Надежда Далинина
Путешествие в Париж. «Римские» каникулы

© Далинина Н., 2023

От автора

Вы держите в руках эту книгу, вас заинтересовала обложка? Но мне хотелось бы, чтобы, глядя на неё, у вас также возникло желание узнать содержание книги. В прозе я новичок, если кто и знает моё творчество, то оно проявлялось в стихосложении. Заметьте, я не называю себя поэтом, но и прозаиком смогу назвать себя только после того, как вы прочтёте написанное мной и захотите продолжить знакомство с моим творчеством.

«Путешествие в Париж» имеет подзаголовок «Своеобразный путеводитель», и это пояснение несёт определённый смысл. Я описываю путешествие, которое было на самом деле, описываю свои впечатления от увиденного, и нередко они разнятся с тем, о чём мы привыкли слышать и читать. Вы увидите Париж моими глазами, я проведу вас по улицам и историческим местам, мы с вами будем любоваться этим древним и, в то же время, молодым городом. Но восхищение не затуманит наш взор и не закроет от нас несовершенства этого мегаполиса. Встречи с людьми – неотъемлемая часть путешествия, они были всегда неожиданными и интересными, добавляющими различные оттенки и краски в повествование. Результатом моих путешествий всегда становились множество фотографий и блокноты, исписанные мелким почерком, – путевые заметки, которые и легли в основу этого произведения.

«″Римские″ каникулы» – вторая повесть, с которой вы познакомитесь. Название у вас, скорее всего, вызовет воспоминание о фильме с Одри Хепберн в главной роли. Или же будете ожидать описания очередного путешествия, но уже в Рим. Оба предположения будут неверными. Я не собираюсь делиться впечатлениями о фильме, а также не буду описывать путешествие в Италию. Это я сделаю как-нибудь в другой раз. С первых строк повествования можно подумать, что книга написана о детях и для детей. Но это не совсем так. Да, она написана о тех, чьё детство пришлось на шестидесятые годы, но не только о них, а ещё, конечно, о людях старшего поколения, которые строили эту жизнь в соответствии со своими моралью и принципами.

Головы и руки детей того времени не были заняты гаджетами, компьютерными играми, желанием получить больше «лайков», и дружба у них была настоящая, не виртуальная. Юные герои повести, активные и любознательные, разговаривают между собой простым и понятным языком. Взрослые, современные люди, детство которых проходило в те годы, уверена, в ребятах узнают себя, своих друзей, вспомнят школьные будни, долгожданные летние каникулы, игры и увлечения, которыми была наполнена их детская неугомонная жизнь. Все события, описанные в книге, невыдуманные, но это не значит, что повесть документальная, конечно же, нет! Это художественное произведение, просто по желанию автора действие перенесено в более короткий временной промежуток – в три летних месяца, а точнее сказать, на время летних каникул, которые по прихоти одного из взрослых героев, деда Мишани, были названы «Римскими», так как проходили в милом его сердцу уголке малой родины – в деревне Римовке.

С начала формирования сборника я предполагала включить сюда две вышеупомянутые повести, и поэтому их названия вынесены на обложку книги. Но потом я дополнила содержание ещё двумя небольшими рассказами о повседневной жизни, а вернее сказать, один – о людях и событиях, которые уже канули в Лету и никогда не повторятся, а другой – о явлениях, которые, к сожалению, мы ещё часто можем наблюдать в нашей жизни, и как реагировать на них, каждый решает для себя сам.

Приятного и, надеюсь, неутомительного чтения!

Путешествие в Париж
Своеобразный путеводитель

Телефонный звонок прервал мои невесёлые мысли о предстоящей поездке на дачу. Ну не дачница я! Грядки, прополка, огурцы, помидоры – это всё не моё! Но увлечению мужа дачным процессом я не препятствую – каждый волен выбирать себе хобби по душе. У нас с дочерью другое – художественные выставки, спектакли, симфонические концерты, совместные путешествия. И поэтому звонку от неё я всегда рада, говорим обо всём: о новостях и о том, что тысячу раз уже обсуждалось, но это нами никогда не воспринималось как переливание из пустого в порожнее. Всё равно в разговоре возникают новые подробности, всевозможные нюансы, и тема приобретает иную окраску. Короче, мы любим поговорить! Дочь – мой компаньон, единомышленник и самый близкий друг!

– Мамуля, здравствуй! Как ты? Всё хорошо? А у меня новости, в следующем месяце я лечу в Париж на конгресс кардиологов!

– Отлично! Освежишь впечатления о своей давней поездке во Францию. Конечно, уже не будет той новизны впечатлений, которые ты получила, когда увидела Париж впервые, но каждый раз будет что-то новое!

– А хотела бы ты прогуляться по Елисейским Полям? Я предлагаю тебе лететь со мной!

– Заманчивое предложение! Ты знаешь, с тобой я люблю путешествовать! С таким компаньоном, как ты, – хоть на Северный полюс, а уж в Париж – тем более!

– Значит, решено!? Мне ещё нужно позаботиться о русскоговорящем гиде, когда я буду занята на конгрессе, ты, не теряя времени, должна побывать на всевозможных экскурсиях по историческим местам. А я, когда освобожусь, буду к тебе присоединяться. Ещё я хочу заранее заказать билеты на посещение Эйфелевой башни и Лувра. И, конечно, на шоу в Мулен Руж, хотя знаю, ты не любительница подобных представлений, но быть в Париже и упустить возможность увидеть то, чем так гордятся французы, – это неправильно, потом будем жалеть!

– Хорошо, поступай, как ты считаешь нужным.

– Осталось дело за малым – оформление визы!

И здесь моё настроение слегка угасло… В моём воображении стали возникать картинки, которые напомнили мне процесс оформления туристической визы для Киры, а происходило это ещё в её студенческие годы. После школы дочь поступила в медуниверситет, закончив первый курс, отлично сдала сессию, и мы с мужем решили сделать ей подарок – путёвку за рубеж, страну она должна была выбрать сама. Выбор её пал на Англию, да это и понятно, ведь она закончила школу с углублённым изучением английского языка, значит, языкового барьера не будет!

И мы поспешили в саратовское турагентство. Здесь-то нас и постигло первое разочарование. Нам сообщили, что молодые девушки, как правило, проваливают собеседование, им ставят всевозможные преграды, мешающие поездке в Англию, опасаясь, что наши девушки могут нелегально остаться там жить. Ну что за бред! Какое такое собеседование? Мы об этом не имели никакого представления! Но совет сменить приоритеты в выборе страны нам пригодился. Сотрудники турагентства сообщили, что в другие европейские страны более мягкие условия оформления. Так нашей целью стала Франция! Теперь Кира должна ждать вызов на собеседование в Москву во французское посольство. Сроки ожидания были неопределёнными. Но вызов пришёл неожиданно быстро, через три дня, в нём дочери предлагалось в назначенный день и час прибыть в посольство.

Сезон отпусков, с билетами большие проблемы, очереди в кассах, опаздывать нельзя! Выстояв очередь, билеты всё-таки купили. Плацкарт, боковые, верхние, ладно, хотя бы так! Но сюрпризы ждали впереди! Мы решили ехать вместе, наскоро собрав сумку, прибыли на вокзал. В вагоне в основном были мужчины, их поведение настораживало: говорили громко, лица бледные, речь пересыпали матом, правда, на замечания реагировали сдержанно и тут же извинялись. Летняя жара, душно. Количество пассажиров-мужчин увеличилось, так как из соседнего вагона к ним пришли гости. Началась игра в карты, атмосфера накалялась, последовали громкие возгласы, споры, казалось, что не обошлось без спиртного. Когда стало совсем жарко, эти «товарищи» разделись по пояс, и все они оказались в одинаковых синих майках, а некоторые и без них. Нам представилась возможность увидеть оригинальную нательную роспись, от татуировок запестрило в глазах! Вскоре появились стражи порядка, сопровождающие эту большую и шумную компанию, – офицер и двое солдат. Офицер обратился к пассажирам со словами: «Граждане, в вашем вагоне и в соседнем едут досрочно освобождённые, просим соблюдать спокойствие, всё под контролем. В случае непредвиденных обстоятельств обращайтесь ко мне, старшему лейтенанту Савину». Но своих координат лейтенант не указал! Ближе к ночи они сделали ещё один обход, тихо, заговорщически, предупредили: «Не оставляйте багаж без присмотра, берегите ваши вещи». «А голову?» – отпарировала я, на что солдатик мне только улыбнулся. Со временем я так и не поняла, куда везли этих людей, почему в группе и в таком количестве, что пришлось задействовать даже два вагона? И если это были досрочно освобождённые, то почему их сопровождали, и почему им всем нужно было ехать в одном направлении? Странно! Ночь прошла тревожно, но без особых происшествий. Братва ещё немного пошумела и угомонилась.

По прибытии в Москву мы поспешили в офис туристического агентства, уже оттуда, организованно, с сопровождающим должны были ехать на собеседование. Собралась группа, человек десять, и нам стала проводить инструктаж полная женщина с многослойным подбородком, из-под которого при каждом вздохе выкатывались красные крупные бусы; она представилась Людмилой Петровной. Тихим ласковым голосом инструктор обращалась к нам: «Девочки!» – хотя в нашей группе были и «мальчики» разных возрастов, от двадцати до пятидесяти. Людмила Петровна нам поведала, что если бы мы проходили собеседование двумя днями раньше, то всё бы прошло хорошо, потому как «собеседователь» был человеком приятным и доброжелательным. А сегодня вышел из отпуска субъект с совершенно противоположными качествами: высокомерный и придирчивый, и он обязательно будет всем нам строить козни. Особенно плохо он относится к молодым девушкам, так как уверен, что они едут во Францию с криминальными помыслами, и их окончательная цель в этой стране – заняться проституцией. Нашему возмущению не было предела! Да что они там, с ума сошли? Что о себе возомнили? А что, в Англии и во Франции нашим девушкам нечем больше заниматься? Вот тебе и более мягкие условия! И ещё нужны подтверждения того, что у вас в России остаются родственники: родители, дети, супруги, и хорошо, если вы имеете в собственности недвижимость или свой бизнес. Двоих супругов вместе точно не пропустят. После такого инструктажа настроение у всех испортилось, появилась неуверенность в осуществлении задуманных планов. А у нас с дочерью стало пропадать всякое желание связываться с этой поездкой. Кстати, в нашей группе были люди из разных городов, которые проделали долгий путь, чтобы попасть на это дурацкое мероприятие. Из Владивостока, Новосибирска, Екатеринбурга, Читы, Воронежа, Краснодара, Саратова, Самары приехали нормальные граждане, которых заранее подозревают в чём-то нехорошем, и мы все должны доказывать, что это не так! Во мне росли негодование и неприятие ситуации.

Но, несмотря на всё это, в сопровождении Людмилы Петровны мы приехали в назначенное время к зданию французского посольства. Принимали нас не с главного входа, а с какого-то заднего крыльца. Сразу за кованой оградой стоял шлагбаум, а за ним располагались турникеты, которые упирались в двери застеклённой веранды. У шлагбаума возвышался над толпой рослый чернокожий охранник, он улыбался и своими длинными руками указывал направление, куда мы должны двигаться. Веранда, так её назовём, представляла собой помещение, застеклённое от пола до потолка, взгляд вошедшего сразу упирался в белую оштукатуренную стену, на всём протяжении которой находились наглухо закрытые окошки размером пятьдесят на пятьдесят. На вентилятор или кондиционер не было и намёка! У стеклянной стены стояло несколько стульев, а людей в этом помещении собралось человек шестьдесят. С сопровождающими прибыли группы из разных турагентств. Наша Людмила Петровна, как заботливая мать, давала нам последние напутствия, дважды произнесла название улицы и отеля, где предположительно поселятся будущие туристы. Она явно волновалась, глаза её беспокойно бегали, голос подрагивал, это волнение передалось и нам. Если бы мы знали, какое значение имеет заучивание адреса, по которому находится отель, мы бы отнеслись внимательнее к этой информации. Но вот прозвучал звонок! И представители агентств ринулись каждый к своему окну, начался приветственный монолог. Краем уха мы слышали, как наша «толстушечка» отпускает комплименты господину, пока невидимому для нас, как она восхищается его свежим и отдохнувшим видом, спрашивает о здоровье жены и детей, выражает надежду на дальнейшее сотрудничество и успех сегодняшнего мероприятия. Каждый сопровождающий передаёт список членов группы, «собеседователь» может вызывать людей по порядку или как ему вздумается. Фамилия человека выкрикивается из этого окошка, она произносится невнятно, с акцентом, шум в помещении стоит невероятный! И, не расслышав фамилию, а уловив только имя, например, «Александэр», все Александры вскакивают с мест и бегут к окошку. Начались неразбериха и столпотворение! Из нашей группы первым вызвали мужчину из Читы – Геннадия. Он владел мастерской по изготовлению мягкой мебели, привёз с собой кучу документов, подтверждающих его бизнес, отвечал на вопросы бойко и уверенно, так нам казалось со стороны, слышимость была плохая, и слов нельзя было разобрать. У окошка, так, чтобы её не было видно французскому клерку, стояла Людмила Петровна и тихонько иногда что-то подсказывала. Вдруг мы заметили, что на лице мужчины появилась какая-то растерянность, он разводил руками, тряс пачкой бумаг, просовывал голову в окошко и что-то доказывал, но потом как-то сник и отошёл в сторону. Людмила Петровна своей мощной фигурой закрыла проём окошка и, наверное, пыталась прояснить ситуацию, но здесь прозвучала фамилия второго мужчины из нашей группы. Как у него проходило собеседование, мы упустили из вида, так как, обступив Геннадия, хотели услышать из первых уст рассказ о его опыте общения с занудным французом. Оказывается, «собеседователю» было недостаточно документов о бизнесе, по его мнению, их можно напечатать сколько угодно, а вот фотографий, свидетельствующих о производстве мебели, претендент не предоставил. Ну что здесь можно сказать?! Просто какое-то издевательство! Второй мужчина, Виктор, после собеседования тоже не производил впечатление счастливчика, но его уже никто ни о чём не спрашивал. Третьим номером вызвали девушку Марину из Самары. Маленького роста, с тонкими, светлыми волосами, забранными в хвостик, с широко открытыми детскими глазами, на лице – милая и как будто виноватая улыбка. В Москве её одолела простуда, нос заложен, одноразовые бумажные платки использовались в огромном количестве. Мы все ей сочувствовали. Потом будет ясно, почему я так подробно описываю внешность этой девушки. Итак, Марина на старте! Напряжение возросло, мы, конечно, желали ей успеха, ведь девочки успели подружиться и уже строили планы о совместном путешествии. Сначала Марине были заданы вопросы об учёбе, о семье, потом ей предложили перевести на русский некоторые французские слова. Она заявила, что не владеет этим языком, «собеседователь» был возмущён, посчитал, что Марина плохо готовилась к посещению страны, и задал ей последний вопрос: «Как называется отель и по какому адресу в Париже он находится?» Разволновавшемуся человеку, не знающему язык и получившему эту информацию за несколько минут до собеседования, чрезвычайно трудно ответить на такие вопросы. Это воспринялось нами как провокация. И здесь месье разразился гневным монологом, он сказал, что знает, зачем эта девушка хочет поехать во Францию и какие крамольные мысли засели в её голове, и что он будет препятствовать такому проникновению в его страну. Марина расплакалась, уткнувшись мне в плечо. Как можно, глядя на эту девочку, разродиться такими словами? Меня подмывало тут же уйти и не участвовать в этом представлении. Наша «пышечка» Людмила Петровна почуяла, что запахло жареным, ведь, скорее всего, от количества прошедших собеседование, а значит, и от количества потенциальных туристов зависел её ежемесячный доход. Взгляд её скользнул по нашим лицам и остановился на Кире; серьги в ушах, изображающие каких-то крылатых насекомых, подрагивали в такт её дыханию. Лицо Людмилы Петровны напряглось, было видно, что идёт серьёзный мыслительный процесс. И вдруг, не дожидаясь вызова следующего испытуемого, она, как вихрь, рванула к злополучному окошку. И мы услышали: «Господин Адиль, в списке есть девочка по имени Кира, вызовите сейчас её, пожалуйста! Это очень хорошая девочка, она будущий врач, знает английский язык и немного говорит по-французски!» И чтобы наверняка смягчить его настроение, уже отчаявшись, наша дама сделала «ход конём» и произнесла: «Девочка приехала с мамой, очень серьёзной и достойной женщиной!» Нас с дочерью хвалили и превозносили, как при сватовстве. Было странно ощущать себя рыночным продуктом. Людмила Петровна приободрилась: «Ну что, вызываем?» И здесь произошло неожиданное, господин ответил: «Нет! Я хочу поговорить с мамой, давайте её сюда!» Меня быстро подтащили к окошку, и я закрыла его собой, как амбразуру. Перед моим взором предстал он – «вершитель наших судеб». В небольшой, совершенно пустой комнате у противоположной стены, скрестив руки на груди, стоял маленький человечек, явно француз арабского происхождения. Его глазки-точечки, обрамлённые густыми бровями, недобро смотрели на меня, крючковатый нос свисал над довольно большим ртом. Создавалось впечатление, что кудряшки на его голове были искусно приклеены или нарисованы фломастером. Летний, не по росту великоватый хлопчатобумажный костюм, свисавший по бокам, соответствовал цвету его лица и поэтому господин Адиль смотрелся в нём как единое целое. Будучи воспитанным человеком, я поздоровалась, но ответа не получила (во мне росло негодование). Мне сразу был задан вопрос о семье, о моей работе и о работе мужа, о городе, в котором мы живём, о вузе, в котором учится дочь. Месье спросил меня, почему мы не едем вместе с дочерью, на что я сослалась на время, которым мы сейчас не располагаем. И вдруг менторским, нравоучительным тоном, с жутким акцентом, этот господин начал говорить вещи, которые возмутили меня до глубины души. Он заявил, что девушкам в этом возрасте нельзя доверять и что мы делаем большую ошибку, отпуская дочь в другую страну. А потом последовал вопрос неприятным тоном, с мерзкой улыбочкой на губах: «Что ж, вы, наверное, хотите, чтобы ваша дочь осталась во Франции, и она там…» И здесь меня понесло: как смеет этот сморчок произносить такие речи с грязными намёками? Этот карикатурный персонаж, возомнивший что-то о себе, смеет меня учить и разговаривать со мной в таком тоне, который я по отношению к себе никогда не допускала, так почему сейчас должно быть иначе? Ну не поедет Кира в этот Париж, жили без него и ещё проживём! Все эти мысли в моей голове промелькнули за секунду. И я, не дождавшись окончания фразы, резко сказала: «Да!» Человечек опешил, подался вперёд, оторвавшись от стены, у которой стоял, как приклеенный, его взгляд казался несколько растерянным. Да и понятно, его речи никто и никогда не прерывал, ему не возражали, все его боялись, лебезили перед ним, заискивали, ведь от его решения зависел результат собеседования. И я ещё раз повторила и продолжила: «Да! Я хочу, чтобы моя дочь посетила одну из самых известных культурных столиц Европы и всемирную столицу моды, увидела величайшие произведения живописи и скульптуры, многовековые памятники архитектуры! Ведь молодёжь в России образованная и стремится к знаниям, и это стремление мы с вами, как люди старшего поколения, должны поддерживать! Да! Я хочу, чтобы моя дочь увидела своими глазами всё то, о чём только читала и видела в телевизионных передачах!.. Извините, я вас прервала, но вы, скорее всего, такой ответ и предполагали услышать, когда спрашивали о том, чем собирается заниматься моя дочь в Париже? Или нет?» Я говорила негромко, но чётко, выговаривая каждое слово, пытаясь донести до сознания этого клерка, что далеко не всё можно себе позволять, занимая эту совсем не высокую должность, даже будучи представителем такой страны, как Франция! Господин Адиль ещё ближе подошёл к окошку, как бы всматриваясь в моё лицо, наклонив голову, сказал: «Да, да, я так и предполагал. Напомните мне, из какого вы города? А, из Саратова… Ну что ж, пригласите для беседы вашу дочь». Когда я обернулась, то увидела, что члены нашей группы стоят довольно-таки близко, по их напряжённым лицам было понятно, что наш разговор они слышали. Подпирая стену, грустными глазами смотрела на меня Людмила Петровна, я не оправдала её надежд, и теперь очередь была за Кирой. Дочь не задержалась долго у окошка, после пары вопросов француз сразу отпустил её. Перед тем как уйти мы поинтересовались у Людмилы Петровны о дальнейших наших действиях, и оказалось, что встреча по результатам собеседования будет завтра, в том же месте, в тот же час. Тихим голосом она добавила, что если Кира не поедет во Францию, то я никого в этом не должна винить, кроме себя. Господин Адиль такую выходку не простит! На что я ответила просто: «Селяви!» На следующий день, возвращаясь из Подмосковья, где мы навещали родственников, после пригородной электрички мы взяли такси, чтобы быстрее попасть к месту назначения. Но пробки не позволили нам этого сделать. И вообще, пробки, как злостное явление, очень портят жизнь людей, они могут радикально изменить наши планы, повлиять на важные события, в этом я неоднократно убеждалась, и в моей истории они ещё сыграют свою не последнюю роль! Итак, мы у цели, до назначенного времени остаётся восемь минут, вдруг перед нашим носом со скрежетом опускается шлагбаум. Чернокожий охранник встречает нас той же милой вчерашней улыбкой, но жестом скрещённых рук показывает, что никого пропускать не собирается. Группа условно опоздавших потенциальных туристов стала возмущаться, указывая на часы и пытаясь объяснить, что время ещё есть! Великан улыбался, кивал головой, но шлагбаум не открыл. Нам пришлось ждать за кованой оградой. Как такое опоздание повлияет на результат собеседования, мы не знали! Примерно через час толпа выплеснулась из стеклянных дверей веранды, в этом потоке мы увидели людей из нашей группы и Людмилу Петровну с листом бумаги в руке – это был утверждённый список на оформление визы. Первой в списке значилась Кира, всем на удивление там была и фамилия Марины! Отказали трём членам группы: Геннадию, владельцу мебельного производства, женщине лет сорока пяти, весёлой хохотушке с южным акцентом, и высокой девушке в круглых роговых очках, с очень длинными музыкальными пальцами, между собой мы называли её скрипачкой. Почему именно на них пал выбор? Неизвестно! Что это, ирония судьбы или злая ирония маленького человечка?..

Теперь понятно, почему при словосочетании «оформление визы» у меня слегка портится настроение? После всего вышесказанного через небольшой промежуток времени Кира, конечно же, поехала во Францию, и первое зарубежное путешествие прошло интересно, весело, с массой впечатлений. Ведь впечатления – это важный элемент нашей жизни! Платье может износиться, сотрётся подошва у модных башмаков, вашу любимую и дорогую шубу может на завтрак съесть моль, и все эти вещи забудутся, уйдут в небытие, а впечатления останутся с вами навсегда! И даже острые края плохих воспоминаний со временем оплавятся и станут частью большой, разноцветной жизненной мозаики.

И вот теперь мне предстояло пройти это снова. Своими мыслями о подготовке к поездке я поделилась с дочерью. Оказалось, что волнение моё напрасно и что сейчас этот процесс проходит совсем по-другому, большинство документов оформляется дистанционно. Личное присутствие необходимо только при сдаче паспорта на оформление визы и при его получении. Должны быть предоставлены копии авиабилетов (туда и обратно), подтверждение брони в отеле, медицинская страховка, подтверждение финансового обеспечения на время поездки. Ну «сущие пустяки»! Кира сказала, что обо всём позаботится, и что получение паспорта с Шенгенской визой, если её одобрят, происходит в визовом центре, цивилизованно, по предварительной записи. Так что волноваться не стоит! На этот раз всё получилось так, как было сказано! К счастью, меня не заподозрили в каких-либо криминальных намерениях, да и лет мне было не восемнадцать, а гораздо больше! И вскоре я увижу Париж – этот романтический город, воспетый поэтами и музыкантами, с дочерью буду гулять по его улицам и площадям! Так что пора возвращаться в Саратов и начинать собираться в дорогу, ведь времени до отъезда осталось совсем немного.

Уже несколько лет Кира жила и работала в Москве, вскоре и я прибыла туда с чемоданом и с хорошим настроением. Так как обратные билеты из Парижа у нас были на ночной рейс, то мы приняли решение ехать в аэропорт Шереметьево на своей машине, оставить её там на стоянке, а по возвращении не пользоваться такси. Эта идея нам показалась разумной. Кирина машина «Фольксваген Поло» не имела своего гаража и после каждой поездки оставалась стоять во дворе, где неоднократно подвергалась набегам мародёров. С неё снимали диски, откручивали зеркала, прокалывали шины, но это была мужественная машинка! С Кирой они были неразлучны и вместе переживали трудности столичного бытия. Дочь ласково называла её Полей, Полюшкой, и, чувствуя доброе отношение, машина никогда не подводила и серьёзными поломками не огорчала свою владелицу.

Итак, наступил день отъезда. Ещё раз осмотрев багаж и проверив наличие всех документов, мы двинулись в путь. Компания отличная, настроение прекрасное, погода хорошая, летняя – все предпосылки к удачному путешествию! Мы втроём: я, Кира и Поля – мчались в направлении аэропорта навстречу парижским красотам, французскому шансону, утреннему кофе с круассанами и лёгкому ветру, создающему удивительную атмосферу этого города!

Готовились к поездке тщательно, казалось, учли всё до мелочей, выехали из дома с большим запасом времени, до рейса оставалось четыре с половиной часа. Но оказалось, что Кира не знала и поэтому не учла некоторых нюансов московской жизни, особенно тех, которые проявляются летом, в дачный сезон, в конце рабочей недели, в пятницу, называемую коротким днём! Этот короткий день предприимчивые дачники по своему усмотрению делали ещё короче, ускользая с работы под разными предлогами. И все эти нюансы пришлись на то время, когда мы решительно преодолевали путь от дома до аэропорта! Это вселенское зло под названием «пробки» начало преследовать нас ещё в черте города, но зная, что у нас в запасе достаточно времени, мы не особенно огорчались. За городом ситуация усугубилась, мы двигались «в час по чайной ложке»! Время шло, а впереди был ещё большой отрезок пути. Жара, у нас в запасе маленькая бутылка минералки, о еде мы, естественно, не позаботились, не предполагая, что попадём в такую ситуацию. Машины друг к другу стоят очень близко, можно рассмотреть пассажиров, а при опущенных стёклах – услышать их разговоры. Обстановка напряжённая. То из одной, то из другой машины выбегали водители, пытаясь рассмотреть и понять причину нашего неактивного продвижения. Такую ситуацию на дорогах мы называем пробкой, но если задуматься, то это не совсем правильно, пробка – статичное состояние, исключающее всякое движение, а мы всё-таки с минимальной скоростью, но двигались. И это давало нам надежду на благополучный исход. Хотя я не люблю переносить иностранные выражения в русский язык, но признаю, что американский термин «трафик джем» подходит сюда больше, сразу представляешь что-то тягучее, вязкое, липкое и продолжительное по времени. Когда движение по дороге совсем прекращалось, спонтанно стали возникать мужские мини-клубы. Мужчины выходили из своих машин, собирались небольшими группами, курили, неспешно вели разговоры об иномарках, о результатах последних футбольных матчей, иногда слышались рассуждения о политике. Женщины, в отличие от мужчин, этого себе позволить не могли, они оставались с детьми и многочисленными домашними животными. Нервозность росла, из машин доносились плач детей, громкие голоса взрослых, неизвестность усиливала это состояние! Ещё нужно учесть, что у людей, и не только у них, существуют естественные физиологические потребности, и по истечении некоторого времени пассажиры начали выводить детей на обочину дороги, а что прикажете делать взрослым людям?! Вдоль дороги стали прогуливаться владельцы собак со своими питомцами, лай доносился со всех сторон. Однако не только эти звуки улавливало чуткое ухо пассажира, просидевшего в машине уже несколько часов, но и журчание ручейков, освобождающих собачью плоть от тягостных мучений. Две женщины с сумками для перевозки животных выгуливали представителей породы кошачьих. Недалеко от нашей машины прохаживалась девочка лет десяти, в руках у неё, сверкая полированным клетчатым панцирем, беспомощно шевелила лапами большая черепаха, видимо, её везли на дачу погулять по зелёной травке. На крышу одной из машин, чтобы проветрились, выставили клетку с орущими на все голоса попугаями. Создавалось впечатление, что мы попали на Ноев ковчег. Когда стал истекать третий час нашего антиброска, мы не на шутку разволновались, было понятно, что регистрация на рейс состоится без нас. По телефону начали связываться с агентством, в котором заказывали билеты в Париж. Телефон в агентстве многоканальный, но так было угодно случаю, что мы несколько раз попадали на одного и того же оператора по имени Наталья, которая не собиралась вникать в нашу ситуацию и металлическим голосом, беспристрастным тоном сообщала, что помочь нам не может, что билеты наши пропадут и будут аннулированы. И выдержав паузу, прокашлявшись, оператор заявила, что нужно быть людьми ответственными, выполнять правила и прибывать в аэропорт задолго до регистрации. Не дожидаясь наших вопросов и нашей реакции на сказанное, она просто отключала канал связи, а увидев наш неоднократно высвечивающийся номер, не брала трубку. Но Кира, несмотря на сказанное, решила дозваниваться, так как вспомнила о правиле, которое якобы позволяет перерегистрировать билеты, если пассажир предупреждает за какое-то время до вылета. А вот за какое, не вспомнила! И здесь нам наконец-то повезло: с нами соединилась другой оператор, Татьяна. И всё пошло по иному сценарию, она сама занялась перерегистрацией билетов, подсказала, куда обратиться по прибытии в аэропорт, и пожелала доброго пути! Другой человек, другой подход к работе, всё было сделано профессионально, достойно и по-человечески. Но нам предстоял ещё долгий и утомительный путь в этой ужасной пробке, с микроскопической скоростью, мы двигались в общей сложности около шести часов. Ужасно! Сейчас даже не верится, что мы могли это выдержать и что это была реальная ситуация! В чём состояла причина, мы так толком и не узнали. Говорили, что в этом направлении находится много дачных посёлков и что подобные истории по пятницам возникают нередко из-за большого потока машин, принадлежащих дачникам. Но такой грандиозной многочасовой пробки никто не смог припомнить. Была и другая версия, что велись ремонтные работы и шло строительство путепровода, и наша дорога, в связи с этим, надолго перекрывалась. На самом деле можно предположить, что слияние этих двух причин привело к такому результату. Но для нас причина задержки уже не имела никакого значения. В аэропорту мы обратились в окно, номер которого нам сообщила Татьяна, заплатили штраф, перерегистрировали билеты на утро следующего дня, так как в этот день рейсов в Париж уже не было. На ночь сняли номер в отеле и наконец-то решили поужинать. Ресторан располагался на первом этаже отеля, зал был почти пустой, занят только один стол, слышалась немецкая речь. Немцы пили пиво, громко разговаривали, при этом энергично жестикулируя. Мы стали смотреть меню, но официант, поспешивший к нам, сказал, что можно заказать только холодные блюда, и то не все. Вот так сервис! Видимо, господам из Германии повезло сделать заказ до закрытия кухни, так как на столе у них стояли тарелки с едой. Конечно, время уже было позднее, размышлять о полноценном ужине не приходилось. Взяли какую-то нарезку и красное вино – это и был наш ужин. Во время застолья прозвучал звонок от мужа: «Девчонки, как там Елисейские Поля? Как на вас действует воздух Парижа? Опьяняет?» И был удивлён ответу, что на нас действует воздух отеля в Шереметьево. В красках описали впечатления сегодняшнего дня, на что муж высказал интересную мысль: «Что-то Париж не раскрывает вам свои объятья, на вашем пути во Францию уже не в первый раз возникают препятствия, может, это знак?» Мы не верим в знаки! Всё будет хорошо! Дело только осложнялось тем, что завтра в первой половине дня состоится открытие конгресса, на котором должна присутствовать Кира. Уже из номера отеля по телефону дочь связалась с организаторами мероприятия, на котором ей непременно нужно было присутствовать, и объяснила причину своего завтрашнего отсутствия, в ответ её поспешили успокоить, сообщив об урагане, который не позволил вовремя прилететь многим участникам, и что открытие конгресса переносится на вторую половину следующего дня. Ну что, жизнь налаживается?!

На следующий день, после четырехчасового перелёта, самолёт приземлился в международном аэропорту Шарль-де-Голль. Трансфер уже был заказан, и через короткое время мы подъехали к отелю. На сайте, где происходило бронирование, отель значился как четырёхзвёздочный, находящийся недалеко от самого центра Парижа. О его расположении информация была правдива, но вот о звёздности – слегка преувеличена: над входом сияли две звезды. Почти весь крошечный номер занимала большая кровать, туалет, он же душ, представлял собой унылое зрелище: на потолке из душевой лейки просачивались капли воды, монотонно стучавшие по крышке унитаза. Ещё нужно было понять, как принимать душ в таких условиях. Искать другой отель уже не было времени, и единственный положительный момент – это расположение близко к центру, что повлияло на наше решение остаться. Телефонный звонок напомнил, что у входа в отель нас ждёт русскоговорящий гид, с которым была предварительная договорённость на этот час. Время и план экскурсий тоже были оговорены Кирой заранее по интернету, когда ещё мы находились в Москве. Никто не предполагал, что российские пробки внесут изменения в расписание первого дня в Париже.

До вечернего стартового совещания в рамках кардиологического конгресса ещё было достаточно времени, чтобы побывать на обзорной экскурсии по городу. На ресепшен в деликатной форме дочь сообщила дежурному об ошибке на сайте отеля по поводу количества звёзд, на что получила ответ, что это не его дело. Догадавшись, что человек плохо понимает по-английски, Кира медленно, вставляя в текст французские слова, попросила заменить в номере покрывало в пятнах непонятного происхождения, на что получила тот же ответ. На вопрос: «А чьё же это дело?» – дежурный окончательно обиделся, отвернулся к ячейкам с ключами и, как капризный ребёнок, так и остался там стоять. Вот это фокус! Он, наверное, забыл, что находится на работе, а не у себя на кухне! Где европейский сервис? Где правила этикета? Где безукоризненно работающий персонал отеля, находящегося в самом центре Парижа? При таком потоке туристов со всего мира, казалось, тактичное поведение и знание английского языка, особенно дежурным на ресепшен, просто необходимы! Но нам это только казалось. Кстати, об английском языке: на территории Франции этот язык не в почёте. В международном аэропорту Шарля-де-Голля мы не видели ни одного указателя, продублированного на английском. Та же история с рекламными плакатами, с указателями на улицах и в метро – на них только французский текст. В этом случае я уважаю французов! Вспоминая нашу рекламу, которая пестрит иностранными словами и выражениями, зачастую непонятными, особенно людям старшего поколения, задаёшься вопросом: «Неужели наш «великий и могучий русский язык» недостаточно велик и могуч для выражения чувств, для описания тех или иных событий и действий?» Заменяя без особой нужды русские слова иностранными, можем потерять суть и значимость сказанного! Рассуждая на тему бережного отношения французов к своему языку, мы пришли к выводу, что «собака зарыта» глубже, чем кажется. И тянется эта нелюбовь ещё со времён столетней войны между Англией и Францией. Вот такое историческое злопамятство…

Наш гид – молодая симпатичная русская женщина родом из Санкт-Петербурга по имени Лариса. Выйдя замуж за француза, она уже много лет живёт в Париже, совместно с мужем владеет экскурсионным агентством и работает исключительно с русскими туристами. Спокойная, доброжелательная, она сразу расположила нас к себе. И так как в первый день изменился наш план экскурсии, Лариса предложила прогулку по центру города.

Пешком за короткое время мы добрались до площади Согласия. Эта площадь когда-то носила имя Людовика Пятнадцатого. Она находится между Елисейскими Полями и садом дворца Тюильри. Здесь сразу обращает на себя внимание огромный обелиск, высотой двадцать три метра. Он весь покрыт иероглифами, рассказывающими о великом царствовании Рамзеса Второго. Обелиск был доставлен из Египта во Францию на корабле, специально построенном для этой миссии. Очень странно видеть это нездешнее сооружение в центре Европы. Обелиск смотрится чужим и никак не перекликается с окружающей архитектурой. Какие тщеславные мысли должны были волновать людей, принявших решение водрузить его на центральной площади Парижа? Но приятно радуют глаз два великолепных фонтана, каждый высотой девять метров, они украшены скульптурами мифических персонажей. Фонтаны исполнены в изумрудно-золотистых тонах, и когда струи воды играют на солнце, они приобретают удивительный оттенок! Во время революционных волнений и свержения монархии это место стало называться площадью Революции. Скульптура короля была снесена, а на её место поставлена гильотина. Вначале это жуткое изобретение было испробовано на представителях монаршей династии: таким образом казнили Марию Антуанетту, Людовика Шестнадцатого, потом и тех, кто затеял эту революционную заваруху: Робеспьера, Дантона и других. Как часто бывает в истории, что красота, искусство, высокие благородные помыслы, вдохновенные идеи соседствуют с кровью, безрассудной жестокостью и с самым откровенным варварством. Печально, что из века в век человечество делает одни и те же ошибки, ничему не учится и лишено умения делать выводы.

От площади Согласия прямой линией, как стрела, пролегла самая известная улица Парижа, да, наверное, и всего мира, Елисейские Поля, или, как называют её французы, – Шанз-Элизе. Эта знаменитая улица упирается в площадь Звезды, в центре которой находится Триумфальная арка. В центральном пролёте арки с 1921 года находится Могила Неизвестного Солдата с вечным огнём. Елисейские Поля в разных путеводителях называются по-разному, то улицей, то проспектом. По внешнему виду это скорее проспект, по обе стороны которого простирается прогулочный парк семьсот метров в длину и четыреста метров в ширину. Внушительные размеры не делают его комфортным и уютным, особенно те участки, где вместо старых деревьев высажены молодые и тоненькие саженцы; ощущается какая-то пустота и недосказанность. Здесь находится Елисейский дворец – резиденция президента республики – и отели для дипломатов иностранных государств. Сотни тысяч туристов посещают Елисейские Поля, любуются множеством скульптур и фонтанов. Шанз-Элизе – это многочисленные офисы и магазины, принадлежащие известным во всём мире фирмам.

Луксорский обелиск из Египта

Триумфальная арка

Елисейские Поля

Итак, первый парижский день был отмечен долгой пешей прогулкой. Наспех перекусив, каждый отправился по своим делам: Кира уехала на совещание, я – в отель, отдыхать и приводить свои мысли и записи в порядок. Когда я путешествую, то делаю для себя путевые заметки, которые помогают мне не растерять впечатления о событиях во время поездок. Потом, через некоторое время, может быть, даже через долгое время, я пользуюсь этими записями. Один замечательный мальчик по имени Илья, находящийся со мной в очень близком родстве, называет путевые заметки путеводными записками. Раньше по этому поводу я делала ему замечание, по-доброму посмеиваясь над забавной неточностью. Но со временем поняла, что в этом и есть смысл сделанных мной записей, что они помогают вести меня по пути моей памяти! Дети, сами не ведая того, своеобразно выражая свои мысли, бывают, по сути, более точными, чем мы, взрослые!

Утро следующего дня оказалось неожиданно шумным. Услышав звук барабанов и громкое пение на непонятном языке, мы захотели узнать источник и причину такого бурного утреннего веселья. Открыв балконную дверь, которая таковой не оказалась (балкона здесь не было и в помине, за этой дверью, преграждая путь в никуда, была закреплена кованая решётка высотой в половину человеческого роста), за окном мы увидели странную и неожиданную для этих мест, как нам казалось, картину. По узкой улице шествовала толпа чернокожих людей в пёстрых нарядах, в невероятных головных уборах. Процессия состояла из женщин, которые громко пели и на ходу пританцовывали, мужчин, бьющих в узкие длинные барабаны, и детей-подростков, которые по извлечению звуков не уступали взрослым участникам шествия. По ощущениям это была нездешняя картина, она выпадала из французской реальности. Впечатление такое же, как от египетского обелиска на площади Согласия. Тогда мы ещё не знали, что подобные шествия и митинги будут встречаться нам ежедневно и даже по несколько раз в день. Ситуацию на этот счёт разъяснила Лариса, когда мы ехали в машине на очередную экскурсию. За рулём был её муж, человек в возрасте, с крупными чертами лица, с короткопалыми руками, которые двумя большими плюшками мощно лежали на руле. Оливье, так звали мужа Ларисы, производил впечатление человека замкнутого и угрюмого. При взгляде на него у нас совершенно менялось представление о французских мужчинах, обладающих элегантным шармом, бесконечным обаянием и безукоризненным вкусом, – здесь этого ничего не было! Иногда он поднимал взгляд на жену и недовольным голосом что-то бурчал себе под нос. Можно было подумать, что перед нами человек, занимающийся грубой физической работой, а не совладелец экскурсионного бюро, да ещё имя у него такое же, как название традиционного новогоднего салата; всё вышесказанное не располагало к взаимному общению. Проезжая на машине через центр города, мы увидели большую группу людей, которые собрались вокруг человека, возвышающегося над толпой. Человек размахивал руками, можно было понять, что он произносит пламенную речь. Митингующие африканцы (а они точно были африканцами) бурно реагировали на слова выступающего, кричали, прыгали, активно жестикулировали. Мне как-то стало не по себе, я вопросительно посмотрела на Ларису, и она поспешила меня успокоить, объяснив, что такие митинги – это ежедневные реалии парижской жизни. Митингуют выходцы из бывших французских колоний, требующие помощи и содействия своим странам, в такие ситуации не вмешивается даже полиция. В Париже есть кварталы, где живут исключительно эмигранты, там тоже полиция старается не появляться. Приличное пособие на всех членов семьи и обеспеченность жильём дают возможность этим господам не работать, а неработающий человек или митингует, или занимается противоправными действиями. Разрешая по ежегодной квоте въезд в свою страну жителям бывших колоний и предоставляя им гражданство, Франция таким образом как бы просит прощения за многовековое колониальное прошлое. После Ларисиных комментариев ситуация немного прояснилась. Она также объяснила утреннее шествие под окнами нашего отеля. Оказывается, там проходит дорога, по которой африканская община (точно нельзя сказать, из какой именно страны), с ритуальным пением и танцами, держит путь на место совершения религиозных обрядов.

Возвращаясь к своим путевым заметкам, я описываю события, которые произошли несколько лет назад, во время моего первого путешествия во Францию, ещё до нынешнего массового исхода африканского народа в Европу. В митингах и шествиях, которые в тот период мы наблюдали, принимали участие, в основной своей массе, легальные эмигранты, и ситуация казалась более или менее управляемой. В настоящее время, когда поток нелегалов хлынул в Европу и происходят совсем нелицеприятные события, я испытываю чувство тревоги и ощущение великой и невосполнимой потери!

А дни в Париже летят неумолимо быстро… Не всегда моё экскурсионное время совпадает с Кириным свободным временем, надо учесть, что у неё, в отличие от меня, деловая поездка. Конгресс продолжает свою работу, и мы стараемся подстроиться под его расписание. В один из дней, прогуливаясь по центральным улицам города и слушая рассказ нашего гида об исторических архитектурных сооружениях, мы вышли к реке, а точнее сказать, к великолепному мосту через Сену. Эта замечательная конструкция оказалась мостом Александра Третьего. Мост одноарочный, проём арки низкий, высотой всего шесть метров. И создаётся впечатление, что он распластался над рекой, соединяя два берега и прокладывая дорогу между Домом инвалидов и Елисейскими Полями.

Мост Александра III

Мост Александра III

Создатели моста не поскупились на его украшение различными скульптурами, изображающими львов, пегасов, нимф и амуров. С одной стороны конструкцию украшает фигура нимфы Сены и герб Франции, а с другой – нимфы Невы и герб России. Наш гид Лариса сказала, что мост – это подарок русского императора Николая Второго, который сам принимал участие в закладке первого камня в основание постройки, и назван он в честь памяти отца императора – Александра Третьего. Но я позже прочла другую информацию о том, что строительство этого моста обошлось очень дорого Парижу. Так что же, значит, это был не подарок? Кому верить? Ну, это уже риторический вопрос. Официальное открытие этого замечательного сооружения состоялось в 1900 году накануне всемирной выставки в Париже. А ещё для нас стало открытием, что в Санкт-Петербурге известный Троицкий мост является побратимом Александровскому. Романтический дух витает над Парижским мостом, существует поверье, что если ночью встать на середину этого великолепного сооружения и загадать желание, то оно обязательно сбудется! Не знаю, как у других, а моё желание сбылось, хотя не на все сто процентов! А ещё, если перейти одиноким людям с одного конца Александровского моста на другой, то они обязательно вскоре встретят свою половинку. В приметы многие верят, особенно туристы, мы видели, как они неоднократно преодолевали эти сто шестьдесят метров. Под мостом то и дело проплывали прогулочные катера, на открытых палубах плотно, плечом к плечу, сидели туристы, в мегафон были слышны голоса гидов. Подплывая к мосту, туристы устремляли взгляды вверх, все старались рассмотреть скульптуры и всевозможные украшения, отливающие на солнце бронзой и медью. Неожиданно для себя, глядя вниз с моста, я помахала рукой, в ответ поднялся густой лес рук, послышались одобрительные возгласы и смех. Было понятно, что у людей хорошее настроение!

В очереди, чтобы посетить музей Орсе, мы простояли около двух часов. Всё-таки нужно брать билеты онлайн: удобно, без хлопот, экономия времени и нервов. Лувр, конечно, по своей значимости считается одним из самых первых музеев Франции, а вернее сказать, главным музеем этой страны, но так получилось, что первым по времени посещения для нас оказался музей Орсе. За время длительного стояния в очереди можно было хорошо рассмотреть оригинальное здание музея. И только потом, когда узнаёшь, что это здание бывшего вокзала, становится понятно, почему у него такая вытянутая форма, которая не характерна для устройства музеев. Дугообразная стеклянная крыша обеспечивает естественное освещение залов, за техническое состояние крыши и за соблюдение правил эксплуатации отвечает отдельная служба. Музей Орсе является третьим по популярности. Основа коллекции музея – это работы импрессионистов и постимпрессионистов, имеется также богатая коллекция декоративного искусства. Это один из редких музеев, собрание которого относится к творчеству только одного века: с девятнадцатого по двадцатый. Здесь выставлены работы великих художников того времени: Винсента Ван Гога, Поля Гогена, Эдуарда Моне, Огюста Ренуара, Анри де Тулуз-Лотрека. Я с почтением называю эти имена совсем не для того, чтобы показать свою осведомлённость в искусстве, а чтобы отзвуки этих имён помогли мысленно перенестись в день моего первого посещения музея Орсе, чтобы вновь испытать чувство восхищения!

Музей Орсе

Музей парфюмерии Фрагонар

День выдался удачным, погода соответствовала нашему настроению. После экскурсии по музею Орсе мы решили продлить удовольствие и посетить музей парфюмерии «Фрагонар». Один из залов этого музея является магазином. Основная продукция – это духи. Кира знает о существовании этого парфюмерного магазина ещё со времени первой поездки в Париж. По возвращении из Франции дочь в подарок привезла мне духи в оригинальных металлических флаконах бронзового цвета, они давно уже закончились, но запах я помню очень хорошо. Вообще запах в моей жизни играет большую роль, он может испортить мне настроение или, наоборот, изменить его в лучшую сторону, по запаху, закрыв глаза, я могу понять, кто стоит передо мной, если, конечно, я знаю этого человека. Эти строки совсем не воспевание моих способностей, которые порой мне просто мешают в обыденной жизни, это констатация факта. Для меня выбор духов и другой парфюмерии является важным процессом. А в магазине «Фрагонар» это происходит так: перед тобой витрина с духами в металлических флакончиках, на которых только номер, и, выбрав запах таким образом, не ориентируясь на названия известных марок, покупатель руководствуется только своим вкусом. Есть новые, необычные запахи, есть давно знакомые, но от этого их нельзя назвать старыми, они оживляют воспоминания о том или ином событии в нашей жизни. И это чудо, когда капля духов может вернуть вас в прошлое, или настроить на мечты о будущем, или добавить к образу тот штрих, который подчеркнёт именно вашу индивидуальность! Ведь аромат духов раскрывается постепенно и проявляется на каждом человеке по-разному. Музей «Фрагонар» находится в чудесном месте на улочке Скриб вблизи Гранд-Опера. Это самый знаменитый музей духов в мире, он является уникальной парижской достопримечательностью наравне с Лувром и Версалем. Это храм запахов. Здесь можно услышать рассказ об истории парфюмерии, которая зародилась ещё в третьем веке до нашей эры. Уже в то время люди начали замечать, что разные запахи по-разному влияют на организм человека. Одни ароматы будут успокаивать, другие – эффективно тонизировать, а третьи – врачевать тело. Но вернёмся к нашей попытке выбрать именно свой аромат. Мы с Кирой решили выбрать, каждая для себя, несколько понравившихся запахов. Когда называли номера флаконов, то оказалось, что среди выбранных духов были и те, которыми мы пользовались раньше, уже ставшие любимыми, с тонким, лёгким, чувственным ароматом. Странно, что слово «парфюмерия» в переводе с французского означает буквально «через дым», а с латыни – просто «дым». Может, под словом «дым» подразумевается что-то неуловимое, неясное, необъяснимое, то, что нельзя потрогать, увидеть, а можно ощутить, только вдыхая это волшебство!

В один из дней нашего пребывания во Франции мы решили воспользоваться метрополитеном, чтобы доехать до места встречи с Ларисой. Интересующая Киру программа конгресса в этот день начиналась с четырнадцати часов, и у нас было достаточно времени для очередной экскурсии. Откровенно говоря, мысль увидеть парижское метро и сравнить его с нашим московским давно не давала нам покоя. Дорога от нашего отеля до станции метро занимала примерно десять минут. Было утро, не могу сказать, что раннее, часов девять, но создавалось впечатление, что парни из службы по уборке мусора проспали. Везде стояли наполненные контейнеры и урны. На улицах и тротуарах то тут, то там валялись обёртки, пластиковые баночки, целлофановые пакеты и другой всевозможный мусор. Была картина утреннего беспорядка, как после ночного массового гуляния, но это не так, гуляние здесь ни при чём. Уборщики начинают работать поздно, несмотря на то, что это центр европейской столицы. И вообще, Париж чистотой не отличается. А вот парижское метро от московского отличается очень! Наше метро моложе французского на тридцать пять лет. Французское было открыто во время проведения Всемирной выставки 19 июля 1900 года. Все стации имеют сводчатую конструкцию, оформление интерьера очень простое, архитекторы по поводу красоты не заморачивались. Наше московское метро – это произведение искусства, особенно станции начального периода строительства. Не зря существуют экскурсии для иностранных туристов по станциям московского метрополитена, у каждой есть своя история, свой стиль!

Отличительная черта большинства станций парижского метро – это платформенные раздвижные двери, открываются только по прибытии поезда, тем самым гарантируя безопасность пассажиров от падения на рельсы. Существуют в метро и автоматизированные линии, то есть без участия машиниста в процессе движения. Мы узнали, что ехали на таком поезде, только после прибытия на нужную станцию. Стоя на платформе, я высказала мысль, что, зная об отсутствии машиниста, не рискнула бы воспользоваться этой линией, но тут же подумала: а почему я не должна доверять компьютеру и автоматизированному процессу, ведь никто ещё не отменял такое понятие как человеческий фактор, который играет не последнюю роль в аварийных ситуациях на различных видах транспорта. И я постаралась это новшество метрополитена принять. Но то, что в наше время, в центре современной Европы, в метро двери вагонов большинства линий открываются не автоматически, а вручную, – это парадокс! И трудно понять, что, запуская автоматизированные линии, конструкторы не решили такую задачку, как автоматическое открывание дверей. Чтобы открыть дверь вагона, пассажирам нужно нажать зелёную кнопку, а в другом варианте – поднять металлический рычаг. Это, конечно, удивляет!

В метро публика разная, в манере одеваться никакого французского шарма не наблюдается, люди одеты просто, можно сказать, небрежно и даже порой безвкусно. Встречались экземпляры в спортивных трико с вытянутыми коленями, с целлофановыми пакетами в руках. Скорее всего, Франция как законодательница моды проявляет себя только на подмостках модных показов. А может быть, наблюдая за внешним видом людей, которые пользуются транспортом подземки, мы делаем неправильные выводы, и высокая мода, независимо от страны, радикально отличается от моды повседневной, простой, удобной, в которую каждый из нас вносит свой отличительный штрих?! Я допускаю, что так оно и есть.

Прогуливаясь по Парижу, мы часто замечали такую картину: мужчина, везущий перед собой детскую коляску, рядом с ним идёт ребёнок, а на груди в «кенгурятнике» – ещё один. Для нас непривычная ситуация, ведь всё происходит в будни, в дневное время. Это не была воскресная прогулка многодетного папаши. Такие встречи происходили неоднократно, и поэтому они нас заинтересовали. Наш гид Лариса объяснила, что такое разделение обязанностей во французской семье нередко: мать семейства работает, а отец занимается с детьми. И вообще о французских мужчинах она не очень высокого мнения: в основной своей массе они обидчивы, нерешительны и ленивы. Это не моё мнение, а мнение женщины, живущей много лет во Франции и имеющей мужа француза. Ещё нам Лариса рассказала о том, что относительно недавно, где-то примерно с конца девяностых или немного позже (точную дату она не помнит), разрешили женщинам служить в дорожной полиции, прежде это не допускалось законом. И теперь мужчины-водители опасаются попадать под полосатый жезл дамы в полицейской форме, и не напрасно, потому как дамы при задержании нарушителя оттягиваются по полной! С меньшей строгостью к таким водителям относятся мужчины-полицейские.

Архитектура Парижа поражает своей оригинальностью и красотой! Улицы прямые, как лучи, расходящиеся от центральных площадей. Дома, находящиеся в начале улиц, похожи на огромные морские лайнеры или на каменные вытянутые треугольники, острые углы которых сужаются до ширины оконного проёма. Все здания в городе, будь то административные, жилые или исторические, соседствуют с аллеями, скверами, садами, парками или же находятся непосредственно на их территории. Париж – зелёный город, и надо отдать должное ландшафтным дизайнерам и специалистам, ежедневный труд которых позволяет всем нам любоваться этой красотой. Но эти ландшафты были бы менее привлекательными, если бы на их территории не располагались великолепные фонтаны, которые являются отдельным и очень значимым направлением в искусстве. Одну из экскурсий, по предложению нашего гида, мы решили посвятить самым известным фонтанам Парижа. В первый день нашего пребывания в стране мы уже имели возможность полюбоваться двумя прекрасными фонтанами, исполненными в изумрудно-золотых тонах, с колоннами и статуями, изображающими мифических персонажей. Фонтаны Морей и Рек были построены на площади Согласия, чтобы создать композицию с одиноко стоящим египетским обелиском, но получилось так, что они стали восприниматься как отдельные произведения искусства.

Дома, похожие на морские лайнеры

На улицах Парижа

На площади Сен-Мишель находится фонтан Святого Михаила. Святой изображён в тот момент, когда он в борьбе с дьяволом занёс над ним свой меч. Влюблённые считают этот фонтан своим романтическим символом. Бросая монетки, они загадывают желания и верят в их исполнение.

В саду Марко Поло сооружён оригинальный по своему замыслу фонтан Обсерватории, изображающий четырёх обнажённых женщин, кружащихся в танце, эти фигуры олицетворяют четыре стороны света: Азию, Америку, Африку и Европу. На голове они держат сферу с земным шаром внутри. Парижанам этот проект изначально показался вульгарным и вызывающим, но, как часто бывает, со временем они смирились, и фонтан стал неотъемлемым символом города.

Фонтан Невинных находится на площади Жоашен Дю Белле. Это самый старый парижский фонтан, открытый в семнадцатом веке в честь коронации Филиппа Второго. Он создан в стиле ренессанса. Отличительная черта этого фонтана в том, что потоки воды не устремляются вверх, а стекают вниз по ступеням.

Самым романтичным считается фонтан Медичи. Он возведен в семнадцатом веке в стиле барокко для Марии Медичи, чтобы его вид напоминал королевской особе о её родной Италии. Фонтан находится в Люксембургском саду. Во время прогулки по саду мы наконец-то увидели истинных парижанок, это были пожилые леди, как будто только что покинувшие парикмахерский салон. Совершенно белые седые волосы были аккуратно уложены, на лице – минимум косметики, на маленьких, сухоньких ручках – маникюр в бледно-розовых тонах. Они мило беседовали между собой, редко дополняя сказанное жестами. Их костюмы в стиле «а-ля Шанель» были в пастельных тонах, у некоторых из-под рукавов и у ворота виднелись воланы, а одну даму, на вид самую старшую, украшало великолепное жабо. На ногах – туфельки на небольшом каблучке. У каждой была маленькая сумочка с короткими ручками, её нельзя повесить на плечо, как сейчас это принято, сумочки дамы элегантно держали в руках. В Люксембургском саду нет скамеек, но можно отдохнуть на удобных стульях со спинками, которые вы можете поставить в любое понравившееся место. Дамы своей небольшой компанией облюбовали место у пруда, в котором дети пускали управляемые модели корабликов. Глядя на этих леди, можно было подумать, что мы попали в позапрошлый век, где нет стремительных скоростей, компьютеров и всевозможных гаджетов, где даже старость может быть элегантной, красивой и благородной.

Фонтан Морей на площади Согласия

Фонтан Медичи

Люксембургский сад

Люксембургский дворец

Прогулка по Люксембургскому саду

Фонтан Мольера как будто врос в стену здания, он посвящён великому драматургу Мольеру. Чёрного цвета, с книгой в руках, Мольер сидит в кресле, статуя стоит на контрастном белоснежном постаменте. Впечатляет! Фонтан находится на перекрёстке улиц Ришелье и Мольера.

Парижане не очень любят фонтан Сен-Сюльпис. Может быть, замысел архитектора их не устраивает? Оказывается, нет. Обычный фонтан, украшенный статуями рычащих львов. Это многоуровневое сооружение с водопадами и бассейнами. Выяснилось, что фонтан преграждает вход в церковь, находящуюся на площади Сен-Сюльпис. Да, причина нелюбви серьёзная!

Необычное и забавное зрелище – фонтан Стравинского. Сюрреализм! В прямоугольном бассейне под музыку двигаются странные фигуры: огромные губы, разноцветные колёса, скрипичный ключ, шестерёнки, русалка с округлыми формами, извивающиеся трубочки в цветах радуги. Что-то невообразимое и странное. И поэтому смотрится с интересом! Этот фонтан находится рядом с центром современного искусства Жоржа Помпиду. Кстати, у нас с Кирой в планах посещение этого центра в ближайшее время. Ещё мы планируем увидеть не менее уникальный фонтан Агама, но позже. Фонтан находится в центре делового района Дефанс – это за городом, мы решили посетить деловой центр в конце нашего пребывания в Париже.

Самый величественный, изумительный, самый красивый – это всё о фонтане Трокадеро. Он был открыт в 1937 году к очередной Всемирной выставке в Париже. Фонтан представляет собой комплекс газонов и бассейнов. Двадцать водомётов взметают струи разной высоты, с разной силой напора, и брызги воды попадают на проходящих мимо людей. Со стороны Сены фонтан украшают две скульптуры: «Радость жизни» и «Молодость». У верхних бассейнов возвышаются два скульптурных ансамбля: «Лошадь и собака» и «Бык и олень». Со стороны садов Трокадеро смотрят на фонтан скульптуры под названиями «Девушка» и «Человек». В дневное время радужным спектром солнце отражается в струях воды, художественно освещая статуи, украшающие фонтан. Но особенное впечатление на туристов и жителей столицы производит ночная подсветка этого замечательного сооружения. Звучит негромкая музыка, и брызги фонтана, как брызги шампанского, играют под лучами прожекторов и вызывают восторг людей, пришедших полюбоваться этим представлением. Парижане любят фонтан Трокадеро не только за его красоту, но ещё и за возможность в жаркий летний день искупаться в водах большого бассейна или отдохнуть на его склонах! Странно видеть в центре Парижа, на Марсовом поле, вблизи Эйфелевой башни полураздетых людей в купальниках и плавках, резвящихся в воде или лежащих на траве вдоль бассейна. А в зимнее время, когда фонтан покрывается льдом, парижане и гости столицы катаются здесь на коньках. Но этого мы увидеть не смогли, так как было лето, и поверили нашей Ларисе на слово. По обеим сторонам фонтана расположены лестницы, по которым можно спуститься к Эйфелевой башне, что мы и сделали.

Потрясающая, уникальная Эйфелева башня – самый запоминающийся символ Франции, символ Парижа, известный во всём мире! Как можно было не полюбить её с первого взгляда? Как можно было назвать её чудовищной и бесполезной? Даже творческая интеллигенция, писатели и художники (а их набралось триста человек), направили в муниципалитет протест, в котором предлагали разобрать башню, как объект, портящий панораму Парижа! В то время их подвели художественный вкус и чутьё! Башня оказалась очень полезной: здесь в 1898 году был проведён первый сеанс беспроводного телеграфа, в 1906 году размещена радиостанция, в 1908 году оборудована первая высотная метеорологическая лаборатория. Можно очень долго перечислять достоинства этой башни, которая была построена в 1889 году к Международной научно-технической выставке, а выставка была посвящена столетию Великой французской революции. Какая насыщенная и богатая биография! Видно было, с каким удовольствием и взахлёб вела свой рассказ наш гид Лариса, уже потом она призналась, что очень любит проводить экскурсии к Эйфелевой башне, что много читала и изучала архивные материалы об этом уникальном объекте. Так как у нас уже были билеты, купленные ещё в Москве по интернету, нам не пришлось выстаивать огромную очередь в кассу. Около иностранных туристов то и дело шныряли молодые чернокожие мужчины, предлагая сувениры, нанизанные на кольцо из толстой проволоки, изображающие Эйфелеву башню. Прежде чем пройти билетный контроль, мы вместе с Ларисой решили прогуляться в окрестностях башни, и она подвела нас к северной колонне, где находится позолоченный бюст Гюстава Эйфеля. Оказывается, Эйфель проявил свой талант не только в создании этой уникальной башни, но и в конструировании железнодорожных мостов, виадуков и в работе над металлическим каркасом статуи Свободы, которую Франция подарила Америке. А ещё мы узнали, что он приложил руку к созданию Троицкого моста, который находится в Санкт-Петербурге. Пройдя билетный контроль, мы поднялись на одном из трёх лифтов на второй этаж, который находится на высоте ста пятнадцати метров. Кабина лифта оказалась очень большой, народу в неё загрузилось много, стояли плотно друг к другу. Можно было почувствовать дыхание рядом стоящего человека, ощущение дискомфорта нарастало, это происходило ещё потому, что через стеклянные двери лифта были видны огромные колёса, на которые медленно наматывался трос, поднимающий нашу кабину вверх. Гулкий монотонный скрежет сопровождал нас на этом пути. Я боюсь и всегда боялась высоты, но отказаться от подъёма на Эйфелеву башню я себе не могла позволить. Вопрос «На какой уровень дальше будем подниматься?» так и повис в воздухе. Глядя на меня, а вернее сказать, на моё состояние, было понятно, что ста пятнадцати метров вполне достаточно! Ограждение на смотровой площадке показалось мне прочным, и я «смело» приблизилась к нему. Кира поздравила меня с этим героическим поступком, и мы, обнявшись, посмотрели вниз, где лежал, сверкая вечерними огнями, большой и прекрасный город Париж. Душа растворилась и улетела, подхваченная лёгким вечерним ветерком. Этот момент хотелось запечатлеть в памяти навсегда и рассказать всем, кто не знал и, возможно, никогда не узнает то, что ощутила я в этом далёком и загадочном городе. И очень важно, что в моменты открытия, узнавания, восхищения рядом со мной был самый любимый и близкий человек – моя дочь!

Эйфелева башня

Вечерний Париж – это особая неповторимая атмосфера. Неторопливо прогуливающиеся люди, уютные уличные кафе, фонтаны с подсветкой, переливающейся цветами радуги, уличные музыканты, извлекающие из своих инструментов негромкие задушевные мелодии. На первый взгляд кажется – всё то же, что мы наблюдаем во всех вечерних городах мира, но здесь появляется особое состояние души: вам хорошо, легко, вы замечаете, что непроизвольно улыбаетесь, хочется разговаривать вполголоса или просто молчать и слушать. Где-то внутри созревает чувство сопричастности ко всему тому, что вас окружает, что вдохновляет вас, делает тоньше, деликатнее. Эта атмосфера объединяет всех, кто находится на вечерних улицах города: чинно прогуливающиеся пожилые пары, молодых людей, катающихся на сегвеях по старым мощёным улицам, разноязычных посетителей кафе, детей, которым в обычное время давно пора спать, но сейчас всё можно, потому что лето и каникулы, – всё это сливается в единую гармоничную картину покоя, мира и любви! После активного дня, наполненного событиями и впечатлениями, хочется расслабиться и посидеть в кафе, если повезёт, то вы сразу найдёте свободное место, если нет, то вам придётся пройти дальше по улице, откуда не будет так хорошо виден фонтан, но от этого никак не пострадает вкус заказанных вами блюд. Тушёные овощи с душистыми травами и специями, жареный картофель, мясо в кисло-сладком соусе, печеные яблоки и груши в прозрачной карамели – всё просто и вкусно; и, конечно же, французское вино, лёгкое, с романтичной ноткой парижского вечера!

Вечерний Париж. Вид с Эйфелевой башни

Мы так привыкли, что в Париже всегда хорошая солнечная погода, которая настраивает нас на позитивный лад, что накрапывающий утренний дождик удивил нас и немного расстроил. Но ничто не могло помешать нашему посещению Лувра, намеченному на этот день. Миллионы людей приезжают в Париж из разных стран, чтобы увидеть сокровища одного из самых популярных художественных музеев мира, который находится на правом берегу Сены на улице Риволи. Здание музея – это старинный королевский дворец, на протяжении длительного времени он неоднократно менял своё функциональное предназначение. В какое-то время он был крепостью с мощными каменными стенами. Здание выглядит фундаментально и основательно, и соседство с хрупкой стеклянной пирамидой, которая возведена в центре Наполеоновского дворика, слегка удивляет. Автор пирамиды – архитектор китайского происхождения Йо Минг Пей. Парижане, как это часто бывает, приняли в штыки странное и, как им казалось, неуместное архитектурное сооружение, но потом смирились и в путеводителях по Парижу причисляют его к достопримечательностям города. В настоящее время стеклянная пирамида выполняет роль входа с кассами. У каждой грани пирамиды расположен треугольный бассейн с фонтанами. А вот скульптура Людовика Четырнадцатого, восседающего на резвом скакуне, очень гармонично смотрится на фоне Лувра.

Лувр

Стеклянная пирамида Лувра

Внутри стеклянной пирамиды Лувра

Знаменитый музей собрал в своих залах невероятное количество реликвий, представляющих не только минувшие эпохи Европы, но и культуру других стран: Египта, Греции, Ближнего Востока, Ирана, Африки и Америки. В нём гармонично сочетается прошлое с настоящим. Самое знаменитое полотно Лувра – «Джоконда» Леонардо да Винчи. В зале, где висит картина «Мона Лиза», всегда многолюдно, оригинал картины небольшого формата находится под защитой толстого бронированного стекла, вокруг картины стоят турникеты, не позволяющие приблизиться к ней. Через толпу очень трудно пробраться, чтобы встать у самых турникетов и рассмотреть это художественное произведение. Многоязычный говор, щёлканье фотокамер, напряжённые взгляды, пытающиеся уловить в этом шедевре то, о чём только слышали или читали, то, что хотели увидеть, но не смогли, ещё будучи у себя на родине, тщетно пытаясь рассматривать репродукции. И теперь, находясь в Лувре, экскурсанты с большим интересом устремили свои взоры на оригинал. Скажу вам откровенно: это сделать было очень трудно, стекло, защищающее полотно, бликовало, расстояние от толпы до портрета было велико, сам портрет имел очень небольшой формат. С самого начала на лицах людей был восторг ожидания, все без исключения хотели увидеть загадочную улыбку на лице Моны Лизы. И здесь, как по заказу, из соседнего зала появилась группа туристов с англоговорящим гидом, мы стали прислушиваться к лекции экскурсовода, которая объяснила причину таких строгих мер безопасности. Оказывается, «Джоконда» 22 августа 1911 года была украдена итальянцем Винченцо Перуджа, он мотивировал свой поступок патриотическим порывом и желанием вернуть картину на родину в Италию. Но, проспав на матраце, под которым лежала картина, два года, Винченцо решил продать творение знаменитого мастера, позабыв напрочь о патриотизме и альтруизме. На этом горе-похититель и погорел! Вокруг похищения ходило множество слухов. Вначале его приписывали Кайзеру Вильгельму Второму, желающему развязать новую войну с Францией и доказать слабость этой страны. Затем – Сальвадору Дали, учитывая его экстравагантность и немыслимый эпатаж. И уже потом заподозрили Пабло Пикассо, вспомнив его некорректное и злобное высказывание в адрес музея: «Лувр – это гробница искусства». Несколько лет газеты пестрили всевозможными предположениями, и только сообщение о гибели «Титаника» вытеснило тему похищения «Джоконды» с первых газетных полос. С тех пор возвращённое в Лувр полотно усиленно охраняется.

Дальше экскурсовод повела речь о загадочной и неуловимой улыбке Моны Лизы, которую не каждый способен увидеть и понять. А улыбка эта может проявиться под определённым углом зрения, и рассматривать нужно лицо не полностью, а фрагментами: отдельно подбородок, отдельно губы и кончик носа, зрительно совмещая их! Друзья мои, ну как это можно принимать всерьёз?! Но экскурсанты слушали внимательно и начинали проводить эксперименты над своим зрением, пытаясь найти правильный угол, под которым нужно смотреть на картину. Они наклоняли головы то вправо, то влево, некоторые поочерёдно прикрывали ладонью глаза. На это было грустно смотреть. Кто придумал эти уловки и позы, которые позволят увидеть то, чего нельзя видеть, просто спокойно глядя на картину?! Я не хочу показаться Фомой Неверующим или круглой невеждой, но повторять за кем-то, что меня очаровала неуловимая, постоянно меняющаяся улыбка этой безбровой, но, конечно же, талантливо изображённой девушки, я просто не могу. Ещё в XIX веке, и я это узнала совершенно случайно, известный искусствовед Теофиль Готье считал «Мону Лизу» не лучшей работой гениального Леонардо да Винчи. А ведь картина стала известной и привлекла к себе внимание только после злополучного похищения. Господа, кому-то не понравятся мои размышления, но это моё личное мнение и моё впечатление от увиденного. И я в своих чувствах была не одинока: на лицах экскурсантов я наблюдала некую растерянность, это говорило о том, что люди не могли уловить момент то появляющейся, то исчезающей загадочной улыбки «Джоконды»! Но им неловко было это признать… Ну, довольно об этом, а то я слишком увлеклась.

Переходя из зала в зал, не перестаёшь восхищаться невероятным количеством реликвий, представляющих собой шедевры, отражающие культуру минувших эпох разных стран. Описать это невозможно, это нужно видеть! Одни только росписи на потолках достойны восхищения, не говоря уже о трехстах пятидесяти тысячах произведений, находящихся в залах Лувра! Великолепные скульптуры поражают воображение, говорят о высоком мастерстве и профессиональном владении знаниями анатомии человеческого тела. Самые известные скульптуры музея – это Венера Милосская и Ника Самофракийская. При взгляде на плавные, нежные изгибы женской фигуры забываешь, что всё это сделано из твёрдого мрамора, плохо поддающегося обработке. Кажется, что в камне чувствуется тепло, что это тело дышит и живёт! И не хочется вступать в дискуссию о том, что было у Венеры Милосской в руках, а может, их никогда и не было, и безрукая Венера так задумана автором. Это не имеет значения! Она прекрасна, женственна и создавалась с любовью! И очень жаль, что у Ники Самофракийской – богини победы – отсутствует голова, но у неё есть крылья, и она может взлететь!

День был долгим, но интересным, с массой впечатлений и разных открытий. Приближался чудесный летний вечер, и мы с Кирой поспешили в кафе, приглянувшееся нам накануне. Сидели в удобных плетёных креслах у круглого столика, на котором стояла маленькая лампа с сиреневым абажуром, и разговаривали. Нам всегда есть о чём поговорить, у нас очень много общего, при этом мы такие разные, но самые близкие и родные люди на свете, и нам хорошо, когда мы вместе. Уже был поздний вечер, завтра наступит новый день, надеемся, что он нас не разочарует и будет ярким и позитивным. А пока – доброй ночи, Париж!..

Солнце разливалось по улицам города, а значит, можно предположить, что с самой высокой точки Парижа – стотридцатиметрового холма Монмартр – в хорошую солнечную погоду будет прекрасный обзор, на пятьдесят километров вокруг. Так, по крайней мере, утверждается в путеводителе. А если выражаться точнее, то нас интересовала одна из самых популярных достопримечательностей французской столицы – собор Сакре-Кёр и его смотровая площадка. Взойти на Монмартр можно по знаменитой лестнице или с помощью фуникулёра. Ещё в девятнадцатом веке Монмартр привлёк к себе внимание многочисленных деятелей искусств. Здесь жили и творили Ренуар, Тулуз-Лотрек, Ван Гог, гораздо позже – Пикассо, Модильяни, Брак. Бедные художники и поэты снимали здесь маленькие комнатки, где не было света, газа и на несколько этажей был всего один водопроводный кран! Как они жили в таких условиях, трудно представить! Как соблюдали личную гигиену? Этот вопрос остаётся без ответа. Бытовых условий не было, а вот многочисленных баров и кабаре было достаточное количество. И все они имели интересные названия: «Проворный кролик», «Мулен Руж» («Красная мельница»), «Чёрный кот». Монмартр является излюбленной целью туристов, он оккупирован художниками-портретистами, карикатуристами и графиками, которые за небольшую плату, в течение пятнадцати минут, напишут ваш портрет или карикатуру на вас. Кроме экспресс-произведений, художники занимаются выставками собственных работ, тут же, недалеко, на площади Тертр. Во время подъёма на холм мы любовались живописными улочками, на которых нередко встречались церкви и часовни, галереи художников, музеи, многочисленные скульптуры. Восхождение немного утомило нас, и мы решили отдохнуть в одном из многочисленных кафе. Делая заказ, мы и не догадывались, что находимся в очень известном кинематографическом месте, а именно в кафе «Две мельницы», где снимался фильм «Амели» с Одри Тоту в главной роли. Мне очень нравится эта картина, где девочка, не имея больших возможностей и средств, смогла сделать свою жизнь и жизнь окружающих людей более яркой, доброй и многоцветной! И в награду за это она получила любовь! Конечно, почти сказочная история, и фильм снят необычно, но какое светлое и душевное настроение после просмотра! Немного подкрепившись, мы продолжили свой путь. Многочисленные художники Монмартра ничем не отличаются от уличных художников на московском Арбате или от художников на проспекте Кирова в Саратове. Я думаю, что в центре каждого города есть улица, где можно быстро и недорого получить свой портрет, чаще всего, как показывает практика, отдалённо напоминающий реального заказчика. И вот наконец – вершина холма, увенчанная собором Сакре-Кёр, который чаще всего экскурсоводы называют «Базиликой Святого Сердца». Возведение храма шло медленно, с 1875 по 1914 год. Плывущий грунт, изрытый старинными каменоломнями, финансовые проблемы – всё это тормозило строительство, но произошёл прорыв благодаря энтузиазму архитектора Поля Абади и отдельных религиозных деятелей. Внутри базилика украшена цветными витражами и монументальной мозаикой на тему «Благоговение Франции перед Сердцем Господним», выполненной художником Мерсоном. Над портиком возвышаются две конные статуи – Людовика Святого и Жанны Д’Арк. Белокаменный храм восхищает, создаётся впечатление воздушности и невероятной лёгкости этого великолепного сооружения. Со смотровой площадки собора Сакре-Кёр открывается панорама города, и верно сказано в путеводителях, что в погожий солнечный день всё видно, как на ладони, можно рассмотреть каждую улицу. Восхождение на самый высокий холм сто́ит того, чтобы увидеть Париж в солнечных лучах летнего дня!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.