Татьяна Алая
Принц далекого Авалона

Глава 1

В этот обычный день солнце, как и биллион раз до этого, или даже много больше, томно поднялось над горизонтом, зависло на несколько долгих часов на небе, и тем самым подарило радость или печаль миллиардам людей еще на сутки на этом шарике под названием Земля. А затем мирно покатится за горизонт. Тоже, как биллион раз до этого.

Но этим утром оно в том числе оно светило и Джону Улоу, конкретно которому даря скорее радость, чем печаль, судя по тому, какой бодрой походкой он обыденно шел утром на работу, насвистывая незатейливую мелодию и чувствуя себя вполне счастливым.

Джон был обычным среднестатистическим американцем, тридцати с хвостиком лет от роду, не красавец, но с приятной открытой внешностью, копной темных волос и обладателем небесно– голубых глаз, которые особенно нравились женщинам. Но ничем другим более выдающимся он от других таких же, идущих рядом с ним людей или вообще любого взрослого мужчины в этом городе, не отличался. И как обычно, все люди в той же обычной жизненной суете и сейчас сновали рядом, так же спеша на работу или по другим своим насущным делам как в любой день.

Нет, ну были, конечно, моменты, когда жизнь подкидывала Джону разные неприятные сюрпризы и не очень его устраивала, но большую часть его жизни ему все нравилось, поэтому он был уверен, что все в общем и целом у него все хорошо и ему многое удалось, надеясь на столь же спокойное и приятное существование и в дальнейшем.

«И ведь всего этого я добился собственным силами: умом и руками, пусть и несколько дольше, чем рассчитывал, но добился!» – думал Джон, вполне довольный собой, – «Всего– то к каким– то тридцати трем, но все же» – улыбался он про себя при одной этой мысли.

Джон был единственным сыном эмигрантов из Европы, которые приехали в Штаты, когда ему стукнуло четыре, и будучи неглупым малым, лет в шестнадцать понял, что просто так в этой прекрасной «Стране Мечты» под названием Америка не пробиться и успеха особого не добиться, если не крутиться и не «сбивать масло» поэтому целенаправленно пошел служить в армию, чтобы заработать денег на высшее образование, да еще и получить приятные льготы.

Он честно оттрубил в пехоте пять лет, а потом закончил престижный колледж и, наконец, к своему огромному удовольствию стал очень достойным айтишником. Джон даже умудрился устроиться на хорошую работу по профессии и сейчас неплохо зарабатывал, так что, считай жил «как в клевере»[i], как говаривал его друг Майкл.

Но самому Джону при всех его успехах как будто чего– то не хватало. Это чувство особенно сильно донимало его в последний год. Он периодически задумывался, что гложет его, но на фоне успешной жизни, к которой он так усиленно стремился и которую так настырно добивался, это казалось такой мелочью, что мужчина даже не считал нужным анализировать это свое ощущение.

Хотя Джон не мог не признаться себе, что в армии были хоть какие– то приключения и адреналин, а сейчас все было до тоски размеренно и однообразно.

«Если честно, мне не хватает этого, но и менять я ничего не собираюсь», – думал тем не менее он, не взирая на свои периодические метания. –«Вот с Сарой вчера покричали, ну хоть какое– то развлечение», – с сарказмом подумал мужчина, улыбнувшись.

Сара была его девушкой последние года три, с которой они с заядлой периодичностью цапались, а потом бурно мирились, и судя по тому, что это происходило постоянно и они были до сих пор вместе – обоих это вполне устраивало, и Джон даже последнее время все чаще подумывал жениться на ней.

«Если уж строить успешную жизнь, то как без семьи и детишек?» – задумался как– то он, вполне серьезно обдумывая эту идею. –«А с ней хотя бы весело».

Этим вечером Джон, как и всегда устало ехал домой в пригород Нью– Йорка под названием Нью– Джерси в свой небольшой домик, заработанный честным трудом и кровью. В прямом смысле. У него до сих пор в дождь или просто сырую погоду ныла нога от ранения, хоть и ножевого, когда какая– то сволочь проткнула ему ляжку насквозь, чудом не задев кость.

Но все это было в прошлом.

«Всего то переехал мост, и ты почти в раю», – думал Джон, проезжая по главной улице городка, ставшего за последние два года ему почти родным, по пути к дому, с довольным видом наблюдая за проплывающими за стеклом машины вереницей частных домов, стоящих вдоль всей улицы, в конце которой было как раз его жилище с аккуратно постриженной лужайкой.

Джон улыбнулся своим мыслям, какой он все– таки молодец.

Войдя домой, мужчина устало переоделся, вздохнул, посмотрев и опять убедившись, что в почти пустом холодильнике так ничего и не появилось, уселся на диван с последней банкой пивка и включил телек. Там шла какая– то познавательная историческая дребедень от Би– Би– Си. Он никогда не выдерживал смотреть такое, поэтому и сейчас, немного раздраженно выдохнул и переключил. По другому каналу шел сериал про Короля Артура и Мерлина, благородно сражавшимся за справедливость в глубоком Средневековье. На других каналах было не лучше: все какая– то тягомотина. Никакого тебе боевичка или триллера. Джон не выносил всю эту романтическую туфту про благородных рыцарей и невинных дам, это было приторно до оскомины на зубах.

– Какая чушь везде! – ругнулся Джон и устало прилег на диван, подложив руки под голову.

«Хорошо, что завтра суббота», – подумал он расслабленно и прикрыл глаза.

Джону вообще сегодня что– то нездоровилось.

Он вдруг подумал, как скучно прошла его рабочая неделя, вообще без каких– либо событий, а еще голодно, потому что забывал заехать в магазин и всю неделю заказывал пиццу и вот, на тебе, опять с Сарой поругался, что теперь ей даже не позвонить и не напроситься на ужин или хотя бы позвать к себе, чтобы она привезла бургеры с картошкой фри, и, конечно, никакой приятной ночи.

«Получается, сегодня вечером жизнь не очень удалась», – тоскливо выдохнул он. –«Да пропади оно все пропадом!» – подумал Джон, имея слабость к громким фразам.

Его вообще целый день мутило и даже что– то даже есть уже не хотелось.

«Так что не очень– то стоит расстраиваться отсутствием еды», – подумал он. –«А пивка вполне хватило заморить червячка», – и Джон в этом состоянии не заметил, как уснул.

Но засыпая, он и предположить не мог, что это его желание, а скорее просто фраза, так легкомысленно брошенная вслух, может случиться столь быстро и настолько буквально….

[i] Аналогично русскому «кататься как сыр в масле"

Глава 2

Джон медленно просыпался, постепенно приходя в себя от сна, еще лежа с закрытыми глазами. Он медленно спросонья потянулся, радуясь субботе, и к своему удивлению, почувствовал, что лежит на чем– то твердом, которое неприятно впивалось в спину и скребло кожу через футболку, в которой он уснул.

Мужчина замер.

Он лежал в полной темноте, но его внезапно обострившаяся интуиция говорила, вернее орала во весь голос, что он явно не дома. Джон отлично помнил, что уснул на диване под звук этого долбанного сериала про Артура и Мерлина, а теперь отчетливо уловил прохладу, скользящую по коже, странные запахи зелени и почему– то мха, а где– то вдалеке раздавался звук где– то капающей воды.

– Что за черт! – ругнулся он тихо вслух и звук его голоса разнесся эхом.

Тут уж Джон резко открыл глаза, сразу же поняв, что находится где– то словно в пещере. Было совершенно темно.

– Какого черта тут происходит?! –  громко сказал он и эхо практически оглушило его самого.

– Вот только орать не надо, принц, пожалуйста! – услышал он неожиданно где– то сбоку недовольный тихий , но молодой голос и вздрогнул.

– Кто здесь?! – прошептал Джон, потому что в темноте практически ничего не видел, особенно говорившего.

– Это я, Тоби, – сказал удивленно тот.

– Тоби– это кто? – не понял Джон.

– Ну как же, ваше высочество! Я же ваш оруженосец! – немного обиженно произнес тот, который Тоби.

– Мой кто?! – выдохнул Джон, пытаясь сесть и вообще понять хоть что– то. – И почему я в пещере? – в недоумении спросил он.

– Вас же похитили, мой принц. И я так рад, что наконец нашел вас! Третьи сутки ищем всем дворцом! – обеспокоенно, но искренне радостно произнес молодой голос.

«Час от часу не легче!» – подумал Джон. –«Мало того, что у меня какой– то, как бишь его там, оруженосец, так меня еще и похитили».

Джон мог поверить в сам факт похищения с большой натяжкой, ну допустить, в принципе, мог, хотя сейчас больше удивился, чем испугался. Но теперь вроде что– то прояснялось. Значит его похитили из дома, где он уснул, но кто и зачем?! А потом кто будет платить выкуп, если рядом кроме этого Тоби никого нет? Или его хотят почему– то убить? А причина?! И почему он в пещере, а не в подвале или дешевой конуре в мотеле, что было бы понятнее?! И вообще откуда этот Тоби взялся, если тут темнота хоть глаз выколи!!?

Джон схватился за голову, которая тихо начала раскалываться от боли и кучи вопросов, теснивших мозг. А еще его разум неожиданно зацепился за слова «дворец» и «принц», которые вводили мужчину в ступор.

«Какого черта тут творится?!» – не удержался задать тот же вопрос Джон, но уже про себя.

И тут инстинкт сделал первое, что пришло в голову.

Он резко пополз туда, откуда последний раз слышал голос, пытаясь присмотреться где стоит говоривший, а увидев чуть беловатое пятно впереди, попытался схватить этого пресловутого Тоби, решив хорошо потрясти его за грудки, чтобы выведать все, что тот знает.

Но его руки схватили пустоту.

– Тоби!! – взревел Джон, тут же в очередной раз оглохнув от эха собственного голоса.

– Я здесь, ваше высочество! – сказал голос чуть левее тихо.

Джон попытался тут же схватит там, где только что раздался голос, но опять в руках был только воздух.

– Я схожу с ума! – в отчаянии прошептал Джон.

– Нет, что вы! Это же мой дух. Странно, что вы, мой принц, это не поняли. Это же обычное дело.

– Твой что?!? – выдохнул оторопело Джон.

– Мой дух. Когда надо где– то быстро оказаться, я переношу мой дух. Хорошо, что в детстве я лазил здесь и потому смог найти это место и сюда перенестись. И, к счастью, нашел вас. А то все уже впали в отчаяние, даже ваш брат Эрик.

У Джона голова пошла кругом. Принц, дворец, какой– то Эрик и дух… У него в жизни не было братьев или сестер…

«Надо срочно выбираться отсюда!» – подумал Джон, надеясь, что свежий воздух и солнечный свет хоть чуть– чуть помогут ему лучше думать, искренне начиная верить, что сошел с ума.

– Выведи меня отсюда! – тихо произнес он Тоби, на что тот согласно гукнул и произнес:

– С радостью! Идите за мной, мой принц!

Осторожно, на ощупь, следуя за своим спутником, по мере приближения к просвету, Джон смог лучше видеть Тоби и, наконец, рассмотреть его. После первого шока, Джон понял, что пареньку от силы лет двадцать, сухощавый, темноволосый и до противного бодрый. Джон ошалело старался не обращать внимание, что его молодой друг был мало того, что полупрозрачным, так еще и странно одет в какую– то светлую рубаху до бедра, тканевые лосины, на ногах сапоги из хорошей кожи на шнурках, а на груди были скрещивающиеся кожаные ремни как обычно носят те, у кого есть оружие, а еще поясной ремень с мешочком на боку. Джон, стараясь не впадать в панику, сейчас, решив сконцентрировался исключительно на том, чтобы выбраться из пещеры, шел молча. Попутно он размышлял как действовать, предпочитая сначала выбраться, а затем уже спокойно сесть и все неторопливо обдумать.

«Годы службы не прошли зря», – вдруг подумал Джон невольно, только сейчас осознавая, что годами тренировок его мозг стал заточен на решение текущей проблемы, собирая факты и спокойно реагируя на непонятное, вместо того, чтобы заставлять тело орать во всю глотку от того, что видит, что бы то ни было: рота врагов против его одного или полупрозрачный юноша впереди.

«Паника – это последнее, что поможет солдату!» – говаривал его сержант еще во время обучения.

Но надежды Джона на то, что он на свежем воздухе придет в чувство и все сразу поймет рассыпалось в прах, как только он с помощью Тоби выбрался из пещеры. Когда он оказался снаружи, то точно понял, что это не Нью–Йорк, ни Нью– Джерси и вообще не город. Вокруг был прекрасный зеленый девственный лес, насыщенный летними ароматами и воздухом, от которого кружилась голова, слух улавливал приятный щебет множества непонятных птиц, а солнечные лучи игриво просвечивали сквозь листву.

– Твою мать! – прошептал Джон, понимая что все– таки сошел с ума или у него глюки.

Глава 3

Джон не очень был готов к такому повороту событий. Он до последнего надеялся, что сейчас очнется, а это все окажется странным, непонятным, но все же сном.

Но оглядевшись по сторонам, увидел, что перед его глазами глухой лес, камни у входа в пещеру, небольшая опушка, на которой они и находились, а невдалеке слышался шум ручья. Его разум улавливал слишком уж сильную реалистичность мелких деталей, вплоть до запахов и шорохов. Джон застыл. Рой мыслей проносились в его голове, одна хуже другой.

Во время военных действий он бывал в различных переделках, но эта явно превосходила все то, во что он когда– либо имел привычку глупо ввязаться и в каких участвовал. Но даже в тех случаях у него были карта, план, разведданные, да куча всего, а тут? Что было тут? Да ни фига у него не было и он, твою мать, вынужден сам для начала понять, где он и что он.

Джон в попытке ответить хотя бы на один вопрос быстро окинул себя взглядом, и понял, что одет примерно также, как и прозрачный юноша. Отличием было только то, что его одежда была из немного более хорошей по качеству ткани, хотя Джон был, скорее профаном в этом, чем наоборот. Но одет он был точно не в футболку, как решил в пещере. Джон немного оторопел и на всякий случай присел на камень, попытавшись собраться с мыслями.

Очень нехорошая догадка скребла мозг, а Джон слепо надеялся, что неправ, но факты говорили об обратном.

Тем временем Тоби, видимо, почувствовал, что Джон не следует за ним и обернулся, уже отойдя от него на приличное расстояние. Через прозрачное тело Тоби просвечивал мирный зеленый лесок и тихий журчащий ручеек неподалеку, нежный звук которого хоть немного успокаивал.

– Ваше высочество, нам лучше поторопиться! – вдруг жалобно сказал Тоби оттуда. – Уже совсем скоро начнется Совет Народов, ваш брат настаивал на вашем присутствии! Ну до того, как вас украли, – добавил он смутившись.

– На чем? – спросил Джон и тут же понял, что то, что он уже успел увидеть и узнать за столь короткое время, итак перебор для него, а тут еще какой– то Совет.

– Ну как же! – воскликнул Тоби взволнованно. – Это же важнейшее событие – внеочередной созыв Совета! Ваш брат послал вестников ко всем королям и королевам, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию, и они утром все прибыли! Оттягивали начало только из– за вас, так как сир Эрик все– таки надеялся до последнего, что вас найдут!

«Ситуация разворачивается с катастрофической скоростью, а я до сих пор ничего толком не знаю!» – подумал про себя раздраженно Джон. – «Я еще не понял где я, а тут оказывается, у них еще какая– то «ситуация»! Блеск!» – и он зло вздохнул.

Тоби воспринял этот вздох как выражение чего– то другого, моментально оказавшись около него, а не в пятидесяти метрах, где только что стоял, от чего Джон нервно сглотнул, а тот, не обратив на это никакого внимания, тут же взволнованно и предупредительно заговорил, обращаясь к Джону:

– Ваше высочество! Я знаю, что вы не любите политику и все эти вопросы, связанные с управлением страной, а вам и мне ближе научные труды и исторические фолианты, но так как у вашего брата пока нет наследников, а больше того – он даже не женат, то вы, получается, остаетесь единственным наследником короля, поэтому должны обязательно присутствовать на Совете!

Сказать, что Джон пришел в восторг от всего сказанного, не то, чтобы нельзя было, а наоборот, он приуныл окончательно. Оказывается, принц был законченным батаном, причем безвольным и тихим, который, судя по всему, вообще далек от всего того, чему, по идее, должен быть обучен и к чему подготовлен сызмальства как принц.

Вдруг Джону пришло в голову, что он даже не знает толком как выглядит. Он очень надеялся, что выглядит как обычно, но, судя по тому, что Тоби не кричит и не падает в обморок, а еще вспомнив свою одежду, был почти уверен, что, скорее всего, его худшие опасения все– таки оправданы.

Он не в своем теле.

«Твою мать!» – подумал Джон, встал и, не обращая внимание на удивленный взгляд Тоби, стал медленно приближаться к ручью, идя вдоль его берега и пытаясь найти небольшую заводь, где водная гладь могла бы дать ему хоть какое– то отдаленное представление, что он теперь из себя представляет.

Наконец, он нашел такое место, и сделав глубокий вздох, посмотрел на себя.

На него смотрел молодой юноша лет примерно семнадцати, от силы восемнадцати, если не моложе, светловолосый с изящными чертами лица, в которых читалась кровь благородных предков ни одного поколения. Голубые, немного ошалелые глаза, и изящное телосложение, а если честно, то вообще, в голове Джона всплыло одно слово: хлюпик. Он сейчас так разительно отличался от себя самого настоящего: темноволосого, невысокого, жилистого, с бугристыми мышцами после службы в пехоте, в общем, натренированного тела, что Джон недовольно скривился и горемычно выдохнул.

«Пентюх», – подумал он обреченно о принце, – «типичный пентюх и хлюпик».

Вот был его вердикт. От одного этого на душе у Джона стало противно.

«Ну как скажите на милость, можно хоть что– то сделать, когда ты в теле молодого, неопытного, безусого мальчишки, который ко всему прочему даже оружия боится! Хоть мозги мои остались при мне», – тоскливо подумал Джон, но острое желание вернуться домой как можно быстрее в свою прежнюю жизнь пронзило его. «Но как это сделать?»

Единственной возможностью выбраться из этого дерьма, в которое он по чьей– то милости угодил, было понять, как он сюда попал, кто в этом виноват, а найти этого несчастного и заставить все повернуть вспять, а поэтому Джону совершенно необходимо было хоть немного получше изучить и понять, что тут вообще происходит, где он находиться и сделать это как можно быстрее.

Джон ощутил жгучую решимость все скорее тут закончить и вернувшись, тихо и без жалоб наслаждаться своей жизнью. Он даже был готов прям тут же жениться на Саре, если б это хоть как– то помогло делу.

Вот в таких раздумьях мужчина стоял на берегу ручья посередине глухого леса, смотрел на воду, молча застыв и проклинал судьбу.

Тоби обеспокоенно подошел или, может, переместился к Джону, который к счастью для себя, этого не видел.

– Ваше высочество, вы так странно смотрите, как будто в первый раз видите. Я начинаю подумывать, что вы не узнаете себя. Это конечно, может быть после того удара по голове, который вы, судя по крови на затылке получили, но я очень надеюсь, что с вами все хорошо, – обеспокоенно произнес Тоби.

Джон вдруг осознал, что ведет себя действительно не очень уж правильно и решил прикинуться, что действительно не помнит ничего, иначе как ему еще узнать положение дел, не вызывая подозрений? Иначе никак не получится.

– Да, Тоби. У меня до сих пор болит голова, и такое ощущение, что белые пятна перед глазами! – произнес Джон, только сейчас поняв, что и голос звучит моложе.

– Ну это ничего страшного! Когда мы вернемся в замок, я смогу подлечить вас. Как всегда это делал, – ответил оруженосец.

Джон нахмурился, поняв, что этот проныра опять рушит все его планы и не даст ему возможность ничего выяснить, как он надеялся, прикидываясь амнезией, потому что этот болван, оказывается, ко всему прочему еще и врач, а потому благородно решил его вылечить.

– Спасибо Тоби! Я думаю, что все само пройдет. Не надо тратить силы на мое лечение, – аккуратно сказал Джон, стараясь умерить порыв паренька.

– Вы– мой принц и я – ваш оруженосец, поэтому это мой долг! – преданно глядя на него полупрозрачными глазами, произнес Тоби и как– то подозрительно посмотрел на Джона.

– Кстати, если ты мой оруженосец, то почему у меня только короткий меч? Где нормальное оружие? – спросил Джон, пытаясь отвлечь Тоби от даже минимальной возможности что– либо заподозрить, а сам с тоской вдруг подумал про автомат, который был у него во время службы.

– Вы же сами приказали мне, чтобы я не приносил вам оружия, потому что не любите его. Это брат приставил к вам меня как оруженосца и заставил носить хотя бы этот охотничий меч, потому что принцу это положено, но вы выходите на тренировочное ристалище только по просьбе брата. Вы же на дух не переносите любой вид оружия!

«Класс!» – подумал Джон, хотя боялся и ожидал нечто подобного. –«Какой же книжный червь будет любить битвы и оружие? И конечно же ему теперь придется притворяться, что он такой же трус и слабак»

Этот горе– принц уже стал изрядно раздражать Джона.

«Как можно быть у власти и не уметь воевать?!» – искренне недоумевал Джон, совершенно искренне поражаясь принцу.

– Сколько до замка? – спросил Джон вслух, пытаясь не пасть духом и хоть как– то выведать еще хоть немного информации.

– Около пары солнечных проблесков, – ответил Тоби.

«Солнечных чего?» – чуть не вырвалось у Джона. – «И сколько, твою мать, это?!?»

Он был в бешенстве. Мало того, что его выкинули из его собственного тела и отправили черт знает куда, а вернее, в этого безвольного недоумка, и совсем не понятно зачем, так у него еще создавалось очень плохое ощущение, что ничем хорошим для него это не закончится.

Имея за плечами опыт и хренову тучу операций, Джон понимал, что не может все это быть простой случайностью. Наверняка это чья– то продуманная стратегия, а он как– то оказался в этом замешан. Понять бы чья. Хотя некоторые факты у него не укладывалось в голове и никак не встраивались в какую– то более или менее четкую схему. Этот полупрозрачный Тоби, например, и то, что он сам находится в чужом теле уж определенно никак.

«Кто мог такое сотворить? Какие службы??» – мучился вопросами Джон. –«А главное– зачем?»

Но мозг уже начал решать задачу найти виновного и выпытать у того все любым способом, поэтому Джон повернулся к Тоби и сказал:

– Ну веди меня тогда в замок.

Он очень надеялся, что там у него будет больше возможностей понять все происходящее, чем в этом глухом лесу.

Тоби радостно улыбнулся и пошел впереди, чуть ли не припрыгивая от радости.

Джон старался успокоится и не раздражаться чрезмерной бодростью паренька, в то время как сам выбрал размеренный шаг, как на бросках во время передышки, по пути оглядываясь по сторонам и пытаясь понять в какой стране он находится.

«А может это съемки какой–нибудь передачи типа розыгрыша?» – подкидывал ему мозг спасительную версию, но тут же отметал, потому что полупрозрачный юноша был точно не голограммой, не говоря про чужое тело, в котором находился сам, хотя мысль о гипнозе или психотропных веществах, которые он знал, что однозначно используются, давало хоть какую– то надежду на собственное нормальное умственное состояние.

Джон вздохнул.

Они шли среди прекрасного леса, окруженные прохладой утра, песнями птиц, и он невольно поймал себя на том, что наслаждается окружающей красотой. Что бы это ни было, но место было прекрасно и совершенно девственно в своей нетронутой цивилизацией красоте. Внезапно он увидел какое– то движение у дерева. Джон остановился и стал присматриваться, тут же по привычке ощутив напряжение и готовность к возможной опасности.

Вдруг из его легких вырвался резкий выдох.

За деревом пряталась красивая девушка, с бледным лицом, зелеными волосами и платье, которое переливалось всеми цветами, хотя имело преимущественно зеленый оттенок. По виду ее одежда больше напоминала облегающую ночнушку до пят. Девушка улыбнулась, потом заливисто хихикнула и исчезла. Буквально.

– Что это? – выдохнул Джон, чувствуя, как у него вскипает мозг и холодеют от непонимания руки.

– Кто? – спросил, обернувшись Тоби.

– Там, у дерева, девушка, с зелеными волосами, – сказал Джон, так и не двигаясь с места, с обреченностью осознавая, что совершенно ничего не понимает.

– Принц, вы меня пугаете. Это же нимфа! – произнес обеспокоенно Тоби.

Затем парень подошел к Джону ближе и стал внимательно смотреть ему в глаза. Подумав, он вдруг приблизился совсем вплотную и сделал какие– то непонятные пасы руками. И вдруг даже полупрозрачное лицо парня побледнело.

– Вы ли это, принц? – произнес он в ужасе, смотря на Джона, а тот понял, что раскрыт и осознал, что даже убрать ненужного свидетеля не может, потому что его тут фактически нет.

«Ну я и влип», – подумал он, судорожно пытаясь понять, что же ему делать.

Глава 4

Джон посмотрел на Тоби максимально изумленным взглядом и даже изобразил обиженный вздох.

– Тоби! Что ты такое говоришь?! Да, это правда, что я плохо себя чувствую и голова раскалывается так, что больно думать, но я – это я. Твой принц! Как смеешь ты так со мной разговаривать и ставить под сомнения мои слова? – добавил он уже более грозно, добавляя властные интонации.

Тоби испуганно посмотрел на Джона и продолжал молчать, уставившись на него и, кажется, думал о чем– то своем.

Джон стоял и, не дыша, ждал, что же будет делать Тоби, и прокатит ли его попытка.

Он вдруг отчетливо понял, что находится в миллиметре от провала, так как имени принца он не знает, и если, не дай Бог, Тоби позовет его по имени – он даже не поймет этого, не говоря о прямом вопросе. И тогда полный и стопроцентный крах ему обеспечен. А там уж поминай, как звали …

Тоби же насупился и еще пристальнее смотрел на Джона.

– Ты что не веришь, что это я стою перед тобой, когда видишь именно меня? – немного суровей и жестче спросил Джон, делая последнюю попытку, видя, что Тоби все равно колеблется.

– Но сэр Эдмунд, вы так себя странно ведете! – растерянно произнес парень.

Джон еле сдержался от облегченного выдоха, потому что этот профан только что показал ему свой «козырь», а ему выдал «джокера».

«Так, отлично! Теперь я знаю, что принца зовут Эдмунд», – подумал Джон, наконец, почувствовав хоть какой– то просвет среди всей этой непонятной безнадеги, узнав для начала хотя бы свое «новое» имя. – «Неплохое начало», – подумал Джон уже более обнадеженно, и решил действовать в том же духе.

Он старался не вспоминать про нимфу, которую пока решил затолкать подальше вглубь памяти, чтобы потом обдумать. Но сейчас Джон, чтобы не пугать сознание и его несгибаемую материалистическую составляющую, которая и могла только провести анализ сложившейся ситуации, дабы не впасть в панику или ступор, дать передых. Иначе он так и застрянет в этом «не понятно где».

– Тоби, поверь, меня сильно ударили по голове, а может и еще что, но это я!! – уже в последнем почти отчаянном порыве произнес Джон, искренне надеясь, что у принца с Тоби скорее дружеские отношения, исходя из того что уже слышал и наблюдал за сегодня.

Оруженосец все так же настороженно смотрел на принца, и вдруг взгляд его просветлел пониманием.

– Да, возможно не только удар! – задумчиво произнес он.

Джон от радости даже чуть обмяк, до этого стояв в напряжении, готовый сорваться с места и бежать, куда глаза глядят, если понадобиться.

Оруженосец тем временем о чем– то ну очень сильно задумался, потом потупил взгляд и прошептал, но Джон все равно услышал.

– А может действительно и волшебство…. Тогда это значит….,– в его глазах, когда он опять посмотрел на Джона, отразился полнейший ужас. Но что именно, это «тогда» Тоби говорить не стал, как бы Джон не желал это услышать, для чего весь превратился в слух, бесполезно прождав некоторое время. А когда уже хотел тряхануть хорошенько застывшего в своих мыслях Тоби, протянув на автомате руку для этого в попытке схватить паренька, то с огорчением понял, что тот все– таки прозрачный, и торчит сейчас черт знает где. И значит Джон никаким образом не сможет до него дотронуться, как бы ему этого не хотелось.

От огорчения и разочарования он выдохнул и только хотел задать пареньку еще один уточняющий вопрос, как тот … исчез. Буквально. Вот только что стоял рядом, а тут вдруг взял и растаял в воздухе, прям один в один как та нимфа.

– Черт! – выдохнул зло и обалдевши Джон, совершенно не представляя куда теперь идти, и почему так случилось.

– Ну и что сейчас? – в отчаянии прошептал Джон. – Куда сейчас идти то? – он огляделся по сторонам.

Его окружал странный непроходимый лес, с небольшими просветами солнца в верхушках деревьев, играющим в листве, пели птицы и вообще стояла идеалистическая картинка райского места. Загадочного места.

– В какой стороне замок то?!? – выдохнул Джон и его медленно начало трясти от всего, что происходило и происходит, потому что он все больше чувствовал себя полным болваном. Джон привык, что все в мире материально, он, в общем– то был атеистом, и полностью подготовлен проводить ответственные военные операции, когда четко поставлена задача и понятны ориентиры. У него еще не было проколов на службе, а тут творилась какая– то непонятная ерунда с очевидными признаками глюка.

Джон неожиданно почувствовал себя один в один как этот принц– пентюх.

«Неужели я медленно превращаюсь в него?!?» – в ужасе подумал он, но решил взять себя в руки и повременить с истерикой, пока не выберется отсюда, а вернее из этого непонятного сна, а там уж будет делать, что захочет. Может, будет орать, но скорее всего напьется до полного тупого беспамятства, как свинья и уснет на любимом диване. – «Точно напьюсь», – подумал он, – «до совершенно поросячьего состояния!»

Хотя он в жизни так не напивался, но тут, стоя посередине непонятного леса, в непонятной стране и в теле другого человека, он решил, что хоть раз то в жизни надо попробовать. Если выберется, конечно.

– «Хватит мечтать! Надо уже что– то делать!» – одернул он себя. – «Так ты скорее окажешься в психушке», – констатировал он и еще раз огляделся вокруг.

А вокруг мирно шумел от легкого ветерка лес, все также пели, вернее, галдели птицы, уже за спиной где– то журчал тот самый ручеек, а Джон совершенно не понимал, куда идти. И ожидание чего– то не давало расслабиться.

«Надо взять себя в руки», – твердил он сам себе, вспоминая подготовку ориентирования на местности и пытаясь найти признаки севера и юга. Хотя в какой стороне света находится этот гребаный замок, он тоже не знал. Но после даже минуты изучения, он понял, что вокруг был какой– то неправильный лес. Когда Джон присмотрелся, то понял, что все тут не подходило ни под один признак из того, что он знал о лесе. Деревья, трава, растения были вроде обычными, но в них было что– то загадочное. Они были красивее, что ли, ярче и насыщеннее по цвету. А кроме того: во– первых, никакого мха с северной стороны, а с южного чистого ствола на деревьях и пнях не было и в помине, тут либо вообще все было полностью во мху, либо деревце было чистым и цветущим, как в лучших садовых питомниках, никаких муравейников и других примет, по которым, как он знал, можно понять стороны света, не наблюдалось. А солнце не было видно из–за листвы.

«Что это за лес такой, где невозможно определить стороны света и живут нимфы?» – терялся Джон.

Все сильнее и сильнее его стали терзать подозрения и понимание, что окружающая его природа очень уж не похожа на его родную Землю. Слишком сильно. Этого совершенно не могло быть, но это было. Но Джон даже думать об этом не хотел.

– Какого?!… – выдохнул Джон, ища ругательство посмачнее, как его неожиданно прервал голос.

– Что– то потеряли, принц?

Джон дернулся и повернулся на голос. И надо сказать, зря, потому что еле сдержался, от того, чтобы не сесть прямо на землю от увиденного.

Перед ним стоял человечек, ростом примерно сантиметров пятьдесят от земли, в чем– то типа легинсов, а у Джона откуда– то в памяти всплыло слово «трико», кофта или что– то ее напоминающее, покороче его собственной, и смешной непонятный головной убор, больше похожий на капюшон, только длинный предлинный, конец которого свисал почти до его пят сзади. А человечек смотрел на него не очень радостно, но вполне доброжелательно.

Джона так и подмывало спросить, уж не Веселый ли Пак зовут незнакомца, так сильно тот напоминал ему этого героя– проказника, кроме одежды, пожалуй.

Неожиданно Джон понял, что его сознание перешло ту незримую границу, когда удивляться сильнее уже не способен. То есть он, конечно, удивился, но это уже не было столь разрушительно для его разума. Он просто принял этот факт, а мозг закинул его в память для дальнейшей обработки, как теперь и нимфу с ее исчезновением. Это больше походило на инстинкт самосохранения, когда для спасения себя самого, разум делает допуск на то, чего в принципе не может быть, но его видит. Как, например, прозрачных юношей, исчезающих нимф и маленького человечка, стоящего сейчас перед ним. Не людей маленького роста или чего– то подобного, а настоящих, живых маленьких человечков, которых в Европе называют эльфами или леприконами.

Джон не знал точно различий между ними и есть ли таковые вообще для этих созданий, но само по себе понимание, что в сказках такие описывались, он помнил. А теперь один из них стоял и разговаривал с ним.

– Здрасьте, – тупо сказал Джон.

– Приветствую Вас! – сказал тот несколько удивленно, но поклонился, придерживая конец капюшона. – Что завело нашего доброго принца в эти края? – осведомился затем человечек вежливо.

– Не знаю, – ответил Джон, больше в шоке сказав правду, чем даже думал.

– Ваше высочество, что– то подсказывает мне, что у вас есть затруднения с поиском дороги домой? Так позвольте проводить Вас туда или, по крайней мере, указать путь, – произнес очень учтиво коротышка и стал ждать ответа все с тем же доброжелательным выражением лица.

– Было бы здорово, – сказал Джон, понимая, что настоящий принц вряд ли бы сказал это именно так, но совершенно не представлял как надо, а тем более рассчитывая на то, что видит этого странного провожатого в первый и последний раз в жизни.

– Это будет для меня в удовольствие, – произнес тот, улыбаясь и тут же очутился перед Джоном, поворачиваясь, спиной к нему.

– Следуйте за мной, принц, – сказал он, не оглядываясь, и Джон уже приготовился к размеренной ходьбе, как этот поганец исчез и очутился впереди метрах в пятнадцати, не меньше. Он еле успел заметить, где тот показался.

«Маленький засранец!» – подумал про себя Джон, сцепив зубы и ругая это хилое тело, в котором очутился, припуская побыстрее, надеясь, что человечек не появится настолько же далеко еще раз слишком быстро, иначе он просто не сумеет догнать его.

Так они шли непонятное время, Джон искренне понадеется, что уже совсем скоро истекут эти непонятные «солнечные проблески», о которых говорил Тоби, чтобы это ни было, и он все– таки вскоре очутиться в замке. Там он очень надеялся понять хоть что– то из происходящего. А пока в его голове была каша. Одна сумбурная, приправленная всеми этими диковинами, каша из мыслей.

И вот, когда они практически уже выходили из леса, судя по появившимся впереди просветам, Джон услышал сигнал рога «внимание», как ему показалось, потому что нечто похожее было в его любимой игре, и он невольно остановился. Человечек вдруг тоже замер, потом повернулся, улыбнулся и был таков. То есть тоже исчез. Испарился, мать его!

«Сукин сын!» – чуть ли не вслух произнес Джон, но продолжив движение на звук рога, увидел, что проблески света становятся все больше, и понял, что стоит у самой кромки леса, поэтому аккуратно вышел на опушку, но стараясь не очень отходить от спасительного леса, на случай, если придется быстро скрываться.

«Кто знает, что за люди трубят в этот самый рог?» – было его первой мыслью.

И только Джон подумал об этом, как тут же увидел пять всадников, в латах средневековых рыцарей, несущихся на него во весь опор, с ярким знаменем у одного из них в руке, и которые в момент настигли его и окружили. Он не успел ничего сделать.

«И кто это? Враги или друзья? А у меня только короткий меч», – судорожно размышлял Джон, переводя внимательный взгляд с одного рыцаря на другого, пытаясь хоть как– то определить свои шансы и к какой категории отнести эту группу: все– таки враги или друзья принца?

То, что они могут раздавить его как таракана или зарубить свисающими с поясов длинными мечами он ни секунды не сомневался.

Джон ненавидел ждать и бездействовать, а тут он не только ничего не мог поделать, так еще был вынужден обреченно стоять, не понимая убьют его сейчас же или нет. Он прекрасно понимал, что если он попробует бежать, то это однозначно вызовет подозрения, поэтому стоял, как мог более спокойно, пытаясь придать себе уверенный вид, и очень надеялся, что это все– таки друзья.

«Во все времена люди хотели убивать врагов», – тоскливо подумал Джон, видя, как неумолимо смотрят на него рыцари, придерживая лошадей, нервно переступающих на месте.

И вот, когда Джон практически был уверен, что надо быть настороже, потому что не может определить их намерения, видя только глаза в прорезях шлемов, он попытался рассмотреть герб, что бил на знамени и на их туниках и щитах. Но что было толку, если он все равно ничего не знал про герб принца?

Джон замер, ожидая, что будет.

– Нас послал Ваш оруженосец, ваше высочество, – почтительно произнес вдруг один из всадников, который скакал впереди, видимо их предводитель, и Джон облегченно выдохнул.

«Ну, Тоби, ну стервец», – подумал Джон почти любя.

Но тут отрезвляющая мысль пришла ему в голову:

«Тоби исчез в тот момент, когда я так и не понял окончательно, признал он во мне принца или нет. То есть этот отряд может быть, как моей охраной, так и конвоем».

И он тяжко вздохнул, понимая, что не может отказаться ехать при любом раскладе.

Глава 5

Пока он стоял, решая, кто ему эти рыцари, к нему подвели оседланную лошадь без всадника, которую Джон не заметил ранее.

– Это для вас, принц! Мы все так рады, что с вами все хорошо, – сказал тот из рыцарей, кто передал ему уздечку, стоя в ожидании, чтобы оказать ему помощь, если понадобиться, на что Джон нервно выдохнул.

«Ну, хотя бы не пленник», – все же решил он, – «вряд ли бы они были так радушны, если бы знали, что я самозванец», – подумал он, делая радостный вид и стараясь скрыть озадаченность предложенным способом передвижения.

Хотя и вопрос с Тоби еще не был до конца закрыт. Джон всегда любил, когда во время любой военной операции все было понятно и четко, чтобы не было никаких сомнений, где друг, а где враг, для того, чтобы не получить ненароком удар в спину, а еще ему очень нравилось, когда все его враги были мертвы. Джон удрученно взглянул на лошадь. Он никогда не ездил верхом, а только в кино видел, как примерно это нужно делать, поэтому замешкался, пытаясь определиться, как ему сделать это и выполнить то, о чем имеет очень приблизительное понимание, легко и непринужденно, как настоящий принц.

«Вот уж точно, что почти каждую минуту я могу очутиться в полной заднице, и постоянно всего в шаге от полного возможного краха остаться живым!» – подумал он скрепя зубами, вспомнив только, что сзади к лошади подходить не стоит.

Джон решил заняться решением этого вопроса как военной задачи. Он тянул время, пока обдумывал свои дальнейшие действия, поэтому сделал вид, что осматривает, как лошадь оседлана, а потом со всей свойственной ему «ловкостью» от слова «мешок», попытался сесть на лошадь верхом. К счастью, оказалось, что это тело все же помнит, как это делать, и пока Джон пытался разобраться как сделать это правильнее, подключив все свое сознание на решение этой задачи, это хлюпкое тело на инстинкте все сделало само и действительно уже достаточно изящно взобралось на лошадь и держалось в седле.

Во всяком случае, на него не пялились, как на странного чувака, не скрутили и не зарубили, что не могло не радовать.

В итоге Джон очнулся уже сидящим в седле, а вернее, едущим в окружении небольшого отряда рыцарей в полном вооружении. Они взяли хороший темп, и по его ощущениям уже примерно через полчаса, от силы час оказались на возвышенности, где все остановились, как по приказу, хотя никто ничего не сказал, и посмотрели вниз. Когда удивленный Джон тоже подъехал на это место, то у него дух захватило от великолепия открывшегося ему с пригорка вида на пункт их назначения.

Сам по себе замок был огромен. Вернее, это было массивное оборонительное сооружение из светло– серого камня и из нескольких построек, входящих в единый замковый комплекс. В самом центре стоял величественный, старинный из более светлого камня непосредственно сам огромный замок с не менее, чем пятью башнями и толстой высокой стеной, примыкающей прямо к скале торцом. А уже его окружали разнообразные хозяйственные и не только постройки, а через некоторое расстояние от стен для большей защищенности, замок был обнесен внешней стеной, которая была не меньше десяти метров в высоту, насколько мог судить Джон издали, с бастионами и единственным въездом. Сейчас ворота были открыты, и народ неспешно и беспрепятственно входил и выходил из замка. Сам замковый комплекс за внешней стеной окружала большая открытая равнина, что было очень грамотно с точки зрения защиты, так как любой неприятель просматривался на милю вокруг. Невдалеке сбоку от замка виднелись постройки, очень похожие на поселок или поселение за пределами внешней стены, но достаточно близко, чтобы жители успели бы в случае опасности скрыться за спасительными стенами.

Их маленький отряд приближался к замку, и Джон все сильнее волновался, что ждет именно его за этими для кого– то «спасительными», а для кого– то не очень, стенами. Вот для него лично – маловероятно. Ведь если в лесу у Джона еще был шанс скрыться, то здесь, в пределах замка, где куча воинов и просто людей, лояльных власти, скрыться будет практически невозможно, даже имея его навыки, тем более, совершенно не имея никакой информации.

В общем, это была стопроцентная отменная ловушка. Совершенно смертельная для него лично. Джон вздохнул, глубоко и тяжело, готовясь к очередному интересному повороту его гребаной кривой судьбы. У него совершенно не было ни одной мысли, почему так случилось и зачем, а тем более как это все произошло, но и времени на обдумывания этого факта, а тем более информации, надо сказать честно, тоже пока особо не было.

На текущий момент он просто решил выжить хотя бы день. Всего один, мать его, день. Возможно, этого будет достаточно, и как раз через день все благополучно закончиться. Вернее, ночь. Надежды на это было мало, но так было хоть немного легче думать, потому что мозг пока подавал только сигналы бедствия. А было ведь от чего!

Только благодаря подготовке и силе воли, Джон еще не драпал отсюда со всех ног, понимая, что именно такой вариант поведения будет только подписанным самому себе смертельным приговором.

Пока он сетовал на судьбу, их отряд как раз въехал в ворота замка, и Джон очнулся от своих невеселых мыслей и стал осматриваться.

Внешний двор за внешней стеной был заполнен торгующимися людьми. Это было что– то похожее на древний рынок, где все галдели и припирались. Он видел много мирных селян в одежде, в какой был сам: то есть лосины и рубаха ниже бедер на мужчинах с поясами, на которых почти у всех висели короткие ножи. А женщины были в длинных платьях простого покроя и натуральных цветов, у некоторых поверх были одеты дополнительные туники другого цвета, длинные и без рукавов. Это было то ли для тепла, то ли для украшения, девушки были в большинстве своем с непокрытыми головами, с распущенными по плечам волосами или косами, в то время как женщины постарше красовались различными головными уборами: от похожих на обычные платки, завязанных немыслимом количеством способов, и заканчивая тканевыми обручами, придерживающие более тонкую ткань.

Среди людей мелькали рыцари в обычной одежде с мечами на поясах, пара из них были в кольчугах, но погода была похожа больше на летнюю, поэтому одежда у них на военный лад чаще встречалась просто как кожаный жилет на рубаху, несколько раз промелькнули более дорогие одежды с незатейливыми украшениями, что выдавало более зажиточных горожан или жителей замка, Джон не знал, как это правильнее.

Сбоку от площади была расположена площадка поменьше, на которой на небольшом возвышении стояло странное деревянное сооружение в виде большой деревянной поперечно закрепленной широкой доски, в которой были отверстия, как раз для того, чтобы туда помещались руки по кисть и ноги по щиколотку, а вытащить их было бы невозможно. Проще говоря, колодка. Как раз в этот момент там и были просунуты соответствующие части тела какого– то бедолаги, а тело находилось с другой стороны. Он сидел на удивление молча, голова свесилась от усталости или раскаяния.

Джон сглотнул, поняв, что это самый легкий вариант экзекуции в средние века, так, за проступочек, а в основном в те времена чаще четвертовали, распинали, вытаскивали и наматывали кишки…

«Твою мать!» – желание Джона ехать дальше в замок таяло на глазах. Он был в эту же секунду готов развернуть коня и помчать отсюда, куда глаза глядят. Но рыцари окружали его плотным кольцом, и мужчина вдруг всерьез задумался, охраняют они его или он слишком рано расслабился, и это все– таки конвой.

Он просто осматривался и пытался понять расстановку сил, пока отряд ехал к мосту главного замка. Мост был опущен, и на нем с другой стороны уже стоял мужчина с группой из человека три или четыре за его спиной. Он явно чего– то ждал. Или кого– то. Присмотревшись, Джон увидел, что мужчина светловолос, с правильными чертами лица, достаточно высокого роста и явно должен быть мускулист. Его стать и широко расставленные ноги говорили о том, что, скорее всего, он тоже рыцарь и привык нести тяжесть доспехов. Но на голове у него был обруч, который отливал тем же цветом, что и золотистые волосы, и неожиданно замеченная схожесть черт подсказала Джону, что это вполне может быть его брат Эрик, ну или почти «его» брат.

«Но как я должен поприветствовать его?» – немного растерялся Джон. –«А может, это он турнул своего недотепу– брата хрен знает куда, надеясь, что тот пропадет, потому что мешает ему тем, что является его наследником, и потому по закону темных времен просто вполне может сам его убить ради власти. Поэтому старший братец сам решил просто опередить и порешить родственничка? А есть шанс, что старший брат, раздраженный всего лишь элементарным слюнтяйством этого хлюпка, в теле которого я сейчас оказался, опять– таки решил от него избавиться?»

С точки зрения Джона все варианты имели место быть в этом странном мире дремучего средневековья, когда и в его– то современности такие случаи не были исключением.

«Природа человека везде одинакова и во все времена», – со вздохом подумал он, как ни печально это было осознавать Джону.

Хотя на данный момент он был в таком настроении, что, пожалуй, и сам точно бы что– то попытался изменить в таком горе– братике.

«И, кстати, надо будет этим заняться, если выживу сегодня и если злая судьба продолжит свою издевательскую и уже порядком затянувшуюся шутку с этим непонятным фактом моего пребывания в этом теле на подольше», – решил Джон.

Лицо Эрика, а это был именно он, в ожидании их было суровым, но в то же время черты благородным, таким, как все представляли короля Артура или других благородных рыцарей из легенд. Джон попытался понять, что тот сейчас думает или хотя бы его настроение, усиленно всматриваясь, но лицо мужчины было непроницаемым.

«Настоящий король, мать его!» – подумал с раздражением Джон, увидев, что брат смотрит прямо на него уверенным, открытым взглядом.

– Привет, брат! – сказал Эрик, в ответ на его приближение, хотя и не улыбаясь, но, пока вроде не проявляя агрессии. Джон остановил лошадь и не очень– то быстро и ловко практически «свалился» под ноги Эрику, чувствуя слабость в ногах, не понимая это от страха или от непривычной езды на лошади.

«Скорее всего от того и другого вместе», – заключил он, медленно подходя к королю и пытаясь распознать намерения мужчины.

– С возвращением, малыш! – сказал вдруг тот тихо, сразу после того как порывисто обнял Джона, и потом отстранившись открыто и радостно улыбнувшись, глядя на него такими же голубыми глазами, какие Джон видел в ручье у себя.

У Джона отлегло от сердца. Скорее всего, у братьев были все– таки хорошие отношения, и тот искренне переживал за него. Хоть в этом ему повезло.

– Спасибо, – ответил Джон, решив пока помалкивать, присматриваться и не сболтнуть лишнего по незнанию, сделав намек на ответные объятия.

– Ты так всех нас заставил поволноваться накануне Совета! – сказал Эрик, положив руку на плечо Джона и развернувшись в сторону замка, начал идти к главному входу, явно ожидая, что Джон последует рядом с ним. – Ты же знаешь, как это важно для нас именно сейчас! – продолжал король, идя по дороге плечом к плечу с Джоном и внимательно посмотрев на брата, очень строго и очень внимательно. – Ты не должен был так исчезать. Что с тобой случилось?

– Я не знаю, – совершенно искренне ответил Джон, повернув голову в сторону Эрика.

– Ладно, это мы выясним потом, – ответил поспешно король, – а сейчас у меня к тебе будет просьба.

Джон сглотнул, боясь даже представить, о чем его могут попросить.

– Ты же помнишь о пророчестве? – продолжил Эрик, к ужасу Джона, который уже судорожно соображал, что ответить, при этом не имея ни малейшее понятие о чем тот говорит. – Ты лучше всех о нем знаешь и прочитал, – продолжил по счастью король говорить, что давало ему возможность молчать, а у Джона сжалось все внутри от плохого предчувствия. – Так вот, пока тебя не было, тут кое– что произошло.

На этих словах Эрик резко остановился, повернулся лицом к Джону и положил обе руки ему на плечи.

– Были еще знамения, – сказал он сурово глядя в глаза брату, и было видно по быстро пробежавшей по его лицу тревоги, что это скорее плохо, чем хорошо.

Джону это начинало не нравиться. Очень даже не нравиться.

– Что ты хочешь от меня? – спросил он пересохшим ртом, стараясь не показать, как волнуется.

– Ты должен сегодня вести Совет, – сказал король, смотря ему в глаза.

– Я должен делать что?!? – выдохнул Джон, понимая, что пропал.

Глава 6

– Эд, да что с тобой? Ты так внезапно побледнел! – заметил вдруг взволнованный Эрик, смотря на него.

– Я так, я просто, – забормотал Джон, – просто я не думаю, что готов к такому ответственному случаю.

– Да что с тобой твориться?! – брат вздохнул, но было видно, что он искренне переживает и теперь что– то обдумывает. – Хотя ты всегда был другим, тебя никогда не волновали войны и распри, – сказал вдруг король, вздыхая и задумчиво потирая подбородок.

Он задумался, нахмурившись. А через минуту посмотрел на Джона несколько по– другому.

– Возможно, ты прав. Я немного поторопился со своей просьбой, тем более, ты только вернулся после похищения, и еще не известно, что там и по какой причине с тобой произошло.

Эрик вздохнул и посмотрел вдаль, как будто мыслями был сейчас далеко отсюда. Возникла пауза. Джон не решился ее прервать.

– Это было чересчур поспешным решением и просьбой к тебе, слишком эгоистично с моей стороны – произнес вдруг Эрик. – Просто я надеялся, что ты в своей убежденной горячности в своем варианте прочтения пророчества сможешь как минимум заставить всех задуматься. Ну, или хотя бы часть из них.

Джон облегченно выдохнул, что эта проблема отпала, но его настороженность до конца все равно не исчезла. Оказывается, было какое– то пророчество, и принц имел какие– то знания об этом. Это было очередным темным пятно в информации, а, следовательно, потенциальным провалом.

«Вот черт!», – в очередной раз подумал за сегодня Джон.

Он внезапно понял, что брат принца ненамного старше, всего на каких-то лет пять, а на его голову тоже обрушилась, судя по всему, неожиданная куча проблем. Правда Джон пока не знал каких и сомневался, что хочет это знать.

– Решено! – сказал Эрик твердо, уже посмотрев на Джона, – я сам проведу Собрание Народов, как и было запланировано, но ты просто обязан там присутствовать! В нашем нынешнем положении это жизненно необходимо!

– Конечно, – кивнул в согласии Джон, пытаясь скрыть облегчение и понимая, что ситуация была на грани. Опять. Как ему участвовать, если он не в курсе вопроса? А еще должен знать пророчество лучше других.

«Веселенькое мне предстоит развлечение», – печально подумал он, уже решив, что до Совета просто обязан разыскать Тоби. –«Надо срочно хоть что– то узнать об этом долбанном пророчестве!»

Они тем временем они уже прошли сквозь главные ворота защитной стены замка с двойными поднимающимися решетками для удобства обороняющихся, сейчас поднятыми. Это было для того, чтобы, если враг все– таки сможет прорваться через узкий короткий мост, до этого предварительно преодолев первую преграду в виде ворот внешней стены замка, то защитники тут же смогут опустить вторую решетку на выходе из стены. Тогда захватчики окажутся в капкане, потому что лучники с верхних галерей смогут беспрепятственно обстреливать врага и поливать неприятеля горящей смолой. Конечно, это бойня, но кому какое дело, когда речь идет о собственной жизни!

Джон невольно поежился, оценив мудрость древних строителей. Он бы точно не хотел оказаться на месте этих захватчиков.

Они с братом уже вышли во внутренний двор уже непосредственно у замка. Он сразу приметил казарму, конюшню, караульная была, видимо, в самой стене, в боковой башне. И вообще, башен оказалось намного больше, чем думал и увидел Джон с холма.

Во– первых, по углам самой стены располагалось четыре, были еще две невысокие боковые для различных нужд, посередине отдельно стоял сам замок, а рядом с ним, находился донджон – одиноко стоящая башня, которая сама по себе была замком и использовалась при осаде как последний оплот обороняющихся. Здесь донджон был соединен с основной частью замка деревянным крытым переходом на втором этаже, который при желании можно было легко поджечь, и башня становилась совершенно неприступной, потому что и окон то в ней практически не было, только бойницы, а тем более двери. Но на самом деле внутри должны были быть все удобства, комнаты, запасы продовольствия, а самое главное – колодец с неиссякаемым запасом воды. И вместительность его была достаточно существенная, там без проблем должны были поместиться все слуги и воины.

Все это Джон оценил беглым взглядом, поражаясь масштабам постройки. Было очевидно, что строительство заняло не одну сотню лет.

Эрик же вел его к основному зданию красивого каменного замка, которое было на небольшом возвышении, к нему вела всего в два пролета узкая лестница, по которой мог взойти одновременно только один человек. И это тоже неспроста: так было проще оборонять главный вход. Джон все больше восхищался продуманностью построек в таком дремучем времени. Как человека военного, у него вызывало неизменный восторг все то, что делало его задачу проще. В данном случае при обороне замка даже такие мелочи, как на какую руку идет поворот лестницы в угловой башне давал неизменное преимущество защитникам, дерущимся мечом.

Наконец, когда они с Эриком и спутниками, неизменно молча следующими за ними, поднялись по узкой лестнице к главному входу в замок, у которого на небольшой площадке стояло два стражника, Джон придирчиво осмотрел дверь. Она была высокой и большой, похожей на парадную, окованную железными укрепительными полосами. У самого замка Джон отметил тоже было четыре башни по углам.

Эрик кивнул стражам в кольчугах и шлемах, на что те остались недвижимы.

Братья и их спутники вошли внутрь, и Джон задержал дыхание. Как бы не был он погружен в осознание кучи вопросов, которая нарастала как снежный ком и требовала решения каждой по отдельности в срочном порядке, но мужчина не мог не бросить взгляд вокруг себя на помещение, в котором оказался и рассмотреть все внимательнее изнутри.

А это был самый, мать его, что ни на есть настоящий замок!

Джон видел замки в некоторых фильмах и игрушках, но когда это было реальностью, в которой ты сам очутился, то впечатления отличались от фантазийных как небо и земля.

Сложно было сказать, понравилось ему или нет то, что он увидел, но произвело впечатление точно. Они стояли в огромном зале, который помимо освещения люстрами со свечами имел и естественное освещение в виде трех цветных витражей, в торце был огромный камин, на котором можно было приготовить и корову целиком, было бы желание, а посередине стояли столы, и на возвышении отдельный стол на двоих, так как там стояло только два высоких стула.

Из зала выводило несколько дверей и лестница на следующий этаж. Эрик как раз повернул к лестнице.

– Ты же хочешь отдохнуть, я думаю, – сказал он, – я провожу тебя в твои покои.

Джон был рад, что не придется слоняться по огромному замку в поисках куда бы приткнуться. Но у него вдруг появилось подозрение, что брат хочет поговорить с ним без свидетелей.

– Да, я буду рад, – сказал он, – тем более у меня болит голова и я устал.

Он вовремя запнулся, потому что чуть не сказал «как собака», что вряд ли бы употребил молоденький, безусый паренек из непонятно какого древнего века, да еще и принц.

Они поднялись и шли по коридору, как вдруг остановились, затем Эрик толкнул рукой достаточно тяжелую дверь, и они вошли в небольшое и уютное помещение в центре которого была средних размеров кровать, рядом стоял странный стул без спинки, стол, заваленный свитками. И перед кроватью, в ногах, в конце концов, огромный окованный сундук. Вот и все…Освещение было скудным, только через единственное достаточно небольшое окно с мутным стеклом да не горящие сейчас свечи.

Как только дверь за ними закрылась, и спутники остались снаружи, Эрик посмотрел на Джона и тихо спросил:

– Ты уверен в своем толковании пророчества?

– Да, – ответил Джон с уверенностью, которую совсем даже не чувствовал.

– Ты же понимаешь, что я сегодня на Совете собираюсь поставить все на это. Ведь сотни лет все считали, что в этом пророчестве заложен совершенно другой смысл.

У Джона все похолодело внутри. Оказывается, что то, что он должен так хорошо знать, а ни фига не знает, является ставкой всего королевства. Всего то!

– Конечно, понимаю, – сказал он, сдерживая волнение.

А что ему еще оставалось? Вдруг этот хлюпик действительно гениальный парень, кто– бы он ни был, и увидел в пророчестве что– то такое, что не заметили до него тысячи человек? Джон невольно проникся легким намеком уважения к юноше, но не настолько, чтобы стать его ярым почитателем. Ему все равно в нем многое уже не нравилось, а в первую очередь, что он смылся из своего тела и всунул в него Джона. Да еще в такой ответственный для страны момент, когда тут черт знает, что происходит. Пророчества, например.

Эрик, который до сих пор стоял напротив принца, вдруг опять сфокусировал взгляд на нем, хотя до этого опять устремил его в стену, как будто мысли короля опять бродили где– то вдали. Он вдруг резко выдохнул, словно его озарила идея, улыбнулся и тут же совершенно другим тоном, бодро, даже немного нежно, сказал, обращаясь к брату:

– Ты отдыхай. Мой младший брат не успел вернуться, а я уже мучаю его сложными насущными вопросам. Все будет хорошо. Я пришлю за тобой Тоби,

На этом Эрик, еще раз хлопнув брата по плечу в дружеском жесте, добавил:

– И я очень рад, что ты со мной, братишка!

Затем он улыбнулся и быстро вышел из комнаты.

Джон огляделся. В его покоях было почти просторно. Но он сразу заметил несколько нюансов, о которых не говорили в фильмах или играх. Такие маленькие жизненные моменты, как присутствующие обоняние и осязание, помимо того, что он видел все своими глазами, дополняли картинку. Вокруг стоял тяжелый непривычный жителю двадцать первого века запах камня, немного дыма или нагара от камина, который был сборку от кровати и пока не был разожжен. В ногах кровати на ней стояла странная железная штука, похожая на жаровню, и Джон решил пока не думать, зачем она.

«Мне очень срочно нужно найти Тоби!» – решил он, уже повернувшись в направлении двери и замер.

Но как? В замке комнат пятьдесят, если не больше, а где живет его оруженосец он понятия не имел. А время поджимало.

Вдруг в дверь раздался тихий стук.

– Да! – резко ответил Джон.

Дверь тихонько отворилась и в комнату вошел, вернее протиснулся, бледный Тоби.

– Я войду? – спросил слишком уж осторожно парень, нервно поглядывая на Джона.

– Как ты вовремя, Тоби! Я как раз хотел пойти тебя искать! – искренне сказал Джон максимально добродушно, но чувствуя какое– то беспокойство, исходящее от того.

– Зачем, мой принц, вы хотели меня найти? – спросил тихо Тоби, всматриваясь в Джона опасливо.

– Или как тебя зовут на самом деле? – вдруг добавил Тоби другим голосом, подойдя ближе и только сейчас Джон увидел в его руке кинжал. Глаза его оруженосца выражали решительную воинственную жестокость, так удивительную для этого паренька, а кинжал был занесен для удара в сердце.

Глава 7

– Ты чего? – оторопело спросил Джон, инстинктивно перехватывая руку Тоби с кинжалом, – Это же я!!

– Нет! – ответил, упрямо смотря на него, Тоби. – У меня появились подозрения еще там, в лесу, но я решил узнать все лично. Я же волшебник и смотрю на мир немного по– другому. А сейчас, когда я в своем теле и вживую вижу принца, то чувствую, что что– то не так.

Джон судорожно выдохнул.

Тоби свел брови, но поскольку Джон ничего ему плохого не сделал, тоже пока напряженно ждал, что дальше будет делать самозванец, а Джон смотрел, что планирует делать его несостоявшийся убийца. Так они и стояли, замерев, некоторое время и напряженно смотрели друг на друга: Джон держал Тоби за руку в начале движения выворота запястья, когда достаточно легкого нажатия, и кинжал просто выпадет на пол, а Тоби внимательно смотрел на Джона, пытаясь понять, что происходит. И еще не осознавая того, что покушение не удалось. Джон судорожно размышлял, что ему лучше делать в этой ситуации. Он совершенно точно понял, что без союзника ему из этой передряги никак не выбраться, а то что Тоби был, судя по всему, другом принца и при этом еще по его собственным словам каким– то непонятным «волшебником», делало его идеальным кандидатом на роль этого самого союзника. Вот только то, как они сейчас стояли и смотрели, было совершенно не похоже на то, что идея, как бы замечательна она не была с точки зрения самого Джона, вряд ли сможет иметь столь радостное согласие и претворение в реальность со стороны Тоби.

«Ну, я еще и не таких обламывал», – подумал с сарказмом Джон, вспоминая новобранцев в вверенном ему подразделении, и не теряя надежду.

В то, что Тоби может представлять для него хоть какую– то опасность, кроме того, что первым имеет все шансы определить, что принц ненастоящий и поднять шум, Джон не сомневался. Но последнее он брал на себя и собирался решить в ближайшее время. А в то, что Тоби упомянул, что волшебник, Джон вообще ни капли не поверил, вернее, совсем не испугался, будучи уверенным, что волшебник – это просто очередное старинное словцо. И на самом деле он что– то типа древнего ученого. В лучшем случае ученого, а скорее всего, просто обыкновенный шарлатан, который дурит принцу голову, а Джон был точно уверен, что знает из двадцать первого века побольше этого Тоби.

Но сейчас ему нужно было сделать все, чтобы убедить Тоби, что он принц. И при этом, чтобы тот стал добровольно помогать. И нужно было сделать это именно сейчас, ну или в самое ближайшее время.

«Как минимум до начала Совета»,– подумал Джон. К этому момент он уже должен иметь более или менее полное представление, что тут происходит и быть в курсе дел. Он с трудом представил, сколько может наломать дров, если будет таким же олухом просто по причине того, что не в курсе происходящего, и этого чертового пророчества.

– А что будет, если …, – осторожно начал Джон вслух.

Глаза Тоби в ужасе расширились, и он тихо прошептал.

– Что если что..?

Джон нервно сглотнул.

– Что если у меня есть тайна, и я могу доверить ее только очень близкому человеку? – доверительно прошептал Джон.– Это такая тайна, которая может быть крайне важна для всего королевства, и я мало кому могу ее доверить, а скорее, вообще никому, – неопределенно сказал он, смотря в глаза Тоби и пытаясь увидеть отблески понимания. Да и вообще реакцию этого мальца вместе с умственными способностями.

Если Тоби не допетрит сам, что нужно держать рот на замке и не паниковать, то задача сделать его союзником во– первых, сильно усложняется для Джона, во– вторых, возможно даже потеряет свою актуальность и необходимость.

– Я не понимаю! – испуганно произнес Тоби. – О какой тайне идет речь? Я всегда был в курсе всех тайн принца, – прошептал он.

Джону очень не понравилась оговорка Тоби про «принца» вместо «ваша». Это наводило на неприятные мысли, что убедить того будет очень сложно.

– Но ведь ты можешь и не все знать, – вкрадчиво прошептал Джон, так и продолжая держать Тоби за кисть, но не очень сильно и слегка уже ослабив хватку. – И будем надеяться, что я смогу на тебя рассчитывать и в дальнейшем, – прошептал столь же осторожно он, искренне мечтая убраться отсюда подальше и побыстрее, а не уламывать этого пацана.

Тоби смотрел на него все также испуганно, и в то же время в его взгляде горел огонь силы духа, который очень даже понравился Джону. Во всяком случае то, что паренек не робкого десятка внушало надежду не только на его характер, но и на разум. Джон втянул в себя воздух. Теперь нужно было аккуратно прощупать почву, а времени на это «топтание» было кот наплакал. Тоби же ошарашенно смотрел на него, к счастью, не двигался, настороженное внимание озаряло его взгляд.

– Так что это за тайна, которую я не знаю? – нервно спросил, наконец, Тоби, не выдержав тягостного молчания Джона.

– Значит, я могу тебе довериться? – словно решив поручиться его дополнительной поддержкой спросил Джон.

– Да!, – судорожно кивнул Тоби.

– Я ничего не помню после похищения, – сказал Джон тихо, вглядываясь в лицо оруженосца и пытаясь понять, нужно ли его быстро вырубить или так прокатит.

Осознание ужасного положения проникло в мозг Тоби, и нож непроизвольно тут же вывалился из его руки, и со звоном звякнул об пол, а он сам обессиленно осел на тот же самый пол. Джон же, имея только навык и никакой привычной ему силы в этом теле, не успел его подхватить. А достаточно легко до этого предотвратив удар своего оруженосца, в очередной раз убедился, что никакой угрозы ждать от Тоби не приходится. Только шум, да и то ему было достаточно одного движения руки предотвратить это. Теперь нужно было понять степень преданности паренька принцу, а потом уж решать, сможет ли тот помочь ему или нет.

Решающая минута настала, и Тоби должен был определиться сейчас, и будет оно правильным или нет, Джон поймет сразу.

«Хотя всегда его можно ликвидировать», – резонно подумал Джон цинично, решив, что это возможно, когда тот материален, а вслух произнес:

– Я уверен, что память мне стерли. Я помню только, как очнулся в пещере.

Для Джона это, конечно, было полным бредом, но для сидящего на полу Тоби, если он верит в волшебников, а еще на горизонте памяти Джона тут же возник леприкон и девушка, то возможно, это и имело смысл здесь, в этом месте, где сейчас находился он находился. Тоби тут же моментально как– то посерел и совсем осел на полу.

– Я так и знал! – бесцветным голосом произнес он, – я чувствовал, что что– то должно произойти! Совсем скоро! А теперь мы пропали!

– А почему пропали то сразу?!? – возмутился Джон, – я здесь, я вернулся!

А сам задумался:

«Что это тут все так из– за этого принца – молокососа трясутся?!»

– Это из– за пророчества – тихо произнес Тоби, а Джон с удовольствием заметил, что тот все-таки держится молодцом, несмотря на тщедушность и явное волнение.

«Хоть не орет, не бежит, а просто погрузился в молчание», – думал Джон, внимательно наблюдая за Тоби, готовый отреагировать в любую минуту. –«Хотя, может это просто шок?» – решил он через пару минут, видя, что Тоби так и сидит.

Джон невольно подумал о самом себе. Даже живя в двадцать первом веке, если бы он сам не оказался на месте этого принца, то есть в теле того, то вряд ли бы поверил в такую очевидную чушь. Ну, если б ему рассказали еще день назад – он точно бы послал подальше.

– Ну так как? – спросил он. – Ты поможешь мне или как? – вдруг спросил он, задав свой решающий вопрос.

– Что я должен сделать? – повернул к нему, еще не пришедший в себя до конца, Тоби свое растерянно– потрясенное лицо, но явно почти созревший для сотрудничества.

«Как сказали бы в моем веке», – с сарказмом подумал Джон.

– Нуу .., – Джон вдруг замешкался, подбирая что и как сказать, чтобы не вызвать новых подозрений и не ляпнуть какое–нибудь ненужное слово.

«Черт, что ж говорили в эти времена, чтобы обозначить полный крах, если Тоби не поможет!?!?» – судорожно соображал он.

– Расскажи мне о пророчестве! – решил тогда спросить Джон.

Тоби поднял на него тоскливый взгляд.

– Я помогу, но если память исчезла, то это кому– то же нужно было, ведь неспроста вы исчезли накануне Совета, – заметил вдруг Тоби преданно и разумно.

– Мы подумаем об этом позже! – сказал Джон немного резко, решив не уточнять, что думать будет сам и искренне надеялся, что когда он в скором времени уберется отсюда, вернее, из этого тела, то принц и без его помощи вернется обратно.

– Тогда вам нужно скорее знать все о пророчестве, – произнес Тоби. – И знайте, как только я узнаю, кто виноват, клянусь, что испепелю его! Не позволю угрожать моему принцу! – и он грозно посмотрел на Джона, и в порыве вскочив с пола.

Про себя Джон усмехнулся. Паренек оказался очень преданным и горячим, что было ему только на руку, особенно, если он тоже сможет завоевать его доверие. Но при этом или именно по этой причине, он сильно сомневался, что Тоби сможет испепелить кого– либо, если только своей ненавистью. Джон вообще сомневался, что Тоби кому– либо сможет причинить хоть мало–мальский вред. Но словно в опровержение сомнений Джона, в руке Тоби вдруг засветился синеватый огонь, который тот почти незаметным движением руки направил на железную жаровню, которая была толстенная и тяжелая, и ту в момент разворотило.

– О! – только и выдохнул Джон, не на шутку удивившись и сразу прифигев. – «Пожалуй, его все– таки не стоит злить», – подумал он внезапно опасливо.

Теперь у Джона была еще одна вводная, что злить волшебников и вообще попадаться им на глаза не стоит. Ну, то есть от слова «вообще».

«Знать бы заранее, кто есть кто и кто из них волшебник»,– тоскливо про себя подумал Джон.

– Вы же знаете, что я не шучу! – грозно сказал Тоби, уже глядя на принца, врываясь своей фразой в его мысли. – А потом, дайте мне слово, принц, что расскажите мне все, что помните. Возможно, мне потом удастся понять, что же случилось и кто стоит за всем этим!

– Но сначала ты должен рассказать о пророчестве, –мягко напомнила ему Джон, решив, что все– таки не стоит грубить волшебнику, но заставить говорить то, что нужно было ему все же надо. – Скоро ведь Совет и Эрик очень переживает, – продолжал он «намекать».

– Ах да, конечно, – ответил Тоби, как будто опомнившись и засуетившись.

Он уже немного отошел от шока и подошел к столу в комнате принца, на котором лежала куча бумаг, взял одну из них и начал объяснять.

– Итак, пророчество очень старинное, ему несколько веков, и оно было на очень древнем пергаменте. Мы с вами обнаружили его относительно недавно, лет пять назад, а до этого пергамент считался утерянным, но документ был настолько древним, что фактически рассыпался в ваших руках, – на этом Тоби горемычно вздохнул. Ему явно было жаль, что найденная рукопись не сохранилось в том виде, в котором они нашли ее.

– Но весть о находке старейшего пророчества еще времен Гетмунда Великого разлетелась по всей земле Авалона вмиг.

– Авалона? – прошептал непонимающе Джон.

– Да, это же название вашего королевства, принц! – взгляд Тоби выражал глубокое отчаяние. – неужели и этого вы не помните!

– Нет, – максимально удрученно, что было недалеко от истины, а вернее, в точку, сказал Джон, опустив плечи.

– А про земли ведьм, где правит Катарина, земли гоблинов, гномов во главе с королем Мартеком, и что самым сильными являются королевства фейри, вы тоже не помните?! – почти в ужасе спросил Тоби.

– Нет! – и Джон отрицательно помотал головой столь же отчаянно, как и до этого.

Тоби с каждым его словом зеленел все больше. Джон однозначно как будто видел, какие мысли роились в голове парня сейчас. В общем– то, они наверняка, мало чем отличались от его собственных после пробуждения в пещере, но если только Джон успел уже принять, что ничего не знает и не понимает, то Тоби еще только предстояло свыкнуться с мыслью о полном беспамятстве принца.

– Фейри издревле сами воюют между собой, поэтому дворов два: Благой и Неблагой. Благой Двор во главе с королем Г'оорде – наши союзники, а вот Неблагой Двор, в главе с Королем Таа'р пока не дал королю Эрику окончательный ответ, – как на автомате уже бубнил Тоби, словно светскую хронику.

– Окончательный ответ в чем?– спросил Джон.

– Как в чем? В войне, конечно! Вернее, на чьей стороне он будет, если война все– таки начнется, – ответил Тоби и посмотрел на Джона в глубоком удивлении и уже с сочувствием.

– Бедный принц! – прошептал он. – Вы же совсем ничего не помните! Мы же на пороге войны с людьми!

Джон резко выдохнул в ответ на очередную новость.

«Черт возьми! Он же сам человек! И что, ему теперь придется воевать против своих?» – растерялся он. –«Хотя какие они свои?» – тут зло подумал Джон. –«Черт, ну что за напасть на меня навалилась!?»

А вслух сказал:

– А можно поподробнее то? И что тут вообще происходит?!

– С самого начала рассказывать? – не понял Тоби, но, видимо, осознав печальную правду по взгляду Джона начал рассказ:

– Когда– то, давным–давно, здесь жили только мы, никаких людей. Но однажды они спустились со звезд, и между нами было заключено соглашение, что они починят то, на чем попали сюда, и не будут здесь задерживаться дольше. Но часть людей неожиданно осталась. Тогда наши предки разрешили людям жить на удаленном острове. Все было мирно, некоторые люди оказались очень лояльны, и мы жили с ними не только в мире, но даже стали заключать браки. В общем, они прижились, мирно жили несколько веков с нами рядом, многие их потомки стали авалонцами, и всех это устраивало. Но примерно год назад у них появился новый правитель. Барак. И он решил, что им мало земель, о которых народы договорились много веков назад. В общем, он неделю назад объявил ультиматум: либо король Эрик соглашается отдать половину королевства или он сотрет Авалон с лица земли.

– Но тут вроде волшебники, и все такое, – удивился Джон от чего такой сыр– бор.

– А тут как раз все и упирается в пророчество, – печально заметил Тоби.

– А что с ним не так? – выдохнул Джон, понимая, что оно ему не понравится.

– Там сказано, что будет великая битва, и падут в ней тысячи храбрых воинов, но если тот, кому предназначено, в нужный час сумеет овладеть великой силой, то все будут спасены. Но в противном случае он и все его сородичи в тот же миг исчезнут, как будто их и не было.

Пока он говорил, взгляд Тоби затуманился и голос стал глухим, как будто сами века говорили его устами:

Джон ничего не понял.

– Обычные слова, – пожал он плечами.

Тоби тоскливо посмотрел на него.

– Дело то как в том, что мы с принцем поняли, что люди, каким–то непонятным образом уничтожают дух этой земли. Природа и все живое с каждым месяцем слабеет: цветы вянут, листья с деревьев осыпаются, погода стала переменчива, поэтому мы и решили, что это пророчество о нынешней, сейчас грозящей нам войне. Мы уверены, что в случае, если речь идет о нынешней войне, то с какой стороны может быть тот избранный, кто решит судьбу: авалонец или человек, и которая из рас пропадет в случае его неудачи – не понятно! Именно по этой причине Эрик хочет всеми силами сделать так, чтобы война вообще не началась. Он хочет все решить мирно, потому и назначил этот внеочередной Совет Народов.

«Приплыли», – раздраженно подумал Джон, –«это ж надо вляпаться в самую что ни на есть задницу!!»

– Люди уничтожают магию. – продолжал взволнованный Тоби. – И получается, что если будет война – одна из рас точно погибнет, а если не допустить войну, то придется делить землю Авалона, и когда люди проникнут на наши земли – волшебство опять– таки пропадет.

– И что делать? – спросил опешивший Джон. Задачка оказалась ребусом со всеми неизвестными, да еще и безвыигрышная.

– Никто не знает, – удрученно и безнадежно сказал Тоби, – мы с принцем пытались найти хоть какой– то выход, но пока безуспешно.

На этом оба погрузились в молчание.

– Тот, кто украл меня, наверняка что– то знает, – вдруг произнес Джон, лучше Тоби знакомый с тактикой войны и уверенно согласный с кем– то великим, сказавшим, что если что– то делается, то это кому– то точно нужно.

«Вопрос, кому?» – подумал с раздражением Джон, потому что от рассказа Тоби его голова была готова лопнуть и шла кругом, а вопросов стало больше, чем в начале. Кандидатов на роль злодея оказалось слишком много.

– И что теперь? – бледными губами произнес Тоби.

– Надо узнать, кто меня выкрал, – безапелляционно заявил Джон.

– Я почти уверен, что без магии сделать так, чтобы принц все забыл невозможно, – прошептал Тоби.

И оба поняли, что среди тех, кто будет сегодня присутствовать на Совете Народов, вполне может оказаться предатель. Курьез, но других объяснений у них не было на эту минуту.

– Твою мать! – выдохнул Джон тихо и плюхнулся на кровать. На него полностью уничтожено смотрел Тоби.

Глава 8

«Стоп!» – вдруг одернул сам себя Джон мысленно. –«Я же не потерял память, как думает Тоби, я всего то очнулся в чужом теле! Хотя в этом точно не обошлось без мистики или как тут называют– магии», – не мог, к своему же удивлению, не удержаться подумать Джон, вроде бы принимая такую возможность саму по себе.

Ему пока сложно было это принять разумом, но факты упрямая вещь, а он доверял именно фактам, а они говорили именно о том, что волшебство и магия есть. В этом мире, во всяком случае, точно. Чего только стоила раскуроченная Тоби жаровня, хотя Джона так и подмывало проверить, может это был все– таки фокус?

«Ну точно, час от часу не легче!» – вздохнул он безрадостно.

Джону невольно опять вспомнилась его размеренная жизнь в Нью Йорке, которая так его тогда раздражала, а теперь он сидел и думал, каким был идиотом, что желал движухи и адреналина, имея на самом все, о чем мечтал. Причем жил в довольствии и достатке, да еще и с Сарой в придачу.

«Ну полный идиот!» – подумал он про себя и опять тяжело вздохнул.

Тоби на него сочувственно посмотрел.

– Тоби, мне еще нужно подробнее узнать про Совет Народов. Эрик попросил участвовать и меня, – произнес Джон обреченно.

– Да, конечно, – ошалело оттого, что принц не помнит элементарных вещей, произнес Тоби. – Я бы хотел выяснить побыстрее, кто это с вами сделал, чтобы снять заклятье, – сказал он. – Вы ведь знаете, что снять сильную магию может только тот, кто наложил?

Ответом ему был удивленно– вопросительный взгляд Джона, на что Тоби очередной раз горько вздохнул и с опущенными от бессилия плечами сел рядом.

– Это просто ужасно! – пробормотал он.

– Ужасно или нет, но если мы будем терять время, то точно ничего хорошего не будет, – проворчал в свою очередь Джон.

Он уже приготовился слушать Тоби также, как слушал бы вводные данные на военной операции, хотя сильно сомневался, что тот сможет изложить все столь же емко и информативно. Но Тоби его удивил. Приятно удивил. Джон невольно заслушался грамотностью акцентов.

– На Совет приехали самые высшие представители каждого королевства после короля или королевы, – начал размеренным голосом Тоби, – они уполномочены решать вопрос, хотя последнее слово, конечно, за правителем.

– Ну это то понятно, – согласился Джон, внимательно слушая все, что говорит Тоби. – «Как же иначе! Все всегда решают генералы!» – вдруг подумал он, сейчас совсем забыв, что в этом теле тоже относится к королевской семье.

– А что они из себя представляют, эти представители, характер? – спросил он Тоби, чувствуя нехватку данных для анализа.

– Что представляют…,– задумчиво пробормотал оруженосец, нахмурившись и задумавшись.

– Хотелось бы знать поподробнее, – пояснил Джон, – на что они способны и что от них можно ждать.

А про себя подумал, что все равно за столь короткое время сможет узнать только минимум, но хотя бы так, а на месте он уже разберется. Тоби вздохнул.

– Ну, первым приехал Главный Волшебник Лусмус. Он очень сильный маг, с ним лучше не конфликтовать, но достаточно отходчив, – по выражению лица Тоби Джон сразу понял, что тот не равнодушен к волшебнику, что было вполне логично, если Тоби тоже волшебник.

– Должна была приехать Леди Элис. Она ведьма, – продолжал оруженосец, – вот с ней надо быть особенно осторожным. Никогда не знаешь, что от этих дамочек ожидать, – неожиданно ворчливо по– стариковски пробубнил Тоби.

Джон хмыкнул и подумал, что эти слова вполне можно отнеси к любой женщине от пятнадцати до семидесяти.

– Будут еще фейры от каждого Двора, я лично видел Каатира и Хос'ха. С обоими нужно тоже быть осторожным. Хоть они и не могут лгать, но то, что говорят нужно очень осторожно принимать на веру, а если честно, вообще лучше им не верить.

Тоби замолчал и сдвинул брови, как будто пытался понять ничего ли он не забыл.

– Это те, кого я видел, – через минуту сказал он. – Вряд ли будет представитель Объединенных диких племен, они давно считают себя не под властью короля и уже года четыре не участвуют в заседаниях Совета.

Джон задумался и тут понял, что собственно, со всеми представителями нужно быть осторожным.

«Просто класс!» – подумал Джон, чувствуя себя как будто ему предстояло полезть в банку со змеями, причем, скорее очень ядовитыми.

Он уже представил, как открывает дверь и входит в зал…. И его озарила мысль, что он вообще ничего не знает о замке.

– Кстати, Тоби, – произнес он, думая как бы выведать еще побольше.

Парень на него вдруг странно посмотрел.

– Прости, я просто волнуюсь. В общем, я совершенно не помню план замка и без твоей помощи не смогу даже найти зал, где будет происходить Совет. Ты, может, это. Мне нарисуешь схему?

– Что нарисовать? – спросил Тоби растерянно.

Джон смачно выругался, но про себя за такую свою оплошность. А потом стараясь сделать максимально растерянный голос, сказал.

– Ну план. План замка.

– Ааа, да, конечно, – с облегчением, что понял принца, произнес Тоби.

Он тут же схватил пергамент и перо, и начал что– то рисовать на бумаге. Джон терпеливо ждал. Через некоторое время Тоби протянул ему листок, на котором было что– то среднее между гравюрой тринадцатого века и детским рисунком, а никак не план, как его представлял Джон.

– Вот, мой принц! – воодушевленно и радостно произнес Тоби, преданно смотря Джону в глаза.

Тот еле сдержался, чтобы не спросить парня, что это, собственно, за фигня, но все– таки смолчал и сдержанно кивнул. Потом опомнился, что ведет себя грубовато для юноши и друга.

– Спасибо, – тогда поблагодарил он.

На этом Джон встал с кровати и направился к двери.

– Куда вы, принц?! – спросил обеспокоенно спроси несколько обалдевший Тоби, так и оставшийся стоять у стола.

– Как куда, на Совет! – удивленно ответил ему Джон.

– А переодеться?! – ошалело спросил Тоби. – Не можете же вы на Совет Народов пойти в этом?! – на последних словах Тоби так на него посмотрел (хотя Джон не видел ничего страшного в том, как выглядел), что он невольно остановился.

– А что, плохо да?! – растерянно произнес якобы принц, оглядывая себя.

Тоби нервно сглотнул.

– Не то слово! – почти воскликнул он и побежал к сундуку, из которого его стараниями стали появляться различные шикарные, но совершенно непонятные для Джона вещи.

– Что это?!

– Это ваши парадные вещи, – сказал Тоби не оборачиваясь, а рассматривая содержимое сундука.

– Я что все это должен надеть?!? – сказал, закипая Джон, смотря на то, что Тоби заботливо выкладывал на кровать. Там уже лежала простая длинная рубаха, короткие штаны или похожее из той же простой, похожей на льняную ткани, нечто, похожее на чулки в количестве две штуки и очень длинные, темно– зеленый похожий на стеганый камзол не длиннее бедер и накидка, а скорее плащ. На головной убор, который Тоби любовно положил рядом, Джон даже смотреть не хотел. Он подозрительно напоминал беретку с пером.

«Чтобы я, солдат, одел это и стал похож на расфуфыренную бабу!?» – думал Джон, и внутри у него все клокотало.

Но вслух он все– таки смог смолчать, только тихо пыхтел от возмущения.

– Но принц! – убито произнес Тоби, – я не понимаю, это же ваша любимая одежда!?

Джон сцепил зубы, решив, что хуже провалиться, чем все это напялить, тем более никто же будет его видеть.

«Вот когда чужое тело очень даже пригодилось!» – подумал с сарказмом он, вдруг с мстительной радостью поняв, что все эти вещи буду на принце, а не на нем, Джоне.

– А потом еще нужно принять ванну, – вдруг сказал Тоби.

– Это я не успею уже, – сказал с сожалением Джон, который после пещеры был и сам не против принять душ.

– Встаньте, мой принц, – сказал Тоби и стал его раздевать, когда Джон поднялся с кровати и прошел от нее мимо сундука и встал в свободном пространстве комнаты. Тоби тут же стал снимать с него одежду, а потом протер грязь влажной тряпкой. Джону все это все было непривычно, и он злился, но таков был обычай этого времени, и он решил все– таки не выдавать себя такой мелочью, а спокойно стоял, сцепив зубы и держа руки в стороны, а ноги на ширине плеч, чтобы Тоби было удобнее. Тем временем оруженосец снял с него рубаху и лосины, одел простую рубаху, штаны, которые закрутил вместо трусов на веревку на поясе так, чтобы веревка нигде не натирала Джону, обернув вокруг нее верх тряпичных штанов. После этого Джон решил даже не смотреть, так ему было хреново понимать, что на него напяливают.

– Теперь зеленые шоссы, – сказал себе под нос Тоби.

Шоссами как раз и оказалась те самые длинные чулки из плотной ткани, которые Тоби привязал веревочками к поясу на рубахе Джона. Затем последовал камзол, пояс с кинжалом, напоясной мешочек для мелочи, а сверху плащ, красного, даже скорее, алого цвета рода королей. На ногах красовалась мягкая удобная кожаная обувь на кожаных же веревочках.

– Ну, скоро уже? – нетерпеливо произнес Джон.

– Все, практически уже все, – произнес Тоби, завязывая последний кожаный шнурок.

– Вот все, теперь все, – наконец произнес довольным голосом Тоби и удовлетворенно отошел, и посмотрел на него.

– Принц, вы отлично выглядите!

– Спасибо, – буркнул Джон, абсолютно уверенный, что выглядит как клоун или шут.

– А теперь ты ведь должен меня дождаться? – спросил он.

– Да, конечно я дождусь здесь! – ответил Тоби.

– Хорошо. Тогда я пошел, – на этих словах Джон вздохнул побольше воздуха и открыл дверь, не забыв перед этим прихватить план Тоби.

Когда он уже вышел в коридор за дверь из своей комнаты, то посмотрел на этот так называемый план и понял, что и ребенок бы нарисовал лучше, и понять что– либо в этих каракулях совершенно невозможно. Кое– как пытаясь разобраться, Джон потопал по коридорам.

Замок был огромен, но и величественен при этом. Он крутил головой, пока искал нужное направление и в то же время не переставал восхищаться тем, что видел вокруг. Джон преодолел коридор, спустился по лестнице и оказался в том самом зале, в который чуть раньше утром пришел с Эриком. Ему даже не верилось, что с момента его пробуждения в пещере и настоящим прошло меньше светового дня. По насыщенности событий ему казалось, что он провел тут не меньше недели. Джон немного покрутился на месте и, сверившись с картой, направился по коридору налево, потом остановился у двери и постучал, а затем осторожно стал открывать ее, на собственном опыте ощутив, насколько эта простая вещь оказывается тяжелая.

– Или я слишком хилый, – буркнул он.

Джон ожидал увидеть зал и кучу народа или кто бы там ни был, но открыв дверь, он увидел только рыцаря и неожиданно, с удивлением понял, что находится в покоях Эрика.

«Упс», – чуть не вымолвил Джон вслух.

Глава 9

И осознав, куда попал Джон понял, что все– таки схема, которую ему выдал Тоби, очень уж сильно подвела его. И точно не то, чем ему в дальнейшем стоит пользоваться.

«Надо потом самому все тут аккуратно обследовать и изучить», – подумал он, обреченно вздохнув, – «и схему самому начертить, если потребуется. Как надо, а не это недоразумение».

Джон ведь, как ни старался, все равно ошибся и зашел туда, куда вряд ли хотел, потому что не смог разобраться в этих каракулях Тоби, и теперь, ругая себя последними словами, чтобы не вызвать подозрения, вошел в покои Эрика.

«Ну не бежать же, в самом деле?» – подумал он резонно, понимая всю курьезность самого факта побега сейчас на глазах охранника короля.

Поэтому Джон максимально уверенным шагом прошел внутрь мимо рыцаря у двери и увидел, что король сидит за столом на странном стуле с прогнутым сиденьем, невысокой спинкой, но достаточно широком для удобства, и сосредоточено пишет что– то пером. Эрик же все равно услышал Джона и обернулся. Впервые он в свете свечей заметил тень усталости и тревоги на лице этого достаточно молодого мужчины. А теперь, после рассказа Тоби, он более или менее понимал всю сложность сложившейся в королевстве ситуации, из которой Эрик пытался найти выход. Джон сам лично пока выхода из всей этой задницы не видел. Ну, то есть вообще. От этого легче на душе не становилось.

«Хорошо, что не мне лезть в эту банку с гадюками– представителями», – вдруг подумалось Джону, понимая, что нужно недюжинное мужество делать то, что собирался осуществить Эрик. И как человек военный, Джон невольно зауважал короля.

– Эд, хорошо, что ты зашел перед Советом. Я как раз хотел послать за тобой, – произнес Эрик и, вздохнув, оглядел принца. – Ты хорошо выглядишь в этом, – улыбнулся он Джону, явно стараясь выглядеть менее обеспокоенным, чем был на самом деле.

Сам король тоже уже был одет для заседания Совета почти также, как Джон, только камзол и плащ были побогаче, а на груди была широкая королевская цепь, видимо с символом власти, на боку у него, правда, был нормальный меч, а не короткий кинжал, как у Джона. Но главное, что на голове Эрика красовалась уже изящная неброская золотая корона, а не обруч.

– Спасибо, – сказал Джон максимально доброжелательно.

Ему вдруг неожиданно для самого себя захотелось помочь хоть чем– то этому очень мужественному человеку, как он теперь воспринимал Эрика.

– Чем я могу помочь? – вырвалось у Джона, прежде он понял, что сказал. – «Черт! Я ведь решил пока искал зал совершенно определенно никуда не лезть и лишний раз держаться подальше от здешних дел!» – тут же подумал Джон, как только понял слова, которые только что сказал, так как намеревался в очень скором времени все– таки смыться обратно в свое тело и забыть все как страшный сон.

«И что меня дернуло за язык!» – подумал он, злясь на себя, как только слова так беспечно вылетели из его рта, хотя уже понимал, что в данной ситуации не мог поступить иначе. Он не терпел, когда все были против одного.

Эрик несколько удивленно на него посмотрел.

– Спасибо, Эд, я очень тронут, что ты предлагаешь свою помощь. Обычно ты так погружен в свои документы и умные беседы с Тоби, что мне порой кажется, что ты вообще живешь в каком– то своем мире.

Старший брат был искренен и сказал это без злобы. В этих его словах о младшем брате не было и тени иронии или насмешки, а только просто очевидные для него факты. Джон же тяжело вздохнул, понимая, что опять наверняка куда–нибудь точно влип по причине своего длинного языка вследствие порывистого характера. Опять эти его высокие идеалы!

– Пока мне достаточно твоего присутствия и лишней пары глаз, – сказал Эрик. – Меня очень интересует реакция на мои слова представителей, но я не могу наблюдать за всеми сразу ,– поделился Эрик своими размышлениями и переживаниями.

– Хорошо, конечно! – столь же искреннее произнес Джон, с облегчением выдохнув, потому что на его предложение Эрик мог попросить что угодно.

– А кто тебя больше всех смущает и вызывает подозрения? – вдруг поинтересовался Джон.

Эрик широко улыбнулся и полушутливо спросил:

– А ты, оказывается, имеешь задатки стратега! Мне это нравится, особенно когда ты та живо стал этим интересоваться.

При этом он встал со своего стула, свернул трубочкой пергамент, на котором писал только что, залил воском концы веревок, скрепляющие скрученный пергамен, и поставил своим кольцом– печаткой знак королевской власти на еще теплом, нагретом на свече воске, и позвал пажа. Затем, когда мальчик с поклоном забрал запечатанное послание и ушел, Эрик повернулся к принцу и слегка хлопнул ободряюще Джона по плечу, от чего хиловатое тело принца покачнулось. А Джон осознал, насколько мощным и мускулистым должен быть Эрик, потому что если он так только подбодрив хлопнул, от чего Джон покачнулся, то что будет если он решит ударить взаправду?

Невольно в голове Джона всплыло, что только меч рыцаря весит килограммов пять – десять, а доспехи от пятнадцати до пятидесяти килограмм. Хиляк, типа принца, сразу бы упал и не встал от такого, так что он точно не боец. Джон опять тяжело вздохнул, твердо решив сразу после Совета заняться этим вопросом, пока вынужден торчать в этом теле.

Эрик же посмотрел на брата и по– доброму ухмыльнулся.

– Больше всего меня интересуют все, – вдруг ответил на вопрос Джона Эрик и хитро улыбнулся совсем по– мальчишески. – Если честно, ни одному из них я не доверяю, каждый, в той или иной мере вызывает подозрения, – добавил он уже совершенно серьезно, а от его улыбки не осталось и следа, и Джон понял, что Эрик просто не хочет пугать младшего брата.

Слова и подозрения Эрика так совпадали с мнением Тоби, что Джон невольно проникся к пареньку– оруженосцу уважением и большим доверием, несмотря на его ляп с планом.

– Я понял, тогда давай договоримся, кто за кем следит, – сказал Джон даже, не думая толком о том, что дает указания старшему брату, да еще королю, но понимая, что так бы поступил сам, будь он на месте Эрика. Если б оказался в такой же ситуации, конечно.

«Черт, а я практически и есть в этой ситуации!» – промелькнуло у него тут же в голове.

От этой мысли настроение Джона никак не улучшилось. Но разве был выбор?

«У меня, судя по всему, с выбором и свободой воли в этом, мать его Авалоне, вообще большой напряг», – недовольно подумал Джон. –«Ну ,точно, как на задании».

Эрик же немного удивленно посмотрел на Джона.

– А я не успел заметить, что ты вырос, – с печальным вздохом сообщил он, от чего на секунду плечи его поникли. – Я так погряз за последние два года в делах королевства, что не замечаю таких важных вещей. Порой кажется, что в моей жизни есть только Авалон, а любви и дружбы, даже брата и чего– то большего просто нет.

Эрик тяжело вздохнул, а взгляд его при этих словах был устремлен вдаль. Но он быстро опять стал прежним: уверенным и властным королем и старшим братом. Он на глазах моментально подобрался, гордо выпрямился, как подобает королю, кивнул и сказал:

– Хорошо, согласен, это очень разумно. Предлагаю, что я буду следить за фейри, а ты за волшебником и Леди Элис.

– Заметано, – чуть не вырвалось у Джона, вместо чего он успел только крякнуть, а Эрик в легком недоумении на него посмотрел.

– Все нормально? Я не много от тебя требую? – вдруг взволновался король, искренне беспокоясь за младшего брата.

– Нет, что ты! Просто я немного волнуюсь, – нашелся Джон.

Эрик понимающе кивнул.

– Не поверишь, я тоже, – на этом король улыбнулся братской улыбкой, и от этого стал нравиться Джону еще больше. В первую очередь из– за того, что мог сознаться в своей слабости, но все равно не сворачивал с намеченного пути.

– Я думаю, что осталось совсем немного времени до начала Совета, – произнес Эрик, – я верю в тебя. Но нам пора идти.

На этом король подозвал к себе рыцаря и в его сопровождении него братья вышли из покоев.

Только сейчас, при свете факелов, Джон обратил внимание, что под шикарной туникой короля одета кольчуга, а обут он не в мягкие туфли, как сам Джон, а в нечто, что больше походило на рыцарские сапоги. Или, скорее, ботинки из плотной кожи, от сего от шагов короля раздавался гулкий звук по полу.

Это насторожило Джона. Внутренним инстинктом военного с опытом он чувствовал, что Эрик ожидает любого поворота событий, вплоть до худшего.

Он как раз дошли до больших парадных дверей, которые явно отличались от двери покоев Эрика, хотя у него они тоже были шикарные.

Эрик резко остановился и повернулся к Джону.

– Я не знаю, чем закончится Совет, и не хочу подвергать тебя опасности, поэтому прошу слушать и наблюдать за всем, что будет происходить из тайной комнаты сбоку очень внимательно. Только дай мне слово, что не будешь вмешиваться, чтобы не случилось! У Авалона должен остаться хотя бы один наследник истинного рода королей!

И король строго и внимательно посмотрел на принца, а Джон не мог не кивнуть в ответ на этот пронзительный и заботливо– обеспокоенный взгляд, чувствуя, как неприятный вкус опасности появился во рту.

– Ну? Так ты дашь мне слово? – повторил требовательно Эрик, смотря на него.

– Да, конечно, – ответил Джон, кивая, уже покоренный этим человеком.

Он проникся преданностью и благородством Эрика, его заботой старшего брата. Брата, которого у него самого никогда не было, а были только сослуживцы, которые и были Джону почти как братья.

– Тогда иди, – сказал Эрик, уже разворачиваясь лицом к дверям, которые открывал рыцарь, и идя в направлении входа в зал. Джон же вместо доброго брата уже видел перед собой только короля, так величественен и горд был Эрик, входящий в «банку со змеями».

– Черт, пропущу же все! – подумал Джон и рванул в эту загадочную тайную комнату, которую ему еще предстояло найти.

– Черт, черт, черт! – бормотал он себе под нос, пытаясь понять, где же вход, выискивая взглядом хоть что– то в боковом коридоре от зала. Он понимал, что должен знать, но он же не настоящий принц!

Вдруг он наметанным взглядом увидел в настенных панелях зазор чуть больше, чем следовало. Быстрому и невнимательному взгляду эта разница была неуловима, но целенаправленно ищущему Джону оказалось как раз. Он нажал, потянул и что– то там еще, и к его радости, внутри скрипнуло, и он оказался у приоткрытой небольшой дверцы, которую еще прикрывал гобелен. Джон осмотрелся по сторонам, к счастью, никого не было, и быстро просочился в узкий коридор, как мог аккуратно спустился на ощупь, чуть не скатившись вниз по нескольким ступенькам, оказался в небольшой комнатке, больше похожей по размерам на исповедальню. Джон сейчас был только рад, что принц такой щуплый, иначе он бы в своем теле вряд ли тут развернулся. В комнатке было темно, хоть глаз выколи. Он стал руками вслепую искать хоть что– то, что дало бы ему обзор. Он, затаив дыхание продолжал искать, уже слыша голоса в зале Совета, и вдруг к своей радости нащупал панель, тут же отодвинул заслонку.

Джон выдохнул от того, что предстало его взору. Он теперь видел все, что происходило в зале, а все слова слышал четко, как если бы был рядом с Эриком.

Глава 10

Прорезь для обзора из потайной комнаты была расположена достаточно низко, практически у пола зала рядом с троном, потому Джон хорошо мог видеть Эрика, а также разглядеть и услышать тех, кто разговаривал с ним. Просто ракурс был снизу вверх, что не мешало ему наметанным взглядом замечать все мелочи, которые происходят. А еще улавливать каждую сказанную в зале фразу, в чем ему очень помогало еще отверстие в стене, помимо прорези, которое очень напоминало слуховое окно. Во всяком случае звук голосов был таким, как будто Джон стоял рядом с говорившими. Он стоял в своей комнатке и хорошо видел, как Эрик величественно сидит на троне, представлявший собой красивый резной деревянный высокий стул, который был расположен в торце достаточно большого зала. В самом же зале, парадно украшенном гобеленами и знаменами символа королевской фамилии поместилось бы человек сто, не меньше, но пока должен был быть только Совет.

Кстати, о гербе короля: Джон все время вглядывался в него, но никак не мог понять, что ему напоминает рисунок. Что за животное изображено на нем. Он понимал, что все должно быть просто, ему казалось, что это лев, просто нарисован очень странно. Но как ни вглядывался, с этими их средневековыми изображениями, никак не мог точно определить. Хотя сам по себе уже узнавал безошибочно королевский герб даже издали по цветовому сочетанию: на красном фоне золотой рисунок.

«Ну никакой фантазии!» – подумал Джон, еще когда увидел всадников на холме, рассмотрев тот внимательнее, уже едучи с ними к замку на одеждах с символами королевского рода. До боли это сочетание цветов напоминало ему символику Ричарда Львиное сердце. – «Никакого разнообразия! Никаких неожиданностей! Даже в другом мире!» – подумал он тогда с сарказмом.

А сейчас, наблюдая из своего укрытия за Эриком, он в очередной раз убедился, что это типичный средневековый тронный зал.

«Ну или он должен так выглядеть, если тут стоит трон», – подумал Джон, но углубиться в свои размышления, каким тот должен быть, у него не получилось, так как именно в этот момент вошли четыре гостя, которые и были, судя по всему, именно теми самыми представителями.

Все четверо вошли в зал одновременно и медленно подошли к королю так, как будто не хотели, чтобы хоть кто– то оказался перед троном даже на секунду раньше. А тем более, впереди остальных. И вот они предстали перед королем, причем Джон не мог не отметить, что каждый держал себя совершенно по– разному.

Сухопарый мужчин лет пятидесяти с короткой бородкой а– ля эспаньолка с проседью, стоявший дальше от Джона, поклонился учтиво, спокойно и уважительно.

– Приветствую вас, мой король! – произнес он сдержанно, но с уважением. Затем после приветственного кивка Эрика отошел чуть в сторону. И Джон увидел, что чуть сбоку от трона распложены четыре стула, немного похожих на королевский трон по изяществу исполнения, но поменьше и с более низкой спинкой.

Седовласый же мужчина сел на один из стульев, и Джон был практически уверен, что это и есть главный волшебник. Одет он был тоже в эти ужасные чулки, какие были на самом Джоне, просто темно– коричневого цвета, темный же камзол без плаща и тоже короткий меч. На ногах у него, однако, была обувь, больше похожая на ту, которая была на Эрике. Это очень насторожило Джона. Тем более, именно за этим Лукмусом или Лусмусом он и должен был следить по договоренности с «братом».

Второй после него перед королем была эффектная блондинка, вернее, она была бы эффектной, если бы не была такой миниатюрной и полненькой, в длинном платье в пол с вырезом цвета, напоминавшем цвет запекшейся крови. Почему– то ему пришло в голову только такое сравнение, которое вызвало в Джоне неприятные ассоциации и отторжение на уровне подсознания. Лицо ее было напудрено, а губы явно краснее, чем могли бы быть при естественном стечении обстоятельств, поэтому Джон совершенно не исключал, что даже в эти времена и тут тоже в мир просочилось вечное стремление женщин нравиться, а, следовательно, краситься. Волосы ее были сплетены в причудливую прическу, состоящую из прядей и кос разной толщины. Она была лет этак сорока или около того, но стреляла глазами в сторону Эрика намного более откровенно и открыто, чем нужно и можно было для простых переговоров и в стремлении понравиться. Он явно привлек ее женское, а не только «представительское» внимание, заинтересовав ее как мужчина.

Джон не очень, если честно, удивился, потому что король был очень привлекателен. Во всяком случае ему, с его мужской точки зрения так казалось. Эрик был прямо вылитый король Артур, никак не меньше, а бабы даже в двадцать первом веке тащились от него. Тем более в романтично ареоле средневековья.

Эрик же сидел со спокойным и уверенным лицом, на котором невозможно было угадать ни одной эмоции, кроме свойственных королю при таких мероприятиях. Джон не мог не отметить, как умело «брат» совмещал выражение доброжелательности и при этом силы и уверенности. Никто бы и никогда не осмелился подумать, что буквально несколько минут назад король признавался, глядя Джону в глаза, что тоже волнуется.

«Идеальный король», – невольно восторженно подумал Джон в восхищении Эриком. Было видно, что тот рос всю свою жизнь с осознанием ответственности и гордости за то, кем ему суждено когда– нибудь стать.

Он же сам всегда ощущал себя только простым солдатом и не имел стремления занять высокие должности или стать какой– нибудь шишкой в штабе. Ему всегда была ближе простая жизнь, полевые задания, «земля», вот и сейчас он отчетливо понял, что не смог бы быть так как сейчас делал Эрик: сидеть на его месте и уверенно улыбаться людям, которым не доверяет ни на йоту и не очень, если честно, рад видеть. Поэтому Джон был в данную минуту несказанно рад, что раз его в принципе угораздило угодить в такую задницу, что он стоял в теле щуплого принца, а не короля Эрика. Ведь шанс, что его бы не занесло в тело старшего брата тоже был. Поэтому мужчина лишь с облегчением выдохнул и вернулся к своим наблюдениям.

Он продолжал внимательно и с любопытством разглядывать всех, кто был в зале, кроме, конечно, рыцарей у трона и двоих мужчин, стоявших за троном, которых Джон помнил по встрече его самого. Они тогда сопровождали его и Эрика до замка.

В этот момент «прелестная» леди Элис, а это просто должна была быть она, хотя бы потому, что других женщин тут попросту не было, уже сделала реверанс Эрику, показав грудь в наклоне чересчур низком значительно больше, чем тот бы хотел увидеть.

– Мой король! Рада Вас видеть! – произнесла она томно и после кивка Эрика направилась к одному из трех свободных стульев.

К удивлению Джона, она заняла самый крайний стул от волшебника, словно хотела быть от того подальше.

«Наверняка тут не обошлось без личной вражды», – решил Джон, ухмыльнувшись, подозревая распри между ведьмами и волшебниками, что логично. А еще запомнив эту небольшую, но важную деталь.

Теперь высказать свое почтение королю остались только фейри. Джону было очень любопытно рассмотреть их повнимательнее. Он никогда не думал, что у него будет даже призрачный шанс увидеть этих сказочных и диковинных существ, о которых в своем мире мог только читать в сказках и историях. Поэтому он сосредоточился, с двойным вниманием рассматривая оставшихся представителей.

Фейри резко отличались от остальных в первую очередь цветом кожи, которая была немного более бледной и светлой, уши немного заострены, глаза были обычными, причем практически такие как у людей. И к удивлению Джона, у одного они были голубоватые, а у другого зеленоватые. В остальном, с радужкой и зрачком, как у людей, но как будто немного прозрачные. Неожиданно один из фейри невзначай стал изучал зал и посмотрел мельком на то место, где была прорезь, в которую уставился Джон. Даже была секунда, когда они смотрели друг другу в глаза, и он не мог понять, раскрыт или нет. А еще у мужчины создалось в этот момент ощущение, как будто смотрит в глаза соседской кошке миссис Брукс, которая вроде смотрит на тебя, а вроде и сквозь тебя.

«Бррр», – передернуло Джона, хотя взгляд фейри был слишком быстр. –«К этим созданиям явно нужно было привыкнуть», – подумал Джон.

Волосы же у обоих представителей от фейри были длиннее, чем у остальных мужчин в зале, то есть ниже плеч, и забраны назад, спадая на спину, скрепленные то ли заколками, то ли еще чем– то непонятным так, чтобы не мешали и не падали на лицо. Джону даже показалось, что при темном цвете волос к обоих, тем ни менее они как будто отсвечивали на свету у одного белым, как налет инея или седина, а у другого темным, как тень.

Первым к королю подошел тот, у которого волосы были светлее, точнее с белым отливом. Он поклонился Эрику с почтением, без дерзости, но и с достоинством почти равного, даже ничего не сказав. А затем молча тоже занял свое место на одном из четырех стульев, но Джон оказался невольным свидетелем одной мелочи, которая была видна только с его ракурса. Когда это беловолосый кланялся, на секунду его рот исказила ухмылка, но тут же исчезла, как и не было.

Последний же из представителей тоже подошел к Эрику, наклонился, даже ниже и подобострастней, чем первый, а затем так же молча, как и первый фейри, занял оставшееся свободное место на стуле.

Джон не мог не заметить, что оба не поприветствовали Эрика словами. Ситуация казалась ему все подозрительней.

«Как кого из них как зовут?» – растерялся Джон. Он знал имена, но не знал которое из них кому принадлежит. –«Вот пойди разбери их!» – ворчал он про себя. – «Итак имена произнести можно язык сломать, так еще и не узнать ни хрена».

Но делать было нечего, у него была только одна возможность понять – внимательно слушать, что он и собирался делать, до сих пор чувствуя привкус опасности во рту и вспоминая взгляд и слова Эрика перед этой встречей.

Джон даже не мог понять сейчас, как поступит, если королю вдруг будет грозить опасность. С одной стороны, Джон был подготовлен для этого и имел опыт, а с другой стороны – хилое тело принца и сюрпризы, типа того, который наглядно показал ему Тоби с шаром, не давали ему покоя. И он сильно сомневался, что сможет быть также полезен и умел, как был бы в своем мире, если столкнется с нечто подобным здесь и сейчас.

«Вряд ли главный волшебник обойдется каким – то шариком», – рассудил Джон, наблюдая.

Но он очень искренне наделся, что в нынешней ситуации ни его знания, ни его опыт не потребуются, и все обойдется без необходимости его вмешательства.

Тем временем Эрик начал свою явно заранее заготовленную речь для представителей.

– Дорогие члены Совета, я собрал всех вас тут дабы обсудить ситуацию, которая сложилась на западе нашего королевства. Как вы все знаете, вождь людей прислал ультиматум, в котором грозится стереть наше королевство с лица земли. Но мы ничего не знаем о нем лично и насколько оправданными, и обоснованными могут быть его угрозы. И значит должны оценить степень опасности его слов. А также нельзя забывать про пророчество, в котором говориться о возможности того, что именно эта война может стать той решающей, после которой один из миров действительно исчезнет совершено. И никто не знает чей в итоге это будет мир: наш или людей.

Он сделал многозначительную паузу, внимательно, задержав взгляд, посмотрел на каждого из четырех представителей и продолжил:

– Я бы хотел услышать ваше мнение и мнение ваших народов на ситуацию и присоединитесь ли вы к нам в случае, если сражение будет неизбежно.

Джон затаил дыхание в своей комнатке и стал внимательнее наблюдать за всеми, а особенно за своими «подопечными».

Все четверо сидели на удивление молча и спокойно, не было бурных реакций, возмущения или чего– то из ряда вон выходящего, от чего у Джона создалось устойчивое ощущение, что все всё прекрасно знали, и не особенно скрывали это сейчас. Судя по выражения лица Эрика, он пришел к тому же мнению.

– Итак? – спросил он уже чуть требовательнее. – Я готов вас выслушать, иначе буду действовать по собственному усмотрению, – произнес он, явно провоцируя их на реакцию.

– Ваше величество, – подала голос леди Элис. – Мы, ведьмы, всего лишь слабые женщины, и как мы можем быть равными там, где воюют мужчины?

Она сказала это с достаточной долей кокетства и явным намеком на свою собственную абсолютную беззащитность, в чем Джон лично стал сильно сомневаться. Эрик и бровью не повел, а просто слушал, что она скажет дальше.

– Поэтому я хочу сказать, что мы не очень верим в пророчество и его толкование Вашим братом, а потому не планируем вообще куда– либо вмешиваться, – продолжила она свою мысль, кокетливо улыбаясь.

– Я услышал вас, леди Элис, – сдержанно и уважительно произнес Эрик, кивнув в ее сторону.

Ведьма в ответ томно улыбнулась и потупила взгляд, как потупила бы любая якобы «слабая» женщина. Но Джон что– то стал сильно сомневаться в этом, а потому эта ее уловка не ввела его в заблуждение. Он повидал на службе немало женщин, которые были более чем сильны и опасны, и знал, что порой они страшнее любого врага– мужчины.

– Ваше величество! – вдруг подал голос волшебник. – Я не могу не согласиться с Вами, что ситуация крайне сложная и неоднозначная. Наши предки предупреждали о том, что когда– нибудь придет час расплаты, но мало кто верил. А тут Вы вдруг находите пророчество.

Джон услышал долю скепсиса в голосе говорящего. Сложно было не уловить то, что волшебник говорил между строк, что дескать пророчество, так удобное королю, найдено как– то слишком уж в нужное время.

Со своего потайного места «слежки» он увидел, как желваки Эрика на секунду пошли ходуном, но тот все же взял себя в руки. Оба понимали, что вроде бы безобидная фраза, но сказанная в присутствии все этих четверых, практически в момент могла изменить ситуацию не в пользу короля.

– Так вы присоединитесь к нам или нет? – уже более жестко спросил король волшебника, смотря тому прямо в глаза.

– Мы будем с Вами, король, но для начала мы бы хотели сами ознакомиться с документом. Мне сложно представить, как бы я при этом не уважал Вашего брата, что он обладает достаточным количеством волшебных знаний, чтобы правильно расшифровать документ, особенно учитывая, что он не волшебник. Я вообще считаю, что этот пергамент нужно досконально изучить не одному, а несколькими волшебниками. Даже может надо организовать совет по его изучению и толкованию.

Эрик резко выдохнул и сказал громко и властно.

– К сожалению, я не могу это сделать. Во– первых, у нас нет времени на это, так как срок ультиматума истекает через шесть дней, а во– вторых, вы прекрасно знаете, что документ рассыпался и не подлежит восстановлению.

– Я верю Вам, ваше величество, но согласитесь, это очень удобно? – сказал доброжелательным тоном волшебник, смотря на короля, но даже Джон чувствовал легкую враждебность и недоверие этого человека.

«Вот же гадина!» – не выдержал Джон, чуть не сказав это вслух, удивляясь, как этот засранец нравится очень даже адекватному Тоби.

Эрик же ничего не ответил, а просто холодно смотрел на волшебника, прекрасно понимая, как ловко тот все повернул.

А тут еще эти непонятные фейри, которые были похожи друг на друга как две горошины в стручке, только отличаясь цветом волос, сидели и тоже слишком подозрительно молчали, не споря при этом с волшебником.

И как будто услышав мысли Джона в этот же момент подал голос фейри, которого мужчина мысленно окрестил, как «светловолосый» из– за белого отлива черных волос:

– Ваше величество!– произнес тот, вставая.

– Я слушаю Вас, Каатир, – произнес Эрик учтиво, поворачиваясь лицом к говорившему.

«Ну слава Богу, я теперь хоть пойму, кто есть кто», – обрадовался Джон, тем ни менее не отвлекаясь при этом от беседы.

– Я бы хотел заметить, что между нашими Дворами всегда существовала дружба и понимание. Поэтому мой король просил передать, что он будет с вами. Конечно, он просил напомнить Вам об обещании, которое вы обещали исполнить, – вдруг как бы невзначай, случайно вспомнив, произнес он.

– Я помню, – ответил спокойно Эрик, явно понимая, о чем речь.

Джон решил, что у него появился еще один вопрос, который стоит уточнить у короля или Тоби. –«Какое, к черту обещание??»

– А что думает Ваш народ? – обратился Эрик ко второму, «темноволосому» эльфу.

– Ваше величество, – произнес тот, который судя по всему и был Хос’х, – я могу лишь уверить, что мой король сделает все, чтобы изменить в корне ситуацию, чтобы она была максимально благоприятной.

«Скользко, очень скользко», – невольно подумал Джон, хотя тем не менее это было лучше, чем «нет» или просто молчание.

– Я услышал всех Вас, – произнес королевским голосом Эрик, а затем, сделав небольшую паузу, продолжил:

– Поскольку мы не пришли к единому пониманию ситуации, то ставлю Вас в известность, что я собираюсь на встречу с людьми, дабы предотвратить саму по себе войну. Если кто– то не согласен или хочет сопровождать меня, то я буду рад поддержке или жду Ваших высказываний.

– Он хочет сделать что?!?!? – не веря своим ушам, еле сдерживаясь, чтобы не сказать громко на весь зал, но все же сумев это сделать шепотом, произнес Джон.

– Я буду рад составить компанию, – неожиданно произнес Хос’х и доброжелательно улыбнулся королю. – Мне кажется, мой долг быть рядом в такой ситуации, – добавил он и подобострастно поклонился.

В итоге к удивлению Джона, все, кроме «слабой» леди Элис подтвердили, что будут сопровождать Эрика к вождю людей.

«Куда его несет?!?!» – злился Джон, нутром ощущая неправильность этого поступка, при этом поспешно наощупь выходя из своей тайной комнаты, понимая, что встреча завершена. У него было огромное желание начистить красавчику Эрику морду за его благородство, которое неизвестно куда того заведет.

Джон только что своими глазами убедился, что никому из этой четверки доверять нельзя категорически. А интуиция в совокупности с опытом еще никогда его не подводили.

Глава 11

Когда Джон потихоньку выбрался из каморки, предварительно, конечно, оглядевшись по сторонам, чтобы убедится, что никого рядом нет, то он помедлил минуту, чтобы оправится. А потом все– таки решил пойти и найти Эрика, борясь со жгучим желанием вдолбить в его самоотверженную королевскую голову любым способом понимание всей беспечности и опасности задуманной им поездки с визитом к людям. Да еще столь неожиданно для Джона. Уж именно Джон, как никто другой, знал какими двуличными и хитрыми могут быть представители его расы. Он, конечно, надеялся, что именно здесь это может быть несколько по– другому, но пока все факты говорили ему об обратном.

Поэтому Джон встал за поворотом у входа в тронный зал, чтобы вышедшие представители Совета его не увидели, беспокойно дожидаясь Эрика и удерживая себя от переминания в нетерпении с ноги на ногу. Он жаждал поговорить с этим благородным болваном королем «по душам». Джон кипел от возмущения и еле сдерживался, стараясь лишний раз не шуметь и пытаясь не показать нетерпения, но высказать все, что он думает по поводу этой затеи с поездкой в лицо самому королю.

Почти сразу, как только Джон очутился в коридоре, он услышал отворившуюся дверь тронного зала и шум неспешных шагов всей четверки представителей, выходящих оттуда.

– Дорогая леди, мне кажется, что ваша королева поступает опрометчиво, когда говорит, что не будет не во что вмешиваться. Ведь понятно, что война, если она все– таки начнется, не будет стоять в стороне, как это делаете вы сейчас, – прозвучал вдруг вкрадчивый голос Хос'ха.

– Дорогой мой Хос'х, – промурлыкала в ответ леди Элис, – я бы не стала говорить так уверенно, что война вообще будет. Это слишком похоже на мужской турнир, не правда ли? Вот только что каждый из вас предполагает выиграть в нем?

– На кону стоит благополучие наших земель! – строго заметил Лусмус.

– А может, только чьих– то конкретно? – неожиданно заметила леди Элис с явным намеком.

– Женщинам вообще сложно и не очень доступно судить о таких вопросах, – заметил недовольный голос Каатира.

– Вот и я том же! – все тем же томно– мурлычущим тоном протянула леди Элис.

«А стервы то были во все времена» – подумал про себя Джон, четко видя, как женщина стравливает и обостряет ситуацию, – «И, видимо, милая леди Элис и ее королева, как раз из числа тех самых – обе изрядные стервозины», – сделал он свой вывод.

Он ненавидел зловредных женщин, а еще сильнее тех, которые любили плести интриги, добиваясь желаемого любым способом.

Но потихоньку шаги четверки становились все глуше и тише, постепенно почти стихли совсем. А когда они удалились, то Джон, наконец, услышал другие шаги и безошибочно узнал Эрика.

– Что ты такое творишь?!? – чуть не вырвалось у него, когда он вылетел тому навстречу, но Джон сумел вовремя сдержаться и вместо этого, очень надеясь, что его тон соответствует существующим здесь обычаям и традициям спросил:

– Эрик, почему ты не сказал мне о своих планах?! – требовательно спросил он.

Король с сожалением посмотрел на младшего брата и огорченно вздохнул.

– Извини, Эд, но я до последнего надеялся, что мне удастся этого избежать. Но ни один из этой четверки, как ты успел заметить, не поддержал меня так, как я надеялся. Ты же слышал, что у каждого было какое– то условие. Причем, не всегда исполнимое, а значит это практически грозит изменой. Как мне понять расстановку сил в таких условиях, когда я не знаю и не изучил врага?

Он вздохнул.

Джон не мог не согласиться, что воевать вслепую самое глупое, что можно сделать.

– Но сказать то можно было! – пытаясь осознать услышанное в зале и то, что только что сказал Эрик, произнес с легким упреком Джон, пытаясь как можно натуральнее сыграть обеспокоенного младшего брата. Хотя играть беспокойство особенно и не пришлось. Ему очень не нравились перспективы, которые живо рисовало ему его воображение и опыт в случае, если с Эриком что– то случится.

– А благополучие королевства всегда было приоритетом короля, чтобы его подданные жили в мире и согласии, – добавил вдруг его «брат». – И я не устану добиваться этого всеми доступными мне способами. Именно в этом я просил и прошу помочь мне.

– Но чем я могу?! – в непонимании спросил Джон.

Наступила немного зловещая тишина, и Эрик с печальным вздохом положил тяжелую руку на плечо Джона, твердо посмотрел ему в глаза и глухо сказал:

– Пока я буду в отъезде, то назначу тебя моим официальным наследником и королем. Если со мной что– то случиться, у тебя не будет времени проводить церемонию коронации, а в случае моего указа, это уже будет решено. Тем более, я должен поведать тебе тайны, который передаются в нашем роду из поколения в поколение только наследнику.

«Вот черт!» – чуть не выдохнул вслух Джон. Он боялся именно такого поворота событий. Понятное дело, что вся затеянная Эриком поездка к вождю людей – Бараку изначально была более чем опасна, а в сопровождении этой, как змеиный клубок, четверки и подавно. Но он все же где– то внутри, наверно, надеялся, что пронесет. Джон еще не остыл от желания переубедить короля, набив ему морду, только сильно сомневался, что его нынешнее тщедушное тело это выдержит. Он еще хорошо помнил тяжелое подбадривание Эрика перед началом Совета, да и лежащая сейчас на плече рука не давала забыть это.

А все сильнее Джон чувствовал желание сделать любым способом так, чтобы король не смог никуда поехать, но будучи человеком военным с обреченностью понимал, что, скорее всего, на месте короля поступил бы также.

– А если с тобой что– то случиться? – не удержался он от вопроса, – если ты действительно погибнешь?! – выдохнул он растерянно.

– Это вполне может быть, поэтому я и назначу тебя, – все так же спокойно ответил Эрик, – хотя уверяю, я буду всеми силами стараться избежать такого исхода событий.

И он горько усмехнулся.

– Но а если я не справлюсь!?!!? – выдохнул Джон, которому перспектива вести войну в незнакомом мире да еще с врагом, о котором ничего не знаешь совсем не прельщала. И это помимо того, что он совершенно не представлял, как управлять королевством, полным волшебства и магии.

– Ты должен. Ты тоже сын нашего отца. Пусть ты не любишь войны и оружие, но здесь важно то, что всегда говорил нам отец! – сказал жестко Эрик.

И тут Джон понял, что пропал. Он не знал, что же говорил король сыновьям, и уже приготовился к тому, что его хватают и у него внезапно заболела шея, как будто уже ощущая лезвие топора на ней.

Джон неравно сглотнул.

Эрик сочувственно посмотрел на него, расценив его волнение и взбудораженность всей общей нервозностью сложившейся ситуации.

– Я понимаю, что тебе будет сложно, но это непростые времена, брат. Мы должны показать, на что способны короли нашего рода и что мы не сдаемся! Ты должен быть сильным и мужественными, как наши предки! А я все– таки постараюсь вернуться.

– Да уж, – вздохнул Джон. – Было бы здорово, – добавил он уже тише, чтобы Эрик его не услышал.

– Я отправлюсь завтра с первым проблеском, – сказал Эрик. – а до этого времени нам нужно будет поговорить. Приходи ко мне в покои, когда пятый проблеск будет над башней.

Джон, только успевший порадоваться, что его опять пронесло, и Эрик не стал уточнять как хорошо он помнит слова отца, опять разозлился.

«Как я должен понять, когда это? Сейчас, через пять минут или совсем поздно вечером?» – раздраженно думал он.

Ему уже стало изрядно надоедать своя собственная неинформироварованность. С этим очень сложно было работать, особенно когда на карту поставлена собственная жизнь, а от каждого твоего слова или действия зависит так много, включая, возможно, в скором времени, и все королевство, а ты как полный лох – не в теме. К счастью, впереди коридора невдалеке замаячил Тоби. Он, видимо, так и не дождался его в комнате, а так как был уверен, что принц ничего не помнит, явно волновался за него и пошел встречать.

Джон даже не думал, что будет так рад увидеть этого паренька.

Ему срочно нужно было две вещи: информация и тишина, чтобы подумать. А Тоби мог удовлетворить обе эти потребности намного лучше, чем король.

– Я пойду, подготовлюсь и вообще, – сказал тогда Джон задумчиво, повернувшись лицом к Эрику.

– Да, конечно, – кивнул тот в ответ. К счастью, старший брат сам был слишком погружен в собственные раздумья, что не собирался его задерживать.

Джон кивком поклонился королю и, развернувшись, быстрее пошел в сторону Тоби, а сам тем временем пытался сформулировать свои вопросы к парню и к самому себе. Он быстрым шагом приближался к своему оруженосцу, который уже его заметил и теперь ждал в коридоре, стоя и не двигаясь.

– Тоби, ты мне срочно нужен! – сказал приказным тоном Джон, не останавливаясь и шагая твердым шагом в покои принца, – идем в мою комнату.

Тоби был немного ошарашен напором всегда такого мягкого и доброго принца, но отнес это к сложной ситуации, которая была на Совете. И был, в общем– то, недалек от истины.

В итоге, не понятно кто кого втащил в покои, и уже будучи внутри и закрыв дверь, Джон резко спросил.

– Когда будет пятый проблеск над башней?

– После обеда, мой принц, – ответил ничего не понимающий Тоби.

Джон с облегчением выдохнул. Значит у него есть немного времени.

– Отлично! Напомни мне об этом, потому что я должен встретиться с Эриком.

– Как скажете, мой принц, – ответил паренек.

– А теперь расскажи мне, что мы знаем о вожде Бараке? – требовательно спросил Джон.

Тоби ошарашенно на него посмотрел, не ожидая, что принц будет так настойчиво интересоваться всеми этими вопросами.

– Ну?! – поторопил его Джон.

– По сути очень немного, – пожал плечами Тоби. – Говорят, что он очень сильный, жестокий, примерно возраста короля Эрика. И это все.

– Все??!? – опешил Джон. – И мы собираемся с ним воевать?!!?

Теперь он все больше понимал, почему Эрик принял это нелегкое решение с поездкой. Он очевидно понимал, что шансы его пятьдесят на пятьдесят, но как король, очевидно, надеялся на то, что они его не тронут, хотя Джон знал огромное количество примеров из истории родной Земли, где королей убивали и предавали почаще бедного обывателя. Значительно чаще.

«Даже если его не убьют сразу, то плен не самый лучший способ выиграть войну», – подумал Джон.

И тут он понял, на что надеется Эрик: он либо узнает врага и примет решение о войне или договоре, либо у него есть в запасе он, Джон, вернее Эд, который является законным наследником трона и королевство не окажется без правителя. Он практически жертвовал собой, поставив на волю случая очень многое. А еще эта скользкая тройка рядом под боком.

– Тоби, а кто это постоянно сопровождает моего брата? – спросил Джон.

Оруженосец обреченно вздохнул.

– Это его военный советник – рыцарь сэр Эдельвейн и преданный соратник, с которым они вместе обучались рыцарству с детства – рыцарь сэр Даркес.

– И насколько они преданы короне? – спросил по– деловому Джон.

Тоби испуганно на него взглянул.

– А с чего вы думаете, что они могут предать? – выдохнул он в ужасе.

– Я просто думаю и размышляю вслух, – сказал Джон.

– Они оба практически выросли вместе с королем. Вернее, советник служил еще прежнему королю, вашему отцу.

– Ясно, – прошептал Джон. – Мне надо прогуляться, – сказал он резко Тоби и направился в сторону двери.

– В парадной одежде? – удивился оруженосец.

– А что? – еле слышно прошептал Джон, но обреченно вздохнув на недоуменный взгляд парня, вернулся и послушно встал в уже знакомую ему позу посередине комнаты, растопырив руки.

Тоби смотрел на него удивленно.

– Чего ждешь? Я готов к процедуре, – пробурчал Джон, уже почти смирившись с тем, что его раздевают и одевают как куклу по несколько раз за день.

Тоби быстро кивнул и поспешил исполнить свои прямые обязанности. Он ловко снял шоссы и камзол, а вместо этого надел на Джона то, что было на нем прежде, или очень похожее. Это была просторная простая длинная рубаха, сверху на нее кожаный жилет без рукавов, попросторнее штаны и обувь постарее, но и погрубее.

– Если идти гулять, то лучше в этом, – произнес он, – так вас приезжие не воспримут как принца.

– А почему ты опасаешься, что меня узнают? – подозрительно вдруг поинтересовался у него Джон.

– Всякое бывает, ваше высочество, тем более в этом смутное время, – неожиданно смущенно и загадочно произнес Тоби.

«Приплыли», – подумал, вздохнув Джон.

Когда Тоби привязал к его поясу мешочек для вещей и короткий меч, Джон спросил:

– А есть где– то уединенное место, чтобы никого не было?

– Может крыша донджона? – после некоторого раздумья произнес Тоби.

– Пожалуй, неплохое местечко, – согласился Джон, вспоминая отдельно стоящую башню, соединенную только деревянным переходом.

Он примерно прикинул где может быть этот переход.

– Спасибо, Тоби, – сказал он, когда парень закончил, и быстро вышел из комнаты, опять оставив там того в одиночестве и легком замешательстве от благодарности.

Джон шел по коридору, думая по пути, что ситуация не нравится ему ни с какого бока. И чем дальше, тем больше. У него вообще было ощущение, как будто он попал в какой– то загадочный темный лес, а не замок, и каждое дерево или тень могут быть врагом. А Эрик так самоотверженно подставлял голову, что на этом было легко сыграть, зная его рыцарские принципы. И враг вполне мог этим воспользоваться. Смутное и нехорошее предчувствие закралось в душу к Джону.

«А что, если вся четверка в сговоре и просто умело сыграли свою роль, чтобы спровоцировать Эрика именно на этот поступок?!!» – начал думать он.

При таком раскладе это было бы практически беспроигрышным вариантом для победы, когда королевство лишают достойного короля, а на трон попадет неопытный мальчишка, которым легко управлять. Джон осознал, что его голова работает как у человека, без этой рыцарской лабуды, как бы красива и романтична она не была. Но коварство и интриги существовали во все времена, и король Артур тоже умер не своей смертью. Во всяком случае не доказано, что в честном поединке.

Решение пришло еще до того, как он дошел до башни. Поэтому Джон резко развернулся и, уже помня дорогу, уверенно направился к Эрику.

Когда он очутился перед дверью в покои короля, то постучал, и ту почти тут же открыли. Джон был полон решимости доказать правильность своей точки зрения и того, что собирался предложить «брату». Он был уверен, что абсолютно прав. Как только он вошел, рыцарь– охранник отошел с дороги и пропустил его внутрь.

Эрик тоже уже переоделся в более простую одежду и опять что– то писал за столом. Джон прекрасно понимал, что это, скорее всего, и есть тот самый Указ.

– Эрик! – сказал он, еще не дойдя до стола. – К людям должен поехать я! – вымолвил он, настроенный даже угрожать королю, лишь бы не допустить его отъезд. В себе как посланце, он был уверен.

Глава 12

Эрик в ответ на его слова оторвался от письма и вскинул усталый взгляд на Джона. Лицо его выражало крайнее беспокойство и упрямство. Мужчина выпрямился на своем странном стуле, и хотя Джон стоял, а Эрик сидел, но сейчас это был больше король, чем брат. Он словно смотрел на него сверху вниз. И к своему почти стыду Джон, закаленный вояка с Земли, каждой клеточкой тела на секунду ощутил силу духа этого человека в устремленном на него взгляде, который даже сидя перед ним подавлял его, вернее пытался, не делая при этом ничего специально для достижения такой цели. Он, конечно, не испугался, но ощущение такое, как он испытывал перед своим командиром у него на секунду появилось.

«У нас бы это назвали харизма», – подумал в этот момент Джон, понимая, что будь на его месте настоящий принц, разговор был бы уже закончен. Тот точно не стал бы возражать такому брату.

Но Эрику не повезло, и тут был Джон, который взглянул на него столь же упертым взглядом, уже открывая рот, чтобы высказать все свое недовольство, но был прерван словами короля:

– Эд, мы уже все обсудили, – устало и недовольно произнес Эрик, тоже видя такой же упрямый взгляд брата, как и свой.

– Нет, мы не обсуждали, а ты просто принял решение и объявил о нем всем, включая меня! – возмутился Джон, все равно решив высказаться.

Играть возмущение ему даже не пришлось. Он кипел от упрямого благородства Эрика. В своем двадцать первом веке он точно не видел, чтобы кто– то занимался такими глупостями, как бескорыстное благородство. Там все было просто и цинично: либо ты, либо тебя. И не очень важно, как и каким способом ты выживешь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.