Наталья Дёмина
Встреча

Часть 1.

Мужчина смял в руке пачку сигарет и поспешно засунул её в карман куртки, когда из автобуса вышла женщина невысокого роста в поношенном пальто бледно-розового цвета. Её волосы неопределённой длины были собраны в простой узел за затылке. Короткие полусапожки на плоской подошве, видимо, были неудобными, так как женщина несколько раз останавливалась, чуть поднимая то правую, то левую ногу, делая ступнёй слабые вращательные движения, одновременно перехватывая руками ручки пакетов, которые были большие и под завязку набиты продуктами.

Он нахмурился, когда впереди показался многоквартирный дом. Женщина остановилась, подняла голову, всматриваясь в тёмные окна своей квартиры. Её плечи поникли. Она будто стала ещё меньше ростом.

Он остановился у одного из деревьев, прячась в тени сумерек, и продолжал жадно следить за тем, как женщина скрылась в подъезде.

«Восемь двадцать пять», – сделал себе пометку в записной книжке телефона, продолжая стоять под холодными порывами ветра. Через несколько минут ярким светом вспыхнуло окно на четвёртом этаже.

«Дома», – сделал он ещё одну заметку, а рядом указал время.

Мужчина достал из кармана пачку сигарет, вынул одну и вдохнул её аромат. Курить он бросил несколько лет назад, но до сих пор испытывал непреодолимую тягу вдохнуть запах табака. Аромат его прошлой жизни и несбыточных фантазий.

Он ещё какое-то время постоял под окнами. Вздохнул и медленно побрёл в сторону остановки, где была оставлена его машина.

Пикнул телефон оповещая о входящем сообщении. Он и так знал, что в нём, но всё равно поддаваясь порыву открыл его. На экране высветилось лаконичное: «Когда?»

«Скоро», – быстро ответил мужчина.

«Часики тикают», – пришло новое послание.

Он сжал зубы и засунул телефон в карман тёмно-синей куртки.

– Я и сам знаю, – пробубнил себе под нос.

Свет фар проезжающей машины ненадолго выхватил высокий мужской силуэт, который исчезал в салоне автомобиля.

Телефон в кармане опять пикнул.

«Не тяни», – давил абонент.

Мужчина зло швырнул гаджет на соседнее сиденье. Завёл двигатель. Машина нервно зачихала и тронулась с места, чтобы через сорок минут остановиться у подъезда другой многоэтажки.

Заглушив двигатель и поставив машину на сигнализацию, он вошёл в средний подъезд и поднялся на лифте на восьмой этаж. Открыл дверь своим ключом.

– Валя, – из комнаты вышла ему навстречу девушка в мужской рубашке, которая была не застёгнута, демонстрируя кружевные трусики красавицы и её упругую грудь, – ты сегодня поздно, – надула губы красавица, отводя длинные пряди от лица. – Любимый, – переступала босыми ножками подходя к нему.

Мужчина разулся, снял куртку и повесил её на вешалку.

– Любимый, – нетерпеливо произнесла она, повиснув у него на шее, – я так соскучилась.

– И я, – устало улыбнулся Валентин, обнимая её в ответ и целуя губы вишнёвого цвета, сладкие с ароматом ванили.

– Валя, – томно прикрыла глаза девушка, –  мы ведь поедем к морю в этом году?

– Да, Ирочка, обязательно поедем, – прижимал её к себе мужчина.

– А когда?

– Я работаю над этим.

– Правда?

– Да.

– Я так люблю тебя! – взвизгнула она.

– И я, – вздохнул он. – И я.

Часть 2.

Маргарита устало плелась с остановки до дома. Тяжёлые пакеты больно врезались в ладони, поэтому она время от времени останавливалась, чтобы перехватить их поудобнее. Пальцы на руках распухли и стали багрового цвета. Ноги тоже ныли. Обычно она ходила в сапожках, но вчера, как назло, на одном сапоге отклеилась подошва. Бежать в ремонтную мастерскую было поздно. Поэтому сегодня Маргарита надела эти неудобные полусапожки, которые ей несколько лет назад подарил муж, по случаю нового года, да вот только с размером он ошибся, купив на размер меньше. Вроде бы, ничего страшного – один размер. Он ещё пошутил: «Подогнёшь пальцы, – ярко улыбаясь. – Красота требует жертв». И вот сегодня Маргарите выпала честь помянуть добрым  словом и красоту, и мужа, который, кстати, находился всё ещё в командировке.

«Слишком часто у него стали возникать эти командировки», – вздохнула женщина, вглядываясь в тёмные окна на четвёртом этаже.

Она вздохнула и поплелась к подъезду. Но и здесь её ждал неприятный сюрприз, в виде неработающего лифта. Женщина перехватила пакеты и принялась медленно подниматься на четвёртый этаж.

Квартира встретила её холодом одиночества и темнотой.

Маргарита не разуваясь прошла на кухню и поставила пакеты на стол. Сама без сил рухнула на табурет, уронила голову в ладони и расплакалась.

«Одна, – всхлипывала она. – Опять одна. За годы брака даже детьми не обзавелась».

Она горько плакала, вспоминая сколько раз уговаривала мужа родить ребёнка, а он всё время только отнекивался, мол, успеем, мы ещё молоды, давай, вначале займёмся карьерой… А теперь он стал её убеждать, что им и без детей хорошо. Может быть и хорошо… Кому-то… Но не ей…

«Сейчас я бы была не так одинока», – вытирала она слёзы, расстёгивая пальто и наконец снимая короткие сапожки.

Женщина чисто автоматически разложила продукты в холодильник.

«Приму душ и займусь сапогами», – решила она.

Маргарита была в ванной комнате, когда ей на телефон пришло сообщение: «Сладких снов, любимая. Весь день думал только о тебе. Ещё два дня и мы снова будем вместе. Люблю. Целую. Твой Боря».

А когда через двадцать минут она восторженно читала сообщение от мужа и писала ему в ответ, что тоже любит и скучает, Борис лежал на огромной круглой кровати, в отеле, где-то, где тепло. Его обнажённое тело было прикрыто простыней белого цвета.

– Анфиса! – нетерпеливо прокричал он. – Рыбка моя, когда же ты всплывёшь к своему Котику.

– Милый, – в спальне появилась фигуристая брюнетка в прозрачном и коротком пеньюаре. – Ты разобрался со своей малахольной?

– Конечно, – широко улыбнулся Борис. – Иди ко мне. Я заждался тебя.

– Смотри, – погрозила ему пальцем, – а то позвонит, как вчера, а мы, – и она нервно захихикала.

– Я телефон выключил, – подмигнул он.

– Знаешь, – молодая женщина сбросила пеньюар и продефилировала к кровати, демонстрируя себя, – я не понимаю, неужели она верит во все эти командировки?

– Ага, – притянул её к себе мужчина. – Она такая. Любит меня до безумия. Вот поэтому я никогда не разведусь с Маргаритой. Так, как она, никто не будет меня любить.

– А я? – толкнула его Анфиса. – Я люблю тебя, Котик.

– Рыбка моя, – обнял её Борис. – Поверь мне, тебе ещё учиться и учиться у Маргариты, как надо меня любить.

– Зачем же ты меня привёз сюда, – надула она губы, подставляя их для поцелуев.

– Потому что люблю тебя, – он приник к её губам в долгом поцелуе, шаря руками по желанному телу.

– Готов доказать свою любовь? – задыхаясь спросила она.

– Любым способом, каким пожелаешь! – воскликнул Борис, нависая над ней.

Часть 3.

Этой ночью Валентин так и не смог заснуть. Он осторожно выбрался из объятий спящей девушки и встал с кровати. Надел пижамные брюки. Взял с прикроватной тумбочки телефон. Вышел на кухню и, не включая свет, прошёл к окну. Отодвинул полупрозрачную занавеску и сел на деревянный подоконник, пожалев, что не захватил с собой пачку сигарет. Сейчас ему, как никогда, хотелось вдохнуть горький запах табака.

Он включил экран  телефона и со вздохом принялся рассматривать снимки женщины, за которой ходил хвостом последние два дня.

Валя провёл пальцем по экрану: «Красивая», – защемило в его груди. Нет. Она не была красавицей, как его Ирочка. Она была красива совершенно другой, внутренней, красотой. Светилась ей. Грела добрым светом.

«Никогда не обижай добрых людей! – любила повторять его бабка, пока была жива. – Они являются сердцем этого мира. Не будет сердца, не будет и мира».

Может быть именно поэтому Валю так сильно мучила совесть… Ведь он собирался обидеть доброго человека. Женщину. Её. Риту. Незнакомку, увидев, которую возненавидел себя. Возненавидел за то, что должен будет сделать с ней, её жизнью. За деньги… Деньги, которые были нужны, чтобы они с Ирочкой могли поехать отдохнуть на море, как она хотела.

Вот только совесть, о которой, к слову говоря, он давненько и забыл, будучи уверенным в том, что благополучно лишился её, вдруг напомнила о  себе бессонницей и мыслями, которые упрекали его, называя продажным негодяем.

«Прости меня, – снова вздохнул он, будто желая оправдаться перед женщиной на экране, – но другого выхода у меня нет».

– Валя? – на кухне загорелся свет, заставив мужчину на время зажмурить глаза. – Ты здесь? Один? – подошла к нему Ира. – Не спится?

– Не спится, – выключил он телефон, не желая, чтобы Ира увидела снимки Риты. – А ты?

– Замёрзла без тебя, – улыбнулась молодая женщина, обнимая его за шею, притягивая голову мужчины к своей груди.

– Люблю тебя, – прошептал он.

– И я, – задумчиво ответила она.

Мужчина разорвал объятия и подхватив Иру на руки:

– Сейчас я тебя согрею, – задорно произнёс он, забыв телефон на кухне на подоконнике.

– Подожди, – игриво засмеялась она, – я выключу свет.

Щёлкнул выключатель. Свет погас. Мужчина и женщина продолжали смеяться, направляясь в спальню.

А в это время вспыхнул экран телефона, который стоял на беззвучном режиме:

«Всё готово», – гласило сообщение.

Спустя час, когда после очередной порции любовных игр Ирина уснула,  Валентин вернулся на кухню. Он снова взгромоздился на подоконник. Включил телефон и прочёл сообщение.

«Прости меня, бабушка, – поднял он глаза к тёмному беззвёздному небу, – я собираюсь обидеть доброго человека».

Мужчина потёр ладонью грудь, где ныло его сердце.

«Так надо, – убеждал он себя. – Иногда в жизни приходится поступиться своими принципами. Ни я первый, ни я последний».

Он прислонился к холодному стеклу головой, думая о женщине, которая в этот момент скорее всего сладко спала в своей постели, ещё не зная, что ждёт её завтра. А вот он знал, потому что сам спланировал всё до последних мелочей.

– Не завтра, а уже сегодня, – исправил он себя, прикрывая глаза. – Сегодня.

Часть 4.

Этим утром Маргарита проспала. Она допоздна возилась с сапогами, потом оттирала руки от клея, а затем долго ворочалась в постели. Тревожные мысли лезли и лезли ей в голову. Маргарита вновь и вновь прокручивала свою жизнь и каждый раз приходила к неутешительному выводу, что она несчастна, что муж давно не видит в ней женщину, что между ними нет даже дружбы. Они просто терпят друг друга.

Кутаясь в тёплое одеяло, Маргарита неожиданно для себя осознала, что сейчас ей одной в этой большой кровати намного комфортнее, чем, когда рядом в постели, отвернувшись к стенке, спит Борис.

«Как же мы дошли до такого?» – удивлялась она, глядя на неровный потолок.

Утро не принесло облегчения. Мало того, что Маргарита проспала, она ещё чувствовала себя так, будто её переехал каток. Всё тело болело. Голова гудела. На женщину накатила какая-то апатия. Она автоматически принимала утренний душ, автоматически причёсывалась, автоматически завтракала…

«Вся моя жизнь стала вот такой. Доведённой до автоматизма, – она криво усмехнулась, – Чувствую себя роботом. Ни чувств. Ни эмоций».

Направляясь к автобусной остановке, Маргарита то и дело доставала из кармана пальто телефон и с затаённой надеждой ждала, что Борис напишет ей «с добрым утром». Но или утро было недобрым, или у мужа было много других важных дел, только телефон продолжал молчать.

Переминаясь с ноги на ногу, стоя на холодном ветру, женщина сетовала, что не надела шапку. Однако, это подтолкнуло её активнее протискиваться внутрь подъехавшего автобуса через таких же как она, спешащих на работу, людей.

Зажатая и прижатая к окну, которое располагалось напротив средних дверей автобуса, женщина услышала тихое жужжание телефона в кармане пальто.

«Наконец-то, – довольно выдохнула она, выуживая гаджет, – Боря вспомнил, что у него есть жена».

Однако, её ждало разочарование. Звонок был не от мужа, а из клиники.

– Алло, – тихо ответила женщина, почувствовав, как все пассажиры автобуса навострили свои любопытные уши.

– Здравствуйте, Маргарита Николаевна, – зазвучал зычный женский голос. – Вам звонят из клиники. Несколько дней назад вы сдавали анализы на онкологию.

– Да, всё верно, – дрогнул голос Маргариты.

– Результаты готовы. Вы можете приехать и забрать их в любое время или посмотреть в личном кабинете пациента на нашем сайте.

– Спасибо, – ответила женщина.

– Будут вопросы, обращайтесь. Удачного дня, благодарю, что выбрали нас.

– Да, спасибо. До свидания.

Маргарита смотрела на погасший экран и не могла решиться зайти на сайт клиники и узнать результаты.

«Нет, – спрятала телефон в карман пальто, – позже».

Ей не хотелось, чтобы кто-нибудь из пассажиров через плечо засунул нос в её проблему, о которой она даже Боре ещё не рассказала. А после сегодняшней ночи и нерадостных дум, вообще не знала, будет ли говорить. Надо ли его посвящать в свои болячки?

Так задумавшись, женщина чуть не проехала свою остановку. Еле успев протиснуться через двери, Маргарита оказалась на улице. Ей было жарко, несмотря на холодный ветер и небольшой промозглый туман. Карман, в котором лежал телефон, горел, впрочем, как и она вся. Мысли хаотично метались в голове. Беспорядочно сталкиваясь. А ещё страх. Липкий. Удушающий. Всепоглощающий.

«Что если результат «положительный», – бежала она к входной двери в здание. – Что если?»

Часть 5.

Этим утром Валентин встал не с той ноги. Только так он мог объяснить то, что вначале проспал, не услышав звонкой трели будильника, потом облился горячим кофе, а под конец ещё и разругался с Ирочкой, которая требовала денежку на парикмахерскую, так как она, оказывается, уже потратила всю сумму, которую ему заплатили в качестве аванса за работу, к выполнению которой он ещё даже и не приступил.

– Дорогой, – висела на нём Ирочка, пока он старался взять себя в руки и не придушить эту любимую заразу, которая постоянно выносила ему мозг, но которую он бесспорно любил всем сердцем, – ну, что ты дуешься, – жалась она к нему. – Подумаешь, немного перестаралась с тратами. Зато я такие вещички для поездки купила. Ммм.

– Какой поездки? – удивился мужчина.

– Как какой? – заглянула она ему в глаза. – А кто мне море обещал?

– Подожди, – вздохнул он, отстраняя её от себя. – Какие вещи, если ещё даже билетов нет и гостиница не забронирована.

– Подумаешь, – пожала она плечами, – мелочи какие.

– Мелочи? Но ведь и денег на поездку тоже, пока, нет.

– И что? Мне уже и помечтать нельзя?

– Да мечтай сколько хочешь, – разозлился он. – Деньгами зачем сорить?

– Я не сорю, я мусорю, – надула Ира губы, произнеся свою любимую поговорку. Вот только сегодня почему-то Валентину совершенно не хотелось улыбаться, хотя раньше он находил эту фразу весьма забавной.

– Может тебе пора выйти на работу? – прищурил он глаза.

– Зачем? – удивилась она. – Меня всё устраивает.

– А меня…

– Ты меня любишь? – перебила она его.

– Конечно, – опешил он.

– Что конечно?

– Люблю тебя.

– Сильно?

– Очень.

– И я тебя очень сильно люблю, – приподнялась она на цыпочки и прильнула к его сухим, сжатым губам.

Мужчина не сразу ответил. Но Ира продолжала его целовать, царапая спину через рубашку длинными ноготками. Наконец он ответил ей, расслабляясь, обнимая её за талию и чуть приподнимая над полом.

– Ну, вот, – улыбнулась она, глядя на него блестящими от желания глазами, – совсем другое дело. А то ты был таким букой.

«Станешь тут», – вздохнул Валентин.

– А раз ты теперь хороший мальчик, – продолжила она, делая вил, что не заметила, как он сморщил нос, – то должен дать мне денежку. Я знаю, что у тебя на банковской карте есть.

– Ира, – разжал он объятия.

– А говорил, что любишь, – печально произнесла она, на её ресницах задрожали бриллиантовые капельки слёз. Что-что, а слёз любимой Валентин видеть не мог.

– А нельзя ли любовь доказать каким-то другим способом, – чувствуя себя негодяем, поинтересовался мужчина.

– Это самый быстрый и понятный способ, – робко улыбнулась она, бросая на него смущённый взгляд из-под опущенных ресниц.

 Валентин покачал головой, вытащил из кармана куртки одну из банковских карт и протянул её Ирине, признавая свою полную капитуляцию.

– Спасибо, – воскликнула она и прыгнула на него, обнимая руками за шею, а ногами за  талию, прижимаясь губами в страстном поцелуе. – Ты лучший!

Валентин целовал любимую и думал о другой женщине, о той, которую ему предстоит соблазнить за два дня. Он внутренне поморщился, чувствуя себя мерзавцем.

«Но что не сделаешь ради любви», – уговаривал он себя

Часть 6.

Весь день Маргарита провела, как на иголках. Она старалась не думать о письме, которое пришло на её электронную почту. Ей было страшно. Страшно, как никогда в жизни. Ведь, возможно, решался не только вопрос её здоровья, но и вопрос её жизни.

Она знала, что многие женщины живут и после операций вполне нормальной жизнью, но не знала, справится ли она. А ещё необходимость всё рассказать мужу… Это, пожалуй, было для неё самым страшным. Вдруг он перестанет любить её. Тем более, что перед глазами был один печальный опыт. Сестру её подруги бросил муж, когда узнал, что у неё опухоль молочной железы и ей придётся перенести операцию на груди. Хорошо, что опухоль оказалась доброкачественная, но мужчина не смог смириться с изуродованной шрамами грудью женщины. Его воротило от одного только вида, как он сам признался перед  уходом из семьи.

«Не могу воспринимать тебя, как женщину», – кричал он ей, как она потом рассказывала, давясь слезами.

Но больше всего Маргариту терзала мысль, что если результат будет положительным, то она никогда не сможет взять на руки своего ребёнка, который вырос бы в её чреве.

Никогда. Звучало, как приговор.

В таких мучительных размышлениях и прошёл её день.  Вечером выйдя с работы  на улицу, она дошла до небольшого сквера,  села на холодную лавку, зажимая я руке телефон.

«Сейчас, – убеждала она себя. – Сейчас. Хватит оттягивать».

По какой-то причине ей не хотелось идти домой. Может быть это было предчувствие, что совсем скоро всё изменится, а ей просто необходимо было сохранить чистым и нетронутым место, которое она считала своим домом.

Рита открыла электронное письмо. Строчки поплыли перед глазами.

«Результат положительный».

Мир померк. Мимо проходили люди, проезжали автомобили, зажглись уличные фонари… Жизнь продолжалась. Для других. Но не для Маргариты.

Её тело трясло, как от озноба. Руки стали холодными. Глаза потухли.

«Боря, – пришла она в ужас. – Он вернётся через два дня.  Что я скажу ему? Как я скажу ему?»

Она ещё раз перечитала письмо. Нет. Ошибки быть не может.

– Тепло ли тебе девица? – вдруг раздался откуда-то сбоку хриплый мужской голос.

– Такая красавица и без охраны, – присвистнул второй.

– Видимо, нас дожидается, – хмыкнул первый.

Маргарита подняла на мужчин пустой и безразличный взгляд.

– Чего вылупилась? – навис над ней высокий мужчина в чёрных брюках и тёмно-зелёном пуховике. – Деньги гони.

– Ага, – заржал второй в вельветовых брюках серого цвета и чёрной дублёнке. – Жизнь или кошелёк.

Маргарита, продолжая пребывать в своих мыслях, безропотно достала из сумки кошелёк и протянула его мужчинам. Она огляделась по сторонам. Сквер будто вымер. Только она и эти двое.

«Сколько же я тут просидела?» – задумалась женщина, не испытывая никакого страха перед грабителями.

– О как! – воскликнул тот, который был в дублёнке. – Добренькая.

Рита не смотрела на них.

«Да я бы всё с себя сняла, – думала она, – если бы это что-то изменило в моей жизни».

– Ты смеёшься над нами что ли? – выгнул бровь тот, который был в зелёном пуховике. – Снимай серьги.

– У меня их нет, – наконец удостоила их вниманием она.

– Как нет? – удивился мужчина в дублёнке.

– Нет, – поёжилась Рита.

– Тогда кольцо. Ты же замужем. Снимай обручалку.

В другой момент, женщина возможно бы удивилась, как они догадались, что она замужем, но сейчас её мысли были очень далеко.

– И кольца нет, – ответила она.

Мужчины опешили и переглянулись. Тот, который был в пуховике схватил её за руку, чтобы проверить. От резких движений телефон выпал из рук Риты:

– Действительно, нет, – прошептал он.

– Эй, мужики, – сзади подошёл третий. Он был в серых брюках и тёмной дутой куртке. – Огоньку не найдётся?

– Шёл бы ты отсюда мужик по-хорошему, – огрызнулся тот, который был в дублёнке.

– Что ж я слепой, – возразил подошедший, – не вижу, что вы к женщине пристаёте.

– Они не пристают, – бесцветным голосом ответила Рита, поднимая упавший телефон, – они грабят. Вот только взять, как оказалось, с меня им нечего.

Женщина не поняла, в какой момент трое мужчин сцепились между собой. Она смотрела на них и думала, что всё бесполезно. Подумаешь отобрали деньги, да даже серьги или кольцо, если бы они были, а вот жизнь… Жизнь бесценна. А эти… Они видимо не знают об этом, раз рискуя жизнью дерутся из-за денег.

К её удивлению, третий мужчина вышел победителем и первые два убежали, сверкая пятками.

– Вот, – запыхавшимся голосом произнёс «герой», протягивая ей кошелёк, который видимо вырвал в схватке. – Возьмите.

– Спасибо, – произнесла Рита ровным, безэмоциональным голосом.

– Вы бы проверили, всё ли на месте.

– Да? Хорошо, – она открыла кошелёк. – Странно, всё на месте.

– Они больше ничего, – мужчина посмотрел на её руку и уши.

– Нет, – вздохнула она, поднимаясь, – украшений на мне не было.

– Странно, – теперь пришла очередь удивиться «герою». – Был уверен, что замужние женщины, хотя бы обручальное кольцо носят.

– Да? Наверное, – пожала Рита плечами и пошла в сторону автобусной остановки, пряча руки в карманы пальто.

– Подождите, – догнал её мужчина. – Давайте я вас привожу.

– Зачем? – остановилась она, посмотрев ему в глаза.

– Ну, так, – опешил он. – На всякий случай. Мало ли что.

Маргарита снова пожала плечами и продолжила путь. Мужчина постоял несколько секунд, почесал затылок и поспешил за женщиной.

Часть 7.

Мужчина шёл следом за женщиной, а сам думал о том, что что-то пошло не так. Что-то не так было с самой Маргаритой. Она была какой-то неживой, будто в её жизни что-то произошло.

«Может она узнала, что муж изменяет ей? – гадал мужчина, глядя на сгорбленную спину женщины и её поникшую голову. – Что она пытается найти у себя под ногами? Прошлогодний снег? Ответы на мучившие её вопросы? Или просто не хочет ничего и никого видеть вокруг себя? Весь план, чуть не сорвался, – поравнялся с ней, – и чего она так долго сидела на лавке? Что вычитала в своём телефоне? Неужели всё-таки об измене мужа? Тогда почему нет слёз? Да и на истерику её состояние совсем не похоже? Может она сама давно не любит своего мужа? – женщина вздохнула и потерла озябшие руки. – Конечно, – осенило его, – она же замёрзла!»

Мужчина резко схватил Маргариту за руку. Она ахнула и замерла.

– Что вы делаете? – её зрачки расширились от удивления, когда мужчина взял и вторую её руку, а потом обе ладони обхватил своими, такими горячими, поднёс их к губам и принялся согревать её холодные пальчики своим обжигающим душу дыханием.

– Зачем? – выдавила она их себя, не зная, как себя вести с этим странным человеком. – Не надо,  – потянула свои руки из захвата мужских ладоней.

– Тихо, – произнёс он, притянув её ладони ближе к себе, – ты замёрзла.

– И что? – не сдавалась она, хотя сил на спор у неё не было.

– Считай, что у меня гипертрофированное чувство ответственности,  – пожал он плечами и снова выдохнул облачко тёплого воздуха ей на ладони.

– Когда это мы перешли на «ты»?

– Когда я спас тебя.

– Но я даже не знаю, как тебя зовут, – растерялась она. В её голове продолжали стучать молоточки. Ей не хотелось стоять на ветру на улице и вести светскую и абсолютно бестолковую беседу с этим незнакомым человеком, даже в качестве благодарности за своё сомнительное спасение. Не нужно её было спасать. Её уже никто не спасёт.

– Валентин, – улыбнулся мужчина.

«Красивый, – отметила для себя Рита, – и что он забыл здесь рядом со мной? Неужели его дома никто не ждёт? – посмотрела на его руки. – Нет, кольца нет, но и я его не ношу, после того, как похудела из-за вечных придирок и обидных подколок мужа, кольцо стало невозможно носить, оно постоянно скатывалось с пальчика».

– Маргарита, – тихо представилась она, чувствуя неловкость.

– Как королева Марго? – подмигнул ей он.

– Нет, – вздохнула она. Женщина не любила, когда муж назвал её «Марго» или «моя королева». – Лучше Рита.

– Договорились, – ответил Валентин.

«Когда же он отстанет от меня?» – гадала про себя женщина.

В этот момент мимо проехал автобус, который шёл мимо дома Маргариты. Она дёрнулась, чтобы побежать на автобусную остановку, но мужчина удержал её.

– Я подвезу тебя, – прошептал, глядя ей в глаза.

В другой день женщина возмутилась бы такой наглости, насторожилась и отказалась, убегая и сверкая пятками, но сегодня ей было всё равно. Она устала. Единственное, чего ей хотелось – это остаться одной. Совсем одной. Она уже представляла себе, как свернётся на кровати и предастся жалости… к себе, к жизни, которая решила отнять  у неё самую заветную мечту – стать матерью своему ребёнку.

– Хорошо, – обречённо кивнула она головой, рассматривая руки мужчины, которые нежно держали её ладони.

«Да, что же с ней такое происходит?» – нахмурился Валентин.

– Машина там, – махнул он рукой в сторону своей «Ласточки» и ещё больше удивился, когда Маргарита направилась к его машине.

«Всё идёт совсем не так, как я планировал, – но он догнал женщину, стараясь быть максимально близко к ней, ведь знал, что его помощники должны сделать хорошие снимки. – Может обнять её, как было задумано изначально? – и тут же себя одёрнул. – Не будь мерзавцем, ей и так плохо. Знать бы ещё почему», – вздохнул снимая автомобиль с сигнализации.

Часть 8.

Маргарита поёжилась, на мгновение замерев, перед тем, как нырнуть в тёплое нутро салона автомобиля. Она поёрзала на переднем пассажирском сиденье, вдыхая лёгкий цитрусовый аромат освежителя воздуха. А может быть это был шлейф туалетной воды Валентина. Женщина не знала, но этот терпкий, немного сладковатый запах дарил какое-то душевное спокойствие. Она прикрыла глаза и вздрогнула, когда мужчина сел на водительское сиденье, громко хлопнув дверцей.

– Она заедает, – пояснил он ей и завозился, пристёгиваясь ремнём безопасности. Она молча последовала его примеру.

Валентин завёл двигатель, который несколько раз чихнул, будто подхватил простуду, протяжно и жалобно, а потом заурчал, с придыханием, словно страдая одышкой.

– Куда изволит прекрасная Маргарита? – повернулся к женщине Валя, широко улыбаясь.

– Домой, – пожала она плечами и отвернулась к боковому  окну.

– Домой, так домой, – усмехнулся мужчина и влился в поток машин на дороге.

Усталость навалилась на Риту, стоило ей услышать сбивающееся урчание мотора. Веки опустились сами собой. Пальцы мёртвой хваткой вцепились в сумку и телефон. Женщина задремала. Она будто лодочка плыла по волнам. Вверх. Вниз. Вверх. Вниз. Лёгкость и безмятежность. Верх. Вниз. Верх. Вниз.

«Стоп! – сон Риты, как рукой сняло. – Куда он меня везёт?»

«Домой», – сама себе ответила.

«Куда домой! – тревожно ёкнуло сердце Риты. – Я же не назвала ему адрес».

Она распахнула глаза и испуганными глазами уставилась на мужчину:

– Куда мы едем? – голос не слушался её, поэтому получилось глухое карканье.

Валентин ничего не ответил, продолжая вести машину.

– Куда ты меня везёшь! – закричала Маргарита.

Мужчина съехал к первому попавшемуся магазину, остановил машину, заглушил двигатель и расхохотался.

– Ну, наконец-то, – сквозь смех произнёс он. – Хоть какая-то нормальная реакция.

– Что? – женщина перестала дёргать ремень безопасности, желая освободиться от пут.

– Ты вела себя, как замороженная.

– Ты мне зубы не заговаривай. Куда мы едем? – вертела она головой, озираясь по сторонам.

– Никуда, – продолжал улыбаться Валентин. – Катаемся кругами вокруг автобусной остановки. Свой адрес ты не назвала, а к себе тебя везти, подумал, неправильно.

– Ох, – выдохнула Рита, – а я решила, что… – и замолчала.

– А ты была бы не против, если бы я, – голос мужчины дрогнул.

– Нет! Конечно, я была бы против, – вспыхнула Рита.

– Так куда тебя отвезти? – прищурил глаза Валентин.

«Домой», – тут же отозвалось её сердце.

«А что мне там делать? – метались мысли в её голове. – Сидеть и плакать? Или лежать и плакать? Врать себе, что всё в порядке? Хотя совсем всё не в порядке!»

– В отель, – выпалила она.

– Куда? – икнул от неожиданности мужчина.

– В отель, – не глядя на него твёрдым голосом повторила Рита.

«Буду горевать с шиком, – решила она. – Закажу бутылку шампанского. Отмечу конец своей нормальной жизни».

– Зачем? – шёпотом спросил мужчина, боясь строить хоть какие-то предположения, что творится в красивой голове Маргариты.

– Спать, – улыбнулась она, поворачиваясь к нему.

– Спать, – как заворожённый повторил Валентин, почувствовав, как тело ярко отреагировало на это простое предложение.

Часть 9.

– Быстрее! – весело воскликнула Маргарита, заёрзав на сиденье.

– Как скажешь, – нахмурился мужчина,  стараясь сохранить безмятежный и незаинтересованный вид.

– На следующем повороте налево, – командовала она.

– Налево? – переспросил он.

– Налево, налево. Не зевай, – торопила его женщина.

«Она странно себя ведёт, – думал Валентин, нервничая. – Что же тебя выбросило из привычной колеи? Хотя, для моего плана, посещение отеля, лучший вариант.  Зайду с ней в отель. Парни сделают пару снимков. И всё. Можно ехать с любимой на отдых», – вот только сердце его не хотело соглашаться с таким подлым планом. Сердцу понравилась Маргарита. Её простая и неяркая красота, её тихий характер,  её печаль в глазах не давала ему покоя все эти дни. Мужчина боялся… Боялся склонить голову и стать рабом королевы Марго. Поэтому старался сосредоточиться на дороге. Старался не бросать косых взглядов на женщину, которая так соблазнительно закусывала губу, теребила ремень безопасности на груди и ёрзала на сиденье.

– А теперь на следующем светофоре снова налево, – захихикала Маргарита.

«Вот, – улыбнулась она сама себе, – сегодня я впервые пошла налево. Даже не пошла, а поехала».

Вот только на её душе было гадко. Не было ни радости, ни веселья, только боль. Нестерпимая боль длинными ногтями царапалась изнутри. Она разрывала душу, прорываясь наружу.

– «В гостях у сказки»? – расхохотался Валентин, когда прочитал название небольшого отеля. – Не знал, что в нашем городе есть такое?

– Отель или сказка? – усмехнулась она.

Мужчина промолчал: «Отелей-то я много в последнее время видел. Ирочка любит хорошие отели и хороший отдых, а вот в гостях у сказки быть не приходилось».

Пока он парковался и глушил двигатель машины, Маргарита отстегнула ремень безопасности.

– Спасибо, – произнесла она и взялась за ручку дверцы.

«И прощай, – закончил фразу Валя. – Нет. Не так быстро. Прости, – вздохнул, – но мне нужны снимки. Деньги надо отрабатывать».

– Я провожу, – взял её за руку.

Она вздрогнула и посмотрела ему в лицо. Ее глаза были пусты, будто жизнь медленно вытекала из души и тела. Валентин задохнулся от боли и ужаса, что промелькнули в её взгляде.

– Как хочешь, – ответила она, открывая дверцу автомобиля.

Мужчина выдернул ключ из зажигания и выскочил из машины, следуя за Маргаритой. Он лопался от любопытства: «Что стало причиной её безрассудного поведения?»

Краем глаза он заметил, приятеля, который опустил стекло своего автомобиля и делал фотографии.

Валентин догнал Маргариту и нагло обнял её за плечи.

– Замёрзла, – уверенно сказал он. – Сейчас согреешься.

«Боюсь, – шла к центральному входу женщина, – меня сейчас ничто не согреет».

Валентин галантно открыл дверь перед Маргаритой.

– Прошу, – улыбнулся он.

– Спасибо, – вздохнула женщина и вошла внутрь.

«Птичка в клетке», – ёкнуло сердце мужчины.

Часть 10.

Молодая женщина-администратор отеля фальшиво улыбнулась заученной улыбкой:

– Добро пожаловать, в наш отель «В гостях у сказки». У нас сейчас идёт волшебная акция на номера с большой кроватью.

– Отлично, – улыбалась ей в ответ Маргарита. – Большая кровать, то что надо.

Валентин неожиданно для себя смутился. Он понимал, что Рита паясничает перед администратором, но её слова о том, что большая кровать, то что надо, как-то странно на него подействовали. Он стоял истуканом и гадал, пригласит ли она его подняться или нет.

– Номер тридцать три на третьем этаже, – тянула губы в улыбке работник отеля.

– Оформляйте, – Маргарита бросила на стойку свой паспорт.

«Прощание с прошлой жизнью должно быть красивым», – решила она.

– А… Э… Мужчина? – спросила администратор.

– Какой? – выгнула бровь Рита.

– Вот этот, – та неприлично указала пальцем на Валентина.

Он покраснел бы, если бы умел это делать. Так его ещё никогда в жизни не унижали. Неприятнее всего было то, что его приятель тоже вошёл внутрь и сейчас делал вид, что любуется картиной, которая висела справа от входа, а сам продолжал снимать.

«Она меня, что, – опешил Валентин, – и за мужчину не считает? Поэтому и от помощи не отказалась. Вот тебе и супер план по соблазнению».

– Это Валентин, – пожала плечами Рита, как будто это всё объясняло.

– Так он… – не рада была своей любопытности администратор.

– Софья, – прочитала имя на бейджике женщина, – разве для того чтобы остановиться в номере с большой кроватью обязательно нужен мужчина?

– Нет, – краска схлынула с лица администратора. – Конечно, нет.

– Вот и я так думаю, – подмигнула ей Маргарита. – Но это же не возбраняет моему гостю, – прижалась щекой к Валентину, – навестить меня. Конечно, – снова подмигнула Софье, – чисто по-дружески.

– Да, да, конечно, – затараторила та.

– Проверять будете? – ляпнула Рита, забирая паспорт и ключи.

– Что? – охнула Софья.

– Насколько дружеские у нас отношения, – бесстрастным голосом поинтересовалась Маргарита.

– Если он на всю ночь, то мне необходимо его зарегистрировать.

– Валя, – толкнула мужчину Рита, – ты на всю ночь или до утра?

– Я? – не знал, что ответить он.

– Он ещё не определился, – пожала плечами женщина.  – Как только, так сразу сможете зарегистрировать. А пока отправьте в мой номер несколько бутылок шампанского.

– Две? – уточнила Софья.

– Можно три. Но лучше четыре,  – захихикала Маргарита.

– Да. Хорошо, – мямлила администратор, желая придушить ненормальную женщину.

«Хотя мужик с ней… Ничего… – думала она. – Ничего мне с ним не светит. Вон как на «больную» бабёнку пялится. Будто месяц не ел. Дружеские отношения. Ага. На ночь глядя, да ещё с шампанским».

– Спасибо, – вздохнула Рита и схватив Валентина за руку потащила к лифту.

Когда двери лифта открылись, она слишком резко дёрнулась, чтобы войти первой и поскользнулась. Женщина смешно взмахнула руками и стала падать вперёд.  И упала бы, если бы Валентин не перехватил её под грудью, прижав спиной к себе.

– Осторожнее, – произнёс он.

– Прости, – робко улыбнулась она ему, – я нервничаю. Впервые в отеле.

«Да ещё с посторонним и малознакомым мужчиной», – добавила про себя.

– Всё бывает впервые, – решил успокоить её он, помогая войти в лифт. – Жизнь коротка, – зачем-то добавил.

– Слишком коротка, – сдулась Рита.

Лифт пополз на третий этаж.

«Он ещё не определился, – фыркнула Софья, когда закрылись двери лифта. – Да он готов на руках её занести в номер».

«Ну, Валька, – восхитился приятель Валентина  – Силён. Раз. И в отель. Интересно, Ирка знает, о его импровизации?»

Часть 11.

Лифт гостеприимно открыл двери на третьем этаже.

– Дамы, вперёд, – с сарказмом произнесла Маргарита и первая сделала решительный шаг в коридор.

«Спокойно, Ритка, – проговаривала она про себя, – подумаешь мужчину потащила в номер отеля. Это получилось спонтанно. На эмоциях. Сейчас он тебя до двери номера проводит. Ты ему ручкой помашешь и сможешь вдоволь нареветься. Торопиться некуда. Муж всё равно в командировке. Перед сном пришлёт короткое сообщение  в целях экономии средств и нервов. И будешь, дорогая моя, свободна, как ветер. По крайней мере до утра номер оплачен».

Валентин шёл следом, не отставая. В его голове всё перемешалось… Если бы Ира не попросила оказать услугу подруге, то он сейчас не был бы здесь. А всё так просто казалось поначалу. Всего-то надо было скомпрометировать жену любовника этой самой подруги. Ира и Анфиса дружили давно. Анфиса казалась Валентину целеустремлённой и знающей себе цену. Конечно же, он не сразу согласился. Конечно же, Ире пришлось его поуговаривать. Конечно же, главную роль сыграли деньги… Но в данный момент… Всё, что казалось простым и безобидным… приобрело иной смысл, иной взгляд на проблему.

«А вдруг,  – строил он предположения, – Маргарита узнала, что её муж ей изменяет? Тогда можно объяснить и её странное настроение, и поведение, даже этот отель. Решила отомстить с первым попавшимся мужчиной. А им, случайно, оказался я. Или не случайно? Я же вчера написал Анфисе, что буду действовать сегодня… И тут…»

Дрожь пробежала по его телу. Он не мог отрицать, что Маргарита понравилась ему, как женщина. И сейчас… Он всё отдал бы, чтобы познакомиться с ней при других обстоятельствах.

«Провожу её до номера и распрощаюсь, – убеждал он себя. – Изменять Ире я не намерен. Да и портить репутацию Риты больше, чем уже подпортил, не стоит. Ей надо, только ночь продержаться. А утром, после сна, всё покажется другим. Боль, конечно не уйдёт, но и грязной, от спонтанного решения, чувствовать себя не будет».

Женщина остановилась у двери своего номера. Открыла её. Вошла внутрь и развернулась лицом к мужчине.

Их глаза встретились.

«Скажи ему: спасибо и до свидания», – мысленно разговаривала сама с собой Рита, но произнесла:

– Зайдёшь?

«Нет, уже поздно», – должен был он ответить, но прошептал:

– Да.

Это его тихое «да», заставило ёкнуть сердце женщины. Она отошла в сторону, пропуская мужчину внутрь.

– И что дальше? – еле слышно спросила она, когда дверь за её спиной захлопнулась.

– Сейчас принесут шампанское, – ничего умнее не нашёл он сказать.

– Шампанское! – её глаза вспыхнули болью. – Отлично!

Она прошла в комнату, которая была плотной занавесью разделена на две части. В одной стоял диванчик и журнальный столик, а во второй большая кровать. Сейчас занавесь была открыта, позволяя полностью просматривать помещение.

– Она большая, – выдохнула Рита, рассматривая кровать.

– Да, – согласился он, не зная, что ещё сказать.

«Не надо было соглашаться», – корил он себя.

«Не надо было приглашать», – ругала она себя.

В дверь постучали.

– Шампанское! – воскликнула Маргарита и побежала открывать дверь.

– Шампанское, – проворковал молодой портье, – как заказывали. Четыре бутылки.

– Спасибо, – женщина проследила, как парень в униформе закатил в номер тележку, на которой стояло ведёрко со льдом, два фужера и четыре бутылки шампанского. Одна из бутылок уже охлаждалась.

– Надо было закуску заказать, какую-нибудь, – отметил Валентин, когда дверь за парнем была закрыта.

– У меня есть три конфетки, – полезла в сумку Рита.

Валентин не выдержал и засмеялся. Маргарита вначале удивлённо уставилась на него, замерев с тремя шоколадными конфетами в руке, а потом тоже расхохоталась.

– Что ж, – вытирая слёзы от смеха, произнёс мужчина, разлив шампанское по фужерам, – за что выпьем?

– За прошлую жизнь, – вздохнула женщина, – которая никогда не будет прежней.

«Значит, – убедился в своих выводах Валя, – она узнала о том, что её муж изменяет с Анфисой».

«Выпью и выпровожу его из номера», – сделала глоток Рита, чувствуя, как слёзы набираются в уголках глаз.

«Допью и уйду», – проглотил прохладный напиток Валя.

– Ещё? – не удержалась от вопроса Маргарита, протягивая мужчине вторую половинку первой конфетки.

– Давай, – быстро согласился он.

Часть 12.

Молодая женщина вертелась перед зеркалом в коридоре, постоянно поправляя чёрный кружевной халатик, через который отчётливо просматривался ярко-красный атласный комплект нижнего белья.

«Где же Валентин, – нервно поглядывала она на часы, что отражались на экране телефона. – Он никогда не задерживался. А сейчас первый час ночи, а его всё нет. И на телефонные звонки не отвечает, только сбрасывает и присылает стандартное сообщение: занят, перезвоню. Чем же он так занят?»

Она вздрогнула, когда неожиданно зазвонил её телефон.

– А этому что надо в такой час? – удивилась она, увидев, что входящий звонок от приятеля Вали. – Да, – встревоженным голосом ответила женщина, – слушаю. – Её сердце болезненно ёкнуло: вдруг с Валентином что-нибудь случилось…

– Ирка, привет, – подвыпившим голосом ответил мужчина. – Не спишь?

– Нет.

– Правильно, – икнул собеседник.

– Что с Валей? – воскликнула женщина. – Не тяни! Он в больнице? Жив?

Мужчина захохотал:

– Жив твой Валя. В гостях у сказки.

– У какой сказки? Он, что пьян? Я думала, вы на дело пошли, а вы! Где он? Передай ему трубку. Немедленно!

– Какая же ты гусыня, Ирка, – продолжал хохотать он. – В гостях у сказки – это ночлежка, в которой сейчас твой мужик, мой друг, между прочим, охмуряет жену любовника твоей подруги.

– Подожди! – воскликнула Ира. – Какая ночлежка? О чём ты? Мне Валентин не говорил, что…

– Собирается уложить в постель эту… Ну, ты поняла. А она ничего. Маленькая, хрупкая, глазищи огромные, губки бантиком. Одета правда средне, но может у неё тело классное, а? – икнул.

– Что ты несёшь! Какое тело? Какие губки бантиком? Валя меня любит! Меня! И на это дело согласился, чтобы меня отвезти в поездку.

– Да, знаю я всё, – пьяно усмехнулся мужчина. – Но ты сама подумай. Время почти час ночи, а он ещё в номере с этой, – икнул, – с той. С бабой в общем. Вряд ли  они там в карты играют, – хихикнул, – если только на раздевание. И на звонки он не отвечает. Я замёрз в машине сидеть. Вот решил немного согреться.

– Не отвечает,– согласилась Ира.

«Неужели Валентин изменяет мне, – жалили мысли её, – вот сейчас, в этот самый момент. Нет. Нет. Нет. Он не может. Анфиса рассказывала, какая глупая и блёклая та женщина. Валя никогда бы не позарился на залежавшийся товар. Должно быть что-то произошло… Но зачем же он потащил её… в отель? Гостиницу?»

– Что, – усмехнулся мужчина, – задумалась? А я тебе ещё когда говорил: уходи от Вальки ко мне. Я тебя бы носил на руках.

– Нужны мне твои руки, если  это единственное, что у тебя есть. Не знаю, как Валя с тобой может дружить. Вы же разные, как небо и земля.

– Ну, смотри, – недовольно пробурчал он, – за своим Валентином лучше, а то уйдёт мужик, а ты и не заметишь.

– Хватит плеваться ядом зависти и ревности, а то я  всё Вале расскажу, что ты ко мне клинья подбиваешь.

– Напугала. Я к тебе с чистой душой. Беспокоюсь о тебе. А ты!

– Негодяй! – вспылила Ира. – Ты же специально мне позвонил, чтобы я в Валентине стала сомневаться. А где? Где гарантия, что он, действительно, с той женщиной, а не спит рядом с тобой в кресле, как было много раз.

– Как знаешь. Потом не плачь. Я сделал несколько кадров, как они заходят в отель, – пробормотал мужчина и сбросил вызов.

– Вот мерзавец! – села на пуфик Ира, так как ноги её не держали.  – Нет, я должна верить Вале. Он меня любит, – бормотала она себе под нос. – Он меня любит и предать не может. Ему же была противна, изначально, даже сама мысль  подставить женщину. Он согласился только из-за меня.

Она поднялась и направилась в спальню. Не зажигая свет, сняла халатик, забралась в кровать. Укрылась одеялом. Закрыла глаза.

Но сон не шёл.

Мозг, издеваясь, подбрасывал различные картинки того, чем может заниматься её мужчина с той женщиной.

«Даже имени её не знаю, – фыркнула она, переворачиваясь на другой бок. – Что имя, даже не поинтересовалась, как она выглядит. А вдруг она, действительно, красивая?»

Жуткий страх охватил Ирину. Она села в кровати, обняла колени и заплакала:

– Валя, где же ты!

Она в который раз набрала номер мужчины, но ей вновь пришло короткое сообщение: занят, перезвоню.

Часть 13.

Валентин сидел на краю кровати, на которой распластавшись, словно морская звезда, спала Маргарита, и не мог заставить себя сдвинуться с места. Он смотрел на опухшее от слёз лицо женщины и ругал себя за то, как подло с ней поступил.

Несколько часов назад, опустошив очередной бокал шампанского, немного заплетающемся  языком Марго поведала ему, что больна, и ей, судя по всему, в ближайшее время, предстоит операция.

Женщина сбивчиво рассказывала ему о своих хождениях по мукам, то есть  по врачам, а он смотрел на неё и чувствовал себя последним негодяем.

«Скажи, – нашёптывал ему внутренний голос. – Признайся, что ты не по доброте душевной сидишь здесь с ней».

Но язык Валентина будто онемел, когда женщина прильнула к нему, содрогаясь от рыданий.

Сколько они так просидели, он не знал, но готов  был сидеть вечность, обнимая Риту, гладя по спине, тайком целуя в макушку. Валентину показалось, что что-то сломалось внутри него. Он не хотел больше причинять ей зло, не хотел видеть её расстроенной.

Но язык… Язык упрямо не поворачивался, признаться в предательстве. А разве это было предательство? Они ведь не знали друг друга на тот момент, когда он соглашался опорочить её. Да и сейчас продолжали оставаться чужими людьми. Но сердце мужчины билось быстро-быстро. Оно требовало признания. Требовало предупредить о подлой ловушке, что была умело расставлена.

«Нежная. Добрая. Наивная», – теперь он знал, какая она. Знал, как морщится её нос, прежде, чем слёзы брызнут из глаз. Знал, что когда  она плачет, её щёки розовеют, глаза опухают, а нос становится красным. Знал, как дёргаются уголки её губ, когда печаль становится всепоглощающей. Он знал и молчал. Не мог. Ругал себя и всё равно не мог признаться в подлости. Убеждал, что её сердце, да и жизнь будут разбиты, и молчал.

Он только и мог, что смотреть, как она затихает в его объятиях и засыпает.

«Я трус, – взъерошил свои короткие волосы Валентин. – Трус».

Он поднялся с кровати, бросил последний взгляд на Риту и вышел из номера отеля, унося в своём телефоне снимок безмятежно спящей женщины. Женщины, которая сломала его, а может быть наоборот починила.

«Заберу у приятеля снимки и скажу Анфисе, что ничего не удалось, – решил он для себя. – Не хочу быть тем, кто уничтожит Маргариту».

Подходя к своей машине, он заметил машину приятеля.  Валентин не раздумывая подошёл к автомобилю друга.

– О, Валька, – пьяно произнёс мужчина, опустив окно. – А я тут греюсь.

– Оно и видно, – пробурчал Валя.

– Не всем так везёт, как тебе, – отозвался друг. – И дома баба постель греет, и пенки в отеле достались тебе.

– Думай, что несёшь! – схватил его за грудки Валентин.

«И чего только в пьяную голову не придёт, – пришёл в выводу. – Будто он меня не знает. Я Иру люблю. И до измены никогда не опущусь. Я и на это дело согласился, только потому что Ирочка меня попросила. А так… сам… ни в жизни… Хотя, сейчас понимаю, что не надо было соглашаться. Не моё – быть негодяем».

– А что такого, – ухмыльнулся, пьяно икнув приятель. – Заказ ты выполнил.  Нет. Перевыполнил на двести процентов. Надеюсь, видосик снял, как конфетку разворачивал и ел.

Валентин заскрипел зубами и, продолжая удерживать мужчину одной рукой, другой ударил его в лицо.

– Ты чего? – завалился набок приятель, стирая красную струйку из уголка рта. – Сдурел?

– Нет. Поумнел, наконец. Где карта памяти со снимками.

– В фотике, – прогундел мужчина.

– Дай сюда.

– Держи.

Валентин вынул из фотоаппарата карту памяти и спрятал её в верхний карман куртки.

– Давай, выбирайся из своей колымаги, – устало то ли попросил, то ли приказал Валя. – Отвезу тебя домой.

Мужчина разразился ругательствами, но послушно начал выбираться из машины: «Ничего Валька, – размышлял он про себя, – копии фотографий я уже успел сделать. Отправлю несколько особо удачных снимков Ирочке, пусть порадуется. Может тогда у неё откроются глаза и она бросит тебя, а там и я слёзки ей помогу утереть. А то зажрался ты, дружище, и Ирка тебе, и эта, Марго, тебе. А мне никого. Нет. Так дело не пойдёт».

«Карту памяти надо будет уничтожить, – заводил двигатель Валентин. – Деньги я могу и занять, в крайнем случае. Ничего, выкручусь, как-нибудь. Рите и без того сейчас тяжело будет. Жаль, что я её номер телефона не взял. Мог бы позвонить… Вот только она вряд ли бы мне ответила. Любит мужа, бедняжка».

Часть 14.

Валентин осторожно открыл входную дверь квартиры и, стараясь не шуметь, вошёл внутрь. Разулся. Снял куртку. Не включая свет, прошёл на кухню. Открыл холодильник и достал бутылку с прозрачной обжигающей нутро жидкостью.  В номере отеля он выпил один бокал шампанского, а всё остальное время только подливал Рите. Она была так увлечена своей болью, своими переживаниями, что совершенно не обращала внимание, пил ли мужчина вместе с ней. Да ему и не хотелось… Зато сейчас что-то раздирало, горело, требовало… залить проснувшуюся совесть.

Он плеснул горячительную жидкость в первый попавшийся стакан и сделал жадный глоток. Закашлялся, отфыркиваясь и втягивая в себя воздух.

«Ещё!» – требовал организм и мужчина не стал сопротивляться.

Закусив кусочком плавленого сыра, он отметил, что Ира сегодня, опять, ничего не приготовила.

«А как бы она себя повела, если бы вдруг узнала, что у неё проблемы со здоровьем? – задумался Валентин, глядя на бутылку, решая пить ещё или нет. Впрочем, выбора у него особого и не было. Мозг был ещё не затуманен, совесть не утихомирилась. Поэтому он налил себе ещё. – Ирка бы такое шоу устроила, – был уверен мужчина в действиях своей любимой. – А Рита… Она другая. Не хочет никому сделать больно».

Он вздохнул, убрал бутылку обратно в холодильник, дожевал сыр и направился в ванную комнату, остудить лицо, которое пылало то ли  от  выпитого, то ли от стыда. По дороге он достал карту памяти из кармана куртки, на которой были запечатлены они с Ритой. Он с трудом разломал её и бросил в унитаз.

«Это единственное, чем я могу помочь тебе, Маргарита», – вздохнул он, нажимая на кнопку слива. Вода весело зажурчала, уничтожая все следы.

Санузел был совмещённым, поэтому развернувшись, мужчина наткнулся на своё отражение в зеркале. Взъерошенные волосы. Лихорадочно блестящие глаза, красные пятна на щеках.

– Нет, Валька, – ткнул пальцем в своё отражение, – ты кто угодно, но не подлец. Никакие деньги не стоят того, чтобы опускаться до подлости, – погрозил себе пальцем. – Помни об этом.

Он умылся и пошёл в спальню. Новая жаркая волна стыда накрыла его с головой.

«Прости меня, Ирочка, – подумал он, – но я не смог сделать тебя счастливой, при этом сделав несчастной другую женщину. Прости. Деньги я обязательно найду. Но другим способом».

Он вошёл в спальню. Разделся и забрался под одеяло, обнимая женщину, которая, казалось, мирно спала.

– Люблю тебя, Иришка, – прижался губами к её шее.

– И я тебя люблю, – прошептала она, поворачиваясь к нему.

– Ты не спишь? – удивился он.

– Нет, – ответила она и принюхалась. – Ты пил?

– Чуть-чуть выпил, на кухне.

– Как всё прошло? – прижалась к нему, предвкушая услышать подробности.

Валентин не спешил отвечать. Его сердце билось быстро-быстро. Он чувствовал себя грязным обманщиком.

– Никак, – задержал дыхание, будто собрался прыгнуть в омут с головой.

– Почему? – заёрзала Ира, приподнимаясь на локте, стараясь разглядеть в темноте взгляд мужчины. – Вроде всё было на мази.

– Мы все ошиблись, – тихо произнёс. – Она мужа любит. Сильно. Столько времени потеряно зря.

– Ты поэтому, – поморщилась, – принял на грудь? Не смог смириться с проигрышем?

– Да, – вздохнул он.

«Пусть лучше думает, что я переживаю из-за провала, чем догадается, что я сам всё завалил», – решил он для себя.

– Но ты не волнуйся, – опять прижал её к своей груди, – я найду деньги, и мы обязательно поедем на отдых вместе.

– Валя, – стала она вырываться. В её памяти всплыл разговор с другом Валентина.

«Как же так? – зашумело в её голове. – Кто же из них солгал?»

– Я люблю тебя, – принялся целовать Ирину мужчина. – Всё будет хорошо. Верь мне.

– Я верю тебе, – замешкалась она с ответом, не зная, нужно ли рассказать Валентину о звонке его приятеля.

Однако Валентин был настойчив. Он целовал и ласкал её, пока она не сдалась на милость его губам и рукам и не потянулась навстречу чувственным удовольствиям.

На постели переплелись два тела в страстном танце любви, когда беззвучно вспыхнул экран телефона Ирины, оповещая о входящем сообщении. Но ей в этот момент было не до телефона, и не до входящих сообщений.

– Люблю, – как губка, впитывала она слова признания своего мужчины.

Часть 15.

Так спокойно Маргарита давно не спала. Может быть сказалось количество выпитого накануне алкоголя, может быть из-за того, что за последние несколько лет ей удалось высказать всё, что разрывало её измученное сердце…

Кто знает…

Первым делом женщина потянулась к телефону. Однако, сообщений от мужа не было.

«Так даже лучше, –  убеждала она себя. – Сейчас я приведу себя в порядок, поеду домой и снова стану самой обычной Ритой-Маргаритой, которая не совершает необдуманных поступков. Но сперва душ и завтрак, тем более, что он входит в стоимость номера».

Немного освежившись, женщина снова взяла телефон и набрала сообщение начальнице, что приболела и сегодня выйти на работу не сможет.

«Гулять, так гулять», – убеждала она себя, сидя в белом гостиничном вафельном халате и уплетая яичницу с беконом за низким столиком.

Стоит ли упоминать, что уходить не хотелось. От слова «совсем».

Она нехотя переоделась, окинула грустным взглядом номер, в котором закончился один этап её жизни и начался другой.

«Валентин, – защемило сердце, – спасибо тебе, что оказался джентльменом. Встретимся ли мы ещё? – румянец растёкся по её лицу. – Нет, пожалуй, не надо. Не надо нам встречаться. Я столько всего ему рассказала, что не смогу при встрече смотреть в глаза. Пусть лучше всё развеется, как дым…»

Она покинула номер. Оплатила счёт и вышла на улицу.

К её удивлению, утро выдалось солнечное. Яркие лучи ласкали её бледное лицо. Прохладный ветер, опалил всё ещё красные щёки.

«Надо жить дальше, – решила она. – На следующей неделе пойду в больницу, сдаваться. Зачем тянуть. Надо делать операцию, значит надо».

Сев в полупустой автобус, так как он шёл в противоположную сторону от центра города, Маргарита прикрыла глаза, совершенно не представляя, как будет говорить мужу о своём диагнозе. Расстроится ли он? Наверное. Будет переживать? Ругать её, что она так долго молчала? Обрадуется, что у неё никогда не будет детей?

«Он-то при желании сможет родить и от другой женщины», – пришла ей неутешительная мысль.

Одно было ей ясно и без всяких вопросов: как прежде уже не будет, никогда.

Выйдя на своей остановке, она по привычке зашла в магазин. Купила молоко и хлеб.

«Пока Боря в командировке, – думала Маргарита, – можно и не готовить».

Она открыла входную дверь своим ключом и споткнулась о мужские ботинки.

– Сюрприз! – в коридор вышел Борис, злой, как чёрт.

– Боря? – удивилась  она.  – А что ты тут делаешь? – произнесла она, снимая пальто.

– Что я тут делаю? – прищурил он глаза. – Я тут живу, если ты не забыла. А вот ты откуда явилась, мне будет интересно послушать.

– Я, – вяло улыбнулась она, – в магазин ходила.

– В магазин? – сжал её плечи он. – Всю ночь?

– Боря, – вздохнула женщина, собираясь с силами, чтобы признаться мужу, что больна, – я должна тебе кое в чём признаться.

– Кто он? – навис над ней мужчина.

– Кто? – расширились глаза у женщины.

– Не играй со мной! Кто твой любовник!

– Боря, ты что? Нет у меня никого. Я тебя люблю.

Мужчина отпустил плечи женщины и засмеялся:

– Никогда не думал, что сам стану героем пошлого анекдота о неверной жене и муже, вернувшегося раньше времени из командировки.

– Боря! – воскликнула она. – Как ты можешь! Я же не подозреваю тебя в измене, когда ты уезжаешь в свои командировки.

Мужчина смутился, на одно мгновение, но быстро взяв себя в руки буквально выплюнул ей в лицо:

– Я работаю! Работаю, Риточка.

– Я тоже работаю, – безэмоционально ответила она.

– Это не одно и тоже, – возразил ей мужчина.

– И в чём же разница?

Он насупился:

– Зубы мне заговариваешь? Я же молился на тебя. Думал, ты святая.

– Как видишь, нет, – пожала она плечами и направилась в спальню.

«Лучше бы на работу из отеля поехала, – передвигая ноги думала она. – Отговорку по опозданию всегда можно придумать. Не ожидала я от Бори такого. Столько лет вместе, а он обо мне такие мерзости думает. Разочаровал. Как же ты меня разочаровал, любимый».

– И это всё, что ты можешь мне сказать? – шёл за ней следом Борис.

– Да, – вздохнула Рита. – Я устала, хочу отдохнуть.

– Чем же ты занималась всю ночь? – некрасиво поморщился мужчина.

– Пила, – бросила ему она. – Пила в отеле с мужчиной. Подробности хочешь?

– Рита, – опешил Борис. – Ты чего? Думаешь, я не знаю, где ты была? Сказала бы сразу, что у Наташки ночевала, покаялась, что ослушалась меня, я бы не был так суров с тобой. Знаешь же, что я против твоих встреч с этой взбалмошной мужененавистницей. Она сама четырёх извела, не хватало, чтобы и тебя посвятила в свою веру. Не смотри на меня так. Звонил я твоей дрожайшей подруге. Она и поведала мне, что ты напилась и спишь без задних ног.

– Боря, я правда была в отеле с мужчиной, – села на кровать Маргарита.

– Не смешно, – сел рядом с ней муж. – Я же знаю, какая ты у меня…

– Какая? – поймала его взгляд.

– Самая лучшая.

«А я думала, что самая любимая, – размышляла женщина, глядя в глаза Бориса. – С другой стороны, если «самая», значит, есть с кем сравнивать…»

Странная апатия навалилась на плечи Рите. Может быть именно поэтому она ничего не почувствовала, когда мужчина обнял её и принялся целовать, шепча:

– Я так соскучился.

«А я, оказывается, нет», – она по привычке обняла его за шею, вяло шевеля своими губами.

Часть 16.

Ирина проснулась в хорошем настроении. Этой ночью Валентин порадовал её. Таким нежным, чувственным и страстным он давно не был.

«Он любит меня, – довольно улыбалась молодая женщина, проснувшись в объятиях своего мужчины. – По-настоящему любит. Мало ли что его друг говорит. Он просто ревнует. Валя никогда не опустится до измены. Ну и что, что с делом Анфисы ничего у него не вышло. Главное, что Валя  обещал найти деньги и свозить меня на отдых. А где он их раздобудет, это меня и не касается».

Она потёрлась щекой о грудь мужчины и протянула руку, чтобы взять с прикроватной тумбочки свой телефон.

«Надо перед Анфисой извиниться, – вздохнула она. – Подруга так рассчитывала получить хоть какой-нибудь компромат на жену своего любовника, а тут такое невезение. Мало того, что баба, по словам подруги, похожа на общипанную курицу, так ещё, как кошка, влюблена в своего мужа. Мужику-то однозначно повезло, а вот Анфиске нет».

Она перевернулась на другой бок и включила телефон.

На экране горели значки, оповещая, что от приятеля Валентина ей пришло несколько сообщений.

«Вот упёртый баран, – поморщилась она. – Всё никак не угомонится».

Она хотела было удалить сообщения, не читая, но женское любопытство её подвело.

«Я только одним глазком, – убеждала она себя. – Интересно же, что он там мне написал. Вдруг в любви признается», – её щёки чуть покраснели от смущения, будто она собиралась вкусить запретный плод.

Женщина открыла первое… И обомлела. Её лицо побелело. Глаза вспыхнули ревностью. Это было не сообщение. Это была фотография, на которой её Валентин самым беспардонным образом обнимал незнакомку, весьма симпатичную, между прочим.

«Неужели это и есть жена любовника Анфисы? – рассматривала она снимок. – Или Анфиса слепая, или у неё комплекс звезды. Да эта бабёнка настоящая красавица. А если её приодеть, так мы поблекнем на её фоне».

Она открыла ещё один снимок, присланный приятелем Валентина  и пришла в ужас. Парочка заходила в отель «В гостях у сказки».

«Он мне солгал, – похолодело её сердце. – Валя меня обманул».

Она сбросила с себя руку спящего мужчины и, сев на кровати, принялась изучать следующий снимок.

«И в номер к ней поднимался!» – закипела её душа от негодования.

– Мерзавец! – воскликнула она и ударила по плечу спящего мужчину. – Врун! Подлец! – принялась лупить его по груди и рукам.

– Что? Ира? – подскочил Валентин на кровати.

– Негодяй! – кричала ему в лицо женщина, сунув телефон, на экране которого был один из снимков из отеля.

– Откуда? – хрипло спросил он, а потом нахмурился, поняв, что только один человек мог так подставить его.

– Ты даже не отрицаешь.

– Зачем? На снимках всё чётко видно, – поднялся он с постели, строя планы  мести своему другу, который оказался «вдруг…»

– Ты провёл ночь с ней? – подскочила к нему, хватая за плечи.

– Да. Но это не то, что ты думаешь., – заверил её он.

– А что я должна думать? Ты провёл ночь с этой. Выдумал историю, что не получилось её раскрутить, а тут и на постельку получилось. Как же мерзко. Я думала, что ты не такой. Что ты любишь меня. А ты…

– Ира, – теперь пришла очередь Валентина хватать за руки женщину. – Я люблю тебя. Но и ты должна мне верить. Мне, а не фотографиям или левым мужикам.

– Левым мужикам? Он твой друг. Мало того, он сделал  эти снимки. Почему? Почему ты решил обмануть меня и Анфису?

– Потому что я не мерзавец и не подлец. Деньги можно заработать другим путём.

– Деньги не пахнут, Валя.

– Для меня, прости, пахнут. Я не могу.

– С ней в отеле можешь…

– Не было ничего.

– А что было?

Мужчина отвернулся, рассказывать о  том, что и как было в номере отеля, ему не хотелось. Не заслуживала Маргарита, чтобы её нижнее бельё прилюдно стирали.

– Валя! – прикрикнула Ира.

Но и ссориться с любимой он не хотел, поэтому честно признался:

– Она больна чем-то.

– Чем? – удивилась Ирина.

– Если бы я знал. Но это её сильно угнетало. Как я понял, она раздумывала говорить ли мужу о болезни или нет. Это всё. Она поплакалась, используя меня, как жилетку, а потом я ушёл.

«Бинго, – тем временем думала Ира. – Больна? Уж не подцепила ли тихоня какую-нибудь неприятную болячку, изменяя своему муженьку, когда тот с Анфиской по «командировкам» развлекался. Вот подруга обрадуется. А раз она больна, то с Валей у них ничего не могло быть. Пронесло, слава богу».

– Видишь, – вздохнула она, обнимая мужчину. – Я верю тебе, – потянулась к его губам.

– Спасибо, – выдохнул он.

– Но снимки, всё равно Анфисе отправлю.

– Нет, – отстранился от неё мужчина. – Никаких снимков.

– Хорошо, как скажешь, – улыбнулась она.

«В итоге всё можно обыграть, что это твой приятель снимки отправил», – решила она.

Часть 17.

Маргарита мяла скалкой варёный картофель в кастрюле и думала о том, что близость с любимым мужем показалась ей пыткой. Вроде бы и страсть была и нежность, а внутри ничто не отозвалось на ласки Бориса. Сымитировав пик своего наслаждения, она быстро покинула постель и оставила разомлевшего мужчину одного.

– Ты куда? – лениво улыбаясь поинтересовался он, когда она надела домашнее трикотажное платье.

– Хочу побаловать тебя картофельным пюре и котлетками.

– Хозяюшка моя, – подмигнул ей Боря и закрыл глаза, желая отдохнуть. Он всегда после возвращения отсыпался почти сутки.

Маргариту подмывало спросить, почему он вернулся раньше, но она не стала этого делать, помня, как муж злится, когда она лезет с вопросами о его работе.

«Приехал и приехал, – размышляла женщина, добавив к картофелю молоко и сливочное масло. – Хотя, с большим удовольствием я провела бы этот день в одиночестве», – сделала она для себя неожиданный вывод.

– Умница моя, – в кухню вошёл Борис в спортивных шортах. Торс мужчины был обнажёнными. Он повернулся к женщине спиной, решив самостоятельно достать из навесного шкафчика себе тарелку. Маргарита залюбовалась красивым телом своего супруга и чуть не выронила тарелку с горячими котлетами, когда заметила сзади у основания шеи достаточно большой и  уже сходящий засос, который судя по цвету, она никак не могла поставить. Да и не разрешал Борис ставить на нём метки, всегда брезгливо относясь к подобным проявлениям любви. А тут…

– Боря, – тарелка с котлетами громыхнулась на стол. – Что это?

– Где? – улыбаясь повернулся к ней лицом мужчина.

– Вот здесь, – Рита указала пальцем на «клеймо любви».

– А что там?

– Засос, Боря.

– Не может быть, – махнул рукой мужчина. – Тебе показалось.

– Нет. Не показалось. Я сейчас тебе сфотографирую и покажу, – ответила женщина и достала из кармана домашнего платья свой телефон.

– Рита, – явно занервничал мужчина увидев снимок, – ну, может я неудачно ударился.

– О чьи-то похотливые губы? – села она на табурет, так как ноги перестали её держать. – Ты мне изменил что ли? – она сама не могла поверить в то, что спрашивала.

– С ума сошла! – воскликнул он. – Это какое-то недоразумение. Мало ли где я мог получить синяк.

– Боря, – вздохнула она, – я может и кажусь тебе наивной, но я не такая.

– Риточка, не делай из мухи слона. Подумаешь, синяк. Через пару дней он сойдёт.

– Через пару дней, – поднялась она, – меня здесь не будет. Я поверить не могу, что ты…

– Риточка, – бросился к ней Борис. – Я только тебя люблю.

«Ну, держись, Анфиска, – думал он про себя. – Так меня перед Марго подставила. И ведь специально выбрала место, чтобы я не мог заметить. Пора, видно, от неё избавляться, раз она забыла, где её место».

– Боря, как же так? – вновь и вновь повторяла Маргарита, отметив про себя, что супруг не отрицает факт измены.

«И что теперь? – закрылась в ванной женщина, чтобы побыть в одиночестве. – Что теперь?  Отпустить? Я всё равно испорченный товар. Неизвестно, как пройдёт операция. Да и не станет Борис со мной возиться. Он любит, когда за ним ухаживают. Отпустить… Как же больно. И почему я раньше не заметила? Может быть тогда не пришлось бы притворяться в постели… А так… Всё стало ещё отвратительнее…»

Часть 18.

Мужчина изогнувшись перед зеркалом в коридоре, пытался рассмотреть свежий «поцелуй любви» своей любовницы.

«Вот же… – не находил он слов. – Знала, что нельзя, и всё равно оставила следы своей страсти, – злился Борис. – А страсти ли? – неожиданно побелел он. – Может и не было никакой страсти? А всё было разыграно специально для меня? Чтобы… Рита увидела… Ох-ох. Моя Марго такая нежная и чувствительная, а ещё гордая…. Она и до развода может додуматься. Что же делать? Точно, – пришло неожиданное решение, – надо попросить кого-нибудь из друзей солгать Марго, будто этот засос поставили мне на спор: мол проверить, насколько мне доверяет жена. Кому же позвонить? На такое безрассудство мог бы пойти только Женька. Он балагур и весельчак, и над своей женой всё время подшучивает».

Окрылённый тем, что ситуацию можно урегулировать, а потом ещё долго укорять жену, что она ему не доверят, Борис набрал номер приятеля.

«А вот Анфиску в отставку, – решил для себя мужчина. – Пусть метки на другом дураке ставит. Я ей сразу дал понять, что с женой разводиться не собираюсь. Не нравится быть моей любовницей, может быть свободна».

Приятель ответил после четвёртого гудка:

– Привет, – лениво протянул Женя, – неужели ты, наконец, вылез из постели своей куколки и вспомнил о друге.

– Я о тебе и не забывал, – вздохнул Борис.

– Но в постели с любовницей приятнее, – захохотал друг. – Эх, не был бы я женат.

– Это ты сейчас к чему? – нахмурился мужчина, чувствуя, что разговор заходит куда-то не туда.

– Это я к тому, что мне совесть не позволяет своей Ляле изменить, – опять вздохнул Женя. – Люблю я её. Очень.

– А я, по-твоему, Ритку не люблю.

– Завидую я тебе, друг. Завидую. Я, как ты, не могу: любить многих. Моё сердце создано только для одной.

– Да ну тебя, – обиделся Боря. – Я тебе, как другу звоню. Хотел помощи попросить. А ты…

– А что случилось? Ты же, вроде как в командировке, со своей этой, – запнулся. – Прости, всё время забываю, как её зовут.

– Это уже неважно.

– Неужели она тебя бросила? – охнул приятель.

– Почему это сразу она меня. Может это я её бросил.

– Ну-ну.

– Ты мне помогать будешь или будешь из себя клоуна строить?

– Я весь во внимании. Правда не представляю, чем могу помочь. Я в делах с любовницами не специалист.

– Женька!

– Агась. Слушаю. Шпарь, как говорится, правду матку.

– В общем, так. Приехал я домой.

– А Ритка с любовником, – присвистнул Женя.

– Типун тебе на язык. Она у подружки своей ночевала.

– Без твоего ведома, ай-яй-яй.

– Не паясничай.

– Ладно, – сдулся Евгений.

– Ну мы того, – замолчал Борис.

– Этого, – передразнил его приятель.

– И она увидела у меня засос.

– Опаньки, – заржал Женя.

– Тебе смешно, а Марго в ванной час ревёт.

– Я бы тебе в морду дал.

– Лучше бы дала.

– Ну, что могу сказать. Разведётся она с тобой. Ритка баба гордая.

– Вот я и подумал.

– Да тут и думать не надо.

– Женька, дослушай.

– Весь во внимании.

– Не мог бы ты сказать моей Марго, что это ты мне засос поставил.

– Чур меня, – воскликнул мужчина, не дослушав приятеля. – Я Лялю люблю и засосы ставлю только ей.

– Да люби свою Лялю, кто против, – возмутился Борис.

– Тогда к чему весь этот фарс? – удивился Женя.

– Скажи, что мол мы поспорили, как сильно она мне верит. Проверка, понимаешь?

– Понимаю, – засмеялся мужчина.  – Ты хочешь выставить её дурой. Так бы сразу и сказал.

– Женя, – вскипел Борис.

– Да ладно тебе кипятиться. Ты уже сел голой… – усмехнулся, – на горячий примус. Так что расслабляйся и получай удовольствие. Я в деле. Это будет  весело. Только предупреждаю сразу.

– О чём?

– Чур мне никаких засосов ставить не будем. Пред своей женой я девственно чист, таким и хочу остаться.

– Нужен ты мне со своей девственной любовью, – ехидно произнёс Боря. – Я без труда заменю Анфиску на новую девочку. Более понятливую.

– Ты не исправим.

– Жизнь одна.

– И не говори, – засмеялся Женя, сбрасывая вызов.

«Теперь осталась Анфиса-крыса, – ехидно улыбнулся Борис. – Посмотрим, как ты запоёшь, когда я перекрою тебе денежный кислород».

Часть 19.

Маргарита сидела на краю ванны и смотрела на переплетённые пальцы своих рук.

«Какой наивной я была, – всхлипывала она. – Беззаветно любила Бориса, а он… Он… Изменил мне. Как же так? Как он мог? Почему?»

Она перевела взгляд на воду, что лилась из крана в раковину.

«Вот и моя жизнь, – подумала она, – течёт, течёт… А куда течёт? Для чего? Как-то бестолково всё получается».

Она засунула руки под струю, как оказалось, ледяной воды.

«Пусть, – вздохнула, проведя мокрыми ладонями по лицу. – Я всё равно скоро в понимании Бориса перестану быть женщиной. Может так и к лучшему. Не хочу ни жалости, ни брезгливости с его стороны».

Рита посмотрела на своё отражение в зеркале. Обречённо махнула рукой: «Всю жизнь прятаться не удастся. Вот сейчас выйду и прямо скажу Боре, что развожусь с ним. Лучше быстрая смерть, чем долгая агония».

Женщина открыла дверь ванной комнаты и тут же оказалась в объятиях мужа.

– Отпусти, – глухо потребовала она.

– Ритка, – прижал её к себе мужчина,  – какая же ты у меня ревнивая, оказывается. Не ожидал. И люблю тебя за это ещё больше.

– Что? – опешила она.

– Ты так поспешно спряталась в ванной комнате, что я не успел тебе сказать, что всё это розыгрыш. Спор.

– Не понимаю, – отстранилась она от него.

– А что тут понимать. Мы с Женькой поспорили, как сильно ты меня любишь.

– Что? – схватилась за сердце Маргарита, чувствуя, как слабеют её ноги.

– Можешь ему сама позвонить, если мне не веришь.

«Боже мой, – ёкнуло сердце женщины,  – ничего не было. Слава Богу», – испытала облегчение.

– Но ты…

– Я хотел немного подразнить тебя, – покачал он головой. – Ведь ты ослушалась меня и снова встречалась с Наташкой, да ещё и ночевать у неё осталась.

Рита вздохнула, чувствуя себя обманщицей, ведь она ночевала не у Наташи, а в отеле… с Валентином, пусть между ними ничего и не было.

«Надо будет Наташе позвонить, – размышляла женщина. – Правда не знаю, сказать ей спасибо или поругать за обман. Ведь с одной стороны, благодаря ей, Боря был спокоен, а с другой стороны, получается, что мне есть что скрывать…»

– Маргарита, – нахмурился мужчина, – мне конечно приятно, что ты так сильно любишь меня и ревнуешь, но нельзя же быть такой импульсивной. Ты даже не выслушала меня.

– Ты сам молчал.

– Не ожидал такую бурную реакцию от тебя. Так что? Звонить Женьке будешь?

– Нет, – замотала головой Рита. – Прости меня, Боря, – бросилась ему на шею и разрыдалась. – Прости, что усомнилась в тебе.

– Вот, – улыбнулся он, – совсем другое дело.

«Кто тут молодец?» – чмокнул её в макушку.

– Не знаю, что на меня нашло, – всхлипывая произнесла Рита..

– Давай, забудем, – предложил он. – Не будем портить такой прекрасный день.

– Да, давай, – подставила она губы для поцелуя.

«Пронесло, – выдохнул Борис. – В другой раз умнее буду».

«Как же стыдно, – прятала лицо на груди мужа счастливая и одновременно смущённая Рита, – сама придумала того, чего нет. Это всё Женька виноват, – решила она, – свою жену изводит подколками и розыгрышами, и Бориса подбил на подобное. Нехороший он человек. Подлый. Прикидывается весельчаком, а у самого сердце гнилое, чёрное. Мой Боренька самый лучший. Как я могла усомниться в нём? Глупая».

Часть 20.

Еле дождавшись, когда Валентин наконец-то уйдёт на работу, Ирина бросилась звонить Анфисе.

А та в удлинённой футболке нежно-розового цвета, подогнув под себя ноги, сидела на диване с мягкой велюровой обивкой светло-бежевого цвета и потягивала вино из высокого фужера, рассматривая снимки, которые ей несколько часов назад прислала подруга.

«Очень хорошо, – улыбалась она, водя пальчиком по экрану. – Уверена, что Боря по достоинству оценит, как фотогенична его жена. Отличный ракурс. И этот. Даже название отеля просматривается. «В гостях у сказки», – захихикала. – Я устрою тебе сказочку. Страшную. С предсказуемым концом. Пожила с Борей, а теперь уступи место другим, более достойным. Упс, – отпила из фужера, – я совсем забыла, что ты, Маргариточка, беззаветно любишь своего… Нет. Нашего мужа. Но, боюсь, что после того, как Боря получит, анонимно, конечно, эти шикарные снимки, тебе придётся подыскивать себе другого мужа. Если на тебя кто-нибудь клюнет».

Она откинулась на подлокотник, прислонившись лбом к спинке дивана. Закрыла глаза, представляя себе, как Борис вышвырнет свою Риточку из своей жизни.

«Тра-ля-ля. Ля-ля. Ля-ля», – задорно зазвонил её телефон.

– Алло, – ответила она на звонок, не скрывая своего хорошего настроения. – Привет, дорогая.

– Привет, – отозвалась Ира. – Я не мешаю тебе? Фотки получила? Как?

– Это бомба! – захихикала Анфиса. – И, кстати, я дома.

– Дома? – удивилась молодая женщина. – Что-то случилось?

– Да, повздорили с Борисом. Не знаю, зачем я завела разговор о его благоверной. Он вспылил. Стал доказывать, какая она у него золотая.

– А ты? Неужели смолчала?

– Ага. Как же. Я стала напирать, что если ему с ней так хорошо, то зачем ему я…

– А он?

– А он решил вернуться.

– А ты поехала вместе с ним, как декабристка.

– Вот именно. Побоялась, что в таком настроении он подцепит по пути домой какую-нибудь цацу.

– Ох.

– Да, намучилась я в этой поездке. Одно грело, что твой Валентин поможет мне устранить соперницу. И, глядя на фотографии, могу сказать, что он справился на все сто процентов. Я готова даже доплатить, за его инициативу потащить её в отель. Бедный, как его только не стошнило рядом с ней.

– Спасибо, Анфиска! Деньги будут очень кстати. Только сделай перевод на мою банковскую карту.

– Как скажешь. Мне всё равно.

– Спасибо, ещё раз.

– Вы часом сами не поругались из-за этой курицы.

– Ну. Если честно, то немного.

– Так! Рассказывай. Не поэтому ли ты хочешь деньги себе.

– Виновна, – вздохнула Ира. – Валя просил не отправлять снимки. Ему стало жалко её.

– Жалко? Живёт себе, как сыр в масле катается. Жалко, – засмеялась Анфиса.

– Он сказал, что она призналась, что больна.

– Чем? – всё веселье схлынуло с женщины.

– Я не знаю.

– А Валентин твой?

– И он тоже. Она не сказала ему, только плакалась, что не знает, как рассказать о болезни мужу.

– Что-то венерическое что ли? – ахнула Анфиса. – Она ему изменяет что ли?

– Я тоже так подумала.

– А она не того…

– Чего?

– К твоему клинья не подбивала?

– Ты что! – воскликнула Ира. – Валя меня любит. И потом она же больна.

– Если боится Боре признаться, значит, точно где-то нагуляла. Вот он удивится, – громко захохотала Анфиса, – когда у него какая-нибудь бяка на, сама знаешь где, выскочит.

– Главное, чтобы у тебя не выскочила.

– А ты права. Сегодня же проверюсь. Не хватало мне ещё лечиться от болячек, которые жена Борьки нагуляла. Позор, да и только.

– А ты решила, когда отдашь Борису снимки.

– Как раз раздумывала. Это должно быть, как фейерверк. Ярко. Красочно. Незабываемо.

– Жаль, что ты не увидишь лицо своего мужчины в тот момент, когда он увидит снимки.

– Ирка! Ты гений!

– Я?

– Ещё кто! Я обставлю всё так, чтобы присутствовать при этом моменте.

Телефон Анфисы пискнул, сообщая, что ей звонит ещё один абонент.

– Прости, дорогая, мне Боречка звонит. Как чувствует, что мы о нём разговариваем, – извинилась перед собеседницей она.

– Удачки, – пропела в динамик Ира.

– Да, она мне не помешает, – ответила та, отключая подругу, чтобы ответить на звонок мужчины. – Здравствуй, дорогой, – улыбаясь произнесла женщина.

Часть 21.

– Дорогой! – воскликнул мужчина. – И после всего, что ты сделала, ещё смеешь называть меня дорогим!

– Любимый, – протянула Анфиса.

– Ищи себе другого дорогого и любимого. А я с тобой расстаюсь! Всё! Хватит! Из-за твоей выходки Маргарита меня чуть не бросила.

– Боречка, – ахнула Анфиса. – Что я сделала?

– Засос поставила! – рявкнул Борис, не желая больше разговаривать с ней.

– Я не хотела, – вздохнула она, – так получилось.

– Так получилось, – передразнил её мужчина, теряя терпение, однако разговор не прервал.

– Разве можно контролировать страсть? – прошептала в динамик Анфиса.

– Ничего не знаю, – недовольно пробурчал он. – Наши отношения закончились в тот момент, когда ты поставила на мне метку.

– Боречка, – захныкала Анфиса, не на шутку испугавшись.

«Весь мой план летит коту под хвост, – думала она в этот момент. – Нет, так не пойдёт. Я столько времени на тебя потратила, Боречка, что ты обязан, как минимум жениться на мне».

– Любименький! – простонала она. – Ты не можешь меня бросить!

– Почему не могу? – хмыкнул он. – Очень даже могу.

– Боречка, – продолжала ныть женщина. – Нам же так хорошо вместе.

– Было, – добавил мужчина.

– Я жить без тебя не смогу! – заплакала в трубку Анфиса. – Не смогу. Ты для меня всё! Моя жизнь, моё дыхание, мой свет. Люблю тебя! – произнесла она таким надрывным голосом, что у мужчины волосы встали дыбом на затылке, а сердце пропустило удар.

«Любит? – недоверчиво подумал он. – Она?»

– Анфиска, – сомнения одолевали Бориса, – ты пытаешься шантажировать меня?

– Я люблю тебя, глупый. И жизни без тебя не представляю.

Борис растерянно замолчал. Его сердце понеслось вскачь, мурашки побежали по телу. Признание женщины звучало слишком правдоподобно. Анфиса ревела в трубку, громко всхлипывая и шмыгая носом.

«Неужели и правда любит? – озадаченно думал мужчина. – Надо же, – усмехнулся, – какой я неотразимый. Может простить её? Точно. Припугну и прощу. Пусть радуется, что я у неё есть».

– Боречка, – снова всхлипнула Анфиса. – Боречка!

– Ладно, ладно, – смягчил тон своего голоса Борис, – я сейчас к тебе приеду и мы обо всём поговорим.

– И я сделаю тебе приятно, как ты любишь, – шмыгнула носом женщина.

– Обязательно, – довольно согласился он.

– А как же твоя, – замялась, – жена? Что она скажет? Ты только вернулся из командировки и снова куда-то уходишь?

– Моя жена тебя не должна волновать, – нахмурился он. – Она любит меня. Любит. Ещё как, – вздрогнул от своих слов, вспомнив, сколько сил и фальшивой страсти вложил в примирение с Маргаритой. – Тебе учиться и учиться у неё.

«Куда уж мне», – зло подумала Анфиса.

– Я жду тебя, дорогой, – ответила вслух.

– Да, буду,  – произнёс Борис и сбросил вызов.

«Что ж, – его настроение резко поднялось. – Поеду, развеюсь. Дома хорошо, но скучно. Маргарита ушла в магазин, так как в холодильнике шаром покати. Грех не воспользоваться такой возможностью. Напишу ей, что срочно вызвали на работу. Узнали, что приехал раньше и требуют отчитаться. А сам помирюсь с Анфисой. Уж больно хороша она в постели. Да и все мои желания исполняет. Жалко такую терять. И любит? Странно, но приятно… Заодно её на место поставлю. Пусть знает, что я не собираюсь разводиться с женой. Любовь любовью, а правила правилами. Пусть не надеется занять место Риты».

Насвистывая, какой-то весёлый мотивчик, он направился в ванную комнату, чтобы побриться и принять душ. Это перед женой можно выглядеть бомжом, ходить в грязных трусах и не бриться, впрочем и не мыться. Она всё стерпит. Она же… жена. А к любовнице надо начистить пёрышки, быть чистым, вкусно пахнуть и готовым на любые подвиги. С женой-то на подвиги и не тянет. Спать с Марго в одной постели для Бориса уже было подвигом. Не нравилось ему, что Маргарита в кровати была зажата и консервативна.

«Да, – улыбался Борис, предчувствуя сладкое примирение с Анфисой, – встреча будет жаркой. Уж она-то постарается вымолить у меня прощение и за сорванную поездку, и за поставленный засос, и за… Уж я найду, за что ей извиняться передо мной…».

Часть 22.

Маргарита стояла в очереди к кассе, когда получила короткое сообщение от мужа: «Вызвали на работу с отчётом. Буду поздно. Не жди».

«Вот так всегда, – вздохнула она. – Не успел приехать, как его требуют отчитаться. Не могли до утра подождать. Но с другой стороны, – выкладывала на ленту продукты, – он приехал ночью, как я поняла, а утро всё провёл, – поморщилась вспомнив, как бурно они мирились, – со мной».

Сложив купленное в три больших полиэтиленовых пакета, она поплелась к остановке. Идти пешком было недалеко, но не с тяжёлыми пакетами.

«Надо будет ещё Наташе позвонить, – размышляла женщина. – Даже не представляю, что мог наговорить ей Боря, когда она сказала ему, что я сплю и не могу подойти к телефону. Ой, Наташка, ну и авантюристка. Могла бы мне как-нибудь сигнализировать… Ой-ой, – неожиданно встревожилась она, – что же, Наташа могла себе придумать, когда Борис позвонил ей и сообщил, что меня нет дома», – щёки Маргариты вспыхнули. Она ниже наклонила голову, смущаясь.

Женщина дошла до остановки, поставила пакеты на лавку и потёрла друг о друга озябшие ладони.

«Тра-ля-ля. Тра-ля-ля», – весело запел телефон в кармане её пальто.

– Алло. – улыбаясь произнесла Рита. – Привет, Натуля!

– Ритусик, привет! – радостно завизжала в трубку молодая женщина. – Как прошла встреча с благоверным?

– Благодаря тебе, очень неплохо, – усмехнулась женщина.

– Не благодари, – засмеялась подруга. – Ты мне лучше скажи, где это ты загуляла? Да ещё и ночевать домой не пришла.

– В отеле, – тихо произнесла Рита.

– Да ты что! – воскликнула Наташа. – С мужчиной? – затаила дыхание.

– С мужчиной, – вздохнула собеседница.

– Не может быть? Ты решилась изменить Борису! – присвистнула. – Вот это новость! Порадовала, ох, порадовала ты меня.

– Наташа, остановись, – зашептала в динамик Рита, стараясь не привлекать внимания стоявших вокруг неё на остановке людей. – Какая измена? О чём ты? Я Борю люблю.

– Тогда, прости, но я ничего не понимаю, – растерялась подруга.

– В общем, я получила результаты анализов.

– И? – дрогнул голос у Наташи.

– Всё плохо.

– Насколько?

– Надо делать операцию.

– Боже мой, – произнесла женщина.

– Я была сама не своя.

– А почему мне не позвонила?

– Хотелось поплакать одной.

– Но я так понимаю, что у тебя это не получилось?

– Не получилось.

– Поплакать или побыть одной? – решила уточнить Наталья.

– Побыть одной, нареветься я смогла и в компании Валентина.

– Ага! Значит всё-таки был мужчина.

– Ну, как был, – вздохнул Рита. – Я расстроенная сидела в сквере. Ко мне пристали какие-то неизвестные личности. Честно говоря, я и не помню, что они от меня хотели.

– Ох, – вырвалось у подруги.

– Потом подошёл Валентин. Он прогнал хулиганов и предложил проводить до остановки.

– А автобусы не ходили.

– Ты права. Автобусы не ходили, и он предложил подвезти меня до дома, я и согласилась.

– Ну, мать, ты совсем страх потеряла, он бы мог завезти тебя куда-нибудь…

– Перестань, – перебила её Рита. – Никуда он меня не завёз. Я сама решила поехать в отель.

– Какой?

– А это имеет значение?

– Мне любопытно.

– «В гостях у сказки».

Наташа захихикала:

– Ночка была сказочной.

– Ещё какой. А ревела, пока не уснула, а Валентин меня утешал. Бедный, я же ещё напилась. Правда, так и не раскрыла ему причину своего состояния. Хотя, я точно не помню.

– Ну ты даёшь! А он хоть симпатичный?

– Не знаю. Наверное. Я не приглядывалась. Мужчина и мужчина.

– У тебя всегда так. Тебя только Боря интересует, больше никто.

– А разве может быть по-другому?

– Не кипятись. Расслабься. Я звоню тебе сказать, что видела твоего Бориса полчаса назад. Он выходил из цветочного магазина, что находится в соседнем доме от моего, с большим букетом розовых роз. Так что, подруга, почисть пёрышки, тебя ждёт страстная ламбада в постели. Он меня не видел, так что можешь сделать удивлённое лицо.

– Наташа, ты ошибаешься. Борис поехал на работу. Его вызвали с отчётом.

– Ритка, – возмутилась женщина, – что бы я и твоего Бориса не узнала? Как знала, сфотографировала твоего благоверного с цветами. Хотела тебя потом подразнить. Но видно, не судьба. Сейчас перешлю тебе снимок.

Маргарита ничего не ответила, она только проводила взглядом автобус, который не останавливаясь проехал мимо.

– Отправляю, – прощебетала Наталья.

«Треньк», – пришло сообщение на телефон Риты.

Женщина открыла его и растерялась.

– Ну? – нетерпеливо произнесла Наташа. – Кто был прав?

– Ты, – выдохнула Маргарита. – Но я не понимаю.

– А чего тут понимать, голова садовая. Мужик решил сделать тебе приятное, в кое-то веки. Тут прыгать до потолка надо от счастья или плакать в три ручья.

– А плакать-то с чего? – не поняла она.

– Да, говорят, если муж стал без повода цветы дарить, значит чувствует себя виноватым.

– Это мне в пору ему цветы дарить, – печально произнесла Рита.

– А тебе-то с чего? Неужели с этим Валентином всё-таки что-то было?

– Да, дело не в этом.

– А в чём?

– Я приревновала Борю.

– Ты? Не верю.

– Глупо так получилось. Он с приятелем поспорил, с Женей.

– Это тот, который постоянно над женой подшучивает?

– Да.

– Продолжай, не отвлекайся, – попросила Наташа.

– Я, если честно, не совсем поняла в чём смысл спора, но Женя поставил Боре засос.

– Засос? – переспросила подруга. – Так, так. Это становится интересно.

– Да, – вздохнула Рита. – А я подумала, – смутилась.

– Что он тебе изменяет, – закончила за неё фразу женщина.

– Да, – выдохнула Маргарита, заметив, что большинство людей, которые вместе с ней стояли на остановке, решили пойти пешком, так как мимо проехал ещё один переполненный автобус.

– А где ты говоришь, сейчас твой Боря должен быть? – нехорошее подозрение появилось у Наташи.

– На работе, – ответила Рита. – Поэтому я и удивилась, когда ты сказала, что видела его с цветами около своего дома. Ой, я ведь Борису так и не сказала, что ты переехала.

– Это не главное, – перебила её Наташа. – Ты сейчас сидишь?

– Нет.

– Тогда сядь.

– Ладно, – Маргарита села на лавку рядом с пакетами. – Сижу.

– Так вот, моя дорогая. Ты была права, у твоего мужа, действительно, есть любовница.

– Не смешно, – разозлилась Рита.

– А я и не смеюсь. Ты сама подумай. Каким бы шутником не был Женя, но не думаю, что он опустился бы до того, чтобы мужика целовать, ставя ему засос. Это не по-мужски, понимаешь?

– Не очень.

– Тогда сделай проще. Позвони Боре, узнай у него, где он. И если он скажет, что на работе, то либо позвони туда, либо сама проверь, там ли он.

– У меня нет ни одного телефона его сослуживцев.

– Как так?

– Вот так. Он сам не посчитал нужным дать мне номера тех, с кем работает, а я не просила, неудобно.

– Как это неудобно? Мало ли что в жизни может произойти.

Маргарита молчала, она не хотела спорить с подругой.

– Ну, тогда жди, когда он придёт домой. С цветами или без… – сдалась Наташа.

– И всё-таки я думаю, что ты утрируешь. Не может Боря быть таким обманщиком, да ещё и на друга наговорить.

– Будем надеяться, – вздохнула Наташа, жалея Риту, которая пребывала в розовом мире своей безграничной любви к мужу.

Часть 23.

Анфиса вошла в спальню и упала на постель, в которой полчаса назад предавалась любви с Борисом. Жаркой и страстной. Она довольно улыбнулась, вспомнив реакцию мужчины на её действия.

«Вот и ещё одно подтверждение, что жена у Бореньки бревно, – потянулась она к телефону, – если он всегда приходит ко мне такой голодный и необласканный. Но мне же лучше, больше достаётся».

Она включила телефон и открыла последние снимки, которые ей прислала Ира, получив их от приятеля своего мужчины.

«Жаль, – думала она, тяжело вздыхая, – что меня не будет рядом, когда Боря получит с курьером конверт с фотографиями его благоверной в объятиях неизвестного на пороге отеля «В гостях у сказки». Надеюсь, ты устроишь ей сказочку, страшную-престрашную. А потом я утешу тебя. Это лучше, чем попасть тебе под горячую руку. Нет. Я буду держаться на расстоянии и наблюдать».

Некоторое время она водила пальчиком по экрану мобильного телефона, перелистывая снимки.

«Надо будет Ирку предупредить, – увеличила на экране лицо Валентина, – пусть присмотрит за своим мужиком. Слишком взволнованный у него вид, рядом с женой Бориса. И чем она их притягивает? – увеличила лицо Маргариты. – Ведь самая обычная. Не красавица. Худая. Одета кое-как. Не понимаю».

Анфиса набрала номер подруги.

– Алло, – ответила та запыхавшимся голосом.

– Куда бежишь? – перевернулась на живот Анфиса.

– Я на беговой дорожке. Валентин не хочет оплачивать мне занятия в спортзале. Вот я его и раскрутила на тренажёр. Форму надо держать. У него в штате столько молоденьких и фигуристых. Ужас!

– Понимаю тебя. Но мой Боренька не жмот. Я хожу на йогу и в бассейн, а ещё в СПА-салон.

– Да, не всем так везёт. Но зато мой живёт со мной открыто, – не упустила возможность поддеть подругу подруга.

– Нашла чем гордиться, – фыркнула Анфиса.

– Ладно, – пошла на мировую Ира, – давай не будем ссориться. Мужчины в жизни приходят и уходят, а мы с тобой давно дружим и из-за мужиков никогда не ругались.

– Это потому что у нас вкусы разные.

– Согласна, – захихикала Ира.

«Я люблю холостых, – подумала она, – а ты окучиваешь только женатых».

– Я чего тебе звоню-то, – заговорила Анфиса деловым тоном.

– Я думала, ты хочешь рассказать, как твой отреагировал на снимки.

– Нет. Снимки ему на дом курьер принесёт.

– Тогда о чём речь? Интригуешь.

– Да, я тут сама снимки рассматривала и кое-что заметила.

– Что? – в голосе Иры появилось напряжение.

– Твой-то запал на курицу Бориса.

– Не может быть. Не верю. Я сама снимки все пересмотрела.

– А ты к выражению лица своего Валентина присмотрись. Очень говорящая мимика, скажу я тебе.

– Анфиса, – задохнулась от гнева женщина, – что у него может быть с этой тощей!

– Тощая-не тощая, а Боря что-то в ней нашёл. Да так, что оторваться не может. А твой, как ты сама сказала, пожалел её. Если бы не его приятель, не было бы никаких снимков.

– Ты права, – сдулась собеседница. – Что же мне делать?

– Что делать… Что делать… – поучала её Анфиса. – Как придёт, тащи в постель. Не за красивые же глаза он с тобой.

– Он любит меня, – возразила подруга.

– Любил бы, давно бы женился, – констатировала Анфиса.

– Так денег нет на свадьбу.

– Наивная моя, – засмеялась молодая женщина. – Хотел бы занял у кого-нибудь, на вторую работу устроился, кредит взял, в конце концов. А так… Ему с тобой хорошо. Удобно. Сколько раз тебе говорить: не ведись на красивые слова. Требуй доказательства любви.

– Я стараюсь, – промямлила та.

– Стараюсь, – передразнила её. – Плохо стараешься.

– Как получается, – ещё тише добавила Ира.

– Бестолковая, – покачала головой Анфиса. – Слушай меня. Я плохого не посоветую.

– Хорошо. Я сделаю так, как ты говоришь.

– Вот и умница. Сделай всё, чтобы он напрочь забыл о жене Бориса. Только ты. И жалеть он должен, только, тебя.

– Поняла.

– Вот и умница.

Анфиса бросила телефон на кровать рядом с собой, закрывая глаза, млея и представляя реакцию Бориса на фотографии, которые он должен будет скоро получить.

Часть 24.

Маргарита тяжело дыша остановилась у подъезда своего дома. Она так и не дождалась автобуса, и ей пришлось идти пешком. Женщина поставила пакеты на скамейку и села сама, растирая озябшие и покрасневшие пальцы, рассматривая следы, которые появились оттого, что ручки пакетов врезались в кожу.

Что-то в разговоре с Наташей её тревожило…

«Цветы…» – именно они, решила Маргарита. Муж дарил ей цветы только по праздникам: восьмое марта и день рождения. И букеты были намного скромнее.

«Может быть Наташа была права? – жалась она под порывами холодного ветра. – И надо было поехать к Боре на работу? Но это же такой позор, – тут же одёрнула себя. – Позор не доверять любимому мужчине, усомниться в его честности и верности…»

Но цветы… Они не давали ей покоя. Будто шипы роз из букета, что держал в руках Борис на снимках, вонзились в её тело, прорастая до сердца, причиняя боль, мучая.

Сидеть на скамейке было холодно. Женщина вздрогнула, поднялась, взяла пакеты и вошла в подъезд.

Цветы продолжали стоять перед её глазами.

Она вытащила корреспонденцию из почтового ящика и вызвала лифт.

«Счета за коммунальные  услуги, – перебрала она бумаги. – Опять счета… Письмо? Борису? Странно… Пакет из курьерской службы, но без адреса и отправителя. Кто мог это принести? Разве не должны такие письма вручать лично в руки?»

Она повертела в руках плотный, достаточно увесистый конверт и решила, что пусть Борис сам разбирается, что это за письмо.

Квартира встретила её тишиной и одиночеством. Пока она снимала пальто и разувалась, в голове вертелись мысли, которые её посещали ранее… Мысли об одиночестве.

Она положила конверт для Бориса на тумбочку, что стояла у двери, а сверху него поставила свою сумку. Прошла на кухню и принялась раскладывать продукты в холодильник, думая, что приготовить на ужин.

Рита чистила овощи, резала мясо, жарила, варила, а сама думала о цветах…

Что-то внутри неё ворочалось и скулило, уверенное в том, что цветы Боря купил не ей.

– Дорогая, я дома, – услышала она голос мужа из прихожей. – Как вкусно у тебя пахнет! – подошёл он, чтобы обнять её.

Маргарита повернулась к нему, подставляя губы для поцелуя и ахнула:

– Цветы?

– Да, – широко улыбался он.

– Спасибо, – растерялась она, отметив для себя, что три розочки были того же цвета, что и букет на снимке, который ей прислала Наташа. – А по какому поводу? – ей казалось, что цветы жгут руки.

– Разве я не могу просто так подарить любимой жене цветы?

– Можешь, наверное…

– Тебе не нравится? – прищурил глаза мужчина.

– Очень нравится, – быстро ответила она. – Только меня теперь грызёт мысль.

– Какая? – обнял её Боря, собираясь поцеловать.

– Где остальные цветы?

– Остальные цветы?

– Да, остальные цветы из букета.

Руки Бориса сильнее сжали её талию:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.