиками. Окончательно черта оседлости была узаконена «Положением об устройстве евреев» 1804 года. Император Александр II, положивший конец крепостному праву, сделал для евреев несколько ценных послаблений, важнейшим из которых стала отмена запрета на проживание вне черты оседлости для ряда категорий – купцов первой гильдии, врачей, аптекарей, дантистов и др. Однако в правление его сына Александра III, круто закручивавшего «гайки», ослабленные в царствование либерального отца, вышел документ «О порядке приведения в действие правил о евреях», более известный как «Майские правила», поскольку он был обнародован в мае 1882 года. Отныне евреям, проживавшим в черте оседлости, запрещалось селиться в сельской местности, приобретать недвижимое имущество вне местечек и городов, где им разрешено было жить, арендовать земельные угодья, а также торговать по воскресеньям и в христианские праздники.[8] В принятии «Майских правил» сыграло важную роль участие некоторых представителей еврейского народа в революционном движении. Движение это было интернациональным, но центральная власть не могла выпустить из рук козыря, позволявшего объявить всех евреев «заговорщиками» и «бунтовщиками». Ладно бы только новые правила, но перед их публикацией по черте оседлости прокатилась волна еврейских погромов. Попутно в гимназиях и университетах ужесточили так называемую «процентную норму», то есть уменьшили разрешенный процент учащихся-евреев. Цель подобной политики сформулировал обер-прокурор Святейшего Синода Константин Победоносцев, сказавший, что «одна треть их [евреев] вымрет, еще треть уедет из России, а остатки бесследно растворятся в среде окружающего населения».

А. Чаппель. Портрет Александра II. 1871 год

С. Левицкий. Портрет Александра III. 1880 год

«Ховевей Цион»

Уедет из России…

Вообще-то, евреи, досыта хлебнувшие горя на чужбине, начали возвращаться на Землю Обетованную еще с XII века, но все былые репатриации носили единичный, эпизодический характер. Массовым был разве что приток сефардских[9] евреев в Цфат[10] в XV–XVI веках, но никто из них не собирался возрождать Израиль, или, во всяком случае, не делал попыток возрождения еврейской государственности. Как говорится, из одного и того же молока можно сделать и творог, и сыр.

Ответом на погромы начала восьмидесятых годов XIX века стало создание «Ховевей Цион» («Ревнители Сиона»), общественной организации, имевшей своей главной задачей переселение евреев на их историческую родину в Эрец Исраэль[11]и содействие в их обустройстве. Сначала речь шла просто о переселении (Палестина в то время была территорией Османской империи), но очень скоро начала звучать идея возрождения еврейского государства.

Жители Палестины XIX века

Примечательно, что инициатор и один из основателей «Ховевей Цион» врач Лев Пинскер первоначально был сторонником интеграции евреев в российское общество, но после одесского погрома 1871 года понял, что это вряд ли возможно – и захочешь, не примут. Новые погромы и «Майские правила» сделали Пинскера ярым «государственником». В 1882 году Пинскер опубликовал воззвание к российским евреям под названием «Автоэмансипация». «Евреи, живущие среди других народов, фактически являются чуждым элементом, который не может ассимилироваться ни с одной нацией, вследствие чего ни одной нацией он не может быть терпим… – писал Пинскер. – К сожалению, равенства, существовавшего в далеком прошлом, можно ожидать лишь в настолько отдаленном будущем, что при настоящих условиях включение еврейского народа в семью прочих народов невозможно… Еврейский народ… вездесущ, но он нигде не дома. Народы никогда не имеют дела с еврейской нацией, а только лишь с евреями. Для признания евреев национальностью им недостает того индивидуального народного духа, свойственного всем другим нациям, который создается общностью территории. Этот народный дух не мог сохраниться при разбросанности Израиля. Более того, у евреев угасает даже воспоминание об утраченном отечестве… Не Святая, а собственная земля должна быть предметом нашего стремления».

Вывод один: «Чтобы нас не вынуждали переходить из одного изгнания в другое, мы должны иметь достаточно обширное убежище, способное прокормить население, сборный пункт, который стал бы нашей собственностью. В настоящее время сложились наиболее благоприятные условия для осуществления этого плана».

Лев Пинскер

Пинскер мыслил масштабно: предлагал объединить европейских евреев под эгидой создания собственного государства, а затем созвать международный еврейский конгресс для решения этого вопроса. Теоретически предложение выглядело логичным, но существовали два веских практических возражения. Прежде всего, мало кто верил, что мировые правительства станут утруждаться выделением территории для еврейского государства, скорее всего дело, начавшееся со слов, словами и закончится. А что делать людям, над которыми висит дамоклов меч очередного погрома? В общем, Пинскера удалось переубедить и переселение в Палестину началось. Осуществлялось оно через Одессу, ставшую центром «Ховевей Цион», впоследствии переименованного в «Мазкерет Моше» («Общество Моше») в честь известного филантропа и лидера британских евреев Моше Монтефиоре. В отношениях же с российскими властями «Ховевей Цион» выступало как «Общество вспомоществования евреям-земледельцам и ремесленникам в Палестине и Сирии», так было удобнее с политической точки зрения. Власти, для которых еврейское население было непреходящей головной болью, не препятствовали отъезду евреев, но и никакого содействия не оказывали, все делалось на пожертвования.

Эдмон де Ротшильд и Теодор Герцль

Главным спонсором переселенческого проекта стал барон Эдмон де Ротшильд, принадлежавший к известной банкирской династии, берущей свое начало из Франкфурта-на-Майне. «Без меня сионисты мало чего достигли бы, но без сионистов мое собственное дело погибло бы», – говорил Ротшильд, и был прав. Благотворительная деятельность Эдмона де Ротшильда особенно ценна тем, что прочие представители дома Ротшильдов относились к идее создания еврейского государства и вообще ко всему сионизму весьма прохладно и не были склонны оказывать финансовую помощь «Ховевей Цион» и прочим сионистским организациям.

31 июля 1882 года десятью семьями из Харькова было основано поселение Ришон-ле-Цион[12] – тот росток, из которого вырос современный Израиль. Почин был сделан и подхвачен, но для того, чтобы добиться успеха, его нужно было распространить на все мировое еврейство.

Эдмон де Ротшильд

Теодор Герцль

В феврале 1896 года юрист Теодор Герцль опубликовал в Вене программный памфлет под названием «Еврейское государство. Опыт современного решения еврейского вопроса». Подобно Пинскеру, Герцль не сразу пришел к идее создания еврейского государства. Он родился в практически ассимилированной семье будапештских евреев и после окончания Венского университета начал работать в суде, где его ждало первое серьезное разочарование – Герцль понял, что при всех своих стараниях он никогда не станет судьей, не говоря уже о более значимой карьере, потому что еврею в высокие юридические сферы путь заказан. Расставшись с юриспруденцией, Герцль занялся литературой, в частности – драматургией, а в октябре года стал парижским корреспондентом либеральной венской газеты «Neue Freie Presse» («Новая свободная пресса»). Здесь его настигло следующее крупное разочарование. В декабре 1894 года французский военный суд признал виновным в шпионаже в пользу Германской империи офицера французского генерального штаба Альфреда Дрейфуса, эльзасского еврея. Приговор был вынесен на основании подложных доказательств и явился следствием выраженных антисемитских настроений, царивших в тогдашнем французском обществе. Разжалованный Дрейфус был отправлен в пожизненную ссылку во Французскую Гвиану[13] (в июле 1906 года его реабилитировали).

Дело Дрейфуса превратило либерального еврейского журналиста в убежденного «государственника». Ключевая мысль его программы звучала так: «те евреи, которые хотят иметь свое государство, будут его иметь». Речь шла не только о Палестине, рассматривались и другие территории, которые не противоречили бы Трем клятвам из Талмуда,[14] в частности – Аргентина, куда европейские евреи переселялись не по национально-политическим, а по экономическим соображениям.

Всемирный сионистский конгресс 1897 года

При содействии известного архитектора Оскара Марморека и врача Макса Нордау,[15] более известного успехами в публицистике, нежели в медицине, Герцль организовал созыв Всемирного сионистского конгресса, состоявшегося в августе 1897 года в Базеле. На конгрессе была создана Всемирная сионистская организация и принята ее первая программа, получившая название «Базельской программы», целью которой стало «создание национального дома на земле Израиля». Также на конгрессе был утвержден израильский флаг, несколько отличающийся от современного. Голубые полосы располагались вертикально. Президентом Всемирной сионистской организации был избран Теодор Герцль. В своей речи он сказал: «Сионизм – это возвращение к еврейству еще до возвращения в еврейскую страну… Всякий народ должен помочь себе сам и если он не в состоянии сделать этого‚ то ему вообще нельзя помочь… Пусть повсюду узнают‚ что сионизм есть нравственное‚ законное и гуманное стремление к вековой цели нашего народа».

Начало репатриации и первые проблемы

А теперь давайте углубимся в детали.

С 1882 по 1903 годы в Палестину прибыли около двадцати пяти тысяч евреев. С одной стороны – капля в море, а с другой – приток переселенцев перманентно возрастал, хотя в самом начале возникла опасность того, что он прервется. У многих переселенцев не было опыта и знаний, необходимых для эффективного ведения сельского хозяйства. Из черты оседлости Эрец Исраэль представлялся благословенной землей, в теплом климате которой дает побеги даже воткнутая в землю палка… Только вот климат оказался чересчур теплым, прямо говоря, засушливым, а к тяготам первопоселенческой жизни добавилась необходимость защищать свои хозяйства от разбойничьих банд и от соседей (местные жители часто рассуждали так – сегодня мы получим от евреев деньги за нашу землю, а завтра прогоним их и заберем землю обратно). Искать защиты у османских властей было бесполезно – поскольку враги евреев были мусульманами, симпатии властей заведомо находились на их стороне. В большинстве случаев переселенцы нанимали охрану из черкесов или арабов, редко кто мог защищаться самостоятельно. Кроме того, большинство переселенцев не объединялись в коммуны, предпочитая обрабатывать свои участки в одиночку. Короче говоря, дело не пошло…

Положение спас Эдмон де Ротшильд, который выделил деньги на рытье колодца в Ришон ле-Ционе, прислал переселенцам французских агрономов, которые стали обучать их навыкам ведения сельского хозяйства, оплатил закупку сельскохозяйственной техники и скота, профинансировал строительство необходимых зданий, и вообще старался сделать для переселенцев все возможное, требуя при этом, чтобы его имя нигде не упоминалось (воистину, благороднейшие из людей помогают анонимно). В течение шести лет, с 1884 по 1900 годы, переселенцы получили он Ротшильда благ на шесть миллионов долларов (что в наше время примерно соответствует ста семидесяти миллионам).

Но недаром же говорят, что от сытной еды живот болит[16]. Специалисты, присланные (и оплаченные) Ротшильдом, руководили всей хозяйственной деятельностью еврейских поселенцев, начиная с рода занятий и заканчивая нюансами сбыта продукции. Зависимость от чужаков-управляющих вызывала в памяти ассоциации с египетским рабством, да и вообще любой диктат, даже если он совершается из благих намерений, может только раздражать. Даже под контролем профессионалов далеко не все шло гладко, а соседи-арабы с каждым днем выказывали все большую неприязнь к евреям «свалившимся с неба на их головы». А еще поселенцам досаждали малярия, дизентерия и другие болезни… Короче говоря, во всем мире не хватило бы черной краски для того, чтобы описать их бедственное положение, и это несмотря на помощь Ротшильда и других благотворителей. У помощи, кстати говоря, была и изнанка – некоторые поселенцы тратили полученные деньги не на развитие хозяйства, а на наем работников-арабов.

Посетив Палестину в конце 1898 года, Ротшильд сделал выводы из увиденного и принял два важных решения. Во-первых, он прекратил раздавать субсидии налево и направо; отныне поддержка оказывалась только школам, больницам, домам престарелых и прочим общественным организациям, но не отдельным хозяйствам. Во-вторых, Ротшильд передал все земледельческие колонии, находившиеся на выкупленной им земле, под контроль Еврейского колонизационного общества, благотворительной организации, оказывавшей поддержку еврейским колонистам по всему миру. Впоследствии (в 1923 году) эти территории были переданы основанному Ротшильдом Палестинскому еврейскому колонизационному обществу. Положение колонистов несколько улучшилось, поскольку контроль Колонизационного общества носил не жесткий, а скорее рекомендательный характер, но зависимость от дешевой арабской рабочей силы продолжала сохраняться. Арабское окружение и школы, устроенные по французскому образцу, препятствовали формированию и развитию еврейской культуры, без которой невозможно представить ни еврейской нации, ни еврейского государства. Колонисты нуждались в духовном руководстве, но с этим были проблемы, поскольку мудрецы не спешили в Палестину. Да и вообще многие духовные лидеры продолжали считать затею с переселением бессмысленной, и такой же ее находили сливки европейского еврейского общества. В частности, «затею с переселением» и программу сионистов критиковал такой уважаемый человек, как главный раввин Вены Мориц Гюдеман, называвший Герцля и его сторонников «оголтелыми националистами». Что ж, людей уважаемых и состоятельных можно было понять. Трудно бросать все, что имеешь, и уезжать в весьма неприглядную неизвестность.

Большие дела не делаются сразу

У правителей и политиков идеи Герцля тоже не встретили одобрения. Так, например, османский султан Абдул-Гамид II, которого Герцль пытался прельстить оздоровлением экономики его державы благодаря сотрудничеству с еврейским капиталом, выразился прямо и категорично, сказав, что он никогда не согласится отдать евреям Палестину. Для османских правителей территориальные приобретения и потери стояли на первом месте, а экономика – в лучшем случае на втором. Вполне возможно, что султан, привыкший решать финансовые проблемы посредством увеличения налогов, так до конца и не понял, что ему могут дать еврейские финансисты, кроме подношений.

Султан Абдул-Гамид II

Обиднее всего для Герцля было то, что его идеи не разделяли соотечественники, ради которых он и старался. Одни считали его радикалом, другие – прожектером, а третьи и вовсе мошенником, желающим нажиться на благом деле. Даже у Эдмона де Ротшильда, встреча с которым состоялась в июле 1896 года, Герцль не нашел понимания – о каких новых переселенцах может идти речь, если у старых дела идут еле-еле?

В сложившейся ситуации Герцлю оставалось надеяться только на созыв Всемирного сионистского конгресса, но и эта инициатива вызвала волну протеста как со стороны неевреев, так и со стороны евреев. Неевреи, в частности, немцы, считали деятельность сионистов «предательством интересов родной страны (той, в которой они проживали)». Евреи, в том числе и такая уважаемая организация, как Бней-Брит,[17]обвиняли сионистов в нарушении талмудических законов (Три клятвы) и в попытке вбить клин между евреями и неевреями, несмотря на то, что погромы и другие формы преследования евреев наглядно свидетельствовали, что такой клин давным-давно вбит. Но все же в более-менее нейтральном швейцарском Базеле удалось найти место для конгресса, на который прибыли более двухсот делегатов из пятнадцати стран – идеи Герцля, несмотря ни на что, нашли широкий отклик в массах, а сам он стал таким же популярным, как и Ротшильды. А на следующий сионистский конгресс, состоявшемийся все в том же Базеле в августе 1898 года, собрались триста сорок девять делегатов – почти в полтора раза больше прежнего. Проанализировав ситуацию в Палестине, делегаты приняли единственно верное решение – наряду с развитием палестинского ишува[18]нужно готовить так называемый «чартер», массовое переселение евреев в Эрец Исраэль, которое невозможно без согласия правительств тех стран, где проживают евреи. Переселение малочисленных групп не решало проблемы – такими темпами еврейское государство не было бы создано до пришествия Машиаха.[19]

Эрец Исраэль. Начало ХХ века

Сама собой напрашивалась идея о содействии Германии в заселении Эрец Исраэль. В Германии проживало большое количество евреев и, кроме того, у кайзера Вильгельма II были хорошие отношения с султаном Абдул-Гамидом (когда-то союзником Османской империи была Франция, но затем ее место заняла Германия). Герцлю удалось получить аудиенцию у кайзера, но дальше этого дело не пошло. Такой же безрезультатной оказалась встреча Герцля с Абдул – Гамидом, состоявшаяся в мае 1901 года.

Вильгельм II

После кишиневского погрома, произошедшего в апреле 1903 года, в Российской империи были запрещены сионистские организации и вообще вся еврейская общественная деятельность. Момент был не самым лучшим для встречи с императором Николаем II‚ но Герцль все же предпринял попытку добиться аудиенции. Он смог встретиться только с министром внутренних дел и шефом корпуса жандармов Вячеславом фон Плеве, которого еврейская общественность России считала одним из виновников (если не главным организатором) кишиневского погрома. Многие евреи осуждали Герцля за встречу с Плеве, на что тот отвечал: «А разве пророк Моисей не встречался с фараоном, радея за евреев?».

Встреча получилась обнадеживающей. Плеве сказал Герцлю, что для российского правительства «было бы весьма желательным создание самостоятельного еврейского государства‚ способного принять несколько миллионов евреев», но тут же уточнил, что от образованных и состоятельных представителей еврейской нации правительство избавляться не хочет, речь идет только о «евреях слабой и низкой интеллигентности и о малоимущих». В подтверждение сказанного Плеве дал Герцлю письмо‚ в котором говорилось о благожелательном отношении российского правительства к сионизму‚ побуждающему евреев к эмиграции, а также содержались обещания материальной и политической поддержки этого начинания. Эти слова так и остались словами. В активе у Герцля была только предложение британского правительства, которое соглашалось предоставить евреям территорию в своем восточноафриканском протекторате Уганда. Это предложение обсуждалось на третьем сионистском конгрессе, состоявшемся все в том же Базеле в августе 1899 года, вскоре после встречи Герцля с Плеве, и чуть было не привело к расколу сионистского движения. Большинство сионистов не воспринимали Уганду даже в качестве временного, промежуточного варианта. Они соглашались переселяться в Эрец Исраэль и никуда больше. Однако находились и такие, кто «предпочитал сионизм без Сиона Сиону без сионизма».[20] Точка в споре была поставлена в 1905 году, уже после смерти Герцля, на седьмом сионистском конгрессе, делегаты которого однозначно высказались в пользу Эрец Исраэль, а все прочие проекты переселения объявили противоречащими принципам сионизма.

«Невозможно представить себе ничего более печального, чем настроение колонистов…»

До начала Первой мировой войны главной задачей Всемирной сионистской организации стало распространение и упрочение своего влияния. К 1914 году в ней состояли уже около ста тридцати тысяч человек. Важное значение имело создание политических еврейских партий, таких, например, как Бунд (Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России), который совмещал классовую борьбу с борьбой за права евреев. К сожалению, сионисты не смогли найти общего языка с Бундом и вообще всеми еврейскими социал-демократами. Но сам факт прихода евреев в политику был важнее согласия (в конце концов, перед лицом очередной опасности евреи всегда объединялись).

Сионистское движение находилось на подъеме, а в Палестине положение было удручающим. К месту можно вспомнить притчу о невесте, которая «всем была хороша – и красива, и добра, и умна, и богата, только вот болела от Песаха до Пурима»[21]. Отец еврейской социологии и один из лидеров ишува Артур Руппин[22] описывал свои впечатления от Палестины 1907 года: «Невозможно представить себе ничего более печального, чем настроение колонистов, которое наблюдается повсеместно… Старшее поколение, измученное и ожесточенное двадцатью пятью годами тяжелого труда, не питало ни малейшей надежды на будущее и не испытывало ни малейшей радости от настоящего. Младшее поколение, получившее образование во французских школах, мечтало только об одном – оставить сельское хозяйство, которое не смогло обеспечить их родителям достойного существования, и найти себе занятие получше где-то на стороне».

Артур Руппин

Ситуация с переселением напоминала историю еврейского народа, в которой много раз дела шли так плохо, что хуже, казалось, и некуда, но потом положение каким-то чудесным образом выправлялось. Как говорится, «и повесили Амана на дереве, которое он приготовил для Мордехая»[23].

Глава вторая. Из Османской империи под британский мандат

Первая алия

Переселение 1882–1903 годов, в результате которого в Палестине осели более пятидесяти тысяч евреев, принято называть «Первой алией»[24], а волну 1904–1914 годов – «Второй алией». Собственно, волны как таковой не было, отмечалось увеличение притока, вызванное кишиневским и другими погромами, а также «закручиванием гаек» в Российской империи после революционных событий 1905 года, которое сопровождалось новыми погромами.

Первая алия. Переселение 1882–1903 годов, в результате которого в Палестине осело более 50 тыс. евреев

Первая алия

Большей частью евреи уезжали за океан, в Соединенные Штаты, но были и такие, кто предпочел свою землю чужим странам. Набирало обороты халуцианское[25] движение, суть которого замечательно выразил Иосиф Виткин, сын могилевского раввина, человек слабый здоровьем, но крепкий духом. Двадцатилетний Виткин приехал в Палестину в самый неблагоприятный момент – в 1897 году, когда изначальный переселенческий энтузиазм растаял под напором тягот палестинской жизни. Несмотря на молодость, он скоро стал одним из духовных лидеров ишува и идеологом социалистического движения «Ха-Поэль ха-Цаир».[26] Виткин одним из первых понял, что ставку нужно делать на молодежь и на ее патриотические чувства. Экономические соображения или же соображения безопасности вторичны, на первом месте должен стоять патриотизм. «Проснись, молодежь Израиля! – призывал Виткин. – Приди на помощь своему народу, ибо народ твой при смерти. Спеши к нему! Сплотись, будь готова жить и умереть, без сожаления забудь все, к чему ты привыкла в детстве и откликнись на призыв своего народа!».

Иосиф Виткин

Далеко не все откликнувшиеся на призывы оставались в Палестине. Случалось и так, что люди возвращались обратно тем же пароходом, на котором прибыли, настолько их поражала окружающая реальность. Тяжелее всего на халуцим, с их идеями еврейской сплоченности и еврейского братства, действовала неприязнь старожилов к новичкам. Отношение старожилов к труду тоже шокировало. Халуцим ехали работать, вкалывать (тот же Виткин несколько первых месяцев копал землю, несмотря на то, что в прошлой жизни не держал в руках ничего тяжелее ложки). А старожилы предпочитали перекладывать тяжелую работу на арабов, благо наемный труд стоил дешево, и вообще всячески пытались устроиться получше. Разница между старым и новым мировоззрением заключалась в одном-единственном слове. Старожилы считали, что евреи в Палестине должны жить хорошо (ведь едут далеко не просто так, а за хорошей жизнью). Новички же считали, что евреи должны жить в Палестине – почувствуйте разницу. Они приехали создавать не только еврейское государство, но и самих себя. Культ физической силы, угасший напрочь с маккавеевских[27] времен, понемногу начал возрождаться. Ум – это хорошо, но чего стоит светлая голова без сильных рук и крепких ног? Культ силы подпитывался социалистическим представлением о труде как об основе человеческого бытия и человеческого счастья. Старожилы с удивлением смотрели на «шлемазлов»,[28] которые нанимались копать землю вместо арабов. Новички, в свою очередь, удивлялись тому, как евреи, вернувшиеся на историческую родину, чтобы обрести долгожданную свободу, попадают в зависимость от неевреев – одни на них работают, другие их охраняют. Охрана евреев очень скоро (и вполне ожидаемо) превратилась в рэкет – «коренным» жителям Палестины регулярно выплачивался выкуп за спокойную жизнь, подобный джизье,[29] взимаемой в Османской империи (и не только в ней) с иноверцев.

«Ха-Шомер»

В сентябре 1907 года в Яффе произошло событие огромного исторического значения. Небольшая группа молодых людей, вдохновленная речами Исраэля Шохата,[30] объединилась в общество еврейской стражи, названное в честь Шимона Бар-Гиоры,[31] которого римляне называли «вторым Спартаком». Начав с Яффы, Шохат продолжил создавать отряды во всех местах, где жили евреи. В 1909 году «Бар-Гиора», успевшая превосходно зарекомендовать себя, была реорганизована в «Ха-Шомер»,[32] просуществовавший до начала Первой Мировой войны, с началом которой пришлось уйти в подполье. Главный стратегический принцип израильской армии «брать не количеством, а качеством» был заложен Шохатом и его сподвижниками. Вместе с помощниками-резервистами, бравшими в руки оружие при необходимости, а в остальное время занимавшимися мирным трудом, численность сил «Ха-Шомер» не превышала трех сотен человек, но при этом беспокойные соседи предпочитали не связываться с евреями. Тут уже действовал политический принцип неотвратимости возмездия – за любым нападением на евреев следовал жесткий ответ.

Участники Ха-Шомер

Участники объединения Хагана

После окончания Первой мировой войны «Ха-Шомер» возродился в виде Хаганы,[33] впоследствии ставшей основой Армии обороны Израиля. А начиналось все с десятка вчерашних мальчишек, собравшихся на чердаке старого дома Яффы. Воистину, все великое начинается с малого.

Палестинское еврейское бюро

Охрана – дело хорошее, но главное в том, чтобы было что охранять. Надо отдать должное Еврейскому колонизационному обществу, которое многое делало для ишува и, что самое важное, делало все правильно. Ротшильд в свое время совершил три крупных ошибки – поставил над евреями управляющих-чужаков, устроил школы на французский манер и долгое время раздавал деньги направо и налево. Колонизационное общество не занималось огульной благотворительностью, а проводило политику стимулирования рентабельных хозяйств. Правда, и здесь случались «перекосы» – нередко новоприбывшие евреи не могли получить работу в еврейских хозяйствах, потому что арабский труд стоил дешевле и ради повышения рентабельности управляющие предпочитали нанимать арабов. К счастью, эту «дискриминацию» удалось изжить.

Палестина. 1928 год

В налаживании правильной жизни большую роль сыграло Палестинское еврейское бюро, открытое в Яффе в 1908 году Артуром Руппином. Задачей бюро было всяческое содействие поселенцам. С появлением координационного центра, который по праву можно считать первым еврейским правительством, жизнь колонистов изменилась к лучшему. Продуманное распределение новоприбывших по поселениям и обучение их нужным профессиям помогли быстро ликвидировать безработицу (безработица на территориях, испытывавших выраженную нехватку рабочих рук – это нонсенс!). Практика была такой – новоприбывшие обучались азам фермерства в одном из действовавших хозяйств, а затем получали в аренду свой участок. Руппин не раз повторял, что прежде всего его интересуют не дивиденды, а люди. Если люди хорошо устроены, дивиденды не заставят себя ждать.

«Ракушечная лотерея»

Для помощи Бюро в 1909 году была создана Израильская компания по освоению земель, сохранявшая свой государственный статус до 1988 года, а затем перешедшая в частные руки. Освоение земель включало в себя не только развитие сельскохозяйственных угодий, но и основание новых городов, чем занялось добровольное товарищество Ахузат Байт,[34] возглавляемое лодзинским ювелиром Акивой Вайсом, неплохо разбиравшимся в архитектуре (он когда-то мечтал строить города, но отец настоял на продолжении семейного дела и вот мечта юности сбылась в Эрец Исраэль).

Розыгрыш участков для постройки домов в поселении Ахузат-Байт, организованный Вайсом

Вайс предложил евреям Яффы, которых на тот момент было немногим больше сотни, основать город, в котором «евреи смогут жить по-еврейски». Речь шла не о еврейском квартале, а о Настоящем Большом Городе. Голландский банкир Якобус Канн, бывший одним из лидеров сионистского движения, приобрел около одиннадцати гектаров на побережье Средиземного моря. 11 апреля 1909 года состоялась знаменитая «ракушечная лотерея», с которой начался Тель-Авив, первоначально называвшийся Ахузат-Байтом. Для распределения участков между 66 пайщиками товарищества, Вайс собрал на морском берегу по шестьдесят шесть светлых и темных ракушек. На светлых он написал имена пайщиков, а на темных – номера участков. Ракушки были сложены в два мешка, из которых их вынимали дети, мальчик – светлые с именами, а девочка – темные с номерами. Дело было не столько в том, чтобы распределить участки беспристрастно и с максимальной прозрачностью, а в том, что такое знаменательное начинание, как основание первого большого города в Эрец Исраэль не должно было сопровождаться обидами и претензиями. Недаром же сказано: «где мир – там благословение».[35]

Квуца

Величайшим (без всякого преувеличения) достижением ишува стала квуца (киббуц)[36] – коллективное поселение колонистов, своеобразные производственные кооперативы, которые некоторые историки сравнивают с советскими колхозами и делают это совершенно напрасно, потому что колхозы работали на государство, а квуцы – на себя. Хотя совместный труд, общая собственность и полное равенство всех членов квуцы вне зависимости от занимаемой должности идеально совпадали с коммунистическими принципами. Но дьявол, как известно, кроется в деталях (или Бог в мелочах, это уж кому как нравится, но лучше всего звучит в этом контексте турецкая пословица «и от маленького камешка может перевернуться повозка»). В отличие от колхозов, квуцы были добровольным объединением людей, которые понимали, что иначе, как сообща, им не выжить. И любой член квуцы в любой момент мог ее покинуть – насильно никого не удерживали. Идеей квуцы было выживание в крайне неблагоприятных условиях, недаром же Руппин называл квуцу «эволюционным достижением».

Разумеется, без помощи извне идея воссоздания еврейского государства потерпела бы крах. Но можно ли считать поддержку мирового еврейства «помощью извне», ведь речь шла о самом важном деле, которого евреи ждали на протяжении двух тысячелетий?

Возрождение иврита

Важным достижением переселенцев стало возрождение иврита, священного языка иудаизма, который к ХХ веку полностью утратил свое бытовое значение, перейдя в разряд «книжного языка». Большинство репатриантов говорило на идише, одном из видоизмененных диалектов немецкого языка. Большинство, но не все. Да и пристало ли евреям, возрождавшим Государство Израиля, общаться на языке, который они приобрели в изгнании? Некоторые еврейские общины считают бытовое использование «священного языка» неприемлемым и даже святотатственным, общаясь между собой исключительно на идише, но это их частное дело. Но как можно говорить о возрождении еврейского государства без возрождения древнего еврейского языка (который в той или иной степени был знаком всем евреям, поскольку использовался в религиозных обрядах)?

«Для каждого дела требуется только один мудрый и энергичный человек, готовый отдать ради него все свои силы, и дело пойдет, невзирая ни на какие препятствия… – говорил отец современного иврита Элиэзер Бен-Йехуда. – Для каждого нового начинания, для каждого, пусть и самого малого шага на пути прогресса нужен первопроходец, который не намерен отступать». Девизом и делом всей жизни этого великого, без преувеличения, человека стала фраза «Еврей, говори на иврите!». Сменивший после алии имя на Лейзер-Ицхок Перельман, он был в числе первых репатриантов, прибывших в Эрец Исраэль в 1881 году. Его сын Бен-Цион стал первым человеком Нового времени, с рождения говорившем на иврите. В чем был смысл? Во-первых, в том, что не все евреи говорили на идише. Древний иврит, наряду с идеей возрождения еврейской государственности, стал одним из средств сплочения евреев, прибывавших в Эрец Исраэль из разных мест, в единую нацию. Но, возрождая иврит, Бен-Йехуда понимал, что нации нужен не «иврит раввинов и мудрецов», то есть «мертвый» иврит, а живой язык «для обиходной и деловой жизни». Им и его последователями было создано множество новых слов, которых не могло быть в древнем иврите. Словотворчество производилось мастерски – с учетом особенностей иврита и с уважением к его корням. Бен-Иехуда стал зачинателем публикации словаря иврита. При жизни он успел опубликовать только первый том, но последователи добавили к нему еще шестнадцать томов, ставших фундаментом современного иврита, живого литературного языка.

Алфавит иврита

Пионерам иврита приходилось не столько бороться с идишем, сколько с немецким языком, который в начале ХХ века был основным языком научной европейской общественности. Многие евреи не понимали, зачем им, знающим немецкий язык, нужно писать научные статьи на иврите. Мало того, что это доставляло лишние неудобства, поскольку иврит в то время обладал весьма скудной научной терминологией, так еще и ограничивало распространение трудов. Дошло до того, что в 1912 году при основании Техниона – технологического института в Хайфе, языком обучения предлагалось сделать немецкий (Технион был создан по инициативе Общества помощи евреям Германии). «Так же удобнее», говорили сторонники обучения на немецком, не понимая, что подобный подход подрывал основы возрождения еврейской государственности. В самом деле – что это за государство, в ведущем учебном заведении которого преподавание ведется на иностранном языке? Может ли оно считаться самостоятельным? Однозначно – нет. Но для того, чтобы восстановить «историческую справедливость», понадобились значительные усилия, начиная с выступлений еврейской общественности Палестины и заканчивая открытием новых школ, в которых преподавание велось на иврите. Поняв, что у немецкого языка в Палестине нет ни настоящего, ни будущего, административный совет Техниона постановил, что преподавание будет вестись только на иврите. И если кто-то усмотрел в этом проявление национализма, то он ошибся – то было стремление к национальной идентичности, не более того. Хотя и в здоровом национализме нет ничего плохого. Человек вправе гордиться своей нацией и всячески превозносить ее до тех пор, пока это не начинает ущемлять права других наций, разве не так? Для идейных сионистов, прибывших в Эрец-Исраэль не только с целью возрождения еврейского государства, но и с целью возрождения единой еврейской нации, которую предстояло собрать из рассеянных по миру «осколков», идиш был «галутным жаргоном», чужеродным элементом, которому не место на Святой земле.

Как только возрожденный иврит утвердил свои позиции в качестве государственного языка Израиля, отношение к другим еврейским языкам в корне изменилось – стало внимательным и бережным. А как же иначе? Ведь языки – это часть многогранной еврейской культуры. Уже в 1951 году, сразу же после того, как иврит «пустил корни», в Еврейском университете Иерусалима была открыта кафедра идиша.

Вторая алия

К началу Второй алии изменилась общая ситуация, которая благодаря усилиям сионистского движения стала более благоприятной для переселенцев. Но оставался неразрешенным один концептуальный вопрос – вопрос создания еврейского государства. Изначально предполагалась еврейская автономия под османским протекторатом (ни на что иное султанская власть согласиться бы не смогла), но со временем обстоятельства изменились, а вместе с ними изменились и цели. В июле 1908 года произошло восстание так называемых младотурок, турецких либералов-конституционалистов, которые, при поддержке османского офицерства, смогли заставить султана Абдул-Гамида II восстановить действие конституции 1876 года, им же самими отмененной, и разрешить созыв парламента. Демократические перемены в Османской империи подали евреям надежды, которым не суждено было сбыться, поскольку по отношению к другим народам либеральные младотурки ничем не отличались от консервативных «султанистов», сторонников неограниченной султанской власти. Младотурецкая революция дала палестинским евреям право избирать депутатов в турецкий парламент, но на деле депутаты ничего не решали, а служили лишь ширмой, создающей видимость демократических перемен в недемократическом государстве. К тому же, участвовать в выборах на условии соблюдения имущественного ценза могли только граждане Османской империи, а большинство евреев Палестины пребывали в иностранном подданстве, которое давало им возможность рассчитывать (при необходимости) на содействие консулов европейских держав. И вообще, евреи не спешили, потому что для спешки не было оснований – сначала следовало упорядочить жизнь еврейской общины, а потом уже задумываться о провозглашении государства.

Одной из главных проблем ишува были внутренние разногласия. В Палестине собрался «весь Ноев ковчег»: и ашкеназы, и сефарды, и ортодоксы, и светские евреи… Недаром же говорится, что один еврей – это мало, а два – уже много. Каждый из репатриантов имел свое мнение и был готов отстаивать его по мере сил своих. И весь этот «форшмак»[37] нужно было привести к единому знаменателю, сплотить вокруг великой идеи. С трудом, со скрипом, но это все же удалось сделать, тем более что у поселенцев было много общих интересов – рытье колодцев, строительство общественных зданий и т. п. При всей разобщенности евреев и их стремлении разбиваться на мелкие группировки наличие единой сионистской идеи оказывало консолидирующее действие.

Вторая алия

Вторая алия немного уступала первой по количеству, но зато превосходила ее по качеству. Поселенцы второй волны были более мотивированными и условия, в которых они оказывались, были более благоприятными. Можно было надеяться на то, что в скором времени правительства ведущих мировых держав приступят к рассмотрению вопроса о провозглашении еврейского государства… Но этому помешала Первая Мировая война. Многим палестинским евреям, остававшимся гражданами стран, враждебных Османской империи, которая была союзницей Германии и Австро-Венгрии, пришлось принять османское подданство для того, чтобы избежать высылки. Надо сказать, что евреи всячески демонстрировали свою лояльность, вплоть до службы в османской армии, куда некоторые поступали добровольцами. Однако это не избавило их от преследований со стороны властей, которые относились к иноверцам крайне недоверчиво. Была прекращена деятельность всех сионистских организаций, закрывались еврейские банки, а арабов всячески подстрекали к нападениям на евреев под лозунгом «это ваша земля». Многие еврейские активисты были высланы за границу, а те, кто остался, рисковали угодить в тюрьму при малейшем поводе, а то и без такового. Поступление средств и любой помощи из-за границы прекратилось, что в сочетании с резко возросшими налогами привело к голоду, последствия которого еврейской общине удалось минимизировать благодаря самодисциплине и организованному распределению продовольствия. Но, тем не менее, около восьми тысяч человек скончались от истощения.

Еврейский легион

Около десяти тысяч палестинских евреев бежали в Египет, который с 1882 года находился под британским управлением. Там в марте 1915 года было сформировано еврейское военное подразделение под названием «Сионский корпус погонщиков мулов», которое воевало против турок в составе британской армии. Впоследствии бойцы корпуса стали ядром Еврейского легиона (Еврейского полка), состоявшего из пяти батальонов. Среди членов этого формирования были такие известные люди, как первый премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион, второй президент Израиля Ицхак Бен-Цви, один из военных лидеров ишува Элияху Голомб, первый начальник Генерального штаба Армии Обороны Израиля Яаков Дори, отец Ицхака Рабина Нехемия Рабичев, третий премьер-министр Израиля Леви Эшколь и знаменитый художник Нахум Гутман, мозаики которого украшают Тель-Авив.

Зеев Жаботинский

Инициатором создания Сионского корпуса и Еврейского легиона был одесский еврей Зеев (Владимир) Жаботинский, журналист и активист сионистского движения. Он считал, что сионисты должны принять участие в войне на стороне Антанты,[38] чтобы освободить Палестину от османского владычества и учредить там еврейское государство. Вместе с Иосифом Трумпельдором, участником русско-японской войны, Жаботинский создал Еврейский легион в составе британской армии. Альянс с британцами был предопределен – Россию Палестина не интересовала, а французы традиционно рассматривали сионистов (и вообще всех французских евреев), как прогерманскую силу. Главной заботой британцев было сохранение контроля над Суэцким каналом, основной артерией их торговли, и дополнительные военные силы на Ближнем Востоке пришлись им весьма кстати. Кроме того, их привлекала идея палестинского еврейского государства под протекторатом Великобритании – евреям предстояло стать опорой британской политики в регионе.

Командующий британскими войсками в Египте генерал Джон Максвелл считал палестинское направление второстепенным и не собирался нарушать давнего правила, запрещавшего иностранцам служить в рядах британской армии. Аналогичной точки зрения придерживался и британский военный министр (государственный секретарь по военным вопросам) Горацио Герберт Китченер. Потому-то идея Жаботинского первоначально трансформировалась: появился Корпус погонщиков, которым занимался один Трумпельдор – Жаботинский не хотел размениваться на такую мелкую затею. Однако со временем ситуация изменилась. В июне 1916 года Китченер погиб. Его сменил гораздо более дальновидный Дэвид Ллойд Джордж, в декабре того же года ставший премьер-министром. Кроме того, в России произошла Февральская революция, последствием которой могло бы стать заключение сепаратного мира с германо-австрийским альянсом, что серьезно осложнило бы положение Великобритании и Франции. Поэтому британцы согласились на формирование крупного еврейского подразделения из добровольцев, и в середине 1917 года легион был создан. Кроме палестинских евреев, в нем служили евреи из России, Великобритании, США и Канады. Надо сказать, что российские евреи, в большинстве своем, считали сотрудничество с Антантой предательством национальных интересов – действиями в пользу антисемитского царского правительства. Дошло до того, что в Одессе Жаботинского объявили отступником во время субботней службы в синагоге. Человек, всей душой радевший за интересы еврейской нации, был зачислен в категорию «такие, как он, хуже выкрестов».

Горацио Герберт Китченер

Еврейский легион хорошо зарекомендовал себя во время боевых действий в Палестине, но дело было не столько в том, что евреи помогали британцам в борьбе против турок, сколько в демонстрации готовности евреев защищать Эрец Исраэль с оружием в руках. После двухтысячелетнего перерыва евреи снова показали свою силу. Легион был расформирован в ноябре 1918 года, сразу же после окончания Первой мировой войны.

Еврейский легион

Декларация Бальфура

2 ноября 1917 года лидер британских сионистов лорд Лайонел Уолтер Ротшильд получил от министра иностранных дел Великобритании Артура Бальфура официальное письмо следующего содержания:

Министерство иностранных дел, 2 ноября 1917 года

Уважаемый лорд Ротшильд.

Имею честь передать Вам от имени правительства Его Величества следующую декларацию, в которой выражается сочувствие сионистским устремлениям евреев, представленную на рассмотрение кабинета министров и им одобренную:

«Правительство Его Величества с одобрением рассматривает вопрос о создании в Палестине национального очага для еврейского народа, и приложит все усилия для содействия достижению этой цели; при этом ясно подразумевается, что не должно производиться никаких действий, которые могли бы нарушить гражданские и религиозные права существующих нееврейских общин в Палестине или же права и политический статус, которыми пользуются евреи в любой другой стране».

Я был бы весьма признателен Вам, если бы Вы довели эту Декларацию до сведения Сионистской федерации.

Искренне Ваш,

Артур Джеймс Бальфур.

Это письмо, вошедшее в историю как «Декларация Бальфура», обеспечивало Великобритании моральное право на послевоенный протекторат над Палестиной, которую изначально предполагалось отдать под международный (то есть британо-французский контроль) после войны. Кроме того, поддержка сионистского движения была выгодной с политической точки зрения. Британия надеялась на то, что американские евреи поспособствуют более активному участию Соединенных Штатов в войне, а российские притормозят на время свою революционную деятельность и не станут способствовать выходу России из войны. Премьер-министр Ллойд Джордж прямо сказал, что «”декларация Бальфура” не является простым актом милосердия, нужно понимать, что речь идет о сделке в обмен… на поддержку евреями всего мира дела союзников». Военным министром на момент принятия декларации был Уинстон Черчилль, который полностью поддерживал это начинание.

Артур Джейс Бальфур

Декларация Бальфура

«Декларация Бальфура» резко изменила османскую политику по отношению к евреям. Великий визирь Талаат-паша объявил, что правительство впредь не будет ограничивать иммиграцию евреев в Палестину и что оно не имеет ничего против еврейской автономии под своим протекторатом. Более того – этот ярый антисемит пригласил представителей германских и австрийских евреев в Константинополь для обсуждения палестинских проблем… Но у турок уже не было времени – война близилась к концу.

Памятные карточки с изображением американского президента Вильсона и «Происхождение Лиги Наций»

«Декларация Бальфура» стала главной предпосылкой для получения Великобританией мандата Лиги Наций[39] на временное управление ближневосточными территориями, прежде входившими в Османскую империю, – Палестину и Трансиорданию.[40] Франция получила мандат на Сирию (впоследствии эта территория была разделена на Сирию и Ливан). Мандатная система создавалась для того, чтобы облегчить становление государственности в регионах, длительное время находившихся под османским владычеством. Действие мандатов должно было продолжаться до тех пор, пока освобожденные регионы не приобретут самостоятельность.

Первое еврейско-арабское соглашение

Лидер сионистов Хаим Вейцман договорился с арабским лидером эмиром Фейсалом о взаимной поддержке и разграничении сфер влияния. «В 1918 году был один выдающийся араб, главнокомандующий арабскими армиями… тогдашний эмир Фейсал, а впоследствии король Фейсал, – вспоминал впоследствии Вейцман, – и… я отправился в его лагерь. Я чистосердечно рассказал ему о наших чаяниях, наших надеждах, наших пожеланиях, наших намерениях, и я могу только поклясться, если, конечно, моя клятва способна убедить моих арабских оппонентов, что мы обнаружили полное согласие между собой, и что это первая встреча стала началом дружбы на всю жизнь, а наши отношения впоследствии нашли отражение в договоре».

Договор, о котором упоминает Вейцман – это соглашение о признании национальных чаяний евреев и арабов в Палестине, подписанное 3 января 1919 года в Лондоне, накануне Версальской мирной конференции, которая должна была подвести итоги Первой мировой войны. Вейцман подписал соглашение от имени Всемирной сионистской организации, а Фейсал – как представитель самопровозглашенного в 1916 году Хашимитского королевства Хиджаз,[41] которым правил его отец, король Хусейн. Примечательно, что вопрос о политическом суверенитете над Палестиной тогда не затрагивался, поскольку Фейсал пока еще не был готов согласиться с созданием еврейского государства, да и расклад сил в Палестине был не в пользу евреев – шестьдесят тысяч против шестисот тысяч арабов. Соглашение всего лишь готовило почву для грядущих великих свершений…Так, во всяком случае, казалось лидерам сионистов. Что же касается Фейсала, то он, скорее всего, пошел на соглашение с евреями только для того, чтобы получить право на участие в Версальской конференции. По просьбе Фейсала его договоренность с Вейцманом не должна была предаваться огласке «до лучших времен», которые так никогда и не наступили. При жизни Фейсала, умершего в 1933 году, Вейцман нигде о соглашении не упоминал.

Версальская конференция

Подписывая соглашение, Фейсал сделал приписку, по которой соглашался исполнять принятые обязательства лишь в том случае, если арабы получат независимость на условиях, перечисленных в его последующем послании министерству иностранных дел Великобритании. Однако Версальская конференция не стала включать Сирию в состав единого арабского государства, как того хотелось Фейсалу, а выдала мандат на управление ею Франции.

В ходе конференции Фейсал сделал весьма угрожающее заявление. «Если взгляды радикальных сионистов, в том виде, в котором они были представлены на конференции, возьмут верх, то результатом этого станут волнения, хронические беспорядки и рано или поздно – война в Палестине, сказал он. – Я не хочу, чтобы меня поняли неправильно. Я утверждаю, что у арабов нет какой-либо расовой или религиозной враждебности к евреям… Я утверждаю, что у нас сложились превосходные отношения с евреями, живущими в Палестине на протяжении поколений. Но новоприбывшие демонстрируют совершенно иные качества, чем эти «старые поселенцы», как мы их называем, с которыми возможно жить в ладу и даже сотрудничать. Затрудняясь подобрать подходящее слово, я бы сказал, что почти все новые колонисты несут в себе дух империализма. Они говорят, что мы слишком долго владели их родной землей, отнятой у них с помощью грубой силы в незапамятные века, и сейчас, при новом мировом порядке, мы должны ее очистить. Если у нас хватит мудрости, то мы должны сделать это мирно, не сопротивляясь решению цивилизованного мира».

Французская газета «Le Matin»

В интервью французской газете Le Matin Фейсал высказался более прямо: «Наше человеческое сочувствие будет на стороне евреев при условии, что они будут подчиняться мусульманскому или христианскому правительству, получившему мандат Лиги Наций. Если же они захотят создать свое государство и станут претендовать на суверенитет в этом регионе, то это будет очень опасно – между ними и другими народами возникнет конфликт».

Фейсал I (справа) и Хаим Вейцман (слева) в 1918 году

Хаим Вейцман до конца жизни считал свое соглашение с Фейсалом важнейшим достижением в арабско-еврейских отношениях. Выступая на заседании ООН 18 октября 1947 года он сказал: «Было время, когда арабские лидеры были способны видеть эту проблему [палестинскую] в истинном свете. Это было, когда выдающийся вождь и освободитель арабов эмир Фейсал, позднее ставший королем, заключил со мной договор, провозглашавший, что если вся арабская Азия будет свободна, то арабы признают право евреев свободно селиться в Палестине и развивать ее, и что она будет существовать бок о бок с арабскими государствами».

Соглашение Вейцмана-Фейсала, которое официально не было разорвано, служит доказательством того, что евреи изначально стремились выстраивать мирные отношения с арабами на принципах диалога и согласия, а не игнорировали своих ближайших соседей, как то утверждает арабская пропаганда. К слову, еще до выступления Фейсала на Версальской конференции еврейская сторона сделала арабам несколько весьма ценных уступок, среди которых были совместное пользование портами в Эйлатском заливе и портом Хайфы.

В марте 1920 года, вопреки установкам Лиги Наций, было провозглашено независимое Арабское королевство Сирия во главе с королем Фейсалом I. Однако французы силой оружия заставили Фейсала признать свой мандат на управление Сирией и в конце июля того же года Арабское королевство Сирия было упразднено.

Послевоенные проблемы

На момент окончания Первой мировой войны не существовало четкого представления о границах будущего еврейского государства. По мнению сионистов, на севере оно должно было доходить до Ливанских гор, верхнего течения Иордана и горы Хермон, на востоке ограничиваться пустыней, лежащей за Иорданом, а на юге – Эйлатским заливом. С этим не соглашались французы, считавшие северную Галилею (земли, лежащие к северу от современного Кармиэля)[42] «исторической ливанской территорией». В конечном итоге французам удалось настоять на своем. Но, как говорится, маленькое облачко не может закрыть все небо – радость от того, что вожделенное еврейское государство наконец-то будет создано, перевешивала горечь мелких потерь.

Палестина. Начало ХХ века

Разумеется, никто из здравомыслящих людей не ожидал, что государство будет создано сегодня или завтра. Все понимали, что это – долгое дело. Но в то же время вряд ли кто-то мог предположить, что провозглашение Израиля состоится только в 1948 году. Отношение британского правительства к положениям, содержавшимся в «Декларации Бальфура», Ллойд Джордж охарактеризовал следующим образом: «В планы [кабинета министров] не входило создание еврейского государства сразу же после подписания мирного договора без учета пожеланий большинства населения. С другой стороны, предусматривалось, что если евреи составят большинстве населения, то Палестина станет еврейским сообществом. Мысль о необходимости искусственно сдерживать еврейскую эмиграцию, чтобы евреи постоянно составляли меньшинство населения, никогда не приходила в голову никому из тех, кто определял политику».

Послевоенная волна репатриации была довольно интенсивной – с 1919 по 1921 год в Палестину прибыли около двадцати тысяч евреев. Казалось, что наконец-то настали благословенные времена, когда можно спокойно заниматься своими делами, без оглядки на османских чиновников… Однако, как гласит известная пословица, «хорошо никогда не бывает, бывает только не очень плохо». Оказалось, что арабы, освободившиеся от турецкого контроля, создают гораздо больше проблем, нежели турки.

С 27 января по 10 февраля 1919 года в Иерусалиме прошел первый Палестинский арабский конгресс, в котором приняли участие двадцать семь делегатов от мусульманских и христианских общин Палестины. Делегаты направили Версальской конференции телеграмму с требованием отказаться от «Декларации Бальфура» и включить Палестину в состав Арабской Сирии, которая, как тогда ожидали, должна была перейти под управление эмира Фейсала. В резолюции, принятой по итогам работы конгресса, было сказано, что дружественные отношения с Великобританией и союзными державами возможны лишь в том случае, если они не станут посягать на арабский суверенитет в Палестине. Если уж говорить начистоту, то резолюция сильно напоминала ультиматум. В мае 1920 года было сформировано «Палестинское арабское общество», которое возглавил Амин аль-Хусейни, принадлежавший к знатному иерусалимскому семейству, ведущему свой род от внука пророка Мухаммада. Радикальные националистические взгляды впоследствии сделали аль-Хусейни союзником Адольфа Гитлера, для которого он вербовал мусульман в войска СС. Пока что аль-Хусейни демонстрировал готовность сотрудничать с британцами. В мае 1921 года с их согласия аль-Хусейни стал муфтием, главой мусульманской общины Иерусалима.

Первый палестинский арабский конгресс

Впоследствии вопрос об объединении Палестины с Сирией был снят после того, как Арабское королевство Сирия перестало существовать. Отныне Палестине предстояло стать независимым арабским государством. Евреи при этом в расчет не принимались. Палестинские лидеры не признавали ни прав евреев на Эрец Исраэль, ни Всемирную сионистскую организацию. Они были готовы разговаривать только с британской администрацией, которая им откровенно благоволила. Британские чиновники понимали разницу между мандатом и колонией и потому старались ладить (точнее – заигрывать) с местным населением, большинство которого составляли арабы. Кроме того, многие из чиновников прежде служили в Египте, находившемся под «завуалированном протекторатом» Британии с 1882 года, а там им приходилось иметь дело с арабами. Короче говоря, для британцев арабы были привычными и во многом предсказуемыми, в отличие от евреев, которые вечно чего-то требовали – то должностей в административных учреждениях, то содействия в иммиграции и покупке земли, то еще чего-то. Идея создания еврейского государства, получившая одобрение наверху, не была доведена во всей полноте до низших управленческих звеньев, в результате чего чиновники рассматривали евреев как «одну из туземных наций», не более того. «Существующая система [управления] ввиду своего несовершенства склонна низводить евреев в политическом отношении до уровня туземцев, – сокрушался Хаим Вейцман, – а очень часто британские власти смотрят на евреев, как на толпу «туземцев», потому что им так удобнее». Что говорить о простых чиновниках, если сэр Рональд Генри Сторрз, назначенный в 1921 году гражданским губернатором Иерусалима и Иудеи, позволял себе высказываться о евреях в следующем ключе: «люди, страдающие от чудовищных несправедливостей, одновременно могут утомлять настолько, что иногда перестаешь удивляться их страданиям, хотя продолжаешь их жалеть». Но давайте вспомним, что Великобритания получила мандат над Палестиной не для собственного обогащения, а для того, чтобы помочь живущим здесь народам в государственном строительстве. Отстраняясь от еврейских чаяний, британские чиновники не выполняли обязательств, взятых на себя их страной.

Если гражданским чиновникам евреи досаждали своими просьбами, то британские военные деятели видели в них дестабилизирующий фактор, вынуждающий держать в Палестине значительное количество войск. Действительно, палестинские арабы очень скоро перешли от слов к делу и начали нападать на еврейские поселения (годы идут, а их тактика не меняется). 1 марта 1920 года во время переговоров с лидерами арабов, стремившихся захватить еврейские поселения в Верхней Галилее, был смертельно ранен Иосиф Трумпельдор, сказавший перед смертью товарищам: «Хорошо умереть за нашу страну!».

Страны еще не было, но евреи уже умирали за нее.

Весьма показательным и крайне удручающим было поведение британских властей после еврейских погромов, устроенных арабами в апреле 1920 года, накануне конференции в Сан-Ремо, которой предстояло заняться распределением мандатов (в сущности, все уже было решено, но следовало оформить решения должным образом, так что это заседание Верховного совета государств Антанты и примкнувших к ним стран, носило не столько политический, сколько бюрократический характер). В тот момент арабский национализм, подогретый провозглашением Арабского королевства Сирия, достиг своего пика. Погромы были не только выражением ненависти к евреям, но и попыткой окончательного изменения положения в свою пользу. Разумеется, евреи тут же организовали отряды самообороны и дали жесткий отпор погромщикам, но вместо того, чтобы наградить их за восстановление порядка или хотя бы поблагодарить за это, британцы сурово расправились с организаторами сопротивления. Руководивший им Владимир Жаботинский был осужден на пятнадцать лет каторги, столь же суровые приговоры получили его ближайшие помощники. Угодившие под суд арабы получали несравнимо меньшие сроки, да и вообще погромы приобрели массовый характер только потому, что те арабы, которых задерживали в ходе беспорядков, через несколько часов отпускались на свободу и снова нападали на евреев. Если бы британская администрация отреагировала на происходящее своевременно и правильно, то до создания отрядов самообороны дело бы не дошло. Несопоставимость наказаний для арабов и евреев британские судьи пытались объяснить тем, что евреи якобы «спровоцировали» арабов на нападение.

Глава третья. Палестина между двумя мировыми войнами

Белая книга 1922 года

«За последние три или четыре поколения евреи воссоздали в Палестине общину, ныне насчитывающую восемьдесят тысяч человек, из которых около четверти составляют фермеры и сельскохозяйственные рабочие, – писал в 1922 году в «Белой книге»[43] Уинстон Черчилль, бывший на тот момент министром (государственным секретарем) по делам колоний. – У этой общины есть собственные политические органы; выборное собрание для решения внутренних вопросов; выборные советы в городах и организация по надзору за школами. У них есть свой выборный главный раввинат и совет раввинов для руководства религиозными делами. Все дела ведутся на иврите как на общепринятом языке, интересы общины обслуживает ивритоязычная пресса. У них есть своя выраженная интеллектуальная жизнь, наблюдается заметная экономическая активность. Так что эта община с ее городским и сельским населением, собственными политическими, религиозными и общественными организациями, собственным языком, собственными обычаями и собственной жизнью на деле обладает всеми признаками, присущими нации».[44]

Белая книга Уинстона Черчилля

«Белая книга» 1922 года, с одной стороны, подтверждала приверженность британского правительства «Декларации Бальфура», а с другой – подчеркивала, что палестинские арабы имеют полное право на проживание в родных местах и их права не могут быть ущемлены. «Превращение Палестины в еврейскую страну в такой мере, в какой Англия является английской, невозможно», – писал Черчилль и уточнял, что «Декларация Бальфура» предусматривала «не провозглашение всей Палестины еврейским национальным очагом, а только создание такого очага на территории Палестины».

В апреле 1921 года в восточной части Палестины, на подмандатной британской территории, было образовано арабское государство Трансиордания,[45] королем которого стал старший брат Фейсала Абдалла (самого Фейсала британцы в 1921 году сделали королем Ирака). Таким образом, ближневосточные арабы получили государственность на двадцать семь лет раньше евреев. Формально Ирак и Трансиордания находились под британским контролем, но то был не контроль, а скорее патронаж. В целом же Абдалла и Фейсал были полностью самостоятельными правителями. Британцы были вынуждены заигрывать с арабами, поскольку между Великобританией и Францией, получившей мандат на Сирию, шла борьба за влияние на Ближнем Востоке.[46] «Белая книга» Черчилля закрепляла создание Трансиордании, придавая свершившемуся окончательный официальный статус.

В отчете Черчилля также говорилось о необходимости ограничения еврейской иммиграции, которая в послевоенном периоде набирала обороты. Предлагалось устанавливать число прибывших «с учетом экономической емкости страны в каждый данный момент». По сути, ограничение иммиграции шло вразрез с «Декларацией Бальфура», поскольку оно отдаляло создание еврейского государства. Но тем не менее, Исполнительный комитет Всемирной Сионистской организации согласился с политическим курсом, обозначенным в «Белой книге», а вот палестинские арабы отказались ему следовать, поскольку в их представлении никакого еврейского государства быть не могло. Арабы требовали полного запрета еврейской иммиграции, так что ее ограничение они расценивали как «уступку» евреям. По установленным в августе 1920 года нормам ежегодное количество еврейских репатриантов не должно было превышать шестнадцати с половиной тысяч человек, причем при условии гарантированной занятости.

К месту можно привести слова израильского историка Авраама Шалита, который однажды сказал: «Фейсал подписал соглашение с Вейцманом для того, чтобы получить допуск на Версальскую конференцию, а Британия издала «Декларацию Бальфура» ради получения мандата на Палестину».

Ревизионистский сионизм

Согласие с «Белой книгой» вызвало возмущение ревизионистов. Амнистированный в 1921 году и избранный в Исполнительный комитет Всемирной Сионистской организации Владимир Жаботинский в знак протеста покинул Исполком. У Жаботинского имелись принципиальные идейные разногласия с Хаимом Вейцманом. Вейцман, как и большинство членов Исполкома, был сторонником дипломатических методов, а Жаботинский – сторонником силового давления, которое, по его мнению, нужно было оказывать не только на палестинских арабов, но и на британцев, чтобы они из пристрастных наблюдателей превратились бы в помощников сионистов. Жаботинский считал, что одной лишь колонизации Палестины для создания еврейского государства недостаточно, государственность нужно утверждать политическими методами, а при необходимости – и военными. Кроме того, Жаботинский был убежденным противником социалистических идей, получивших широкое распространение среди сионистов, в первую очередь – идея классовой борьбы, которая вносила раскол в еврейское общество, которому, как никакому другому, требовалось национальное единство.

Жаботинский требовал ревизии традиционного сионизма с целью очищения его от «социалистической шелухи». В 1925 году он создал Союз сионистов-ревизионистов, который за десять лет вырос в «Новую сионистскую организацию». Идейными наследниками новых сионистов является Ликуд,[47]национал-либеральная партия Израиля.

Следует уточнить, что Жаботинский не отказывал палестинским арабам в праве жить на родной земле. Он выступал за полное равноправие арабов как национального меньшинства в еврейском государстве при условии их лояльности. Необходимость борьбы против арабов он объяснял тем, что патриотические чувства не позволяют арабам согласиться с фактом существования еврейского государства, а оправдывал борьбу тем, что у арабов есть несколько государств, а у евреев – ни одного. Оппоненты нередко обвиняли Жаботинского в фашизме, но он отвечал, что «ревизионистское движение опирается на демократические ценности XIX века, и оно может считать своими лишь тех, кто руководствуется этими ценностями и нравственным законом».[48]

Гистадрут

В декабре 1920 года в Хайфе был основан Гистадрут[49] – еврейский профсоюз, призванный обеспечивать трудоустройство евреев (способствуя при этом приобретению и освоению новых земель) и защищать их права. Арабская рабочая сила традиционно стоила дешевле, так что арабы пытались вытеснять евреев не только силовыми, но и экономическими методами, отбирая у них рабочие места. Изначально Гистадрут насчитывал менее четырех с половиной тысяч членов, но уже к 1927 их число возросло до двадцати пяти тысяч и продолжило расти дальше. Столь интенсивное развитие во многом было заслугой генерального секретаря Гистадрута Давида Бен-Гуриона, который во всех сферах своей деятельности демонстрировал отличные организаторские способности. Со временем Гистадрут из чисто профессионального союза превратился в крупнейшего работодателя Палестины и крупнейший торгово-закупочный кооператив. Независимая экономическая деятельность Гистадрута способствовала главной цели нации – созданию своего государства. Выступая в роли капиталиста, Гистадрут соблюдал интересы трудящихся. Так, например, жилье в построенных им домах сдавалось по минимальным ценам, а Рабочий банк предоставлял ссуды на льготных условиях. По сути, Гистадрут являлся и министерством экономики, и министерством промышленности, и министерством сельского хозяйства, и министерством социального обеспечения. Слова «трудно переоценить» часто звучат фальшиво, но вклад Гистадрута в освоение евреями Палестины и создание еврейского государства действительно трудно переоценить.

Гистадрут. Членская книжка

Особой заслугой Гистадрута стало развитие системы медицинского страхования купат холим,[50] существовавшей с 1911 года. К 1935 году было построено две больницы, два санатория и около шестидесяти поликлиник, оказывавших квалифицированную и качественную медицинскую помощь. Высокие стандарты израильской медицины были заложены еще в двадцатые годы прошлого века.

Четвертая алия

В 1924 году началась четвертая алия, растянувшаяся на пять лет. В Эрец Исраэль массово репатриировались евреи из Польши, за которыми тянулись их соотечественники из Венгрии и других европейских стран (польских репатриантов было более семидесяти тысяч, а остальных – немногим больше десяти). Причиной массового исхода стал подъем антисемитизма, который в Польше приобрел особо выраженный характер. Премьер-министр страны и министр казны (финансов) Владислав Грабский национализировал отрасли, в которых преимущественно были заняты евреи, а затем заменил их на поляков, отчего в народе Четвертую алию прозвали «Алией Грабского». Репатриации польских евреев в Палестину поспособствовали также ограничения на иммиграцию в США, которые были введены в 1924 году. По меркам алии «польская волна» была большой, но репатрианты составили менее двух с половиной процентов от общего количества польских евреев. Разумеется, их могло бы быть гораздо больше, если бы не навязанные свыше квоты на репатриацию.

Четвертая алия

Еврейское агентство для Палестины

11 августа 1929 года на состоявшемся в Цюрихе Шестнадцатом конгрессе сионистов Палестинское еврейское бюро было реорганизовано в Еврейское агентство для Палестины. Сменилось не только название, но и концепция – Еврейское агентство было готово сотрудничать со всеми евреями, а не только с сионистами. Реорганизация была проведена по инициативе Хаима Вейцмана, желавшего привлечь к широкому сотрудничеству американских евреев, которых сионисты традиционно считали «ассимилянтами». Заодно Вейцман стремился наладить отношения с харедим. «Три клятвы» – это история, а реальность требовала объединения усилий всего еврейства ради великой цели. В некотором смысле Вейцман был идеалистом, искренне верившим в то, что национальное самосознание доминирует над всеми прочими обстоятельствами. Собственно, лидеру евреев и полагалось быть таким.

В совет (высший орган) Еврейского Агентства помимо сионистов вошли представители еврейских общин разных стран. Председателем агентства стал Хаим Вейцман, сохранивший за собой пост президента Всемирной сионистской организации. К тому времени численность еврейского населения Палестины превысила 160 тысяч, но в сравнении с 15-миллионным мировым еврейством, то была капля в море. Еврейское агентство всячески старалось увеличить приток репатриантов, но бо`льшая часть его усилий блокировалось британскими властями. Между тем, численность арабского населения росла довольно быстрыми темпами, дойдя к 1936 году до миллиона, в то время как численность евреев на тот момент составляла менее четырехсот тысяч (и это на фоне Пятой алии 1929–1939 годов, вызванной подъемом нацизма в Германии.

Восстание Западной стены и Белая книга Пассфилда

Антиеврейские выступления 1929 года, известные также как «Восстание Западной стены», были спровоцированы тем, что евреи отстаивали свое исконное право молиться у Западной стены.[51] Конфликт начался годом раньше, когда в канун Йом-кипура[52] еврейский смотритель установил рядом со Стеной перегородку, чтобы мужчины во время молитвы были отделены от женщин, как это требуют еврейские законы. Арабы усмотрели в этом попытку строительства, запрещенного евреям в Старом городе еще в османские времена, и подали жалобу британским властям, которые приказали убрать перегородку. Евреи (совершенно справедливо) расценили демонтаж перегородки как посягательство на их право молиться у священной Стены. Арабы, не удовлетворившись сносом перегородки, заявили, что евреи намерены посягнуть на одну из главных святынь ислама – мечеть Аль-Акса на Храмовой горе, и на этом основании начали чинить молящимся у Стены евреям всяческие препятствия, вплоть до забрасывания их камнями.

15 августа 1929 года, в Девятое ава,[53] члены молодежного сионистского движения «Бейтар»[54] организованно прошли к Западной стене, спели там Ха-Тикву[55] и скандировали «Стена наша!». На следующий день арабы, собравшиеся в знак протеста против «еврейских посягательств» в мечети Аль-Акса, вышли к Стене и стали избивать молящихся евреев. Из Иерусалима погромы перекинулись на другие города. Сто тридцать три еврея погибло. Жертв могло быть гораздо больше, если бы не отряды самообороны, созданные сионистской молодежью.

Еврейский квартал Хеврона после погрома

Британская комиссия по расследованию беспорядков, которой руководил известный юрист сэр Уолтер Шоу, пришла к выводу, что причиной беспорядков стали опасения арабов, вызванные растущей еврейской иммиграцией и покупкой евреями земли (надо сказать, что арабы охотно продавали землю евреям, поскольку те платили хорошую цену). Британцы пришли к очередному антиеврейскому выводу – ограничить иммиграцию и положить конец приобретению евреями арабских земель. Также предлагалось на основе прямых выборов создать Законодательное собрание Палестины, в котором большинство получили бы арабы. Эти предложения были представлены на рассмотрение британского парламента в виде документа, известного как «Белая книга Пассфилда» (лорд Пассфилд был тогда министром по делам колоний). По сути, «Белая книга Пассфилда» стала отказом от «Декларации Бальфура», что вызвало волну возмущения во всем еврейском мире. Хаим Вейцман заявил официальный протест правительству Великобритании и оставил пост председателя Сионистской организации, демонстрируя нежелание сотрудничать с британскими властями.

Лорд Пассфилд

Под давлением общественности и ряда британских политиков, недовольных тем, что правительство отказалось от ранее принятого обязательства, премьер-министр Джеймс Макдональд пошел на попятный. В феврале 1931 года он направил Вейцману письмо, в котором было сказано следующее: «Задача содействия еврейской иммиграции и обеспечения по возможности плотного расселения евреев в Палестине по-прежнему остается мандатным обязательством, которое можно выполнить, не ставя под угрозу права и условия жизни другой части палестинского населения… Иммигрантам, рассчитывающим на получение работы, пусть и временной, не будет отказано во въезде по причине отсутствий гарантий трудоустройства на неограниченный срок». Также Макдональд сообщал, что никто не ограничивает евреев в покупке земель, и подчеркнул, что британское правительство не намерено пренебрегать обязательствами, возложенными на него мандатом. Копии письма были отправлены в Совет Лиги Наций и Верховному комиссару Палестины Джону Ченслору, который писал своему сыну, что «поистине евреи – неблагодарная раса», и что арабы «словно дети, и им очень трудно помогать».

Любые столкновения с арабским населением приводили к активизации ревизионистов, особенно их правого, наиболее радикального, крыла. Ряды ревизионистов постоянно росли. Если на Сионистском конгрессе 1925 года было всего четыре делегата-ревизиониста, то в 1931 году уже пятьдесят два. Следует отметить, что сионисты-социалисты разделяли многие убеждения ревизионистов, но в отличие от них, старались не делать преждевременных заявлений, от которых еврейскому делу, как говорится, «не было бы никакой пользы, кроме вреда». Разумеется, было бы хорошо и просто замечательно превратить Великобританию из наблюдателя, который периодически вставляет палки в колеса, в сподвижника, но как это можно было сделать? Разумеется, было бы неплохо иметь регулярные воинские части, желательно – по гарнизону в каждом еврейском поселении, но кто бы позволил сделать такое сразу и открыто? Как говорится, «мечтать о чолнте[56] с мясом хорошо, когда есть деньги». А еще говорят: «знай свою выгоду сам, а другим ее знать не обязательно». Еще в декабре 1920 года на той конференции, в ходе которой был основан Гистадрут, постановили создать Хагану[57] – подпольную армию самообороны. Под патронажем Гистадрута, который можно считать и первым военным министерством в Эрец Исраэль, был налажен учет резервистов, проводилось обучение, закупалось, а то и изготавливалось оружие.

Пятая алия

С 1932 года поток иммиграции снова начал расти. В 1935 году в Палестину прибыли шестьдесят шесть тысяч евреев, в основном из Германии, Румынии и Польши, а всего за период с 1932 по 1935 годы еврейское население Палестины удвоилось и теперь составляло триста восемьдесят тысяч. Немецкие евреи сплошь были городскими жителями, поэтому они старались осесть в городах. Вдобавок, многим в то время удавалось вывезти часть своих капиталов, которые вкладывались в дело на новом месте. Пятая алия способствовала бурному развитию еврейских городов и еврейской промышленности, которая с 1936 года начала экспортировать свою продукцию. К тому времени в Тель-Авиве (вместе с Яффой) проживали около ста сорока тысяч евреев, в Иерусалиме – семьдесят тысяч, а в Хайфе более сорока тысяч.

Охранница кибуцца

Демонстрируя откровенный антисемитизм, правительство нацистской Германии, а также правительство фашистской Италии активно заигрывали с арабами, стремясь таким образом ослабить позиции Великобритании и Франции в ближневосточном регионе. В этой политической игре активно муссировалась тема «общего врага» – еврейской нации. Великобритания и Франция рассматривались как враждебные для обеих сторон «плутократические режимы», угнетающие народы, стремящиеся к национальному возрождению. Палестинские арабы, стремившиеся освободиться от британского мандата и создать Арабскую Палестину (чисто арабскую, без евреев), активнее всего шли на сближение с фашистами.

Новое арабское восстание

В ответ на очередной антиеврейский протест, заявленный ведущими арабскими политическими партиями, в декабре 1935 года Верховный комиссар Палестины сэр Артур Уокоп снова поднял вопрос о создании высшего законодательного органа во главе с председателем, кандидатура которого будет утверждаться британцами. Британцы наивно верили в то, что если «усадить арабов и евреев на одну скамью», то из этого в конечном итоге выйдет какой-то толк. На деле же общий выборный парламент не устраивал ни арабов, которые не желали делить власть с евреями, ни евреев, прекрасно понимавших, что арабское большинство заблокирует идею создания еврейского государства. Хаим Вейцман, незадолго до того вернувшийся к руководству сионистским движением, заручившись поддержкой Мандатной комиссии Лиги наций и некоторых депутатов парламента, убедил британское правительство отказаться от этой идеи.

Арабы, недовольные тем, что евреи снова сумели настоять на своем (хотя и самих арабов общий парламент никак не устраивал), в апреле 1936 года начали нападать на евреев. Отряды подпольной организации Иргун Цваи Леуми,[58] созданной ревизионистами еще в 1931 году, отвечали на нападения по принципу «око за око». Возглавивший арабское восстание муфтий Иерусалима аль-Хусейни призвал к общепалестинской забастовке и прекращению уплаты налогов. Одновременно и словно бы стихийно поднялось вооруженное восстание – теперь арабы воевали не только с евреями, но и с британцами. В помощь восставшим прибывали добровольцы из соседних арабских стран. Руководил восстанием Верховный арабский комитет, созданный в апреле 1936 года и возглавляемый аль-Хусейни.

Для евреев шестимесячная арабская забастовка оказалась благом, поскольку она способствовала развитию еврейской экономики, а вот самим арабам столь длительное бездействие нанесло выраженный ущерб – желая наказать британцев, они в первую очередь наказали самих себя.

Арабский автобус после взрыва бомбы, заложенной Иргуном. 29 декабря 1947 год

В октябре 1936 года, после совместного обращения королей Трансиордании, Ирака, Йемена и Саудовской Аравии к руководившему восстанием Верховному арабскому комитету, забастовка и вооруженная борьба были прекращены. 11 ноября 1936 года в Палестину прибыла комиссия, которой было поручено разобраться в ситуации. Верховный арабский комитет сначала отказался от сотрудничества с комиссией до тех пор, пока не будет прекращена еврейская иммиграция, но затем, под давлением правителей соседних арабских государств и здравомыслящих лидеров палестинских общин, изменил свое решение.

В январе 1937 года, на одном из заседаний комиссии, была впервые озвучена идея раздела Палестины на два государства – еврейское и арабское. «В создании еврейского государства я видел реальную возможность нормализации отношений с арабами… – писал Хаим Вейцман. – Арабы опасаются того, что мы захватим всю Палестину, и в такой ситуации еврейское государство с четко определенными границами… стало бы окончательным решением проблемы. Вместо того, чтобы быть меньшинством в [объединенной] Палестине, мы стали бы большинством в нашем собственном государстве и смогли бы на равных взаимодействовать с нашими арабскими соседями». Давид Бен-Гурион, избранный в 1935 году председателем Еврейского агентства, смотрел на раздел Палестины несколько иначе: «благодаря обладанию своей территории мы увеличим нашу силу, а любое увеличение нашей силы облегчает взятие под контроль всего Эрец Исраэль». Но, так или иначе, все здравомыслящие сионисты соглашались с вариантом раздела Палестины, поскольку другого выхода из сложившейся ситуации не было.

Белые книги 1937 и 1939 годов

В июле 1937 года британское правительство, возглавляемое Невиллом Чемберленом, опубликовало очередную Белую книгу, в которой, в частности, предлагалось создать в Палестине еврейское и арабское государства. Двадцатый Сионистский конгресс, состоявшийся в августе в Цюрихе, одобрил концепцию двух государств, а Верховный арабский комитет отверг ее. 26 сентября боевики арабской террористической организации «Черная рука» убили комиссара Галилеи Льюиса Эндрюса. Эта акция стала толчком к возобновлению восстания, которое удалось подавить полностью только к сентябрю 1939 года, то есть к началу Второй Мировой войны.

Накануне новой мировой войны лояльность арабского населения Палестины и вообще всех арабов, находившихся в британской сфере влияния, приобретала для Лондона особо важное значение, ведь речь шла не просто о порядке на подмандатных территориях – важно было удержать арабов от перехода на сторону Германии в грядущей войне (особенно с учетом того, что на территориях, населенных арабами, были сосредоточены богатые нефтяные запасы).

Еврейские интересы в очередной раз были принесены в жертву политике. «Белая книга» 1939 года (отчет министра колоний Малькольма Макдональда) предусматривала создание в течение ближайшего десятилетия единого палестинского государства. Еврейская иммиграция в ближайшие пять лет ограничивалась семьюдесятью пятью тысячами человек (и это при том, что творилось в Германии и ряде других европейских стран!), а дальше становилась возможной только с согласия арабов, то есть – прекращалась. Ограничение на покупку земли евреями практически сводило такую возможность к нулю. Короче говоря, Великобритания отказывалась от «Декларации Бальфура».

«Белая книга» была опубликована 17 мая, а уже на следующий день начались массовые акции протеста палестинских евреев. В своем официальном заявлении председатель Еврейского агентства Давид Бен-Гурион сказал, что политика уступок арабам не может устроить евреев и что при невозможности добиться желаемого политическим путем евреи сделают это силой, и предупредил британцев, что еврейское восстание станет для них столь же крупной проблемой, что и арабское. В знак серьезности еврейских намерений члены Иргун устроили несколько взрывов в британских административных учреждениях и на железной дороге.

В августе 1939 года в Женеве собрался Двадцать первый Сионистский конгресс, на котором была подтверждена готовность сионистов к борьбе за создание своего государства и принято решение увеличить нелегальную иммиграцию, чтобы спасти от уничтожения как можно больше западноевропейских евреев. «Мы должны действовать так, как будто в Палестине существует еврейское государство, – сказал в своем выступлении Бен-Гурион, имея в виду готовность защищать еврейские интересы с оружием в руках, – и продолжать делать это до тех пор, пока в Палестине не появится еврейское государство».

Считая, что евреи вынужденно согласятся со столь выраженным ущемлением их прав, британское правительство загнало себя в тупик. Дело непременно закончилось бы еврейским восстанием, если бы не началась Вторая мировая война.

Глава четвертая. «Мы будем оказывать помощь Британии в войне так, как будто нет Белой книги, и бороться против Белой книги, как будто нет войны»

Начало второй Мировой войны

В начале войны расклад сил на Ближнем Востоке был благоприятным для Великобритании. Британцы контролировали Палестину, Трансиорданию, Ирак и Египет, а Сирия, Ливан и Северная Африка находились под контролем французов. Но Гитлеру понадобилось менее полутора месяцев для того, чтобы разобраться с Францией (а заодно – с Бельгией и Голландией). Северная часть Франции была оккупирована немцами, а в южной был установлен коллаборационистский режим. В результате британцы остались на Ближнем Востоке одни, а Ближний Восток был важен не только как регион, богатый нефтью, но и как «ключ» к Суэцкому каналу.

Зимой 1940–1941 годов британским войскам удалось разбить в Северной Африке численно превосходившую их итальянскую армию, но уже в феврале 1941 года против британцев начал действовать Африканский корпус вермахта, которым командовал генерал-лейтенант Эрвин Роммель, по праву считавшийся одним из лучших гитлеровских стратегов. Одержав победу в сражении у Эль-Газалы (Итальянская Ливия), Роммель в июне 1942 года захватил стратегически важный порт Тобрук, бывший главной британской морской базой на средиземноморском побережье Африки. Создалась угроза захвата Палестины и Александрии. В столь тяжелой ситуации на Ближнем Востоке у Великобритании был только один надежный союзник – евреи.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ашкеназами называются евреи Центральной Европы (Здесь и далее прим. переводчика).

Вернуться

2

Иудея и Самария также известны как «Западный берег реки Иордан».

Вернуться

3

Слово «Израиль», обозначающее и Землю Обетованную, и еврейский народ, пошло от имени, полученного Иаковом от Бога после борьбы с ним (имя можно перевести как «богоборец»). Кстати, принятое в русском языке название «Государство Израиль» является не совсем правильным переводом «‏מְדִינַתיִשְׂרָאֵל», правильный вариант «Государство Израиля» (родительный падеж).

Вернуться

4

Книга Исход – вторая книга «Пятикнижия Моисеева» или Торы (Закона), а также христианского Ветхого Завета.

Вернуться

5

Дион Кассий (Луций Клавдий Кассий Дион Кокцеан; ок. 155–ок. 233) – римский историк, автор «Римской истории» в восьмидесяти книгах.

Вернуться

6

Угнетение евреев в Древнем Египте началось после того, как кочевники-гиксосы захватили страну и начали править ею.

Вернуться

7

«Декларация прав человека и гражданина» – главный документ Французской революции, определяющий индивидуальные права человека на принципах равноправия и свободы. Была принята Национальным учредительным собранием 26 августа 1789 года.

Вернуться

8

Последний запрет имел очень важное значение, поскольку значительную часть выручки еврейские торговцы получали именно по воскресеньям и праздникам, когда православные магазины и лавки были закрыты.

Вернуться

9

Сефардами называются евреи, жившие некогда на Пиренейском полуострове, и их потомки.

Вернуться

10

Цфат – город на севере Израиля, один из четырех священных городов для евреев, наряду с Иерусалимом, Тверией и Хевроном.

Вернуться

11

«Эрец Исраэль» (в пер. с иврита – «Земля Израильская») – наиболее распространенное название Земли Обетованной.

Вернуться

12

Название этого поселения, дословно переводящееся как «Первый [сказал] Сиону», было взято из Книги пророка Исайи: «Я первый сказал Сиону: «вот оно!» и дал Иерусалиму благовестника».

Вернуться

13

Подробности дела Дрейфуса можно узнать из письма «Я обвиняю», написанного известным французским писателем Эмилем Золя президенту Французской Республики Феликсу Фору.

Вернуться

14

В Талмуде (своде правовых и религиозно-этических положений иудаизма) есть мидраш (толкование) под названием «Три клятвы». Две клятвы взяты Богом с евреев – не «подниматься стеной», то есть – не возвращать силой Землю Израиля, и не восставать против народов мира. С народов мира была взята клятва в том, что они не станут порабощать евреев чрезмерно. Религиозные евреи относятся к «Трем клятвам» двояко. Ультраортодоксы-харедим возражают против создания еврейского государства (что не мешает многим из них проживать в Израиле и получать пособия и дотации от государства). Сионисты не отвергают «Три клятвы», как таковые, но считают, что евреи освободились от необходимости соблюдать их после того, как другие народы нарушили свою клятву и начали притеснять евреев чрезмерно (что такое геноцид, как не чрезмерное притеснение).

Вернуться

15

В противовес понятию о евреях как о физически слабых умниках, Нордау разработал концепцию так называемого «мускулистого иудаизма», которая, помимо развития умственных качеств, также побуждала к развитию дисциплинированности, силы воли и таких физических качеств, как сила, ловкость, выносливость. Широко известно высказывание Нордау, ставшее в какой-то мере программным: «Евреи добиваются превосходства лишь потому, что им отказано в равенстве».

Вернуться

16

Еврейская пословица, аналогичная русской «В каждой бочке меда найдется ложка дегтя».

Вернуться

17

Бней-Брит («Сыны Завета») – влиятельная еврейская общественная организация, основанная в 1843 году в Нью-Йорке выходцами из Германии, целью которой является «объединение лиц иудейской веры в работе, направленной на удовлетворение их важнейших интересов и интересов всего человечества».

Вернуться

18

Ишув – собирательное название еврейского населения Эрец Исраэль, бывшее в ходу до создания Государства Израиль.

Вернуться

19

Машиах («помазанник») – иудейский Мессия, который принесет избавление народу Израиля и осуществит спасение всего человечества.

Вернуться

20

Слова писателя Израэла Зангвилла, ставшего лидером так называемых «территориалистов», согласных на переселение на иные территории.

Вернуться

21

Промежуток между праздниками Песах и Пурим составляет около одиннадцати месяцев.

Вернуться

22

Артур Руппин (1876–1943) – видный еврейский ученый-социолог, активный деятель сионистского движения, один из основателей Тель-Авива. В 1908 году решением Восьмого сионистского конгресса был направлен в Палестину на постоянное проживание. Открыл в Яффе Палестинское еврейское бюро (исполнительный орган Всемирной сионистской организации в Эрец Исраэль, ныне известный как Еврейское агентство для Израиля или Сохнут) и стал его первым руководителем. Основал социологический факультет в Еврейском университете в Иерусалиме и написал такие важные социологические труды, как «Дарвинизм и социология», «Евреи нашего времени» и «Евреи в современном мире».

Вернуться

23

В память о спасении евреев Древней Персии от истребления отмечается Пурим, самый веселый праздник в иудаизме. История его такова. Советник персидского царя Артаксеркса Аман-амаликитянин невзлюбил еврея Мордехая, привратника за то, что тот не кланялся ему при встрече. Неприязнь к Мордехаю Аман перенес на всех евреев, начал настраивать царя против них и добился согласия на истребление всего еврейского народа. «И посланы были письма через гонцов во все области царя, чтобы убить, погубить и истребить всех иудеев, малого и старого, детей и женщин в один день, в тринадцатый день двенадцатого месяца, то есть месяца Адара, и имение их разграбить», говорится в Книге Эсфири. Евреев спасла приемная дочь Мордехая Эсфирь, избранная царем в жены. Она разоблачила перед Артаксерксом происки Амана, который в результате был повешен на дереве, приготовленном им для Мордехая. Согласно традиции в Пурим нужно пить вино до тех пор, пока человек не перестанет различать, произносит ли он проклятия Аману или благословения Мордехаю. О невоздержанных в питье евреи говорят: «Он каждый день празднует Пурим». Выражение «и повесили Амана на дереве, которое он приготовил для Мордехая» употребляется не только в смысле «не рой другому яму», но и в смысле «все образуется, будет хорошо».

Вернуться

24

Алия (дословно – «восхождение», поскольку в Страну Израиля не приезжают, а поднимаются или восходят) – репатриация евреев на историческую родину.

Вернуться

25

«Халуцим» переводится как «пионеры», «первопроходцы». Это слово может применяться в разных сферах, но в широком смысле оно означает активистов алии.

Вернуться

26

В переводе – «Молодой Рабочий».

Вернуться

27

Маккавеями называли героев, освободивших Иудею от сирийско-греческих захватчиков в шестидесятых годах II века до н. э. Название образовано от прозвища «Маккавей», данного лидеру восставших Иуде из священнического рода Хасмонеев. Значение прозвища истолковывается по-разному, но большинство историков связывает его с арамейским «маккаба», что означает «молот» (молот, разящий врагов).

Вернуться

28

Шлемазлами (в дословном переводе – «полное счастье») называют неудачников. Средневековый мудрец Авраам Ибн-Эзра говорил о шлемазле так: «Если он начнет ткать саваны, то люди перестанут умирать, если он станет делать свечи, то солнце будет светить в небе круглые сутки».

Вернуться

29

Джизья (джизия) – подушная подать, взимаемая с иноверцев-мужчин в мусульманских государствах в качестве платы за сохранение жизни и защиту.

Вернуться

30

Исраэль Шохат (1886–1961) – видный израильский военный и политический деятель, репатриант второй алии, создатель и руководитель первой военизированной еврейской организации в Палестине.

Вернуться

31

Шимон Бар-Гиора – иудейский военачальник, воевавший с римлянами во второй половине I века, убежденный противник рабства (потому и «второй Спартак»).

Вернуться

32

В переводе – «страж».

Вернуться

33

В переводе – «защита».

Вернуться

34

В переводе – «усадьба».

Вернуться

35

На перекрестке улиц Герцль и Эхад ха-Ам в южном Тель-Авиве стоит красивый и довольно нестандартный дом Акивы Вайса, построенный им по собственному проекту.

Вернуться

36

В переводе – «группа», «община».

Вернуться

37

Форшмак (гехактехерринг) – традиционное еврейское блюдо из селедки, лука, моркови и других ингредиентов. Слово «форшмак» употребляется в значении «мешанина», «сборная солянка».

Вернуться

38

Антанта – военно-политический блок России, Великобритании и Франции.

Вернуться

39

Лига Наций – международная организация, основанная в 1919 году, предшественник Организации Объединенных наций.

Вернуться

40

Трансиорданией (Заиорданьем) называется область, лежащая к востоку от реки Иордан.

Вернуться

41

Хашимиты – одна из правящих ближневосточных династий, ведущая свое происхождение от Хашима ибн Абд Манафа, прадеда пророка Мухаммада. В сентябре 1932 года Королевство Хиджаз и ряд других территорий были объединены в Королевство Саудовская Аравия.

Вернуться

42

Город на севере Израиля, основанный в 1964 году.

Вернуться

43

«Белая книга Черчилля» – первая из шести «Белых книг» (представляемых британскому парламенту отчетов о политических мероприятиях правительства), касавшихся Палестины. «Белой книгой» традиционно называют обстоятельные правительственные документы, содержащие не только описание проблем, но и способы их решения.

Вернуться

44

Кстати говоря, Карл Маркс (сам бывший евреем) считал евреев не нацией, а особой социальной группой на том основании, что среди евреев (в середине XIX века) не было крестьян.

Вернуться

45

Ныне – Иордания.

Вернуться

46

В 1930 году Великобритания заключила с иракским правительством короля Фейсала договор, по которому Ираку предоставлялся юридический суверенитет при условии сохранения на его территории британских военных баз.

Вернуться

47

В переводе – «консолидация».

Вернуться

48

Из письма Жаботинского Аббе Ахимеиру, одному из лидеров ревизионистов, возглавлявшему правую ревизионистско-максималистскую фракцию и восхищавшемуся итальянским фашизмом (дело было в конце двадцатых годов прошлого века, когда фашисты еще не проявили в полную мощь свой оголтелый антисемитизм).

Вернуться

49

В переводе – «Федерация». Полное название – «Всеобщая федерация рабочих Земли Израильской».

Вернуться

50

В переводе – «больничная касса».

Вернуться

51

Западная Стена, она же Стена плача – сохранившаяся часть стены Второго Храма, разрушенного римлянами в 70 году. Расположена у западного склона Храмовой горы в Старом городе Иерусалима. Арабское название «Стена плача» происходит от еврейского обычая приходить к этому месту для того, чтобы оплакивать разрушение Храма. Сами же евреи называют стену «Западной стеной» или просто «Стеной».

Вернуться

52

Йом-кипур («День искупления» или «Судный день») – день покаяния и отпущения грехов в иудаизме, в который Бог подводит итог делам человека за прошедший год. Считается самым священным днем в году.

Вернуться

53

Девятое ава (девятое число месяца ав) – день траура еврейского народа, в который были разрушены Первый и Второй Иерусалимские храмы. В Иерусалиме в этот день принято идти к Западной стене.

Вернуться

54

Название представляет собой аббревиатуру от ‏«брит Иосиф Трумпельдор» («Союз имени Иосифа Трумпельдора»).

Вернуться

55

«Ха-тиква» («Наша надежда») – патриотическая песня на стихи галицийского репатрианта Нафтали Герца Имбера, ставшая гимном сионистского движения и гимном Государства Израиль.

Вернуться

56

Чолнт – традиционное еврейское субботнее горячее блюдо, приготовленное из мяса, овощей, крупы и фасоли, которое ставится в печь в пятницу перед наступлением субботы (в еврейской традиции день начинается с вечера) и томится до следующего дня, таким образом в субботу евреи получают горячее блюдо, не нарушая при этом субботнего запрета на приготовлении пищи.

Вернуться

57

В переводе – «защита».

Вернуться

58

Иргун Цваи Леуми (Национальная военная организация) – еврейская подпольная организация самообороны, действовавшая на территории Палестины с 1931 по 1948 год.

Вернуться