# Амсдамский гамбит

Антон Демченко

Амсдам – негласная столица Республики. Самый большой город на восточном побережье, взбалмошный и суетный, как и положено столице. Сегодня он предложит тебе все удовольствия, от крепчайшего медландского пойла в задней комнате респектабельной кофейни до щепотки кейна на ноготке смешливой флаппи, ищущей ночных приключений под звуки орочьего джайва. А завтра… Кто знает, что будет завтра? Этот город в мгновение ока творит богачей и звёзд и с равной лёгкостью превращает их в нищих. Здесь путь от полуподпольного театра на окраине Хооглана до подмостков Гидеон-хаала может быть короток, как вспышка фотокамеры ушлого журналиста, а переселение из пентхауса на Четвёртой аллее в ночлежки Дортлана – плавным и незаметным, как закат солнца. Здесь в один момент можно подняться над толпой, сорвав куш на бирже, а повернув за угол Гротмуур-страат, оказаться случайной жертвой очередной разборки между Семьями, не поделившими доход с подпольной винной лавки. Это Амсдам – Город Дождей.

© Антон Демченко, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023


## Пролог

Дождь. Снова этот деволов непрекращающийся дождь накрыл город. Рид отвёл взгляд от грязного окна, за которым сумеречный Амсдам в очередной раз демонстрировал свой непростой характер, заливая улицы холодной осенней моросью. Отвратительное утро.

С некоторых пор ван Лоу не любил дождь. Все самые большие неприятности в его жизни случались именно под аккомпанемент хмурого неба, низвергающего на землю потоки воды. Дождь напоминал о них каждым раскатом грома и высверком молнии. Об уходе из дома, о войне, плене, тюрьме и побеге. О мерзкой мороси в болотах Маадена и десантах через грозовой фронт, прямиком на кинжальный огонь зениток Гейдельсхофа. О сутках, проведённых на открытом плацу, окружённом колючей проволокой, под потоками ледяных дождей севера. И о декаде петляний по предгорьям под проливным дождём, когда падающие на лицо холодные капли были единственной возможностью утолить жажду, потому что остановиться, чтобы зачерпнуть хоть горсть воды из взбухшего ручья, значило дать лишние несколько минут неутомимым преследователям, встреча с которыми закончилась бы смертью. О раскисшей земле и постоянных падениях, натужных подъёмах и беге… беге на пределе сил от идущих по пятам эльфийских егерей. Неприятные воспоминания. Они будили в Риде горечь и злость, которые, как он надеялся, давно забылись, растворились в памяти… Впрочем, так оно и было. До следующего ливня.

Рид взглянул на часы, недовольно скривился и, потерев ладонями лицо, поднялся со старого продавленного дивана, отозвавшегося на его движение усталым вздохом пружин. Бросив взгляд в мутное зеркало, висящее на двери в ванную, он непроизвольно нахмурился. Нет, его не смутил седой ёжик волос, признаться, довольно дико смотрящийся в сочетании с физиономией человека, едва перешагнувшего тридцатилетний рубеж. Привык. Но вот мятый костюм, щетина на щеках и набрякшие веки… м-да уж. Вчерашний загул явно удался, и кажется, даже чересчур. В ином случае, по возвращении домой, Рид всё-таки дополз бы до спальни, а не завалился спать одетым в кабинете.

Ван Лоу наклонился и поднял валявшуюся на полу у дивана солидную двухпинтовую бутылку, пустую, само собой. Мимоходом подивившись собственному неожиданно хорошему самочувствию и, самое главное, полному отсутствию головной боли, что было несколько странно, учитывая объём пустого сосуда в его руках, мужчина поднёс горлышко бутылки к носу и, вдохнув слабый хлебный аромат, понимающе кивнул. Северный напиток. Ничего удивительного. Полугар – это вам не отвратное медландское пойло, пинта которого гарантирует тяжкое похмелье. У местного бурбона вообще есть лишь одно положительное качество – дешевизна. Относительная, конечно. С тех пор как Сенат принял акт Боусона, в Амсдаме, равно как и в остальных провинциях Республики, любой алкоголь оказался под запретом. Меньше его, конечно, не стало, но цена на продаваемое из-под полы горячительное взлетела моментально, а его качество столь же стремительно рухнуло. Контрабанда же и раньше не была дешёвой.

Дожили! Заслуженному ветерану теперь и бутылочку горлодёра не выпить без того, чтоб не нарушить закон. Хотя… кому здесь какое дело до боевых заслуг очередного иммигранта, тем более что все они остались там, за океаном… как, впрочем, и приговор трибунала, отобравшего эти самые заслуги у неудачливого техфеентрига, мастер-сержанта отделения кадавров. Ну, да и девол с ними!

Неопределённо хмыкнув при воспоминании о своем «ветеранстве», Рид потянулся и, зашвырнув пустую бутылку в мусорное ведро, примостившееся у рабочего стола, решительным шагом отправился в ванную.

– Ну что, массардж[1], пора на работу, а? – по завершении гигиенических процедур усмехнулся своему отражению в зеркале изрядно посвежевший молодой человек и сам же себе ответил, вытянувшись по стойке смирно, но уже совершенно в имперском стиле: – Так точно, рем техфеентриг!

Сменив помятый костюм на привычную рабочую тёмно-серую тройку, Рид поправил узел щёгольского серого «с искрой» галстука и, подхватив с вешалки плащ со шляпой, хлопнул себя по карманам. Убедившись, что сигареты и ключи на месте, он шагнул за порог квартиры, в очередной раз порадовавшись, что в этом недавно построенном доме архитекторы предусмотрели подземный гараж, так что жильцам нет нужды бежать куда-то под дождём за своим авто.

Ухоженный, хоть и несколько устаревший по меркам Амсдама, тёмно-синий «Барро-7» тихо, но внушительно заурчал форсированным двигателем, спрятавшимся под длинным носом капота, сверкнул ярким светом фар-«капелек» на крыльях и плавно выкатился из гаража на проезжую часть. Плеснув из-под колёс веером брызг, он легко набрал скорость и рванул вниз по пустой аллее к Скинзон-рик, лениво катящей свои тяжёлые серые волны к океану. Лично отлаженный отставным техфеентригом механизм автомобиля послушно реагировал на приказы хозяина. С неожиданной для такой тяжёлой машины лёгкостью вписываясь в крутые повороты, «Барро» буквально пролетал квартал за кварталом. Пожалуй, своей манёвренностью и мощью этот автомобиль мог бы неприятно удивить владельцев куда более современных и дорогих авто… если бы у Рида возникло желание с ними посостязаться, конечно.

Промчавшись по мрачным, ввиду царящей непогоды, улицам, то и дело ныряя в клубы пара, выбивающегося из вентиляционных труб подземки, «Барро» с мягким рыком пересёк реку по окутанному туманом мосту и, оказавшись на Амсдам-илл, остановился на стоянке у невысокого, по сравнению с соседями, восьмиэтажного здания, облицованного красным кирпичом.

Мягко хлопнула дверь авто, и его владелец, поёжившись от хлестнувшей по лицу холодной мороси, быстрым шагом миновав небольшую стоянку перед зданием, вбежал по высокой и гулкой чугунной лестнице под навес подъезда. Бросив взгляд в сторону оставшейся под дождём машины, Рид передёрнул плечами и решительно взялся за массивную ручку входной двери.

– Доброе утро, ван Лоу! – Улыбка Джанни как всегда подняла Риду настроение, и он притормозил рядом с высокой стойкой, за которой и расположилась секретарь и хозяйка офиса их небольшой фирмы. Асура была очаровательна, и если бы не некоторые обстоятельства… Эх, везёт же некоторым!

– И тебе доброго утра, Джанни! Замечательно выглядишь, – констатировал Рид, окинув внимательным взглядом обманчиво хрупкую фигурку секретаря, как всегда затянутую в белую блузку и чёрную юбку, при минимуме украшений. Девушка в ответ кивнула, отчего её весьма симпатичное личико на миг скрылось в тени модной челки, но, как и всегда, ничего не ответила на вежливый комплимент. Впрочем, Рид этого и не ждал. Он повесил шляпу и плащ на вешалку и кивнул в сторону закрытой двери за спиной девушки.

– Я смотрю, наш «великий и могучий» ещё не приехал? Что случилось? Неужели у него наконец отказал внутренний будильник?

– Ван Бор уже уехал в мастерские, – сделав упор на слове «уже», секретарь насмешливо улыбнулась. – Оттуда был звонок. Какой-то сбой в восьмой модели… И вот ещё. Шеф просил передать вам эту записку.

Тонкие пальчики с безупречным маникюром протянули Риду небольшой клочок желтоватой бумаги, развернув который молодой человек с кислой миной прочел: «Восьмой пошёл в срыв. Как ты и говорил, второй контур дал резонанс. К. Бор. P. S. Да, с тебя штраф за опоздание. Сумму высчитает Джанни. К. Б.»

– Бездушный мерзавец, – вздохнул Рид, выбрасывая записку в мусорное ведро.

– Сегодня вы выбились из суммы, ван Лоу. На целый четвертак, между прочим. Так что с вас три с четвертью талера штрафа, – пропела Джанни.

– И ты туда же? – деланно изумился Рид. – Пусть вычтет из моего жалованья.

– А разве от него хоть что-нибудь осталось? – хлопнула ресницами девушка, но тут же примирительно улыбнулась, заметив выражение лица собеседника. – Всё-всё, Рид. Уже молчу. Только не угрожайте отпуском.

– Хорошая мысль, Джанни, – протянул тот, задумчиво глядя в окно. – Но несколько преждевременная. Вот если шеф зажмёт премию – тогда да. Потребую отпуск за все три года… разом. Кстати, а ведь ты тоже давненько не отдыхала, а? Не хочешь составить мне компанию? Только представь – море, пальмы, ты, я и коктейли… Что скажешь?

– Ну, во-первых, напомню вам, господин Лоу, что я помолвлена. А во-вторых… думаю, ван Бор скорее выплатит двойную премию, чем отпустит нас в отпуск, – рассмеялась асура.

– Лучше бы он снял штрафы, – вздохнул Рид.

– Тогда вы станете приезжать на работу не раньше полудня, а этого шеф не переживёт.

– Точно. Пунктуальная скотина, – кивнул молодой человек. – У него от такого разочарования попросту шестерёнки полетят.

– Господин Лоу, – укоризненно покачала головой Джанни.

– Молчу-молчу. О женихах – либо хорошо, либо ничего, – усмехнулся тот, делая шаг к двери своего кабинета. – И вообще, мне работать пора… Так что, извините, вэсс Ноэль, за беспокойство, и… всё-таки подумайте над моим предложением по поводу пальм и коктейлей.

Последняя фраза донеслась до слуха девушки из-за уже закрывающейся двери кабинета главного инженера их небольшой фирмы. Джанни только вздохнула. Когда три года назад Клинт пообещал привести нового главного инженера, он расписывал кандидата, своего старого, ещё имперского знакомца, как эдакого сурового вояку, спеца по кадаврам, прошедшего огонь, воду и медные трубы. Тогда мнения сотрудников проектного бюро разделились. Одни принялись утверждать, что шеф сошёл с ума, решив разбавить их творческий коллектив медноголовым солдафоном, другие же склонялись к мысли, что только такой тип и сможет удержать в кулаке банду молодых проектировщиков их небольшой фирмы, специализирующейся на создании необычных, можно сказать, уникальных механизмов. Каково же было удивление работников «Бор и Ко», когда в назначенный день, вместо ожидаемого монстра-уставника, порог фирмы, между прочим, с опозданием на добрых полтора часа, перешагнул молодой человек с по-военному короткой, изрядно побитой ранней сединой стрижкой, тонкими, но резкими чертами лица и еле заметной ухмылкой на губах.

Новый главный инженер, сменивший на этом посту начальника технического отдела, зашивавшегося от совмещения двух должностей и вконец уставшего спорить с наглыми молодыми инженерами, ни в грош не ставившими старого спеца-«железячника», ван Лоу казался полной противоположностью хозяину фирмы, коренастому ван Бору, серьёзному дельцу, пунктуальному и точному, как механизм свисского хронометра. Трудно было представить, что эти двое друзья не разлей вода. И тем не менее факт остаётся фактом. Постоянно опаздывающий, острый на язык и выглядящий вечным мальчишкой, талантливый специалист по кадаврике Рид ван Лоу и медлительный, серьёзный, взвешивающий каждое своё слово и действие Клинт. Они прекрасно ладили, и этому не могли помешать ни вечные опоздания ван Лоу, ни занудство ван Бора.

Поначалу подчинённые Рида облегчённо вздохнули. Им показалось, что с таким начальником жизнь их будет проста и радужна. Так оно и было… ровно до тех пор, пока не подошёл срок сдачи очередного проекта, начатого инженерами фирмы ещё до прихода ван Лоу. На финальный разбор проекта его создатели шли с улыбками, весело переговариваясь. Ещё бы! Проект завершён, новый начальник в него не лез, понимал, что подключаться к работе на полпути – дело дурное, какие проблемы могут быть? Сейчас получим подписи – и вперёд, в кассу за премией!

То, что всё пошло не по тому сценарию, не участвовавшим в рассмотрении проекта сотрудникам фирмы стало ясно примерно через час, когда вопреки ожиданиям двери кабинета ван Бора так и не открылись. А вот когда спустя ещё четыре часа инженеры вывалились в приёмную, бледные и трясущиеся, словно призрака увидали, до всех резко дошло, что главный инженер вовсе не такой белый и пушистый, каким казался… Почему именно главный инженер? Да потому, что даже когда ван Бор устраивал разнос подчинённым, те выглядели куда как достойней, а судя по тому, как инженеры смотрелись после разбора… в общем, Клинту их до такого состояния было просто не довести.

Джанни глянула в окно, за которым всё так же не переставая шёл дождь, и потянулась к трубке телефона. Надо же доложить директору, что его протеже наконец-то явился в офис и приступил к работе. Да и проектировщикам желательно сообщить, что им стоит вскоре ожидать прихода начальства… По крайней мере, обычно Рид начинал свой рабочий день именно с визита к подчинённым.

## Часть первая. Город дождей

### Глава 1. Хлопоты и топоты…

Пронзительная трель телефонного звонка застала Рида как раз в тот момент, когда он уже надевал плащ, собираясь отправиться домой. Устало выругавшись, мужчина тяжко вздохнул и покосился на заходящийся истерическим трезвоном аппарат, от усердия чуть не спрыгивающий со стола. После целого дня ругани с подчинёнными, непонятно с какого перепугу возомнившими себя гениальными инженерами, и не менее наглыми технарями из мастерской, молчаливо поддерживаемыми своим начальником, у Рида не было никакого желания с кем-то разговаривать. Но телефон упорно выдавал одну пронзительную трель за другой…

– Лоу у аппарата.

– Здорово, Старый… – Голос, раздавшийся в эбонитовой трубке, напомнил Риду не такое уж давнее прошлое, и губы его разошлись в усталой, но всё же радостной улыбке.

– Инэлл Ли! И тебе не хворать, Хвостатый. Неужели ты в городе?

– Именно. И честно говоря, мне нужен хороший гид по этой вашей гигантской душевой, – хохотнул собеседник Рида. – Как насчёт встречи за стаканчиком чего-нибудь в меру горячего?

– Звучит неплохо, – отозвался ван Лоу. – А ты сейчас где?

– У собратьев, на Статен-илл. Но уже готов к вылету. Авто под парами и ждет.

– Понял. Тогда предлагаю следующий вариант. Отправляйся на Хооглан, пересечение Восьмой и Двенадцатой, кофейня «Седой бурундук». Скажешь, что от Рида, тебя проводят. Встретимся там через полчаса.

– Принято. До встречи, техфеентриг! – Голос старого друга сменился коротким прерывистым зуммером, и ван Лоу, бросив трубку на рычаги, поднялся из-за стола.

Подхватив плащ и шляпу, молодой человек предвкушающе ухмыльнулся, пересёк приёмную и, послав воздушный поцелуй скучающей за стойкой Джанни, скрылся за дверью. А уже через пару минут его «Барро», довольно заурчав хорошо отлаженным мотором, плеснул чёрной маслянистой жижей из-под колёс и устремился в путь, взрезая сгущающуюся тьму ярким, резким светом фар.

Эту «кофейню» со смешным названием Рид выбрал не случайно. От неё до дома всего сотня шагов, что немаловажно, поскольку, зная привычки Инэлла, можно быть уверенным, что после посещения бара посадка за руль авто будет не более чем идиотской попыткой самоубийства. Так что близость расположения «аэродрома», если следовать терминологии самого Ли, – вещь немаловажная…

Бывший эрстхёмелёйт[2], а ныне целый твидхёмельмайр Императорского небесного флота, Инэлл Ли, как всегда не терял времени даром и, пока ван Лоу добирался до бара, успел не только занять столик, но и познакомиться с двумя барышнями, решившими, что скучать в такую погоду пошло, танцевать не интересно, зато посидеть в хорошей компании «за чашкой чая» – самое то. А здесь к ним за столик приземлился Инэлл, и теперь две симпатичные девчонки, ничуть не похожие на типичных амсдамских флаппи[3], увлечённо слушали байки бравого имперского лётчика.

Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Высокий, светловолосый и остроухий, как и положено представителю эльфийской расы, Инэлл всегда умудрялся найти пару смешливых красоток, куда бы ни забросила его своенравная лётная судьба. Рид прекрасно помнил, как хёмелёйт Ли умудрился протащить на борт их «левиафана» трёх медсестричек из плавучего госпиталя, тем самым ополовинив женский состав сего сурового заведения… И это в канун празднования Нового года! А потом они, вшестером, то есть два хёмелёйта, три медсестры и один техфеентриг долго наслаждались перлами изящной словесности, извергавшимися по радио вслед их поднявшемуся на крейсерскую высоту десантному дирижаблю.

– Ну не захотели они видеть нас на своем празднике, так мы люди не гордые, устроили свой собственный. И кстати, этот скромный парень забыл уточнить, что пока я обещал барышням показать ночной канал с высоты птичьего полета, один техфеентриг совершил великолепную по своему исполнению операцию на камбузе того самого плавучего госпиталя. Операцию, достойную быть внесённой во все учебники по диверсионной деятельности. Благодаря чему наше празднование Нового года проходило ничуть не хуже, чем у мокрохвостых докторов, – Инэлл приподнял бокал, салютуя Риду, на что тот только усмехнулся.

– Не слушайте этого враля, девушки. Никаких диверсий. Это вообще не мой профиль, – принялся отнекиваться ван Лоу. – Я лишь отправил техническими ходами одного из своих кадавров, в гости к коку. Поверьте, на свете найдётся не так много разумных, что рискнули бы встать в одиночку на пути у КШ-112[4], и безоружный госпитальный повар точно не из их числа. Вот и всё.

Барышни, с интересом слушавшие очередную байку о похождениях небольшого отряда из трёх разумных и шести кадавров, переглянулись, и в глазах у одной из них мелькнуло нечто похожее на разочарование. Ну, ещё бы! Одно дело – бравые летуны, чьи дирижабли и аэромобили сражаются в небе, и диверсанты-невидимки, чьи подвиги всегда окружены ореолом тайны и загадки, и совсем другое дело – какой-то техфеентриг, мастер-сержант подразделения кадавров. Технарь, оружие которого – отвёртка да гаечный ключ.

Всё это Риду было знакомо ещё с войны и не вызывало никаких эмоций, зато его друг Инэлл, кажется, страдал за двоих. Вот и сейчас, едва заметив переглядывания девушек, твидмайр Ли готов был ринуться на защиту славного боевого прошлого своего друга, но был остановлен одним-единственным успокаивающим жестом Рида.

– Лучше послушайте, как однажды два упрямых хёмелёйта решили научить летать совершенно обычного десантного кадавра, – с улыбкой проговорил Рид.

Следующее утро было куда как приятнее предыдущего. Это ван Лоу понял, когда, проснувшись, обнаружил себя в собственной спальне, исполняющим роль перины для длинноногой и весьма фигуристой девушки. Руки Рида, словно сами собой, пробежались по нежным изгибам её тела, будто пальцы пианиста по клавишам. Сонная красавица приоткрыла один глаз, хитро блеснувший из-под встрёпанной блондинистой шевелюры, и, сладко потянувшись, попыталась поудобнее устроиться на весьма жёстком теле хозяина квартиры.

Отметив, что «соседка» как две капли воды похожа на ту самую Ханну, что вчера в «Седом бурундуке» так недовольно поджимала губки, узнав, что он совсем не диверсант, Рид хмыкнул, бросил взгляд на часы, уныло показывающие полдень, и, решив, что ещё пара часов опоздания в офис погоды уже не сделает, сосредоточил всё своё внимание на просыпающейся обнажённой девушке.

О том, что нынче окка[5] и, соответственно, никакие штрафы за нарушение служебной дисциплины Риду не грозят, он узнал, лишь когда попытался сбежать от Ханны в душ.

Можно сказать, первый выходной день удался на славу… Если бы не одна фраза, вроде бы как вскользь брошенная вчера Инэллом за столом и сегодня никак не желающая выходить из головы Рида. Попивая кофе на маленькой кухне под неумолчный щебет Ханны, ван Лоу так и эдак прикидывал варианты и всё никак не мог понять, что же на самом деле имел в виду Инэлл, обещая «скорые перемены в жизни одного отставного техфеентрига».

Впрочем, если перемены будут такого же характера… Рид окинул взглядом едва прикрытые полами его любимой рубашки бёдра и обнажённые стройные ножки Ханны… Тогда возражать этот самый феентриг совершенно точно не намерен. Может быть, Фортуна всё-таки обратила на Рида ван Лоу свой благосклонный взгляд, а может, её сестрица Сфортуна отвлеклась на некоторое время от исполнения своих обязанностей, как бы то ни было, но в выходные, проведённые в обществе Ханны, никакие перемены до Рида так и не добрались.

Мелкие неприятности – да, были. В частности, при посещении вечером нунны «закрытой» вечеринки в клубе «Розарио», им довелось столкнуться с облавой. Полиция споро обнаружила замаскированный вход в «алкогольную» часть клуба, так что задорный джайв быстро сменился пронзительными воплями полицейских свистков. Пришлось воспользоваться чёрным ходом.

Протащив слегка опьяневшую и оттого постоянно хихикающую Ханну мимо кухни и холодного склада, Рид пнул ногой фанерную дверь, и они вывалились в тёмный проулок меж домов, где ван Лоу оставил машину, чтоб не маячила у дороги, возбуждая ненужный интерес у угонщиков и… Ну да, как раз на такой вот случай облавы.

– Господа, а не могли бы вы и нас собой прихватить? – резковатый говор незнакомца, в котором Рид с удивлением узнал знакомый акцент, заставил его притормозить и окинуть внимательным взглядом выскочившую из чёрного хода следом за ними парочку. Он бы, может, им и отказал, но тут из-за двери донеслись хлопки револьверных выстрелов, а через миг – хорошо знакомый бывшему младшему офицеру, отрывистый лай махгеевера…

– Вот, деволы! Неужто кто-то решил сопротивляться? – скривился Рид и, кивнув странной парочке в сторону заднего сиденья своего «Барро», рыкнул: – Полезайте быстрее, постараемся убраться отсюда, пока нас не заметили.

Гости не заставили себя ждать, так что уже через несколько секунд «Барро-7» осторожно выкатился из проулка и, под истошный вой полицейских сирен, тихонько, не включая габаритных огней, прокрался вниз по улице, чтобы через пару кварталов весело взреветь во всю мощь своего железного «сердца» и, прибавив скорости, скрыться в переулках Хооглана.

Высадив промолчавшую всю дорогу парочку на Второй аллее, среди скопления отелей, Рид коротко попрощался с ними и, получив от мужчины карточку с предложением «звонить, если что», тронул машину с места. Ему ещё нужно было доставить домой чуть пьяную и радостно возбуждённую от приключения Ханну.


Очередная трель будильника подбросила Рида на кровати, оповещая о наступлении рабочего дня. Глянув на свой старенький, но отличающийся удивительно точным ходом «авиатор»[6], ван Лоу со вздохом признал, что будильник таки прав, и принялся выбираться из постели.

Спустя полчаса, уже чисто выбритый и одетый в привычную рабочую тройку, довольный жизнью Рид выбрался на кухню, заварил себе кофе, наполнил стакан апельсиновым соком и, закурив первую за утро, самую вкусную сигарету, принялся за чтение «Амсдамского вестника», туба с которым только что с глухим чпоком выскочила в приёмник пневмопочты, специально для этой цели и установленный владельцем дома на кухне.

Новость о разгроме «бутлегерского гнезда порока и разврата, прикрывавшегося вывеской танцевального клуба ”Розарио”» обнаружилась вовсе не в криминальной хронике, как того следовало ожидать, а аж на четвертой странице в разделе происшествий, и о стрельбе там, соответственно, не было сказано ни слова. Зато в криминальной хронике нашлось место для заметки о перестрелке в одном из отелей, но и то, говорилось о ней как-то глухо и без огонька, столь свойственного статьям Люки ван Рея, старого знакомца Рида, из-за которого он, собственно, только и выписывал «Амсдамский вестник», чтобы при случае похвалить очередное сочинение приятеля. На что только не пойдёшь, чтобы удоволить друга.

Ван Рей был замечательным парнем во всём, что не касалось его работы. Едва же речь заходила о журналистике вообще и статьях одного отдельно взятого репортёра в частности, этот самый репортёр, обычно улыбчивый и добродушный, превращался в монстра, требовательного и капризного, как десяток малолетних принцев. Посему Рид и старался быть в курсе опусов друга, так как терпеть его обиженное пыхтение и быть отлучённым от самого лучшего домашнего бара в Амсдаме ван Лоу не желал совершенно. Меркантильно? Может быть, зато честно. Что, кстати, и сам Люка подтверждал неоднократно.

Поняв, что в кои-то веки знаток городского криминала оказался не в теме, Рид ухмыльнулся и, придя в совсем уж хорошее расположение духа, отправился на работу, дав себе обещание выбрать время и обязательно позвонить сегодня Люке. Подобные новости стоят хорошего обеда, а у ван Рея не только самый лучший домашний бар, но и самый лучший в городе повар, как это ни странно для обычного корреспондента…

Но в том-то и дело, что Люка и не был обычным журналистом. Достаточно сказать, что ему принадлежала половина «Амсдамского вестника» и ещё добрых два десятка газет и журналов, причём не только на восточном побережье Республики, но и в бывшей метрополии. Папенька оставил сыну очень неплохое наследство… А тот нашёл себя в журналистике и знать не хочет ни о чём другом. Благо, несмотря на демонстрируемую им нелюбовь к «глупым бумажкам», разбирается в них Люка, пожалуй, не хуже своего покойного батюшки. А если где-то чего-то и напортачит, по молодости да по глупости, так штат толковых управленцев достался ему вместе с остальным наследством, и эти люди не подведут. В общем, ван Рей может не опасаться в один прекрасный день проснуться банкротом.

Джанни приветствовала Рида, и в голосе её сквозило неподдельное удивление. Ещё бы, в кои-то веки главный инженер пришёл не просто вовремя, а за добрых полчаса до начала рабочего дня.

– А сама? – фыркнул Рид, с удовольствием наблюдая за девушкой. – Или наш садист заставил тебя здесь ночевать?

– Рид. Уйми свой язык, пока я его степлером к двери не прибил, – как обычно, ровным тоном пробурчал Клинт ван Бор, появляясь на пороге собственного кабинета. – И прекрати цепляться к вэсс Ноэль. Это я подвёз её до офиса. Просто проезжал мимо её дома и…

– Да-да, конечно, – пожав руку начальнику и другу, Рид отмахнулся от его бормотания и втолкнул хозяина фирмы обратно в кабинет, на ходу подмигнув погрустневшей Джанни. Шагнув следом за шефом, он прикрыл поплотнее дверь и, упав в кресло рядом с рабочим столом хозяина кабинета, уставился на друга. – Враль из тебя, Клинт, ну совершенно никакой, вот честное слово. Да и Джанни не лучше.

– Хэх, – ван Бор пожал плечами и, демонстративно не обращая внимания на своего главного инженера, уселся в директорское кресло, жалобно скрипнувшее под немаленьким весом хозяина.

– Нет, правда, Клинт, когда вы уже поженитесь, а? – не отставал от него Рид. – Помолвка, конечно, дело хорошее, но ведь уже почти год прошёл с её заключения… Ты ещё долго будешь девушке голову морочить?

– Рид, тебе так нужно меня достать, а? – прищурился ван Бор. – Мы ещё думаем над датой. И я обещаю, когда мы с ней определимся, ты будешь первым, кто об этом узнает. Договорились?

– Ха. Я и так буду первый, уж можешь мне поверить, – фыркнул ван Лоу и вдруг растянул губы в недоброй, почти хищной ухмылке. – Кстати, а я, кажется, знаю, как заставить тебя шевелиться. Клянусь, если в течение трёх ближайших недель вы не определитесь с датой свадьбы, то я обещаю закатить грандиозную вечеринку на годовщину вашей помолвки. Ты меня знаешь, я могу. Хочешь, чтобы весь Хооглан говорил о Клинте «Тугодуме» ван Боре? А у меня ведь и знакомые в Гедеон-хаале имеются. И заметь: не только артисты, но и сценаристы. Тот же ван Туур, кстати, просто обожает такие «уличные» истории. Шепну ему пару слов, оброню шутку-другую – и через декаду, если не спектакль, то уж интермедию на эту тему он наверняка выпустит. Как тебе такая затея, Клинт?

От такой угрозы обычно невозмутимый компаньон поперхнулся и резко побледнел.

– И тебе совсем не жалко Джанни? Подумай, что будут говорить о ней? – выдал ван Бор.

– О, ты уже прикрываешься своей невестой?! Не волнуйся, как раз о ней ничего говорить не будут, уж я об этом позабочусь, – ухмылка слиняла с лица Рида, и теперь он выглядел абсолютно серьёзным.

Ван Бор побарабанил пальцами по столу, покосился на своего инженера, не сводящего с него любопытного взгляда, и… сдался.

– Три декады, да? Ладно, – ван Бор хлопнул ладонью по столешнице. – По крайней мере, теперь я знаю, как именно во времена нашей службы ты выбивал со складов необходимые материалы и запчасти.

– А ты думал, – гордо улыбнулся Рид, но тут же снова посерьёзнел. – Клинт, я бы не стал на тебя давить, но пойми, Джанни ведь не может ждать десятилетия, пока ты выполняешь свой очередной план, по завершении которого в твоём ежедневнике, наконец, появится пункт «Свадьба». Ещё немного – и твоя невеста психанёт и разорвёт помолвку.

– И чего это ты такой заботливый стал, а? – покачал головой ван Бор, но тут же замахал руками на Рида, уже открывшего рот для ответа, весьма ехидного, судя по выражению его лица. – Всё-всё. Иди отсюда. Обещание я дал, через три декады узнаешь дату свадьбы, а теперь, не мозоль мне глаза. Исчезни!

– С превеликим удовольствием, ван Бор, – расхохотавшись, Рид выскочил из кабинета директора и, захлопнув дверь, повернулся к Джанни: – С тебя фирменная выпечка, девочка! Я его всё-таки уболтал.

– Ван Лоу? – непонимающе склонила голову к плечу Джанни.

– У тебя есть три декады, чтобы уговорить его на угодную тебе дату свадьбы. Потому как, если по истечении этого срока уважаемый ван Бор не объявит о торжестве, я обещал устроить вечеринку на годовщину его помолвки.

– Рид ван Лоу, вы сумасшедший, – после минутного молчания проговорила Джанни. – Вы представляете, какие слухи пойдут после такой… вечеринки?! Да половина Хооглана будет перемывать мне косточки. Как же! Невеста, называется. Ни рыба, ни мясо!

– А кто сказал, что вечеринка будетпосвящена годовщине вашей помолвки? – приподняв бровь, поинтересовался Рид. – На всякий случай, если вы забыли, пока ещё вэсс Ноэль, спешу напомнить, что на указанную дату приходится мой день рождения… И именно в честь этого события я и намерен устроить праздник.

Смысл сказанного до асуры, уже вознамерившейся всерьёз обидеться на беспардонного друга её жениха, дошёл не сразу. Зато потом она ещё долго не могла унять смех.

– Ван Лоу… Рид, ты… ты самый лучший негодяй и враль на свете, – вытерев выступившие от хохота слезы, проговорила Джанни.

– Неправда, я не враль. Просто, в отличие от вас с Клинтом, я умею говорить правду… и недоговаривать её. Так-то, – гордо вздернул подбородок Рид и усмехнулся. – А вот насчёт «негодяя» вынужден согласиться, поэтому не надейся, что я забуду про обещанную выпечку.

Оставив улыбающуюся Джанни в приёмной, ван Лоу отправился в свой кабинет, а спустя полчаса вылетел оттуда и помчался к инженерам. И судя по его лицу и вороху прихваченных с собой чертежей, Джанни сделала безошибочный вывод о том, что подчинённых Рида ждёт большая и серьёзная взбучка. В последнее время это уже стало обыденностью. Не ладится у инженеров и техников с несчастной восьмой моделью. Кстати о техниках!

Немного подумав, девушка взялась за телефонную трубку и начала набирать номер технарей. Если Рид вышел на тропу войны, то и к ним обязательно заглянет. Так пусть ребята хоть морально подготовятся к грядущему шторму…

Джанни только успела положить трубку, когда в приёмную вошли двое. Первый – средних лет, маленького роста, вёрткий, в потёртом чёрном плаще и в модной, но по-чиновничьи нелепо напяленной шляпе. Второй был повыше, несколько медлительнее в движениях, зато наряжен так же, как и его напарник – от совершенно по-дурацки надетой шляпы, оскорбляющей чувство прекрасного юной асуры, до узкой полоски галстука и надраенных до блеска чёрных туфель. Ну, хоть в этом гость оказался не безнадёжен.

– Добрый день, господа. Чем могу помочь? – блеснув дежурной улыбкой, поинтересовалась Джанни.

– Ван Ротт и ван Леен. Мы хотели бы видеть господина Лоу, – на лице девушки не дёрнулся ни один мускул, когда наглые визитёры сунули ей под нос бляхи Республиканского следственного управления.

– Сожалею, но ван Лоу только что вышел, – продолжая улыбаться, проговорила асура.

– Но он не покидал здания. Значит, мы можем рассчитывать на его скорое возвращение, правильно я понимаю? – натянуто усмехнулся вёрткий ван Леен.

– Конечно. Если хотите, я попробую его найти, – Джанни потянулась к телефону, но её опередили.

– Пожалуй, не стоит. Мы подождём его здесь, с вашего позволения, – для верности прижав рукой телефонную трубку к рычагам, проговорил ван Леен, и Джанни осталось лишь кивнуть и заняться своими делами.

Спустя несколько минут асура окинула быстрым взглядом усевшихся в кресла у стены агентов и, собрав документы, отпечатанные на громко стрекочущем, сияющем зеленоватым светом экрана «дорвуде», проскользнула в кабинет директора. Может, господа из РСУ и попытались бы её остановить, вот только от стойки секретаря до двери кабинета директора куда ближе, чем от противоположной стены до той же двери.

Клинт внимательно выслушал своего секретаря и тут же схватился за трубку. Звонок из кабинета директора застал ван Лоу в подвале у технарей, где полдюжины парней в тёмно-синих комбинезонах вечно что-то сверлили, долбили, варили и клепали. Именно здесь бумажные эскизы и задумки инженеров фирмы ван Бора впервые воплощались в «живые» модели. И именно тут проходили финишную отладку уже готовые изделия. Новость о визитёрах из РСУ хоть и встревожила Рида, но в меру, как обеспокоила бы она любого добропорядочного жителя Республики. Всё-таки не каждый день заглядывают такие гости.

– Спасибо, Клинт, я понял.

– Рид, ты ничего не хочешь мне рассказать? – чуть помолчав, поинтересовался ван Бор.

– Если ты об агентах РСУ, то нет. Сам не знаю, зачем им понадобился, – честно ответил Рид.

– Верю, – вздохнул директор. – Ладно, я тебя предупредил, а дальше решай сам. Но скажу честно, судя по описанию Джанни, эти молодчики не успокоятся, пока не поговорят с тобой.

Рид не заставил себя ждать, так что не прошло и получаса, как он объявился в приёмной и, мельком глянув на сидящих у стены мужчин, метеором промчавшись мимо них, скрылся в кабинете.

– Господин Лоу у себя, – всё с той же дежурной улыбкой проговорила Джанни, указав поднявшимся с кресел агентам на захлопнувшуюся за Ридом дверь.

– Благодарим, – ответив асуре куда более натужной улыбкой, ван Леен кивнул.

Стучать агенты не стали. Они просто дружно вошли в небольшой кабинет Рида и застыли напротив его стола. Мебель для посетителей в кабинете главного инженера отсутствовала как таковая, так что, обменявшись приветствиями, мужчины остались стоять. Разве что сам Рид, не желая отыгрывать конченого хама, поднялся с кресла и отошёл к окну. Присев на высокий подоконник, он щёлк нул зажигалкой и прикурил очередную сигарету.

– Итак, господа, что привело вас в мой скромный офис? – поинтересовался ван Лоу, демонстративно не замечая снисходительной усмешки и взгляда вертлявого ван Леена, направленного на зажигалку Рида. Ну да, конечно, вечное презрение одарённых к бездарным, как можно было забыть? Да ещё и демонстративное… Ван Лоу мысленно усмехнулся, наблюдая, как шустрый следователь, в свою очередь, прикуривает сигарету одним щелчком пальцев… Всё-таки какие добрые и душевные люди работают в РСУ, это что-то. Рид кивнул агенту на вторую пепельницу, стоящую на его столе, и повторил вопрос.

– Собственно, мы прибыли, чтобы сопроводить вас на встречу, – медленно, нажав на окончание фразы, проговорил ван Ротт, недовольно покосившись в сторону напарника и разгоняя рукой дымное облако, успевшее повиснуть в маленьком тесном кабинете главного инженера.

– Ого. Ну надо же… Вроде бы у меня на сегодня никаких встреч назначено не было. Или это новая инициатива РСУ? Предоставление услуг секретаря и перевозчика? Извините, господа, вынужден отказаться от такой чести. Джанни замечательно справляется с первым, а во втором я не нуждаюсь. Предпочитаю собственное авто, – произнёс Рид.

– Оставьте ваши шуточки, ван Лоу, – прищурившись, прошипел ван Леен. – Нам приказано доставить вас, и мы выполним задание, хотя бы для этого пришлось заковать вас в наручники.

– Понял-понял, – вздохнул Рид. – С чувством юмора в РСУ до сих пор очень и очень плохо. Может, хотя бы уточните, кто именно так сильно желает со мной увидеться?

– Вообще-то, мы не уполномочены обсуждать здесь что-либо… – протянул ван Ротт, но тут же усмехнулся. – С другой стороны, никто нам этого и не запрещал. О нашем участии в организации вашей встречи просил имперский советник Берен… Почему-то ему кажется, что без нашей помощи вы не пожелаете с ним увидеться. А теперь, ван Лоу, если вы удовлетворили своё любопытство и тягу к комическим выступлениям, будьте любезны, следуйте за нами.

– Благодарю за откровенность, господин Ротт, – фыркнул Рид, стараясь не показать, как удивили его слова агента. А если ещё вспомнить намёки Инэлла… Пожалуй, действительно стоит съездить к советнику. Понюхать воздух, так сказать. – Что ж… Вы на авто или воспользуемся моим?

– Хм. Думаю, наш автомобиль будет предпочтительнее, – растянул губы в фальшивой улыбке ван Ротт, и Риду осталось лишь подхватить с вешалки плащ, нахлобучить на голову шляпу и махнуть гостям в сторону двери.

Ободряюще кивнув Джанни, Рид вышел из здания в сопровождении агентов РСУ и, на ходу оценив ожидавший их у подъезда явно нестандартный чёрный «Дэланнэ», с удобством расположился на широком заднем диване просторного седана. Агенты же разделились. Ван Леен устроился на откидном сиденье напротив Рида, а ван Ротт уселся в кресло рядом с водителем. И стоило ему захлопнуть дверь, как машина вальяжно тронулась с места. Плавный ход «Дэланнэ» приятно удивил специалиста по кадаврам. Оценив ходовые качества машины, Рид уже начал прикидывать, кто поставляет амортизационные системы производителю этих автомобилей, когда «Дэланнэ» также плавно остановился напротив невзрачного здания на Статен-илл, и агенты предложили Риду покинуть салон.

Встреча с имперским советником… Хм. Если ван Лоу и мог рассчитывать на что-то подобное в своей жизни, то разве что во время службы. Да и то вряд ли. Где техфеентриг, а где советник, то бишь, в соответствии с Табелью о рангах и, если перевести гражданский чин в военные звания, как минимум лёйтгенераал. Уж больно разные у них «шестки». Сейчас же, когда Рид и вовсе не имеет никакого отношения ни к самой государственной машине метрополии, ни даже подданства империи, и зарабатывает на жизнь строительством совершенно гражданских кадавров в независимой ныне Республике Нового Света, возможность такой встречи и вовсе должна была устремиться к нулю. А вот, поди ж ты! Хотя… может, господину советнику понадобился какой-нибудь многофункциональный агрегат, например такой, чтоб и газон постригал и корреспонденцию читал? Хорошо, если бы это было так, но…

Вопреки ожиданиям Рида здание, куда его привезли, вовсе не было амсдамской штаб-квартирой РСУ или ещё каким-нибудь учреждением в том же роде. Оно вообще больше походило на небольшой отель. Хотя откуда взяться подобному заведению на острове, застроенном почти исключительно ведомственными зданиями?

Клерк за стойкой, к которой агенты отконвоировали Рида, по требованию ван Ротта, тут же связался по телефону с одним из номеров, доложил о прибытии гостей и, вернув телефонную трубку на рычаг, кивнул в сторону лифта.

– Господа, вас ждут. Номер 4а.

Агенты кивнули в ответ загорскими болванчиками[7] и, обступив Рида с боков, словно опасаясь, что тот вдруг передумает и даст от них дёру, двинулись к лифту.

В этой странной гостинице, оформленной в уже слегка устаревшем для Республики стиле имперского модерна, оказалось по пять номеров на этаже, так что поднявшись на нужный им четвертый, агентам и Риду не пришлось рыскать по коридорам в долгих поисках нужных апартаментов. Более того, у искомой двери их уже ожидали. Затянутый в официальный, отвратительно дорогой, старомодный длиннополый сюртук с затейливым серебряным шитьём по рукавам и на воротнике-стойке, надменный эльф окинул прибывших ледяным взглядом и, словно нехотя кивнув, посторонился, пропуская визитеров внутрь.

В номер Рид вошёл в дурном расположении духа. Если уж у советника в охране эльфы, то можно с уверенностью утверждать, что и сам имперский сановник отличается гипертрофированной ушастостью. Да и фамилия как бы намекает… А эльфов ван Лоу не любил давно и прочно, за подлый характер и беспредельную надменность, порой переходящую в полное пренебрежение окружающими. Нет, конечно, бывали и исключения, как, например, тот же Инэлл, но они были настолько редки, что, можно сказать, лишь подтверждали правило. Да о чем говорить, если даже своими вечными погонами техфеентрига Рид был «обязан» остроухим, как, впрочем, и большей частью приключений, начиная с попадания в плен и заканчивая бегством из империи. Впрочем, это уже другая история…

А сейчас ван Лоу, заметив в небольшой гостиной ещё пару ушастых охранников, почти демонстративно фыркнул и, не обращая никакого внимания на всеобщее недоумение, рухнул в стоящее рядом с большим напольным глобусом кресло. Насколько Рид помнил, подобные украшения частенько встречались в гостиницах и кабинетах… до акта Боусона. Поэтому, недолго думая, он слегка надавил на верхушку чучела планеты, и его верхняя половина, щёлкнув, раскрылась, демонстрируя неплохой набор алкоголя, бокалы и даже окутанное мягким сиянием охлаждающего заклятья серебряное ведёрко, полное колотого льда.

Начисто игнорируя как опешивших от такой наглости агентов, так и немое холодное возмущение охранников до сих пор не появившегося советника, Рид подхватил щипчиками пару кусочков льда, бросил их в широкий и низкий стакан, после чего, пощёлкав пальцами над разномастными бутылками, щедро плеснул себе дорогого односолодового виски с Зелёного острова. Понюхав содержимое бокала, он довольно кивнул и пригубил напиток. М-м-м. Нектар!

– Рад, что вам понравилось, нор Лоу, – голос возникшего на пороге гостиной худощавого седого эльфа заставил Рида отвлечься от дегустации и недовольно поморщиться.

– Стараниями в том числе и ваших сородичей я не имею права на подобное титулование, господин советник. Но можете считать, что заход я оценил, – хмыкнул ван Лоу. – Может, перейдём к делу?

– Что ж, согласен, – кивнул советник, в свою очередь подхватывая из бара бутылку какого-то вина и хрупкий бокал на тонкой ножке. Наполнив его, наряженный в «домашний» вельветовый костюм, удивительно контрастирующий своей современностью с по-эльфийски консервативными нарядами охраны, хозяин номера вернул бутылку на место и, окинув гостя равнодушным взглядом, предложил ему переговорить в кабинете… без свидетелей. Охранники эльфа не были воодушевлены таким поворотом, но перечить советнику не посмели и лишь проводили своего патрона и его гостя недовольными взглядами. Рид усмехнулся, заметив обескураженное выражение лица ван Леена, но стоило ему оказаться в кабинете советника, как улыбка исчезла с его губ, будто её и не было.

– Вот уж от кого, а от тебя, Хвостатый, не ожидал, – вздохнул Рид, увидев стоящего у окна Инэлла, и опрокинул в глотку остаток враз ставшего безвкусным виски.

### Глава 2. Эльф эльфу рознь… А толку?

Инэлл чуть смущённо пожал плечами, но вот никакого сожаления на лице старого приятеля заметно не было. Поняв, что тот всё так же уверен в своей правоте и не верит в то, что Рид действительно плевать хотел на службу в доблестных имперских войсках, ван Лоу покачал головой. Надежды на то, что Инэлл наконец прекратит попытки затянуть его обратно в империю, только что растаяли как дым. Надо, надо было сразу растолковать ему, чем именно грозит Риду появление на территории империи, где до сих пор не отменён его смертный приговор. Да что уж теперь…

Советник же не обратил ровным счётом никакого внимания на разыгранную старыми знакомыми пантомиму, либо не счел необходимым показать, что хоть как-то её заметил. Махнув рукой в сторону стоящих у рабочего стола гостевых кресел, эльф дождался, пока Рид и Инэлл усядутся, после чего и сам с удобством расположился в единственном оставшемся свободным «начальственном» кресле. Скрестив руки на груди, советник некоторое время с любопытством рассматривал ван Лоу, а когда тот уже собрался было что-то сказать, заговорил:

– Нор Лоу, прежде всего, я хотел бы, чтобы вы не держали зла на твидмайра Лиенталя. Он всё-таки действующий офицер и, в отличие от вас, не мог не выполнить прямого приказа командования.

– Поздравляю, Инэлл. Наконец-то большие шишки в золотых погонах поняли твои устремления и дали возможность нажраться контрабандного виски. Так, глядишь, ещё и повышение получишь, в соответствии с количеством выпитых галлонов, – Рид холодно улыбнулся.

– Не ёрничай, Старый, – хмуро отозвался твидмайр. – Меня поставили перед фактом.

– В самом деле, нор Лоу, – покачал головой советник, щёлкая крышкой массивных золотых часов, выуженных им из жилетного кармана. – Нам нужен специалист по кадаврам. Выбор пал на вашу кандидатуру сразу по нескольким причинам. Одна из них – в вашем досье. Если не ошибаюсь, ваша команда показала чуть ли не самую высокую результативность среди десантных групп Северного фронта. Другая причина – отзывы ваших сослуживцев. Ну, а господин твидмайр оказался единственным, кто знал о вашем нынешнем месте пребывания… Кстати, не расскажете, как вам удалось перебраться через Великий пролив, минуя все кордоны?

– Не думаю, что это будет интересное повествование, господин советник, – покачал головой Рид.

– Что ж. Не буду настаивать. Хм… Давайте оставим дела давно минувших дней, а твидмайр Лиенталь…

– Поведает, зачем я понадобился бывшей метрополии, – перебил советника Рид и с усмешкой глянул на перекосившуюся от упоминания его настоящей фамилии физиономию Инэлла. – Или, может, займётесь этим сами?

– Пожалуй, последний вариант будет предпочтительней, – эльф растянул губы в формальной улыбке, ни единым жестом не показав, как его покоробило уничижительное именование собеседником их общей родины. – Итак. Сначала небольшая предыстория. Несколько месяцев назад экспедиция нора Ириенталя, направленная в Альперовы горы, обнаружила замаскированные склады северян, оставшихся там со времён оккупации региона. К сожалению, вскрыть охранную систему с ходу не удалось. Приглашённые же на место специалисты из исследовательского бюро все как один…

Эльф говорил, но Инэлл прекрасно видел, что до его старого друга не доходит и сотой доли того, что несёт советник. И твидмайр догадывался, почему. Рида просто замкнуло на знакомом имени. Ещё бы! Ириенталь, точнее, твидхёмельадмираал Минт Ириам Ириенталь, во время войны возглавлял оперативную десантную эскадру фронта. Ту самую, к которой относилась и их группа… Большей глупости, чем вспомнить об их бывшем командире, советник сделать не мог.

Эльф продолжал что-то говорить и остановился, только когда поднявшийся с кресла Рид шагнул к выходу из комнаты. Без слов.

– Господин Лоу, куда вы?! – И куда только подевалась вся флегматичная уверенность советника в себе?

– Мне неинтересен ваш рассказ, нор Берен, – Рид пожал плечами и, посчитав, что сказал достаточно, потянул на себя дверную ручку.

– И всё же я рекомендовал бы вам задержаться и выслушать наше предложение, – сухо проговорил советник, едва Рид обнаружил, что в проеме открывшейся двери возвышаются остроухие охранники хозяина номера, под отброшенными длинными полами сюртуков которых были отчётливо видны открытые кобуры с мощными имперскими скорострелами.

– Думаете, вы сможете добиться необходимого результата силой? – приподнял бровь Рид.

– Отчего же сразу силой? – развёл руками Берен, сохраняя невозмутимое выражение лица и указывая гостю на кресло, которое тот только что покинул. – Я всё же верю, что мы сможем договориться… полюбовно, как говорят наши северные соседи.

Рид бросил недовольный взгляд в сторону Инэлла, но твидмайр, кажется, и сам был удивлён действиями советника. Неприятно удивлён. Что ж, это уже неплохо. Риду совсем не хотелось бы лишаться одного из немногих своих друзей, и реакция твидмайра, к счастью, если не полностью избавила ван Лоу от сомнений на его счёт, то изрядно их поубавила – точно.

Скорчив утрированно невозмутимую рожу, в пародии на охранников, Рид захлопнул дверь прямо у них перед носом и, неохотно вернувшись к только что покинутому им креслу, усевшись в него, принялся раскуривать очередную сигарету.

– Не думаю, что это возможно, советник, – покачал головой ван Лоу, пуская в потолок кольца дыма, одно за другим. А когда нор Берен попытался что-то возразить, перебил собеседника: – Позвольте объяснить. Видите ли, последнее существо на этом свете, которое я хочу видеть, – это твидадмираал Ириенталь. Более того, я о нём даже слышать ничего не желаю. Полагаю, что когда зашла речь о специалисте по кадаврике, ваши аналитики отметили тот факт, что я, как и твидмайр Ли, служил под началом означенного ушастого борова?

– Прошу вас быть вежливее, когда говорите о герое войны, – советник на мгновение нахмурился, но Рид даже ухом не повёл… Впрочем, где уж его ушам состязаться с эльфийскими лопухами?

– Вот уж вряд ли, – ван Лоу отмахнулся от слов собеседника. – Я, знаете ли, тоже «герой» той войны, по крайней мере, считался таковым до того, как высказал в лицо Ириаму всё, что о нём думаю. К тому же я давно не являюсь подданным бывшей метрополии, так что буду говорить об ушастой свинье так, как он этого заслуживает. Герой, подумать только! Положить почти всю эскадру в неподготовленной атаке, без аэромобильного прикрытия и маломальской разведки, вывести дирижабли прямо на зенитные батареи Гейдельсхофа и завалить противника трупами своих подчинённых, а потом получить за это «Полярную Звезду»… хорош герой! Знаете, советник, это не героизм, это военное преступление. Впрочем, помня, каким образом раздаются чины и звания в доблестной имперской армии, я не удивлён. Для офицеров, растущих в чинах исключительно за счёт родственников и связей, Ириенталь, должно быть, действительно герой. Как же, ведь одной атакой, угробившей больше шестисот боевых офицеров, он создал ровно столько же вакансий! Да с их точки зрения, его не «Полярной Звездой», а «Синим Пламенем»[8] наградить надо было!

Инэлл кашлянул в кулак и сделал большие глаза, пытаясь своей пантомимой заставить друга опомниться и подумать, что и кому он говорит, но тот лишь ожёг его злым взглядом. Впрочем, в следующий миг Рид пришёл в себя.

– Прошу прощения. Увлёкся, – буркнул ван Лоу. – Так вот. Вашим аналитикам следовало бы получше разузнать, что думают об этом уроде его бывшие подчинённые… Те, что уцелели после гейдельсхофской бойни, разумеется. Ну а теперь, когда вы знаете о моём отношении к твидадмираалу…

– Полному адмираалу… с некоторых пор, – задумчиво проговорил советник.

– Кто бы сомневался, – язвительно откликнулся Рид. – В общем, советую вам поискать другого специалиста, незнакомого с Ириенталем. Благо таких должно быть ещё немало, так что…

– И всё же я буду настаивать на вашем участии в предстоящей операции, – после недолгого молчания проговорил эльф. – И приложу все усилия, чтобы вы согласились на эту работу, нор Лоу. Вы же хотите вернуть титул?

– Увы. Это невозможно, господин советник, – покачал головой Рид, мимоходом удивившись неосведомлённости собеседника о биографии «рекрутируемого». – Всё тот же Ириенталь изрядно постарался, чтобы лишение меня прав владетеля прошло через канцелярию императора, а не было утверждено трибуналом, решение которого легко оспорить. Иными словами, вернуть мне титул мог бы только нынешний император… а он этого не сделает.

– Уверены? – прищурился советник.

– Абсолютно, – кивнул Рид, но объяснять причины своей убеждённости не стал. Смысл? Ведь тогда придётся рассказать о приговоре полевого трибунала, о котором, похоже, собеседник просто не в курсе. Причём здесь приговор? Так, по закону империи, даже помилованным преступникам титулы и награды не возвращаются. Никогда. Что уж говорить о человеке, чей смертный приговор до сих пор не отменён?

– Что ж. Не буду вас разубеждать. Но советую всё же подумать над нашим предложением. Поверьте, у империи найдется, чем отблагодарить вас за помощь. И даже ваша уверенность в невозможности возвращения титула может оказаться абсолютно беспочвенной, – эльф поднялся из-за стола, показывая, что аудиенция закончена, и Рид не замедлил рвануть к выходу, лишь махнув на прощание рукой Инэллу.

Бывшему техфеентригу было о чём подумать, пока сотрудники РСУ везли его обратно в офис. Вся эта встреча, такая странная и явно плохо подготовленная, произвела на Рида неприятное впечатление. И вроде бы не было никаких угроз, и советник не особо-то давил на него… Но подозрения о том, что одним разговором дело может не закончиться и, кроме больших пряников, в следующий раз к предложению могут присоединиться и изрядных размеров кнуты, молодого человека так и не покинули. И уж чего-чего, а кнутов у империи предостаточно. Пусть даже ван Лоу давно не является её подданным…

Рид помотал головой, вытряхивая из неё параноидальные мысли, и, оказавшись у входа в здание, где расположился офис их фирмы, на миг замер.

Дождавшись, пока «Дэланнэ» сторожевых псов республики скроется за поворотом, он решительно развернулся на месте и, в два шага оказавшись рядом с «Барро», рухнул за руль машины. Поворот ключа. Двигатель авто привычно мягко заурчал, успокаивая нервы и даря спокойствие своему хозяину. Ван Лоу вытряхнул из пачки последнюю сигарету и, закурив, тронул машину с места. Ничто так не проветривает мозги, как долгая скоростная поездка по окрестностям. То, что надо сейчас встревоженному Риду.

Инэлл заявился к старому другу уже на следующее утро, когда тот собирался на работу. Твидмайр ворвался в квартиру с той же стремительностью, с которой когда-то вламывался в ангар, служивший техфеентригу Лоу рабочим местом и спальней на земле. После чего обычно следовали столь же молниеносные сборы, и шесть кадавров с их «пастухом» загружались в стальное чрево левиафана «Тинау», чтобы вскоре обрушиться на врага с неба…

– Старый, это было волшебно, – рухнув на продавленный диван так, что тот жалобно заскрипел пружинами, провозгласил Инэлл, даже не вспомнив о приветствии. Впрочем, в этом не было ничего странного. Ушлый эльф никогда и не был известен своей вежливостью, а в те моменты, когда кто-то указывал ему на сей недостаток, Ли только хмыкал и с невероятным апломбом сообщал, что наелся этикета дома, и если кому-то не нравится его нынешнее поведение, этот кто-то может просто отвалить, дабы не рисковать здоровьем, поскольку дуэли надоели отпрыску дома Лиенталь ещё больше, и с некоторых пор он предпочитает обычный мордобой.

– Хм, я предпочитаю выслушивать эту фразу исключительно от лиц женского пола, – флегматично пожал плечами Рид, поправляя перед зеркалом узкий, по последней моде, галстук, купленный им в одном из магазинчиков на фешенебельной Четвертой аллее.

– Тьфу на тебя, – эльф скривился, но тут же весело расхохотался. – Нет, дружище, что ни говори, а ты самый настоящий волшебник из легенд. Так посадить в лужу Берена, это что-то! По-моему, такой тон в общении с ним разве что император да глава его дома могли себе позволить… а тут какой-то отставной феентриг… – Инэлл осёкся, когда Рид вдруг резко обернулся.

– Так-так. А вот с этого момента подробнее, – ван Лоу прищурился, и его собеседник нервно сглотнул. Видал он уже такой взгляд у Рида, обычно перед десантированием в очередное пекло…

– Ну, э-э… Извини, что напомнил… – замялся эльф.

– Я не о том, – мотнул головой ван Лоу, не сводя со старого друга пристального взгляда. – Откудаты знаешь, кто и как разговаривает с этим Береном, объясни, будь любезен.

– Хм-м. Ну, отец как-то говорил. Они дружны с Береном, вот… м-да, я что зашёл-то… – отведя взгляд в сторону, проговорил Ли. – В общем, прощения хотел попросить. Не думал я, что дело так обернётся. Вообще не знал, для кого он специалиста ищет…

– Поня-ятно, – протянул Рид, убедившись, что Инэлл не собирается отвечать на его вопрос. И вздохнул. – Вот скажи, дорогой друг, как ты вообще додумался сдать меня этому самому Берену?

– Что за чушь! – воскликнул тот. – Случайность это. Понимаешь? Слу-чай-ность. Ну, услышал Берен на приёме одну из баек о наших с тобой приключениях во время войны, вот и запомнил. А через пару дней мне вручили Высочайший рескрипт о принятии командования над посольским «Риттером», и мы сразу же отправились в Республику. Уверен, затянись это дело хотя бы дней на пять, и он бы даже не вспомнил о тебе. Стечение обстоятельств. Да и, если б я знал, для кого наш посланник хлопочет, думаешь, я бы тебя сдал?!

– Вот-вот. Именно поэтому ты и не знал, – вздохнул ван Лоу. – Честное слово, Хвостатый, у меня иногда создается впечатление, что ты вообще головой не думаешь.

– С чего бы это? – возмутился эльф.

– А с того, – Рид окинул старого друга сожалеющим взглядом и неожиданно с силой хлопнул его плечу. – Вот ответь мне, как ты оказался на том приёме? Ты же этот серпентарий терпеть не можешь.

– Эхм… Отец вручил приглашение… личное, – медленно проговорил Инэлл. – Но ты же не думаешь, что он…

– А что он? Твой батюшка далеко не дурак. Намёки понимает, да и варианты просчитывать умеет. Так что думаю, он совсем не возражал, чтобы его любимый, но такой непутевый сын сменил мостик тяжёлого «высотника» на удобную рубку дирижабля из личного парка Его Императорского Величества…

– Твою… – эльф с силой дёрнул себя за ухо и скрежетнул зубами. После чего тяжело вздохнул и кивнул. – Мог… Извини, Старый. Я, действительно, идиот.

– Не в первый раз, мог бы и привыкнуть уже, – неожиданно хохотнул Рид и, резко оборвав смех, развёл руками. – Вот только я одного не могу понять: а что, в самой империи ни одного «пастуха» не нашлось, что ли? Обязательно было переться в Новый Свет?

– Ну, если подумать… – эльф невесело ухмыльнулся и, пригладив пострадавшее ухо, договорил: – Есть у меня одно предположение… Ты, наверное, не в курсе, но к окончанию войны уцелело лишь восемь настоящих «пастухов», из них двое в нашей эскадре, считая тебя.

– Как… восемь? – изумился Рид.

– А вот так, – развёл руками твидмайр. – После Гейдельсхофа, когда ты уже в «огневые» угодил, северяне стали выбивать вашего брата целенаправленно. Ни с чем не считались, меняли роты на подразделение кадавров, но ведущих уничтожали остервенело. А ведь училища тоже «пастухов» не клепают, их даже для ускоренного выпуска не меньше года натаскивать нужно. Вот так и вышло, что к моменту заключения мира во флоте осталось лишь семеро «пастухов». Подступиться к ним сейчас проблематично. Кто-то преподает в училищах, и никакое начальство такие кадры, с их боевым опытом, из своих когтей не выпустит, тем более не пойдёт против воли самих «пастухов». Остальные в отставке, но ведь не голь перекатная, за ними стоят рода, вступятся если что. Так что особо и не надавишь. Нет, если бы кто другой ту операцию затеял, может, и нашлись бы желающие тряхнуть стариной, но… Смерть Флота – не та фигура, что может их привлечь… Вот и получилось, как получилось.

– Неплохая версия, – сухо кивнул помрачневший Рид. – А что сухопутные? У них же свои «пастухи» должны были быть? Да и боров им крови не портил… Почему они не согласились?

– Вот этого не знаю, – покачал головой эльф. – Могу только предположить, что в тех условиях обычные пехотные кадавры – не подмога, но… кто его знает?

– Ох, и втравил же ты меня в историю, Инэлл, – после недолгого раздумья вздохнул Рид. – Если так посмотреть, то имперцы от идеи затащить меня в экспедицию не откажутся.

– Да ладно тебе, – вновь обретая присущую ему легкомысленность, махнул рукой эльф. – Ты же не согласился, ну и забудь. Встреча состоялась, стороны друг другу не глянулись и разбежались. И всё. Пусть Ириенталь договаривается с родовитыми или соблазняет преподающих, не знаю. Тебе до этого дела быть не должно.

– Твоими бы устами да мёд пить, – пробормотал ван Лоу. В отличие от эльфа, он был почти уверен, что без последствий его вчерашнее «соло» не останется, и радости это умозаключение Риду не добавляло.

Молодой человек встряхнулся. К деволу метрополию, со всеми её «мясниками» и советниками. Он уже на работу опаздывает, а сегодня техники как раз должны подготовить рабочую модель восьмого образца…

Поняв, что к чему, Инэлл подхватился и первым шагнул к выходу из квартиры старого друга.

Кажется, по завершении декады дождей Амсдам наконец решил, что он достаточно чист, и после такого продолжительного душа ему не мешает немного обсохнуть. В безоблачном небе солнце сияло совсем не по-осеннему, так что, если бы не холодный ветер с залива, можно было подумать, что на улице не начало оккабора[9], а середина лета.

Хорошая погода сделала свое дело, так что к офису Рид подъехал во вполне умиротворённом состоянии, вот только оказалось, что просуществовать сколько-нибудь долго его приподнятому настроению не суждено. Инженер даже толком не успел начать разбираться со сбоящей моделью пресловутого восьмого образца, когда в рабочую атмосферу мастерской ворвался громкий треск телефонного звонка, и Джанни сообщила Риду, что в контору прибыли вчерашние знакомцы из РСУ. Мало того, они предъявили ордер на проведение документарной проверки! Ван Лоу коротко и зло выругался. Не зря он подозревал, что вчерашняя беседа ещё выйдет ему боком. Ох, не зря!

– Моё присутствие требуется? – отняв ладонь от микрофона, поинтересовался у Джанни инженер.

– Эти… – Рид прямо-таки видел, как помощница ван Бора недовольно поджала губы, заговорив об агентах. Кажется, они ей сильно не понравились… – о тебе не упоминали, но я боюсь, у них хватит наглости начать обшаривать твой кабинет, так что…

– Спасибо, красавица, я понял, – вздохнул Рид. – Сможешь удержать их от выбивания дверей в мою берлогу хотя бы на четверть часа? Я тут, кажется, наконец-то разобрался со сбоями восьмого…

– Умеешь ты придумать достойное развлечение для девушки, – фыркнула Джанни. – Ладно уж, на четверть часа можешь рассчитывать.

– Вот и славно, – пробормотал Рид, уже кладя трубку на рычаг, и повернулся к стенду, у которого суетились механики, снимающие с него модель строительного кадавра, тот самый пресловутый восьмой образец.

В четверть часа Рид не уложился. Он появился в офисе лишь полчаса спустя, но ожидаемого насмешливого взгляда Джанни не встретил. Её вообще не было за стойкой… и это за добрых два часа до обеда. Немыслимо! Присутствие помощницы ван Бора в приёмной в это время было так же естественно, как восход или закат, так что, не обнаружив девушки на привычном месте, Рид даже на мгновение замер, после чего ринулся к своему кабинету. Но нет, дверь заперта, а сама комната оказалась пуста, а значит, идея о том, что Джанни решила проконтролировать действия агентов, пока те будут рыться в бумагах ван Лоу, оказалась неверна.

# Примечания

1

Массардж – здесь, неофициальное, сленговое сокращение от мастер-сержант, имеющее хождение в армии Республики. Мастер-сержант – название должности командира отделения в армии Республики (не путать со званием), замещаемой унтер-офицерами или младшими офицерами, до первого лейтенанта включительно.

2

Эрстхёмелёйт – первый лейтенант (офицерское звание в Императорском небесном флоте). Порядок офицерских званий по возрастающей: хёмельфеентриг, твидхёмелёйт, эрстхёмелёйт, твидхёмелькапитан, эрстхёмелькапитан, твидхёмельмайр, эрстхёмельмайр, твидхёмельадмираал, эрстхёмельадмираал, адмираал. Приставка «хёмель» иногда опускается, но в официальной обстановке и в письме, подобное упрощение недопустимо.

3

Флаппи (сленг.) – раскованная особа, чья жизнь укладывается в лозунг: noth di jaevs, vins di cains (в переводе с республиканского диалекта: ночь и джайв, вино и кайн). Кайн (кейн) – лёгкий наркотик в виде порошка белого цвета. Одна порция умещается на ногте мизинца человека или эльфа. Употребляется так же, как и нюхательный табак. Наркотик обладает сильным возбуждающим и тонизирующим действием, запрещён к распространению в большинстве стран Старого Света. В Республике и Новоземье вообще отпускается в аптеках по рецепту врача.

4

КШ-112 – кадавр штурмовой, серия 112. Указанный образец военной техники предназначен для штурма укреплённых огневых точек, отличается тяжёлой броней и мощным вооружением, представленным автоматической скорострельной пушкой малого калибра и двумя пулемётами.

5

Окка – восьмой день декады (недели), первый из трёх выходных (дни декады: прима, дуатта, третта, кварра, квинна, сесста, сетта, окка, нунна, декка).

6

«Авиатор» – механические наручные часы. Название закрепилось с момента их появления, поскольку первые наручные часы были созданы специально для пилотов аэромобилей.

7

Загорский болванчик – подвижная детская игрушка, изображающая кивающего монаха религии бунья, распространённой в Семицарствии Тан, государстве, расположенном к северо-востоку от империи, за хребтом Полумесяца.

8

«Синее Пламя» – одна из высших военных наград Северного союза, противника империи в войне, о которой говорит Рид.

9

Оккабор – восьмой месяц в году, второй месяц осени. Всего в году двенадцать месяцев (приар, дуар, триар, кварт, квинт, сест, сетабор, оккабор, нунабор, декар, ундекар, дедекар), по четыре декады (недели) и восемь безымянных дней по окончании дедекара, в общем именующихся Короткой или Последней декадой (неделей).