Людмила Ударцева
Мама очень хорошего человека

Я не верила ни в какие пандемии, не верила вплоть до второй волны 2020 года, которая накрыла мой город, мою школу, мою улицу. Считаясь не болеющим человеком, не озаботилась лекарствами, а когда под конец недели почувствовала себя не важно, зашла в аптеку, не зная, что спросить. Попросила какие-нибудь антибиотики, каким-то внутренним чутьём понимая, что мне самой не победить то, отчего начался озноб, и заболела голова. Мне отказали, хотя чувствовалось – девушка-аптекарь всей душой хочет мне помочь, но распоряжения сверху и очередь свидетелей свели наш разговор от антибиотиков, не отпускаемых без рецепта к общеизвестным жаропонижающим средствам.

Вооруженная только ими я осталась один на один с новой болезнью на все выходные. В понедельник утром впервые в жизни встала в живую очередь, будучи пятьдесят третьей по счету. Успела съездить домой, попить чаю. Кушать, когда вся пища напоминает безвкусную тряпку, я не могла уже третий день. После трёх часов дня я, наконец, попала на приём, сказала, что возможен ковид-19 и попросила сделать тест. К тому времени в нашей школе уже имелись подтверждённые факты распространения вируса. Очень переживала за папу, ему семьдесят, и покупала прописанные мне таблетки на двоих. Рецепт студента-медика уместился в двух строчках: что-то на основе пенициллина и средство от кашля.

Приняв таблетки, я сразу поверила, что теперь быстро поправлюсь. А папа купленный для него амоксициллин пить отказался. У него тоже была повышенная температура, и он принял парацетамол.

Я горела, особенно кисти рук, натруженные стройкой и огородом. Ночью лёжа с закрытыми глазами десятки раз пришлось рассматривать самые мерзкие картины: нарывы, грязь, дым ядовитых пожаров. Отравленный вирусом мозг выдавал видения, словно, у меня не было век, чтобы отгородиться от навязанных ужасов обычным сном. В среду врач скорой очень удивилась, что я не умираю, и обвинила меня в трате её времени. Я извинялась, сожалея до слёз, что помешала этой женщине спасать чьи-то жизни, но бороться за свою в одиночку было страшно.

Нет, я не одинока. Мои братья и сестра, племянники, друзья и коллеги всегда рядом, на связи. А вот муж в командировке и доченька в Москве, учится в ординатуре. Она как раз взяла билеты, чтобы вернуться в город, где отучилась на врача и потом открыла салон красоты. Срочно нужно было наводить порядок в этом салоне, где персонал уже успел окончательно распоясаться два месяца её отсутствия, когда я сообщила, что домой она заехать не сможет. У меня подтвердился COVID-19. В тот же день я обратилась за помощью к друзьям и, выслав список лекарств от всемирной напасти, уже набравшись знаний в интернете, и получила пакет таблеток и микстур.

Температура росла. В четверг градусник показал тридцать девять и два. Как за соломинку я хотела ухватиться за неизвестные мне противовирусные средства, перебирая купленные лекарства, со слезами на глазах фотографировала их и отправляла дочке с вопросом: «Может это?»

Противовирусных в аптеках уже не было, и друзья их просто не купили. Провизор – подруга дочки привезла амиксин к вечеру, и мы с папой, приняв по таблетке, в надежде на защиту чудо-средства, впервые за последнее время ночью спали спокойно.