Мари Мур
Искалеченные. Книга вторая

Здравствуйте, мой дорогие друзья!

«Искалеченные» – дилогия, и это ее вторая часть. Она не является самостоятельной. Для лучшего понимания сюжета настоятельно рекомендую прочитать первую часть серии.

Спасибо, что вы со мной! Надеюсь, мои книги не оставят вас равнодушными.

С любовью, ваш автор Мари.

Глава 1 «Время лечит»

Еще никогда «Мустанг» не развивал такой скорости, как в эту ночь. Еще никогда сознание так не глумилось над Рэймондом, рисуя самые страшные картины. С визгом затормозив у дома, он открыл водительскую дверь и первым делом посмотрел на окна своей квартиры. Они зияли чернотой, как раскрытая звериная пасть.

«Лин легла спать или…» – одна мысль, что могло произойти нечто ужасное, разрушала Рэймонда изнутри.

У него ушло не больше минуты на то, чтобы преодолеть несколько лестничных пролетов, переступить порог квартиры и зажечь свет. Первое, что бросилось в глаза – пустой коридор. Коричневый чемодан Лин, который Рэймонд задевал ногой последние две недели, словно в воздухе испарился.

– Лин, я дома, – громко сказал Рэймонд, но ему никто не ответил.

Он направился в гостиную, но и там никого не было. Непривычная тишина дробью застучала по вискам. Рэймонд взволнованно обошел другие комнаты, но нигде не нашел Лин. Вытащив телефон из кармана, он набрал ее номер.

– Ну же, возьми трубку, – пробормотал он, когда на другом конце линии в очередной раз ответил автоответчик.

Тогда Рэймонд решил позвонить лучшей подруге Лин – Мелани. Он не знал ее номера, зато знал, что она наверняка сейчас с Марком. Через пару гудков Марк ответил на вызов, и Рэймонд спросил то, что тревожило его больше всего.

– Она заезжала, – ответил Марк. – Оставила кота и уехала, сказав, что заберет его, когда разберется с жильем.

– Лин не говорила, где собирается жить? – спросил Рэймонд, подняв с пола аптечку, которую кинул в стену несколько часов назад.

– По правде говоря, я не знаю. А если бы и знал, то все равно не смог бы сказать, – сообщил Марк более тихим голосом. – Мелани оторвет мои яйца, если узнает, что я общаюсь с тобой.

– Почему? – удивился Рэймонд.

– Без понятия, что произошло между тобой и Линдси. Но даже трупы выглядят веселее, чем она, – невесело усмехнулся Марк. – Теперь ты для Мелани – враг номер один. Женская солидарность, чувак, и все такое…

Завершив вызов, Рэймонд уселся за стол и запустил пальцы в волосы. Без Лин все воспринималось иначе. Опустевшая квартира, опустевшая ночь, опустевшая жизнь… Все, что за это время наполнилось смыслом, теперь стало пустым.

– Ты самый настоящий кретин, Стэлфорд, – Рэймонд вынес вердикт сам себе и схватил ключи от машины.

Если ему никто не скажет, где скрывается Лин, то он попробует отыскать ее сам. Покинув квартиру, Рэймонд спустился на улицу и завел «Мустанг». Рассвет уже будил улицы скромными зимними лучами.

Рэймонд потерял счет времени, пытаясь найти машину Лин на парковках рядом с отелями или хостелами. Всю ночь и все утро он потратил на поиски, но так и не увидел ее красную старую «Toyota».

«Где сейчас моя Лин? И спит ли она?» – подумал Рэймонд, и от одной мысли, что Лин осталась один на один с кошмаром, у него заледенела кровь.

Вскоре он выехал на шоссе, и из динамиков послышалось пение. Его руки сильнее вцепились в руль, когда ему послышалось, как с пассажирского сиденья подпевала Лин.

«Так и с ума сойти можно»

Резко развернув «Мустанг» в противоположном направлении, Рэймонд прибавил газу. Он собирался к тому, кто должен был ему помочь.

***

– Вы говорили, что путь борьбы с саморазрушением дается с трудом. Шаг вперед, после – два шага назад, – не дожидаясь приглашения "войдите", Рэймонд уверенно зашел в кабинет. – Вчера я загнал себя по уши в дерьмо.

– Здравствуй, Рэймонд, – ровным голосом поприветствовал его психолог.

В карих глазах мистера Гранта на миг промелькнуло удивление. За десятки лет практики у него редко бывали такие пациенты. Всего несколько раз. Он видел много людей, однако, чтобы кто-то из них бесцеремонно вламывался в его кабинет и в открытую признавал свои проблемы? Такое случалось редко.

Гранту приходилось щипцами вытягивать из пациентовслово. Неслыханной удачей считалось, если пациент раскрывался к завершению курса.

– Что ты подразумеваешь под словами "по уши в дерьме"? – откашлявшись, спросил психолог и отложил журнал с очередными тестами.

Рэймонд промолчал вместо ответа. Достал из кармана куртки пистолет и пакет с марихуаной. После чего он положил все это на стол и устало уселся на рекамье.

Мистер Грант замер. Нет. Такое в его практике случилось впервые.

– Что это? – после затянувшегося молчания психолог посмотрел на своего пациента.

– Glock и травка, – Рэймонд пожал плечами и прилег на кушетку. Он выглядел жутко уставшим. – Как бы по-детски это не звучало – это не мои вещи. Вчера мне отдал их один дилер в баре. С некоторых пор у меня с этими ребятами особые отношения. Но я пришел к вам с другой проблемой.

– Я готов тебя выслушать, – побелевшими губами произнес мистер Грант.

Согласно деловому этикету, он старался смотреть в лицо пациенту, но его взгляд то и дело возвращался к оружию, лежащему на его столе.

– Вчера я причинил боль дорогому мне человеку. И теперь она не хочет меня видеть, – мрачно сказал Рэймонд.

– Ты сделал больно дорогому для тебя человеку? – переспросил мистер Грант и испуганно покосился на кровавые костяшки на пальцах парня.

– Я был груб с ней. Оттолкнул, когда она хотела мне помочь. А потом бросил, зная, что ей нельзя оставаться одной, – с горечью ответил Рэймонд.

– Почему ты не принял ее помощь?

– Потому что это ей навредит, – Рэймонд принял сидячее положение, положив локти на колени. – Но она все равно сделает по-своему.

«Моя девчонка непробиваемая. Перегрызет изоленту, выстрелит в копа, не наденет белье», – с грустью подумал он.

– Она имеет право помочь тебе. Поставь себя на ее место: если бы она нуждалась в помощи, а ты захотел ей помочь, но она не стала бы принимать ее от тебя. Тебя бы устроил такой вариант?

– Да я бы спрашивать ее не стал, – не задумываясь, выпалил Рэймонд.

– В этом то и проблема. Ты не оставляешь выбора и решаешь за нее. Относись к ней так, как хотел бы, чтобы она относилась к тебе.

– Как мне вернуть ее? – после короткой паузы спросил Рэймонд.

– Это не во власти психолога. Но я могу дать тебе совет, как мужчина, и просто как человек. Мы все имеем право на второй шанс.

– Это пустой разговор, – Рэймонд раздраженно покачал головой и поднялся с кушетки. – Я и сам знаю, что имею право на второй шанс, – он взял со стола свои вещи и направился на выход.

– Ты должен дать ей время, – произнес мистер Грант в спину Рэймонда.

– Время? – Рэймонд развернулся. – Для чего? Чтобы она пропала в своих кошмарах? Чтобы я не успел во второй раз? Время для меня самая ценная валюта, мистер Грант. Если бы я раньше увел Мию – ничего бы не произошло. Если бы был более настойчивым и не позволил ей зайти в этот чертов парк – я бы не стоял сейчас перед вами.

– Ты не можешь всю жизнь винить себя, – мистер Грант на манер Рэймонда встал из-за стола.

– Я уже перестал винить себя в смерти Мии. Вчера ночью я был на кладбище. Не знаю, удалось ли мне, как вы говорите, "закрыть гештальт", но теперь я виню себя в том, что сейчас моя Лин одна. Ее мучают кошмары, а я… Я должен быть рядом.

Брови психолога устремились вверх.

– Ты почувствовал облегчение после того, как закрыл гештальт?

– Какое к черту облегчение, – Рэймонд еще сильнее нахмурился. – Я хочу увидеть Лин. Только тогда я смогу испытать облегчение.

– Но это же прекрасно! – повысил голос мистер Грант, а Рэймонду показалось, что его психолог тронулся умом. – Ты испытываешь чувства к живой девушке! – психолог прикусил язык, осознав, как нелепо это прозвучало. – Я хотел сказать, что ты смог отпустить Мию. Я рад, что тебе это удалось.

– Мистер Грант, я зайду к вам как-нибудь в другой раз, – Рэймонд скептически посмотрел на психолога. – Всего хорошего.

***

Громкая тяжелая музыка сотрясала стены квартиры. Рэймонд сидел за обеденным столом и вскрывал бутылку с бурбоном.

Взлохмаченные черные волосы, того же цвета футболка и джинсы резко выделяли парня на фоне белой кухни. Даже татуировки на его руках отдавали примесью горечи и скорби. Он был, как демон, застывший у ворот рая. Нелепо и случайно оказавшийся не на своем месте.

Рэймонд знал, что ему нельзя пить. Тем более он обещал об этом самому себе. Но сегодня хотелось уйти в настоящее забытье. Надраться в щепки, потому что он больше не выдержит пытки.

Десять дней без Лин для него было слишком.

Слишком печально.

Слишком уныло.

Слишком безумно.

Налив полный стакан, Рэймонд чокнулся с Фрэнки. Тот недовольно поморщился и отвернулся. Рэймонд горько усмехнулся, понимая, что кот Линдси – его единственная компания за этот вечер.

Когда Мелани была на работе, Рэймонд забрал кота, предварительно договорившись с Марком. Может, это был повод, чтобы встретиться с Лин, ведь она когда-нибудь вернется за своим питомцем? Или Рэймонду было невыносимо одному находиться в квартире? Он и сам не знал точно, зачем это сделал.

Разве три года назад он не похоронил в себе любовь? Он думал, что в нем осталась лишь ненависть. Но ненормальная девчонка заставила его поверить обратно. И теперь Рэймонд сгрыз себя изнутри за то, что причинил ей боль.

– Не смотри на меня так, – Рэймонд хмуро взглянул в золотистые глаза кота. – Я знаю, что сделал ошибку.

Фрэнки осуждающе промолчал, а Рэймонд вновь наполнил стакан бурбоном и выпил. Он понимал, что лучше пойти лечь спать и не нажираться в стельку. Но он уже натворил столько глупостей, что осушить бутылку в одиночестве, для него казалось детской забавой.

– Я искал ее, – Рэймонд потрепал по голове кота, но тот стукнул его лапой. – Но она будто сквозь землю провалилась.

За десять дней Рэймонд вдоль и поперек объездил отели и гостиницы, где могла снять номер Лин. Но нигде ее не было. Рэймонд не сдавался и приходил к ее месту работы – в редакцию журнала. Но Лин и там ни разу не появилась.

Он видел ее только с экрана телефона. Лин делала обзор на новый ресторан, и Рэймонд просмотрел это видео несколько раз, отмечая, что ее коллега – Дэвид Пирс вел себя сдержаннее. Он перестал откровенно пялиться на Лин, и Рэймонд мысленно сделал пометку, что не зря встретил коллегу Лин после работы.

Зажав Пирса в углу и наградив его ударом под ребра, Рэймонд дал свои "рекомендации", как вести прямые трансляции.

Вот и сейчас Рэймонд вновь смотрел видео с Лин. И один ее взгляд в камеру заставлял его сердце истекать кровью.

– Без тебя чертовски хреново, Лин, – сказал Рэймонд и налил себе еще бурбона.

Фрэнки начал вальяжно расхаживать по поверхности стола. Потом спрыгнул на пол, перед этим задев Рэймонда по лицу пушистым хвостом. Неслыханная дерзость для кота, но Рэймонд позволял ему все.

– Ты тоже скучаешь по ней, верно? – спросил он, но Фрэнки ему не ответил.

– Не хочешь меня слушать? – прокричал ему в след Рэймонд. – Конечно, кто захочет общаться с полным кретином?

Фрэнки замер на пороге кухни и обернулся.

– Я не образец для подражания. Со мной приключилось достаточно дерьма, чтобы понять, что жизнь жестокая тварь. Я думал, что Лин принесет больше проблем, – Рэймонд поставил на стол пустой стакан. – Но без нее еще сложнее.

Фрэнки запрыгнул на кухонную столешницу и мяукнул. На ней лежали рекламные буклеты с доставкой еды.

– Ты хочешь заказать что-нибудь перекусить? – Рэймонд наполнил еще один стакан. – У тебя полная миска, друг.

Кот снова мяукнул, но уже требовательнее.

– Ты как заезженная пластинка, – проворчал Рэймонд. – Говоришь одно и тоже.

Фрэнки протяжно завыл, а Рэймонд застыл в шоке. Разве коты могут выть?

– Успокойся, друг. Если ты так настаиваешь, я закажу тебе чертову пиццу, – Рэймонд с неохотой поднялся из-за стола и подошел к столешнице.

Погладив кота, он взял буклеты, выбирая среди них с самой быстрой доставкой. Вдруг его взгляд задержался на одном из них.

«Открытие нового современного гостиничного комплекса в экологическом районе города. Первая неделя проживания – скидка 50%», – гласил заголовок.

– Я не был в той гостинице, – Рэймонд посмотрел на Фрэнки. – Думаешь, Лин там?

Фрэнки мяукнул, а Рэймонд схватил ключи от машины и покинул квартиру.

Глава 2 «Сонет Шекспира»

Лин ходила по кругу в незнакомой комнате, не зная, как из нее выбраться. Здесь не было окон и мебели, только деревянная дверь, похожая на ту, которая была в комнате Майка.

Вдруг свет погас, и Лин осталась в давящей темноте. Тяжелое дыхание коснулось ее задней части шеи, и на теле каждый волосок встал дыбом.

– Я знал, что ты вернешься, – прохрипел мужской голос.

Страх пронзил тело, и Лин бросилась к выходу, отчаянно стуча в дверь кулаками. Неожиданно дверь поддалась и открылась, и Лин метнулась из комнаты прочь, слыша за спиной скрипучий смех.

– Нет, нет, нет! Ты никуда не убежишь от меня.

Одинокая лампа на тонком проводе освещала блеклый коридор, по которому неслась Лин. От скорого бега ее легкие обжигались, но внезапно она задержала дыхание.

Перед ней возник он.

Ее ночной кошмар.

– Не нужно убегать от своего предназначения, – Майк бросился на Лин и схватил за шею. – От меня невозможно убежать.

Он начал сжимать ее горло холодными сильными пальцами. Его взгляд прожигал Лин насквозь, и ей казалось, что в его глазах танцевал пасодобль сам дьявол.

– Рэймонд! – она попыталась закричать, но из горла вышел лишь надсадный хрип.

– Малышка, мы здесь одни. Только ты и я, – Майк мерзко ухмыльнулся.

Пережатые артерии болезненно пульсировали. В ушах стоял звон, а последние выдохи царапали легкие. Три, два, один…

Лин резко подскочила в постели с расширенными от ужаса зрачками, судорожно хватая ртом воздух. В голове гремел душераздирающий смех. Кошмар приходил к ней каждую ночь, а с тех пор, как Лин стала засыпать одна, стало только хуже.

На негнущихся ногах она добрела до ванной и ополоснула лицо прохладной водой. Затем достала пачку сигарет из шкафчика и уселась на край ванной с зажатым фильтром в губах. Лин ненавидела курить в помещениях, но не стала выходить на балкон. Простуду она ненавидела больше.

Сделав затяжку, Лин включила телефон, и на экране появились пропущенные от Рэймонда. Ей казалось, что с момента, как она ушла от него, минула целая вечность. На самом деле прошло чуть больше недели, как Лин снимала одноместный номер в недорогом отеле на отшибе города.

Палец Лин напряженно застыл над телефонным номером Рэймонда, но она не так и не коснулась экрана. Нет. Она не должна слышать его голос. Потому что как только это произойдет, она сразу сорвется.

Разум и тело предательски сговорились против нее. Каждый раз, когда Лин вспоминала его глаза, по коже пробегали мурашки. А когда в сознании, помимо воли, всплывали моменты, где к ней прикасались сильные татуированные руки Рэймонда с проступающими венами, проклятые бабочки щекотали крыльями низ живота.

Лин до смерти боялась любви, слепо веря, что после нее последует предательство. Второго раза ее сломленное сердце не выдержит.

– Ты правильно сделала, что ушла. Это попытка спастись. Инстинкт самосохранения, – тихо произнесла Лин, неуверенно кивнув своему отражению в зеркале.

Она заправила за уши белые пряди и принялась внимательно рассматривать лицо. Серые глаза готовы вот-вот расплакаться. Острые скулы выдавали напряжение. А искусанные и опухшие губы говорили о переживаниях.

– Умирающий лебедь, – горько хмыкнула Лин, потушив сигарету под струей воды.

Часы показывали девять вечера. Через час Лин должна быть в новом ресторане, где ее ждет Дэвид Пирс с обзором от редакции журнала. Но Лин не хотела идти в таком состоянии на работу. Она позвонила Дэвиду, наврав, что у нее резко заболел живот, и появились симптомы кишечного гриппа.

– Я все сделаю один. Сниму обзор, а ты потом напишешь статью. Выздоравливай, – вежливо сказал Пирс и завершил вызов.

Лин недоуменно уставилась на экран телефона. Ей померещилось, или ее коллега без проблем дал ей больничный? И на последнем обзоре он вел себя приветливо и сдержанно.

Странно…

«Да какая к черту разница»

Лин выбросила из головы работу, жалея, что так же легко не выкинешь из сознания его глаза и руки. Она горько вздохнула и решила отправиться в ближайший супермаркет.

Отель, в котором Лин снимала номер, находился на окраине города. Тут не было густонаселенных жилых кварталов с большим количеством ресторанов и магазинов. Лишь небольшие скопления двух и трехэтажных построек с частной парковкой и садом во дворе.

Накинув поверх пижамы теплую куртку, Лин вышла из номера, включив музыку в наушниках. Прохладный воздух развивал ее волосы, изо рта клубился пар, и Лин прибавила шаг. Супермаркет был в пяти минутах ходьбы, и уже совсем скоро она расплатилась за готовый салат и бутылку вина.

На обратном пути Лин вспоминала, что забыла купить сигареты.

«Кажется, в машине лежала пачка»

Лин направилась на парковку отеля, которая была практически пуста. Уличные фонари подсвечивали, но не более двух-трех машин. Рядом со стоянкой проходила оживленная трасса, и вечернюю тишину нарушал звук проезжавших автомобилей.

«Что за…?» – подумала Лин, увидев, что с ее «Приусом» стоят два незнакомых парня.

– Добрый вечер, – произнес один из них и направился в сторону Лин.

Его темные волосы скрывали половину лица, но Лин без труда разглядела на его щеке крупный шрам.

– Мы снимаем соседний номер, – незнакомец продолжал приближаться к Лин. На нем были черный бомбер, синие джинсы и кроссовки. – Я давно за тобой наблюдаю. Ты живешь одна больше недели в номере на отшибе города. Ты не высовываешься днем и выходишь только по вечерам. Тебя ищут легавые?

– Да ладно тебе, Тим, – заливисто рассмеялся светловолосый парень, нагло рассматривая Лин с головы до ног. На нем была коричневая кожаная куртка и черные брюки. Он оставался стоять на месте, облокотившись на машину Лин и загораживая путь к водительской дверце. – Разве эта цыпочка в пижаме похожа на бандитку?

– Я смотрел новости. Она похожа на ту, что стреляла в копа, – сказал темноволосый. Он обернулся на своего друга. – Перестрелка в доме дилера. Помнишь?

– А тебе-то какое дело? – раздраженно спросила Лин и сделала шаг назад, отступая ближе к отелю.

– Точно. Вспомнил, – второй незнакомец щелкнул в воздухе пальцами. – Там же еще был замешан сын помощника мэра, как его… Стэлфорд. Я думаю, это он убил дилеров и свалил вину на копа.

– Коп был продажным! – возмутилась Лин. – Он покрывал дилера в убийстве и продаже наркотиков!

– Тише, тише, не кипятись, – усмехнулся светловолосый и, так же как его приятель, начал подходить к Лин.

Она торопливо развернулась, чтобы вернуться в отель, но первый парень со шрамом на щеке загородил ей дорогу.

– Тебе не нравится наша компания? С нами будет весело.

– Я не настроена веселиться, – процедила Лин, нащупав в кармане связку ключей с лезвием.

– Такая сука, как ты, привыкла к козлам, вроде Стэлфорда? – сзади Лин возник второй парень и грубым рывком развернул ее к себе лицом. От неожиданности Лин выронила пакет с вином, и раздался звук разбитого стекла об асфальт. – Сегодня проведешь вечер с нами.

Незнакомцы начали посмеиваться, но спустя секунду их хохот заглушил резкий визг тормозов. Лин повернула голову, и белые пряди рассыпались по ее плечам. Примерно в десяти футов от нее остановился черный «Мустанг».

Его водительская дверца открылась, оглушая парковку тяжелой музыкой. Динамики разрывались от «Nirvana», и Лин показалось, что ей стало трудно дышать. Этого не могло произойти. Она же никому не сказала, где снимает номер. Как он ее нашел?

– Приятель, мы тут местные новости обсуждаем, – бросил темноволосый, небрежно посмотрев на вышедшего из машины Рэймонда. – Поезжай дальше.

Так ничего не ответит, Рэймонд хлопнул водительской дверцей машины и стремительно направился к Лин. На нем была надета косуха поверх черной футболки и такого же цвета джинсы.

Лин не знала, что больше всего выражало злость Рэймонда – темнее ночи глаза, поджатые в тонкую линию губы или бешено пульсирующая вена на шее. Сказать, что Лин была в шоке – ничего не сказать.

– Черт! Да это же тот Стэлфорд из новостей, – выругнулся один из парней.

Он заметил направленный на него ствол и выдавил гортанный испуганный звук.

– Хорошо, что ты меня знаешь. Это поможет сэкономить мое время. Не хочется тратить его на тупые приветствия, – подозрительно спокойно сказал Рэймонд.

Лин замерла на месте. Случившаяся картина перед ней пронеслась за считанные секунды, но Лин показалось, что все произошло, словно в замедленной съемке.

Она видела, как Рэймонд схватил за шиворот светловолосого парня и резко ударил его. От столкновения "лоб в лоб" блондина мотнуло в сторону. Рэймонд добил его, впечатав в его макушку рукоятку ствола, и тот рухнул на асфальт. Прямиком к массивным ботинкам Рэймонда. Другой парень попятился назад, но Рэймонд направил пистолет на него.

– Куда ты собрался? Мы еще не договорили.

– Приятель, мы просто пошутили, – выпалил незнакомец, выставив перед собой руки. – Я Тим, а тот, которого ты отключил – мой друг Вэл. Мы из двенадцатого номе…

– Замолчи, – Рэймонд хмуро смотрел на парня. – Ты знаешь откуда пошло выражение "выносить ногами вперед"?

– Нет, – парень нервно замотал головой.

– В языческом прошлом существовала традиция. В стене дома специально прорубали отверстие. Через него выносили покойника. Чтобы умерший знал, куда его несут, но не помнил откуда, и поэтому не возвращался за живущими. Так и появилось выражение "выносить ногами вперед".

– Это очень интересно, – парень проглотил застывший в горле ком. – Давай разойдемся по-мирному? Обещаю, что я не буду вызывать полицию и…

– Заткнись, твою мать, – процедил Рэймонд, продолжая держать парня под прицелом. – Я не закончил. Есть и другая версия происхождения этой фразы. Она зеркальная. В этот мир во время родов мы приходим головой вперед, а значит уходить отсюда должны наоборот, ногами. Какая версия тебе больше нравится, Тим?

– Не делай глупостей, тут везде камеры, – проговорила Лин. – Пожалуйста, отпусти его. Впереди суд. Сейчас не нужны лишние проблемы.

Рэймонд перевел на нее взгляд, и их глаза встретились. Внутри Рэймонда моментально что-то треснуло. Серые глаза Лин, как два бездонных озера, взволнованно смотрели на него. Он знал, если бы с ней произошло что-то страшное, он бы никогда себя не простил.

«Она имеет право помочь тебе. Ты не оставляешь выбора и решаешь за нее. Относись к ней так, как хотел бы, чтобы она относилась к тебе», – в голове Рэймонда одним за другим пронеслись слова психолога.

– Они могли тебя обидеть. Ты точно хочешь, чтобы я отпустил этого ублюдка? – мрачно спросил Рэймонд.

– Да, – не задумываясь, выпалила Лин.

– Тебе стоит поблагодарить Гранта, – проговорил Рэймонд, наградив Тима суровым взглядом.

– А при чем тут доктор Зло? – перебила его Линдси. – То есть, наш психолог.

– Я ходил к нему за советом, – Рэймонд снова посмотрел на Лин. – Он сказал, чтобы я предоставил тебе выбор и перестал решать за нас.

– И что ты думаешь насчет этого совета? – спросила Лин.

– Хреновый совет. Грант сказал, чтобы я дал тебе время, но ты, как магнит, притягиваешь неприятности.

– Ну извини, я же забыла, что я для тебя самая большая проблема! – недовольно фыркнула Лин, скрестив на груди руки.

Между тем, Тим испуганно глядел на дуло пистолета, обращенного прямо на него. Перспектива получить случайную пулю во время ссоры парочки психов его не прельщала.

– Приятель, твой психолог дал отличный совет. Прислушайся к м-мнению своей де-девушки, – заикаясь, пролепетал он.

На его слова Рэймонд и Лин одновременно повернули головы.

– Заткнись! – синхронно проговорили они.

«Точно психи», – нервно вздрогнул Тим.

– Похоже, мне нужно смириться, что ты будешь делать все по-своему, – горько усмехнулся Рэймонд, снова сосредоточив внимание на Лин.

– Я хотела помочь тебе. Но тебе не нужна ни я, ни моя помощь!

– Это не так, – Рэймонд тяжело сглотнул. – Ты нужна мне.

– Врешь! Ты оставил меня.

– Может, вы поговорите один на один и отпустите меня? – подал голос Тим.

Рэймонд все еще держал его под прицелом.

– Ты еще здесь? – гаркнул он. – Сваливай, пока я не добавил тебе шрам для симметрии.

Тим поднял с асфальта своего светловолосого друга, начавшего приходить в сознание, и поволок его к старому внедорожнику. Их машина стояла в нескольких футах от «Приуса» Линдси. Спустя несколько секунд Тим резко дал по газам, отравляя морозный воздух едким дымом из выхлопной трубы. Оба незнакомца уехали прочь, оставив Рэймонда и Лин наедине.

– Ты бы знала, как я скучал, – Рэймонд подошел вплотную к Лин, но она оттолкнула его.

– Зачем ты в таком состоянии сел за руль? – недовольно спросила Лин. – От тебя за милю несет спиртным!

– Волнуешься за меня?

Лин молчала, избегая его взгляд. Рэймонд так и не получил от нее ответа, и это резало его без ножа.

– Мне нужно тебе кое-что отдать, – печально выдавил он.

Лин растеряно смотрела, как он забрался в «Мустанг» и выключил музыку. Парковка заполнилась долгожданным тихим спокойствием. Только в сердце Лин не было покоя. Через минуту Рэймонд приблизился к ней и протянул книгу. На черной обложке с изображением розы стояла надпись "Сонеты" Шекспира.

– Я заметил, что ты дошла до середины, – с непривычным смущением сказал Рэймонд.

– Я взяла ее из твоей библиотеки, – Лин засунула руки в карманы куртки и отвернулась. В ее глазах предательски защипало. – Это твоя книга.

– Я все равно не читаю сопливые стишки, – Рэймонд пожал плечами. – Но кое-что мне понравилось. Я даже выделил это место.

– И какой "сопливый стишок" тебе понравился? – Линдси не поднимала на него взгляд. Она упорно рассматривала асфальт, зная, что пропадет в бездне его темных глаз.

– В своем несчастье одному я рад, – голос Рэймонда звучал для нее эхом, – что ты – мой грех и ты…

– Мой вечный ад, – закончила Лин и взглянула на него. И тут же пожалела об этом.

Глава 3 «Слезы счастья»

Они встретились глазами, и вся решимость Лин, собранная по кусочкам за десять дней, уползла и поджала хвост.

Лин мысленно проклинала себя. Что с ней не так? Почему ею не движет инстинкт выживания? Невозможно хотеть того, кто может принести погибель. Это противоречит законам природы. Даже антилопа пытается сбежать при виде гепарда.

Рэймонд сделал шаг вперед и хотел обнять Лин, но она отпрянула от него.

– Не подходи ко мне, – слова хлынули из нее потоком. – Тот вечер, когда ты ушел, дал мне понять, что я не нужна тебе. Что я твоя ошибка. Пожалуйста, уйди… – она замолкла, ее губы дрожали. – Во мне не осталось сил, чтобы еще раз вытерпеть боль.

Лин не выдержала, и слезы полились из ее глаз.

– Я налажал, – Рэймонду хотелось стереть все ее слезы, отгородить от страданий, что он собственноручно нанес ей. – Ты нужна мне.

– Нет, – возмущенно сказала Лин, отворачиваясь.

– Я знаю, о чем говорю. Я был у священника. Он сказал, что моя душа жива. Я был у психолога, пытаясь найти ответ, как вернуть тебя. Но все их слова ничего не значат по сравнению с тем, какая пустота сидела во мне, когда рядом не было тебя. Сегодня я увидел тебя, и ты заполнила меня за несколько секунд. Ты нужна мне, Лин.

Он аккуратно коснулся ее щеки, не в силах остановить свою руку, чтобы стереть скатившуюся слезу. Лин тяжело вздохнула. Она с горечью признала, что ее шаткая крепость готова пасть окончательно, заставляя поверить в его слова.

«Беги, пока ты не кинулась ему на шею»

«Хватай ее, пока она не убежала»

– Если ты не уйдешь, то уйду я, – пробормотала Лин и развернулась, чтобы уйти, но ее тут же прижал к себе Рэймонд.

Он прижал ее, как хотел и как чувствовал – основательно, грубо и невозможно близко. Будто стремился пробить себе ребра, чтобы отметиться в ее сердце. Ему хотелось, чтобы она пропиталась им, приняла его таким, какой он есть. И осталась с ним.

Лин не стала отталкивать его. Она чувствовала, как Рэймонд проникает в нее невидимыми нитями, заполняет собой каждую вену в ее дрожащем теле. Она прижалась к нему, такая маленькая и хрупкая в сравнении с его широкой грудью, и зажмурилась.

Каждый из них боялся шелохнуться, чтобы не спугнуть ту волну, окутавшую их обоих с головы до ног, заставляя почувствовать то, что чувствует жаждущий в пустыне, отыскавший оазис, что чувствует заблудившийся путник, когда переступает порог родного дома.

– Ты замерзла, – Рэймонд обхватил ее кисть, ощущая, какая она ледяная. – Поехали домой.

– Нет. Ты не сядешь за руль, и сегодня я не хочу никуда ехать.

***

Спустя несколько минут Лин сидела на полу в маленьком номере, прижавшись спиной к груди Рэймонда. На них падал приглушенный свет от ночника, лучи которого еле доставали до противоположной стены. В полумраке комнаты спрятались односпальная кровать и маленькая тумбочка с таким же маленьким холодильником.

Уткнувшись в стену затылком, Рэймонд обнимал Лин. Одна его рука покоилась на ее талии, а другой он держал книгу с сонетами, читая их вслух:

Мои глаза в тебя не влюблены,

Они твои пороки видят ясно.

А сердце ни одной твоей вины

Не видит и с глазами не согласно.

Ушей твоя не услаждает речь.

Твой голос, взор и рук твоих касанье,

Прельщая, не могли меня увлечь

На праздник слуха, зренья, осязанья.

И все же внешним чувствам не дано -

Ни всем пяти, ни каждому отдельно -

Уверить сердце бедное одно,

Что это рабство для него смертельно.

Лин закрыла глаза, наконец, чувствуя себя целой. Как будто она нашла вечно недостающий пазл. Этот пазл находился рядом, и его низкий обволакивающий голос вводил ее в приятный транс.

В своем несчастье одному я рад,

Что ты – мой грех и ты – мой вечный ад.

– Мой любимый сонет, – не открывая глаз, прошептала Лин.

– Теперь и мой тоже.

Рэймонд закрыл книгу и уткнулся носом в ее волосы. Затем убрал их в сторону, оголяя шею, и трепетно настолько, насколько умел, коснулся губами нежной кожи, вдыхая ее аромат.

– Как же мне тебя не хватало, – хрипло сказал он.

Все мысли, витавшие в голове Лин, испарились. Она чувствовала себя расслабленно и счастливо, как никогда. Открыв глаза, она положила ладонь на коленку Рэймонду, проверяя, что парень был реальным, а не плодом ее воображения. Но будто в подтверждение, что это все по-настоящему, ее тонкую кисть обхватили сильные пальцы.

– Иди ко мне, – проговорил на ухо Рэймонд, и от его дыхания, скользящего по коже, Лин покрылась мурашками.

Без особых усилий Рэймонд развернул к себе Лин. Она удобно расположилась сверху, сев на его крепкие твердые бедра. Ее ноги были раздвинуты по обе стороны от него, и Лин отчетливо чувствовала всю его твердость. От Рэймонда исходил такой жар, что ей казалось, что она горит заживо.

Без тени смущения Лин сняла с себя пижамную кофту, оставшись в коротком топике. Рэймонд смотрел на нее зачарованными глазами. Сначала его взгляд прошелся по оголившейся полоске плоского живота, затем на груди с затвердевшими сосками, задержался на губах и остановился на глазах.

– Ты не представляешь, какая ты красивая.

Рэймонд обхватил затылок Лин и решительно притянул к себе. Его губы накрыли ее, целуя требовательно и жадно. Ему хотелось выразить своим поцелуем, что он никогда не отступит от нее. Прикусив нижнюю губу, он потянул за нее, после чего провел по ней языком, вызывая слабый стон из ее рта.

– Рэймонд, – прошептала Лин.

Она прижалась к нему, обвивая его шею рукой. Другой Лин провела по его твердой груди, и под подушечками ее пальцев она почувствовала, как дико билось его сердце. Уловив волнительный пульс, Лин скользнула рукой вниз и прошлась по его животу. Под футболкой напряглись кубики пресса, и Лин, прикусив губу, стала расстегивать ремень. Но внезапно ее остановил Рэймонд.

– Не торопись, – сказал он в ее приоткрытые губы, разрывая их поцелуй. – Я знаю, что ты сейчас хочешь. Но я хочу тебя на другом уровне.

Он убрал ее руку, и Лин с трудом сдержала громкий вздох разочарования. Не обращая внимания на ее уничтожающий взгляд, Рэймонд поднял с пола книгу и аккуратно вырвал страницу. Он сложил пополам листок и поднял взгляд на Лин.

– Это наш сонет, – произнес он и потянулся к своей куртке, лежащей рядом.

Лин молча смотрела на Рэймонда. На то, как он быстро и ловко заполнял вырванную страницу зелеными соцветиями. Он делал это не в первый раз и не растерял навык. Его движения были отточенными, когда он скручивал самокрутку. Ему оставалось склеить края, но Рэймонд остановился и взглянул на Лин.

– Сделаешь последний шаг?

– Но мы же в завязке. Мы избавляемся от зависимости, – пробормотала Лин.

– Моя единственная зависимость – это ты, – Рэймонд достал зажигалку, и вспышка от пламени отразилась в их глазах. – Один джойнт на двоих?

Лин кивнула и сделала последний шаг: облизала кончик бумаги и склеила края самокрутки.

– Тяни, – Рэймонд сделал затяжку и прислонился к губам Лин, впуская в нее дым.

Рэймонд не знал, что двигало им, когда он предложил скурить сонет. Но он был уверен, что это нечто более значимое, чем просто красивые строчки. Он завороженно наблюдал, как Лин затянулась и выпустила две тонкие струи облака через нос.

– Это же последний раз? – шепотом спросила она.

– Я готов прочитать с тобой все сонеты, – Рэймонд пристально смотрел в ее глаза. – Я люблю тебя.

Лин замерла, чувствуя, как резко подскочил ее пульс.

«Он пьяный и накуренный. И не понимает, что сказал»

«Ты кретин, Стэлфорд. Зачем ты признался ей в такой момент? Лин думает, что ты признался ей под кайфом», – подумал Рэймонд, увидев, как она изогнула бровь, красноречиво говорящую о недоверии.

– Завтра ты заберешь свои слова обратно, – Лин покачала головой.

Рэймонд собирался ей возразить. Но вместо этого вновь прижался к ее губам. Пускай Лин ему не верит. Его поцелуй докажет обратное.

Избавившись от потухшей самокрутки, Рэймонд крепко обхватил ее талию обеими руками. Он привлек ее ближе, дав ей прочувствовать, как она на него действует.

Крышесносно. Горячо. Взрывоопасно.

Жар их тел, их сбитое дыхание слилось в единое целое. Издав стон, Рэймонд опустился и прикусил сосок через топик. Тихо вскрикнув, Лин уперлась в его плечи руками, заглядывая в его затуманенные глаза.

– Ты думаешь, что завтра я заберу свои слова обратно? – спросил он. – Нет. Этого не будет. Я люблю тебя. Завтра я скажу то же самое. И через месяц. И через год. Мне не шестнадцать лет, чтобы от алкоголя и гормонов я терял рассудок.

Лин задумчиво смотрела на него. Могла ли она сказать ему то же самое?

– И если ты думаешь, что я все это говорю, ради того, чтобы трахнуть тебя – это не так, – продолжил Рэймонд. – Сегодня я хочу спать с тобой. Просто спать. А уже завтра я оттрахаю тебя так, что ты охрипнешь, крича подо мной мое имя.

Щеки Лин вспыхнули огнем. Она не успела ничего возразить, как Рэймонд поднялся вместе с нею с пола. Нащупав кнопку на светильнике, он погрузил в темноту номер. Через окно пробивался свет от фонарей на парковке. Он очертил мужскую фигуру с широкой спиной, укладывающего на постель девушку. Рэймонд укрыл одеялом Лин и улегся рядом.

– Что тебе снилось вчера? – он прижал Лин ближе, чувствуя, как она сжалась от его вопроса.

– Кошмар, – она повернулась к нему. – Он приходит каждую ночь и хочет убить меня.

Внешне Рэймонд излучал спокойствие. Но внутри него разрывался вулкан злости к ублюдку, посмевшего обижать его Лин. Теперь Рэймонд хотел прикончить его еще сильнее. Кто бы знал, как он жалел, что выстрелил в Майка лишь одну пулю.

– Ничего не бойся, – твердо сказал Рэймонд. – Я с тобой. Я не позволю никому обидеть тебя. Ни Майку, ни любому другому ублюдку на свете.

– Я боюсь другого, – прошептала Лин, не отрывая от него взгляд. – Я боюсь, что присяжные примут его сторону.

– Ферингтон хороший адвокат, и он отмажет меня, – Рэймонд на мгновение замолчал. – Черт… Это звучит так, будто я в самом деле убийца.

– Сколько случаев, когда сажают невиновных, а реальные преступники ходят безнаказанными.

– Первое судебное слушание назначено на середину следующего месяца. У Ферингтона уйма времени, чтобы подготовиться. Все будет хорошо, – Рэймонд поцеловал Лин. – Спокойной ночи.

Сегодняшний день отнял много сил, и Рэймонд легко провалился в сон.

– Рэй, – протянула Лин, и он с трудом открыл глаза. – А как ты понял, что любишь меня?

Сонный Рэймонд подавил в себе смешок. Лин хочет разговора?

Ладно.

Только что он мог ей ответить?

Что того как она смотрит на него сейчас, уперевшись локтем в его грудь, ему достаточно чтобы почувствовать себя самым счастливым? Что он, сродни статуе, каждый раз застывает в коридоре, чтобы просто полюбоваться ее силуэтом на кухне? Что от одного ее звонкого смеха внутри него расцветает долбаная радуга?

Нет. Он не скажет такое вслух.

Может быть, когда-нибудь, когда ему перевалит за пятьдесят, он рискнет ей в этом признаться…

– Это вопрос, на который я не знаю ответа, – Рэймонд поцеловал ее в висок, зарываясь лицом в волосы.

Его трогательный жест заставил Линдси зажмуриться, чтобы не расплакаться. Но одна слеза все-таки проскользнула по щеке. Сегодня Лин впервые узнала, что такое "слезы счастья".

Глава 4 «Новое задание»

Примерно две недели спустя

– Сегодня последнее занятие в этом году, и оно весьма необычное, – начал групповое собрание мистер Грант. Он окинул добродушным взглядом всех присутствующих и продолжил. – Суть задания в следующем: вы должны написать то, что вас волнует в последнее время. Напишите о вашей проблеме. О вашем переживании. У вас пять минут на выполнение. Время пошло.

Все собравшиеся в зале с задумчивыми лицами начали писать. Включая новенького Франко. У молодого парня с избыточным весом была пищевая зависимость.

Лин, как обычно, проигнорировала задание мистера Гранта. Положив голову на плечо Рэймонда, она тихонько дремала. На ее лицо упала прядь волос, и Рэймонд заправил за ухо ее белую прядь.

– Лин, – тихо, но настойчиво произнес он, – проснись.

– Я не сплю, – пробубнила Лин, поправив черные очки, съехавшие к ее кончику носа.

– Тогда почему ты не пишешь?

– Не умею.

– Напиши то, что беспокоит тебя в последнее время, – Рэймонд взял татуированной рукой листок бумаги и положил ей на колени. – Не упрямься, крошка.

– Эй, – Лин недовольно взглянула на Рэймонда. – Никогда не называй меня «крошка».

– Мисс Коултэр, не отвлекайтесь, – произнес Грант. – Осталась минута.

Лин закатила глаза и посмотрела на белоснежный лист. Что ее беспокоило в последнее время?

Вчера Фрэнки оставил затяжки на ее любимой юбке. А еще Рэймонд отказывается переходить на правильное питание. Но это были мелочи в сравнение с тем, какое волнение Лин испытала перед неизвестностью будущего.

До даты судебного слушания остались две недели. И каждый раз, когда Лин представляла, что судья зачитывает приговор, страх пронзал ее тело. Но, разумеется, она в этом никому не признается.

Написав первое, что пришло ей в голову, Лин вместе с остальными отдала бумагу мистеру Гранту. Психолог с задумчивым видом прочел каждый листок. Но увидев ответ Лин, он перевел на нее удивленный взгляд.

– Вас правда это беспокоит?

– Какой же вы бездушный, мистер Грант, – драматично воскликнула Лин.

– Я хотел, чтобы вы написали ваши личные переживания.

– Но меня действительно волнуют внутренние конфликты в Кении, – ответила Лин.

Сидевший напротив нее Марк прыснул в кулак. Лео покачал головой. А Рэймонд опустил голову, сдерживая улыбку.

– Вопрос с Кенией мы не способны решить, – мистер Грант недовольно поджал губы. – Сейчас вы все отправляетесь помогать друг другу решить те проблемы, о которых вы написали. Кроме миссис Коултэр, разумеется. Она будет помогать тому, чей листок я вытяну первым.

Его жребий выпал на Лео – начинающего писателя.

– Я не буду помогать Лео, – Лин скрестила на груди руки. – Давайте я лучше помогу Франко. Давно не была в «Макдональдсе».

Услышав название сети фастфуда, Франко нервно заерзал на стуле. Хоть мистер Грант любил эксперименты, но он не рискнул отправлять на задание новенького с самой непредсказуемой пациенткой.

– Это исключено. Вы отправляетесь с Лео, – сказал Грант, и Лин показалось, что в этот момент доктор Зло злорадно улыбнулся. – Кстати, если вы отказываетесь проходить задание, то мне придется сообщить об этом вашему работодателю.

– Так и скажите, что вы хотите избавиться от меня, – Лин схватила сумку и встала с дивана. – Лео, жду тебя на парковке! – бросила она перед тем, как громко хлопнуть дверью.

– Она какая-то напряженная, – заржал в голос Марк. – Рэй, это твой косяк.

Увидев нахмуренный взгляд Рэймонда, он перестал смеяться. Ему попался в напарники новенький Франко, а Рэймонду досталась Джулия.

– В конце дня вы запишите видео, как все прошло, и отправите мне на почту, – сказал на прощание мистер Грант.

Глава 5 «Лео»

Лин занимала водительское сиденье «Приуса», и ее пальцы выстукивали нервную дробь по рулю. Проклятия, какими она осыпала мистера Гранта, давно иссякли. Теперь она понимала, что была вынуждена выполнить дурацкое задание психолога, иначе потеряет работу.

Из мыслей ее выдернул звук открытия двери со стороны пассажирского сидения. Спустя секунду высокий Лео с трудом протиснулся в маленький салон автомобиля.

– Ну и какая у тебя может быть проблема? – раздраженнее, чем следовало, спросила Лин. – Не приходит муза? Сломалась печатная машинка? Люди на планете внезапно поумнели и перестали читать твои бестселлеры?

– Я могу сказать мистеру Гранту, что ты мне помогла, и мы можем спокойно разойтись по домам, – не глядя на нее, сквозь зубы процедил Лео.

– Откуда я знаю, что ты меня не подставишь? – Линдси впилась в него сердитым взглядом. – Может быть, это провокация доктора Зло? Может быть, ты с ним в сговоре?

– Ты слишком высокого мнения о себе, – Лео полез в сумку, лежащую на его коленях. Оттуда он достал сшитые листы бумаги. – Мою рукопись отвергли несколько издательств. И это моя проблема.

– Тоже мне проблема, – хмыкнула Лин. – Сожги ее к чертям собачьим!

– Может, прочтешь для начала? – Лео взглянул Лин в лицо, поправляя рукой густую каштановую шевелюру.

Лин закатила глаза, но все-таки открыла папку и начала читать пролог. Потом первую главу, вторую и дальше, дальше, дальше. Дочитав до середины, она недовольно фыркнула и захлопнула рукопись. После чего завела машину.

– Куда мы едем? – недоуменно спросил Лео.

– Вариант с поджогом рукописи тебя не устроил, поэтому мы отправляемся в паб, – Лин выехала с парковки.

– В паб?

– Ага. Будем решать твою проблему.

– Как?

Лин проигнорировала его вопрос, печатая сообщение в телефоне, пока остановила машину на красном сигнале светофора. Затем загорелся зеленый, и в затянувшемся молчании Лин поехала дальше. Вскоре она притормозила недалеко от паба "Get Lucky".

Так и не обменявшись словами, Лин и Лео вышли из машины и направились в заведение. Лео открыл деревянную, массивную дверь, и колокольчик над входом мелодично зазвенел, встречая новых гостей.

Внутри интерьер был выдержан в сдержанном английском стиле. Нетронутые краской кирпичные стены, аукционная старинная мебель, обитая плотной коричневой кожей, высокие стулья с флагом Великобритании на спинках.

Оставив пальто в гардеробной, Лин направилась в сторону бара, и Лео последовал за ней.

– Нам вон ту бутылку, будьте добры, – кивнула она бармену.

– Я не буду абсент! – воскликнул Лео.

– Успокойся, я беру для себя, – отмахнулась от него Лин и показала бармену два пальца. – И две рюмки.

Бармен поставил на рюмку специальную ложку и кусок сахара сверху. После чего медленно полил водой рафинад. Лео завороженно наблюдал, как зажглось пламя. Тем временем, Лин взяла рюмку и уверенно пододвинула вторую к Лео.

– Говорят, что абсент – напиток творческих людей. За твой новый шедевр! – одним махом она осушила стопку.

– Новый? – Лео недовольно уставился на Лин. – А что делать с книгой, которую я уже написал?

– Теплое место на улице ждут отпечатки наших ног. Звездная пыль на сапогах. Мягкое кресло, клетчатый плед. Не нажатый вовремя курок. Солнечный день в ослепительных снах¹, – сказала Лин и попросила бармена повторить.

– Что это? – Лео недоуменно уставился на нее.

– Виктор Цой. Ты знаешь, кем он работал, когда был на пике популярности?

– Нет.

– Кочегаром в котельной.

– И что? – непонимающе спросил Лео.

– Эдгар По запил после смерти жены и скончался в нищете. Известный художник Рембрандт отказывался от прибыльных заказов, потому что начал осваивать новый, но не оплачиваемый стиль, и из-за этого умер в бедности.

– К чему ты это все рассказываешь?

– Все талантливые люди не обращали внимание на внешние трудности. Они погибали в нищете, дохли от голода, но были преданы своему стилю, а ты, – Лин ткнула пальцем в Лео, – ты сидишь в четырех стенах в родословном особняке элитного района Бостона и пишешь про жизнь бедных рабочих. Ты не видишь, что творится в мире. Боишься спуститься в метро из-за теракта, а по утрам твоя домработница варит кофе, потому что "великий автор" страшится обжечь талантливые пальцы о горячую турку!

– У меня кофемашина, – пробормотал Лео.

– Вот о том я и говорю! Ты не выходишь из зоны комфорта. Твоя книга настолько неправдоподобна, что ее можно сравнить со стесняющейся проституткой.

– Почему с проституткой?

– Потому что стеснение – самая нелепая эмоция для шлюхи, – Лин положила на стол мятую купюру за выпивку. – Что ты хотел от меня услышать? Чтобы я сказала, какой ты хороший? Или наврала о том, что ты бедный непризнанный гений, которого не ценят издательства?

«И почему из всех пяти мне досталась именно эта ненормальная?» – Лео схватился за свою густую шевелюру. – «Но она права, черт возьми!»

Лин направилась в сторону гардеробной, и Лео отправился за ней.

– Что мне теперь делать?

– Тебе нужно испытать новые эмоции, – Лин забрала пальто, накинула его на плечи и вышла на улицу.

– И как их испытать? – Лео смотрел, как Лин пытается прикурить, но зажигалка вместо пламени пускала искры.

– Могу добавить огонек, крошка, – сказал проходящий мимо парень, и Лин поморщилась, услышав второй раз за день "крошка".

К ней подошел блондин в кожаной куртке и джинсах и протянул Лин горящую зажигалку. Они встретились глазами, и незнакомец подмигнул ей.

– Я – Теон, – сказал он и глянул на Лео. – А это твоя кудрявая подружка?

– Ты для себя или для своего друга интересуешься? – закурила Лин, заметив, что рядом с блондином стоял еще один парень.

– Извините мою знакомую, – смущенно пробормотал Лео, оттаскивая Лин подальше в сторону. – У нее сегодня очень трудный день, и она говорит несуразные вещи.

– Лео, твою мать, у тебя яйца с «Алиэкспресс»? – зашипела Лин. – Они тебя назвали моей подружкой, а ты засунул язык в задницу и еще извиняешься?

– Ты посмотри на них, – зашептал Лео. – У них же на лице написано, что они уголовники!

– Ты совсем охренел? – рядом с Лео неожиданно возник блондин. – С чего ты решил, что мы уголовники?

– Нет-нет-нет, вы все не так поняли… – начал оправдываться Лео, но его перебила Лин.

– Мой друг стесняется спросить: вы стали заднеприводными после тюрьмы или раньше?

Воцарившаяся тишина ударила кулаком в виски Лео. Словно в замедленной съемке он смотрел, как наливаются кровью белки блондина.

– Вы бессмертные? – блондин достал кастет и двинулся на Лео. – Сейчас я это проверю.

Недолго думая, Лео схватил за локоть Лин и метнулся вместе с ней в сторону машины. Но от волнения он перепутал и завернул не за тот угол. Вдвоем они оказались в подворотне, а сзади них раздался быстрый топот. Незнакомцы преследовали их, и Лео с Лин понеслись вперед. Они долго плутали по лабиринтам старых дворов, пока у Лин не закончились силы от скорого бега.

– Я больше не могу, – она прижалась к стене и шумно выдохнула изо рта клуб пара. Приложив руку к левому боку, она болезненно поморщилась.

– Ты… Ты можешь! – с трудом выговорил Лео, пока его грудная клетка без конца вздымалась и опадала от сбитого дыхания.

– Иди без меня! – возразила ему Лин. – Я не могу больше и шагу ступить.

– Я не настолько тебя ненавижу, чтобы бросить.

Он двинулся вперед, поддерживая Лин. Вдвоем они прошли переулок, который внезапно оборвался площадкой. Со всех сторон выстроились старые здания, а их кирпичные стены были изрисованы граффити. На мокром асфальте после дождя валялся мусор из перевернутого вверх дном бака.

Лео отчаянно заметался по площадке, продолжая волочить за собой Лин. Гул от крика незнакомцев, потерявшийся эхом среди высоких стен, становился громче с каждой секундой. На их голоса Лин повернула голову, и ее белые волосы растрепались по плечам. Некоторые пряди прилипли к ее запотевшему лицу, закрывая обзор. Но Лин все равно удалось отчетливо рассмотреть, как к ним стремительно приближались две фигуры преследователей.

– Лео, ты же мог убежать и позвать на помощь, – прошипела она. – Теперь мы вдвоем в полной заднице!

– Напомнить по чьей вине мы оказались в этой дыре? – возмутился Лео. – Из-за тебя одни неприятности!

– Да пошел ты! – она оттолкнула Лео и обессиленно облокотилась на обшарпанную стену.

– Тише, тише, не ругайтесь, девочки, – сзади них послышался мужской голос.

Лео и Линдси, повернув головы, увидели двух парней. Незнакомцы догнали их и теперь тяжело дышали, оперевшись руками на коленки.

– Мать вашу, я так от легавых не бегал, – один из них выпрямился в полный рост и сплюнул под ноги Лео.

Другой парень молча вытащил нож, больше напоминающий кинжал. Рукоятка холодного оружия была усыпана камнями.

– Тео, где ты его достал? – спросил незнакомец, посмотрев на нож в руках приятеля. – Взял из музея войны?

– Люблю ножи. От них нет шума в отличие от стволов. Ножами можно вырезать узоры на коже, пускать кровь, сдирать шкуру. Обожаю ножи! Мои холодные, блестящие братья! – с чувством экстаза произнес светловолосый, вынимая из куртки сверток из плотной ткани. Он развернул его, и на глазах Лео и Лин предстала коллекция ножей различной длины и формы.

Лео сделал глубокий вдох. У него не осталось сомнений, что перед ним стояли два конченных отморозка. И от страха у Лео пересохло во рту, а горло драло так, словно там разрастались шипы. Он столько раз убивал героев в своих книгах, но сейчас впервые и по-настоящему посмотрел в лицо костлявой.

– Я могу отдать вам все, что у меня есть, – произнес Лео, напряженно всматриваясь в лица парней и пытаясь уловить их реакцию. – Деньги, ключи от машины, кредитки, часы…

– На хрен нам твои часы, – один из них вновь сплюнул Лео под ноги. – Какая у тебя тачка?

– Ауди семь, – Лео потянулся к карману пальто, чтобы достать ключи, но парень вытащил пистолет из-за пояса.

– Не двигайся! – рявкнул он. – Где тачка?

– В двадцати минутах езды отсюда, – выпалил Лео.

– По-твоему, мы похожи на эвакуатор? – парень хрипло рассмеялся и спустил затвор.

Он шагнул вперед и, приложив ствол к виску Лео, начал обыскивать его карманы. Лео казалось, что еще немного, и от страха его сердце разорвется на части.

– Тео, избавься от девчонки, а этого лоха возьмем с собой, – парень потряс в воздухе связкой ключей. – Он отдаст нам тачку!

Лео уже ничего не слышал. Перед глазами пронеслась вся его недолгая жизнь. А жизнь, как многие твердят, проносится перед глазами только в одном случае. И Лео знал в каком.

До него дошло окончательно, что совсем скоро он сдохнет глупой и нелепой смертью. Такой же глупой, как весь этот проклятый день.

Он болезненно поморщился, а когда раскрыл глаза, то увидел боковым зрением, как один из ублюдков взмахнул ножом и вонзил его в живот Лин. Вскрикнув, она упала на асфальт, и в глазах Лео потемнело от страха. Его висок похолодел от прижатого дула ствола. Похолодел и сам Лео.

– О, нет! – побледневшими губами выдавил он. – Вы убили ее?

Ему показалось, что воздух в подворотне заполнился тем самым тошнотворно-сладким запахом свежей крови, о которой он не раз писал в своих книгах.

– Да, – усмехнулся Тео. – Ты будешь следующий.

– Нет, – Лео замотал головой, чувствуя, как от страха звенит каждый нерв. – Нет! Это все сон. Сейчас я очнусь, а моя домработница принесет мой свежесмолотый кофе.

– Не хочется тебя огорчать, приятель, – хмыкнул Тео, – но это не сон.

Краем глаза Лео заметил, как Лин пошевелилась. А потом подворотня заполнилась ее тихим смехом.

– Мы же договаривались – никакого оружия, – сквозь хохот сказала она.

– Ты же сама написала, что пакет максимальный, – пожал плечами один из парней, убирая от ошарашенного Лео пистолет и помогая подняться Лин с асфальта.

– С тебя счет за химчистку пальто, – сказала она Лео, продолжавшего сохранять молчание. Наконец, к нему вернулся дар речи.

– Погоди, – Лео повернулся к Лин. – Откуда ты их знаешь? Что за максимальный пакет?

– Это пранк, – ответил другой парень и достал нож.

Через секунду он всадил его в Лео, и прежде, чем заорать во все горло, Лео заметил, что лезвие задвинулось в рукоятку ножа.

– Пранк? – глаза Лео расширились от происходящего. – Я тут чуть от страха не наложил кучу дерьма, а это розыгрыш?

– Выбирай выражения, ты же писатель! – хмыкнул один из парней.

– У меня жизнь перед глазами п-пронеслась, – залепетал Лео.

– Я же говорила: тебе нужно выйти из зоны комфорта, – Лин посмотрела на него. – Ты словил писательский дзен?

– У меня сейчас голова треснет, – Лео запустил ладонь в волосы. – Меня всего трясет!

– Предыдущего чувака вывернуло ужином, ты еще нормально держишься, – хмыкнул Тео и подмигнул Лин. – Спасибо за обзор на паб. После него увеличилась выручка.

Глава 6 «Джулия»

Громкая музыка сотрясала стены дома. Разгоряченная толпа двигалась в ритм оглушающему басу. На опьяненных лицах застыли довольные улыбки, глаза покрыла пелена. Почти каждый держал в руках бутылку или красный стакан, стремясь продлить себе веселье этим вечером.

Рэймонд пробирался сквозь танцующих. В его глазах рябило от вспышек софитов. Быстрые, мелькающие огни белого, синего, розового цветов перетекали в плавные, подстраиваясь под темп музыки.

– Куда идешь, красавчик? – путь Рэймонду перегородила симпатичная блондинка, пробежавшись взглядом по его телу.

Не стесняясь, она рассматривала его широкие плечи и вздымавшуюся грудь. Под черной толстовкой с закатанными рукавами были видны татуировки на руках. Надписи и узоры переплетались между собой, создавая неповторимый орнамент на коже.

Незнакомка положила руку на плечо Рэймонду и протянула ему стакан с мутной жидкостью. Небрежно избавившись от ее назойливой руки, Рэймонд взял стакан и отдал его другому парню. Затем молча двинулся дальше, но блондинка не сдавалась.

Отобрав у другого парня свой стакан, она приблизилась к Рэймонду и практически облила его выпивкой. Но он успел перехватить запястье и взглянул ей в лицо.

– Осторожнее, – безразлично произнес он.

– С тобой я не могу этого обещать, – блондинка слащаво улыбнулась, но Рэймонд не разделял ее веселья.

– Найди на этот вечер кого-то другого, а от меня отвали, – грубо сказал он и двинулся дальше сквозь танцующую толпу.

Почувствовав на себе пристальный взгляд, Рэймонд повернул голову и убедился, что на него смотрит девушка, стоящая рядом с лестницей. Ее черные волосы разметались по узким плечам, на которые была накинута серая толстовка. С ней болтал парень, которому на вид не было больше семнадцати лет.

Рэймонд направился в их сторону. Остановившись рядом с парой, он хмуро уставился на парня. От его сердитого взгляда тот оборвал свой рассказ и замолчал.

– Рэй, – девушка нарушила тишину первой. – Что ты тут делаешь?

– То же самое я хотел спросить у тебя, – Рэймонд скрестил на груди руки. – Почему ты не берешь трубку и не отвечаешь на мои сообщения?

– Я.… – девушка запнулась, заправив за ухо темную прядь. – Я хотела перезвонить…

– Джу, что происходит? – парень с непониманием смотрел то на Рэймонда, то на свою собеседницу. – Кто он?

– Дэйв, познакомься – это Рэймонд, – Джулия шумно сглотнула. – Мой парень.

– Парень? – Дэйв с еще большим непониманием уставился на Рэймонда. – Но ты никогда не говорила, что у тебя есть парень.

– Теперь ты услышал, – Рэймонд закинул руку на плечо Джулии скорее как другу, чем девушке. – А ты кто такой, и почему разговариваешь с моей девушкой?

– Мы учимся в одной школе, – пробормотал Дэйв.

– Чтобы я больше не видел тебя рядом с ней, – грозно сказал Рэймонд и потянул Джулию в сторону выхода. —Пошли домой.

– Давай останемся еще ненадолго? – Джулия пыталась остановить Рэймонда, но тот и не думал медлить.

Они оказались на крыльце дома. Музыка здесь была тише, а воздух свежее. На ступеньках сидели двое подростков и целовались. Рэймонд едва не заскрипел зубами от раздражения.

Атмосфера вечеринок утомляла его еще со времен старшей школы. Но сейчас все происходящее вокруг него было настолько знакомым, что смахивало на зловещий розыгрыш. Сознание, хранившее сотни воспоминаний, перенесло Рэймонда в последний день проведенный с Мией.

Время близится кполуночи. Он держит ее за руку, проходя сквозь толпу пляшущих. Все трутся друг о друга с расслабленными пьяными лицами под оглушающий трек, разрывающий перепонки. В очередной раз Рэймонд кивает кому-то головой в знак приветствия и в этот момент чувствует, как Мия сильно сжимает его ладонь.

– Что случилось? – обернувшись, спрашивает он, стараясь перекричать музыку.

Вместо слов Мия отвечает виноватой улыбкой.

– У меня такое чувство, что сегодня должно что-то произойти, – говорит она.

Положив руку на спину Мии, Рэймонд притягивает ее ближе к себе. Другой рукой он проводит по ее черным волосам, и к его носу подкрадывается запах лаванды.

– Что-то хорошее или что-то плохое? – спрашивает Рэймонд.

– Не знаю. 

– Со мной точно случится что-то плохое, если я приведу тебя домой позже двенадцати, – говорит Рэймонд. – Нам пора, – он наклоняется, чтобы поцеловать ее…

Рэймонд тряхнул головой, и воспоминание растворилось. Ему показалось, что в воздухе все еще витал запах лаванды. Только сейчас он отдавал тонкими нотами смерти.

– Ты опоздал, – проворчала Джулия, недовольно взглянув на Рэймонда. – Дэйв мог уйти и не увидеть тебя.

Рэймонд ничего не ответил. Достав из куртки красную пачку, он зажал в зубах фильтр. Затем поднес к кончику сигареты горящую зажигалку и начал обратный отсчет.

Три, два, один…

Входная дверь дома нараспашку открылась. Оглушающие удары басов заполнили прохладный воздух. На крыльце появился Дэйв, и Рэймонд хмыкнул, но через миг переменился в лице.

– Живо в тачку, – он вновь схватил Джулию за руку.

– Я никуда не поеду! – заверещала она.

– Не тебе решать, – наигранно грубо произнес Рэймонд.

Продолжая держать за руку Джулию, он направился в сторону черного «Мустанга», припаркованного прямо на газоне. Выпавший снег сливался с белой полосой на его капоте.

– Эй! – за спиной Рэймонда раздался голос парня. – Она же сказала, что не хочет ехать с тобой!

Рэймонд развернулся и выдохнул облако сизого дыма в растерянное лицо старшеклассника.

– Отвали от нее, усек? – процедил он сквозь зубы.

«Даю сто баксов, что в индийских фильмах играют лучше», – мысленно усмехнулся Рэймонд.

– Да пошел ты! Я просто хотел ее трахнуть раньше других, – Дэйв перевел взгляд на Джулию. – Маленькая шлюшка!

Рэймонд отпустил руку Джулии и, недолго думая, впечатал кулак в лицо Дэйва. Из носа старшеклассника брызнула кровь, он согнулся пополам, а затем побежал в дом, по пути чуть не свалившись на землю.

– Я сейчас позову своих друзей, – остановившись на крыльце, он обернулся и уставился на Рэймонда.

«Давно не дрался со школьниками», – Рэймонд мысленно усмехнулся и подошел к своей машине. Джулия уже занимала место на пассажирском сиденье.

– Дэйв отправился за группой поддержки. Может, закончим наш идиотский спектакль? – предложил Рэймонд.

В ответ Джулия упрямо замотала головой.

– Подбрось меня до соседней улицы. Пускай этот проклятый Дэйв видит, что я уехала с тобой, – сказала она и захлопнула дверь машины.

Рэймонд достал с заднего сиденья косуху и надел ее. Оглянувшись, он посмотрел на крыльцо. Из дома вышло несколько подростков, среди них стоял Дэйв.

– Вот он! – он указал на Рэймонда.

Переглянувшись между собой, подростки вернулись в дом. На крыльце остался Дэйв, продолжая держать руку у разбитого носа.

Понимая, что драка не состоится, Рэймонд уселся за руль и завел мотор. Нажал на газ и крутанул руль. Его «Мустанг» резко развернулся, оставив на снегу узорчатый след от шин и густое облако дыма. Повернув машину на соседнюю улицу, Рэймонд увидел в боковом зеркале, как Дэйв выбежал на дорогу и растерянно смотрел им в след.

– Как ты думаешь, он раскусил мой план? – спросила Джулия.

– Не знаю, – Рэймонд пожал плечами. – Свою часть плана я выполнил. Я был твоим парнем, чтобы тебя приревновал Дэйв. И на твоем месте я бы присмотрелся к другому парню. Дэйв – полный придурок.

Сказав это, он заметил боковым зрением край бумажной листовки, торчащей из-за дверцы бардачка.

– Зачем ты рылась у меня в машине? – Рэймонд взглянул на Джулию.

– Я искала салфетки, – сказала она, виновато опустив взгляд. – Мистер Грант сказал, что ты сдал чистый лист. Почему ты не скажешь, какая у тебя проблема?

«Невозможно вернуться в прошлое и спустить всю обойму на Майка», – подумал Рэймонд.

– Ты все равно не сможешь помочь, – ответил он. – Никто не сможет.

Джулия достала из кармана толстовки телефон.

– Запишем обращение для Гранта?

– Как хочешь, – Рэймонд устало пожал плечами. – Уже поздно. Я подброшу тебя до дома. Где ты живешь?

Джулия назвала адрес. Скромная маленькая квартирка, в которой она жила вместе с отчимом находилась в том же квартале, в котором раньше снимала студию Лин. Рэймонд знал Гарденкрест, как неблагополучный густонаселенный район.

– Чем занимаются твои родители? – Рэймонд заметил, как Джулия ковыряла пальцем в маленькой дырке на джинсах в месте старого шва.

– Мама умерла два года назад, – Джулия шмыгнула носом. – Отчим нигде не работает.

– Извини, – Рэймонд свел брови и, не мигая, уставился на лобовое стекло.

Ему казалось, что воздух в машине налился свинцом от неловкости момента. И какой черт дернул его за язык?

– Здесь не за что извиняться, – Джулия взглянула на Рэймонда. – Отчиму нет до меня дела. А сеансы психолога оплачивает кузина моей мамы.

– Тогда почему ты живешь с отчимом, а не с ней?

Рэймонд сам не знал, откуда в нем возник неподдельный интерес узнать больше про Джулию. Может, потому что он, будучи единственным ребенком в семье, всегда мечтал о младшей сестре или брате? А может, от того, что Джу напоминала ему Мию? Такая же простая и в чем-то наивная.

– Пока я не достигну совершеннолетия, отчим получает деньги за опеку. Он ни за что не допустит, чтобы я ушла к тете Грейс, – у Джулии заурчал живот, и она смущенно отвернулась к окну.

– Будешь бургер и фри? – предложил Рэймонд.

Джулия молча кивнула, и вскоре Рэймонд притормозил у ближайшей закусочной.

***

Рэймонд смотрел на мерцающие огни, украшавшие ветки деревьев на площади. Она была посвящена какому-то художнику, о котором Рэймонд не имел ни малейшего представления. Он бы никогда не догадался в честь кого назвали площадь, если бы не стоящий по центру памятник, где мужчина сжимал палитру, а напротив него стоял мольберт. Вокруг памятника неторопливо прогуливались редкие прохожие, ступая по тонкому слою выпавшего снега.

Коробка из-под картошки фри в миг опустела, и Рэймонд закинул ее в урну. Затем развернул упаковочную бумагу, внутри которой лежал еще теплый гамбургер, и впился в него зубами. Сидевшая на скамейке рядом с ним Джулия последовала его примеру.

– Мы с мамой любили здесь гулять, – сказала она, и из ее рта пошел пар. Вытерев рукавом толстовки кетчуп с уголка губ, Джулия взглянула на Рэймонда. – Расскажи, какая она была?

– Кто? – спросил Рэймонд, когда проглотил огромный кусок котлеты.

– Мия, – Джулия отпила колу из пластикового стаканчика через трубочку.

Рэймонд подавился и начал кашлять. Джулия похлопала его по спине.

– Извини, – она сочувственно посмотрела на Рэймонда. – Если не хочешь, можешь не рассказывать.

Откашлявшись, Рэймонд выкинул недоеденный гамбургер в урну. Он забыл, когда в последний раз говорил с кем-то о ней. Сеансы с мистером Грантом Рэймонд не относил к разговорам по душам.

Повертев в руках зажигалку, он нажал на кнопку, и пламя отобразилось в его темных глазах. В этот момент Джулии показалось, что радужки Рэймонда начали гореть огнем.

– Я как будто знал ее всю жизнь. С самого первого дня встречи. Мы познакомились, когда Мия переехала из Сан-Диего в Бостон, – Рэймонд хорошо помнил тот день.

Начинался урок химии. Рэймонд писал конспект. Внезапно дверь кабинета открылась, и он поднял голову. Его взгляд задержался на лице новенький ученицы, и Рэймонд задержал дыхание.

Он где-то слышал, что природа не терпит совершенства. Но тогда Рэймонд готов был поспорить с природой. Он впервые увидел такой цвет глаз.

«Линзы», – решил он.

Слишком идеальный оттенок для темных волос и молочной кожи. Между черным и белым сиял ярко-синий сапфир.

– Познакомьтесь, это новая ученица – Мия Вайт.

Рэймонд улыбнулся новенькой и попросил впереди сидящего одноклассника освободить место для Мии.

– Ты до сих пор любишь ее? – из воспоминаний Рэймонда в реальность вернул голос Джулии.

– Да, – не задумываясь, ответил Рэймонд.

– Больше, чем Линдси?

Это был вопрос, на которой Рэймонд не знал, как ответить.

Линдси и Мия. Их априори нельзя было сравнивать.

– Они совершенно разные. Мия была, как… Как озеро. Чистое, глубокое, спокойное. Я знал в воде каждый камень, каждую песчинку. А Лин, словно горная река. С мощным потоком, с бьющей по берегу пеной. С ней всегда нужно быть начеку, нужно подстраиваться под течение.

«Без нее я бы так и остался на дне», – Рэймонду не хотелось озвучивать вслух эту мысль. Хотелось оставить ее при себе, чтобы она была только его.

Лин вдохнула в него жизнь. Разбудила эмоции, которые Рэймонд собственноручно похоронил. Лин была особенной. Только особенная рискнула связаться с живым трупом и выбить из него ходячего мертвеца.

– Иногда мне кажется, что нужно умереть. Только после смерти меня смогут полюбить, – задумчиво сказала Джулия.

– Я понимаю, о чем ты говоришь, – Рэймонд посмотрел в ее растерянное лицо.

Сейчас он видел перед собой ребенка. Запутавшегося, испуганного ребенка, лишившегося матери и не имеющего по-настоящему близких людей. Он также чувствовал себя после смерти Мии. Ненужным и одиноким. Мать ушла из семьи, отец пропадал на работе, а друзья постепенно отдалились.

– Но тебе нужно прекращать так думать. Рано или поздно найдется тот человек, который будет твоей опорой и твоим спасением, – сказал Рэймонд. – А пока его нет, твоя лучшая опора – ты сама. Береги себя и никогда не дай другим сломить себя.

– Я бы хотела, чтобы Дэйв стал моей опорой, – Джулия глубоко вздохнула, пряча покрасневшие пальцы в карманы толстовки.

Рэймонд снял с себя куртку и накрыл ею девушку.

– Дэйв придурок. Он никогда не станет хорошей опорой.

– Тогда я всегда буду одна.

– Не будешь, – Рэймонд в шутку толкнул ее в плечо. – Не грусти, а то сиськи не будут расти.

– Дурак!

Джулия хотела толкнуть его в ответ, но Рэймонд увернулся и вскочил со скамейки. Джулия направилась за ним и тут же поскользнулась на выпавшем снегу, под которым прятался лед. Рэймонд протянул руку, помогая Джулии подняться, но она сделала подсечку, и он развалился рядом с ней.

– Зараза мелкая, – проворчал он, и Джулия прыснула со смеху.

Вдруг Рэймонд услышал мелодию и вытащил телефон из кармана джинс. На экране высветилось фото Марка, и Рэймонд ответил на вызов.

– Если Грант скажет моему пиар-менеджеру, что я провалил задание – я поселюсь в вашей квартире! Буду жрать вашу еду, мыться в вашей ванной и спать вместе с вами! – орал вместо приветствия Марк. – Потому что менеджер расторгнет со мной договор, и я останусь без цента!

– Что случилось? – Рэймонд поднялся на ноги и отряхнул джинсы от снега.

– Мы с Франко два долбанных часа потели в тренажерке! – гаркнул Марк. – А писака, мать его, Лео и твоя Линсорвали задание! Они утащили Франко на чемпионат по поеданию бургеров! Я не справлюсь один! Встречаемся у закусочной «Tender Greens».

Глава 7 «Марк»

– Добро пожаловать на шестой международный чемпионат по поеданию бургеров на скорость! – торжественно произнес улыбчивый парень.

Он занимал место за стойкой у входа в закусочную с той степенью гордости, с какой гвардеец Королевской армии несет почетный караул. Он протянул Рэймонду и Марку красные футболки с изображением аппетитного гамбургера. Но тут же убрал футболки обратно под прицелом хмурого взгляда Рэймонда.

Марк потянул стеклянную дверь закусочной на себя, и в его ноздри просочились запахи жареного мяса и специй.

– Видишь кого-нибудь из нашего могучего братства? – спросил Марк и накинул на голову капюшон неприметной серой толстовки.

В ответ Рэймонд молча покачал головой, рассматривая помещение. Здесь было просторно, но сегодня в закусочной сложно было даже развернуться. Заведение оказалось под завязку заполнено голодной толпой.

У деревянной стойки теснились жаждущие перекусить бесплатными бургерами, лежащими в железных контейнерах. Рядом стояли заранее приготовленные кофе и чай. Квадратные столики, расставленные по периметру, занимали гости с детьми и те, кому просто повезло урвать сидячие места.

Из глубины закусочной послышались аплодисменты, и Марк отправился в этом направлении. Он вышел в небольшой зал, украшенный мерцающими гирляндами и вывесками с изображением гамбургеров. Вдоль стены тянулся ряд столов, покрытых красной скатертью. На них были прикреплены флажки с номерами.

Вдруг взгляд Марка обнаружил густую каштановую шевелюру, возвышающуюся над толпой зрителей.

«Лео», – Марк начал деликатно проталкиваться между стоящими людьми, замечая, что рядом с писателем стояла Линдси.

– Ты уверена, что мы делаем все правильно? – Лео растерянно оглядывался по сторонам.

– Не ной, – фыркнула Лин, делая заметки в блокноте.

К ней то и дело подходили посетители, которые называли номера и отдавали деньги.

– Я просто не думал, что ты будешь принимать ставки на Франко… – Лео смотрел, как Лин выводила цифру "четыре" в блокноте.

– Необязательно стоять и наблюдать, как Франко будет обжираться, – сказала Лин и вздрогнула. Ее локоть достаточно крепко обхватил Марк.

– Как и необязательно портить мое задание, – раздраженно бросил он.

Лин сморщила нос, выискивая в толпе широкие плечи в косухе, или суровый профиль, или не менее суровый взгляд.

– Если сорвется Франко – я провалю задание, – Марк смерил Лин злобным взглядом. – Ты понимаешь это?

– Понимаю, – Лин утвердительно кивнула. – Но я поставила пятьдесят баксов, что Франко всех порвет!

– У меня возникнут серьезные проблемы, если Грант скажет моему агенту, что я не справился. Меня могут выгнать из группы, – Марк повысил голос. – А тебя волнует долбаный, какой-то долбаный полтинник!

Марк понимал, что зря завел разговор с Линдси Коултэр. В лучшем случае, он уйдет ни с чем. В худшем – ему придется разговаривать в другом ключе с Рэймондом, ведь Марк не сдержался и накричал на его девушку.

– Не драматизируй, Кобейн! – зашипела Лин. – Во-первых, из-за съеденных бургеров…

– Твое нахождение здесь необязательно, – раздался низкий голос, и хоть Лин не поворачивала голову, она четко ощутила, как ее затылок прожигал его взгляд.

– Зачем ты сорвала Марку задание? – спросил Рэймонд, когда Лин повернулась к нему.

– Это была идея Лео, – Лин перевела взгляд на писателя, но тот забрался в свое обычное состояние отгороженности, подобно тому, как черепаха прячется в панцирь.

– Мы рады приветствовать вас на шестом международном чемпионате по поеданию бургеров на скорость! – верещал в микрофон ведущий, появившийся на небольшой сцене.

– Мать вашу, это же Франко! – воскликнул Марк, заметив тучного парня с покрасневшими щеками под цифрой "четыре".

Раздался громкий звук удара в колокол, сигнализирующий о старте чемпионата. Все участники подскочили со стульев. Перед ними лежали пирамиды из гамбургеров, и соревнующиеся набросились на них, в спешке отправляя их в рот.

– Вы еще принимаете ставки? – к Лин подошел невысокий парень.

– Нет, соревнования уже начались, – Лин с напряжением наблюдала, как Франко поглощал третий по счету бургер.

– Ты принимала ставки? – спросил Рэймонд и неодобрительно покачал головой.

– Да, – Лин смело взглянула ему в лицо. – И что в этом такого?

– Ты сорвала задание Марку, затем принимала ставки… – начал Рэймонд, но его перебил Лео.

– А еще она устроила мне пранк, – пожаловался он.

– Что за пранк? – Рэймонд непонимающе посмотрел на Лин.

– Небольшой розыгрыш, – ответила она. – Я помогла Лео выйти из зоны комфорта.

– Она завела меня в подворотню, а затем устроила все так, чтобы я подумал, что ее убили, – не унимался Лео, на что Лин закатила глаза.

– Стукач.

– Я чувствую, что дома нас ждет долгий разговор, – хмуро произнес Рэймонд, не спуская глаз с Лин.

– Я не собираюсь перед тобой оправдываться, Стэлфорд, – Лин уверенно выдержала его тяжелый взгляд.

С губ Рэймонда сорвался шумный вздох. Если бы в светлую голову его девушки закралась ничтожная крупица того, как он себя сдерживал, чтобы не отшлепать ее по заднице в сию же секунду, то Лин не выглядела бы такой смелой.

Если бы она только знала, как он накажет ее, трахнув так, что Лин исцарапает всю его спину, тогда бы она подбирала выражения.

Хотя кого Рэймонд обманывал? Лин бы только понравилось то, какое наказание он ей уготовил.

– Мы идем домой, – Рэймонд схватил Лин за руку.

От неожиданности та ойкнула. Темные, почти черные глаза Рэймонда не предвещали ничего хорошего.

– Никуда я не пойду, – Лин попыталась вырвать руку.

– Не заставляй меня трахнуть тебя прямо здесь, – проговорил Рэймонд одними губами.

Лин шире распахнула глаза, пока Рэймонд потащил ее из зала, без проблем протискиваясь сквозь толпу. Его суровый взгляд немного смягчился, когда перед Рэймондом появился долгожданный выход.

«Тачка за соседним углом, только не тут, не тут», – думал он. Еще несколько шагов, и ему не придется заботиться о том, что вокруг них толпится народ.

– И куда вы собрались? – перед ними встал Марк, не давая Рэймонду исполнить задуманное. – Франко сожрал десятый бургер. Теперь мне точно крышка.

– Почему? – одновременно спросили Рэймонд и Лин.

– Мой агент копает под меня. Малейший косяк, и меня выгонят из группы.

Марк устало потер переносицу, вспоминая, как жестко облажался на прошлой неделе. Но он ни о чем не жалел. Была бы у него такая возможность, он бы снова повторил тот день. Точнее, вечер.

Примерно неделю назад

– Короче, заходят в бар в аду Курт Кобейн, Эми Уайнхаус и Джимми Хэндрикс. Они заказывают выпить, а бармен отвечает: "У нас алкоголь разрешен только с двадцати восьми", – заливисто захохотал бородатый парень над анекдотом.

– Сид, заткнись хоть на минуту, – проворчал другой музыкант, откладывая в сторону гитару.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Линдси цитирует слова песни "Группа крови" Виктора Цоя.

Вернуться