Александр Вавилов
Общак

Глава 1. Квартира 159

Серый автомобиль остановился возле богом забытой многоэтажки, напоминающей послевоенные руины восточной Европы. Из него вышел высокий мужчина с тёмными волосами и холодным выражением лица. Он посмотрел на пасмурное небо, недовольно поморщился и поглубже втянул голову в воротник чёрного плаща, пытаясь защититься от осенней мороси.

«Далеко залез, мошенник. Но от меня не спрячешься», – подумал он, закрыл машину и направился по разрушенному асфальту к единственному подъезду мрачного дома. Горы мусора лежали прямо на тротуаре и по ним топтались довольные огромные вороны, изредка отпугиваемые плешивыми и ободранными кошками.

– Господи, – с отвращением произнёс мужчина, отпинывая от себя наглого рыжего кота, расположившегося прямо посреди дороги и с аппетитом грызущего мокрую скрюченную мышь.

– Второй месяц мусорка не едет, завонялись кучи, – прохрипел старик с боку, больше похожий на бомжа с палочкой.

Мужчина обернулся, сочувственно скривил улыбку и продолжил путь.

– Если ты к Людке, то её нет, увезли менты вчера, – крикнул ему вслед старик, – шалаву бесстыдную!

Мужчина открыл заколоченную фанерой дверь и ступил в холодный мрак подъезда. Как он и ожидал, лифт в доме не работал, кнопка вызова была спалена огнём, а на дверях гвоздём нацарапана надпись: «Циклон Б». Брезгуя дотрагиваться до заляпанных соплями и грязью перил, он начал подниматься пешком на 9 этаж. Его ноги в дорогих итальянских туфлях, отутюженных до блеска чёрным кремом, отсчитывали ступени лестничных пролётов, а серые пронзительные глаза наблюдали сочинения жителей дикого и отторженного городом места, украшавшие словно граффити обшарпанные и трескающиеся то тут, то там стены.

Среди гремучей смеси из романтики воровской жизни и философских фантазий не тему психоделического будущего главной нитью на старых кирпичах с отваливающейся штукатуркой описывалась судьба падшей в урбанистическом бытие большого города Людмилы. Словно наскальные надписи высвечивались на тусклой краске подъезда номер её квартиры, сексуальные предпочтения, позорные истории из жизни и красочные зарисовки акробатических поз подвальной камасутры культуры гопников. Дурная слава однобоко характеризовала девушку, лишая её внутреннего мира и оперируя лишь к тому, что люди обычно пытаются скрыть от посторонних глаз, а в научной литературе именуют термином «Животные инстинкты».

Наконец, путь был пройден, и мужчина, тяжело дыша, остановился возле обитой рваным выцветшим от времени дерматином двери, расположившейся в самом дальнем правом крыле девятого этажа. Разбитый звонок свисал сбоку словно казнённый на плахе незадачливый воришка. Мужчина постучал по ржавому номеру, прибитому посреди, и услышал в ответ гробовую тишину. Тогда он не без омерзения опустил руку на ручку и с удивлением обнаружил, что квартира не заперта.

Он толкнул её и моментально схватился рукой за нос от резкого запаха падали, распространившемуся по комнатам. Осторожно ступая по коридору, он заглянул в зал. Посреди стоял стол с начатой бутылкой водки и большой гранённый стакан, подпирающий простенькую икону божьей матери. Рыжий наглый таракан медленно ползал по его липкому ободку. Старая финская стенка времён советского прошлого, персидские ковры на стенах и полу, незамысловатые табуретки и кресла – всё было покрыто толстым слоем пыли. В углу на тумбочке укрытый чёрной плотной тканью стоял огромный ящик древнего, как и весь остальной хлам телевизора, по которому уместно было смотреть разве что вымерших миллион лет назад динозавров.

Бегло оглядев скудное пространство комнаты, мужчина медленно пошёл дальше по коридору. Кроме жужжания мух и эхом доносившихся из подъезда обрывочных да тяжёлых бухающих звуков ничего не было слышно. Никаких признаков жизни. В проёме второй комнаты висели шторы ручной работы из канцелярских скрепок и советских цветных открыток с поздравлениями на новый год и 9 мая. Запах гниения в этой половине квартиры был намного резче и тошнотворнее.

Зажимая одной рукой нижнюю половину лица, а второй отодвигая в стороны шторы мужчина зашёл в комнату. Под люстрой висел труп того, кого он искал. Скрюченное тело уже покрылось пятнами. Мухи облепили его словно петушок леденец, упавший на землю из рук ребёнка жарким летним днём. Под ногами покойника лежал перевёрнутый грубый стул, густо измазанный толстыми слоями голубой краски, какие наполняли большинство провинциальных училищ и техникумов на просторах России.

У стены напротив стоял высокий трельяж, выполненный в стандартизованных цехах коммунистических советов мастерами-работягами прошлого века. На столике у основания зеркал сидел чёрный большой ворон и внимательно следил за мужчиной, как будто давно ожидал его визита. В цепких лапах пернатого стражника золотым блеском переливался непонятный мелкий предмет. Это было то ли кольцо, то ли монета – мужчина не мог разобрать.

– Кыш! – замахнулся он на ворона, и птица тяжело поднялась вверх, расправив широкие крылья.

Переместившись на открытую в окне форточку, она продолжала следить за ним своими маленькими и ядовитыми глазками бусинками. Мужчина сделал 3 шага, подойдя к зеркалам вплотную, и разглядел золотую монету с выгравированной на ней обликом красавицы девушки. Мужчина взял её в руки и повернул другой стороной.

– «Копейка, кузнец Калита», – прочитал он вслух и вдруг дёрнулся, заметив в отражении зеркал силуэт женщины в чёрном платье, появившейся внезапно из-за висевшего трупа.

Мужчина резко обернулся, чуть не выронив монету из рук. За спиной никого не было. Труп продолжал одиноко свисать из-под потолка, наполняя комнату смрадом. Он снова посмотрел в зеркало – никакой женщины в отражении не было.

– Кар! – закричал что было мочи ворон, и это окончательно вывело мужчину из равновесия.

– А ну пошёл вон отсюда! – потеряв спокойствие, заорал он на птицу.

Но пернатая была не из пугливых, продолжая пристально наблюдать за ним.

– Третий день висит, – услышал он внезапно хриплый голос сзади.

Мужчина повернулся, пряча золотую монету в карман плаща, и увидел дряблую старуху, похожую на бабу ягу из сказок.

– Ты кто, бабушка?

– Соседка я, – ответила старуха, – водку ему носила, да Людку по вечерам приводила, – и она указала на железную кровать в углу комнаты. – А три дня назад зашла, а он родимый и болтается перед зеркалом.

– Что же он после Людки руки на себя наложил, или тебя со смертью перепутал?

– Кто его знает, родимый? Беспокойный он был, да всё с зеркалом разговаривал. Баба там у него живёт.

– Да ты что, спятила, старая! Какая ещё баба? В зеркале?

– Людка мне говорила, он ей всё докладывал под одеялом. А вчера менты увезли её, а труп оставили. Сказали после приедут, вот мы с вороном и охраняем его. Уже третий день вдвоём тут с родненьким, – и она указала кривой морщинистой рукой на покойника.

Мужчина раздосадовано вытащил телефон.

– Кто еще был здесь в эти три дня кроме тебя и ментов, бабка?

– Никого здесь не было, кроме нас с пернатым. Я за Серёжей присматривала, а птичка чёрная за копеечкой.

– Какой копеечкой?

– А которую ты в кармашек кинул.

– Слушай, бабушка, это не копеечка, а улика. Я представитель власти и взял её на исследование, понятно тебе?

Мужчина подошёл вплотную, достал удостоверение полковника МВД и ткнул им прямо в лицо. Но старуха нисколько не испугалась, только зловеще сощурила глаза и утробным голосом ответила:

– Понятно, родненький, отчего ж не понять, бабушке. Менты вчерашние тоже про следственные действия говорили. Только ты вот что, – и она похлопала мужчину по карману, в который тот положил золотую монету, – береги копейку, и да умножится богатство твоё. Только глазу с неё не спускай. Ворон ментам её не отдал, потому что они бестолковые, даже дверь не опечатали, когда уезжали. Теперь ты её охранитель, родненький.

Мужчина поморщился, решив, что бабка видимо с придурью.

– Алло, Степаныч, – сказал он в телефон, дозвонившись до нужного абонента, – приезжай с опергруппой. Улица коммунаров, 11. Квартира номер 159, девятый этаж. Предупреди остальных, что лифт не работает. Я нашёл его. Третий день как повесился. Заодно узнай, что за молодцы из районного вчера приезжали и оставили труп в квартире? Забрали девушку, звать Людмила. Пробей, где она сейчас?

Он обернулся к старухе:

– Ты из какой квартиры, бабушка?

– Соседняя, родимый.

– Иди к себе, сейчас полиция приедет, запишем показания. А пока оставь меня одного. – Мужчина пристально посмотрел на неё, поднял палец вверх и пригрозил напоследок: – И про копейку ни слова, бабка, тебе ясно?

Старуха опустила веки в знак понимания, и через минуту исчезла так же внезапно, как и появилась. Мужчина осторожно открыл дверцы тумбочки, на которой стоял трельяж, и среди всякого мусора и кучи разных безделиц увидел потрёпанную тетрадь для записей. Он осторожно взял её, принявшись листать страницы, мелко исписанные корявым почерком, изрисованные различными магическими символами, странными нелепыми узорами, и прочими непонятливыми дурными рисунками.

«…Я даже не понял, как она оказалась в комнате. Она просто возникла за спиной у Марины. И я навсегда запомнил тот лютый безумный взгляд, который излучали её страшные, злые глаза. В руках у неё был ремень из шорт, что я бросил в душе. Она накинула его на шею Марине и просто задушила её, быстро и безжалостно, словно серийный сексуальный маньяк…»

– Господи, боже мой, – прошептал мужчина, прочитав первый бросившийся ему в глаза отрывок, – это нам ещё пригодится.

И он спрятал тетрадь во внутренний карман плаща, свернув её пополам. Вскоре приехал Степаныч с бригадой оперативников.

– Как ты его нашёл в этой дыре?

– Птичка на хвосте принесла. В соседней квартире живёт старуха на бабу ягу похожая. Возьмите у неё показания, она здесь часто бывала. Нашли девку, которую менты увезли?

– Да, она сейчас в КПЗ районного отделения.

– Почему труп не забрали, узнал?

– Там у них полный бардак, шеф. Друг на друга пальцем показывают.

– На девку хотят повесить его?

– Да непонятно толком, что они хотят? Увезли и держат. У неё с кукушкой что-то, бормочет про женщину в чёрном и от зеркала шарахается как от Сатаны. Явно не в себе девушка.

– Пусть её на больничку отвезут, тоже в районную. Передай, что я её потом сам оттуда заберу. Завтра на стол отчёт по телу. Судя по первым признакам суицид, но не удивлюсь если ему помогли отойти в загробный мир. Сам знаешь, что за иуда был. Всё понял?

– Да, шеф, сделаем в лучшем виде.

Мужчина попрощался со Степанычем и направился прочь от жуткого места, насквозь пропитанного мёртвым духом. Через полчаса он зашёл в ресторан «Ламар» в центре города. Это было его излюбленное место, где он обедал с коллегами и ужинал с прекрасными юными девами. Зазвонил телефон. На связи был Степаныч.

– Шеф, тут нет никакой старухи, мы проверили весь дом.

– Я что, по твоему её придумал? – возмутился мужчина. – Ищите лучше, она сказала, что из соседней квартиры.

– В соседней квартире обитают алкаши и никакой старухи там отродясь не было.

– Значит, она на этаже где-то рядом живёт. Она дряхлая как гнилое полено, даже по лестнице не в состоянии передвигаться. Ищите лучше.

– Мы всё проверили, шеф. Этаж в первую очередь. Старухи нигде нет.

– Степаныч, я тебя повешу, если её сам найду. Будешь как Серёжа висеть перед зеркалом. Найди мне старуху, понял?

– Есть, шеф, – с безнадёгой в голосе вздохнул Степаныч и отключился.

«Странно, а как она ему за водкой бегала с девятого этажа? – подумал мужчина, кладя телефон на стол, и внимательно разглядывая в руках сверкающую золотую копейку. – Неужто ты, Дима, и вправду заработался, и пора тебе съездить в Сочи, полежать недельку другую на пляже. Пусть не сезон, но хоть морем подышать получится».

Глава 2. Полковник МВД

Мужчину, обнаружившего разлагающийся труп в промышленном районе города, давно ставшего рассадником наркоманов и проституток, звали Дмитрий. Дмитрий Владиславович Захаренко, начальник отдела финансово-кредитных преступлений управления Т министерства внутренних дел. Утром следующего дня перед ним на столе лежал подробный отчёт по результатам вскрытия тела. Как и предполагал Дима, признаков насильственной смерти на трупе обнаружено не было. Покойный, в миру Простой Сергей Валентинович, покончил жизнь самоубийством путём асфиксии с помощью затягивания петли на шейном отделе.

В поле зрения Захаренко Сергей попал после вскрытия махинаций с офшорными счетами брокерской компании Дарьи Воронцовой «Копейка». Обналичивание загадочных счетов человеком в чёрном костюме так и осталось тайной, и до сегодняшнего дня ответов, кто был этим загадочным человеком и куда делись огромные суммы денег со счетов компании у следствия не было. Даже не смотря на обширные возможности МВД проследить путь денег и идентифицировать ключевых фигурантов в деле «Копейки», опытным следователям не удалось. История как будто не знала о существовании ни Дарьи Варонцовой, ни человека в чёрном костюме.

После удивительной гибели генерального директора «Копейки» от когтей бешенной птицы в застенках психиатрической клиники, следствие получило второй удар ниже пояса, которое окончательно заводило дело в тупик, – главный бухгалтер Сергей Валентинович скрылся за границей вместе с любовницей, бывшей по совместительству помощницей убиенного директора злосчастной компании. У Захаренко складывалось ощущение, что все эти запутанные отношения, имевшие место в брокерской фирме, являлись лишь ширмой для настоящих владельцев организации, которые тайно управляли всей финансово-хозяйственной деятельностью и могли ответить на вопрос, куда делась огромная прибыль «Копейки» после вывода денежных средств в офшоры?

Однако теперь получить ответы на волнующие следствие вопросы было делом практически невозможным. Генеральный директор Павел был растерзан до смерти, помощница Изабелла утонула на побережье солнечного Пхукета, а главный бухгалтер Сергей покончил жизнь самоубийством. Остальные в фирме знать ничего не знали, исправно выполняя служебные обязанности с десяти утра до семи вечера. Единственной зацепкой для получения хоть каких-то пригодных для работы следствия сведений могли стать отношения Сергея в последний отрезок его жизни с людьми, контактировавшими с ним близко.

Дима знал, что в Таиланде его видели в компании красивой статной женщины, но кто она была такая, выяснить не удалось. Под лучами жаркого курортного солнца Сергей занимался торговыми операциями с акциями зарубежных компаний, переводя полученные денежные средства на счета в швейцарских банках, доступ к которым получить было невозможно в силу международных норм и правил, действующих в банковском секторе. Таким образом, оставался маленьких шанс найти хоть какую-то зацепку в записях покойника, которые Захаренко обнаружил в тумбочке под трельяжем. Либо выяснить нужную информацию у Людмилы и старухи соседки, которые в последние дни его жизни близко общались с ним в России. Конечно, вероятность получить какие-нибудь вменяемые сведения была минимальной, но других путей вовсе не существовало.

Дима собрался с мыслями и пошёл докладывать руководству о прошедших событиях, решив на данном этапе умолчать о тетрадке с записями Сергея и старухе соседке, которую до сих пор не удалось обнаружить. Пока можно было поработать с Людмилой, чтобы успокоить начальство, которое не любило тупиков в делах, особенно таких потенциально перспективных, как дело «Копейки». Схема по выводу значительных финансовых средств за рубеж, которую использовали руководители брокерской фирмы, могла в скором времени стать доступна другим крупным отечественным бизнесменам, что ставило под угрозу национальную безопасность государства. За это уже могли серьёзно покарать многих, сидящих в высоких кабинетах, в назидание остальным послушным опричникам системы.

Когда на следующий день Захаренко встретился за обедом со Степанычем, он уже получил добро от начальника управления копать конкретно в отношении Людмилы и собрать через неё как можно больше информации о последнем круге общения Сергея. Всё было предельно ясно, как он и предполагал. Единственное, что он никак не мог понять – куда делась странная старуха, поведавшая ему о той самой Людмиле?

– Вы точно пробили весь дом?

– Точно, шеф. Говорю тебе: старухи нигде нет. Ребята проверили лично, плюс коллеги из центрального комитета каждого прогнали по базе – все прописанные в доме люди зафиксированы, и не имеют подходящих под описание старухи родственников, пропадающих неизвестно где.

– Мистика какая-то. Не почудилось же мне эта ведьма старая! Про Людмилу, которая таскалась к нему, она же мне поведала.

Мужчины переглянулись между собой.

– О чём мы тогда разговариваем? У неё и надо спросить про загадочную бабушку, – словно прозрел Захаренко. – Её уже определили в больничку?

– Да, ребята собрали на неё досье. Папку я тебе закинул на сервер. Молодая, безработная, несколько приводов, в основном за проституцию. Один раз за шмаль. Местные взяли её в разработку. Сдаёт нарколыг, когда отчёты хромают.

– Хорошо я пробью по своим, что за ней ещё числится. Симпатичная?

– Да, но не твоего уровня. В пятницу вечером в «Подиуме» пройдёт конкурс красоты. Вот там будут девочки, которые тебе нравятся.

– Кто организатор?

– Вагапов, у него сеть отелей здесь и во Франции. Он сейчас свою девочку двигает в модельное агентство «Viva Model» в Париже. Под неё и конкурс организовал.

– Под кем он?

– Не знаю, наши интересы с ним не пересекаются.

– Ладно, заглянем для общей оценки. Наведи к пятнице справки о нём: если он бесхозный, прикрутим под себя.

– Хорошо, шеф. Сделаем.

Захаренко любил девушек и никогда не отказывал себе в общении с ними. Хотя долгое время он был обделён женским вниманием. Примерный ученик, он закончил школу с золотой медалью. Следом была академия госслужбы, по завершении которой он получил красный диплом. А потом последовали ещё два высших образования: экономическое и юридическое. С таким бэкграундом он начал работать в налоговой, потом перебрался из провинции в столицу и занял место в службе экономического департамента МВД. Попав в управление Т, он быстро сделал карьеру, заняв место начальника отдела финансово кредитных преступлений.

Всё это естественно мешало ему в построении личной жизни. Банально не хватало времени поддерживать длительные отношения с прекрасным полом. И тем не менее, будучи студентом экономического факультета Дима познакомился с Ириной, которая через 2 года гражданского брака, официально оформила с ним союз. А ещё через год родила ему девочку Яну, Яну Захаренко. Но Дима словно породистый кобель требовал всё новых и новых сук, пытаясь восполнить долгие годы обучения разнообразными любовными страстями. Измены всё чаще провоцировали скандалы и ссоры в молодой чете Захаренко, но всё же клятва, данная друг другу на венчании, способна была в течении пяти лет удерживать супругов друг с другом.

Пока на горизонте не появилась Анастасия, фитнес инструктор, ушедшая в шоу бизнес и ставшая успешной клубной певицей. Она успела сняться в нескольких реалити-шоу и значилась мини-звездой среди столичного бомонда. Настя была настолько уверена в себе, что для того, чтобы отбить перспективного мужа у Ирины, она действовала радикально прямолинейно: пришла к ней домой, повернулась спиной, спустила до колен спортивные легинсы и с нотками превосходства в голосе произнесла:

– У тебя никогда не будет такой жопы!

После такого представления брак Ирины и Димы был разрушен. Они разошлись мирно, Захаренко продолжал заботиться о дочке, попутно помогая финансово первой жене, чтобы она ни в чём не нуждалась. Его новая пассия с идеальной попкой не требовала от супруга узаконить их отношения. Всё, что она хотела – это материальные блага и связи в органах власти, способные помочь ей продвигать свои многочисленные проекты в публичной сфере.

Это было затратным делом, поэтому в какой-то момент Захаренко задумался о поиске новой девушки, скажем так, попроще в запросах. Анастасия обходилась ему в копеечку, несмотря на то, что имела собственный доход, будучи узнаваемой в среде столичных прожигателей жизни. Избалованная публика готова была платить за неожиданные и дерзкие перфомансы, которые она устраивала большей частью в ночных клубах. Однако основная доля её затрат и пустых инвестиций всё же приходилась на карман возлюбленного.

Конкурс красоты, организованный бизнесменом Вагаповым, и свёл полковника МВД с девушкой, о которой он грезил последнее время, считая бесконечные траты на хотелки Насти. Её звали Карина. Она приехала в Москву из Саратова, занимаясь недорогим эскортом и попутно предлагая свою милую мордашку на различных конкурсах и телевизионных программах. В отличии от Насти Карина пыталась засветиться с одной целью – найти себе богатого толстосумика, к которому можно будет присосаться словно пиявка на длительное время.

Её широкая душа не была ещё так безнадёжно испорчена деньгами и сохранила провинциальную самобытность русского этноса. Она всерьёз могла полюбить мужчину за то, что тот разглядит в ней личность, которой свойственна огромная палитра глубоких чувств, а не только перекроенная пластическими хирургами внешность и умение широко раздвигать красивые ноги в постели.

– Жюри бесспорно куплено. Иначе корона королевы красовалась бы на вашей голове.

– Вы правда так считаете?

– Поверьте, я разбираюсь в женской красоте. И тем более разбираюсь в том, как проходит судейство на подобных конкурсах.

Как и ожидалось, в пятницу вечером в ночном клубе кабаре «Подиум» на конкурсе красоты победительницей стала девушка бизнесмена Вагапова Оливия, а Карина заняла 4 место, получив утешительный приз за самую очаровательную улыбку. После конкурса ей предложили составить компанию почётному гостю, успевшему заблаговременно до начала представления провести беседу с владельцем сети отелей. С первых же минут общения Карина поняла огромный вес Дмитрия Владиславовича в реальном мире, уважающем только две вещи: силу и деньги. Сидя с ним за столиком, она симпатично морщила носик, проникаясь всё большей симпатией к высокому темноволосому мужчине.

– То есть вы думаете, что судьи намерено оценивали нас несправедливо?

– Видите эту скатерть, какого она цвета?

– Белого.

– А я думаю, что она серая. Понимаете, всё зависит от того, кто оценивает. Чем хороши понятия: «Красота», «Изящество», «Грация»? Тем, что они всеобъемлющи и вызывают в каждом лишь ему одному ведомые эмоции. Но при этом у каждого будет своё представление о том, как выглядит красивая, изящная и грациозная вещь.

– Но нельзя же абсолютно некрасивую женщину сделать победительницей конкурса красоты!

– Можно, если дать судить конкурс её сыну. Для него родная мать краше самой Мэрилин Монро. И учтите, он искренен и честен не только с собой, но и с окружающим миром. Разве возможно назвать такого судью предвзятым?

– Получается люди не объективны, и, когда вы говорите, что конкурс должна была выиграть я, ваше мнение продиктовано лишь вашей симпатией?

И Карина снова смешно поморщила носик. На лице Захаренко проступила улыбка безжалостного искусителя.

– Вы не только красивая девушка, но и неожиданно умная для представительниц подобных конкурсов. Это достойно уважения. А в сочетании с внешними данными делает вас привлекательнее вдвойне.

– Спасибо, мне очень приятно!

Захаренко поднял бокал, приглашая Карину выпить, и, когда она приложила свои ангельские губки к шампанскому, он добавил:

– Знаете, почему я люблю уголовный кодекс?

– Почему?

– Потому что в нём всегда найдётся статья для того, чтобы посадить человека.

Карина поперхнулась, округлила глаза и удивлённо уставилась на собеседника, не понимая, как нужно реагировать на услышанное.

– Хотя закон здесь абсолютно не при чём, – продолжил Захаренко. – Закройте человека в клетку без суда и следствия, не объясняя ему, за что он попал в заключение, и человек сам вынесет себе приговор, придумав преступление, за которое его наказали.

Видя оцепенение девушки, он нежно взял её за руку, наклонился к самому ушку и прошептал:

– Такова природа человека. Он грешен по своей сути.

Карина даже чуточку покраснела неожиданно для самой себя. Захаренко конечно же понимал – всё это игра. Но она играла в неё безупречно, что не могло не завораживать. Это искреннее стеснение от девушки, занимающейся эскортом, выглядело столь мило и столь изящно, что не могло оставить равнодушным любого мужчину, разбирающегося в соблазнении. Только представьте: краснеющая от стыда грешница, услышавшая слова о близости – редкий божественный феномен!

Она слегка отстранилась от Димы со смущённой улыбкой, опустив глаза в пол и показывая, что ей было щекотно, когда его язык коснулся её ушка. Потом запустила руку в сумочку и достала зеркальце, пытаясь рассмотреть, всё ли теперь там в порядке – там, где он так интимно пощекотал её? А после, как бы боясь посмотреть прямо ему в глаза, заглянула в них через зеркальце, поймав его возбужденный взгляд в отражении.

Дима с удовольствием подыграл ей. Видя отражение её согласных на всё глаз, он не без доли лёгкого превосходства подмигнул девушке. Но внезапно, когда Карина загадочно засмеялась, отводя при этом от лица зеркальце, Дима ненароком увидел, как в нём мелькнула женщина в чёрном платье, находившаяся у него за спиной – та самая, которую он видел, когда обнаружил труп Сергея.

Он судорожно обернулся, но позади никого не было.

– Что с вами? – заволновалась Карина, думая, что сделала что-то не так.

– Всё нормально, – медленно ответил Захаренко. – Просто мне показалось, что мы с вами здесь не одни.

Глава 3. Людмила

«Это не могло быть совпадением», – думал он на следующий день, направляясь в больницу к Людмиле. Дважды он видел одну и ту же женщину, о которой ему в том числе говорила старуха, мистическим образом исчезнувшая в небытие. Сожительница Сергея спала с ним последние дни перед тем, как он решил отправиться к праотцам, и она в любом случае должна была знать о ней.

Зайдя в палату к пациентке, пришедшей в чувства после того, как её прокапали растворами из антидепрессантов, глюкозы и витаминами группы В, Захаренко увидел довольно печальную картину. На кровати сидела молодая и всё ещё симпатичная девушка, энергетически опустошённая настолько, насколько только возможно опустошить человека.

На лице проступали отпечатки сурового прошлого, следовавшего за ней по пятам. Она воспринимала себя сугубо как биологическую материю, подверженную упадку и разложению. Ни о каком великом духе, способном вознести на небеса плоть, речи не шло. Потухшие глаза Людмилы больше не верили в чудеса и отражали полное безразличие к событиям, происходящим вокруг.

Убежать от неприглядной реальности ей помогали наркотики и алкоголь. Но эйфория от употребления длилась недолго, и вскоре похмелье или ломка возвращали её в мир, полный разочарования, скуки и атеизма.

Если перед вами грязный, заросший, бездомный старик, воняющий мочой и помойкой, или бесформенная сгорбленная пропоица с воспалёнными синяками у переносицы, от которой несёт только что выпитым ацетоном, то это вызывает отвращение. Но когда ту же самую глубину человеческого падения вы видите в глазах привлекательной молодой девушки – это вызывает печаль.

Дима взял стул, подпирающий дверь в палату, подошёл к кровати и сел напротив. Людмила безучастно следила за ним будто приговорённый к смерти наблюдает за действиями своего палача.

– Захаренко Дмитрий Владиславович, отдел финансово кредитных преступлений управления Т по противодействию коррупции в коммерческих структурах, аффилированных с предприятиями топливно-энергетического комплекса, министерства внутренних дел.

Он показал ей удостоверение.

– Когда меня выпустят отсюда? – вместо удивления равнодушно спросила девушка.

– Всё будет зависеть от вашего желания помочь нам.

– Что вы хотите услышать?

– Историю о том, как вы познакомились с Сергеем и в каких отношениях состояли с ним до момента, как он свёл счёты с жизнью.

– Меня познакомила с ним женщина.

– Что за женщина? Кем она вам приходится?

– Я не знаю, кто она такая. Она подобрала меня на улице, после того как один кретин чуть не отравил меня, и помогла добраться до дома. А потом отвела к Сергею.

– Расскажите подробнее – что это за история с отравлением?

– Ничего необычного. Мне нужны были деньги. Очень хотелось выпить. И я вышла подзаработать. В гаражах на районе у нас точка, где стоят девочки.

– Проститутки?

– Нет, модели на подиуме!

Захаренко улыбнулся:

– Я понял, продолжайте.

Людмила скривила недовольное лицо.

– Подъехал солидный мужик. Весь в чёрном и тачка чёрная. Я села. Он предложил разнюхаться перед сексом колумбийским снежком, как он выразился. Я втянула дорожку, потом вторую, и картинка перед глазами потухла. Дальше ничего не помню. Очнулась прямо на тротуаре возле дерева, а передо мной стоит девушка в чёрном платье, такая эффектная вся и очень красивая. Ну и пытается привести меня в чувства. С горем пополам и с её помощью я встала. Ноги ели слушались, да и соображала я плохо. Она вызвалась проводить меня до дома. Когда мы пришли, я сказала, что живу на шестом этаже, но она отвела меня на девятый. Туда, где мне помогут. Так она тогда мне сказала.

– Эта девушка в чёрном платье была с вами у Сергея?

– Нет, она довела меня до его квартиры и оставила на пороге. Меня всё ещё шатало, и он помог мне. Усадил на кровать, и я снова отключилась.

– А куда делась девушка?

– Больше я её не видела.

– Что было потом?

– Потом мы с Сергеем сблизились. У него всегда были деньги и водка, которую таскала какая-то древняя старушенция.

– Соседка?

– Его соседи алкаши, живущие на пособие по безработице. Эта старуха была не из нашего дома, я никогда её раньше не видела. Жуткая бабка, напоминающая сгорбленную колдунью из сказок.

– Долго вы были вместе?

– Месяц, может быть больше.

– Что он вам рассказывал о себе?

– Много чего, всего я и не помню. Главное, он обещал жениться после того, как покончит с ведьмой.

– Какой ещё ведьмой?

– Той, что жила в зеркале. Он боялся её как огня.

– Стоп, стоп, стоп! Как это жила в зеркале?

– А я почём знаю? Вот ты умный – иди и разбирайся. Я не задавала лишних вопросов, потому что тоже боялась. Говорю только то, что сама видела.

– А сейчас ваши слова не кажутся вам странными, если не сказать более – абсурдными?

– Нет, не кажутся. Сергей сказал, что есть мир, скрытый от человеческих глаз, в котором живут различные сущности. Ангелы, духи, лярвы, ведьмы и демоны – как их только не называют. И ему посчастливилось познакомиться с одной из таких ведьм. Она озолотила его, превратив в раба. Когда он это понял, то решил покончить с ней, но ведьма не отпустила его. Тогда он заключил с ней сделку, что она оставит его в покое, а он не будет претендовать на всё то богатство, что заработал для неё.

– Людмила, вы себя слышите? Мне кажется, вы помутились рассудком.

– Сергей обещал мне, что как только избавиться от неё, мы с ним поженимся, и он снова станет богатым. Всё, что ему нужно было сделать – это передать копейку новому хранителю.

Захаренко поднялся со стула, подумав: «Забирать девушку из клиники рановато». За время работы в МВД ему не раз приходилось слышать самые невероятные свидетельства участников уголовных дел, по сравнению с которыми программы телеканала REN-TV нервно курили в сторонке. Но откровения Людмилы было чересчур даже для него.

– Давайте сделаем перерыв, и встретимся через недельку. К тому времени, я думаю, мы найдём бабушку, которая приносила Сергею водку.

– Вы тоже её видели, ведь так? – усмехнулась Людмила.

– Конечно видел. Это она рассказала мне про вас. Я думаю, многие вещи, о которых вы только что поведали – всего лишь плод вашего воспалённого измученного воображения. Но ничего, лекарства помогут вам прийти в себя. И вот тогда мы с вами побеседуем. А пока оставайтесь здесь и слушайте рекомендации врачей.

После прощальных слов Захаренко направился к выходу.

– Это случайно не вам передали копейку? – с ухмылкой бросила ему вслед девушка.

Дима на секунду задумался, после чего закрыл за собой дверь. Дав указание врачам внимательно следить за девушкой и заботиться о её здоровье, он сел в служебный автомобиль и решил позвонить Карине, чтобы пригласить её вечером на ужин в «Ламар». Приятный голос новой знакомой вернул ему хорошее расположение духа. Он начал сдавать назад, посмотрел в зеркало заднего вида и громко вскрикнул от ужаса. На заднем сиденье он увидел девушку в чёрном платье, пристально сверлящую его взглядом.

– Береги копейку, – отчётливо проговорила она.

Через секунду, придя в себя от испуга, он понял, что ему опять всё померещилось. Ситуация неприятно и навязчиво усложнялась. Случайности становились закономерностями, а, следовательно, появилась проблема. И с этим надо было что-то делать. Нездоровые видения никак не входили в план его действий, а только мешали в работе и повседневной жизни, подрывая психическое здоровье, и попусту растрачивая энергию.

«Всему есть простое логическое объяснение. Дело «Копейки» свело тебя с ума, Дима. Оно до сих пор не завершено. И с каждым разом вопросов по нему оказывается больше, чем ответов. Тебе нужно собраться и сходить на приём к психиатру. Курс препаратов избавит тебя от нездоровых галлюцинаций», – провёл он аутотренинг и продолжил движение. Время от времени он с опаской посматривал в зеркало, но в отражении никого не было – только мокрая от дождя дорога и вереницы автомобилей, пытающиеся в городской суете побыстрее добраться до пункта назначения.

День пролетел незаметно, тучи рассеялись, на смену дождя пришёл лёгкий осенний ветер, и уже вечером он ужинал с Кариной в романтической обстановке при звуках саксофона и зажжённых свечах. Они перешли на ты и общались как старые добрые знакомые.

– В школе в старших классах у нас был кружок. Закрытый, только для девочек. Это был возраст, когда мы уже начинали интересоваться мальчиками.

– Десятый, одиннадцатый класс?

– В основном да, но были девочки и помладше, из девятого и даже восьмого класса. «Ведьмин круг», – так мы назывались. Мы обучались тому, как околдовывать понравившихся ребят и привязывать их к себе словно домашних питомцев. С тех пор я немного колдунья.

– А мы в школе любили играть в инквизиторов, которые карают злодеев и плохих девочек. Как видишь, теперь это стало моей профессией. Поэтому я не боюсь колдунов и ведьм. Против них у меня есть противоядие.

– Какое?

– Сильная воля и стойкий характер.

Они слились в долгом проникновенном поцелуе. Карина опустила руку на бедро Диме и нежно погладила его под столом. Тёплая ладонь девушки уверенно добралась до его паха и сквозь ширинку брюк сжала упругий член.

– Мне нравится стойкий характер в мужчинах. Только он может справится с девочкой, когда она плохо ведёт себя.

Более они не могли терпеть возбуждение и, долго не засиживаясь, покинули «Ламар». Через полчаса очарованные друг другом они наслаждались объятиями в одной из просторных квартир Захаренко в центре, которую он использовал для любовных утех. Секс был долгим, жарким и страстным. Закончив, они лежали без сил, любуясь друг другом, словно бы познавшие откровение.

– Переночуешь у меня? – спросил Захаренко, восстановив сбившееся горячее дыхание.

Вместо ответа она прижалась к его губам, и они отправились в душ, приятно ощущая подошвами ног тепло керамического пола с воздушными пузырьками, круглосуточно сохраняющими эффект подогрева.

В три часа ночи Дима проснулся. Карина мимишно посапывала рядом, повернувшись к нему упругой попкой. Из соседней комнаты доносился какой-то неприятный звук, как будто стучали костяные чётки, отбивая рваный раздражающий ухо ритм. Захаренко откинул одеяло и аккуратно поднялся с кровати, чтобы не разбудить Карину. Выйдя в соседнюю комнату, он увидел ворона, по-хозяйски расхаживающего по барному столику. Звуки когтистых лап пернатой птицы по его хромированной металлической поверхности диссонансом будоражили спокойствие ночной полутьмы.

– Как ты здесь оказался? – недоумённо прошептал Захаренко, и начал озираться на окна, думая, что птица проникла через одно из них.

Но все окна были закрыты.

– Это моя птичка, Дима, – внезапно услышал он в ответ.

Захаренко посмотрел на круглое хрустальное зеркало, что висело на стене напротив барного столика. Из него словно из телевизора к нему обращалась женщина в чёрном платье. Та самая, которую он уже не раз видел в отражениях раньше.

– Ну и как тебе новая ведьма? – женщина указала ему на комнату, в которой спала Карина, пока он застыл на месте, открыв от удивления рот.

– Этого не может быть, – ошеломленный Захаренко протёр глаза в надежде на то, что ему это всё кажется.

– Чему же ты удивляешься, инквизитор? Стойкий характер подвёл оловянного солдатика, и он повесил голову? Симпатичной ведьмочке удалось растопить твоё сердце? – снова спросила она уже откровенно насмешливо, с нескрываемой издёвкой в голосе.

– Кто ты?

– Дарина.

– Это ты привела Людмилу к Сергею?

– Я вынуждена была привести бабу к этому олуху. Иначе он всё бы испортил. Женщины обладают талантом успокаивать буйный мужской нрав, оберегая от необдуманных поступков.

– На кого это ты намекаешь?

– Посмотри на себя – переспал с новой шлюшкой и уже потерял дар речи! Задаёшь мне какие-то глупые вопросы о шалаве с района, вместо того, чтобы узнать, где деньги «Копейки».

– Ты о деньгах, которые Павел прятал в офшорах?

– Не только Павел, но и Сергей. Как думаешь, какая сумма осела не его швейцарских счетах в банках.

– Миллионы евро и долларов.

– Не меньше, – ядовито улыбнулась таинственная красотка.

– И ты знаешь, где это богатство?

– Конечно, ведь это я истинная хозяйка «Копейки».

– Дарья Воронцова…

– Зови меня просто – Дарина.

– С кем ты разговариваешь, Дима? – донёсся голос Карины из соседней спальни.

– Возвращайся к своей новой шлюшке, инквизитор, – скривила губы женщина, – ты же не хочешь, чтобы моя птичка поклевала её.

– Как мне тебя найти? – Захаренко кинулся к зеркалу.

– Будь послушным мальчиком, сбереги копейку, которую получил от ворона, и я сама найду тебя.

– Дима! – ещё громче вопрошала Карина, – ты там не один?

– Конечно, один, моя девочка.

– Я слышала чей-то голос.

– Это ветер шумит за окном.

Дима начал пятиться спиной, не сводя глаз с женщины в зеркале. Потом он вопросительно посмотрел на ворона, цокающего когтями по барному столику.

– О нём не беспокойся. Моя птичка не потревожит покой твоего дома. У него есть другие заботы, – прошептала Дарина и посмотрела на пернатого слугу. – Кто-то сошёл с ума, запутавшись в собственных галлюцинациях, и порой говорит лишнего о мире, о котором не имеет ни малейшего представления. Я хочу, чтобы этот голос стих, и никогда больше не нарушал моего покоя.

«Людмила», – успел подумать Захаренко прежде чем исчезнуть из комнаты с ведьмой. На следующее утро он примчался в больницу к девушке. Возле входа уже стояли 2 полицейских уазика. «Опоздал», – решил он и оказался прав.

Возле палаты Людмилы крутились оперативники. В одном из них он узнал Степаныча.

– Что случилось?

– Её задушили.

– Кто?

– Не знаю, в палате кроме неё никого не было.

Захаренко зашёл внутрь, и его взору предстала картина, способная шокировать законопослушного верующего гражданина, но только не опытного сотрудника МВД. На кровати лежало окоченевшее тело Людмилы с высунутым изо рта языком, а шею мёртвой стягивало бумажное полотенце, в которое вцепились слабые кулачки девушки.

Напротив кровати у стенки стояло огромное вертикальное зеркало на колёсиках.

– Откуда оно здесь?

– Из коридора. Рабочие делают там ремонт, поэтому и закатили его на ночь в палату, чтобы не мешалось.

По спине Захаренко побежал холодок. Он ещё раз посмотрел в полные ужаса остекленевшие глаза девушки и вдруг заметил рядом с кроватью птичье перо. Он поднял его и показал Степанычу:

– А это ещё что такое?

– Не знаю, окна в палате были закрыты. Никакие птицы сюда не залетали, – он взял перо из рук шефа, покрутил его перед собой и добавил: – похоже на пёрышко ворона.

Глава 4. Карусель

Роман с Кариной неожиданно бурно начал развиваться, ворвавшись в личную жизнь Захаренко, словно ураган, сметающий всё на своём пути. Новая любовь Захаренко действительно обладала колдовским шармом, перед которым он не мог устоять. Она была практически вдвое моложе, и словно аппарат ИВЛ поддерживала в нём начинающую угасать жизненную энергию.

Рано или поздно мужчины достигают возраста, когда их начинают привлекать молоденькие двадцатилетние озорницы. Седина в голову, бес в ребро – говорят люди, наблюдающие как их знакомые с кризисом среднего возраста, начинают вести себя слово малолетние идиоты, пытаясь понравиться девушкам, годящимся им в дочери. Несмотря на осуждение общества, насмешки друзей и ровесников, это делают все носители хромосомы Y, но не всем из них удаётся завоевать сердца юных Мальвин. Те, у кого получается, навсегда становятся пленниками очаровательных розовощёких малышек.

Взрослые женщины, потерявшие тонкую энергетическую оболочку, которая отличается лёгкостью, ветреностью и беззаботностью, не могут понять внезапное изменение в поведении мужского пола в присутствии сладеньких Лолит Набокова. Был нормальный мужчина, и вдруг обратился в Достоевского князя Мышкина. Всё, что не делает, можно охарактеризовать одним ёмким западным словом «Кринж».

Некоторые дамы наоборот прекрасно всё понимают, но никогда не примут того, что двадцатилетняя глупышка внезапно оказывается в приоритете перед их верными воздыхателями. Только обладая нечеловеческой силой, женщина может спокойно отпустить мужчину в объятия другой женщины, тем более если та оказывается моложе.

Несмотря на огромное количество девушек в жизни Захаренко, по-настоящему сильные и крепкие чувства, проверенные временем, невзгодами и радостями, у него были только с двумя из них. Первая, Ирина, подарила ему дочку Яну и прелести совместной жизни в браке официальном. Вторая, Анастасия, подарила ему идеальную попку и прелести совместной жизни в браке неофициальном.

Остальные знакомства были мимолётны и носили ярко выраженный сексуальный оттенок. Попросту говоря, были продиктованы животной похотью. Благо столица была наводнена прекрасными куртизанками, готовыми утолить клокочущую мужскую страсть в любое время дня и ночи. От них мужчины уходят эмоционально опустошённые, к тому же чувствуют себя использованными, как вибраторы, у которых села батарейка или сломался внутренний механизм, в следствие чего они оказались в мусорном контейнере. Это женский вариант пословицы: «Поматросила и бросила».

Ведь по сути, мужчина идёт к женщине не для того, чтобы утолить сексуальное желание, в большинстве случаев он ищет продажной любви, потому что действительно в ней нуждается. Именно в любви, не в сексе – вот где кроется обманка, на которую покупаются все мужчины, и которую используют все женщины, чтобы подобно бандитам безжалостно списать со счетов наивных клиентов деньги, обещая подарить то, что не измеряется временными рамками. Любовь на час – разве может быть более невероятная услуга в мире? Жестокие, циничные и беспощадные последствия этого алогизма накрывают мужчину сразу же, как только за ним закрывается дверь конторы, торгующей уродливой копией того, что воспето великими в бессмертных произведениях.

С Ириной, Настей и теперь Кариной всё было по-другому. В жизни любого половозрелого самца каждая потоптанная им самка проходит утренний тест на профпригодность к дальнейшей совместной жизни. И тут возможны только два варианта. Третьего, как говорится, никому не дано.

Если, открыв глаза, первое желание мужчины, чтобы лежащая рядом с ним особа побыстрее убралась прочь из его лежбища, то самка оказалась бракованной и пригодной лишь для разового использования в качестве сексуальной игрушки. Если же после пробуждения первый позыв мужчины обнять маленького тёплого пупсика, лежащего рядом с ним, и расцеловать его заспанное отлежавшееся на подушке личико, после чего уже никогда не отпускать из своих объятий, то такая самка получает статус единственной и неповторимой, и имеет право быть рядом с мужчиной до конца жизни.

В такую избранницу он помещает член с любовью, а не исключительно ради спортивного интереса, ведь каждое такое проникновение может закончиться рождением новой жизни. Так, между прочим, появилась на свет Яна – несравненная маленькая дочурка Димы, ради которой он был готов засеять мир ядерными грибами, если это потребуется для её сердечного благополучия и денежного достатка. Он никогда ни в чём не отказывал Ирине, лишь бы его дочь могла себе всё позволить и не нуждалась в том, чтобы обращаться к кому бы то не было за кредитами и займами, какими бы беспроцентными они не были.

И даже когда между ними протиснулась великолепная задница Насти, Захаренко не перекрыл финансовый ручеёк, перемещающий частичку его доходов в карман первой и единственной законной жены. И не смотря на расторжение брака, которое, к слову сказать, прошло мирно, без кровопусканий и яростных обвинений, он всё ещё сохранил к Ирине теплоту в сердце.

И как только Настя не старалась посеять в его голове зёрна ненависти к бывшей супруге, у неё ничего не получилось. Однако она сделала главное – отбила его у Ирины, потому что была моложе, плюс наглее, плюс красивее и плюс харизматичнее. Моложе – скорее всего, эта составляющая любовного уравнения была определяющей. Идеальная попка произвела больше эффект на Ирину, для Захаренко же главным фактором был свежий поток энергии, наполняющий шуструю и деловую пятую точку Анастасии, мечтающую совершить нечто великое и значимое в российском шоу-бизнесе.

Ходячая эрогенная зона, полная самых эпатажных сексуальных идей для телевидения. Вот лишь некоторые из них, более-менее приличные для повествования.

Вместо «Угадай мелодию» Настя предлагала продюсерам «Угадать жену». Суть шоу заключалась в том, чтобы участницы оголяли ягодицы, просовывая их в огромный плакат с именами спонсоров, а мужья избранниц, стоя сзади и не видя лиц девушек, по очереди засовывали каждой из них свои причиндалы, пытаясь по ощущениям угадать любимую жену.

Или «Ковровая дорожка» из девушек, широко расставивших в стороны ноги и одновременно писающих золотым дождичком! В то время как не брезгающие женскими выделениями мужчины пролезают на скорость по заливающему мочой «туннелю». Говорят, данная затея даже вызвала рвотный эффект у одного из ведущих, кому предложили провести подобное реалити-шоу.

Зато много улыбок от сотрудников Останкино получила идея с полуночной программой «МБР – мой быстрый ротик», суть которой заключалась в том, что к группе грудастых девочек в коротких юбках и высоких ботфортах подъезжал красавец мужчина на элитном авто, и увозил с собой ту, которая быстрее остальных отсосёт из его бензобака литр топлива.

И ещё куча подобных пошляцких идей, которые обычно использует тамада, на свадебных конкурсах, чтобы позабавить пьяную публику. Незамысловатые сюжеты, побольше обнажёнки, скрытый сексуальный подтекст, юмор ниже пояса – вот полный набор атрибутов телевизионного гения Анастасии.

По началу это его заводило, но время шло, а годы не изменяют себе, оставаясь безжалостными к человеческой плоти, особенно если эта плоть женская. И вот на горизонте появилась Карина. Конечно, Захаренко думал, что всё это произошло из-за того, что Настя стала для него слишком затратным бременем, бегая со своими шоу для озабоченных по кабинетам воротил медиа бизнеса.

Но на самом деле, всё было куда прозаичнее – он тоже становился старше, давно миновав пик мужского расцвета, потратив в пути основной запас тестостерона. И Настя уже не могла компенсировать ему эту потерю энергетически. А вот молоденькая Карина с моторчиком в пусть и не такой идеальной как у Насти попке, смогла эта сделать. Захаренко понял это в первую ночь, когда его кожаный градусник измерил температуру её свежей и вкусно пахнущей плоти изнутри.

Это поняла и Настя, как и любая другая женщина поняла бы это на её месте. Как только верная собачка срывается с поводка, на душе у хозяйки становится гадко, и она интуитивно чувствует, что пёсик нашёл новую владелицу, в чьём домике ему более тепло и уютно. И Настя, следуя характеру прямолинейному, дерзкому и решительному, не преминула закатить такой скандал, боязнь повторения которого отважила бы её благоверного от новой неизвестной пока ей молоденькой мордашки.

– Мне нужны деньги, Дима.

– Твою голову вновь посетила идея с дегенеративным шоу, идолоизирующем человеческие пиписьки?

– Да. Называется «Стареющий кобель догоняет молодую сучку, а потом пытается воткнуть в неё свою мягкую палочку».

– У меня сейчас нет денег.

– Потратил всё на новую королеву красоты?

– Я больше не буду спонсировать твои извращённые идеи.

– Ирине ты продолжаешь переводить деньги. Она живёт полностью за твой счёт.

– Ирина родила мне ребёнка, не забывай это. И вообще лучше тебе не трогать эту историю. Между прочим, ты тоже живёшь на мои деньги.

– Да что вы говорите, благотворитель из органов. Я сама зарабатываю на хлеб насущный. И оплачиваю свои расходы!

– Проживая в моей квартире, и катаясь на моём автомобиле. Не забывай это.

– А на какие средства ты приобрёл это имущество? Честно заработанные?

– Не начинай!

– От чего же! Не думай, что я не знаю, откуда у тебя многочисленные квартиры и машины. Если ты решил вынести сор из избы, то давай разговаривать откровенно. Или ты думаешь, что я буду молчать, пока ты разоряешься на новую девку? Просто так, мой милый, ты от меня не избавишься. Я не родила тебе ребёнка, но зато я знаю о всех твоих мутных схемах и тех, кого ты крышуешь.

Захаренко злобно скривил зубы, постучал кулаком по лбу, а потом показал пальцем на ухо, давая понять Насте, что их могут прослушивать, и нужно держать язык за зубами, произнося вещи, за которые можно попасть на крючок ФСБ. Но, казалось, Настя только вошла в раж, раззадорив саму себя.

– Расскажи мне, кто она?!

– Я не буду продолжать разговор, пока ты не успокоишься. Живи в квартире, катайся на машине, я не возражаю. Но с сегодняшнего дня ты меня не увидишь.

– Я тебя итак не вижу последнее время! Признавайся, на кого ты меня променял?

– Хватит, Настя!

– Если ты вернулся к Ирине, то я убью её!

– Не лезь к Ирине, она здесь не при чём!

– Значит, это твоя новая шлюха?

– Успокойся!

– Что она такого делает, чего не умею я!

– У неё не такие варварские запросы!

– Ах, я тебе уже слишком дорого обхожусь!

– Настя, ещё раз прошу тебя прекратить. Сходи в СПА, расслабься, сделай массаж, наведи красоту в салоне и успокойся, а после мы с тобой всё обсудим как взрослые люди.

Захаренко вытащил из кармана стопку перевязанных денег и кинул на стол.

– Здесь сто тысяч на все эти мелочи. Больше у меня пока нет. Сейчас я уеду, чтобы ты успокоилась. А когда вернусь, мы с тобой решим все вопросы.

– Я не одна из твоих дойных коров, чтобы решать со мной вопросы, – сбавив обороты, ответила Настя и подняла со стола брошенную пачку денег.

Захаренко взял ключи, оделся и покинул квартиру, в которой они с ней проживали. Он чётко уяснил себе, что просто так взять и разорвать отношения с Настей у него не получится. Она действительно слишком много знала о его делах, которые вряд ли могли понравится прокуратуре. Те, кто был с ним в доле, закрывали глаза на методы его работы, но эти ребята со звёздочками на погонах больше переживали за свои тёплые места в министерстве, поэтому первыми бы дали команду отправить его на убой как козла отпущения, чтобы отвести от себя малейшие подозрения, которые могли возникнуть у наиболее рьяных сотрудников ФСБ.

Внезапно словно вторя его дурным мыслям, позвонил Степаныч, и сообщил о том, что главного сняли. Главным они называли начальника управления. Федералы накрыли его с взяткой, и бывшие коллеги поторопись смыть с себя позор, уволив его в тот же день из органов за несоответствие занимаемой должности.

– Тут до нас дошли слухи, что хотят тебя посадить в кресло.

Дима слышал об этом впервые. Даже кулуарно с ним никогда не обсуждалось подобное назначение. Выглядело всё более чем подозрительно. Первая мысль, промелькнувшая в его голове – министерские задумали сыграть с ним в тёмную. Нужно было быть очень осторожным, когда с ним начнут обсуждать повышение, и выбить как можно больше привилегий на новой должности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.