Павел Черкасский
Из прошлого – в будущее

Из прошлого – в будущее.
Предисловие

Жизненные вехи Павла Владимировича Черкасского многогранны и разноплановы. Это – работа бригадиром виноградарского хозяйства, сотрудником административных структур, офицерская служба в рядах Советской армии, продуктивный и заметный труд в ряде общественных организаций, весомые конкретные показатели в спорте (бокс, футбол).

Плюс к этому – профессиональное увлечение охотой и воплощение ее результатов в литературной деятельности.

Именно по этой тематике П. Черкасским издано три книги и имеется множество литературных публикаций в целом ряде краевых и республиканских журналов. Поэтому совсем не случайно, что на Кубани Павла Черкасского порой называют «нашим кубанским Пришвиным». А вот в своей последней книге «Из прошлого в будущее» Павел Владимирович на радость краевой читательской братии своё литературное дарование тематически ощутимо расширил.

Кто есть Я? Можно ли понять и обрести самого себя? Где и как искать свою точку опоры в наше сложное и непростое время?

Оказывается, это возможно при условии освоения и усвоения не только опыта своих прошлых лет, но и восприятия жизненных вех твоих непосредственных предков и достойных людей прошлого и современности. Тогда «Иванов, не помнящих родства» станет среди нас на одного человека меньше.

А Павел Черкасский –свою задачу в плане озвучивания истории своей семьи (и не только об этом) выполнил исключительно добросовестно и с полной душевной отдачей.

И.Э.Ясинский,

член Союза российских писателей,

заместитель главы Представительства Союза российских писателей в Краснодарском крае,

член Союза журналистов России.

От автора

«Из песни слов не выкинешь» (народная мудрость)

«Необходимо сказать всю правду до конца, не утаивая неприятное» (высказывание времён Римской империи)

Никогда в жизни, ни в каком страшном сне не могло мне, Черкасскому Павлу Владимировичу, присниться, что два братских в недалеком прошлом народа – русские и украинцы, после всего, что нас связывало, соединяло, цементировало десятилетиями, столетиями, пойдут друг на друга войной.

Ещё в свое время немецкий, «железный» канцлер Бисмарк высказывал и обосновывал мысль, что победить Россию невозможно. Или чрезвычайно трудно. Реально этого можно достичь только тогда, когда удастся стравить русских с украинцами. На настоящий день у Запада, и в первую очередь у США эти преступные устремления очень активно пытаются воплощаться на западных границах Российской Федерации.

Попытка подавления и дискриминации русского населения привела к отсоединению Крыма, и ожидаемо – к взрыву недовольства в областях востока. Восемь лет со стороны украинских нацподразделений продолжались постоянные обстрелы территорий Донбасса. В результате две республики объявили о выходе из состава Украины.

С 24 февраля 2022 года в результате невыполнения Киевом ни одного из пунктов Минских соглашений, вооруженная фаза конфликта перешла в открытое противостояние между ВСУ (вооруженные силы Украины) с одной стороны – и подразделениями Донецкой и Луганской народных республик совместно с Вооруженными силами РФ с другой. Идет полномасштабная военная операция, в которой ядерные державы – Англия, Франция и США активно помогают Украине. Последние фактически спровоцировали и подтолкнули Украину к широкой провокационной деятельности касательно русского населения востока страны.

На стороне Луганской и Донецкой народных республик – Россия, которая тоже владеет ядерным оружием. И это является основополагающим фактором, сдерживающим Запад и Америку, которая в последнее десятилетие теряет мировое лидерство.

Отсюда и военный кризис, основная задача которого – желание ослабить или уничтожить наше государство.

В настоящий момент противостояние между конфликтующими сторонами идет по нарастающей. Мы, россияне, несомненно верим в нашу победу. Но как долго и какими путями будет развиваться проводимая Россией с союзниками операция, прогнозировать сложно.

Ещё хочу особо подчеркнуть, что наличие ядерного оружия у противоборствующих сторон является не только сдерживающим фактором, но и чрезвычайно опасным. Поэтому в эти дни я плотно взялся за систематизацию своих записей о вопросе, который вынашивал долгие годы. А время летит вперед неумолимо – мне ведь уже как-никак восьмой десяток лет. Речь же пойдёт об истории моего рода.

Историческая справка

Фамилия «Черкасский» не является распространённой в географических регионах России и стран ближнего Зарубежья. В дошедших до наших дней старых записях граждане с этой фамилией относились к высшему обществу в ХV-ХVIвеках славянского киевского боярства, являлись важными персонами славянского московского духовенства, в ХVII – ХVIII веках имевших весомую власть и почести (привилегии).

Изначальные корни моей и нашей семейной фамилии можно обнаружить в книге переписи населения Древней Руси во времена царствования Ивана Грозного. У правителя имелся определённый реестр привилегированных, ярких, звучных фамилий, которые давались близким и приближённым только в случаях особых заслуг в качестве награды. Поэтому эта фамилия донесла своё личное оригинальное обозначение и является редкой и уникальной.

Есть предположение, что изначально фамилия «Черкасский» имеет своё однородное происхождение и берёт начало от последнего египетского султана Инала (ум.1453 г.), который был одним из плеяды мамлюкских султанов, правивших в Египте с 1254 по 1517 годы. Свергнутый с престола Инал эмигрировал из Египта на Северный Кавказ. На территории Кабарды он основал независимое государство. Идар – (внук или правнук) Инала имел трёх сыновей (Темрюк, Камбулат, Желегота). Известны три родственные ветви князей Черкасских, ведущие своё происхождение от старшего князя Кабарды второй половины ХVI века Темрюка (ум.1571 г.) и его родных братьев Камбулата и Желегота. В истории России эти ветви изучены хорошо. Начиная с правления Ивана IV (позже Грозного), фамилия «Черкасский» приобрела то значение, которое и осталась в истории по сей день.

После смерти первой жены Иван IV, Анастасии Захарьевой-Юрьевой, находившийся в зените своей славы царь решил изменить традицию и поискать себе невесту в чужих странах. Царские сваты отправились в Польшу, Швецию и на Кавказ – «у черкасских князей дочерей смотрети». Фёдору Вокшерину и Семёну Мякину, посланным на Кавказ, улыбнулась удача. В 1561 году они сосватали дочь владыки Большой и Малой Кабарды князя Темрюка – наречённую невесту российского государя царя Ивана Васильевича, Гошаней, Марию Темрюковну. (По мнению историков, они обе были отравлены конкурирующими боярами. Мария успела прожить с царем 8 лет. Существует мнение, что именно эти прискорбные факты стали причиной изменения характера государя в сторону жестокости и подозрительности).

Многие из князей Черкасских долгие годы были на государственной службе у царей и проживали на территории, как России, так и нынешней Украины, Польши и Белоруссии.

Наряду с основной линией рода Черкасских в России в ХVI-ХIХ вв. действовали также и другие представители этой фамилии, определить точное место которых на родословном древе затруднительно. Более того, существовали целые роды, по-видимому, не имеющие прямого отношения к потомкам Темрюка и его братьев. Таковы, например, князья Ахмашуковы -Черкасские и Егуповы -Черкасские.

Фамилия «Черкасский», возможно, имеет и польское происхождение и формируется либо из самой Польши, либо из соседних с ней государств (Украина, Белоруссия). Подавляющее большинство представителей фамилии «Черкасский» относилось к польской шляхте (дворянство).

Фамилия «Черкасский», приобретя историческое значение, дошла до наших дней, воплотившись в названиях улиц, переулков, городов и других населённых пунктов, как в России, так и в ближнем Зарубежье.

История родословной

Мне кажется, что больше всего именно эти народные высказывания, которые я взял в эпиграф книги, объективно и реально подходят касательно моей истории, а, соответственно, и нашей родословной рода Черкасских.

В эпиграфах заложен смысл, который заключается в том, что жизнь сама по себе не так уж и проста. События, о которых повествуется ниже, разнообразны и порой противоречивы. Люди, а это мои родственники, сталкивались не только с позитивными явлениями, но и с трудностями и несправедливостями, которые им преподносила жизнь.

Колея судьбы абсолютно всех людей несет в себе как положительные, так и отрицательные составляющие. Жизнь, которую довелось прожить моим родичам-предшественникам, была сродни широкой и бурной реке, и по этой реке они плыли иногда по течению, иногда против него, но всегда боролись, чтобы выжить и победить. Те, чье плавание закончилось, остались как бы на берегу, но рядом в спешащей стремнине, устремляются из прошлого в будущее те, кто живёт сегодня и те, кто родится впоследствии. Они продолжат плыть и плыть дальше по жизни, минуя одно столетие за другим. И хочется, чтоб они осознавали и помнили, что принёс их в мир не аист, а конкретные люди прошедших эпох, к которым они имеют самое прямое отношение.

История нашей родословной, как и всех других людей, уходит корнями далеко в глубину столетий, насколько удалось этот вопрос мне раскопать. В моих записях можно увидеть историю нашей Родины – Древней Руси, Российской империи, Советского Союза и современной России. И какой бы она не была, историю эту нельзя изменить. Она была и останется такой, какой есть. Изучив свою родословную до шестого поколения, сегодня можно с уверенностью сказать, что мои предки были достойными защитниками нашего государства, отстоявшие его в военных сражениях и трудом своим приумножавшие его благосостояние и могущество.

Мои предки были казаками, значит – крепким народом, воинами. Они защищали Отчизну в сражениях, а в мирное время, пахали землю, выращивали скот, рыбачили, создавали семьи, и очень редко отдыхали. И я, как их потомок, впитавший в себя частицы наследного родства слишком далеких и более близких своих предков, в течение жизни делал то же самое.

Что касается «Моей родословной», я начну с себя. Позволю сказать, что, коль я взялся за перо, то именно я являюсь основоположником этого древа, корни которого, опускаясь всё ниже и ниже, доходят до глубины, которую удалось достичь в старых архивах. Что дальше – можно только предположить исходя из общей истории нашего государства. Но что бы там ни было: какие бы великие переселения народов не касались моего прошлого, какие бы войны и катаклизмы не переворачивали вверх дном уже далёкий окружающий мир, какие бы ветры не забрасывали моих предков на край земли, однозначно, несомненно и бесспорно: моя фамилия – «Черкасский».

Находясь на стыке корня и ствола своей родословной, а это самая серьёзная и основополагающая часть любого дерева, я всегда вижу рядом своих родных – сестру и брата. А вот чуть выше появились новые молодые побеги: это наши дети и внуки, которые уже выросли. А дальше, надеюсь, потянутся вверх новые веточки и листва уже в виде правнуков, и так далее. Точно так же, как и другие мои родственники, имея общую родословную по моему отцу – появляющиеся со временем новые побеги также будут разрастаться вширь и ввысь. Этот процесс не остановить. Пройдут годы, десятилетия, столетия и, я надеюсь, что кто-то из моей пока не родившейся родни продолжит дело Павла Черкасского, то есть, меня. Может, это будут мои дети, внуки, правнуки. Или кто-то из близких родственников по отцовской линии. Возможно, это уже сформируется другая маленькая история или ответвление истории под названием «Моя родословная», о которой сейчас разговор.

Фамилию Черкасская оставили также моя дочь Анна и родная племянница Елена. На мне по моей линии родословная пресекается. У Елены – дочь Ксения Черкасская. Но родословная фамилии продолжается по мужской линии – это всем известно. И мы исходим из того, что имеем и радуемся этому. А имеем мы на сегодняшний день продолжателей рода нашего, это сыновья моего родного племянника Сергея Александровича и его жены Любы – Владислав и Артём Черкасские.

Наследник рода – Черкасский Владислав Сергеевич(2023г.)

Интересоваться своей предысторией я начал, когда мне было лет около тридцати. Вначале я просто расспрашивал у отца и матери об их детстве и молодости, их родителях, т.е. уже моих дедушках и бабушках, затем – прадедушках и прабабушках. Зачастую эпизодически я начал записывать с их слов наиболее интересные и впечатлившие меня моменты. Писал порой на том, что мне попадалось под руку, да ещё вспоминая художника Ван Гога – он тоже рисовал на том, что на тот момент рядом лежало. Позже я начал уже более системный сбор фотографий и документов, записи производил в тетрадках.

Черкасские: Сильная женщина

До революции 1917 года все четыре ветви уже современного моего рода имели украинские корни, причем из одной Кировоградской области Украины. Все эти ветви в разное время переселились на Кубань. Одними из последних переселенцев из этих четырёх ветвей в начале 1918 года были Черкасские и Осиповы. Характерно и то, что все они переехали на место современного посёлка Ильич (в те годы кордон Ильича), Темрюкского района, Краснодарского края.

Центральную ветвь в этой истории занимают опять-таки Черкасские. Это основа основ, стержень моего рода. Именно здесь, на побережье, закладывался волею судьбы тот фундамент, в результате которого я и пишу сейчас эти строки. Именно тут начиналась новая жизнь семьи Марии Ивановны Черкасской, в девичестве Лычман (Личман), моей прабабушки, бабушки моего отца.

Посёлок расположился на берегу Керченского пролива, соединяющего Азовское море и Чёрное. Приехала Мария одна с детьми, без мужа. Муж её, Евдоким Фёдорович, казак, ещё до революции, примерно в 1916 году умер от воспаления лёгких, которое получил после того, как провалился под лёд на речке. Он оставил Марии семерых детей: двух взрослых – Ганну, двадцати лет и Василия, восемнадцати лет, и пятерых малолетних детей в возрасте от года до десяти.

Я так подробно остановился на этом, указывая возраст детей, ибо хочу обратить внимание на то, какое нужно было иметь мужество и силу воли, чтобы решиться на переезд. Это я пишу о женщине, которая осталась без кормильца и решилась на этот шаг в то очень непростое и смутное время. Всех своих детей она одна здесь, на Кубани, сумела вырастить и наставить на путь истинный. Никто из них в тяжёлое для страны время не умер от голода, а выжил и прожил трудную, сложную, но достойную жизнь в новом, недавно образовавшемся государстве под названием Союз Советских Социалистических Республик. Мария Ивановна дожила до 93 лет и ушла из жизни 5 января 1947 года, дождавшись возвращения с войны трёх своих сыновей из четырёх, ушедших воевать с фашистами.

Василий Евдокимович Черкасский, старший сын Евдокима Федоровича и Марии Ивановны, с женой Мищенко Марией Нестеровной

Не вернулся с фронта Павел Евдокимович Черкасский (мой дед), пропав без вести 3 ноября 1943 года после освобождения Харькова во время наступательной операции на Киев. В извещении, которое получила его жена, Фёкла (до замужества Осипова), говорилось: «… рядовой Черкасский Павел Евдокимович, 1906 года рождения, в бою за Социалистическую Родину, верный воинской присяге, проявил геройство и мужество, находясь на фронте, пропал без вести».

Три его брата, Василий, Илларион и Иван – все воевали до победы на различных фронтах, все вернулись с боевыми наградами, орденами и медалями.

В верхнем ряду слева направо братья Илларион и Василий Черкасские,

Справа в нижнем ряду младший брат, Иван Черкасский

Старшему сыну Марии, Василию в своё время довелось воевать и в Гражданскую войну в составе Красной армии у Буденного. Василий, был по тем временам довольно-таки грамотным человеком, окончил четыре класса церковно-приходской школы. До войны с фашистами он работал бухгалтером в колхозе, а после разгрома лютого врага – бухгалтером в колхозе и секретарём сельского Совета. Во времена же Отечественной войны он служил в кавалерии у Льва Доватора, знаменитого конника. Именно Доватор, участник испанских событий, во время Великой Отечественной одним из первых принимал участие в успешных тактических разработках кавалерийских атак в новых военных условиях, когда приходилось уже иметь дело с механизированной вражеской техникой. И – лично, с успехом, возглавлял эти атаки. Хочется добавить, что генерал-майора его солдаты не только чтили, но и искренне любили. После его гибели от автоматной очереди во время атаки у села Палашкино, его воины в дальнейшем с максимально возможной силой мстили захватчикам с именем командира на устах… Кстати, не могу не удержаться и не озвучить некий момент, который у меня, самого некоторое время связанного с воинским делом, дать некоторые пояснения.

Во времена «лихих девяностых», когда всё героическое, связанное с жизнью в Советском Союзе, искажалось и перевиралось по полной программе, бытовала версия, что наша кавалерия бросалась с саблями в лобовые атаки на танки противника. Задача же в данной ситуации стояла совершенно иная – отсечь или уничтожить сопровождающих вражеские танки пехотинцев. Если танки без пехоты все же докатятся до наших позиций, то там их сдерживали и жгли «сорокопятками», противотанковыми ружьями, гранатами, зажигательной смесью. Если же вражья пехота прорывалась вместе с танками на позиции, ситуация становилась порой угрожающей. Поэтому, поверьте, ни один дурак на танк с шашкой не бросался, а кавалерия сопровождала наши танки, когда те шли на стык с немецкими. Порой кавалеристы наносили ответный удар по немцам сами по себе, если танков не было, но старались всегда это делать с боковым уклоном – так легче врубаться в движущиеся позиции вражеской пехоты, внося туда дезорганизацию. Наработки же генерала Доватора были с успехом учтены у нас на Кубани во время знаменитой Кущевской атаки летом 1942 г.

На летних каникулах, будучи школьником, я часто проводил время у Василия Евдокимовича в станице Запорожской, Темрюкского района вместе с его внуками. Хорошо помню его кавалерийское обмундирование с боевыми наградами, весящими на ковре возле кровати. Рядом на стене – фотографии военных лет. Так сложилось, что школу-десятилетку я заканчивал тоже в его станице, ибо в нашем посёлке Ильич средняя школа появилась позже.

Василий Евдокимович часто посещал школу, приезжая туда на велосипеде, расспрашивал меня и учителей о моих успехах в учёбе, интересовался планами на будущее, порой вспоминал своего брата (моего деда) Павла. В разговоре с бывшим кавалеристом мне хорошо запомнились его «будёновские» усы и взгляд, который у него был глубоко задумчивый, с хитринкой, словно дед что-то хотел сказать мне, но его удерживала некая невидимая внутренняя сила. При этом он зачастую покручивал ус, а в его искрящихся глазах несколько раз вроде как промелькнуло что-то, наподобие слезинки. Моя память до сих пор ярко держит его образ.

Этот человек оставался всегда загадкой и для родственников, ибо он явно что-то не договаривал, и как тогда всем казалось, о чём-то умалчивал. Ежегодно он ездил на Украину к каким-то, по его словам, родственникам, но никто не знал, к кому конкретно. Хотя, конечно, на Украине были корни его (нашего) рода. Там оставался родной брат Евдокима Черкасского Пётр и его дети с внуками. Но что бы там ни было, покинув наш мир, эту тайну, если, конечно, такая тайна была, Василий Евдокимович унёс с собой.

Уже много позже я попытался выяснить у Таисии, жены его сына, Павла Васильевича об этих поездках на Украину. Павел Васильевич к тому времени ушёл в мир иной, и она оставалась одна очевидцем тех событий, так как жили они вместе с родителями мужа. Но и она к этому вопросу не смогла добавить ничего нового, что было уже известно мне.

В моей памяти крепко остался на всю жизнь один эпизод, который произошел во время посещения в 1963 году Крыма. Перед началом экскурсии по Никитинскому ботаническому саду мы, школьники, играли в прятки у ворот, ожидая, когда нас пригласят. В это время меня подозвала учительница – руководитель нашей группы. Я подошёл. Напротив, на скамеечке, сидел пожилой мужчина с палочкой в руке. Она представила меня ему. Мы поздоровались. Он начал мне говорить, что знает моего отца, что они вместе воевали, и просил передать ему привет. Разгорячённый игрой, я не спросил у него ни имени, ни фамилии, только буркнул себе под нос «хорошо» и убежал к ребятам.

Мужчина после разговора со мной встал, опираясь на палочку, и ушёл, слегка прихрамывая. Позже, поостывши, я подошёл к учительнице и спросил, кто тот мужчина и как его зовут. Мне было сказано, что он не представился, а только поинтересовался, откуда мы приехали. Узнав, что мы из кубанского посёлка «Ильич», спросил, знает ли она Черкасского Владимира Павловича. «Здесь его сын», – ответила она и подозвала меня, а сама отошла к группе. Как мне показалось тогда, незнакомец чем-то был похож на одного из братьев моего дедушки Павла – на Иллариона. Поэтому я остановился на описании этого эпизода.

По возвращении из Крыма об этой встрече я рассказал отцу. Выслушав меня внимательно, он без сомнения сказал, что это был мой дедушка Паша, потому, что с ним ни в полку, ни на фронте, ни после войны с таким годом призыва рядом никто не служил. Палочка в его руках – это ещё одно подтверждение, ибо он был ранен не только в руку, но и в ногу, и, вероятно, в это время находился на лечении в военном госпитале.

В этой истории всплыли и другие моменты. Так, в 1947 году в гости к Фёкле Прокофьевне приезжал однополчанин Павла Евдокимовича. К сожалению, его имя и фамилия остались неизвестны. Но, исходя из его рассказа, они с Павлом вместе были в плену в Греции, и после возвращения в Харьков ему удалось «сбежать». Вероятно, он не захотел дожидаться, когда группу бывших военнопленных завезут в далёкие края, где станут досконально проверять, как попал в Грецию. А деда немцы пленили бессознательного. А то, что его в качестве военнопленного отправили батрачить на хозяина в Грецию, то тут просто повезло, ибо условия содержания пленных там были несравненно мягче, чем в самой стране-агрессоре. По пути к себе домой по просьбе Павла он заехал к его семье. В подтверждение своих слов однополчанин деда показал фото Людмилы, старшей из дочерей, которое ему передал для убедительности Павел Евдокимович. По его же словам стало известно, что Павел был ранен в руку и ногу, и, опять-таки, в бессознательном состоянии попал в плен. Уезжая, он оставил адрес, куда следовало обращаться: Харьков, главная военная комендатура, до востребования.

Уже в наши дни, исследуя те события, я понял, что никто тогда в комендатуру не обращался. Отец служил ещё до 1950 года в Германии, а демобилизовавшись, погрузился в послевоенную жизнь. И только уже в 60-е годы, когда в стране всё началось налаживаться, он начал поиски своего отца. В одном из писем ко мне он писал «… в 1967 году, когда я ездил в Харьков, документы на дедушку были в Киевском районном военкомате города Харькова. К сожалению, мне их не дали прочесть».

Возвращаясь к тем событиям спустя много лет, до сих пор я вижу лицо того пожилого мужчины, сидящего с палочкой, а потом уходящего, опираясь на неё. До сих дней я не могу простить себе ту мою детскую беспечность, которая порой присуща мальчишкам. Ведь весело носиться со сверстниками, для них порой важнее всего на свете!

В лице мужчины с тросточкой позже я видел и черты уже стареющего отца. И от этого становилось ещё тоскливее и больнее. Но, увы, ничего вернуть и выяснить уже нельзя.

Есть предположение, что Василий Евдокимович, по словам моего отца, ездил в гости к своему брату Павлу, который, возможно, проживал на Украине. Причины, почему он не рассказал об этом, остались тайной и догадками о существовании Павла Евдокимовича возможно уже под другой фамилией. Можно сказать, что я выдаю желаемое за действительное, но слишком много совпадений было в этой цепи событий. Я остановился подробно именно на этих моментах, потому что в моей родословной они имеют большее значение, чем некоторые другие.

Василий Евдокимович (1898-1969), как сказано выше, жил и работал в станице Запорожской, был женат на Мищенко Марии Нестеровне (1900-1972). В браке родились дети: Мария, Клавдия, Екатерина, Галина и Павел.

Продолжая повествование о Марии Ивановне Черкасской (Лычман), моей прабабушке, необходимо несколько слов сказать о её других детях.

Дочери Марии Ивановны, Ганна, Нина и Лидия, трудились на Кубани, вышли замуж, родили детей. Но это уже другая история, которая продолжается в их детях, внуках и правнуках.

Илларион Евдокимович

(1908-1980)

В конце 20-х годов двадцатого столетия уехал к себе на малую родину в село Приютовка, Александрийского района, Кировоградской области на Украину. Там же был призван в Красную Армию, служил красноармейцем с сентября 1929 года по ноябрь 1932 года. После службы вернулся к матери, работал в рыболовецком колхозе, женился на Ольге Гавриловне Глистуновой.

Илларион Евдокимович с женой Ольгой Гавриловной, сверху, слева, жена сына Надежда, рядом с ней сын, Владимир и дочь Надежда, в центре в нижнем ряду – дочь Светлана и внук Владимир

Внуки Иллариона Евдокимовича от сына Владимира Наталья, Елена и Сергей

Когда началась Великая Отечественная война, попал под оккупацию, на фронт ушёл после освобождения. Воевал с мая 1944 года по 9 мая 1945 года до конца войны, демобилизовался в сентябре 1945 года. Награждён медалью «За победу над Германией» и другими юбилейными правительственными наградами. После войны Илларион Евдокимович работал в колхозе «Красное Знамя». Научился ветеринарному делу и стал ветврачом, работал на этом поприще в колхозе «Красное Знамя», а после его реорганизации в виноградарском совхозе «Азовский» до пенсии.

В браке родились дети: Надежда (1938), её дети – сын Владимир;

Владимир (1946), его дети: дочь Наталья, (старшая), сын Сергей и дочь Елена;

Светлана (1954), её дети: старший сын Евгений, дочь Ольга.

Иван Евдокимович

(1910-1961)

До Великой Отечественной войны Иван Евдокимович работал на Кубани в рыболовецком колхозе, служил рядовым красноармейцем в Красной Армии. В войну на фронте с 1942 года до мая 1945 года. Воевал в составе 1-го Прибалтийского фронта, брал Кёнигсберг, позже, в составе 1-го Белорусского фронта. Здесь он встретился со своим родным племянником, Владимиром Павловичем Черкасским, моим отцом. При жизни мой отец часто вспоминал об этой встрече. Уволился из рядов Советской Армии Иван Евдокимович в 1946 году.

По увольнению из армии работал в посёлке Ильич в рыболовецком колхозе и колхозе «Красное Знамя», а после его реорганизации – в совхозе «Азовский» кузнецом. Три года на фронте и тяжёлый физический труд сказались на его здоровье. В возрасте пятидесяти лет он умер. Похоронен на кладбище в посёлке Ильич, Темрюкского района.

За доблесть и героизм на фронте был награждён орденами Отечественной войны 2 степени и Красной Звезды, медалями: «За отвагу», «За победу над Германией», «За взятие Берлина», «За взятие Кёнигсберга», «За освобождение Варшавы».

Женат Иван Евдокимович был дважды. От первого брака, дети: Николай и Нина; от второго: сын Виктор. У них у всех есть дети – внуки Ивана Евдокимовича.

Николай, его дети: дочери – Татьяна, Лариса

Нина, её дети: дочь Татьяна и сын Владимир;

Виктор, его дети: дочь Татьяна и сын Сергей.

Их дети – это внуки Ивана Евдокимовича, которые могут гордиться своим дедом.

Старший сын Ивана Евдокимовича Николай Иванович с женой Любовью Владимировной и дочерьми, Татьяной и Ларисой

Лариса Николаевна Погребняк (Черкасская) с мужем Евгением и детьми -Денисом и Юлией

Виктор Иванович Черкасский всю свою сознательную жизнь проработал в Армавире на опытно-механическом заводе: механиком цеха, главным инженером и заместителем директора по снабжению и сбыту. В Армавирском центре «Тракторсервис» «Чебоксарский завод промышленных тракторов» главным инженером, позже директором.

Младший сын Ивана Евдокимовича Виктор Иванович с женой Валентиной Сергеевной

Дочь Виктора Ивановича Черкасского Татьяна с мужем Игорем

Сын Виктора Ивановича Черкасского Сергей с женой Ириной и дочерьми, Юлей, Алиной, Олесей

О другой линии Черкасских

В настоящее время известно и о другой линии Черкасских. Касательно Евдокима Фёдоровича есть данные о двух его родных братьях, Иване Фёдоровиче и Петре Фёдоровиче. Пётр Фёдорович остался на Украине и его род имеет продолжение там. Возможно, что Василий Евдокимович посещал кого-то из них.

Известно, что у Ивана Фёдоровича Черкасского жена была еврейка, других данных о ней нет. В браке с ней в 1900 году родился сын Максим в селе Приютовка, Червонокамского района, Кировоградской области – двоюродный брат моего деда Черкасского Павла Евдокимовича. В первом браке Максим Иванович был женат на Шнейдер Химке Оксентьевне, по национальности тоже еврейке. У них родился сын Василий, после рождения которого она ушла из жизни.

На Украине Максим Иванович был зажиточным крестьянином, имел свою землю, технику, капитальные строения.

В 1936 году по Азовскому морю переправились на кубанский берег в посёлок Ильич всей семьёй: жена, три сына и две дочери. Павел Евдокимович на первых порах помогал им в устройстве на работу. Все они трудились в сельском хозяйстве на территории, где ныне располагается посёлок Приазовский.

Максим Иванович Черкасский, сын Ивана Фёдоровича

В 1941 году ушёл на фронт, воевал в Крыму, был ранен в руку, на подручных средствах переправился через Керченский пролив на Кубань. В 1942 году Кубань оккупировали фашисты. Максим Иванович по решению райкома партии был оставлен на оккупированной территории для работы в подполье. Он работал заведующим складом, помогал партизанам в Приазовских плавнях продуктами. В 1943 году подполье было раскрыто из-за предательства. Подпольщиков арестовали. Во время наступления Красной Армии и освобождения Кубани от немцев, пленные подпольщики были расстреляны. После войны останки расстрелянных подпольщиков были перезахоронены на военном кладбище города Темрюка в братской могиле. Имя Максима Ивановича Черкасского высечено на памятной плите этого мемориала.

Черкасский Василий Максимович родился в 1925 году в селе Приютовка, Червонокамского района, Кировоградской области – троюродный брат моего отца, сын Черкасского Максима Ивановича (родился в браке со Шнейдер Химкой).

Старший сын Максима Ивановича Черкасского, Василий

В 1936 году вместе со своими родителями он переселился на Кубань вначале в посёлок Ильич, а позже жил и работал в посёлке Стрелка, Темрюкского района. В 1943 году Василий, как и многие жители Темрюкского района, был вывезен в Крым, где и находился под оккупацией. В 1944 году, когда шла операция по освобождению Красной Армией Крыма, начались облавы на молодёжь, которую увозили в Германию на работы. Василию удалось сбежать. Он длительное время скитался по степям Крыма, пока не вышел на территорию, освобождённую от фашистов под Симферополем, в расположение частей Красной Армии. На тот момент ему уже исполнилось девятнадцать лет и его сразу же призвали в действующую армию. Участвовал в штурме Сапун-горы, освобождал Севастополь. В мае 1944 года, после освобождения Севастополя, его часть перебросили в Белоруссию, где он, в составе 120 мм артиллерийского полка, принимал участие в операции «Багратион», после завершения операции попал на 1-й Прибалтийский фронт. Здесь он встретил окончание войны. В 1945 году его часть перебросили на Урал, где строили и обустраивали военный городок, там он продолжил службу. В 1950 году Василий Максимович был демобилизован из рядов уже Советской армии.

За боевые подвиги в Великой Отечественной войне Василий Максимович награждён орденом Отечественной войны 2-ой степени, медалями «За отвагу», «За победу над Германией», «За оборону Севастополя». После войны к его наградам добавились многие юбилейные медали, а также медаль «Ветеран труда». После увольнения жил вначале в посёлке Стрелка, Темрюкского района, а после женитьбы переехал в село Львовское, Северского района.

В настоящее время его старший сын Владимир Васильевич, живёт в селе Львовское, женат, на пенсии, воспитывает внуков. Жена – Ольга Петровна, в браке у них родились дочери: Юлия, Екатерина и Ольга.

Владимир Васильевич Черкасский с женой Ольгой Петровной

Средняя дочь Екатерина, ныне Левицкая, является солистом Русского вокально-хореографического ансамбля «Родник», город Краснодар. У дочерей есть дети. Это внуки Черкасского Владимира Васильевича и Ольги Петровны.

Владимир Васильевич с дочерьми Ольгой, Екатериной и Юлией

Екатерина Владимировна Левицкая (Черкасская)

Черкасский Владимир Васильевич, работал в селе до ухода на пенсию председателем местного колхоза, был первым организатором и руководителем районного телевидения. Последние годы до выхода на пенсию он работал в школе заместителем директора по патриотическому воспитанию и спортивно-массовой работе – учитель ОБЖ.

Львовское

Давно, ещё в семидесятые годы прошлого столетия я побывал в селе Львовском проездом. В те годы меня особенно ничего не интересовало. Единственное, что я знал от отца, что в этом селе проживают наши родственники по линии дедушки, Павла Евдокимовича Черкасского. Таким образом, о существовании родственников я знал, а вот познакомиться мне довелось с ними, а точнее – с семьёй Владимира Васильевича Черкасского, когда я уже жил в Краснодаре. Поездки часто откладывались, переносились, по разным причинам. Наконец всё было обговорено по телефону – эта связь у нас поддерживалась последние годы постоянно, и я выехал в село Львовское. Расположено оно в Северском районе, недалеко от краевого центра – города Краснодара, в часе езды на общественном транспорте.

Встретили меня очень хорошо. Пробыл я в гостях два неполных дня, но впечатлений получил, как говорится, «целое море». Владимир мне доводится братом, так как наши прадеды, мой, Евдоким Фёдорович и его, Иван Фёдорович были родными братьями, а их отец Черкасский Фёдор уже наш общий родоначальник.

Весь наш род от Фёдора Черкасского – выходцы из Украины, с Кировоградской области, Червонокамского района, села Приютовка. Только переезжали они на Кубань в разные годы. Мой дед, Павел Евдокимович– с матерью в 1918 году, его отец Евдоким Фёдорович к тому времени уже умер. А дети и внуки Ивана Фёдоровича – речь прежде всего идёт о его сыне Максиме Ивановиче и его семье, жена во втором браке, три сына и две дочери – уже в 1936 году.

Впервые годы становления на Кубани им помогал мой дед, Павел Евдокимович, которому к тому времени было уже 30 лет. Он был женат и имел в те годы двух детей: старший сын Владимир (мой отец) и дочь Людмила.

В семье Максима Ивановича один из сыновей Василий был ровесником моего отца, поэтому они самого детства знали друг друга, а после Великой Отечественной войны они часто встречались, хотя и жили в разных населённых пунктах на Кубани. Василий Максимович женился, жена – Елена Степановна, у них двое детей. Старший сын Владимир родился в посёлке Стрелка Темрюкского района, а после переезда в село Львовское у них родилась дочь Наталья. Василий Максимович и Елена Степановна работали в школе учителями, он – преподаватель физкультуры, а она – математики.

Приехав в гости к Владимиру Васильевичу, в первую очередь меня интересовала наша с ним родословная, и конкретно история села. В Доме культуры села Львовское создан музей истории этого села. Владимир по моей просьбе отвёз меня туда, где я с огромным интересом ознакомился с экспонатами музея, становления поселения. Создатель этого уникального музея, она же директор Дома культуры – Головко Нина Валерьевна. Экскурсию по музею проводила работник Дома культуры Гониволи Елена Александровна. Так получилось, что в момент нашего посещения, в музей пришли дети – группа школьников младших классов местной школы. Они с большим интересом слушали экскурсовода и задавали вопросы.

Официально село Львовское было образовано в 1906 году, однако история села начинается намного раньше, и это видно из имеющихся экспонатов в музее, а он затрагивает ещё скифско-сарматский период, быт и культуру самых первых старожилов-основателей.

Год 1884 принято считать годом начала истории села Львовское. Название получило село по собственнику земель в 1881 году, перешедшему в наследство от генерал-майора Тихацкого к гвардии поручику Николаю Александровичу Львову.

История нынешнего села интересна ещё тем, что оно было образовано из территорий нескольких хуторов. В 1917 году Львовское является Львовско-Товарищеской волостью, в состав которой входили окрестные хутора Покровский, Тарабановский, Акимовский, Тарановский, Миансаровский, Бибиков, Стефановский, ну и конечно же сама волость Товарищество Львовское.

Приведу интересный исторический факт того времени, описанный известным кубанским этнографом О. Бежковичем в своих дневниках за 1923-1924 годы. Он пишет, что «отношение к священнику было хуже, чем раньше. Посещаемость церкви пала до 50%, но население защищает священника от власти. Был такой случай: власти хотели отобрать дом у священника под приют, население на сборе воспротивилось этому, говорят, мы уже у него одну комнату отобрали, да ещё будем отбирать? Когда власти им напомнили о содержании церкви за счёт верующих, то во всём хуторе нашлось 35 человек, а теперь все защищаете батюшку. Собрание ответило, что они все верующие, потому и защищают священника. Квартиру священника отстояли. Священник ходит с молитвой, и во всех домах его принимают.

Платят за это, кто что может: 50-150 млн.денег, паляныцы, а некоторые ещё что-нибудь дают. Население по-старому приглашает священника на дом, если кто сильно болен, чтобы отслужить молебен, поисповедаться и приобщиться к Святым Тайнам. Жёны коммунистов сами ходят в церковь и детей водят. Родившихся крестят, а умерших отпевают. Как и все.

Даже есть семья, где глава коммунист, а все члены семьи очень часто ходят в церковь, и у них в доме бывает священник.

За венчание священник берёт по состоянию от 5 до 15 пудов пшеницы. Пост соблюдают только те семьи, где есть старики и те, кто имеет фрукты сушёные, овощи, заготовленные впрок, или постное масло. Кто же не имеет этих продуктов, то ест, что у него найдётся. Говеют старики, а молодёжь – по принуждению старших.

Часто население вместо врача за помощью обращается к священнику с тем, что просит его отслужить молебен».

Я включил эту историческую справку с одной целью – показать, что не всё так мрачно было, как это пытаются сегодня представить либералы с правыми убеждениями, что Советская власть всё крушила и уничтожала. Как видим, часто всё делалось демократичным путём, собирались собрания жителей и на нём решались многие вопросы, да и с церковью не всё однозначно.

В музее есть стенд, посвящённый ветеранам Великой Отечественной войны, с них смотрят фотографии фронтовиков-односельчан. Первым на стенде размещено фото Черкасского Максима Васильевича. Есть в селе рядом с Домом культуры памятник воинам Красной Армии – односельчанам, погибшим при защите Социалистического Отечества за независимость нашей Родины (1941 – 1945 г.) в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками на фронтах Великой Отечественной войны.

Не мог я проехать мимо памятника участникам Таманского похода, на котором размещена карта похода, где обозначены основные пункты движения Таманской Армии от Тамани до Армавира, через Новороссийск и Туапсе, а также села Львовское и станицы Северская.

Чем замечателен для меня этот памятник? В этом походе, который описал в книге «Железный поток» писатель Серафимович, принимали участие мой прадед Прокофий Спиридонович и его старший брат, комиссар Яков Спиридонович Осипов – который погиб в гражданскую войну, защищая Советскую власть, а также мой дед – отец моей матери, Степан Иосифович Козинец.

Фото слева часть памятника участникам Таманского похода. Фото справа из музея села Львовское

В общем, моё двухдневное пребывание на земле села Львовское обогатилось знаниями истории земли кубанской. Я понял, как неразрывно связаны мы со своим прошлым, где жили, трудились и защищали своё Отечество близкие нам люди. И хорошо, что мы все предыдущие и настоящие поколения чтили, чтят и будем чтить память своих потомков-героев, надеюсь, что и будущие поколения тоже.

Осиповы

Истоки ветви Осиповых берут начало где-то в конце 18-го столетия, ибо достоверно известно, что в начале 19-го столетия Иван Павлович Осипов (Мотня), мой прапрапрадед, в период русско-турецкой войны (1828-29 г. г.) служил в царской армии писарем при штабе. После окончания службы Его Императорское Величество Николай Первый даровал ему грамоту на владение землёй.

У Ивана Павловича один из его сыновей, Спиридон, собственно и продолжил ветвь Осиповых в моей родословной.

Спиридон Иванович с женой Дарьей Ивановной

У Спиридона было семеро детей – тогда это было общепринято из-за высокой детской смертности. Самый старший – Прокофий, которого, в более поздние дни звали дед Прокошка, (1884 г.р.), Он же – отец Фёклы (моей бабушки), ставшей женой Павла Евдокимовича Черкасского.

Семья Спиридона Ивановича жила на Украине в селе Куколовка. Все его дети: Прокофий, Яков, Екатерина, Нина, Маланья, Гаврил и Григорий родились в этом же селе.

Григорий, Екатерина, Нина, Меланья Осиповы, дети Спиридона Ивановича

Один из братьев Прокофия по имени Яков достойно служил в Красной Армии в составе Таманской армии, которую нарекли «Железным потоком». (одноимённая книга А.С. Серафимовича, фильм). Несколько раньше, в 1914 году, он (Яков) окончил Иркутское артиллерийское училище, став офицером царской армии. Но, как и многие офицеры времен революции, понял, что самодержавие в ХХ веке – глубочайший анахронизм, иными словами – пережиток, осуществляющий в государстве роль тормоза, после чего сознательно перешел в Красную Армию. Ему довелось в должности комиссара отряда на Кавказе бороться с иностранными интервентами. Земли Кубани, Кавказа и Закавказья входили в сферу влияния Великобритании. В 1920 году, в составе вновь созданной, теперь уже Таманской дивизии, устанавливая Советскую власть на Кавказе, он погиб от рук карателей, воевавших на стороне белогвардейцев и интервентов – был зарублен шашкой. Комиссар Яков Спиридонович Осипов погиб геройски, защищая нашу землю от пришлых иноземцев, которых позже вышибли вон.

Прокофий Спиридонович (мой прадед) в гражданскую войну также с 1918 года воевал в составе Таманской Армии. После войны он вернулся в кордон (посёлок) Ильича и до самой смерти в 1949 году, работал в образовавшемся рыболовецком колхозе. Женат был на Прасковье Сергеевне, до замужества носящую фамилию Якубович. Её родословная берёт начало всё с того же села на Украине, что и у Осиповых.

Прасковья родила пятерых детей: дочь Фёклу (старшая). Мы её называли бабушка Феня, сына Фёдора, затем – трёх дочерей: Нину, Татьяну и Веру. У всех, кроме Веры, были дети и внуки. Все дети Прокофия и Прасковьи родились там же, в своём родовом селе на Украине до революции 1917 года. В тяжёлые, голодные годы семья перебралась на Кубань вместе с другими переселенцами и обосновались на Таманском полуострове в Ильиче.

До того времени, как образовались колхозы, они работали по найму, или, как тогда говорили, «батрачили» у зажиточных крестьян (кулаков), которые на тот период уже имели свою землю, технику и вспомогательные строения.

Жизнь всех этих ветвей, учитывая то, что они – выходцы из одной местности, имела порою и свои специфические проявления. Фёдор, родной брат моей бабушки Фёклы, в первом браке был женат на Ольге Гавриловне. После развода с Фёдором, она (Ольга) вышла замуж за Иллариона, родного брата моего дедушки Павла. Так тесно переплелись эти родственные связи.

Прокофий Спиридонович и его родственники весьма чтили и уважали мужа Фёклы, Павла Евдокимовича Черкасского. Им очень симпатизировал его трудолюбивый характер, сноровистость, и, как принято говорить, «золотые руки» родственника.

Прокофий Спиридонович, с женой Просковьей Сергеевной, и их сын Федор

Черкасские – Новая семейная ячейка

В конце 1924 года Павел Черкасский женился на Фёкле Осиповой. Павел Евдокимович Черкасский (1906-1943 г.г.), родился в селе Приютовка, Червонокамского района Кировоградской области. Родители: отец –Черкасский Евдоким Фёдорович, мать – Черкасская (Лычман) Мария Ивановна. На Кубань прибыл вместе с матерью в 1918 году. О нём говорилось в главах «Черкасская. Сильная женщина», «Осиповы» и в других.

Черкасская (Осипова) Фёкла Прокофьевна – моя бабушка, родилась 16 августа 1905 года в селе Куколовка, Александрийского района, Кировоградской области на Украине. Родители: отец – Осипов Прокофий Спиридонович и мать – Осипова (Якубович) Прасковья Сергеевна. Фёкла Прокофьевна работала поваром в детском саду, дояркой в колхозе.

Дети: Владимир (25.12.1925 г. р.) – мой отец; Николай, (1927 г. р.) – погиб от удара молнии до начала войны (1941-45 г.г.); Людмила, (10.12.1930 г.р.); Таисия, (1936 г. р.) умерла в том же году; Нина, (15.12.1938 г. р.), 8 апреля 1983 года бабушка умерла. Похоронена на центральном кладбище в посёлке Ильич.

Черкасский Павел Евдокимович, фото 1939 года

Черкасская (Осипова) Фекла Прокофьевна, фото 60-х годов 20 столетия

Фото 1938 года, в центре Черкасский Павел Евдокимович

На фото справа Фекла Прокофьевна Черкасская

Владимир Павлович – мой отец, участник Великой Отечественной войны. О нём я написал очерк «От Крыма до Берлина. По фронтовым дорогам», где рассказал о его военных и послевоенных годах. Данный очерк опубликован ниже.

Макарова (Черкасская) Людмила Павловна

Макарова (Черкасская) Людмила Павловна. Родилась 10 декабря 1930 года в посёлке Ильич. Работала в совхозе «Азовский» рабочей. Была замужем за Макаровым Михаилом Сергеевичем. Дети: Надежда (после замужества Собко), (1949 г.р.) и Раиса (после замужества Скиба), (1953 г.р.).

Внуки: от дочери Надежды – Эдуард и Игорь; от дочери Раисы – Олег и Андрей.

Слева на фото Людмила Павловна Макарова (Черкасская) с мужем Михаилом Сергеевичем Макаровым, справа на фото Нина Павловна Верич (Черкасская), с мужем Верич Александром Ивановичем, в центре их двоюродная сестра Таисия, с мужем Михаилом Константиновичем Евстафьевым и дочкой Надеждой

Верич (Черкасская) Нина Павловна

Верич (Черкасская) Нина Павловна родилась 15 декабря 1938 года.

В 1962 году окончила Вановскую сельскохозяйственную школу в Краснодарском крае по специальности: виноградарь. С 1962 по 1977 год работала бригадиром виноградарской бригады в совхозе «Азовский», Темрюкского района, Краснодарского края. С 1977 по 1982 год – экономист по нормированию труда. С 1982 по 1995 год – бухгалтер, там же.

За свой доблестный многолетний труд имеет правительственные награды: орден Трудового Красного Знамени, пять медалей и знаки отличия.

Была замужем. Муж – Верич Александр Иванович (умер в 1991 году). Дети – Валерий, (1965 г.р.) и Сергей, (1970 г.р.).

Внуки: от сына Валерия – Павел и Данил; от сына Сергея – Анастасия и Александр.

Нина Павловна оставила в моей жизни особенный след: дело в том, что я родился в 1951 году в доме бабушки Фёклы (Фени) Прокофьевны и вместе с моими родителями прожил там целый год. Тёте в то время было 12-13 лет, она помнила моё рождение. С уверенностью можно сказать, что это как-то отразилось на наши взаимоотношения позже.

Обучаясь на бригадира-виноградаря, она на праздники и в дни каникул приезжала домой в посёлок. В это время мы с сестрой Галиной уже учились в школе.

Младший брат Александр ещё посещал садик, и она всегда приходила к нам в гости и приносила гостинцы и подарки. Мне запомнилась вручённая ею мне книга светло-зелёного цвета. На фоне камышей над водоёмом два летящих лебедя. Книга называлась «Выстрел в камышах». Речь в рассказе шла о браконьерах, ранивших одного лебедя. Это отразилось в моей памяти, и уже спустя много лет, когда я активно занимался писательской деятельностью, одно из своих произведений я назвал «Выстрел в камышах». Речь в нём всё также идёт о браконьерах с той лишь разницей, что стреляли они незаконно уток, а потом сделали выстрел в егеря.

После школы стоял вопрос: куда поступать? Из ВУЗов в первую очередь однозначно рассматривался сельскохозяйственный институт. Отец предлагал выбрать факультет электрификации, а тётя Нина – факультет плодоовощеводства и виноградарства. В первый год я по наставлению отца поступал на предложенный им факультет, но неудачно. Но уже на следующий год я успешно сдал вступительные экзамены и был зачислен на первый курс факультета как раз плодоовощеводства и виноградарства.

Нина Павловна, ее муж Александр Иванович с сыновьями Валерием и Сергеем

В дальнейшем я проходил преддипломную практику в своём родном совхозе «Азовский» бригадиром овощеводческой бригады. Земля под овощеводческую бригаду была выделена из земель виноградарской бригады, где бригадиром была моя тётя. После окончания института я был назначен на должность бригадира виноградарской бригады, и мне вновь пришлось обращаться за практической помощью к Нине Павловне и Михаилу Константиновичу Евстафьеву – это муж двоюродной сестры моего отца, он тоже работал бригадиром виноградарской бригады. Таким образом, как видно из сказанного, Нина Павловна Верич (Черкасская) сыграла немаловажную роль в моей биографии.

Нина Павловна, в центре -бригадир виноградарской бригады

У Павла Евдокимовича и Фёклы Прокофьевны родились дети, появились внуки и правнуки, которые, в свою очередь, имеют свои родословные. Все потомки Павла и Фёклы при Советской власти получили качественное, квалифицированное образование, став педагогами, воспитателями, медработниками, агрономами, юристами, инженерами, ветврачами и техниками – достойными гражданами нашей державы.

Кулачка. Судьба

Козинец (Крутченко) Надежда Иосифовна – это моя бабушка по матери. Родилась она на Кубани до революции. Место рождения в документах записано: Фонталовский Станичный Совет, Темрюкского района, Кубанского округа. Она была внучкой зажиточного крестьянина Семёна Чиркова.

Семён переселился на Кубань во второй половине 19-го столетия из Украины вместе со своими родителями. К началу революции и впоследствии Гражданской войны он имел своё крупное поместье, которое располагалось недалеко от кордона на территории ныне современного посёлка Приазовский в Темрюкском районе. В Советское время, до развала СССР, это было второе отделение совхоза «Азовский». Семёну принадлежали земля, мельница, большой хозяйственный двор, сельскохозяйственная техника (сеялки, веялки, плуги, бороны и пр.), складские помещения и несколько домов из камня.

На берегу моря им был построен причал, где швартовался его баркас и лодки, на которых он ходил по морю в другие города и населённые пункты торговать своей продукцией, как правило –сельскохозяйственного назначения. В своих делах он использовал наёмных работников: поваров, нянь, прачек, конюхов, пастухов, скотников, пахарей и других. В основном, это были переселенцы из Украины, среди которых были Осиповы, Черкасские.

В семье Семёна росло четверо детей – три сына и дочь Аграфена. Впоследствии его дочь вышла замуж за Иосифа Савельевича Крутченко, который также со своими родителями переехал на Кубань задолго до революции из Украины. Его отец, Савелий, был зажиточным крестьянином, ему принадлежали земли на территории современного посёлка Ильич. По наследству его сыну Иосифу достались земля, конюшни, большой каменный дом.

После Гражданской войны в двадцатые годы его каменный дом был отдан под клуб в посёлке, а во время войны (194-45 г. г.) в результате авиационных бомбардировок был разрушен фашистами. Руины этого здания, заросшие бодяками, лебедой и другими сорняками в послевоенные, уже пятидесятые годы, остались в моей памяти.

В начале двадцатого столетия Аграфена Чиркова выходит замуж за Иосифа Крутченко. В их семье родились одиннадцать детей: шесть дочерей и пять сыновей. Среди дочерей была Надежда (моя бабушка). Самой младшей среди детей была Паша, которая появилась на свет в 1921 году, а через год умерли её родители. Отчего рано умерли – сказать трудно. Времена были смутными – голод, болезни, разруха. Только что Гражданская война закончилась… После смерти отца с матерью, в 1922 году Паша попала в приёмную семью. Жила до Великой Отечественной и после неё в городе Нальчике. Работала на кондитерской фабрике. В годы войны на фронте была снайпером, попала в плен. Что было в плену с девушкой-снайпером Красной Армии, я не буду описывать, каждый может представить тот ужас, который перенесла Прасковья. Замуж она так и не вышла, детей не было.

В начале шестидесятых годов она разыскала свою сестру Надежду и переехала на Кубань в станицу Фонталовскую. В те годы она была частым гостем в нашей семье, на память остались совместные фотографии тех лет.

Вот одна из этих фотографий:

Младшая сестра бабушки Нади, Прасковья Иосифовна, со мной, сестрой и братом

Надежда после смерти своих родителей – как самая старшая, а ей в ту пору шёл четырнадцатый год, воспитывала своих младших братьев и сестёр (Михаила, Дмитрия, Нину и Евгению). Чтобы прокормить себя, младших братьев и сестёр, она же трудилась в качестве домработницы в доме инженера работавшего на заводе имени революционера Войкова в Керчи.

В двадцать один год она вышла замуж за Степана Козинца.

Степан Иосифович, мой дедушка, переехал на Кубань со своим отцом, братьями и сёстрами из Украины после смерти матери Прасковьи в 1908 году.

Козинец Степан Иосифович

Его отец, Иосиф Сазонтович – из казаков, после переезда на Кубань, женился вторично. От второго брака у него родились две дочери – Орина (1911 г.) и Полина (1916 г.).

В 1930 году умирает вторая жена Иосифа Сазонтовича. После смерти жены, младшая дочь Полина воспитывается у Степана и Надежды. Воспитание младших братьев и сестер, как Надежды, так и Степана, легло на плечи Надежды, хотя в эти годы они оба работали в рыболовецком колхозе.

Степан в молодости до женитьбы служил в Красной Армии. (Уже говорилось, что он – участник «Железного потока», был 14-летним мальчишкой в обозе). После Гражданской войны работал в рыболовецком колхозе до начала Великой Отечественной войны служащим.

В августе 1941 года он был призван Красноармейским райвоенкоматом Краснодарского края в армию и отправлен на фронт. Там он находился до 25 ноября 1942 года. Воевал в сапёрных частях, был тяжело ранен осколками снарядов плюс пулевые ранения. До 6 мая 1943 года находился в военном эвакуационном госпитале 3682 (г. Сочи). После госпиталя был комиссован по ранению. Инвалид Великой Отечественной войны, награждён орденом Отечественной войны 1 степени, медалями «За победу над Германией», «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», «За оборону Кавказа» и другими юбилейными медалями и знаками. За добросовестный труд в рыболовецком колхозе до выхода на пенсию, он поощрялся почетными грамотами. Мой дед Степан Иосифович запомнился, как человек немногословный, сдержанный, в большей степени молчаливый.

Регистрация брака с Надеждой Иосифовной Крутченко состоялась 12 февраля 1930 года (свидетельство о браке №22, выдано 12.02 1930 года Запорожским Станичным Советом Темрюкского района Кубанского округа).

В семье Надежды и Степана родились одиннадцать детей. Восемь из них умерли в младенческом и детском возрасте от голода и болезней. Трое, Анна (моя мать, ум. 2020 г.), Алексей (ум. 2001 г.) и Виктор (ум. 1998 г.) жили и работали в послевоенные годы в посёлке Ильич в сельском хозяйстве и на железнодорожной станции.

Возвращаюсь к родословной Надежды Иосифовны. Исторический

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.