Золотая антилопа
Максим Шпагин

Автор обложки Надежда Семеновна Максимова

© Максим Шпагин, 2025

ISBN 978-5-0059-6974-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. «Ко мне он кинулся на грудь»

Никто не любит родственников из деревни.

Нет, одно дело, когда они присылают посылки с клюквой или открытки к праздникам, и совсем другое, когда заваливаются на вашу жилплощадь с баулами и с открытой душой просятся пожить месячишко-другой на всем готовом.

Капитан полиции Зверев нарвался именно на второй вариант.

Субботним вечером он сидел в трусах перед телевизором с заслуженной бутылкой пива. И надеялся, что никто не оторвет его от этого бездумного времяпровождения. Не сбылось.

В дверь позвонили, и вышедший открывать хозяин обнаружил на пороге худший из возможных раздражителей: деревенского родственника. С двумя котомками.

– Здорово, дядько Степан, – радостно заулыбалась эта двухметровая орясина. – А меня вот дядько Фрол послал. Съезди, говорит в Москву, посмотри как там…

«Дядько Степан», – злобно подумал Зверев, – «где вас таких делают-то»…

– Ну, проходи.

Отказать было нельзя. Фрол этот приходился какой-то кривоколенной родней матери, и в деревне считался палочкой-выручалочкой. За сущие гроши, иногда просто за обед, помогал нуждающимся поправить забор, починить крышу, расчистить завалившийся колодец и прочее. Вечно занятый в столице Зверев матери только деньги посылал, а для деревенской жизни этого не достаточно

– Давай-давай, проходи.

Капитан наклонился, чтобы помочь родственничку занести вещи, и они столкнулись плечами в дверном проеме. Узковатые двери делают в городах. Не рассчитывают на габариты некоторых жителей родом из Сибири.

Через час, когда распаренный после горячего душа гость приступил к чаепитию, Зверев решил, что пора поговорить.

– Ну, как там в деревне? Мать здорова?

– Здорова, – охотно ответил понаехавший, прихлебывая чай из блюдечка, которое держал на растопыренных пальцах.

«Ну, кто так пьет?», – думал Зверев, стараясь не давать выход раздражению. – «Этого чудика хоть сейчас в музей сдавай. Этнография в полный рост».

– А сам как? Работаешь? Учишься?

– Дык это, десятилетку закончил.

«Упс!» – капитан полиции ощутил, как по спине пробежал холодок. – «Уж не поступать ли он к нам приехал? В МГИМО, например. Самое ему там место».

– А потом с дядькой Фролом церковь восстанавливали. И он меня учил.

– Плотницкому делу?

– Не, этому… – приезжий в затруднении пошевелил в воздухе пальцами. – Слово все забываю… Экзистенциализму.

О как!

Зверев откинулся на спинку стула и по-новому взглянул на гостя. Широко шагнула передовая философская мысль в глубины нашей Родины!

– И как? Освоил?

– Маленько освоил, – не без гордости призналась деревенщина.

Капитан помолчал, постукивая пальцами по краю стола. Ситуация развивалась непонятно, и это тревожило.

– А тебя, кстати, как зовут? – запоздало спросил он.

– Сеня я. Семен.

– А я Степан Петрович.

Дальнейшей беседе помешали некие странные звуки, которые опытный хозяин опознал, как попытки открыть входную дверь отмычкой.

Он приложил палец к губам, после чего быстро и неслышно переместился, укрывшись за косяком двери, ведущей в прихожую. В руках у него Сеня увидел пистолет.

Ух ты!

Теперь диспозиция была такова: прихожая, представлявшая собой узкий предбанник; слева от двери – открытый шкаф для одежды, на нем, вздымаясь под потолок какие-то коробки. Справа коридорчик, ведущий в кухню. А прямо напротив входной двери проход в большую комнату, где за левым косяком затаился Зверев, за правым гость из Афр… э-э-э… из Сибири.

«Погаси свет!» – жестом показал хозяин. Сеня подчинился. И во время.

Далее разом произошло несколько событий. Дверь распахнулась. Зверев, выставив из-за косяка правую половину корпуса и пистолет, скомандовал:

– Стоять! Руки вверх!

Взломщик шарахнулся, ударившись плечом о шкаф (тесные у нас прихожие, тесные), коробки наверху опрокинулись, и из них ухнуло вниз что-то тяжелое.

Бандит упал. Но с лестничной площадки в сторону Зверева пыхнула вспышка выстрела.

– Бля!

Перепрыгнув через барахтавшегося на полу взломщика, которого крепко приложило по голове, капитан ринулся из квартиры. Сеня за ним.

И дальше, в полном соответствии с гениальным описанием Лермонтова бойцы «сплетясь, как пара змей, обнявшись крепче двух друзей, упали разом, и во мгле бой продолжался на земле».

* * *

Щадя натянутые нервы читателя, опустим всю последовавшую за этим суету. Приезд полиции, составление протоколов, отправление скованных наручниками жуликов в отдел, поиски пули и стреляной гильзы…

Уже под утро, часа в четыре, выпроводив, наконец, затоптавших всю квартиру представителей власти, Зверев зевнул и посмотрел в сторону постели.

– Я сам себе постелю, – мгновенно отреагировал Сеня.

Уже как бы став членом семьи, он открыл дверку гардероба и извлек оттуда светленькое, в мелкий голубой цветочек постельное белье.

У брутального капитана ничего похожего отродясь не бывало. И он мимолетно удивился, что в произошедшем бардаке Сеня успел распаковать свой баул.

Но одеяло дать гостю следовало. Зверев пошел за ним в прихожую и чертыхнулся, споткнувшись о груду барахла, которое, рухнув со шкафа, так и валялось на полу.

– А я думал, что увез ее в гараж…

– Что? – высунулся из комнаты деревенский гость.

– Да гиря, – капитан указал на красующийся в центре композиции 16-килограммовый чугунный шар. – Почему-то думал, что она в гараже. А она на шкафу была.

– А-а.

– Хм… – капитан все удивлялся. – Хорошо, что не на темечко шмякнулась, а то бы…

– Да не, – простодушно ответствовал приезжий. – Я проследил, чтобы не на темечко.

* * *

За завтраком Зверев выглядел мрачным и невыспавшимся. Сеня, чувствуя настроение хозяина, старался поменьше попадаться на глаза, что, учитывая его габариты и скромный метраж кухни, было затруднительно.

– Так что там про гирю и темечко? – поинтересовался капитан, доев яичницу, и затирая тарелку корочкой хлеба.

– А что?

– Ну, ты сказал, что проследил, чтобы она не грохнулась на темечко нападавшему. Типа экстрасенс?

– Не-е, – протянул приезжий. Потом, подумав, застенчиво добавил: – Я – золотая антилопа.

– Кто?

И тут последовал рассказ настолько необычный, что Зверев не вызвал санитаров психпомощи по единственной причине: он так и не решил кому точно, ему или гостю, экстренно требуются услуги медбратьев.

– Что такое окружающий мир? – как первокласснику объяснял ему выходец из глубинки. – Это реальность, данная нам в ощущениях.

– Ну.

– Вот, допустим, чашка с чаем, – Сеня двумя руками показал на чашку. – Мы ее видим, обоняем, осязаем… И комплекс этих ощущений сливается у нас в голове в образ чашки.

– И?

– Но можно пойти другим путем. В первую очередь создать в голове образ чашки, – гость возложил ладони на темечко, – потом перейти к ощущениям и…

Он опять-таки двумя руками сделал плавный жест от головы к столу и оп! На скатерти возникла еще одна чашка с чаем.

– А! – Сказал Зверев, несколько ошарашенный. – Фокус. Ты фокусник!

– Да нет же. Просто я сделал чай. С шиповником. Вы попробуйте.

– Ну вот еще. – Капитан даже слегка отодвинулся от стола, глядя на парящий напиток с подозрением.

– Это меня дядько Фрол научил, – простодушно продолжил Сеня. – Дал, так сказать «ключ к реальности». Только он велел никому не показывать.

– Ключ к реальности?

– Ага. Это такая штука, из-за которой все получается.

– Хм… – Зверев подумал. – Так ты не только чай делать умеешь?

– Что угодно. Главное, чтобы предмет был не очень сложный. Не как телевизор.

Он помолчал и, явно стесняясь, дополнил:

– И нужна еще, как дядько Фрол говорит, «дисциплина мышления». А то понаделаешь случайно кракозябр… Ну, в смысле, ночных кошмаров…

– Угу… – Капитан покусал губу, что-то про себя соображая. – Золотая антилопа, говоришь?

– Ну да. – Сеня потянулся за печенюшкой и придвинул к себе созданную чашку с чаем.

– Так вчерашние два гаврика за тобой приходили?

– Это случайно вышло. – Приезжий валенок виновато посмотрел на полицейского и поспешил объясниться до конца. – Мы в церкви иконостас делали. А там надо сусальное золото, чтобы резьбу оклеить. Дядько Фрол говорил: «Не надо». А я думал: сделаю потихоньку. И сделал. А мужик какой-то через окошко подглядел, как у меня золото на столе заиграло. Ну и…

– И дядько Фрол послал тебя в Москву.

– Ага. Отсидишься пока, говорит. А там видно будет. Да и дядько Степан – полицейский. Защитит, если что…

– Во блин!

Некоторое время Зверев испытующе смотрел на гостя. Тот был наивен и чист, как новорожденное дитя.

– Так. – Думать об отвлеченном было некогда. В первую очередь капитан привык решать насущные вопросы. – Значит, за тобой целая мафия гонится?

– Уже не целая, – скромно признался золотой антилоп. – Троих дядько Фрол пристыдил. Они теперь в церкви работают. Пять человек из поезда выпало. Один в машине застрял. И вчера двое.

– А сколько было всего?

– Ну, они на охоту к нам приезжали… Двенадцать человек. Свои-то у нас такого не сделают.

– Понятно. Давай собирайся. Поедешь со мной на работу. Под присмотром будешь.

Он пошел в комнату одеваться и, обернувшись, крикнул:

– И гирю с порога убери!

– Дык она ж у вас в гараже.

Зверев глянул.

Точно. В кучке барахла у двери никакой гири не было.

Черте что творится…

* * *

В машине, двигаясь в плотном потоке, Зверев решил продолжить расспросы.

– А этот ключ к реальности… эй, парень, с тобой разговариваю.

Деревенский Сеня, никогда прежде не видавший живой Москвы, с трудом оторвался от созерцания пейзажей.

– В смысле, дядько Фрол этим фокусам любого обучить может или как?

– Любого, – охотно ответил гость столицы. – Только тут штука такая: никто не верит.

– А если показать?

– Дык все равно не верят. Вот и вы не верите.

– То есть мне не стоит и пытаться. Так?

Парень закатил глаза вправо вверх, вспоминая заученную фразу, и выдал:

– Сознание ставит барьер. Поэтому ключ отторгается.

– Ага. А ты как же?

– А на меня доска с купола упала. Сознание-то и отключилось.

– А! О! – Зверев понимающе кивнул. – Это многое объясняет.

Впереди загорелся красный свет, и капитан плавно остановил машину.

Погода была солнечной, Москва выглядела нарядной и приветливой. Сеня во все глаза смотрел на шпили высотных зданий и слегка ерзал от восторга.

В стекло со стороны водителя постучали. Нищий.

Зверев не любил эту категорию московских обитателей, но все же извлек из кармана монету и приспустил стекло.

Однако вместо ожидаемой кружки для подаяний внутрь салона просунулся пистолет.

– Не дергайся, – прошипел фальшивый нищий.

Дергаться было некуда. Во-первых, капитан, как образцовый водитель, был пристегнут. Во-вторых, если отбить пистолет от себя, под огнем окажется простоватый Сеня.

Задняя дверь открылась, на заднее сиденье полез какой-то мужик. Похоже, оценивая численность банды, сибирский гость обсчитался.

Но! Когда машина закачалась под весом чужака, замкадыш очнулся от созерцания заоконных красот и, повернувшись, увидел пистолет.

– Ой!

Звереву пыхнуло в лицо теплым воздухом. Пистолет исчез. Растворился, как не было.

На пол с мелодичным стуком, как желуди, опали патроны.

Блин! Тут в пору самому кричать: «Ой!»

Ткнув пальцем в кнопку застежки, капитан освободился. Не дожидаясь, когда ремень окончательно втянется в ячейки крепежа, он извернулся змеей и ринулся назад. Надо ж было нейтрализовать второго. Того, что втиснулся в заднюю дверь.

Бандит не ожидал такого развития событий и буквально завизжал, когда полицейский обрушился на него всей массой.

Машину закачало, как щепку на волне. К потолку взлетали то кулаки, то ноги в крепких ботинках. Сеня съежился на переднем сиденье, закрыл голову руками…

И тут в них с маху врезался тяжелый широкий джип, шедший на зеленый свет на большой скорости.

* * *

Очнулся Зверев в больнице.

Ласковое солнышко мягко светило в широкое окно. Было светло, чисто, умиротворенно.

И ни о чем не хотелось думать.

Медицинская аппаратура тихо попискивала в углу.

«Хоть высплюсь», – подумал Зверев. – «Полезно иногда вовремя потерять сознание».

Что-то в последней мысли его напрягло.

«Черт. Я был без сознания. Значит, без барьера».

Так. А Сеня сидел рядом.

Интересно, он просто сидел или…

На пробу капитан перевел взгляд на какую-то медицинскую штуковину, на которой мягко блестел солнечный зайчик. Золотистый. Круглый…

Зверев приподнялся, чтобы лучше его рассмотреть.

Золотой кругляшок соскользнул с прибора на пол. Явственно звякнуло.

Капитан рывком сел. Чертовщина.

Минуты через две, не раньше, он заставил-таки себя посмотреть на пол.

Да. Монета.

Золото.

Блин! Блин! Блин!

Глава 2. Куда ты завел нас?!

Ситуация складывалась препаршивая. Зверев в свое время увлекался всякими психологическими фокусами (полезное, между прочим, для мента занятие!) и знал, как сложно не думать о «танцующей зеленой обезьяне» или о «поющем гимн белом медведе». Но одно дело навязчивые, но в целом безобидные мысли в голове, и совсем другое – когда всякий образ из сознания мгновенно преобразуется в нечто реальное.

Представил, как в рабочем кабинете видит хорошенькую потерпевшую (была у него такая, ходила расспрашивать о поиске ее украденного смартфона), невольно думает о том, о чем и любой нормальный мужик на его месте и бац! Дамочка без платья, у него расцарапана физиономия, а на столе начальника лежит заявление о том, что он сексуальный маньяк, неспособный сдерживать свои порочные страсти даже в служебном помещении.

И как теперь жить?

«Придушу паршивца», – со злобным предвкушением подумал капитан, рисуя в сознании образ так беспардонно подставившего его родственничка.

В дверь немедленно постучали.

– Да! – рявкнул единственный пациент палаты.

И, к удивлению, на пороге нарисовался тот самый персонаж, которого тут в мечтах красочно и обстоятельно разрывали на клочки.

Сеня был как обычно мил, слегка смущен и держал в руке авоську со стандартным набором посещения больного: апельсины, баночка варенья, выглядывавшая из упаковки тонкая палочка сухой колбасы, и еще какие-то свертки и кульки.

Зверев посмотрел подозрительно:

– Это реально ты, или только образ, созданный моим воображением?

– Это я.

– Жаль. Образ бы я сейчас развеял и получил удовольствие.

– Ну, это не так просто, – гость из Сибири смело прошел вперед и принялся выкладывать принесенное на прикроватную тумбочку. – Как ваше здоровье, больной?

Зверев поймал на себе пристальный взгляд и весь подобрался.

– Только не вздумай пробовать на мне свои фокусы!

Его можно было понять. С таким посетителем расслабляться нельзя. Чуть зазеваешься – или рога вырастут, или какой-нибудь части организма не досчитаешься. А что? У Сени это запросто. Вон как лихо пистолет в воздухе растворил.

– Кстати, а почему патроны не исчезли? – прорвалось любопытство. (Раз уж парня нельзя придушить, так хотя бы выяснить заинтересовавшие моменты).

– Так я их не видел.

– А ты работаешь только с тем, что наблюдаешь визуально? – Зверев повыше натянул одеяло. Запах копченой колбасы, выложенной на тумбочку щекотал ноздри и отвлекал от важного.

– Нет, – ответил Сеня, закончив нарезать колбаску и распаковывая сыр. – Просто с тем, что видишь, работать легче.

Капитан мрачно посмотрел на готовящееся застолье и вздохнул. Такие передачки ему когда-то мама привозила в пионерский лагерь в родительский день. Взрослому мужику стоило бы принести кое-что другое, но этот сибирский валенок, разумеется, не догадался.

Да и не пропустили бы его с алкоголем – бутылку же спрятать надо уметь, а у простофили из провинции любая попытка схитрить на лице написана крупными буквами. Лопух!

Мрачно наблюдая, как сибиряк разливает по больничным стаканам вишневый сок из пакета, Зверев поинтересовался:

– А из напитков ты только чай умеешь создавать, или формула С2Н5 (ОН) тебе тоже подвластна?

– Спирт? – Сеня поднял бровь, – а вы какой предпочитаете? Дядька Фрол настаивает на можжевельнике, на рябине и на кедровых орешках.

– На рябине давай.

– Угу.

И на тумбочке появилась литровая, заткнутая свернутой в трубку бумажкой бутыль самогона. Офигеть!

Мда… Зверев только крякнул. А вообще, жизнь этого пришельца из тундры осветилась в данный момент иным светом. Это ж при таких способностях можно не заморачиваться ни с работой, ни с проблемами добывания денег, а просто жить в свое удовольствие. Посещать курорты, приглашать на вечеринки девочек в коротких юбчонках… И все забесплатно, ибо при себе всегда этакая встроенная скатерть-самобранка!

– А твоя… – капитан пошевелил пальцами, довольно неопределенно указывая на бутылку, – реально опьяняет, или это только воображение?.. Типа виртуальная реальность?

– Все настоящее, – заверил сибиряк.

– Но как же так? – Зверев откинул одеяло и твердо сел на кровати, – нас учили, что из ничего ничего и не возникает. Закон сохранения материи. – Он подумал. – И энергии тоже. То, что ты творишь, ненаучно!

– А! – Сеня поискал глазами стул, придвинул и тоже присел. – Сейчас объясню. Ты строение атома знаешь?

Оп-па. Такого поворота в разговоре полицейский не ожидал. Нет, в памяти сохранилось кое-что из школьного учебника физики. Но переходить из области мистики и чудес в скучную плоскость формул…

– Ну, там что-то… типа ядро в центре, а вокруг электроны. Правильно?

– Точно. Причем ядро совсем маленькое. Внутри атома оно занимает ничтожную часть. А электроны еще меньше. Просто они двигаются быстро и создают как бы размытое сферическое облако. С чем можно сравнить… – Сеня задумался. – Это как горящий фонарик на веревке раскручивать. Фонарик маленький, но движется быстро и со стороны кажется, что перед нами большой светящийся круг. Хотя на самом деле там всего одна светящаяся точка, а остальное пустота.

– Я понял. Только электрон не по кругу бегает, а по сфере. И что?

– А то, что атом, получается, состоит из одной видимости. Фактически весь его объем заполнен не материей, а энергетическим полем.

– Ты сейчас договоришься до того, что вся Вселенная не более, чем иллюзия. Игра воображения, состоящая из энергетического поля.

– Ну-у… – задумался Сеня, – в каком-то смысле…

– Надо выпить, – решил Зверев, залпом проглатывая сок, чтобы освободить стакан.

Сибиряк тоже пригубил напиток, но очень сдержанно. Употреблять алкоголь он не собирался, что, в общем, легко понять. При его способностях голову лучше держать ясной.

Приняв на грудь сто грамм, капитан привычно занюхал выпитое корочкой хлеба и решил перевести разговор на житейскую, более понятную тему.

– А скажи, гость далекий, как ты собираешься жизнь свою обустраивать? В институт планируешь поступать?

– Да, в медицинский.

– Неожиданно, – Зверев помедлил, переваривая новость, потом отвлекся на сооружение бутерброда. От выпитой рябиновки в груди потеплело, и проснулся аппетит.

И, честно говоря, после всего происшедшего за последние сутки, после сообщения, что атом практически пустой… то есть, получается, что мы все, и всё, что нас окружает, не более чем игра воображения некого всемирного разума?.. Забава Бога?… в общем, от таких новостей хотелось просто посидеть в тишине. Абсолютно бездумно, безо всяких желаний, предаваясь самому первичному инстинкту – утолению голода.

Так он жевал какое-то время и вдруг, как вспышка молнии во мраке, его озарило понимание, что лично он так жить не хочет.

Это ж что получается? Стремиться вообще не к чему, все же есть!

Даже старик Хоттабыч был ограничен в своих желаниях количеством волосков в бороде (а у восточных людей растительность на лице довольно скудная), а тут…

И как теперь быть?

Ведь Сеня, гад, и его, Зверева, сделал подобным себе.

Сволочь!

Все, что раньше казалось важным, все цели, к которым запланировано было идти годами, разом обнулилось. Теперь не нужно мечтать и добиваться – просто подойди и возьми.

Капитан почувствовал, что от таких перспектив его «крыша» скрипнула и ощутимо поехала набок, грозя обвалиться.

К счастью, зафиксироваться на этой мысли ему не дали. В коридоре затопали, раздались громкие взволнованные голоса…

– Что там такое? – приподнялся Зверев.

Дверь распахнулась, и взволнованная медсестра сообщила:

– Эвакуация. Ходить можете?

– Да. А что случилось?

– Пожар!

Возгорание в современном лечебном учреждении – это сущий кошмар. Среди больных масса пожилых людей, которые не способны быстро двигаться и потому склонны впадать в панику. А молодые, как правило, попадают в палаты с серьезными травмами или ложатся на операцию, после которой требуется долгая реабилитация.

И как их, подключенных ко всяким аппаратам и препаратам вытаскивать в безопасное место?

Зверев, как человек вполне пришедший в себя, сразу включился в процесс помощи врачам и медсестрам. У него в аварии пострадала в основном голова, а это орган в данном случае не основной. Ходить может, силушкой Бог не обидел, так что бери и тащи. И аккуратно, чтобы не повредить у спасаемого и без того хлипкое здоровье.

А вот Сеня, гад такой, куда-то мгновенно свинтил.

Капитан, получив сигнал на эвакуацию, еще только оглядывался, соображая куда и кого нести, а сибиряк исчез так, словно растворился в воздухе.

Во дворе завыли сирены пожарных машин, белые халаты врачей (из окна с третьего этажа было хорошо видно) мельтешили, организуя толпу, чтобы расчистить доступ к месту возгорания. Люди в брезентовых робах тянули шланги, и вот, перечертив пространство, забили тугие струи брандспойтов…

Кстати, открытого огня нигде видно не было. Но из флигеля, приткнувшегося к основному зданию больницы справа, тянулся серый, быстро светлеющий дым.

Похоже, аварийные службы сработали оперативно, и опасность удалось ликвидировать в самом зародыше.

Зверев подивился, что столь незначительный инцидент (может там вообще кто-то курил слишком интенсивно?) вызвал столь бурную реакцию медиков. Отвел бабульку, которую он в данный момент пытался доставить к лестничному пролету, назад в палату, и пошел узнавать, что, собственно, произошло. Тем более, что следом за пожарными прибыли и полицейские автомобили, а с коллегами найти общий язык не сложно.

В больничной одежонке наш бравый капитан выглядел не слишком солидно, но, к счастью, среди прибывших правоохранителей нашлись знакомые. Так что, поздоровавшись с коллегами за руку, Зверев узнал подробности происшествия.

– В прошлом году из-за ковида, – поведал опер из соседнего отдела полиции, – сюда привезли изрядный запас кислорода. Ну, сам понимаешь: искусственная вентиляция легких, все такое…

Зверев кивнул, давая понять, что в курсе проблемы.

– Их сгружали в этот самый флигель, и там осталось еще много. Как бы не три десятка полноразмерных баллонов.

– Ого!

– Вот именно. Если б они из-за пожара, не дай Бог, рванули…

– Да, тут не только от основного здания, от всей прилегающей территории мало что осталось бы.

– Точно. Но самое смешное не в этом.

– Да? – Зверев отвлекся от созерцания деловито суетящихся пожарных и развернулся к коллеге. – Смешное?

– Ага. Главврач распорядился смонтировать в этом флигеле противопожарную систему. Ну, такую, чтоб реагировала на дым и заливала все потоками воды.

– Разумно. И что?

– А то, что ее закончить не успели. Датчики установили, трубы, воронки, через которые должна литься вода… это все есть. Но к водопроводу все это хозяйство еще не подключили.

– Главврач наверное поседел сегодня, а?

– Не это главное, – коллега пошарил по карманам, извлек сигаретную пачку и задумался – стоит ли курить в таком месте. – В общем, самый шок в том, что противопожарная система все-таки сработала.

– Что? – Зверев подумал, что не расслышал, и придвинулся ближе.

– А вот то! Специалисты водоканала только на следующей неделе должны были приехать, чтобы подключить оборудование к водоснабжению. То есть в настоящий момент в трубах ничего, кроме воздуха быть не могло. А они, тем не менее, обеспечили полноценный ливень. Да так, что пожарным практически и делать ничего не пришлось. Разве что акты составить.

– Очень интересно, – медленно произнес Зверев, оглядываясь по сторонам. Множество мыслей разом пришло к нему в голову. И где же, интересно, сейчас пребывает его удивительный сибирский гость? Появились к нему некоторые вопросы.

Глава 3. Подвиги и последствия

Возвращаться в палату Зверев не стал. Вытребовал у обслуживающего персонала свою одежду и отправился домой. В голове творилось невообразимое. Прежняя жизнь закончилась, это он понимал отчетливо. А новая… Тут требовалось много думать, чтобы хоть как-то осознать открывшиеся возможности и свое новое место в столь резко изменившимся мире.

Ё-мое, вот так живешь, как обычный человек, все вокруг привычно, понятно… даже немного скучно порой. Мечтаешь о каких-то изменениях… (подразумевается, что к лучшему) … И тут эти изменения падают на голову, как тонна кирпичей. И все! То, что было раньше отрезано, словно гигантской гильотиной. Возврата нет, а ты только теперь осознал, как спокойно и уютно было в том прошлом, от которого мечтал избавиться. Допрыгался, блин.

Родная квартира встретила жизнеутверждающими ароматами, шкворчанием и побрякиванием с кухни. Оттуда же доносилось радиопение чего-то народно-мелодичного. Чуть ли не «Ой, цветет калина». Как сибирский гость умудрился найти в нашем стримно-рекламном эфире такую радиоволну – загадка XXI века.

Зверев переобулся в тапки и мрачно пошел на звуки.

Так и есть. Сеня, нацепив миленький фартук в цветочек, занимался приготовлением обеда.

Буркнув что-то, что могло сойти за приветствие, капитан выдвинул табуретку из-под стола и сел на любимое место возле окна. За стеклом цвело лето! Через открытую форточку врывался тонкий аромат цветущих лип и гомон ребятни, резвящейся на детской площадке.

Мир и благодать.

Почувствовав, что раздражение слегка отпустило, Зверев поднял взгляд на вдохновенно жарящего котлеты гостя.

– И зачем ты это делаешь? – поинтересовался сумрачно, – можешь же в один миг изготовить такие своим экзистенционализмом.

– Не-е, – протянул Сеня, перебирая в шкафчике пакетики с приправами, – приготовление пищи – особый вид творчества. К тому же нужно учитывать воздействие процесса на клиента. Не случайно сейчас такое все чаще практикуют в элитных ресторанах. Повар работает в непосредственном контакте с заказчиками, и те заранее пропитываются предвкушением поедания вкусностей, мысленно облизываются, выделяют желудочный сок…

– Стоп! – поднял ладонь Зверев. – Остановимся на предвкушениях.

– Ладно, – пожал плечами сибиряк.

– И кстати, – капитан посмотрел с подозрением, – откуда выпускник сельской школы знает подробности про элитные рестораны?

– Ну, мы ж не дикари какие, – обиделся Сеня, – думаешь у нас Интернета нет?

Тут на сковороде дозрели котлеты, сибирский гость перегрузил их на тарелки, добавил пюре из кастрюльки и украсил получившееся веточками укропа.

– Спасибо, – буркнул Зверев, принимая свою порцию.

Некоторое время ели молча. Говорить совершенно не хотелось, так как кушанье оказалось удивительно сочным, и все внимание невольно сосредоточилось на смаковании богатых оттенков жареного со специями мяса. Или может сыграло роль то самое предвкушение?

– Тебе в повара надо идти, – сообщил наконец Зверев, подтирая сок на тарелке корочкой хлеба. – Клиенты в очереди будут стоять.

– Не, кулинаров разного рода и без меня много, – несогласно помотал головой Сеня. – Я медиком хочу.

– Будешь отращивать пострадавшим утраченные конечности? – (Это Зверев думал, что так пошутил).

– В принципе, да. – Сеня перенес опустевшие тарелки в мойку и принялся разливать чай. – Тут очень много интересного, огромные перспективы открываются.

– Это понятно. Представляю, какой ажиотаж вызовет твоя практика. Заранее телохранителями надо обзаводиться, чтобы страждущие не затоптали.

Сеня задумался.

– Ты давай, давай, не молчи, – подбодрил его капитан. – Выкладывай, как жить думаешь. А то опять нарвешься на бандитов или, хуже того, на диверсионную группу из-за рубежа, специально за тобой посланную. Думаешь, что на Западе мало миллиардеров с хилым здоровьем?

– Э-э… – озадачился Сеня, который, похоже, данный аспект своей предполагаемой деятельности совершенно упустил из виду. – Я хотел по-простому…

«Ага, лапоть сибирский», – мрачно подумал Зверев, – «Он по-простому, а мне потом его из передряг вытаскивать. И не факт, что в следующий раз отделаемся так дешево».

– Буду работать медбратом в больнице, – изложил план гость из глубинки, – с главврачом уже договорился, у них как всегда с обслуживающим персоналом напряженка. Подам документы в медицинский на вечернее отделение. Поступить для меня не проблема.

– Так хорошо все знаешь?

– Если бы знал, зачем поступать? – гость из глубинки пожал широченными плечами. – Мне как раз и нужно выяснить как и что в человеческом организме устроено. Иначе как лечить буду?

Зверев от неожиданности кашлянул.

– Допустим, надо срастить перелом, – продолжил объяснения Сеня, – надо же знать, как там кость проходит, где кровеносные сосуды, где нервы. А то создашь ложный сустав – а больному потом мучиться.

– Проблема…

– А вообще, я планирую лечить с минимальным вмешательством, – вдохновенно развивал тему гость, – у нас внутри все так разумно и рационально устроено, что иногда достаточно чуть подтолкнуть в нужную сторону и все восстановится само собой.

– Да?

– Ну конечно! Иммунная система…

Короче, Сеню понесло. Добрых полчаса он нес медицинско-популярную околесицу, слушая которую Зверев только хлопал глазами.

Раньше, до событий последних дней, он сразу отмел бы всю эту беллетристику и счел бы пришельца пустым болтуном. Но то, что произошло, заставило воспринимать все гораздо серьезнее. И поскольку в медицине он понимал только то, что кровотечения нужно останавливать, а раны мазать йодом, то сосредоточился на том, что знал твердо. На безопасности.

– Вот что, Сеня, – сказал он, прерывая увлекшегося мечтами сибиряка, – прежде всего надо сделать так, чтобы все твои волшебные исцеления никак не связали с тобой.

– Э-э, почему? – далекий гость остановился в рассказе, словно налетев на стену.

– Потому что здоровье дороже золота. Тебя вон за несколько золотинок бандиты гоняли, как зайчика, по всей стране. А представь что начнется, если ты кому ногу сумеешь приживить? Или голову…

– Голову не смогу.

– Неважно. А поскольку мне выпало тебя охранять, предлагаю принять меры. Пока не началось.

– И что же будем делать? – упавшим тоном вопросил Сеня.

– Для начала думать, – тут Зверев поднял вверх указательный палец и произнес поучительно: – Безвыходных ситуаций не бывает!

Глава 4. Улики и их отсутствие

Утро вечера мудренее. Оставив вечные и самые главные вопросы на потом, после завтрака и Зверев, и сибирский гость отправились на работу. Потому как чудеса-чудесами, а жизнь продолжается.

В родном отделении полиции все было, как обычно. В предбаннике, сразу за входной дверью, где еще была зона нетрезвых посетителей и задержанных неистребимо пахло мочой. Далее был турникет, управляемый дежурным, находящемся в аквариуме из пуленепробиваемого стекла. Сдержанный кивок приветствия, получение ключей от кабинета, и вот уже капитан, здороваясь со встречными сослуживцами, идет к своему законному кабинету.

Напарник – старлей Леонов Петр Николаевич – был уже на месте и, увидев Зверева, оторвался от обычной правоохранительной писанины и потянулся включить чайник.

– Привет, – капитан прошел к своему месту и перевернул лист настольного календаря, где были записаны наиболее важные дела на текущий день. Пометок оказалось довольно-таки много. Гораздо больше, чем можно было реально отработать за отведенные законодательством восемь часов, но гораздо меньше, чем требовало от подчиненных начальство. Мда. В таких случаях правильнее всего начать день с чаепития. Тем более, что чайник как раз вскипел.

– Слушай, – начал напарник, разливая кипяток в казенные стаканы, – что с тобой происходит? То ночью к тебе вламываются какие-то бандюки, то в машину лезут. Кому ты так плотно дорогу перешел? Вроде бы по олигархам мы в этом месяце не работали…

Зверев вздохнул и пошарил в ящике стола. Увы, от купленного недавно полукилограмма конфет остался лишь вялый пакетик с тремя одинокими фантиками. Пичалька.

Не то, чтобы капитан так уж сильно любил сладкое. Ну, употреблял пару конфеток в сутки… Когда дежурил, то расход, разумеется, увеличивался. Но в данном случае, скорее всего, сказалась «помощь» коллег по отделу. Все знали, что в этом кабинете можно поживиться съедобным, ну и заходили по-соседски.

Зверев снова вздохнул и тут вспомнил, что он теперь волшебник. Надо лишь сосредоточиться, ярко и образно представить себе полный кулек, заныкавшийся в дальний, невидимый с первого взгляда угол и… Он задвинул ящик до упора, напряг воображение, стараясь делать все, как учил гость из глубинки… Потом выдвинул ящик и пошарил внутри.

Увы.

Конфеты не материализовались.

«Может это сложно?» – подумал Зверев, – «все ж таки сахар, повидло, шоколад – это органика. С золотом получилось, но там всего один элемент, к тому же природного происхождения и без примесей».

Он снова напрягся, закрыл ящик и постарался представить, что там у него хранится горка золотых монет.

Открыл. Пусто.

Черт побери!

Вот когда надо, то, как на зло, ничего не получается.

Напарник наблюдал за его манипуляциями с возрастающим беспокойством.

– А ты не рано из больницы выписался?

– Нет! – Ответил резче, чем хотелось бы. И тут же постарался загладить вину, заговорив мягко: – Устал просто. Что-то непонятное вокруг творится.

– Это точно, – тут же согласился старлей Петя. – Кстати, начальник велел тебе написать объяснительную по поводу того, что произошло в машине.

– А что там произошло? – удивился Зверев, – Напали, я оборонялся. Лаптя этого деревенского еще защищал. Из наших кто-нибудь на место выезжал?

– В том-то и дело.

– Не понял.

И напарник рассказал.

Когда пришла информация о ДТП, произошедшем в результате нападения на машину сотрудника уголовного розыска, от отдела сразу же выехал оперативник. Все же событие получилось из ряда вон выходящее – не каждый день бандиты решаются нападать на полицейских.

Поскольку все произошло на чужой земле, оперативные мероприятия проводили сотрудники соседнего отделения. Собственно, к прибытию нашего человека они уже основное сделали: все зафотографировали, пострадавших отправили в больницу, а машину, дабы освободить проезжую часть, погрузили на эвакуатор.

Сеня в аварии не пострадал и бродил вокруг, как потерянный. Его бегло опросили, записали кто он, откуда, где найти… После чего наш сотрудник отдал ему ключи от зверевской квартиры и сообщил куда увезли автомобиль.

– А что не так? – спросил Зверев.

– Да вот твой этот родственник… Он ведь родственник тебе?

– Да.

– Так вот. Он сказал, что на вас напали с оружием. Но у нападавших никаких пистолетов-ножей-кастетов обнаружено не было. Их адвокат (весьма дорогой, кстати), по этому поводу рвет рубаху на груди. Причем, не только у себя, но и у всех оказавшихся в пределах досягаемости.

Зверев смущенно кашлянул.

– То есть по версии бандюков ситуация такая: они попросили их подвести, ты согласился. Они сели в машину, но тут произошла ссора, и ты решил на них напасть. Нанес телесные повреждения.

– О как.

– И самое главное: на полу возле водительского сиденья… как раз там, где сидел ты… ты ведь за рулем сидел, верно?

– Да.

– Так вот: там на полу обнаружены патроны от пистолета ПМ. Как раз такого, как твой табельный. Получается, что это ты угрожал им оружием. У них-то ничего стреляющего не нашли. Как тебе расклад?

– Офигенно, – пробормотал Зверев.

Он прекрасно помнил, как вражеский пистолет под взглядом сибирского гостя превратился в сгусток горячего воздуха. Пыф-ф, и все. Как не было.

И теперь назад его не материализуешь.

А если и материализуешь, то получится, что полиция бессовестно подбрасывает улики подозреваемым.

К тому же воссозданный ствол утратит все характерные приметы. А из него (того, который был) может десяток человек завалили, а?

Ситуация.

Ну, Сеня…

И что теперь писать в объяснительной? Если чистую правду, то есть шанс избежать проблем по служебной линии. И получить таковые по медицинской. Вплоть до помещения в палату с мягкими стенами.

А если врать… Вот тут нужно крепко подумать.

Так. Он поднялся.

– Думаю, ты прав. Я действительно рановато расстался с врачами.

– Ото ж… Голова – орган нежный, а у тебя, как сказали, сотрясение.

– Именно. Так что пойду-ка наведаюсь к эскулапам. Задержанные бандюки сейчас где? В той больничке, что при СИЗО?

– М-м-м… – напарник обеспокоенно посмотрел на друга. – Только ты поосторожней. При свидетелях не бей.

– Вообще не собираюсь. Просто поговорю.

* * *

Бандит, который залез в машину и с которым Зверев бился на заднем сиденье, пострадал довольно сильно. Еще бы – оказался как раз на линии основного удара от врезавшегося в них автомобиля. В результате под глазами страдальца красовались впечатляющие синяки (выглядело это, как своеобразные очки. Или как «маска» на мордочке енота), плюс перелом ключицы и трещины в ребрах.

Но держался он бодрячком.

Во всяком случае, увидев Зверева обрадовался и принял этакий предвкушающе- обвиняющий вид.

– Ну что, мент, – произнес несколько шамкая, – зарплата у тебя большая?

Капитан на подначку не среагировал, а повернулся к медсестре, которая сопроводила его в палату. Сестричка была что надо: кубанская казачка, статная и рослая, кулаки размером с голову взрослого пионера.

– Простите, вы не оставите нас на минуту?

Медработница внимательно посмотрела на него. На больного…

– Оставлю. Но учтите – все его повреждения уже зафиксированы. Если появятся новые…

– Даже волос не упадет, – заверил Зверев.

– Ну тогда… Но только на минуту.

– Спасибо.

Когда дверь за сестричкой закрылась, капитан развернулся к страждущему с видом вполне себе кровожадным.

– Слушай сюда.

Бандюк, хоть и был закован в гипс, невольно попытался отодвинуться.

– Пистолет у вас был, и ты помнишь, что с ним стало?

– Э-э…

– Парнишка, за которым вы охотитесь, он реально маг. И может не только создавать какие-то материальные ценности, но и уничтожать их. Понимаешь?

Бандюк, судя по виду, еще не понимал.

– Вспомни, как пистолет пфыкнул и исчез. Мгновенно. Только жаром пыхнуло.

– Не докажешь!

– И не собираюсь. Просто намекаю, что точно так же у тебя могут пфыкнуть какие-нибудь части организма. Весьма ценные части, догадываешься какие?

– Ты чё? – пострадавший заерзал. – Это беспредел!

– А не докажешь!

– Ты чё! – в голос заорал бандюк. – Я жаловаться…

На крик в палату немедленно явилась медсестра.

– Что у вас тут?

– Все в порядке, – заверил Зверев, – беседуем.

– Он, он… – пострадавший таращил выпученные глаза и изо всех сил пытался отодвинуться от офицера. – Он пытать меня хотел!

– Даже не думал.

Сестричка посмотрела подозрительно. Но Зверев, не обращая внимания, продолжил:

– Ты себе совсем не помогаешь сейчас. Если расскажешь правду, спокойно отправишься на зону. Если же нет…

Бандюк застыл, оценивая перспективы.

– Собственно, у меня все, – Зверев улыбнулся медработнице.

Та выразила лицом что-то недоверчиво неодобрительное и жестом указала на дверь.

Уже в коридоре, в кармане у капитана забился поставленный на виброзвонок телефон. Звонил напарник Петр Николаевич.

– У трубки!

– Слушай, Зверев, ты совсем озверел?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.