Гаухар Кенесова
Когда время бежит

1 ГЛАВА. 20.06.2018. УТРО. В ГОРОДЕ. ТОЧНОЕ МЕСТО НЕИЗВЕСТНО

Жара убивает.

А когда ты стоишь в черном костюме, жара убивает мучительнее.

О чем думала моя мама, когда покупала это? Боялась, что я замерзну?

Я вскидываю руку с телефоном. На экране высвечивается сегодняшняя дата и прогноз погоды. Так как интернет включен, я не сомневаюсь, что показан точный градус. Цифра 35 прыгает перед глазами, и я с отвращением пытаюсь вытереть со лба пот, который так и катит градом. Спина неприятно мокрая, а меня дубасит от утренней духоты. Сейчас только восемь часов, но стоять на улице – дело невыносимое.

И почему вступительные экзамены в университет проходят в такую погоду?

Экзамен начинается в десять, а дорога от дома до универа занимает много времени. Моя мама, которая уже волнуется сильнее меня (словно сама сдает экзамен), энергично вышагивает по тротуару в легком сарафане и пытается меня подбодрить:

– Все! Последний экзамен – и все! Ты главное не волнуйся, все будет хорошо. Я взяла тебе воды и поесть, если проголодаешься. Хорошо, что мы все-таки выбрали эти курсы: там процент поступивших гораздо больше, чем на тех, куда ходит Маринкин сын. А я ей говорила, говорила… ну ничего, мы посмотрим. Ты у меня умничка, в университет Х так редко, кто поступает с первого раза…

А я еще даже не поступил. У меня последний экзамен остался. Ау, мама? Да убеждать ее в чем-то уже бесполезно.

Я люблю маму. Конечно, когда она начинает говорить, остановить ее бывает сложно, но мама искренне заботится обо мне.

До университета остается пройти пару улиц. На маршрутку садиться мы не стали: она сейчас просто битком набита. После метро мы сразу вышли на прямую дорогу до места моих ближайших мучений – хорошо, что только на два часа. Про погоду я уже сказал? Мой платок намок, пока я вытирал лоб. Если в аудитории не будет кондиционера, то я просто умру.

Я достаю телефон, чтобы посмотреть, нет ли новых сообщений. Одноклассник, поступающий со мной в один университет, прислал сообщение в шесть утра, и, скорее всего, он уже сидит в кабинете. Вот попрыгун. Хотя у нас все равно разные специальности, какая разница…

По идее, поступить в университет Х очень сложно. Высокий процент поступающих и сложные экзамены – очень серьезные препятствия, я вам скажу.

Только недавно прошел экзамен в школе, как теперь я прохожу такой же этап здесь. Как бы не убить кого-нибудь в порыве отчаяния и злости.

А так утро выдается очень тихим. Правда, птички не пели: в такую жарищу можно только выть и тихо умирать на солнцепеке. Но как бы не так. На этом моменте остановимся подробнее.

Мы переходим дорогу. Черный мерседес не успевает до конца остановиться перед нами. Мама идет позади, и ее не задевает. Единственным человеком на пути несчастливого автомобиля оказываюсь я. Я не успел сильно испугаться – машину не заметил. Удар – и я с небольшой скоростью улетаю в другую сторону от машины. Голова у меня плохо соображает, и звон от маминого крика из ушей никак не уходит. Первое, что я запоминаю, это голос той сволочи, которая не знает правил дорожного движения.

– Жив! И будешь жить, я тебе заявляю! Ну ничего, ничего, это дело поправимое. Сечешь фишку, да? Я про врачей, говорю, ВРАЧЕЙ! Ясно? – грубый и ничем непримечательный мужской голос втирает мне какую-то дичь. В моих глазах все рябит от удара.

– Что вы делаете с моим сыном? – визжит где-то рядом мама. Господи, как же мне плохо.

– Я отвечаю, все с ним в порядке! Отвечаю! Вы потом им будете гордиться! А сейчас минутку, мадам, времени у меня мало…

– Я… я вас знаю! – мамин голос не меняет высоких тональностей. – Я вас видела по телевизору! Только где вот… вот…

– Я вообще популярная личность. Автографов не раздаю. Можете просто полюбоваться, я разрешаю. Так вот. Вы не переживайте. Я о вашем сыне позабочусь. Просто знайте, что он в надежных руках, хорошо?

– Что???

И я чувствую, как чьи-то сильные руки хватают меня и куда-то тащат.

– Что вы делаете с моим сыном?!

– Успокойтесь, мадама. Я к врачу отвезу его.

– Нельзя! У него сейчас экзамены!

– Мадама, какая вы жестокая. Ваш сын сейчас харкать кровью начнет, а вы на экзамены. Ни один хороший родитель так не поступит!

Раздается звук открытой дверцы, и меня толкают на заднее сиденье машины. В голове понемногу начинает все проясняться, но поднимать болезненную голову не решаюсь – вдруг кровь действительно пойдет.

Дверь захлопывается, но я узнаю мужской голос снаружи.

– Так, мадама. Здоровье сына важнее. Экзамены – это не проблема, потом сдаст. Я вам позвоню на телефон, когда все закончится. Так что даже не переживайте.

Передняя дверь стремительно открывается, мужчина садится на место, и машина почти сразу трогается. Я еле успеваю услышать мамин возглас:

– Остановитесь! Куда вы его везете! Эй, у вас нет моего телефо-о-о-н-а-а!

Машина быстро едет по гладкой дороге, совершая иногда крутые повороты.

– Все, чувак, приходи в себя. Конечно, приложился ты знатно, но все будет окей. Слушай меня. Сзади там лед лежит! Видишь, а? Сзади в кармане. Вот возьми к голове приложи! Давай, давай, мне труп в машине не нужен!

Мое зрение еще не сфокусировалось окончательно, но очертания предметов я различаю. На ощупь откапываю сзади холодный запечатанный пакет и прикладываю ко лбу. Ко мне приходит долгожданное облегчение.

– Круто! – говорит водитель, чей словарный запас отличается потрясающими неологизмами. – Ну ты как? В голове шумит?

– Уже лучше, – признаюсь я. В голове и правда немного шумит, но чувствую себя более-менее.

– Отлично, отлично. Ты приложи покрепче, покрепче говорю! Голову беречь надо!

Я уже понимаю, что у мужика точно не все дома. Чокнутый немного. Приглядываюсь к своему водителю – человек в черной куртке и с красной банданой на голове. Господи, что за бандит.

– Куда меня везете?

– Туда, где тебе помогут.

– В больницу?

Мужик с удивленным взглядом поворачивается ко мне, а я внутренне радуюсь, что мы стоим на светофоре. А то еще в одну аварию попадать совсем не хочется.

– Не, парень. Врачом не станешь. Не твое это, – и снова его взгляд возвращается на дорогу. – Да вообще долгий у тебя путь. Пока поймешь, ой не знаю даже, сколько времени это займет.

О чем он болтает? Я все уже давно понял для себя. Жизнь нужно прожить правильно. Заранее позаботиться о профессии со стабильной зарплатой, в конце концов, нужно как можно скорее заработать деньги и стать взрослым. Да, давно пора повзрослеть.

– Хей, не наводи тоску. Всегда меня бесит, когда ты начинаешь задумываться. Прям серьезный такой.

Кто-нибудь спасите меня от этого сумасшедшего. Нужно уходить.

Я привстаю немного, чтобы заглянуть в окно. Мой взгляд с трудом цепляется за плывущие мимо деревья и здания. Кажется, он едет в сторону аэропорта.

– Ну мама у тебя, конечно. Сын тут умирает, а она его на экзамены! Повезло тебе, что я тут оказался!

Сумасшедший, это ты меня сбил.

– Да ты не бойся, не бойся, тут холодная вода есть сзади. Посмотри и отпей.

Да, точно, вода лежит на коврике. Я тянусь к приятной прохладе, убираю крышку и с жутким желанием жить делаю глоток. Уже лучше.

Повезло мне, что у этого парня и лед и холодная вода в машине…

Так, стойте, тут что-то не так!

– Остановись! – громко говорю я. Куда же он меня везет?

– Не, не, не. Лежи, пацан. Голова еще будет болеть.

– Вы не понимаете. У меня экзамены. Там мама одна. Я не могу!

– Почему? Экзамены потом сдашь.

– Когда? Через год? Нельзя! Там судьба моя решается.

– Ууу, как все ужасно. Нельзя отдавать судьбу в руки этим сложным людям. Они со своей судьбой еле разбираются.

– Вы не понимаете.

– Секу я фишку. Это ты не понимаешь. Твоя судьба решается именно сейчас!

Сумасшедший.

– Остановитесь, или я выпрыгну отсюда.

– Парень, у меня стоит скорость в сто километров в час. После того, как я тебя стукнул, тебя уже не в больницу – в морг тащить придется. Сиди спокойно. Все идет, как надо.

За окном действительно быстро сменяются здания, и на меня потихоньку накатывает страх. Светофор… надо выйти из машины, когда будет красный.

Холодная вода действует удивительно – в глазах смутные силуэты приобретают нормальные очертания. Я разглядываю металлическую ручку двери и жду, когда машина остановится.

– Блин, да сколько можно! Опять красный! – печально произносит водитель машины. Давай!

Я нажимаю на гладкий металл и толкаю дверь. Та не поддается. Я с огромной досадой бью рукой переднее сиденье. Да какого черта!

– Тихо, тихо, ты чего? Ну заблокировал я двери, вижу же, что истерика сейчас начнется. А ты не кипишуй, все нормально.

– Что значит «нормально»?! Вы похитили меня прямо посреди дороги, – к моему удивлению, сильно разозлиться не получилось – голос был раздраженным, но спокойным.

– Послушай, – говорит мужчина, смотря вперед, – сейчас ты просто отлежишься и я дам тебе холодный компресс. На экзамен ты все равно не успеешь и не попадешь – мы отъехали прилично. Ничего я с тобой делать не буду. Маменькиных сынков на дух не переношу. Успокойся. Хоть сейчас будь мужчиной, лады?

Я успокаиваюсь. Нет, слова странного мужика с бандитской внешностью меня задели – какого черта он обо мне так говорит? – но будем разумными, я сейчас не в той ситуации, чтобы кого-то нервировать. А тем более того, кто водит машину.

Я снова беру термопакет с подтаявшим льдом и прикладываю ко лбу. Есть несколько вариантов развития событий, и надо действовать правильно. Он может оказаться благовоспитанным человеком и действительно отвезти меня в больницу или куда мне понадобится.

Я смотрю на зеркало заднего вида, которое отражает лицо водителя. Нее, разве можно соотнести такое лицо с нормальным человеком?.. Едем мы не долго, так что можно считать, что мы еще в городе. Единственная хорошая новость, которая быстро может превратиться в ужасную при долгой поездке.

Допустим, человек за рулем далек от благих намерений. Тогда что он может со мной сделать? Я вспоминаю рассказы учителей в школе, когда они предупреждали нас не идти за незнакомыми дяденьками и тетеньками. Это было давно, но картинка, как из нас вынимают окрашенные кровью органы, чтобы отдать каким-то другим дяденькам и тетенькам… Кажется, мне стало хуже.

Да, знаю. В этом мире есть и такие люди. В этом мире есть место такой грязи и противоестественности. Мерзко. Отвратительно.

Жизнь за жизнь, не правда ли?

Пока я раздумываю о далеких от здоровой жизни вещах, машина резко тормозит. Меня снова охватывает беспокойство. Откроет дверь и сразу бежать, бежать! К черту храбрость! Бежать!

Но прежде, чем паника захватила под свой контроль и мои глаза, я вижу городской парк. Да. Обыкновенный парк, в котором гуляют люди. Люди? Я спасен.

– Эдак ты сейчас в машине вырвешь, выходи. Я ее недавно помыл, не порть, – заявляет мужик и выходит из машины.

Это… входит в его планы? Можно поблагодарить небо за свой бледный цвет лица – благо, что меня даже использовать не будут.

Дверь оказывается открытой, и я тоже выхожу. Этот человек привез нас в знаменитую городскую зону – маленький участок леса, где так любит гулять вся элита столицы. Мимо меня проходит весело хохочущая пара, от которой доходят голоса: «Куда пойдем дальше?», бегущие мальчики, за которыми следуют родители с колясками, мужчины и женщины, спешащие пройти через лес на автостраду.

– Возьми воду из машины и садись сюда, – приказывает водитель.

Рядом с парковкой стоит скамейка, где он уселся. У меня, наконец, появилась возможность отчетливо разглядеть этого странного человека.

– Давай быстрей, быстрей, – машет он, и я снова поворачиваюсь к автомобилю. Вода утратила целебный эффект, но какую-то прохладу все же дает. Я зажимаю в руке бутылку, довольно громко закрываю дверцу и плетусь к скамейке. У меня нет сил бежать. По пути я оглядываюсь на номера: «107KG/777». Запомнил.

– Номера запоминал? – спрашивает меня мужик, когда я сажусь рядом с ним. В этот миг хочется треснуть его по башке, но я устоял. Недоверие и сомнения заползают в душу неприятной ядовитой змеей.

– Откуда… вы это взяли? – ни да ни нет. Держи равновесие в разговоре.

– Да ладно. Забудь. Еще что-то?

Еще что-то? Вопросы? Их целый океан. Но начать надо с чего-то важного…

– Как вас зовут? – да, похититель абитуриентов, должен я буду что-то говорить офицеру полиции. На лице мужчины появляется выражение полной брезгливости.

– Ты давай бросай этот тон. Аж мурашки по коже. Брр. На «ты» давай. А звать-то меня Оба.

– Оба? Что за имя? – недоумение на моем лице Обе не нравится.

– Нормальное имя. В будущем будет очень популярным – обводит рукой пространство перед собой водитель. – Вот увидишь.

– Бред какой-то, – озвучиваю я свои мысли вслух.

– Ты вообще приходи в себя быстрей, – говорит Оба, растянувшись на скамейке и подставив лицо солнцу. Словно он сказал, какая чудесная сегодня погода.

– Куда ты собираешься меня везти?

– Ах да, я же должен тебе все рассказать. Так прикольно. Знаешь, когда мы впервые встретились, ты типа был таким умным, все знал. А теперь я тебе все рассказываю, ха! Вот умора.

Я молчу. С сумасшедшими надо быть аккуратнее.

– Я должен тебе сказать кое-что, – его голос внезапно становится серьезным и он поворачивается ко мне. – Я тебя знаю, Геруак. Знаю, кто ты, мы же давно дружим. По правде это ты заставил меня дружить с тобой, но все окей. Ты, друг, спас мне жизнь. И теперь моя очередь спасти тебя. Геруак, я вернулся из будущего. Мы с тобой – путешественники во времени.

Где-то недалеко девочка роняет мороженое и горько рыдает над своей потерей, а ее мама от растерянности не знает, то ли ругать дочу, то ли утешать. Еще неподалеку стоит более умный папа и с горьким вздохом вытаскивает из портмоне деньги на новое мороженое. Слева стоит парень, который пытается найти в карманах последние деньги, чтобы накормить потрясающую блондинку рядом с ним. Девушка откровенно скучает, но вида особого не подает. Внезапно я вспоминаю, как на уроке географии нам рассказывали про экологию Землю. Впервые наша планета показалась мне такой маленькой и несчастной, из-за того, что эти людишки так испортили ее. Я вспоминаю книгу, которую читал с утра, и на меня накатила жалость, что я ее не дочитал. Но это не то, не то, я хочу это вспомнить. Вспомнить… что же…

– Да не парься. Я тебя, конечно, огорошил всем этим, но не настолько, чтобы ты так завис… Эй, чувак, ну давай, приходи в себя… аууу… эй…

– Слушай, – я останавливаю тянущуюся руку Обы, не давая ему коснуться меня. – Ты же сам понимаешь, что это полный бред. Путешествия во времени давно запрещены, и за этим смотрят.

Глаза Обы сверкают злорадным и веселым огоньком, и на его лице расцветает самодовольная улыбка. Блин, что же я хочу вспомнить?

– Это сделали мы. Мы! Ха! Это мы украли машину времени!

– Что?

Немыслимо. Машины времени давно уничтожили. Что за чушь…

– Машины времени существуют! – улыбается Оба, и возникает непонятная аура от его восторга. – Ты думаешь, кто-то мог посягнуть на святое и уничтожить машину с таким могуществом! Ха! Чудак, ты сейчас такой тупой! Не обижайся, просто ты был таким крутым и умным…, а я тебе так рассказываю все это… ха! Просто пойми, машины времени существуют!

Я вспоминаю, как дома мама ходила вокруг работающего за компьютером меня и охала, что на свободе какой-то странный преступник. И этот возглас перед моей кражей – «Я видела вас по телевизору!». Мы редко смотрим телевизор, только новости, а в новостях…

– Это ты! – воспоминание и догадка потрясают невероятностью. – Ты – преступник, путешественник во времени! Это ты украл машину времени!

– Это я! – сияет счастливой улыбкой Оба. – Это я! Я, я, я! Правда круто?

А у меня не остается слов. Нет, меня вполне можно понять. Простой абитуриент, добропорядочный и (совсем недавно) полноправный гражданин республики – я не имел никакого опыта общения с преступниками. В эту область общения с людьми жизнь меня не заносила. Видимо вот оно. Время пришло.

– А знаешь, почему ты не убегаешь? – с торжествующей улыбкой провозглашает Оба. – Ты тоже путешественник во времени!

Меня аж передергивает от этих слов. Путешественников во времени не то что не любят – их вообще не терпят. Попасть в тюрьму и умереть на электрическом стуле? По моей коже пробегает озноб. Нет, сколько непонятных историй, страхов с этими путешественниками. Ни за что. Не для меня. Не для моей спокойной жизни.

Не для жизни человека, который должен быть чист во всех отношениях.

– Тихо, не убегай. Я тебе вот что скажу. Меня прислал из будущего ты сам.

Я сам? Я не даю своему лицу растянуться в нервной улыбке. Наверное, больше меня пугает не правдивость слов. Я задумываюсь о том, насколько сумасшедшим вроде него я стану, если это все правда. А не пошел бы ты…

– Ты сам понимаешь, как это звучит? – спрашиваю я.

– Я тоже вначале тебе не поверил, – говорит Оба с уже менее торжественной улыбкой на лице. – Но у меня выбора не было, я пошел за тобой. Поверь, я даже не жалею. Уж вместе мы изменим мир!

Валить надо, валить!

Желательно сделать звонок в психиатрическую клинику. Кстати, насчет звонка. Из моего кармана раздаются звуки стандартной мелодии смартфона, и когда я вытаскиваю, на экране высвечивается имя моего одноклассника. Я принимаю вызов.

– Ты где??? Скоро регистрация закончится, придурок! Гендри Даривов, если ты меня кинешь в этом универе, я тебя из-под земли достану! – кричит одноклассник, и я даже могу представить, как он размахивает рукой в гневе. От его крика у меня пуще прежнего разболелась голова, и второй рукой я давлю на висок, чтобы стало хоть немного легче.

Господи, забудь ты уже это дурацкое прозвище «Гендри Даривов»! Я совсем не похож на этого дурацкого персонажа из сказки, потерявшего сердце…

Но моя проблема в другом. Как теперь все это объяснить?

– В меня врезался автомобиль. Но я в порядке, и короче…

– Да хоть самолет в тебя врезался! Что я тут буду торчать как маньяк-одиночка? Руки в ноги и сюда! Разговаривать можешь? Писать можешь? Голова работает? Так сюда давай!

– Слушай, – я не знаю, каким боком и как деликатно рассказать о ситуации, в которую я попал. – В меня реально врезались, и я…

– Да я уверен, что автомобиль пострадал больше, чем ты.

– Да катись ты… – и я замолкаю.

Напротив парка находится основная трасса из области в город. Естественно, по дороге есть много рекламных баннеров, и прямо напротив парка вовсю пестрит и светится огромный экран, транслирующий видео со сладостями, туалетной бумагой, видами из квартир от нескольких миллионов дирхамов и культурные видео от министерства безопасности. Экран действительно огромен, настолько, что, я уверен, люди, находящиеся по ту сторону поляны, могут видеть основные слоганы. «Покупай лучшее!» «Водитель, подумай о детях!». Но нет, замолчал я не по этой причине.

Прямо на весь экран располагается фотография Обы и надпись под ней: «Сообщить при обнаружении!». И тогда в моей памяти всплывает программа вечерних новостей, которую мы совсем недавно смотрели с семьей.

«Всем известно, что путешествия во времени запрещены с введением закона о Времени 2017 года, – гласил красивый и серьезный голос диктора через экран телевизора. – Но никто не знает, где находятся оставшиеся машины времени и кто в какой момент может их найти. По закону любой гражданин Зигры обязан сдать запретную машину в пункт правительства. Любое использование машины запрещено и наказуемо».

Да, этот закон я знаю. Поступить на юриспруденцию в знаменитый университет Х – очень сложно. Один из вопросов на вступительном тесте, который я успел пройти, гласил: «При нарушении какого единственного закона Зигры наказание подразумевает смертную казнь?». О, я знаю ответ. Путешествия во времени.

А на экране под фотографией Обы надпись изменилась.

«Путешественник во времени. Сообщить при обнаружении».

Сообщить при обнаружении…

Я опасливо смотрю на своего собеседника. Тот сидит как ни в чем не бывало, даже напевая под нос мотив песенки. Господи, я живу как добропорядочный гражданин, так зачем ты меня свел с самым опасным преступником на свете? Адвокат должен быть чист в любом случае. Мне нельзя оставлять такое пятно на своей репутации!

Нельзя… только многое в этой истории остается мне непонятным. Что он, черт побери, делает в одном из самых людных мест в столице? Прямо напротив передают эту фотографию, а он сидит, как обычный житель столицы!

Я начинаю замечать взгляды прохожих. Аллилуйя! Спасите меня!

От шока боль усиливается и перед глазами вместо четких предметов снова появляются неясные силуэты. Одноклассник уже бросил трубку, видимо, не дождался моего ответа.

– Классно я вышел, да? Взгляд такой… охрененный! – с радостью сообщает Оба, показывая рукой на дальний экран.

Трудно описать то, что я чувствую. В какой-то момент я понимаю, что чем дольше я тут сижу, тем хуже мне будет. Мелькает мысль позвонить в полицию, но это странно – доносить на собеседника, который сидит прямо рядом с тобой. А с другой стороны, что он мне сделает?

– Ух, время уже! – хлопает себя по лбу Оба и возвращается к машине. Я не жду. Знакомые цифры в телефоне и долгие-долгие гудки. Быстрее, быстрее. Почему же так долго? Я поворачиваюсь к машине и вижу, что Оба вылезает с заднего сиденья с какой-то шляпой. Шляпой? Серьезно?

– Держи! – Здрасьте, куда я ее дену теперь? Скамейка находится совсем близко к нашей машине, поэтому Оба без труда смог сделать шаг и нахлобучить мне на голову. Я даже не успеваю посмотреть на нее.

– Классная, да? Надевай! – говорит Оба, открывая багажник. Тот поправляет бандану на голове.

Куда я убегу с моим-то самочувствием? Голова заметно болит, вода перестает мне помогать. Мне снова становится плохо… из трубки доносится вежливый голос «Здравствуйте! Вы позвонили…».

– Держись, Геруак! Я уже набрал код! – раздается голос Обы.

Какой нафиг код? Я уже почти лежу на этой дрянной скамейке!

– Эй! – слышится мужской голос. – Остановись!

Слава Богу! Кто это? Помогите мне! Я не хочу быть рядом с этим сумасшедшим!

Мне кажется, что вдалеке собралась толпа, люди показывают на нас пальцем. Моя голова стукнулась о деревянную палку скамейки.

– Господин полицейский, прижмите уши покрепче, но до этого запомните! – голос Обы прозвучал совсем рядом и чья-то рука покрепче надела шляпу. – Я, Оба и мой друг, Геруак – путешественники во времени!

И шум прекращается. Я на минуту решаю, что чокнулся. Боль усиливается, пока я не чувствую, как кто-то положил мне горькую пластину в рот. В глазах все перестает быть расплывчатым, и я наконец могу посмотреть вперед. Но куда нужно смотреть? В глазах рябят тысячи и тысячи красок различных предметов, мест, людей, словно быстро прокрученный калейдоскоп. Голова быстро закружилась, и совсем рядом кто-то шепчет: «Закрой глаза». Это хороший совет, и я бы закрыл их, если в какой-то момент не стал различать расплывчатые очертания домов, деревьев и зданий ПОД моими ногами. Моя голова кружится еще сильней. Я чуть не падаю, но тот же голос панически произносит: «Не падай! Держись!».

Теперь же я наконец следую совету и закрываю глаза. Под ногами ощущается твердая поверхность, что позволяет как-то устоять. Но то, что я вижу, никак не ассоциируется с землей. Словно мы находимся в нескольких метрах над ней, в прозрачном нечто. Как тут не удивиться?

Проходит минута, когда тот же голос немного серьезно сообщает мне: «Открывай глаза». Голова продолжает болеть, и только в эту минуту ко мне приходит страшное осознание.

Мы переместились во времени.

2 ГЛАВА. 29.04.2021. ДЕНЬ. ЗА ГОРОДОМ

Мы едем в машине. Оба сидит за рулем, а я – рядом на переднем сиденье. Водитель смотрит вперед, изредка поглядывая на навигатор. На экране высвечивается путь, который нас ожидает. Оба крутит дорогу на навигаторе немного вперед посмотреть, нет ли пробок. Все чисто, на его лице утвердительно сияет довольная улыбка, и он снова уделяет все внимание дороге. Я смотрю по сторонам. Мы едем по пустынной местности посреди какого-то поля. Кажется, пшеничное, но я никогда не разбирался в тонкостях зерен. Меня вообще жизнь как-то с этим не сталкивала. Вдалеке я вижу несколько пестрящих зеленью деревьев. Оба благодушно открыл окна машины, и в лицо мне дует приятный ветерок. Весна.

Какая нафиг весна?

Но из меня вырывается совсем другое.

– Где мы?

– Ну, вроде рядом с деревней Раз. 29 апреля 2021 года. Три года бух! И прошло, – спокойно говорит Оба, даже не поворачиваясь.

– А…

Да, он все прекрасно объяснил. Разве можно что-то добавить? Интересно, что можно сказать человеку, которого ты забрал с собой в будущее? Оба нашел что ответить.

– Тысячу лет не был за городом, прикинь? Помню, батя мне дал покататься на своей тачке… В городе катался до двухсот километров в час. Как мы там убегали… весело было.

Я продолжаю смотреть по сторонам. Поля приятного желтого оттенка. Иногда встречаются маленькие домики, но все пространство занимают поля. Других машин по пути нет. Я представляю себя в черно-белом фильме.

В боковом зеркале я различаю полный интереса взгляд Обы. В этот момент я довольно грубо (хотя не хочу так) спрашиваю:

– Что?

Тот быстро переключается на дорогу. Нет, грубость мне совсем не свойственна, но я вполне могу себя оправдать. Сами попробуйте оказаться в моей ситуации!

– Да ниче, – крепко хватается за руль водитель. – Просто спокойный ты что-то. Совсем.

Совсем. На голову. Бездушный. Просто непонятный ряд слов, читайте дальше, не обращайте внимания.

И тем не менее мое выражение лица не меняется. Мы еще минуту едем молча, пока я все же не решаюсь:

– Почему ты забрал меня с собой?

– Ты сам мне сказал.

– Когда? Мы встретились только сегодня.

– Нет, я-то приехал из 2029 года. Ты нашел меня и сказал закинуть тебя сюда.

– Что? – да, моральное сотрясение при разговоре с этим типом мне было обеспечено. – Я не преступник.

– К 2029 году будешь, – невозмутимо сообщает Оба.

Блеск! Что-то бурлящее, клокочущее, полное сарказма, скрежета зубов и выразительного взгляда, явно хочет вылезти из меня. Какого черта я сотворил через одиннадцать лет?

– Что я еще сказал?

– Сказал помочь тебе с поисками.

– Какими еще поисками? – это самое бурлящее, клокочущее, полное сарказма, скрежета зубов, выразительного взгляда и раздражающего повторения, начинает набирать силу.

– Ты сказал нам надо найти создателя машины времени.

Это самое бурлящее, клокочущее и т. д. и т. п. затихает. Создателя?

– Зачем? – мой голос остается спокойным.

– Ты так сказал, – его голос еще тише моего.

Забавно. Каким человеком я стану через одиннадцать лет?

В качестве объяснений в моей голове крутятся несколько версий. Главный вопрос в том, насколько Обе можно доверять. Я никак не могу это проверить, но могу лишь предположить.

– Оба говорит правду.

Так как у него есть машина времени, он не кажется шибко умным, чтобы ее создать, приходится поверить в то, что я в будущем стану путешественником во времени. Итог: к 2021 году я в бегах.

Сквозь меня проходит чувство яростного огонька. Видимо, я сожалею о событиях будущего, раз решился подослать этого.

Я бросаю быстрый взгляд на водителя.

2. Оба лжет.

На втором пункте мои мысли останавливаются возле огромной-преогромной кирпичной стены под названием тупик. Если Оба совершил что-то нелепое как мое похищение, то этому есть причина. Просто он может скрывать это от меня. Скрывать действительную причину. Но все состыковывается на мне.

Что я такого ужасного или великого совершу? А что еще важнее. Геруак из будущего, зачет тебе понадобилась это? Что со мной произойдет? Зачем, зачем ты портишь мне мое настоящее, будущее, а себе – прошлое?!

И каким человеком я стану, если меня отсюда пытаются вытащить?

Мы аккуратно едем по гладкой дороге. Зданий не видно. По пути встречаются лишь знаки дорожного движения и указатель «5 км до Мары». Так мы недалеко от столицы.

Я снова поглядываю на внезапно успокоившегося водителя. Он тянется к кнопке посередине, нажимает, и включается радио. Звучат последние ноты неизвестной мелодии, и затем идет громкая заставка ежедневных новостей. Я прислушиваюсь к четкому голосу диктора.

– Добрый день, дамы и господа. Новости на этот час. С вами в студии сегодня Валий Памиров. Министерство по чрезвычайным ситуациям обнародовало список путешественников во времени, находящихся в розыске. Список включает в себя около двадцати имен, пятнадцать из которых не подтверждены. Предполагается, что это фальшивые имена одних и тех же путешественников в разное время. На июнь 2021 года в этот список вошли такие известные имена, как Анна Хилого, Оба Малимов…

– Слышал, слышал? – с восторгом произносит водитель, радостно тыча пальцем в радиоприемник. – Про меня говорят по радио!

Не успеваю я высказать свое мнение о неумеренном восторге соседа, как слышу невозможное.

– И, конечно же, Гендри Даривов, один из самых знаменитых и подлинно известных путешественников во времени, – голос диктора звучит буднично и без удивления. – Вот уже несколько лет ни одна служба безопасности не может поймать этих преступников. Многие известные миллионеры предлагают огромные выкупы за исчезающих людей. Сегодня в этот сегодня попал арабский принц Разумах Альба VI. Сумма выкупа составляет 430 млн дирхамов…

Гендри Даривов… Гендри Даривов, черт побери…

Мое прозвище…

– Слышал? Узнал себя? Ты звезда! – с восторгом и бестактной способностью не замечать чужих эмоций произносит Оба. – Прикольно, что ты взял себе псевдоним из сказки. Все знают это имя, но никто не знает тебя! Ты единственный преступник, которого еще никто не видел. Многие думают, что ты умер. Но мы-то с тобой докажем, что это не так. Да, Геруак? – Оба поворачивает ко мне свое сияющее от счастья лицо.

На мои плечи, кажется, рухнул мир. Я уже представляю себе, как круглая миниатюрная Земля раскололась с грохотом об мою голову. Большие обломки с поднятой пылью цепляются за мои плечи, а я продолжаю сидеть с размноженным черепом.

– Не волнуйся! – Оба отрывает правую руку от руля и хлопает меня по плечу. – Вот найдем создателя машины времени, а дальше глядишь – станешь величайшим путешественником во всей истории!

Последняя фраза действует похлеще нокаута на бойцовской ринге. Мой рот то открывается, то закрывается, и только через некоторое время я могу издать какие-то звуки.

– Я будущий адвокат…

– Уже нет, – весело произносит Оба, не щадя мои чувства.

– Мне нельзя быть преступником, у меня репутация…

– У тебя репутация круче любого человека!

– Это невозможно, – мой голос доходит до шепота.

– Будущее уже случилось, – говорит Оба. Я бы многое отдал, чтобы эта фраза была метафорой.

Мы продолжаем ехать где-то за городом. Мимо нас с грохотом проезжает грузовик. Оба, поумеривший свой восторг от минутной славы по радио, говорит:

– Не парься. В этом времени об этой машине никто не знает, и номера я уже поменял. Еще ни в одном времени их не использовал!

Наверное… эта информация должна меня радовать. Но я чертов путешественник во времени. Я в бегах…

– Тебя никто не видел, поэтому поймать не смогут, – продолжает «успокаивать» меня Оба.

– Почему не видели? – удивляюсь я.

– Будущий ты не попадался ни разу. И все документы на свое настоящее имя ты уничтожил. И любые упоминания, что тебя так зовут друзья.

– Что? – восклицаю я. – Как?

– Господи, да «Гендри Даривов» – это просто герой из сказки. Тебя бы никто никогда не заподозрил. А так ты вернулся в прошлое. Ты забрал все свои документы, уничтожил все, что на тебя есть в сети, и сжег дом.

– Сжег дом?! – потрясенно спрашиваю я.

– Не бойся, это было в 2019 году, и твоя мама тогда уехал в командировку. Кстати, она во второй раз вышла замуж, ты знал?

Слов… не осталось. Каким-то таинственным образом я еще не потерял способность задавать вопросы.

– Откуда ты это знаешь?

– Как откуда? – повеселел Оба. – Я тебе помогал!

Да.

Никогда не думал, что у меня будет такой друг. У вас в жизни есть друг, который может помочь вам сжечь собственный дом? Есть? Не радуйтесь рано. Это может быть Оба.

– Мы в 2019 попали с 2025, когда столкнулись с одним дармоедом, – весело начинает рассказывать водитель. – Я тогда чуть не попался в руки патруля, но мы ловко вывернулись. Ну и… к тебе забежали. А ты как давай все крушить, ломать, какие-то махинации с компом проворачивал… просто бааа! Страшный человек! Ты походу долго думал, как все это вывернуть, да? Наверное, уже начал об это думать. Колись, да?

Уверенности его слова мне не прибавляют.

– Все это случится через год… моего времени?

– Ага, – ответ Обы был коротким.

– Год? Слушай. Бред какой-то. Я вообще не думал даже о путешествиях во времени. И думать даже не хочу.

– Ты станешь великим человеком, – Оба, кажется, меня вообще не слушал. – За год ты столько всего сделаешь. Я даже тебе завидую.

Псих! Сумасшедший ненадежный псих!

В меня влезает другой страх. Если Оба говорит правду, то я тоже стану таким. Всего за один год…

– Не кипишуй. Здесь ты свободно можешь ходить.

– Почему?

– Тебя пока еще не раскрыли.

– Что значит «не раскрыли»?

– Ну еще не знают, как ты выглядишь.

– Еще? А будут знать?

– Не знаю, так далеко в будущее мы еще не заглядывали, – немного извиняющимся тоном говорит Оба.

Ладно. Будем смотреть на все с позитивом. Меня здесь особо не знают – это уже что-то хорошее.

– А что с тобой-то? – от подозрения я щурю глаза.

– Да я мастер перевоплощения, Геруак. Меня, может, кто-то и видел, да не каждый ловил.

Я медленно, очень медленно осознаю информацию. По радио идет какая-то развлекательная программа. «29 апреля. Уже 15:00 и время для «Забавных историй!». Скоро все слова в программе доносятся до меня лишь как шум. Что-то там болтают про консервы. Поверьте мне. Это последнее, что волнует меня на тот момент. В голове никак не хотят умолкать новые вопросы.

– Как говоришь, я с тобой познакомился?

– О! Ты же это… помог мне сбежать с тюрьмы.

Удар под дых! Критическое состояние! И чем мне сражаться после таких поворотов судьбы?

– Я не говорил, зачем тебе помог?

– Ты сказал, что мы старые друзья, – улыбается Оба. – Ну и еще, что я путешественник во времени. Поэтому не очкуй – я понимаю твои чувства. Я тоже был в восторге.

Всегда считал, что инопланетян среди нас нет. Наверное, я ошибался. А иначе как объяснишь то, что мы – словно жители разных планет?

– Так, – я стискиваю зубы. – А зачем надо было красть меня из моего времени?

– Ты сказал так сделать. Ты, который из будущего.

– Зачем?

– Чтобы найти создателя машины времени.

– Так. А зачем нам создатель машины?

– Он поможет ответить на какие-то важные вопросы.

– И что за важные вопросы?

Оба поворачивается и с улыбкой и легким удивлением спрашивает:

– Геруак сказал, что ты и так знаешь. Что уже тогда у тебя есть какие-то важные вопросы.

Все ясно. Я скрытная, странная, безумная сволочь, которая даже себя из прошлого доводит до белого каления.

– Есть хочешь? – будничным тоном спрашивает меня Оба.

Я тяжело вздыхаю. С утра кусок в горло не лез из-за волнений перед экзаменом, а теперь все эти стремительные события как-то не давали вспомнить о желудке. Оба истолковывает мое молчание по-своему.

– Значит, я здесь где-то припаркуюсь, а ты иди вооон в то кафе, – и указывает на заведение с большой вывеской. – Я туда приду.

Как ты можешь оставлять меня одного, когда я, черт побери, нахожусь в другом времени?

Нет. Я этого не спрашиваю. Поэтому послушно выхожу из машины и плетусь в сторону кафе. Может, сбежать?

Ага, и остаться навсегда в этом времени.

Не вариант. Придется выслушать Обу и выяснить, как можно вернуться назад и отвязаться от этого путешественника. Важно, чтобы он потом не увязался за мной. Иначе меня ждут крупные неприятности.

Я подхожу к свободному столику и сажусь. Официант подходит с меню, я прошу дать мне время подумать. Тот уходит от меня, а я тем временем бесцельно разглядываю меню.

Что же делать? Теперь придется ждать моего интересного «друга».

В кафе раздается звон колокольчика, который говорит о приходе нового клиента. Я лишь приподнимаю глаза поверх меню, вижу, что это не Оба, и уже отвожу взгляд в другую сторону, как замечаю, что посетительница в голубых джинсах и легкой кофте смотрит на меня с удивлением. Я сначала не обращаю на это внимание, пока она быстрым шагом не подходит ко мне.

– Ты издеваешься? – спрашивает девушка, подсев ко мне. И сама же отвечает: – Да, ты издеваешься, – я немного ошалел от неформального и возмущенного тона. – Какого черта ты делаешь здесь в этом времени?

– Извините… мы знакомы?

Девушка молчит и смотрит на меня распахнутыми глазами. Во взгляде проскальзывает неверие. Два раза моргает и только потом спрашивает:

– 2018 год?

– Что? – не сразу понимаю я.

Время, откуда я пришел…

– 2018 год? – повторяет она.

Я с трудом выдавливаю из себя:

– Да.

Незнакомка, кажется, моя ровесница, задумчиво и нервно стучит пальцами по столу. У меня есть время и причины рассмотреть неожиданную собеседницу. У нее короткие волосы, открывающие шею и маленькие ушки. Нос картошкой, задумчивое выражение лица, тонкие сминающиеся губы и длинные пальцы. Ах да, еще бледная кожа, которая сильно контрастирует с темной одеждой. По сравнению с остальными посетителями кафе она казалась снежной девушкой с гор.

– Блин, а ты же ничего еще не знаешь… а… точно… ты и меня-то не знаешь…

Есть ли какой-нибудь определенный алгоритм, как надо реагировать в таких ситуациях?

Или что говорить?

Я кручу кружку с выпитым кофе вокруг своей оси и молчу. Зачем мешать человеку думать?

А в ее голове явно кружатся сложные мыслительные процессы. В какой-то момент мне даже хочется прервать непонятное молчание.

Но никто не дает и шанса. Девушка выхватывает счет у подошедшего официанта, сует купюру в маленькую книжку и стремительно встает. Худые и цепкие пальцы хватают мое запястье и с неожиданной силой вытаскивают из-за стола. Затем стремительно она направляется к выходу. Так как девушка неудобно держит меня за руку, я еле поспеваю и никак не могу набрать скорость из-за постоянных столкновений с прохожими. Мне приходится отцепить ее руку и схватиться самому. Девушка замирает, резко приближается к моему лицу и почти с раздражением выдыхает:

– Ты ищешь создателя машины?

Люди толкаются и недовольно смотрят на нас. Я тяну нас вперед. Она упрямо стоит на месте с вопросом в глаза, пока я не шепчу:

– Идем.

Куда идем? Почему я нафиг такой спокойный?

Стоит ли спрашивать вообще про мое состояние?

Я стараюсь уйти от потока толпы. В ногах путается бумажный пакет от знаменитой точки быстрого питания. Чертыхнувшись, я чуть не падаю, но упорно иду вперед и заворачиваю в первый попавшийся поворот. Народу здесь полно, но теперь мы никого не сбиваем, расположившись по всей ширине тротуара, и быстро идем в потоке людей. Рука спутницы требовательно сжимает мою ладонь и тянет в другую сторону. Проходит немного времени и несколько улиц, пока незнакомка не отпускает меня и не направляется к темной машине, припаркованной возле тротуара. Я следую за ней, но в растерянности останавливаюсь, когда она садится на место водителя. Жестом она указывает на место рядом с собой. Я, откровенно говоря, туплю.

Ладно, я утащил ее в сторону, чтобы спокойно поговорить, но ехать с ней куда-то? Одно дело – уйти на несколько минут, и совсем другое дело будет, когда Оба вернется в кафе и меня там не застанет. Но теперь, когда жизнь столкнула меня с еще одним «другом», может, есть шансы развеять тучи загадок, навеянные мной же из будущего?

Тем не менее, через полминуты мы уже едем по дороге. Куда? Без понятия. Наш разговор начинается с самого животрепещущего. Она говорит:

– Я помогу найти тебе создателя машины.

Хорошо. Прекрасно. Замечательно. Волнительно. Очаровательно. И… не знаю, мой словарный запас не такой уж и большой. Но, все равно, тугой комок волнения рассосался, и дышать стало легче. В этом мире есть кто-то, кто поможет мне.

Девушка неожиданно поворачивается, вглядывается в мое лицо и разочарованно выдыхает:

– Все такой же спокойный.

Должны ли эти слова волновать меня?

Хмм. Слишком много поводов для волнений.

Приди в себя. Очнись. Это не сон.

Действуй. Ищи.

– Ты поможешь мне найти создателя? – спрашиваю я.

– Найдем, – быстро говорит она, не отрывая глаз от дороги. – Ты еще слишком мало знаешь. Ты один?

– Нет. Надо вернуться в кафе за моим другом, – говорю я.

– Что за друг? – хмурится девушка.

– Хмм… – думаю я. – Ты знаешь Обу?

Презрение на лице девушка полностью ее выдает. Она лишь говорит:

– Да, у тебя всегда было полно странных друзей.

Да, и ты, походу, в их числе.

Внезапно я ловлю себя на мысли, что совершенно ничего не знаю про своего водителя. В том числе и имя.

– Как тебя зовут?

– Дрилла, – снова быстрый ответ.

– Откуда ты меня знаешь?

– Мы учились с тобой в одном университете.

– Учились? – переспрашиваю я.

– Учимся, – потом немного думает и говорит: – Будем учиться.

Я ничего не говорю. Едем мы молча и недолго. Все это время я иногда кошусь в сторону водителя. У Дриллы длинные темные волосы со светлыми кончиками. Она худая, ее длинные пальцы аккуратно и уверенно держат руль. Вся ее фигура выражает сосредоточенность и отстраненность. Еще чуть-чуть – и от нее повеяло бы ледяным ветром. И глупо было бы отрицать привлекательность жуткого ветра.

Мы подъезжаем вовремя. Я успеваю увидеть, как дверь кафе с шумом открывается и оттуда вылетает словно ошпаренный Оба. Выбегать на улицу и кричать, что я здесь, было неразумно. Я указываю Дрилле на обезумевшего Обу.

– Останови его, скажи, что я здесь.

Дрилла паркует машину, ловко убирает ремень, открывает дверь, выходит и негромким голосом говорит:

– Только не ори.

Оба еле отходит от испуга, вглядывается в лицо Дриллы, но тут же недобро щурится, обращает внимание на машину, меня, с любопытством смотрящего на сие представление, и с облегчением выдыхает. Нет, все-таки он хороший малый.

– Ааа, это ты, ведьма, – снова смотрит Оба на Дриллу. У нее красиво изогнулась бровь.

– Мы знакомы? – и таким издевательским тоном, что сразу ясно, знакомы.

– Да, ведьма паршивая, ты меня даже не запомнила, – мрачно сообщает Оба и так брезгливо стряхивает руки, будто хочет убрать с рукава что-то мерзкое и противное.

Чудесные отношения.

– Ааа, да, я тебя вспомнила, – в холод Дриллы подмешали яд. – Ты тот самый бродяга, который постоянно крутится вокруг Геруака.

Лицо Обы приобретает красный оттенок.

– Хехе, – показательно смеется Оба. – Извини, ведьма, ты нам не нужна. Я работаю по приказу Геруака. Так что вали отсюдова.

На последней фразе он головой указывает куда-то в сторону и продолжает прожигать взглядом девушку. Но и она оказывается не лыком шита.

– Геруак тебе приказывает, а со мной он советуется. Поэтому нечего слуге изображать из себя кардинала. Я специально жду вас здесь. Тащи вещи и поехали.

– Это ты заткнись, ведьма, – Оба недобро сжимает кулаки. – Машина у меня, без нее мы никуда не поедем.

– Ты еще и оставил машину без присмотра, – губы Дриллы кривятся в безжалостной усмешке. – На что ты вообще способен?

– Уж Геруак доверяет мне больше, чем тебе, – заявляет Оба. – Поэтому именно я рядом с ним, а не ты.

– Вы уже час как в этом мире, а ты ничего еще ему не рассказал. Именно поэтому здесь я. Наш Геруак меня попросил. И я сама расскажу ему обо всем. Иди за своей тачкой и езжай за нами. И почему ты сразу не поехал ко мне, а отсиживался здесь?

– Кто ж знал, что в помощь Геруак отправит твою страшную рожу, – морщится Оба. – Я ждал подмогу, но не проклятье.

– Меня не интересует твое мнение. Поторапливайся, я не буду тебя ждать, – с этими словами Дрилла садится обратно в машину и пристегивается. Машина трогается с места.

Спрашивается, как же мне так повезло с друзьями? За что я себе прошлому решил так удружить?

Я лишь успеваю увидеть, как Оба бежит в сторону стоянки. За это время я даже не двигаюсь с места. Я держу руки скрещенными на груди и лишь смотрю в окно. Это мой город. Просто немного изменился за это время. Дома вперемешку с деревьями мчатся по дороге. Но все же до моего дома было далеко.

– Так говоришь, мы с тобой друзья? – я решаю не терять времени, а разузнать больше от этой девушки.

– Ага. – отстраненно сообщает она. – Мы учимся на одном факультете.

– Факультет юриспруденции?

– Ага.

Друзья, у меня есть хорошая новость. Я поступил! Хоть и узнал об этом странным способом.

– Как получилось, что я стал путешественником во времени?

– Это я сама хотела узнать от тебя. – говорит Дрилла.

– Всмысле? – я даже немного разочарован. Я думал, хоть она объяснит мне мой будущий поступок.

– Ну, когда ты пришел в универ, ты сказал, что давно хочешь путешествовать. Да и с твоим… другом, – на этой фразе ее губы сворачиваются в тонкую полоску, – ты нас познакомил.

– Ты же ведь тоже путешественница? – я получаю в ответ кивок и продолжил. – А как ты стала такой?

– Это ты меня уговорил.

– Я?

– Ну я как бы сама была не против.

– Это запрещено, как так? – не понимаю я.

– Нууу… – протягивает Дрилла и улыбается. – Ты использовал очень разумные доводы.

– Какие?

– Разумные. – и такой невинный взгляд!

Я выдохнул. Неужели не скажет?

– Я вообще удивлена, что ты такой. – вдруг заявляет она.

– Это еще почему?

– Ну ты какой-то… не такой. Хилый что ли…

– Хилый? – не понимаю я. – Слушай, мы с тобой знакомы всего-то…

– Но я то тебя знаю дольше, да? Ты всегда был уверенным в себе. Может эти путешествия тебя так изменили?

Я молча откидываюсь назад на сиденье. Почему бы и нет?Возможно…

– Ты не знаешь, почему я стал путешественником?

Дрилла задумчиво пожимает плечами.

– Ты говорил, что не можешь от этого отказаться.

– От путешествий?

– Жизни путешественника.

– Почему?

– Не знаю.

За все время разговора Дрилла так и не повернулась ко мне. Узнал ли я о себе что-то большое?

– Что ты собираешься мне сказать? – спросил я.

– Правила путешествий во времени. Так как мы будем искать создателя машины, то путешествовать нам всем придется.

– Так значит, ты будешь искать вместе с нами создателя, потому что я из будущего тебе так сказал?

– Это не единственная причина.

Я уже чувствую себя полным дураком, но все же спрашиваю:

– А что еще?

В ответ мне звучит тишина. Мы едем молча, пока на ближайшем светофоре не загорается красный цвет. Машина плавно останавливается, и неожиданно Дрилла впервые за всю поездку поворачивается ко мне и смотрит прямо в глаза.

– Потому ты – дорогой мне человек. И если ты меня о чем-то попросишь, я всегда тебе помогу. Если ты окажешься в беде, я всегда приду к тебе на выручку. Если ты ищешь создателя машины времени, я помогу тебе его найти. Мои знания, помощь, инструменты – все… – на последней фразе я вижу ее смущенную улыбку. – …к твоим услугам.

Пронзительные черные глаза. Я даже не сразу вижу в них зрачок. Слова звучат с поразительной искренностью. Ее лицо не выражает сильных эмоций. В истинном холоде я замечаю искру преданности и смущения. Мне кажется, такие слова от настолько сдержанного человека не могут быть ложью.

Машина трогается. Дрилла снова концентрируется на дороге.

На сердце тугой комок безнадежности начинает безмятежно исчезать. Немного поздно, но я все же говорю.

– Спасибо.

В этом будущем меня ждет хоть что-то хорошее.

3 ГЛАВА. 29.04.2021. ДЕНЬ. ПО ДОРОГЕ

– Тебе ни в коем случае нельзя оставаться в этом времени. – заявляет мне Дрилла, пока мы продолжали ехать по дороге.

– Почему? Что-то должно случиться? – меня этот факт очень сильно волнует. Если за мной заявились из будущего, то больше всего меня пугает то, что я могу сделать.

Дрилла кусает губы, видимо не решаясь сказать кое-что.

– Не сказать, что все так страшно. Просто мне пугает одна вещь.

– Какая?

– Ты… который живет в этом времени, пропал.

– Пропал? – у меня глаза на лоб полезли. – Как это пропал?

– Это не страшно. – пытается уверить меня Дрилла, хотя сама не перестает кусать губы. – Ты часто пропадал во времени, а потом появлялся. Но сейчас тебя так долго нет, да еще и другой ты появился с прошлого…

Я все хуже и хуже начинаю понимать этого человека. Себя из будущего.

– И что у меня на уме? – негромко спрашиваю я. – Какого черта я полез в эту бессмысленную авантюру? Хоть ты скажи раз меня знаешь! Зачем я это все делаю?

– Я думаю, у тебя есть причины.

– Логично. – усмехаюсь я. – Вот только какие?

– Не знаю.

Хороший я друг. Много чего видимо держу в своей голове.

У меня чешутся руки, я тру их о свои брюки. В кармане я чувствую свой теплый телефон. Когда я беру его в руки, смартфон оживает, но не связь. Значки Интернета и мобильной связи потухли. В другом времени мой телефон теперь бесполезен, чтобы связаться с кем-нибудь.

– Еще раз какой сегодня день? – спрашиваю я.

– Сегодня 29 апреля 2021 года.

– Три года значит… – протягиваю я и скрещиваю пальцы на колене. – А если в общем и вкратце что я натворил за три года?

– За три года ты успел стать путешественником во времени, каким-то образом откопать машину времени, набрать в команду таких же полоумных друзей, как и ты, стать международным преступником и периодически пропадать во времени. – четко и ясно говорит Дрилла и даже не поворачивает ко мне голову.

Не знаю, что меня забавляет больше – механический тон робота или то, что она, я и мои друзья – сумасшедшие.

– Но раз ты попал сюда, я должна объяснить тебе кое-что. – говорит Дрилла. – То, что Оба перенес тебя сюда, – ужасно, этот идиот сам не понимает, как опасно путешествовать, особенно с неподготовленным человеком.

– А то, что я из этого времени свободно путешествую, ничего?

– Именно ты научил нас всех пользоваться машиной и объяснил правила.

Поражаюсь себе все больше и больше.

– И что за правила?

– Правила путешествий во времени.

Забавно. Даже в таком опасном ремесле есть свои ограничения. Хотя… это вполне логично и предсказуемо.

– Раз ты попал сюда, значит машину видел?

В памяти выплывает смутный образ черной шляпы, то, как мне было плохо, и крики Обы. Я отрицательно мотаю головой.

– Хмм… ладно. – недовольно сообщает Дрилла, а у меня возникает чувство, что Обе попадет снова. – Не представляй ничего нового, она находится в чемоданчике.

– Самая опасная машина человечества в маленьком чемоданчике? – усмехаюсь я.

– Мне нравится твой сарказм. – улыбается Дрилла, – Но это еще не все.

– Шляпа? – догадываюсь я.

– Да, но тут главное не сама шляпа, а то что в ней.

– А что в ней? – я не припоминаю ничего примечательно и внутри она вроде была пуста. Оба аккуратно спрятал ее в машине, когда мы направились к кафе.

– АК-107.

– Что еще за шифр? Пистолет?

– Нет. – улыбается Дрилла и то понятно. Как в шляпе можно спрятать пистолет? – Он похож больше на тонкий обруч, и надевается на голову.

– Корона путешественника во времени?

– Или диадема. Это уж как посмотреть. – поняла мой юмор Дрилла. – На самом деле это очень важный предмет. АК-107 помогает сохранить воспоминания при перемещении во времени. Только благодаря нему, ты помнишь о своем настоящем времени.

– Подожди, хочешь сказать, что, если я не надену эту штуковину, то я забуду, откуда пришел? – ужас этого факта настигает постепенно.

– Не только. Ты будешь думать, что живешь в своем времени. Ну знаешь, будешь жить либо в прошлом, либо в будущем. Либо заново переживать старые моменты, либо привыкать жить в новых обстоятельствах. А если ты еще и забудешь, почему ты тут оказался, то дорога тебе в психиатрический дом. От незнания истины люди сходят с ума.

Путешествия во времени действительно опасны, это нам всегда говорили. Но я не знал, что они включают в себя такие детали.

– АК-107? – снова переспрашиваю я, чтобы запомнить то, что помогает мне сохранять воспоминания.

– В простанородье – запоминатель. – говорит Дрилла. – Просто запоминатель.

Думаю, мне нужно действовать аккуратнее. И выведать про машину времени больше информации, чем принимать какие-либо решения.

– Есть еще какие-то предметы, связанные с машиной?

– Только это.

Я припоминаю то, что перед перемещением Оба подошел к багажнику и ковырялся там. Наверное, он не хотел доставать чемоданчик и настраивал машину.

– Как можно настроить время, куда хочешь попасть? Там есть что-то вроде счетчика или…

– Код из четырнадцати цифр на чемодане. Первые две – это день, потом месяц, следующие четыре – год. Затем точное время. Например 10 часов 20 минут 15 секунд. Все просто.

– Вбиваю цифры и чемодан откроется? Так?

– Не совсем. – возражает Дрилла. – Машина времени настроена так, чтобы мы не могли перемещаться на более, чем тридцать лет вперед или назад.

– Это еще с чего? – удивляюсь я.

– Правила такие. Видишь ли, любое перемещение во времени влияет на окружающее пространство и судьбы людей. Чем дальше ты уходишь во времени, тем больше влияешь на все. Тридцать лет – это порог. Если ты перенесешься более чем на тридцать лет, само твое появление уже поменяет прошлое или будущее.

– Значит, пока я путешествую туда сюда в пределах тридцати лет и ничего особенного не вытворяю, все будет нормально? – так понимаю я.

– Да. До тридцати лет в прошлое или будущее твое появление никак не повлияет на Вселенную. В любом случае будущий ты сам настроил машину времени не открываться, если указанное время перечит правилу.

– И как я с этой штуковиной сладил? – неожиданно высказываю я мысли вслух.

– Это не единственное правило. – сообщает Дрилла, пока поворачивает на светофоре. Я и не заметил, как уже ехали по другому району – более ухоженному. – Есть целый свод таких правил. И все это написал ты сам.

Ууу, круто. На заметку себе – если собираешься писать многотомный труд, сделай все возможное, чтобы в будущем тебе не пришлось самому читать это.

– И много этих правил? Есть что-то еще важное? – спрашиваю я.

– Их немного. Все остальное – это твои рекомендации, если мы окажемся в такое-то время. Дам потом почитать, думаю, тебе будет полезно. А насчет правил, то их всего ничего. Самое главное – помни, что любое твое действие может сильно повлиять на время Вселенной.

– Это ясно. – подчеркиваю я, разводя руками.

Логично? Логично.

– Ты даже дал название одному правилу. Называется правило трех изменений.

– И о чем оно? – интересуюсь я.

– Если путешественник попадет в прошлое и совершит какое-либо изменение, то неизбежно в будущем будут, как минимум, три последствия этого изменения. И ты не можешь предсказать, что именно изменится – личность твоей будущей жены или цвет скатерти на обеденном столе. И всякий раз, если ты что-то напортачишь в прошлом, советую конкретно смотреть и считать, что там изменилось.

– Зачем тогда вообще становиться путешественником во времени, если я толком не могу ничего изменить? – возмущаюсь я.

– Кто говорил, что ты не сможешь? Можешь, конечно, но прошлое тебе в любом случае не понравится.

– Это еще почему?

– А это другое правило времени и оно гласит так, – Дрилла кашляет для важности. – Любое изменение в прошлом ведет к изменениям в будущем. Любое последствие принятого изменения теоретически необратимо и ведет лишь к ухудшению твоего положения в настоящем времени.

– Здрасьте, я ваше тетя. – ошарашенно произношу я любимое выражение мамы, когда она начинала читать Маркса. – Давай все разберем по полочкам. Первое предложение то я понял. Если я что-то изменю, то все равно будут последствия. А что дальше? Почему к ухудшению то? Я буду жить хуже?

– Ну, очень неправильно сказать «будешь жить хуже». – поразмыслила Дрилла. – Но ты ведь родился в этом времени, и оно для тебя всегда будет лучшим. Этот мир – твое настоящее. Нет мира лучше. Ведь всегда люди еще в древности верили в предопределение, потому что знали – для себя они живут в лучшем мире.

– Но если я что-то изменю, это будет тот же мир, что такого?

– Нет, он будет другим. Твой мир – это тот, в который ты попал с рождения. Оттуда ведь и началось твое время. Поэтому правила времени запрещают что-то коренным образом менять.

– Но почему оно необратимо? Я не могу вернуться и исправить то, что сделал? – не понимаю я.

– Поэтому я и сказала, что теоретически можно. Но есть другое правило.

– Да сколько их там? – раздраженно спрашиваю я.

– Достаточно, чтобы запомнить и не совершать ошибок. Остынь, мне осталось рассказать совсем немногое. К тому же, чего ты ожидал от такого опасного ремесла?

– Да вообще ничего не ожидал, я из будущего сам себя сейчас заставляю стать путешественником! – в сердцах восклицаю я. – А оно мне надо?

– Видимо, надо. – смеется Дрилла.

– Ладно, что с правилом?

– Ммм… ты знаешь, что каждый путешественник во времени должен писать свой дневник?

– Дневник? Чтобы не путаться во времени?

– И не только. Вот тебе еще одно правило времени. Ни в коем случае никогда не встречайся с самим собой из другого времени.

– С самим собой? – это меня удивляет.

– Правило не совсем строгое. Просто мы сделали такой вывод на опыте наших предшественников. Это слишком сильная психологическая атака на сознание человека. Не каждый может это выдержать. И это тоже ведь изменение в прошлом. Представляешь, ты и прошлый ты увидели друг друга, а как должна реагировать Вселенная? Конечно же, все ведет к мощному последствию в будущем. А какое правило я тебе говорила? Правильно, мы будем жить в гораздо худшем мире, чем до этого.

– Как все сложно. – выдыхаю я.

– У тебя все получится. – приободряет меня Дрилла. – Ведь на данный момент ты (или будущий ты) – самый лучший путешественник во времени из существующих. Значит, все это будет тебе по плечу.

Я улыбаюсь. Дрилла не обманывает ни меня, ни себя. Да, очень многое получалось у меня на «отлично». И я всегда знал, какие качества нужно развивать в себе. Ну давайте, что там обычно говорят? Целеустремленность? Сила духа? Твердый характер. Все верно. Но я уже давно принял решение, что важной чертой любого человека должна стать уверенность.

Уверенность.

Уверенность в способностях. В таланте. В уме. В том, что является реальным для меня. Обыкновенная уверенность в принятом решении.

Но чаша весов должна быть ровной. Чрезмерная уверенность превращается в самоуверенность, что граничит с бахвальством. Нужна ответственность. За то, что ты совершил. Маленький груз на чаше качеств твоей души. Принимай ответственность за свои решения.

Моя проблема в другом. Я не хочу ни брать ответственность, ни расточать уверенность для опасных путешествий во времени.

Скажите, вы тоже просто плывете по течению жизни?

Тогда, мы с вами точно не похожи.

Дрилла едет долго, из района в район, с другой точки города в другую. Мимо меня проезжают такие же машины, стоят такие же дома, такие же люди и такая же жизнь, как и три года назад. Только моя изменилась до неузнаваемости.

Дрилла заезжает в маленький аккуратный двор в тихом районе. Посередине двора стоит футбольное поле, на котором играют мальчишки, мамы толкают из сторону в сторону коляски и какие-то молодые люди тихо курят возле подъезда. Маленькая машина Дриллы не привлекает ничье внимание, из чего я понимаю, какой конкретно водитель живет в этих домах. За то самые долгие и завистливые взгляды провожают черный мерседес, который едет следом за нами. Оба сам по себе не особо придает доверия, поэтому мне остается удивляться, как такой человек еще на свободе. Его выход из машины остается таким же эпичным, как и заезд во двор. Пока мы с Дриллой стоим уже возле подъезда и смотрим, как он подходит к нам, я успеваю спросить у своей спутницы:

– Как его вообще еще не поймали?

– Не представляешь, я каждый день задаюсь этим вопросом. – честно отвечает она.

Дрилла не дожидается, пока Оба эффектно закроет дверь машины и походкой победителя местного конкурса крутизны отправится к нам. Столько смешного пафоса я еще не видел нигде. Мой контроль эмоций дает сбой и выдает улыбку. Это лучше, чем расхохотаться во весь голос.

Мы спокойно отправляемся вслед за Дриллой. Меня немного беспокоит тот факт, что местных заинтересует Оба, может даже настолько, чтобы сказать об этом куда следует. Но я надеюсь, что беспокоюсь зря.

Какая-то маленькая девочка весело смотрит на меня и сказала своей ровеснице:

– Смотри, дяденька в костюме. Как папа!

Мы уже входим в дом. Лифт в доме Дриллы маленький настолько, что мы втроем почти касаемся друг друга. Еще там находятся два зеркала, и куда бы я не повернул голову все время натыкаюсь на чей-нибудь взгляд – то в зеркало, то глаза в глаза.

В следующее мгновение мы входим в уютную квартиру. Вероятно Дрилла живет здесь не одна, но в данный момент там никого нет. И вряд ли бы появился в ближайшее время, раз она впустила нас сюда.

Я спотыкаюсь о порог и падаю на Обу, который стоит рядом. Тот не ожидает этого, и мы чуть не падаем вместе. Несколько быстрых движений, мое «Эй!», и я хватаюсь за ручку двери и только это позволяет нам остаться в вертикальном положении.

– Не разнесите мне тут все! – говорит следом вошедшая Дрилла.

– Помолчала бы, ведьма. – говорит Оба, проходя дальше в квартиру.

Мои напарники ведут себя по отношению к друг другу нарочито пренебрежительно. Казалось, они терпят друг друга только ради меня, словно я их ребенок, который не может ступить ни шагу без родителей.

Дрилла располагает нас на кухне, где возле кухонной стойки мы садимся на высоких стульях на одной ножке. На стойке стоит ваза с фруктами, открытая шкатулка для мелочи и, на удивление, ручки со стикерами. Несмотря на совершенствование современных технологий, список покупок до сих пишут от руки. От традиций тяжело оторваться.

Кажется, такие встречи были не редкостью для нашей компании, так как Оба привычно берет яблоко с вазы и начинает есть его, а Дрилла достает три кружки разных цветов, куда позже наливает горячий чай. Когда она ставит их на стойку, каждый тянется к своему цвету, а я долго пялюсь на кружку светло-зеленого оттенка. Меня все больше накатывает волной удивления и зависти: эти люди прекрасно знают мой любимый цвет, предпочтения, даже мое поведение для них не будет тайной. А для меня они странные люди, которых я успел встретить пару часов назад. Вот тебе очередной минус быть путешественником во времени.

Тем не менее у меня остаются вопросы, которые так и покрыты мистической туманной пеленой. Я смотрю на Дриллу.

– Так ты мне правила рассказывала. Как я их умудрился сочинить?

– Ты не сочинял. Это уже доказанные правила, которые ты собрал еще до встречи с нами. – отвечает Дрилла после глотка чая.

– Так мы разве не в университете на первом курсе встретились?

– Мы познакомились в первый день учебы.

В моем времени оставалось чуть больше одного месяца до первого дня учебы. Как может один месяц изменить всю мою жизнь? Я решаюсь задать вопрос, который выдал все мое сомнение.

– Слушайте, может быть, вы меня с кем то путаете?

Зря задал. Даже простодушный взгляд Обы не мог раньше так сильно выражать вопрос «Ты идиот?». Кажется, я сильно упал в его глазах. Реакция Дрилла остается другой.

– Я так ждала этого вопроса. Наверное, на твоем месте я бы уже давно чокнулась от такой сумасшедшей компании.

Теперь мы с Обой смотрим на Дриллу.

– Что? – та разводит руками. – Ни один нормальный человек не пошел бы в путешественники. Только сумасшедшие ищут в этом ремесле какой-то смысл жизни.

– Но вы же пошли. – хмурюсь я.

– А кто сказал, что мы – нормальные? – смеется Оба.

Дрилла тоже улыбнулась, а я по непонятной причине совершенно комфортно ощущаю себя в компании странных людей. Не, не, не. Даже не думайте. Минутное помешательство. Я чувствую себя нормальным человеком.

Я прикрываю глаза и пытаюсь найти название эти эмоциям. Волнение, зависть, капля комфорта и… небольшое раздражение. Их друг не я. Будущее еще не факт, что будет реализовано.

– Ну так про правила, – говорит Дрилла. – Когда мы с тобой встретились, ты сам нам рассказал про них и даже привел доказательства.

– Какое?

– Конгресс 2001 года. – коротко отвечает почему-то Оба.

Я ничего не говорю, просто уставился на них, ожидая объяснений. В памяти смутно выплывают предложения из учебника истории. Отдельно слова вспыхивают, как искра в сознании, но быстро гаснут прежде чем мысль успевает за них схватиться. Но примерно понимая о чем мне намекают мои будущие друзья, я делаю предположение.

– Что-то связанное со временем… какой-то путешественник? – Оба с Дриллой качают головами. – Закон о времени? – Дрилла улыбается. – Нет, 2001 год… поправка к закону?

– Да. – сияет Дрилла, а затем продолжает. – В 2001 году правительство официально подтвердила в качестве наказания за путешествия во времени смертную казнь. А до этого на конгрессе ведущие специалисты по времени обсуждали возможности перемещения и даже почти договорились о сроках эксперимента…

– Почти? – я чувствую подвох. – Что-то случилось?

– Да, случилось, и это таинственное что-то подтвердило всех ученых в том, что путешественники должны исчезнуть. Все одобрили смертную казнь.

– Да что такое может случиться, чтобы умные люди мира согласились убрать всех путешественников? – поражаюсь я.

– Ооо, умные мысли приходят в твою голову. Именно поэтому будущий ты отправился в 2001 год узнать что случилось.

– И что я сказал?

– Ничего. – буркнул Оба. – Ты отказался говорить и запретил нам путешествовать в это время.

Я смотрю на своего будущего друга и мне хочется треснуть его чем-то тяжелым по голове. За что? За то, что не треснул будущего меня.

Мне хочется горько усмехнуться. Я из будущего оставил прошлому себе какие-то разрозненные кусочки информации, двух странных преступных последователей и практически никакого выбора. Я на несколько секунд закрываю глаза.

– Неужели вы все равно не пытались попасть в 2001 год?

Оба с Дриллой переглянулись.

– Ты так сказал…

– Вот как? – я не хочу, чтобы в моих словах они прочитали что-то большее, чем простой интерес. – Только мои слова вас сдерживают?

Напарники умолкли. Оба явно не понимает, к чему я клоню, а Дрилла, кажется, смогла уловить направление мыслей. Надо быть осторожнее. Несмотря на ее улыбки, слова поддержки и, кажется, искреннюю заботу, я не чувствую себя обязанным тому, кто хочет изменить мою жизнь на 360 градусов.

Даже если это был (будет) мой добровольный выбор. Сейчас я остаюсь собой.

– Это ты контролируешь машину времени, Геруак. – аккуратно сообщает Дрилла, которая, казалось, тоже подбирает слова. – Именно ты сделал все эти исключения во времени вроде 2001 года. И мы все согласны с тобой, ведь ты делаешь это ради нас самих… ты заботишься о нас, я знаю. И я понимаю, что многое не ясно, ты напуган, многое случилось за пару часов…

– Я в порядке. – подчеркнуто вежливо и спокойно сообщаю я. Конечно, это была ложь. Я чувствовал, что не могу скрыть жесткую мимику на лице, чуть поджатые губы и спокойствие в глазах. И больше всего меня раздражает эта женская внимательность к чувствам человеческой души. К счастью до меня, эту ситуацию можно было и обыграть по-другому.

– Раз вы меня так хорошо понимаете, можете сказать, что меня теперь ждет в будущем?

Я выжидаю несколько секунд перед тем, как продолжить. Оба смотрит на меня растерянно, Дрилла – с напряжением.

– Вы правда думаете, что я хочу становиться путешественником во времени?

И несколько секунд тишины. Да, Да, глупо. Невероятно глупо. Но мне нужен ответ.

У вас его нет.

– Кто создатель машины времени?

Я сам выжигаю из себя весь холод.

Ответом мне до сих пор служит молчание. Я беру в руки все свое спокойствие и выдержку. Нервы летят к чертям.

– Кто такой создатель машины времени, раз я должен, черт побери, отдавать за это жизнь?!

Последние слова звучат почти в крике. Да, жизнь сейчас такая беспокойная. Отстаньте. Отстаньте. Оставьте меня в покое. Вы! Вы! Какого черта. Вы не имели никакого права управлять моей судьбой.

Как же

Это

Раздражает

Я не заметил, как мои стиснутые кулаки оказываются на столе. Да, прекрасно. Я никогда не умел играть, но истинные чувства сейчас нужны как никогда.

Я

Не

Буду

Следовать

Вашим

Правилам

– Извините. – я тяжело выдыхаю, но не опускаю глаза. – Мне нужно немного времени… чтобы понять все..ммм… прийти в себя. Я… ну я скоро приду.

Я встаю со стула и направляюсь к двери так быстро, как только могу. Лишь бы Дрилла не заметила ту долю фальшивости, что я привнес в эту сцену. Почему девушки такие проницательные?

Я выбегаю за дверь до того, как они могли мне что-то сказать. Я должен быть осторожен. В кармане тихо позвякивают ключи. Я кручу в голове сцену у порога, когда мы только заходили в квартиру. Карманы у Обы не закрывались, легко можно засунуть руки в них при падении и вытащить самое нужное. Своим криком я пытался скрыть звон ключей, которые плавно перекочевали мне в карман. Я дышал спокойно и размеренно, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердце. Просто оно не привыкло к таким методам. Просто я не могу доверять этим людям.

Быстро, быстро. До того, как Оба найдет пропажу, до того, как Дрилла поймет эту сцену, до того, как появится хоть кто-то, чтобы меня остановить…

Меня и до этого раздражал костюм на экзамен, но еще больше он раздражает тем, что привлекает внимание. Мой высокий рост, быстрые шаги и «интеллигентный» вид «замечательного» молодого человека все больше привлекают взоры других людей. Но у меня нет выбора. Все равно они поймут, что я убегаю куда подальше.

В голове у меня уже созрел план. Я вспомнил о конгрессе, том самом, о котором говорила Дрилла. Конкретно в этот день, когда проходил этот конгресс, я попасть не смогу. Но никто не сможет запретить мне попасть за день до него и подождать события.

Неважно, что сцена в доме могла показаться фальшивой. Неважно!Не разрушай себя.

Я быстро выхожу из дома, пересекаю двор, по пути собрав любопытные взгляды и подошел к машине Обы. Одна кнопка на ключе и задний багажник открывается. Там лежит куча вещей – от пустых банок от газированных напитков до порванной шины. Но здесь главное это. Запустив руку вниз, под коврик, я нащупал угол чемодана. Переместив руку влево, я хватаю его ручку. Рывок и передо мной оказывается большой черный чемодан. Я смотрю на код возле ручки. Четырнадцать цифр. То, что нужно. Потом мне приходится открыть заднюю дверцу машины, чтобы вытащить черную шляпу. Я аккуратно прощупал ее и чувствую под пальцами нечто, похожее на металлический ободок. Запоминатель.

Машину я оставляю, но ключи забрал. Когда я полностью закрыл машину, мне в голову приходит новая идея. Изначально я хотел украсть машину и уйти в какое-нибудь безопасное место. Но сейчас мне пришла мысль лучше.

Оба и Дрилла должны уже искать меня. Времени нет. Быстро! Так быстро, как только можешь.

Быстро, быстро!

Сохраняя спокойствие, я начинаю набирать цифры. Первые две – 18. Вторые две – 02. Февраль. Последние четыре давно известны – 2001. Остальное неважно. Справа от кода находилась маленькая прямая ручка, которая лежала на чемодане. Я приглядываюсь повнимательнее. Ручка приделана в виде маленького рычага, который мог крутиться только в одну сторону. Я снова проверяю цифры. Со стороны подъезда раздается шум.

Я быстро отхожу от машины и бегу в дверь соседнего подъезда, которая, к счастью для меня, остается пустой и с открытой дверью.

Мои дальнейшие действия довольно предсказуемы. Поворот маленького рычага, и приходит знакомое головокружение. Какие-то крики раздаются, пол исчезает под ногами, крепче прижимаю к голове шляпу. Я закрываю глаза и неожиданно для себя задерживаю дыхание. Я жду того самого момента, когда подо мной окажется стена из воздуха и я снова смогу увидеть целый город. Такой момент опасности кажется мне ужасно привлекательным, как прыжок с парашюта. Я уже не боюсь, а смотрю во все глаза на мягкие, пушистые облака, крыши домов, деревья и маленькие точки внизу.

Сейчас очень многое продолжает быть мне непонятным. Но что я знаю точно.

Моя судьба

В моих руках.

И никто этому не помешает.

4 ГЛАВА. 18.02.2001. 3:37 УТРА. ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ПАРК СТОЛИЦЫ

Забавное сейчас время. Один случай в жизни способен изменить все и вся.

Я чувствую, как машина приближается к нужному времени, и закрываю глаза, ожидая уже знакомое головокружение. Резко солнце заходит за горизонт, и темнота накрывает город. Я не хочу ждать слишком долго, уже на следующее утро должен наступить конгресс. Мне нужно просто переждать где-то эту ночь.

Я зависаю в несколько тысяч метров над землей, стою в воздухе, как на твердой земле и невидимая платформа подо мной медленно плывет вперед. Теперь я уже с интересом и без всякого ужаса, с головокружением смотрю на быстро меняющийся мир внизу. Иногда я попадаю в облака пыли и тумана, понимая, что пролетаю мимо заводов и фабрик. Я не чувствую никакого ветра, хоть и лечу с большой скоростью. Иногда картинки Земли мелькают передо мной так быстро, что приходится закрывать глаза. Легкий, еле чувствительный ветерок касается меня, хотя я с ужасом думаю об этой бешеной скорости, с которой пролетаю над Землей. Но больше всего меня пугает тот факт, что скорость постоянно меняется – от тех моментов, когда я отчетливо вижу птиц на крышах домов, до смазливых, пролетающих мимо меня пятен, от которых кружится голова.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.