Наталья Федоровых, Радик Кагиров
Пропеллер

Надежда поправила старое покрывало, которым она накрыла то, что должно быть скрыто от посторонних глаз. Бумажный самолетик, сложенный, как обычно, одной правой, спланировал к ее ногам. Она улыбнулась сыну, взглянув на него мельком, но тут же отвела глаза. Разгладила скомканную простынь под его ногами. Потрепала на прощание его густые волнистые волосы и поцеловала в лоб.

Коля тоже улыбнулся матери, но улыбка вышла неловкой, словно ждущей одобрения. Как только она вышла, он вытащил из-под одеяла мышку от ноутбука и продолжил игру. Самолетик на экране низко летел над ландшафтом, то огибая сахарные горы, то опускаясь к сверкающим озерам. Хлопнула в конце коридора входная дверь: мать ушла.

Парень нетерпеливо глянул на старенький будильник на подоконнике. Чтобы отвлечься, снова пустил в полет самолет на экране, но вскоре бросил игру и повернул голову к окну. Там по облачному небу летела чайка, качались верхушки деревьев, а стрелка на старом будильнике словно забыла, что ей давно пора переместиться.

Звук подъезжающей машины заполнил комнату: двор был тихий, а окно мать оставила открытым. Ждать осталось недолго.

Неля вышла из машины, водила через окно протянул ей листок с адресом. Ее подружка и коллега на заднем сиденье, ухмыльнувшись, вскинула руку: мол, удачи. Машина стартанула с пробуксовкой на мягкой пыли двора, оставив Нелю озираться в поисках нужного входа.

А, ну вот эта развалюха, прямо за аркой. Приятно, что нет глазеющих соседей. Ей вроде бы уже плевать и на презрительные взгляды, и на шипящих бабок у подъездов: она в своем ярком макияже как в броне. Но без них все равно лучше.

Неля еще раз взглянула на адрес: да, все верно, именно эта облезлая дверь. Никогда не знаешь, что тебя ждет внутри. Тут, судя по всему, дедуля пенсию скопил. Хотя, может, и алкашня какая. Хоть бы не нарики. Неля глубоко выдохнула, собралась. Вынула жвачку из яркого ротика, и, вдавив ее в дырку на косяке двери, нажала на кнопку звонка.

Она звонила снова и снова, но никто не выходил. И что теперь? Неля оглянулась по сторонам: двор так же пуст. Повертела в руках листок с адресом. О, на обратной стороне пометка, что зайти надо самой. Сразу не увидела.

Неля повернула ручку двери, и дверь поддалась, пропуская девушку в темную прихожую, пахнущую старым деревом и еще чем-то затхлым, так пахнут старые люди и животные. Она шла почти на ощупь по длинному коридору, натыкаясь на вещи. Тонкие каблуки красных туфель норовили застрять в щелястом полу, и Неля опасалась, что одна из щелей не отпустит, и каблук сломается. Девушка больно ударилась о корыто на полу. Хоть бы синяка не осталось! Вскрикнула от неожиданности, когда сушившаяся простыня мазнула ее по лицу. И услышала в ответ:

– Я здесь!

Голос вроде молодой, парень там. Ладно хоть не дедуля.

Нужная дверь была в самом конце. Неля вошла в комнату: действительно, парень. На вид не злой и вполне симпатичный. Он развалился вальяжно на кровати, одна рука за головой, рассматривает ее, улыбаясь. А одеяло-то натянул, до самых подмышек. И самолетик над ним висит игрушечный, на ниточке. Как погремушка над младенцем, честное слово! Ну, ладно, не худший вариант.

А комната ничего, чистенькая, хотя обои дешевые и мебель как у ее бабушки.

По-деловому расстегнув джинсовую куртку, Неля показала кружевной бюстгальтер. Подошла поближе к кровати. Коля похлопал по постели рядом, приглашая присесть. Неля достала из сумочки презервативы, протянула на выбор. Но Коля, смущаясь, замотал головой. Ну, ладно, значит, позже.

Она кинула презервативы на стол и потянулась к висящему самолетику: почему-то захотелось его потрогать, рассмотреть. Но парень остановил ее, выхватив игрушку. Неля ухмыльнулась. Ну, ребенок, точно! И стены все в космических картинках, и модельки самолетов на полке.

Играя в страсть, Неля попыталась стянуть с Коли простыни, но парень с испугом схватил их рукой. Ну, что же ты хочешь, в итоге?

Скрывая смущение, парень смотрел на нее, а точнее, всматривался. И от этого взгляда прямо в глаза, заинтересованного и боязливого, Неля даже смутилась. Казалось, что он хочет рассмотреть через броню ее настоящую суть, ту, до которой никому никогда не было дела.

Коля медленно потянулся к ее руке. Нежно погладил тонкий слой воздуха над ее кожей. Провел над раскрытой ладонью и выше, над чувствительной кожей на запястье. Неля скинула джинсовую курточку, а затем и все остальное.

Она уже ко многому привыкла: кто-то хотел шоу, кому-то надо было по-быстрому. Но эта невозможная нежность, словно омывающая родниковой водой ее тело, снимающая жесткую коросту с ее сердца и открывающая настоящую Нелю… Она забыла о времени, просто слушала всем телом, как Колина рука летает над ним, не касаясь, лишь бережно гладя воздух. Она тихонько поворачивалась то на живот, то на спину, давая Коле омыть ее нежностью всю, от пальчиков ног до распущенных волос.

Желание захлестывало Колю, как цунами. В какой-то момент его рука дрогнула, и он почти коснулся ее груди. Но в последний момент сдержался, и взяв свой любимый самолетик, «полетел» им над ландшафтом ее тела, над теплыми манящими вершинами и темными зовущими впадинами.

Что-то незнакомое и невыносимо томящее шевельнулось внутри девушки. Может, так чувствуют Любовь? Или возвращается Чистота? Или прорастают крылья? Она знала лишь один способ благодарить, а в теле было лишь одно желание – быть еще ближе, ближе!

И Неля, приподнявшись, пылко прижалась к Коле. Он выронил из руки самолетик, робко обнял Нелю одной рукой. Но ей надо больше, надо полностью, и объятья должны быть двумя руками! Неля резко вынула левую руку Коли из-под подушки и положила на себя, обняв ею свое пылающее тело.

Она не сразу сообразила, что та вторая рука легла на нее как-то очень странно… Безучастно, что ли… Рука не обнимала ее, просто лежала. Даже веса в ней было как-то мало. Мужская рука обычно тяжелее… И, через пару мгновений, она просто соскользнула…

Возможно, этот гром был не за окном, а что-то обрушилось внутри, когда левая Колина рука, безвольная, как тряпка, упала с Нели на кровать. От неожиданности, Коля резко дернулся и оттолкнул девушку. Она слетела с кровати и ударилась о что-то жесткое и громоздкое. Старое покрывало сползло, безжалостно показав потертую инвалидную коляску.

Неля словно очнулась от чудного сна и вернулась в кошмар реальности. Она схватила вещи и закрыла ими свою наготу.

Левая Колина рука лежала на всеобщее обозрение, тонкая, без мышц. Коля ее уже не прятал, он закрывал свое лицо правой. Он успел заметить выражение страха и брезгливости на лице девушки, которое пришло на смену блаженной улыбке. И теперь стыд за себя, как раскаленная смола, заливал его снизу доверху.

Неля быстро оделась, отвернувшись к стенке. Сгребла со стола пакетики с презервативами и сунула их обратно в сумку. Обернулась, глянула на парня.

Тот убрал руку от лица, вынул из-под подушки денежные купюры, протянул Неле. Она бы не взяла, но она не могла… Ей же расплачиваться с хозяином… Неля замешкалась, глядя на парня.

Она так и стояла над Колей, забывшись, всматриваясь в его глаза. Хороший он парень. Стало так жалко его, захотелось что-то для него сделать хорошее на прощание. Ведь не увидятся они уже никогда. Неожиданно для самой себя, она протянула руку к его сухонькой и безжизненной левой руке… и осторожно, легонько дотронулась до кончиков его пальцев, нежно нажала на подушечки, слегка потянула на себя, чуть выпрямив эти скрюченные пальцы.

Исполненный благодарности, Коля схватил самолетик, висящий над его кроватью. Потянул на себя, с треском оборвав нить. Это его любимая модель, самолет-истребитель. Парень протянул самолетик девушке.

– Возьми! На память…

Она потянулась было за ним, но передумала. Замотала головой и выбежала из комнаты. Уже на улице, прислонившись к старой стене, она зарыдала. За то время, пока она была у Коли, началась гроза. И сейчас вся боль, и ее, и чужая, выливалась из Нелиной груди вместе с проливным дождем, грохотала неожиданными открытиями громче весеннего грома.

Когда Надежда вернулась домой, Коля лежал неподвижно, вытянувшись в струну. Свет он не включил, чтобы предательские слезы, которые выкатывали изнутри это жгучее желание исчезнуть навсегда, не были видны.

Он быстро повернулся на бок и закрыл глаза: мол, спит. Надежда подняла бумажный самолетик, на котором остался след от каблука Нели: она в спешке наступила на него, когда уходила.

Надежда ушла на кухню, тяжело опустилась на старый табурет. Зря, наверно, зря она это затеяла. Глупая, хотела, как лучше, хотела помочь сыну. Она подняла голову к потолку, чтобы слезы затекли обратно и их не увидел вышедший за чайником сосед Семеныч.

– Надьк, ты, что ли, своему заказывала эту, прости господи? Ты смотри, тут ко мне дочь приедет, еще заразится чем…

Надежда устало окинула Семеныча взглядом и пошла в свою комнату.

***

Тихонько поскрипывает в ночи старая липа за окном. Порыв ветра стряхивает с нее дождевые капли, которые ударяются о стекло Колиной комнаты, и кажется, что дождь еще идет. Пожар стыда уже угас, теперь Коля растворился в том новом, незнакомом чувстве, которое пробудила в нем Неля.

Он не может спать, его тело переполнено сладкой негой, и нежностью, и… ожиданием чего-то чудесного, что вдруг изменит его жизнь. Как будто он поднялся по крутой лестнице, и теперь нужно только толкнуть дверь, за которой золотое сияние и исполнение любой мечты.

Коля поднял правую руку, провел ею по воздуху, там, где еще недавно было тепло незнакомой девушки. Почувствовал, словно наяву, как она легко касается пальцев на его левой руке. Он вспоминал это еще и еще раз. Много-много раз. И вспоминал и представлял, погружаясь в эти нежные ощущения. Столько непривычного и прекрасного содержалось в этом легком касании: и сочувствие, и приветствие, и много еще чего, но главное – принятие. Принятие, а не отторжение. И сейчас он смотрел на свои сухонькие, атрофированные пальцы не с раздражением, как обычно. Наоборот, он их почти обожал. Ведь дивное создание с гладкой кожей и тёплым взглядом, перед тем как растерянно упорхнуть, нежно и даже как-то ласково коснулась этих пальцев.

Повторяя и повторяя в памяти эту сценку, Коля всей душой хотел отозваться на это касание. Ив какой-то момент он увидел, что его пальцы чуть дернулись. Это было похоже на чудо, но Коля точно знал, что ему не показалось! Он попробовал представить, что пальцы на левой руке шевелятся, но ничего не получалось. Тогда он протянул правую руку и начал ею цепляться за пальцы левой руки и шевелить ими. Пробовал по-всякому. Бесполезно. В отчаянии он начал разминать всю руку, и пальцы, и ладонь, и плечо…Мял и мял, но то мимолетное движение в левой руке никак не возвращалось. Отчаяние охватывало его: только что в его пальцах была тоненькая ниточка надежды, и нет ее. Надо спешить, пока эта ниточка не пропала окончательно.

Продолжая теребить и мять правой рукой левую руку, Коля все сильнее заводился и ускорялся. В какой-то момент ему стало невыносимо оттого, как много его ограничивает, как много всего мешает. Даже надетая на нем футболка показалась такой тесной и неудобной, и ее рукав мешал массировать плечо. В бешенстве он рванул эту футболку, стаскивая ее через голову, одной рукой. Швы трещали, ткань рвалась, он мучился и ерзал, но продолжал сдирать с себя одежду. После травмы он впервые делал это без помощи мамы.

Утром Надежда зашла с Коле с тазиком для умывания. Удивилась, что он без футболки.

– Мам, не надо. Я хочу поехать в ванну.

Надежда подвезла инвалидное кресло, и Коля с ее помощью перебрался в него с кровати. Она привычным жестом надела футболку на его голову:

– Там дует, в коридоре.

Но Коля вдруг дернулся:

– Не надо. Я сам.

Она отошла и молча наблюдала, как сын возится с рукавами, пытаясь всунуть непослушную левую руку в ускользающую пройму. Несколько раз ее руки тянулись ему помочь, но Надежда останавливала себя и просто молча стояла эти семь минут.

Когда с одеванием было покончено, она взялась за ручки Колиного кресла. Парень хотел было возразить. Но он уже очень устал и не стал мешать матери отвезти его к умывальнику. Только спросил:

– Мам, а помнишь, мы про приставку говорили?

– Я коплю, сынок. Еще пару зарплат надо подождать.

– Не надо приставку, мам. Давай массажиста позовем. Он еще рефлексотерапевт, я в интернете нашел.

Надежда удивленно, с робкой улыбкой взглянула на сына. Они ведь сначала надеялись, искали специалистов. А потом отчаялись и смирились, Коля сник и потух. Он покорно принимал мамину заботу и совсем перестал говорить о будущем. Выходит, не зря она вызвала эту девушку…

Коля смутился и от этого немного разозлился. Он боялся, что мать угадает его чувства, что хрупкий росток, появившийся внутри, не выдержит ее пристального внимания и погибнет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.