# Скрытое королевство Ядар. Книга вторая. Украденное дважды

А.Чемерис

Скрытые люди переживают кризис: многие недовольны Явными людьми, их фабриками и заводами, их промышленностью, их ненасытным желанием подчинить себе природу.

Вернувшись в Скрытое королевство после долгих странствий, описанных в первой книге, Джон Хеллинг приступает к работе в Тайном сыске, к расследованию самых сложных волшебных преступлений. Джону и его коллегам предстоит бороться с Геболом, мечтающим истребить Явных людей, его соратниками и тайными агентами.

Главный герой должен не только разгадать план Гебола, но и разобраться со своими чувствами к Лее, с которой, по предсказанию Змеиного короля, ему ни в коем случае нельзя быть вместе.

Исландцы верят, что рядом с ними, в Исландии, живут Скрытые люди. На самом деле, Скрытые люди обитают везде.

Кто они такие и откуда взялись?

По одной из легенд, это «грязные» дети Евы, которых та попыталась спрятать от Всевышнего. «Что человек скрывает от Бога, то Бог скроет от человека», – сказал Он, превратив «грязных детей» в Скрытых людей.

Есть и другая легенда.

По ней, Старейшие боги вдохнули в наш мир магию и именно так на Земле зародилась жизнь. Некоторые растения, животные и люди обрели волшебные свойства, другие – нет. И вот те, кому досталось больше, кто научился магию использовать, преумножать, генерировать, – скрыли свои поселения от обычных, немагических существ и стали называть себя Скрытыми.

Благодаря магии, жизнь Скрытых людей всегда была во много раз легче, чем жизнь Явных: магия решала почти все бытовые проблемы. Скрытые люди выглядели лучше, чем Явные; болели реже; жили дольше.

По легенде, Скрытый и Явный миры разделяет граница, Предел. В стародавние времена Предел был слишком зыбким, тонким, и сквозь него в Явный мир иногда прорывались магические существа. Свидетельства о них тут же вплетались в истории, передававшиеся из уст в уста.

С каждым столетием Предел между мирами укреплялся, становился все более непроницаемым, поэтому современные Явные люди почти никогда со Скрытым миром не сталкивались, знают о нем лишь по легендам и сказаниям. Кроме того, одни волшебные существа вымерли как вид, а другие – изменились и стали гораздо менее опасными, чем раньше. Например, нынешние немногочисленные драконы приручены и безобидны, тролли больше не едят людей, вампиры – те и вовсе ведут себя образцово-показательно, хотя раньше наводили ужас на оба мира.

Скрытый мир состоит из нескольких кланов, государств, разбросанных по планете. Одним из них является Королевство Ядар. Название («королевство») указывает на наличие монарха, но это лишь дань традиции: Королева исчезла тысячу лет назад, а сейчас во главе государства – Высший совет, куда может избраться любой Скрытый гражданин.

В столице, Скрытом городе под названием Верда, растет Старейшее дерево. Если использовать метафору, понятную Явным людям, такое дерево – это нечто вроде генератора электроэнергии, только вместо электричества – Старейшая магия. Мальчики и девочки в возрасте двенадцати лет отламывают ветки этого дерева («волшебные палочки») и тем самым присоединяются к «генератору», получают доступ к магическим ресурсам, усиливают собственные, уже имеющиеся волшебные свойства.

Старейшее дерево – главная святыня Королевства Ядар. Его цветущую ветвь проносят по улицам города во время празднеств. Стоя перед ним, жених и невеста клянутся друг другу в верности.

Старейшее дерево растет на холме, внутри которого бьют два подземных источника – один с Мертвой, другой с Живой водой. Скрытые люди сами толком не знают, что такое «мертвая» и «живая» вода. Эти источники давно никто не видел – они открывают себя далеко не всем.

***

## Медальон. Средние века

– Смотри, я сплела венок!

Волосы и глаза черные, как смоль; кожа светлая, как свежий снег; живой заинтересованный взгляд, маленькая аккуратная улыбка. Девочка, не старше семи лет, протягивала венок с вплетенными в него незабудками старшей подруге.

Не похожие друг на друга, обе по-разному красивые, они сидели на лугу, на вершине холма, откуда открывался вид на лес, дорогу и замок. Зелень еще сохраняла яркость, хотя солнце уже село.

– Спасибо, Хелена, – сказала Флорентина, принимая венок.

– А ты умеешь плести венки?

– Да.

Флорентина задумалась, глядя на тонкие, как вуаль, облака, которые обрамляли кусочек неба над скрывшемся за горизонтом солнцем.

– Я часто плела их… раньше, со своей сестрой, – отстраненно добавила она.

– У тебя есть сестра?! – удивленно воскликнула Хелена.

– Была.

Ротик маленькой Хелены приоткрылся, а черные глаза округлились.

– Была? Что же с ней приключилось?

Флорентина склонила голову и, не поднимая глаз, ответила:

– С ней – ничего. Но кое-что приключилось со мной.

– А с тобой – что? – продолжала допытываться Хелена.

– Я умерла, – сухо ответила Флорентина, а затем пояснила. – Кое-кто забрал мою жизнь, украл её.

Она что есть силы ударила ладонью по земле, отчего та содрогнулась. На луг дохнуло холодом: налетела плотная леденящая дымка, высокие травинки задрожали, а Хелена поежилась. Флорентина, очевидно, сама не ожидала такого эффекта.

«Я не Высший вампир, но меня обратил Высший вампир, – подумала она. – Видимо, досталось и Темной магии…»

– Ты очень хорошая, – сказала Хелена, оторвав Флорентину от размышлений. – Но иногда бываешь грустной. А я не хочу, чтобы ты была грустной! На, возьми.

Хелена сняла с шеи довольно крупный медальон с гравировкой в виде дерева, корни и крона которого были одинаковыми.

– Его носила моя мама. Теперь он твой.

Флорентина встревожилась.

– Не знаю, могу ли принять такую ценность, – пролепетала она. – Не будет ли Его Превосходительство против…

– Кто твоя госпожа? – строго спросила Хелена.

– Ты, – покорно ответила Флорентина.

– Приказываю носить этот медальон.

Последние слова Хелена сказала с напускной серьезностью.

– Хорошо, – ответила Флорентина, принимая медальон. – Благодарю госпожу за честь.

– А венок наденешь?

Флорентина и на этот раз подчинилась.

Хелена удовлетворенно кивнула, а затем задрожала, скрестив на груди руки. Флорентина догадалась, что семилетней «госпоже» холодно, и сказала:

– Пойдем домой. Ты сейчас в человеческом обличии, можешь простудиться.

Маленькие фигурки – одна повыше, другая пониже, – двинулись с холма к дороге, почти полностью поглощенной густой тенью.

Флорентина, чьи глаза в темноте сверкали особенно ярко, мельком глянула на тонкую шейку Хелены – и тут же, сквозь кожу, увидела сосуды, по которым бежала кровь.

«Неделю не ела», – с досадой подумала Флорентина, отворачиваясь.

***

– Кто это так поздно бродит по лесу? – раздался мужской голос.

– Два ребенка… Одеты богато… Идите-ка сюда, мы отведем вас к родителям!

– Да, к родителям!

Флорентина встала между приближающимися мужчинами и Хеленой.

– Этот ребенок принадлежит Королю Теней, – сказала она. – Вы не хотите стать его врагами.

– Рик, нам все-таки сказочно везет сегодня. Младший ребенок – сама Хелена Хеллинг!

– Да, везет. Король Теней богат, а значит, получим хороший выкуп.

– Единственное, что вы получите от Короля Теней, это гробы, себе на похороны, – отрезала Флорентина, – если хоть пальцем тронете его дочь.

– Но здесь же нет Короля Теней, верно? Ты его видишь, Сэм?

– Нет, не вижу. Его тут нет.

«Можно было бы перенести Хелену по тени в замок, но, боги… как я голодна», – подумала Флорентина, облизываясь.

Она наклонилась к Хелене и тихо проговорила:

– Помнишь, ты закрывала глаза, считала, а я пряталась?

– Да, – ответила Хелена.

– Можешь сейчас закрыть глаза?

– До скольки считать?

Флорентина смерила взглядом мужчин.

– Их двое… – в задумчивости произнесла она. – Ну, до двадцати пяти.

Хелена приложила к глазам ладошки. Она слышала шорох, глухой удар, чей-то вопль, стон, но усердно, не прерываясь, считала вслух. Что-то брызнуло ей на платье. Затем снова раздался крик, на этот раз чуть в отдалении.

Когда Хелена открыла глаза, мужчины неподвижно лежали на земле. Флорентина тоже лежала, поперек дороги, и смотрела в небо. Венок с ее головы, растоптанный и окровавленный, валялся недалеко.

– Что случилось? – спросила Хелена удивленно.

Флорентина вытерла руки о подол платья и сдавленно, будто пытаясь унять приступ тошноты, произнесла:

– Пойдем домой.

– Что с ними? – Хелена указала на мужчин.

– Спят. Очень устали.

Хелена хотела рассмотреть их получше, но Флорентина спешно увела ее домой.

***

Флорентина, сидя на кровати маленькой госпожи, поправляла одеяло. Хелена готовилась отходить ко сну.

Дверь в спальню скрипнула и отворилась. В комнате материализовалась высокая темная фигура. Флорентина торопливо встала и сделала реверанс.

– Папа! – воскликнула Хелена.

Король Теней, чей внешний вид зависел, в основном, от его настроения, в тот день был в «молодом» обличии. Густые черные волосы высились идеальной волной над белым мраморным лбом. Сверкающие глаза тут же зафиксировались на дочери.

Хелена выпрыгнула из-под одеяла и, не слезая с кровати, схватила недлинную деревянную палку со столика, а затем принялась фехтовать ею, иногда подскакивая к Королю совсем близко.

– Я этому научилась сегодня! Сама!

Король еле заметно улыбался, cклонив голову набок. Он аккуратно развернул туловище дочери слегка вбок, тем самым поправив «боевую позицию».

– А ты хорошо двигаешься, – сказал он серьезно.

– Я стану великой воительницей! – воскликнула Хелена. – И Королевой Теней!

– Великой воительнице не пора ли спать? – поинтересовался отец, помогая ей улечься под одеялом. – Флорентина, на сегодня ты свободна. Однако не уходи далеко, нужно поговорить.

Флорентина похолодела. Она догадывалась, о чем пойдет речь.

«В принципе, можно попытаться сбежать… Но куда я сбегу? Главное продержаться до утра, потом я просто выйду на солнце и убью себя», – в панике думала она, покидая комнату.

***

Отец казался Хелене необыкновенно прекрасным, удивительным, самым могущественным на свете существом, которому нет равных.

Королю действительно не было равных; однако, в отличие от миллионов его бессмертных подданных, Хелена считала его таковым вовсе не потому, что он был Королем Теней, Ночи, Мертвой воды и Времени, носил корону, сидел на троне и повелевал демонами. Нет! По мнению Хелены, он был могущественным, потому что мог подкидывать ее к потолку, как пушинку, носить ее на руках целый день, рассказывать ей волшебные истории и отвечать на любые, даже самые глупые вопросы.

Когда наступало полнолуние и на две недели Хелена превращалась в Темное существо, приобретала особенные способности – например, ходить по воздуху, видеть в темноте, чувствовать запахи крови, она не хотела проводить дни, лежа в постели, спрятавшись от солнца под балдахином. Она спускалась в подвал, забиралась к отцу в огромный, похожий на небольшую комнату гроб, и засыпала там, прижавшись к нему.

Иногда, под вечер, Хелене так не хотелось расставаться, что она упрашивала отца взять ее с собой на многочисленные встречи с подданными. Если встречи обещали быть не слишком опасными, Король соглашался. Иногда, правда, он твердо отказывал. Иногда отказывал не твердо, и Хелена, чувствуя, что он колеблется, пускала в ход все свои манипулятивные инструменты. «Я собираюсь в реалм демонов, – сказал он однажды. – Они должны считать меня устрашающим Королем Теней, а не любящим отцом, которым я прихожусь тебе». Хелена так жалобно уставилась на него снизу вверх, словно брошенный щенок, что Король не выдержал, подхватил ее и, буркнув напоследок «веревки из тебя вьют», отправился в реалм демонов вместе с дочерью.

Когда Флорентина вышла из комнаты, Хелена спросила отца:

– Расскажешь сказку?

Король Теней задумался на секунду, а потом начал историю:

– Жила-была одна прекрасная, как звездное небо, девушка. Когда она была совсем юной, к ней прицепился дикий демон-паникер, который тянул из нее жизненные силы. Длилось это несколько лет, пока ей не встретился Король Теней, который и помог ей избавиться от демона....

– Это о маме! – догадалась Хелена. – Я знаю, чем закончилась эта история! Они поженились!

– Нет, эта история закончилась не свадьбой.

– А чем же? – удивилась Хелена.

– Она закончилась так, как заканчиваются все истории с людьми, – хмуро ответил Король. – Смертью.

– Я хочу другую сказку.

– Хорошо. Жила-была одна прекрасная, как тысяча бабочек, маленькая принцесса. Она мечтала стать великой воительницей, наводить ужас на весь Темный мир и не только. Для этого она прилежно училась, познавала разные науки, слушалась отца, а когда пришло время…

– Это обо мне, – перебила Хелена. – Так не интересно, ты ведь не знаешь конца истории.

– Не знаю, – согласился Король.

– Расскажи другую.

– Хорошо. Жила-была одна бессмертная сущность, которая могла принять любой вид из возможных, но предпочитала обличье молодой девушки в белых одеждах. Несколько веков назад она явилась в Верду, посадила Старейшее дерево и научила Скрытых людей пользоваться его силой. Она была Королевой, которую обожал и стар и млад. Однако природа её такова, что она не способна усидеть на месте. Однажды, приняв вид старика или старухи, она отправилась блуждать по свету.

– Ты когда-нибудь с ней разговаривал? – спросила Хелена.

– Конечно. Последний раз здесь, в Верде, пару-тройку столетий назад. Она рассказала, что планирует уйти из человеческого мира.

– Она же бессмертная!

– Да. Она не может умереть, как человек, но может разделиться на множество световых частиц и раствориться в Свете.

– У нее есть дети? – продолжала допытываться Хелена.

– Вряд ли их можно назвать детьми, – произнес Король Теней задумчиво. – Но ее огонь горит в некоторых людях.

Хелене не хотелось спать, но еще больше не хотелось, чтобы отец уходил. Это был один из тех уютных вечеров, что бывают лишь в детстве, когда в комнату попадает летняя свежесть, а ты лежишь в тепле, под одеялом, и нет тяжелых, грустных мыслей о будущем или прошлом.

Хелена задумалась на мгновение, а потом произнесла:

– Получается, ничто не живет вечно.

– Ничто не живет вечно в человеческом мире.

– А что в нем живет дольше всего?

Король усмехнулся.

– Истории, Хелена. Истории о богах и героях. Они живут дольше всего.

***

В коридоре, где Флорентина напряженно ходила от стены к стене, раздался голос Короля:

– Я только что разговаривал с членом Высшего совета. Были обнаружены два обескровленных трупа.

Предположения Флорентины о предмете их разговора подтверждались.

– Два местных разбойника, – продолжал Король. – Они промышляли похищением людей. Никто не будет лить по ним слезы. Но они были убиты вампиром, на территории Скрытого мира. Это нарушает мои договоренности со Скрытыми людьми.

Флорентина не смела и глаз поднять.

– Я пообещал Высшему совету найти того, кто это сделал…

После паузы Король добавил:

– …И, вот совпадение, Хелена рассказала об интересной игре. Ей надо было досчитать до двадцати пяти с закрытыми глазами, в то время как два встретившихся вам мужчины улеглись спать прямо на земле.

Флорентина не выдержала. Она упала в ноги Королю и затараторила:

– Пожалуйста, Ваше Превосходительство, убейте меня, пытайте, что угодно, но умоляю, умоляю, не отдавайте обратно Дракуле. Умоляю, только не ему…

Король спокойно выслушал ее сбивчивую речь.

– Я пообещал Скрытым людям найти убийцу, – заговорил он. – И я это сделаю. А значит, надо провести расследование. Чтобы установить, кто их убил. Как же иначе?

Флорентина сконфуженно уставилась на своего господина.

– Расследование я проведу со всей тщательностью, – добавил Король без тени усмешки. – Это может занять некоторое время. Но никаких убийств на территории Скрытого мира больше не будет. Ясно?

Король выразительно посмотрел на Флорентину, приподняв бровь.

– Да, Ваше Превосходительство, – пробормотала она, вставая с пола.

– Моя дочь к тебе привязалась. И ты хорошо ей служишь.

Флорентину снова потянуло броситься ему в ноги, но уже с благодарственной тирадой.

– Я также хочу, чтобы Хелене был найден подходящий учитель боевых искусств, – продолжил Король.

– Слушаюсь, Ваше Превосходительство.

– Как прошли переговоры со Скрытой школой?

– Андрий Стоун пообещал, что учителя будут приходить в замок на растущей луне. Он осведомлен о Хелениных… особенностях.

– Хорошо.

Король подошел к Флорентине ближе. Некоторое время он смотрел на медальон с изображением дерева.

– Вижу, Хелена сделала тебе подарок. Знаешь, что это?

Флорентина ответила отрицательно.

Король провел большим пальцем по выгравированному дереву, от корня к кроне. В его руке возник небольшой нож с изображением такого же дерева на рукоятке. Лезвие источало серебристое, холодное сияние.

– Рядом с источником Мертвой воды иногда появляются Мертвые камни, – заговорил Король. – Из них можно изготовить лезвие, способное убить Темных существ. Демонов, гоблинов, вампиров, всех прочих. Даже таких сильных, как ты. Тех, на кого не действуют осиновый кол и прочие человеческие премудрости.

– Меня, значит, можно убить не только солнцем и Темной магией, но и этим ножом… – произнесла Флорентина, зачарованно глядя на сверкающее лезвие.

– Даже меня им можно поранить.

Король снова провел пальцем по изображению дерева на медальоне, но на этот раз – от кроны к корням, и нож исчез.

– Я говорила Хелене, что это слишком ценный подарок… Она приказала… Она упомянула, что медальон принадлежал ее матери.

На мраморном лице Короля прорезались морщины. Он нащупал небольшую стеклянную колбочку, которая, тоже словно медальон, моталась на его груди. Флорентина знала, что в колбочке кровь матери Хелены, Лорны Стоун.

– Если моя дочь так хочет, медальон твой. Надеюсь, ты распорядишься им верно и не совершишь… необдуманных поступков.

На последней фразе Король понизил голос. Флорентина поняла намек.

– Конечно, Ваше Превосходительство.

Король Теней, ни слова больше не сказав, исчез в темноте.

«Можно поранить», – злорадно подумала Флорентина, сжимая медальон обеими руками.

***

## Тайный сыск. Наши дни

– С того дня, как я последний раз с тобой разговаривал, кое-что изменилось. Я окончательно переехал в Верду. Но я буду приходить в замок! Чтобы беседовать с тобой и вести собственное расследование шайки Гебола. Клянусь, я обязательно его поймаю. Если будет нужно – убью голыми руками, вырву корень зла!.. Может, я действительно стал монстром, пока с ним боролся?…

Джон Хеллинг перевел дыхание, собираясь с мыслями.

– Гебол, кстати, так и не появился в настоящем. Тайный сыск занят борьбой с его соратником. Насколько я понял, он доставляет Королевству немало хлопот.

Шелест листьев вторил его словам.

– Насчет меня… – начал он, будто отвечая на неслышный вопрос. – Я никому ничего не рассказываю. Боюсь предательства. С Хеленой… отношения нельзя назвать прежними, но, предположу, это естественно в нынешних обстоятельствах… Она ведь все знала. Почему ни о чем не предупредила? Ей хотелось, чтобы я все это пережил? Короче, я никому не доверяю. Кроме тебя.

Сидя по-турецки на траве рядом с замком – тем самым, в котором много веков назад Король Теней рассказывал волшебные истории своей дочери, – Джон всматривался в старинную могильную плиту. Надпись на плите гласила: «Серена Серпен».

– И еще… я кое-что понял. Смог найти слово. Самое грустное в смерти – расставание. Мы с тобой расстались. Ты в мире мертвых, и только Старейшие боги знают, где. Я в мире живых. Мы больше не встретимся в том же качестве, что раньше. А может, не встретимся никогда больше, – Джон усмехнулся. – Клянусь, это звучало совсем не так глупо, когда я думал об этом накануне! Я, наверное, просто соскучился. Мне тебя не хватает. Скорее всего, это то, что говорит каждый, навещая могилу друга…

Лицо Джона на секунду окаменело: он вспомнил свое путешествие в прошлое, страшное проклятие, с которым теперь предстояло жить, битву с Геболом…

– Я помню, что обещал помочь твоему потомку, Родрику Серпену. Пока не придумал, как. Захочет ли он принять мою помощь?.. В любом случае я это сделаю. Сдержу свое слово.

Тряхнув головой, Джон встал с земли и пошел по направлению к замку.

***

Каждый день на протяжении двух месяцев Джону снился Гебол; убранные назад светлые волосы; стеклянные пустые глаза; тонкий рот, растянутый в насмешливой улыбке; крысиные черты лица; морщины на лбу. Джон не боялся этого лица, спокойно разглядывал его.

Каким образом Гебол, бывший неприметный сотрудник Департамента хозяйства, умудрился стать злодеем номер один? Как он приобрел такую популярность среди некоторых, если не сказать многих жителей Скрытого мира?

Гебол сделал головокружительную карьеру в Бумажном доме, был избран в Высший совет. В отличие от остальных политиков, он не стеснялся поносить последними словами Явных людей, их фабрики и заводы, их промышленность, их ненасытное желание подчинить себе природу. Он не был первым, кто заговорил об этом. Однако он был тем, кто на таком высоком уровне – в Высшем совете! – призвал Скрытых людей объединиться и положить конец Явным людям.

Немало помогла зловонная ветрянка. Скрытые люди все чаще заболевали смертоносной оспой там, где случалось загрязнение природы. На севере Королевства пустовали целые деревни. Эпидемия как нельзя лучше показала, что Явные люди опасны, а Гебол прав.

Однако Скрытые люди не привыкли бороться с Явными. Да и как бороться? Рассекретить себя? Создать мировое правительство, которое остановит фабрики и заводы? Истребить миллионы, точнее, миллиарды Явных людей или даже вообще всех? Никто в Скрытом мире не решался предложить подобного.

Никто, кроме Гебола.

Гебол выдвинул программу по спасению земли, которая ужаснула его коллег по Высшему совету и была отклонена. На Большой жеребьевке Гебол вытянул черный камень – стал председателем совета, занял самую высокую должность в Королевстве, но…

…был арестован Тайным сыском прямо на собственной инаугурации. Выяснилось, что именно он устроил разлив нефти, сообщения о котором укрепили его позиции, помогли избраться в Высший совет.

Когда Гебол сбежал из-под ареста, его программа стала обсуждаться не в Высшем совете, а на кухнях и лесных полянах, в конспиративных квартирах за Пределом. Гебол сформировал команду единомышленников, дедринов, начал устраивать теракты и создавать искусственных вампиров, чтобы с помощью этих полностью подвластных существ истребить Явных людей.

Апофеоз случился, когда Гебол украл семя Старейшего дерева. Он приложил немало усилий, чтобы прорастить его, превратить в новое дерево, которое бы генерировало магию для него одного. Джон, студент Академии Тайного сыска, выкопал пророщенное семя и, спасаясь от Гебола, прыгнул в озеро с Живой и Мертвой водой. Злодей, вместе с дедринами, последовал за ним.

…Через полтора года Джон передал семя в сейф Бумажного дома.

Джону часто снились отдельные моменты его путешествия, являлись ему, словно картинки в калейдоскопе. Он заново переживал долгий путь домой, полный трудностей и невзгод; битву с Геболом; встречи с Сереной, Андрием Стоуном, Королем Теней и Хеленой.

Когда сон подходил к концу, Джон ощущал телом простыни, свежесть ночного воздуха. Ему казалось, что он уже просыпается, но на самом деле он все еще спал. И в этом сне, неотличимом от реальности, чьи-то сильные пальцы дотрагивались до его шеи, давили на нее, будто примериваясь, прежде чем задушить.

– Отдай пророщенное семя Старейшего дерева… – произносил кто-то под ухом.

Джон пытался вырваться из вязкой ловушки сна, открыть глаза, но не мог.

– Ты ведь солгал. Вернул в сейф Бумажного дома другое семя. А мое, пророщенное, утаил, – продолжал шепот. – Потому что никому не доверяешь. Потому что думаешь, что я уже купил правительство и весь Бумажный дом. Ха-ха, может, ты и прав. Как же ты тогда собираешься работать в Тайном сыске, если никому не доверяешь? Хочешь стать двойным агентом? Отдай же мне то, что украл! Я украл, ты украл. Украденное дважды. Отдай!!!

Джон издавал стон и просыпался от звука своего голоса. Он вскакивал, оглядываясь по сторонам.

Рядом никого не было.

***

Каждое утро Джона одолевали приступы тошноты. Приступы появлялись, когда он смотрел на себя в зеркало. Собственное лицо казалось ему мертвенно бледным, отвратительным, чужим. Он старался покончить с утренними процедурами как можно скорее.

Неприятных ощущений добавляли волосы. Последний раз они были пострижены Сереной, и за два месяца сильно отросли. Слишком длинные, чтобы о них не вспоминать, но недостаточно длинные, чтобы заправлять за уши или убирать в хвост, иссиня-черные волосы торчали в разные стороны и совершенно не желали укладываться.

«Какая глупая длина. Надо либо отрезать их, либо купить ускоряющий рост крем», – постоянно думал Джон, ничего при этом не делая.

В то утро он, как обычно, мельком глянул на себя в зеркало и подосадовал на собственную нерасторопность: такой ответственный день, а волосы торчат! Попытки придать им хоть какую-то форму не увенчались успехом.

– Ты не доверяешь ни Хелене, ни Тайному сыску, ни друзьям, ни родителям, – сказал Джон, обращаясь к своему отражению. – Однако если бы ты был способен любить, тебе было бы еще тяжелее, потому что… неважно. Зато у тебя есть цель. Ты должен к ней идти. Сегодня твой первый день на новой работе.

***

Джон не раз бывал в штабе Тайного сыска, однако в тот день он впервые переступил его порог в качестве сотрудника.

Штаб располагался в Бумажном доме и представлял собой огромный, хорошо освещенный зал со множеством столов, за которыми кипела работа. Из зала можно было попасть в лабораторию, помещения для переговоров и допросов, архивы и кабинет главы Тайного сыска Хвана Хэсу.

Ни дня не проработавший в Тайном сыске, Джон уже успел стать своего рода легендой этого департамента. Ему ведь удалось не только выкрасть семя Старейшего дерева из-под носа Гебола, пробраться к источникам с Живой и Мертвой водой, нырнуть в озеро, где эти источники смешивались, исчезнуть на полтора года, но и вернуться из своего путешествия как ни в чем не бывало! Неслыханное дело!

Когда Джон скрылся в озере, Хван безуспешно пытался воздействовать на воду магией, потом плюнул, выбрался из пещеры, а чуть позже вернулся в Старейшую долину Нан с самыми сильными колдунами королевства. Однако у них не получилось даже добраться до пещеры с источниками: трещины в скале, через которую Джон к ним попал, просто-напросто не было!

– Источники открывают себя только тем, кому захотят, – пояснил один из магов.

Глава Тайного сыска был потрясен и подавлен. Он не представлял, как принести родителям Джона страшную весть о пропаже сына, и ожидал худшего. К его несказанному удивлению, Ричард и Триш Хеллинг отреагировали спокойно.

Отец Джона хлопнул бледного Хвана по плечу и произнес:

– Не переживайте так. Инфаркт ведь можно заработать.

– Ну, как не переживать-то…

– Ладно вам, успокойтесь. Будем ждать его возвращения.

Хван перевел недоуменный взгляд на Триш, которая участливо кивала, пока говорил муж.

– Наш мальчик отправился в мир мертвых, только и всего, – буднично сообщила она, отчего Хван сам чуть не отправился в мир мертвых.

Тон, которым это было сказано, больше подходил словам – «наш мальчик отправился в гости к родственникам на север» или «наш мальчик поехал отдохнуть к морю».

– В.. вв… куда?! – воскликнул ошарашенный Хван.

– В мир мертвых, – повторила Триш, загадочно улыбаясь. – Как в Явных сказках. Герои отправляются туда, чтобы обрести знания и навыки, получить благословение, встретиться с хозяйкой этого мира…

Хван вообще перестал что-либо понимать.

Причина такого непоколебимого, ангельского спокойствия родителей открылась ему позже: леди Хелена знала все наперед. Она же заверила Хвана, что Джон вернется, вместе с семенем. Глава Тайного сыска прекратил попытки прорваться к источникам и сообщил коллегам, что, по имеющимся у него сведениям, Джон в порядке.

В результате, сотрудники Тайного сыска начали подозревать, что Джон – избранный; будущий великий волшебник. Ожидание Джона приобрело характер мистический. Кто-то верил, что он появится вновь, кто-то не верил; Тайный сыск разделился на несколько «партий», члены которых частенько друг с другом спорили.

Когда же Джон действительно вернулся и выиграла «партия возвращения», к которой принадлежал и его друг Элнот, Тайный сыск пришел в неслыханное возбуждение, как огромный жужжащий улей.

Джон, однако, ничего не рассказывал о своем путешествии, был хмур, замкнут и молчалив. Его лицо будто постоянно покрывала тень, а взгляд стал мрачнее и жестче.

***

– Я переместился в прошлое, – сообщил Джон Хвану. – На семьсот лет. Я жил в средневековой Верде, в собственном замке. Познакомился с леди Хеленой ещё до того, как она стала Королевой. Многое ей рассказал. Гебол переместился туда же. Он заручился поддержкой первых лиц Королевства, положил начало своему братству, создал лабораторию по производству вампиров. Затем атаковал мой замок… К счастью, мне удалось сберечь семя Старейшего дерева.

– Неизвестно, что стало с Геболом? – уточнил Хван.

– Он просто исчез, – ответил Джон.

– Просто исчез?

– Он обладал Зельем Световой Защиты на основе Живой воды. Зелье перемещает в пространстве без всяких ритуалов и защищает от любых заклинаний.

– Понятно… Сделал ли Гебол еще что-нибудь, достойное упоминания?

Джон мотнул головой, а сам подумал: «Гебол, ни много ни мало, основал Тайный сыск… но рассказывать об этом не буду».

«До сих пор не понимаю, кстати, зачем он это сделал… Написал устав… Я прочел его вдоль и поперек. Можно сказать, наизусть выучил. И никаких идей», – мысленно добавил Джон.

Хван провел пальцами по густым, темным волосам с сединой, потёр лоб между бровями над выдающимся орлиным носом. Его раздражала уклончивость Джона и его явное нежелание делиться подробностями, но он решил не давить на нового сотрудника и дать ему время.

– Тебя взяли в особый, «элитный» отдел Тайного сыска, который занят поисками Гебола и его пособников, – сообщил Хван. – Я стараюсь быть честным со своими коллегами, когда это возможно, и от них ожидаю честности. Я также не хочу никаких независимых расследований на базе Тайного сыска. Ты ведь не ведешь никаких независимых расследований?

Джон вспомнил две мелко исписанные доски у себя в комнате и стопку книг.

– Нет, сэр, – ответил он.

– Кстати, я в курсе, что ты способен превращаться в вампира как потомок Королевы Теней. Элнот ведь тоже осведомлен?

Джон пришел в полное замешательство, но кивнул.

– Чтобы превратиться, тебе надо выпить бокал крови, не так ли?

Джон снова смущенно кивнул, а Хван как ни в чем не бывало продолжил расспрашивать:

– Что-нибудь известно о лаборатории Гебола? Какие-то предположения, где она может быть?

К этому моменту Джон уже уяснил, что большую часть времени начальник задает только те вопросы, на которые уже знает ответ, поэтому решил показать, что готов делиться информацией.

– Лаборатория может находиться в кармане пространства в могиле человека по имени Оливер Крейн, на городском кладбище.

Хван удовлетворенно кивнул.

– Очень хорошо. Я хочу, чтобы ты занялся поиском этой могилы в свободное от основной работы время. Используй все доступные Тайному сыску ресурсы. Не слишком-то об этом распространяйся. Мы с Хеленой к тебе присоединимся, как только закончим с текущими задачами.

Джон отметил, что Хван уже два раза в его присутствии – во время фуршета по случаю его возвращения и сейчас – называет леди Хелену просто по имени.

– А текущие задачи такие. У Гебола есть сообщник, крайне влиятельный. Даже так: он начинал как сообщник, а после исчезновения Гебола стал самостоятельным сильным лидером. Вокруг него образовалась некая «Группировка Санс». Группировка изобретателей, в переводе со Старейшего языка.

– Слышал.

– Мы расследуем дело, напрямую с этой группировкой связанное. Через пару часов планерка. А пока свободен.

Джон вышел из кабинета начальника в смешанных чувствах. Не давала покоя мысль, что леди Хелена довольно много рассказала Хвану о нем самом и его путешествии.

***

Коллег Джона по «элитному» отделу было четверо: Элнот; седая Нина, которую Джону помнил по битве в Красной пустыне; Корбин и Дин.

Джон с интересом разглядывал Корбина – высокого юношу с внешностью кукольного Кена.

Давным-давно Роза, бывшая девушка Джона, сходила с этим парнем на свидание и ей завидовали все подруги. Один из городских журналов назвал Корбина «самым сексуальным работником Бумажного дома», а потом и «самым желанным женихом Королевства». Тайный сыск частенько отправлял его общаться с прессой, когда надо было поговорить на трудную, неприятную для ведомства тему.

Еще один коллега, Дин расплылся в улыбке, которая смутно показалась Джону знакомой, протянул руку и представился:

– Дин Халдорссон. Твой школьный приятель Реньяр – мой двоюродный брат.

Джон с готовностью пожал ему руку: Дин уже давно был в его списке подозреваемых.

– Процедуру ты знаешь, просто напомню, – тихо сказал Элнот чуть позже. – Мы проводим расследование, собираем улики, задерживаем подозреваемых, прокурор решает, предъявлять обвинение или нет. Кстати, прямо сейчас проходит встреча прокурора с обычной полицией. Тайный сыск может бывать на таких мероприятиях. Хочешь глянуть?

Джон захотел.

Вдвоем они покинули штаб. Пройдя по коридору, попали в просторную комнату, в которой не было ничего, кроме квадратного стола и стульев. За одной из сторон «квадрата» сидели полицейские. Еще двое стояли у входа. Джон и Элнот, войдя, оказались за их спинами.

– Как только ты исчез, в Скрытом мире появился серийный убийца, который нападал на Явных людей, – пояснил Элнот. – Мы нашли его и посадили. Теперь будут судить его жену.

– Она была соучастницей? – спросил Джон.

– Нет, она ничего не знала. Когда узнала – у нее случился нервный срыв. Порывалась прыгнуть с крыши вместе с детьми, стояла на самом краю. Их удалось спасти в последний момент.

Дверь в другой части кабинета отворилась. Вошел пожилой мужчина в длинной серой мантии и тоже уселся за квадратный стол.

– Чем темнее мантия, тем выше ранг, – тихо добавил Элнот. – У помощников прокурора он светло-серый, хотя зависит от того, какой помощник. У заместителей темно-серый.

Мужчина, который, судя по цвету мантии, был помощником, некоторое время переговаривался с полицейскими. По всему выходило, что жена серийного убийцы отправится в тюрьму на несколько лет.

Дверь отворилась снова.

Джон поднял глаза, и у него перехватило дыхание.

ТОЛЬКО НЕ ЭТО. НЕТ. НЕТ.

В абсолютно черной мантии Лея выглядела торжественно и бледно, как средневековая королева. Светло-рыжие волосы были убраны назад.

Джону будто бы надавали пощечин: щеки горели. Он несколько раз дрогнул всем телом. Элнот удивленно на него покосился.

«Ты отправишься в путешествие туда, где живут мертвые. Ты украдешь то, что уже было украдено. Однако опасайся женщины, отмеченной папоротником. Будешь вместе с ней – вас обоих ждет ранняя гибель, а весь мир потрясет катастрофа», – такое предсказание Джон получил от Змеиного короля.

У Леи на животе, сбоку, было родимое пятно, словно отпечатанный лист папоротника. Джон вспомнил, при каких обстоятельствах увидел это пятно, и его скрутило от боли.

Усевшись рядом с помощником, Лея объявила:

– Благодарю за труды, но, приняв во внимание некоторые детали, я решила не преследовать Марью Берн в судебном порядке.

– Она подвергла смертельной опасности себя и детей… – попытался возразить помощник.

– Ей требуется не тюрьма, а медицинская помощь, – продолжила Лея. – Детям должен быть найден временный попечитель.

– Но она… – начал было полицейский.

– Мы не карательные структуры, которые добивают слабых, господа полицейские. Наша цель – не запугивать, не перевоспитывать и не наказывать. Наша цель – охранять общественный порядок. Марья Берн не представляет опасности для общества. Я бы предложила сконцентрироваться на тех, кто представляет.

Полицейские, стоявшие перед Джоном и Элнотом, покинули кабинет.

Лея посмотрела чуть вверх и встретилась взглядом с Джоном. Светлые глаза расширились и затуманились. Девушка дотронулась пальцами до лба, будто пытаясь унять головокружение.

Джон вспомнил дивный, прекрасный, высший запах ее крови, который всегда чувствовал, когда превращался в вампира. Особенный запах, который привлёк его к ней изначально; свел его с ума; который был только у Леи…

…и у Гебола.

Чуть ли не единственный в Скрытом мире, Джон знал о связи Леи с Геболом. Почему их кровь пахнет одинаково? Кем они друг другу приходятся? Даже леди Хелена не смогла ответить на этот вопрос.

– Знаешь, сейчас вспомнил… ты так странно вел себя во время операции в Красной пустыне, – заговорил Элнот, когда они с Джоном вышли в коридор. – Краснел, бледнел, когда я упоминал Лею. Кстати, после твоего исчезновения она подошла ко мне и спросила о тебе. Ее интересовало, где ты находишься, почему ты не вернулся. Между вами что-то…

Элнота отшатнулся, увидев перекошенное лицо друга.

– Между нами ничего не было! – выпалил Джон злобно.

«Ну, кроме того, что я помог ей донести сумки в хоспис, на обратной дороге мы заглянули в бар, выпили, потанцевали, потом пошли к ней, начали целоваться… потом… потом…. когда она спала, я увидел родимое пятно на ее теле в виде папоротника, как из проклятия Змеиного короля…» – мысленно добавил Джон, а сам холодно произнес:

– Ничего не было. Ничего, заслуживающего внимания. Не было. И не будет. И хватит о ней говорить!

Его разрывало от негодования, которое он не мог до конца себе объяснить. Элнот некоторое время смотрел на него удивленно, ожидая извинений или хотя бы пояснений, но их не последовало.

Ни слова друг другу больше не говоря, они дошли до штаба Тайного сыска.

***

– Специально для Джона я повторю все, что нам известно, – начал Хван на планерке «элитного» отдела.

Планерка проходила в небольшом закутке в главном зале, у доски. На столе сбоку находился аквариум с хамелеоном, неторопливо жующим продолговатые зеленые листья.

– По результатам последних выборов, в Высший совет вошел тридцатилетний Роберт Куро. Ты, Джон, знаешь его, не так ли?

Джон кивнул.

Роберт Куро принадлежал к семье известных в Верде бизнесменов, которые занимались производством волшебной посуды. Родители Джона и Роберта часто гостили друг у друга. Из-за разницы в возрасте Джон никогда особенно не приятельствовал ни с Робертом, ни с его старшей сестрой, но знал их с самого детства.

– Роберт сделал крупные пожертвования в несколько предприятий Королевства и пообещал, что сделает еще, если победит на выборах. В результате он обошел других, гораздо более достойных, по мнению многих, кандидатов. Он набрал одинаковое количество голосов с широко известным в узких кругах лидером, сторонником реформ. Пришлось проводить второй тур, только с ними двумя.

Хван продолжил:

– Прямо перед выборами кто-то подмешал зелье, которое мы не в состоянии идентифицировать, в чернила для печати газет. Журналисты написали одно – а вышли газеты совсем с другим текстом, потому что краска легла не так, как нужно.

В отличие от Явного мира, в Скрытом есть только один способ узнавать новости: из газет. Кроме текста и фотографий, там печатаются специальные символы. Их нужно начертить волшебной палочкой в воздухе. Появляется пульсирующее облако, куда можно засунуть голову, как при магической связи с другим человеком, и увидеть, а также услышать записанные с помощью волшебных камней фрагменты реальности.

– Автор статей, напечатанных фиолетовыми чернилами, агитировал не голосовать за Роберта Куро, чья сестра, мать и отец уже заседали в Высшем совете, а дать возможность новым, не богатым и не знатным людям оказаться у власти, – добавил Хван.

Нина пояснила:

– Мы связываем акцию с деятельностью группировки Санс, потому что, насколько нам известно, это совпадает с их взглядами.

Хван кивнул:

– Именно. Естественно, первым делом мы напоили всех работников типографии Зельем Правды. Безрезультатно. Насчет ингредиентов зелья лаборатория тоже толком ничего не выяснила. Однако затем случилось нечто еще более странное. Роберт Куро победил на выборах, вошел в Высший совет и… был отравлен.

Глаза Джона расширились.

– Насмерть?!

– Нет. Он был трансформирован. Его трансформация не прекращается уже неделю, и никто не знает, как обратить ее вспять.

– Что с ним сейчас? – спросил Джон. – Где он?

– Он здесь, – ответил Хван.

– Где? – не понял Джон, оглядевшись.

– Здесь.

Хван указал на аквариум, точнее, на хамелеона, который уплетал очередной листок.

– Это Роберт?! – воскликнул Джон.

Хван кивнул.

– Сначала мы думали, что Роберт пропал, и расследовали его исчезновение. Обыскали дом. Только потом, в саду, наткнулись на него в… таком виде. Чуть не раздавили.

Джон рассматривал зеленую, с пятнышками, кожу хамелеона.

– Принимать участие в заседаниях Высшего совета он, как видишь, не может. Официально Роберт Куро на больничном.

Нина добавила:

– Мы допросили коллег, соседей, родителей. Никаких зацепок. Для Трансформационного зелья нужна часть тела человека – прядь волос, капля крови. Неизвестно, как злоумышленникам удалось ее заполучить. Подобные зелья крайне сложны, их могут варить только сертифицированные создатели зелий, каждый заказ вносится в специальную базу, и действие длится не более суток. Никаких подобных заказов в базе не было.

– Вы подозреваете группировку Санс? – уточнил Джон.

– Да, мы думаем, она ответственна и за изменение статей в газетах, и за трансформацию Роберта. Но расследование обоих происшествий зашло в тупик. Может, у тебя возникнут какие-то идеи? Роберта надо превратить в человека как можно скорее – некоторые зелья, если быстро не достать антидот, теряют обратное действие.

Джон почесал затылок.

– Из его, Роберта, крови получилось извлечь зелье?

– Нет. Он рептилия, хладнокровное. Удалось вычленить только зелье, подмешанное в чернила, которыми были напечатаны статьи. Но, как я уже сказал, толку мало…

– Вы ведь провели тест с экстрактом корня Бешеного дерева? – спросил Джон как нечто само собой разумеющееся.

Серена Серпен упоминала этот тест множество раз, и Джон был уверен, что о нем знают все, кто чуть внимательнее, чем он, слушал преподавателей в школе и Академии.

– Что? – удивился Хван.

– Какой тест? – переспросила Нина.

– Если добавить в зелье экстракт корня Бешеного дерева, а затем поместить каплю смеси на карту, она переползет туда, где зелье было приготовлено.

По сконфуженным лицам коллег Джон догадался, что они впервые слышат об этом тесте.

– Откуда тебе вообще известно подобное? – уточнил Хван.

Пришла очередь Джона конфузиться.

– Пока я отсутствовал… у меня был… учитель, – промямлил он.

«Учительница»

– Интересно, – хмыкнул Дин. – А твой учитель не рассказывал тебе, что Бешеные деревья вымерли уже двести лет как?

– Двести лет? – удивленно переспросил Джон.

– Да.

– Ходят слухи, что в лесу Тенебри еще остались Бешеные деревья, – задумчиво произнесла Нина.

Коллеги переглянулись.

– Можно поискать, – добавила она. – Если найдем корень, это сильно продвинет и остальные наши расследования тоже.

– Ладно… попробуем, – вздохнул Хван. – Лес Тенебри – странное место. Бррр… Кто со мной?

Было решено, что Хван, Джон, Нина и Элнот сразу после обеда отправятся за корнем Бешеного дерева, а остальные ещё раз восстановят действия Роберта Куро в его последние дни в человеческом обличии.

***

– Смотри, хоть в эту экспедицию не опоздай, – бросил Элнот, когда они с Джоном двинулись по коридору в столовую.

– Элнот… я прошу прощения, – ответил Джон. – Разные воспоминания мучают. И я нервный в последнее время.

Элнот сразу повеселел.

– Почему же ты ничего не рассказываешь? Я ведь совершенно не представляю, что ты делал эти полтора года.

– Мне кажется, будет лучше не теребить прошлое.

– Ладно, смотри сам… – вздохнул Элнот. – Кстати, хочу тебя познакомить с…

В столовой друзья подошли к столику, за которым их ожидал молодой человек.

– …Данни, – договорил Элнот, густо покраснев. – Мы… мм… общаемся… уже год…

Данни оказался субтильным высоким юношей с тонкими запястьями, овальным, правильным лицом и темными волосами до плеч. Пожимая ему руку, Джон почувствовал, что она очень нежная и тонкая, как у девушки.

– Элнот столько о тебе рассказывал!.. – произнес Данни, нарушив довольно неловкую паузу.

Данни обладал более утонченным лицом, более пологими плечами и тонкими пальцами, чем Джон, но сходство между ними все равно бросалось в глаза. Глубоко вздохнув, Джон решил не думать об этом и сфокусироваться на еде.

– Ты тоже в Бумажном доме работаешь? – спросил он из вежливости.

– Да, в архивах.

Джон тут же отвлекся от еды и вцепился в Данни своими черными глазами-точками:

– Давно?

– Семь лет.

– Ты, наверное, помнишь… Александра Чапмана?

– Конечно. Он был моим наставником. Такая трагедия… когда его убил тот сумасшедший вампир. Ну, который потом вломился в школу.

На этих словах Джон с Элнотом одновременно смущенно уткнулись в тарелки.

«Видимо, Элнот рассказал ему далеко не все. Иначе Данни бы знал, что вампиром, который вломился в школьную лабораторию, был я…»

Джон захотел выяснить, знает ли Данни что-нибудь о найденных Александром дневниках Андрия Стоуна, но постановил, что время для этого разговора пока не пришло.

***

Джон жил в центре Верды, а свою комнату в замке за городом переоборудовал в тайный кабинет.

Одну доску он исписал именами членов братства Гебола (Стоун, Спеллмарк, Малрой, Эльронд, Блэквуд и Халдор) и их ныне живущих потомков.

Другая доска содержала несколько вопросов: «Родрик Серпен – как именно знаком Геболу?», «Магия Гебола – что это? Почему Живая вода? Откуда он знает её секреты?» и, конечно, «Лея, Гебол – что связывает? Родственники? Нечеловеческие существа?»

Джон покосился на обе доски, затем подошел к сейфу и нарисовал волшебной палочкой несколько символов в воздухе. Дверца сейфа скрипнула и отворилась.

– Куда-то собираешься? – раздался знакомый голос.

Леди Хелена не переступала порога комнаты и не покидала темноты коридора. Она кивнула на рюкзак, что лежал у кровати на полу.

– В лес Тенебри за корнем Бешеного дерева, – ответил Джон. – Вместе с твоим приятелем Хваном Хэсу.

Женщина мечтательно улыбнулась.

– Передай привет Бешеным деревьям. И лесу Тенебри. Это важное для меня место.

– Ты знаешь, где живут Бешеные деревья? – уточнил Джон.

– Я бы поискала рядом с оврагом.

Джон кивнул.

– Когда-то я сделала невозможное, чтобы ты появился на свет, – после небольшой паузы произнесла леди Хелена. – Отдала самое дорогое, что у меня было; единственное, что на тот момент оставалось. Ты мой потомок и друг. Я на твоей стороне. Надеюсь, ты помнишь об этом.

– Почему же ты не предупредила меня о Змеином короле? – нетерпеливо оборвал ее Джон. – О моем путешествии? Ты ведь все знала, от меня же самого!

– Я помогаю тебе, Джон. Я помогаю всем нам.

– Если бы я знал что-то важное о твоем будущем, я бы непременно сообщил! – воскликнул парень.

– Я знаю, – серьезно произнесла леди Хелена. – И не перестаю тебя за это благодарить.

На этих словах она исчезла.

Джон остался в недоумении. За что она не перестает его благодарить?! За то, что он, находясь в прошлом, поведал ей о Геболе, лаборатории, убийстве Александра Чапмана?

Джон нетерпеливо мотнул головой и продолжил копаться в сейфе. Там хранились разные субстанции и артефакты, заранее приготовленные Джоном на случай путешествия, в том числе самоохлаждающаяся фляжка с кровью и Зелье Немоты, сваренное по совету Серены. «Вдруг кому-нибудь нужно будет промолчать под Зельем Правды», – однажды сказала его учительница.

Джон также достал из сейфа еще одну волшебную палочку, зелёную и упругую.

***

## Монстры. Средние века

Праздник в замке Короля Теней был в самом разгаре.

Некоторые вампиры во время танца отрывались от земли и выделывали трюки в воздухе; другие, напротив, легко скользили по мраморному полу. Демоны меняли форму, становясь то людьми, то животными, то геометрическими фигурами, то просто чернотой.

Маленькие Темные твари, словно напуганные коты, иногда выбегали на середину зала, метались по ней, забивались в слабо освещенные углы, перешептывались, посмеивались. Они свободно бегали по залу, избегая той его части, где неподвижно, как статуи, стояли Высшие вампиры.

Кармилла сканировала взглядом зал. Ее волосы, как и всегда, скрывал высокий, причудливой формы головной убор, украшенный узорами и бусинами. Платье и подпоясанная свободная накидка струились до земли кровавым водопадом.

В отличие от Кармиллы, Донин не обращал внимания на танцующих. Он теребил расписанные иероглифами темные одежды; иногда дотрагивался до повязки на правом глазу, о чем-то напряженно думая.

Потолок был прозрачным. Огромная луна и яркие звезды, освещающие зал, будто колыхались в такт под музыку арфы. Флорентина зачарованно смотрела на небесные светила, задрав голову.

– Смотрю, дорогая, ты прижилась в этом замке, – проскрипел кто-то у ее уха. – Сколько ты уже здесь? Лет двадцать?

Морщинистый старик в расшитом золотом кафтане стоял совсем близко. Кровавые дыры его глаз зафиксировались на Флорентине.

– Не хочешь как-нибудь навестить меня? – продолжил Дракула вкрадчиво, тут же сковав Флорентину Темной магией. – Вспомнить прошлое…

Костлявая синеватая рука потянулась к дрожащей от ужаса девочке, в которую мигом превратилась могущественная Флорентина.

– Что здесь происходит?

Через весь зал к ним спешила двенадцатилетняя на вид Хелена.

– Ничего, заслуживающего твоего внимания, – так же вкрадчиво ответил ей Дракула.

– Я сама решу, что заслуживает моего внимания, а что нет, – холодно ответила Хелена. – Флорентина, ты в порядке?

Подруга не могла ответить. Хелена догадалась, почему.

– Господин Дракула, сейчас же отпустите ее!

– Даже Принцессой еще не стала, а так уверенно командуешь, – прошипел Дракула, сковав Хелену тоже. – Ты ведь знаешь, в чем главная сила правителя? В том, что он знает границы своего правления. А с этим у тебя плохо. Если я не подчинюсь, что будешь делать? Позовешь папочку?

Хелена злобно, но беспомощно смотрела в глаза-дыры.

– Если в этом замке прольется кровь Хеллингов, сам знаешь, что будет, – процедила она. – Выброс Темной магии!

Дракула захохотал, а затем вдруг заговорил еще более устрашающим тоном:

– Один из демонов-предсказателей поведал… Однажды Лунный пес съест Луну. Обрызжет кровью небо и воздух… Жду не дождусь.

Он хотел было что-то еще добавить, однако тут же смолк.

– Ты, смотрю, не изменяешь старым привычкам, – послышался голос Короля Теней, материализовавшегося рядом.

Дракула прекратил удерживать девочек и принял подобострастный вид.

– Я лишь хотел преподнести Хелене урок как будущему правителю.

– Преподнесение уроков оставь мне.

– Конечно-конечно. Честно говоря, хотел обсудить с Вашим Превосходительством кое-что очень важное…

Дракула уставился на Короля, неслышно донося свою просьбу.

Флорентина тут же отошла в сторону.

– Подонок, – прошептала она, сжимая обеими руками медальон с изображением дерева. – Он любит чувствовать власть!

– Может, расскажем отцу? Обо всем. Пусть он разберется с ним, – предложила Хелена.

– Нет! – воскликнула Флорентина. – Пожалуйста, не делай этого! Я не хочу, чтобы Король думал, будто я использую нашу с тобой дружбу для своей маленькой вендетты. Твой отец и так много для меня сделал – заставил Дракулу напоить меня своей кровью, благодаря чему я перестала быть его рабыней; разрешил мне жить здесь.

– Но он должен знать!

– Он знает, – ответила Флорентина после небольшой паузы.

– Что?! – удивилась Хелена.

– Он всё знает. Он мог бы давно убить Дракулу. Но Дракула ему нужен, потому что это сильный союзник. Донин вечно в горах, со своими волками. Кармилла… это Кармилла. Кошка. Остается Дракула. Ему служат летучие мыши, он силен и исполнителен. Вот и вся премудрость, Хелена.

Хелена так и сочилась бессильной ненавистью к Дракуле, но вдруг ее глаза загорелись.

– Отец говорит так: если ситуацию не исправить, все равно можно сделать что-то, что в твоих силах. Давай убьем какого-нибудь мужика, похожего на Дракулу? Тебе станет легче!

– Какого-то мерзкого мужика… – дополнила Флорентина, задумавшись. – Хм, у меня, кажется, есть идея.

Флорентина схватила Хелену за руку и потянула за собой в тень.

…Они возникли в тени на опушке леса рядом с человеческой деревней. Флорентина указала Хелене на дом, куда то и дело входили мужчины, группами. Вываливались они оттуда по одному, пьяные.

– Знаешь, что это за место? – спросила Флорентина.

– Нет.

– Там собираются те, кто нам нужен.

– На улице кого-нибудь подкараулим? Или внутри? Я-то могу войти, но тебя должен пригласить человек.

– Насчет этого не переживай.

Действительно, попасть в бордель двум девочкам не составило труда. Оказавшись в полутемном помещении, Хелена и Флорентина шмыгнули к стене, а затем забрались под стол, пораженные разудалыми песнями, запахами пота и алкоголя.

– Нам нужен кто-нибудь помоложе, – услышали они. – Моложе, чем они.

Двое богато одетых мужчин разговаривали с управляющей. Речь, очевидно, шла о двух напуганных девушках не старше четырнадцати лет.

– Моложе никого нет.

– Кажется, наш выход, – шепнула Флорентина, и Хелена кивнула.

Дочь Короля Теней выскочила в центр зала и дерзко заявила:

– Мне, например, еще нет тринадцати. И со мной подружка.

Голоса мгновенно стихли.

– Кто вы такие?! Я вас не знаю! – воскликнула управляющая.

Мужчины оглядели Хелену и Флорентину.

– Как раз то, что нужно, – ответили они. – Мы хотим их.

– Я следующий!! – заорал пьяный мужик за столом.

– Я тоже!!

– Хм, уже и очередь образовалась, – сказала Хелена, обращаясь к Флорентине, и только та поняла истинный смысл ее слов.

Они медленно подошли к двум первым «клиентам».

– Что, хотите сделать это прямо здесь? – спросила Хелена, отчего у тех глаза на лоб полезли.

…Над деревней пронесся вопль ужаса, который, на самом деле, был слившимся в одно воплем нескольких человек. Из борделя, его дверей и окон, валили люди. Полуголые мужчины и женщины с перекошенными лицами бежали куда глаза глядят.

– Там две девочки!!! Одна темноволосая, другая светловолосая!!! Убивают людей!!! – раздавались крики. – Монстры!! Вампиры!!! Чудовища!!!

Хелена и Флорентина, между тем, лежали на широком столе и смотрели в потолок.

– И чего они бегут?.. Я все равно больше чем у двух людей за раз крови выпить не могу, – пробормотала, как пьяная, Хелена.

После небольшой паузы она добавила:

– О чем это говорил Дракула? Лунный пес съест луну… Обрызжет кровью небо… Ты понимаешь, о чем речь?

– Наслушается своих демонов и верит их бредням…

На этих словах Флорентина слезла со стола и принялась обыскивать трупы.

– Знаешь, мне действительно как будто полегчало, – произнесла она и крепко сжала рукой медальон.

***

## Лес Тенебри. Наши дни

Ритуал сжатия пространства совершается так: надо выйти за пределы чьей бы то ни было собственности, очертить круг, затем, стоя в нем, поднять волшебную палочку и сказать заклинание. Перемещаться легче туда, где ты уже бывал, однако, если повезло родиться с хорошими способностями к магии, можно не вспоминать, а лишь хорошенько представить себе нужное место, предварительно посмотрев его фотографии или даже прочтя описание в книге.

Тайный сыск располагался в Бумажном доме, на территории государственной собственности. Однако прямо в штабе, в центре главного зала, было создано специальное пространство, которое, согласно документам, никому не принадлежало. Это был круг диаметром около двух метров, куда сотрудники сыска становились, чтобы перемещаться, не покидая здания администрации. Вернуться таким же способом, сразу в штаб, было невозможно – этому препятствовали сильнейшие магические артефакты.

Встав в круг с коллегами, Джон чувствовал во внутреннем кармане, на груди, самую сильную на свете волшебную палочку, отломанную от нового Старейшего дерева. Пророщенное семя, украденное у Гебола, было посажено Джоном на территории замка Хеллингов, в кармане пространства. Через месяц интенсивного ухода росток окреп, на нем возникли крохотные веточки. Одну из них, совсем маленькую и тонкую, Джон отломил.

Кроме того, карман с деревом был не обычным, а «демоническим», созданным после нескольких неудачных попыток и долгих часов корпения над книгами. Джону хотелось спрятать росток не только от людей, но и от Темных существ, среди которых тоже могли оказаться пособники Гебола.

Является ли такой карман препятствием для Темного существа уровня леди Хелены, Джон не знал и подозревал, что нет. Однако так, по крайней мере, появлялся шанс, что она не найдет дерево или найдет его не скоро. Кроме того, «демонический» карман мог стать тюрьмой для Темного существа – Джон не исключал, что однажды это пригодится.

Зачем парень вообще посадил новое Старейшее дерево и отломил от него волшебную палочку? Из раза в раз он вспоминал, каким беспомощным, жалким, слабым он был в последний вечер перед возвращением из прошлого, когда Гебол с дедринами напали на его замок; как он прятался с Сереной в винном погребе; как он стал свидетелем и участником насилия. Когда же Гебол подвесил Джона в воздухе, словно запутавшуюся в паутине муху, и пытал на его глазах Серену, ощущение беспомощности достигло апогея.

Джон прекрасно помнил, что и сам убил двоих дедринов, но даже это казалось ему проявлением крайней степени беспомощности. Он сражался насмерть, как животное, загнанное в угол. Он был вынужден стать монстром, вытащить на свет свои самые уродливые стороны, чтобы выжить. Ему было стыдно об этом вспоминать.

Больше всего на свете Джон не хотел повторения, панически боялся оказаться в подобной ситуации вновь. Самая сильная на свете палочка, универсальная защита от любых напастей, помогала ему чувствовать себя чуть менее тревожно.

Джон знал, что палочка способна на многое; он чувствовал нечто особенное, когда носил её с собой, улавливал чуть больше, чем обычно. Джон подозревал, что если воспользоваться этой палочкой, то любые заклинания будут усилены во много раз. «Пусть Гебол или кто-то из его шайки только попробует на меня напасть», – удовлетворенно думал он.

…Джон, Элнот, Нина и Хван переместились на опушку леса Тенебри. Прямо перед ними высилась отвесная, без конца и края, стена деревьев. Кроны были гуще, плотнее, чем в хорошо знакомом Джону Старейшем лесу.

– Магия здесь работает плохо, с искажениями, – сообщил Хван. – Кроме того, могут возникнуть… иллюзии. Чем больше магии вы через себя проводите, тем сильнее иллюзии. Лес способен показать какие-то вещи – из тех, что происходили в нем или произойдут. Не пугайтесь. Это как сон наяву.

Хван покопался в рюкзаке и выдал каждому по зеленой бутылочке с зельем.

– Выпейте, чтобы двигаться быстрее, чем просто пешком.

Тропа разрезала лесной массив на две части, как пудинг. Благодаря выпитому зелью, путники неслись так быстро, что деревья по обе стороны, непрерывно мелькая, походили на высокий темный коридор.

У тонкой реки, стекающей с единственной горы, Тайный сыск сделал остановку – требовалось выпить новую порцию зелья. Кто-то копался в рюкзаке, кто-то грелся на солнышке. Джон подошел к воде, как вдруг… явственно услышал ржание лошади.

«Откуда здесь лошадь?!»

Джон обернулся и ахнул.

Четыре лошади были привязаны к дереву у дороги. Вместо своих коллег Джон увидел Хелену – в рваном, грязном, залитом кровью платье, Флорентину, Младшего Дракулу, а также незнакомого молодого парня.

Хелена выглядела как ровесница Джона.

– Принцессе надо переодеться и умыться, – проинформировала Флорентина парня, который тут же покрылся багровым румянцем, отошел и отвернулся.

Джон тоже отвернулся. Скоро он снова услышал голоса коллег.

– Иллюзия? – спросил Хван, заметив растерянное лицо Джона. – Быстро ты, однако. Много магии проводишь.

«Со мной сильнейшая волшебная палочка, – подумал Джон. – Может, в этом дело?»

Он также попытался понять, какое именно прошлое показал лес Тенебри. Сколько лет назад Хелена купалась в этой реке? Шестьсот? Пятьсот? Куда и зачем она направлялась?

Дорога скоро расширилась, и путники попали на поляну с руинами, останками строений, которые выглядели как кладбище, памятник тому, что когда-то, много веков назад, здесь жили люди.

Вечером, так и не дойдя до оврага, сотрудники Тайного сыска оказались на еще одной, довольно просторной поляне, покрытой мелкими камнями.

– Когда-то здесь плескалось Озеро Желаний, – пояснил Хван. – К счастью, озера больше нет и никакие скрытые желания в нас не проснутся.

Он вытащил из рюкзака игрушечный домик размером с ладонь и кинул его на землю. Домик превратился в настоящую деревянную хижину, которая сразу гармонично вписалась в лесной пейзаж. Выглядело так, будто четверо коллег выбрались на природу, чтобы провести выходные.

Перед сном Джон выглянул из окна и увидел… озеро, которое искрилось в лунном свете, как тонкий шелк. Парень вышел из домика и направился к нему.

– Я бы не советовала купаться, – услышал он голос Хелены и обернулся.

Молодая Хелена в серебристой, сверкающей, тонкой кольчуге обращалась не к нему, а к незнакомому парню, которого Джон видел накануне.

– Почему? – спросил тот.

– Это Озеро Желаний. Искупаешься – проснутся тайные желания. К нему даже подходить не стоит.

– Нет у меня никаких тайных желаний, – буркнул спутник. – Поэтому я все-таки искупаюсь. Два дня в дороге, как-никак.

Парень разделся догола, нырнул в озеро и поплыл к другому берегу. Хелена проводила его долгим взглядом и начала раздеваться сама.

Джон спешно зашагал обратно к домику.

***

## Младший Дракула. Средние века

Девочки вышивали, сидя на кровати в спальне Хелены. Время от времени Флорентина бросала на шею госпожи хищные взгляды.

– Голодна? – спросила Хелена.

– Да, – призналась Флорентина. – Неделю не ела.

– Чем же ты занимаешься ночами, пока я сплю?

– Продумываю план.

– Какой план?

Флорентина улыбнулась, посмотрев на вышивание, но не ответила.

– Ходит слух, что у Дракулы есть дальний родственник, которого тот хочет сделать Высшим вампиром, – после небольшой паузы сообщила она.

– Родственник?

– Да, пра… пра… внучатный племянник – который, говорят, пытался убить себя, но вместо этого погрузился в нескончаемый сон. Дракула хочет, чтобы твой отец его пробудил.

– А еще что известно?

– Больше ничего. Хотя есть еще один слух…

Сказав это, Флорентина осеклась.

– Какой?

– Наверное, будет лучше, если ты узнаешь от меня. Король отправился останавливать демонов Хаоса, которые пытались прорваться сквозь один из замков Кармиллы. И…

– И?…

– …остался у нее. На пару дней.

Хелена зажмурилась и отвернулась, как бы превозмогая боль.

– Мерзкая тварь добилась своего через сорок лет после смерти Лорны Стоун, – выдавила она. – Не удивлюсь, если она и вызвала этих демонов.

– Это лишь слух…

– Все Высшие вампиры ненавидели мою мать, – процедила Хелена. – Им казалось, она имеет влияние на отца. Но особенно ее ненавидела эта тысячелетняя шлюха!

На вышивание упала капля крови – Хелена поранила пальчик, в порыве гнева сжав иглу. Она тут же виновато взглянула на Флорентину и пролепетала:

– Прости, пожалуйста.

Флорентина тупо, бессмысленно уставилась на кровь, выпучив глаза, а через мгновение взобралась на кровать с ногами и подскочила к Хелене. Ее лицо оказалась в пяти сантиметрах от шеи подруги – та, однако, ничуть не испугалась.

– Осторожно, – сказала Хелена, не отстраняясь. – А то я могу неверно истолковать твои намерения.

– Простите, принцесса, – стушевалась Флорентина, спешно слезая с постели.

Она всегда называла ее принцессой в такие моменты, хотя Хелена ею пока не являлась.

– Мне пора.

…Переместившись по тени за Предел, Флорентина увидела одинокого путника на лесной дороге. Она уже неслась к нему ураганом, как вдруг черная тень метнулась ей наперерез и утащила человека в кусты.

– Ах ты обнаглевший гуль! – прокричала Флорентина с досадой. – Как ты смеешь уводить у меня из-под носа добычу!

Флорентина подошла к кустам, где скрылась тень, и как следует рассмотрела того, кто ей помешал. «Обнаглевшим гулем» оказался молодой мужчина со смуглой кожей и несколько романской, южно-европейской внешностью. Холодная энергия от него, однако, была гораздо сильнее, чем от обычных Темных существ.

– Высший вампир?.. – удивленно проговорила Флорентина.

Неподалеку на холме высились две фигуры, освещенные лунным светом. Одна из них принадлежала Королю Теней, другая – Дракуле.

– Я готов взять его в свой замок, – сказал морщинистый старик. – Научу уму-разуму. Как старший родственник.

– Он будет жить здесь, – отрезал Король Теней.

***

Развалившись в кресле, Король Теней внимательно разглядывал нового подчиненного. Ясное сознание вернулось к Младшему Дракуле совсем недавно. Случившиеся события казались ему диким, вязким сном, от которого не удалось до конца пробудиться.

– Главное правило: охотиться в Скрытом мире нельзя. Об остальном тебе расскажут они, – Король кивнул в сторону Хелены с Флорентиной.

Сидя вплотную, девочки исподлобья поглядывали на нового соседа.

– Есть какие-то вопросы? – поинтересовался у них Король.

– Ты такой же извращенец, как и твой родственник? – выпалила Флорентина.

– Люди часто называли меня так, – ее собеседник понурил голову.

– Маленькие девочки интересуют?!

– Что? – переспросил Дракула, встрепенувшись, а затем с вызовом ответил. – Нет. Только половозрелые мужчины.

Король Теней никак не отреагировал на эту информацию.

– Боги, а он мне уже нравится, – прошептала Флорентина.

– Жалеешь, что ты не половозрелый мужчина? – спросила Хелена.

Дракула поднял на Короля изумленный взгляд.

– Неужели я нашел место, где меня не будут судить…

– О, дорогой мой, нет. Здесь будут судить. И будут наказывать за любой проступок. Но меня не волнует, чем ты занимаешься в свободное от служения мне время, хотя его у тебя тоже сейчас не будет.

…Темные твари веселились на очередном празднике. Голоса слегка стихали, когда мимо проходил Король Теней. Стоило ему вытянуть руку с бокалом в сторону, рядом образовывался Младший Дракула, который наливал туда крови из причудливо изогнутого стеклянного кувшина.

Хелена присоединилась к отцу.

– Пока он не выпил моей крови, я для него центр мира, – сообщил он.

– Наслаждаешься?

– Немного, – признался Король.

Они вышли на балкон; дохнуло приятной ночной прохладой. Стрекотали насекомые.

– Скажи… – начала Хелена, – ты создал нового Высшего вампира, потому что решил, что мне нужна еще одна нянька?

Король Теней удивленно приподнял бровь.

– Называй Флорентину и Дракулу как угодно, – ответил он. – Няньками. Слугами. Друзьями.

Через окно Хелена встретилась взглядом с Кармиллой, которая следила за ними, стоя в другой части зала.

– Прости, что лезу не в свое дело, но… тебя соединяют какие-либо отношения с… ммм… Кармиллой?

Король взял длительную паузу, а потом безэмоционально ответил:

– Да.

Хелена кивнула, уставившись в пол.

– Она будет здесь жить? Мне надо будет называть ее матерью?

– Нет. И нет.

– Тогда… зачем все это?! – воскликнула Хелена. – Она ведь всегда ненавидела Лорну!

Король нащупал на груди колбочку с кровью.

– Когда-нибудь ты сможешь самостоятельно себя защитить. Когда-нибудь, возможно, начнешь делать то же, что и я, а именно контролировать весь этот… цирк, – Король махнул рукой на веселящуюся толпу, – чтобы он был чуть менее опасен, чем есть на самом деле. Запугивать одних, сдерживать других, потакать третьим. Нельзя себя жалеть. Надо выполнять свой долг и сохранять ясное сознание… Так вот, зная это, найди сама ответ на свой вопрос. Выбери тот, который больше понравится.

…Через несколько лет, в присутствии всех Высших вампиров, Король объявил:

– Я отправляюсь на восток, на войну. В замке, со своей дочерью, я оставляю вас, Флорентина и Дракула.

На последнем Король задержал взгляд.

– Для того, чтобы ты как следует защищал Хелену, тебе надо быть существом с собственной волей, ничьим рабом.

Король сделал надрез на руке когтем – кровь пролилась в кубок.

– Пей.

***

## Бешеные деревья. Наши дни

Следующим утром Джон, выйдя из домика, увидел завтракающих на пляже коллег и облегченно вздохнул. Ему не хотелось становиться свидетелем очередной сцены, которая открыла бы ему о леди Хелене чуть больше, чем он готов был знать.

– Джон, ты стонешь во сне, – сообщил Элнот, когда они снова двинулись в путь.

– Я тебя разбудил? Извини, – буркнул Джон.

– У тебя какие-то… проблемы?

Джон не ответил. В течение дня он избегал думать о страшном шепоте в ухо, требующем вернуть семя Старейшего дерева, пальцах, которые с каждым разом все сильнее сжимали шею…

Тайный сыск достиг огромного оврага, внутри которого, кроме выжженного светлого песка и редких полумертвых растений, ничего не было. Противоположный край виднелся на горизонте.

Идя вдоль оврага, Джон еще раз взглянул на него – и на этот раз увидел… замок.

«Кажется, иллюзия…»

Джон остановился и как следует рассмотрел замок. Черный, с красными элементами на острых башенках и фасаде, он располагался в центре, на скале, выступающей со дна.

Люди никогда бы не построили ничего подобного. Башни были неестественно нагромождены друг на друга; между ними, словно жилы, натягивались тонкие полукруглые мосты и лестницы. Кое-где, словно повернутые вверх ладони, выступали небольшие открытые площадки, чтобы попадать в замок с воздуха.

Ко входу в строение вела тонкая подвесная дорожка из веревок и балок. Дно оврага было населено деревьями, чьи голые черные ветки образовывали колючую сеть. Они громко разговаривали друг с другом, дрались и перебегали с места на место.

«Бешеные деревья!» – догадался Джон.

Хелена, теперь уже одна, хватаясь за веревочные перила, шла по подвесной дорожке, которую от каждого ее шага относило то в одну сторону, то в другую.

– Нравится вам здесь жить? – спросила она у деревьев.

– Госпожа нас кормит, – ответили они.

– Мы живем лучше, чем наши родичи в других местах.

– Сюда не приходят людишки вроде вас! Не отрезают наши корни, не отламывают ветки, не докучают нам своими глупостями!

– И вы счастливы, довольны? – спросила Хелена – Что живете без травы и цветов под корнями? В яме?

– Ну, есть у нас, конечно, недовольные, отщепенцы всякие, – сказали деревья. – Мы держим их у самых краев.

«Отщепенцы» стыдливо отвернулись.

– Не нужна нам никакая трава! – прокричали деревья в центре.

– Да! Не нужна! – принялись поддакивать другие.

Джону очнулся.

– Здесь, прямо в овраге, жили Бешеные деревья, – сообщил он коллегам.

– Куда же они делись? – спросил Хван.

– Не знаю, пойдемте дальше, – сказал Джон, словно в полусне. – Вдруг я еще что-то увижу.

– Интересно, это как-то связано с тем, что раньше на этом месте был замок Красной Кармиллы?.. – произнесла Нина.

– Что? – перебил ее Джон.

«Молодая Хелена шла в замок Кармиллы?!»

– Один из. Именно поэтому лес такой странный. Несколько столетий назад он был еще страннее. Говорят, переместиться в замок магическим способом можно было только в том случае, если там, внутри, находилась капля твоей крови. Надо ли пояснять, что каждый, кто оставлял кровь в замке, больше его не покидал?..

Джон хорошо помнил Кармиллу, с которой познакомился в далеком прошлом. Она хотела услышать «человеческую историю», и Джон рассказал о Лее. В свою очередь, Кармилла поведала, что Змеиный король никогда не ошибается. Змея, кусающая собственный хвост, символизирует судьбу, рок, неотвратимость…

Джон замер с широко открытыми глазами.

– О, его накрыла мощная иллюзия, – сообщил коллегам Хван.

***

Джон увидел толпу людей, текущую сквозь узкое горлышко ворот, а затем – по шаткому подвесному мосту – прочь из замка. После того, как первые несколько десятков человек выбрались из оврага, редкие деревянные брусья, от ударов ног, начали ломаться и падать в гущу Бешеных деревьев.

Пронесся вопль ужаса: канаты подвесного моста треснули там, где тот крепился к краю оврага. Люди, вместе с мостом, полетели вниз, на дно. Казалось, и для них, и для тех, кто ждет своей очереди у замка, надежда потеряна, как вдруг один из «отщепенцев» подхватил мост и, вскочив корнями на ветки товарища, соединил канаты с краем оврага.

Раздался грохот, и замок задрожал от мощного взрыва. Одна из башен упала в самую гущу Бешеных деревьев, прибив нескольких ко дну.

Между тем, «отщепенцы» подавали друг другу сигналы и организованно куда-то передвигались. Они спешили к пещере в стене оврага и торопливо влезали в нее.

Оставшиеся люди, включая Хелену и парня, с которым Джон видел ее раньше, вбежали на канатную дорожку за несколько секунд до того, как она отцепилась от скалы и полетела вниз, в гущу Бешеных деревьев.

К счастью, острые голые ветки затормозили падение и даже обеспечили временную стабильность. Беглецы карабкались по почти вертикальной лестнице вверх. Длилась «стабильность» недолго: земля, с дрожью и ревом, разверзлась. Трещина на дне, словно черный рот огромного чудовища, расширялась, заглатывая всё. Замок уходил под землю.

Бешеные деревья впали в панику. Они дрались, перекрикивались, прыгали друг на друга, пытаясь спастись от трещины.

– Ох, людишки, надеюсь, вы не будете держать на нас зла, но нам тоже пора убираться отсюда, – вздохнул «отщепенец», который все это время героически удерживал веревочную лестницу.

Он отпустил веревки – благо их подхватили выбравшиеся из оврага люди – и залез в пещеру, где за несколько секунд до этого скрылись остальные.

***

– Здесь где-то пещера? – уточнил Хван, стоя на самом краю оврага и разглядывая отвесную стену под собой.

Джон кивнул.

Глава Тайного сыска достал из рюкзака Незаканчивающуюся веревку: один конец он обмотал вокруг пояса, другой – вокруг дерева рядом с оврагом.

– Ниже! Ниже! – командовал Хван.

Его коллеги медленно отпускали веревку. Некоторое время от начальника не было вестей, а потом послышалось:

– Нашел!

Закрепив веревку, все остальные спустились к Хвану. Он находился на небольшой «ступени» в стене оврага и указывал на отверстие, которое, отметил Джон, сильно уменьшилось за несколько столетий.

Сотрудники Тайного сыска забрались в пещеру и пустили вперед искусственных светлячков. Пришлось пробираться по мокрым камням, и скоро путники уткнулись в тупик.

– Попробуем проделать дыру, – заявил Хван, закатав рукава.

Джон и остальные принялись аккуратно разбирать каменную стену. Вскоре в пещеру попала полоска дневного света. Когда дыра оказалась достаточно большой, путешественники выбрались наружу.

К своему огромному удивлению, они оказались в живописной зеленой долине, с цветами и ручьем, которую никак нельзя было ожидать в конце подземного коридора.

Долину населяли живые деревья, но выглядели они совсем не так, как в иллюзии Джона. Язык не повернулся бы назвать их «бешеными». Они не кричали, а переговаривались с помощью шелеста листьев, купали корни в ручье и грелись на солнце.

Заметив людей, деревья в нерешительности замерли.

Хван решил возглавить «дипломатическую» миссию.

– Мы пришли с миром, – сообщил он. – Мы жители Королевства Ядар…

– Столько усилий, чтобы люди никогда нас не нашли, а все напрасно, – с досадой сказало одно дерево другому.

– Вы не поняли, мы Скрытые люди, а не Явные…

– Да все вы одинаковые! Вы приходите, потому что вам что-то от нас надо. Потом приходите снова. И снова. Вам ведь и на этот раз что-то надо?

Сотрудники Тайного сыска переглянулись: деревья были правы.

– Если вы узнали об этом месте, значит, надо убираться отсюда подальше.

– Нам нужен корень Бешеного дерева, – произнес Хван. – От этого зависит…

– Уходите.

– Как вы сюда попали? – спросил у деревьев Джон. – Неужели вы сами прорыли тоннель от оврага до этой долины?

Старое ветвистое дерево вышло вперед и произнесло, оглядев Джона:

– Интересно. Ты кто такой?

Джон подошел чуть ближе и шепнул:

– Леди Хелена передает привет.

Дерево усмехнулось и проговорило:

– Папаша ее убил нашу бывшую хозяйку, Кармиллу. Погубил сотни наших братьев…

Джон напрягся.

– …за что мы не перестаем его благодарить, – договорило дерево. – Наши сородичи нас ненавидели. Мы не хотели жить в овраге, они сослали нас к самым его краям, называли отщепенцами. В результате, только мы и спаслись. Мы пытались раскопать пещеру дальше, но безрезультатно. Мы деревья, а не кроты. Совсем отчаялись, как вдруг появился… некто, по просьбе Хелены и ее отца.

– Человек? – уточнил Джон.

– Он выглядел как человек, но им не являлся. Он создал для нас карман пространства с травой, солнцем и рекой.

– Карман пространства?! – воскликнул Джон, оглядываясь по сторонам.

Прекрасная долина с рекой являлась ничем иным, как карманом пространства, созданным специально для Бешеных деревьев!

Карманы бывают как маленькими, так и очень большими. В маленький, например, Джон упаковал семя Старейшего дерева перед тем, как скрыться в озере с Живой и Мертвой водой. Для создания больших требуются серьезные способности к магии, безупречное знание Старейшего языка, внимание к деталям и, главное, время.

Именно поэтому Джона крайне заинтересовал человек, точнее, некто, сумевший запросто воздвигнуть огромный карман пространства, напоминающий, по сути, целый микромир, где Бешеные деревья провели несколько сотен лет. Очевидно, этот некто являлся удивительно, нечеловечески сильным магом.

– Кем он был? Тот, кто создал его для вас? Темным существом? – уточнил Джон.

– Нет, он пришел по просьбе, а не по приказу Короля Теней. Он не был Темным существом, – ответило дерево. – Он был… противоположностью Темным существам.

– Получается, кто-то для вас сделал хорошее просто так? Ничего не требуя взамен? – уточнила Нина.

– Да, он ничего не требовал взамен.

– Может, и вы нам поможете? – продолжила она. – Просто так? Как когда-то помогли вам?

Некоторое время дерево напряженно разглядывало людей, ничего не отвечая. Его сородичи пошуршали листьями.

– Так уж и быть. Можете взять вон тот корень, – дерево указало веткой в сторону. – Все, что осталось от нашего старейшины.

Сотрудники Тайного сыска поблагодарили деревья и подошли к старому изогнутому корню у ручья. Один только Джон не спешил покидать своих новых знакомых.

– Знаешь, почему нас раньше называли Бешеными? – спросило дерево в задумчивости.

– Почему?

– Потому что люди настолько нас бесили, что мы… многие из нас… стали крикливыми, агрессивными, истеричными. Пятьсот лет без людей – и наши ветви снова покрылись листьями.

***

## Арканесс. Наши дни

Из корня Бешеного дерева сварили экстракт, а затем добавили его в фиолетовые чернила, которыми были напечатаны статьи в газете.

Крохотная капля смеси, попав на карту, тут же поползла к Арканессу, Явному городу на опушке Старейшего леса.

– Получается, зелье было изготовлено… в Явном мире! – воскликнул Хван.

На более подробной карте Арканесса капля направилась к центру города, немного вбок, и начала там кружить.

– Наверняка они снимают жилье в Арканессе, – заключил начальник. – Надо обойти гостиницы, проверить эти их… интернет-площадки для съема жилья, поговорить с полицейскими… В любом случае, готовьтесь, мы идем за Предел.

***

Для работы за Пределом все сотрудники Тайного сыска получали набор Явных документов – удостоверение личности, водительские права, а также банковскую карту. Кроме того, надо было выучить «легенду», чтобы не вызывать у Явных людей подозрений.

– Старейший лес они называют «национальным парком», – шепнул Джону Элнот по дороге за Предел. – Общую легенду ведь помнишь?

– Да-да. Корпоративный выезд на природу. Остановились в Доме из Серого Кирпича.

Тайный сыск владел в Арканессе крупным зданием, которое неофициально называлось «Дом из Серого Кирпича». Там хранились необходимые для работы в Явном мире вещи: одежда, документы и электроника.

В Доме из Серого Кирпича также работал дежурный. В его обязанности, например, входило принимать звонки от Скрытых людей, по какой-то причине оказавшихся в Явном мире без волшебной палочки.

– На связи через час, – постановил Хван, когда сотрудники Тайного сыска дошли до главной площади Арканесса.

Академия Тайного сыска организовывала ознакомительные экскурсии в Явный мир, но обычно они проходили в других, более отдалённых от Старейшего леса городах. В окрестностях Арканесса и так случалось слишком много странных, с точки зрения Явных людей, происшествий, и преподаватели Академии не хотели ухудшать ситуацию.

Джон был в Аканессе впервые, если не считать его совсем короткий визит в местный трактир несколько сотен лет назад, после встречи с Перевертышем.

Кроме того, проведя полтора года в Средневековье, Джон успел подзабыть, как выглядит Явный мир двадцать первого века. Все ему было в новинку. Он шел вдоль баров и ресторанов, с интересом разглядывая освещенные электричеством каменные улицы, неоновые надписи. Повсюду играла необычная музыка, мелькали незнакомые лица: люди ели, пили, разговаривали, пристально смотрели в свои гаджеты и что-то ими фотографировали.

В Скрытом мире искусством фотографии овладели еще четыре сотни лет назад: с помощью заклинания, производящего световой луч, на лист бумаги наносились изображения. Однако прогресс никуда не продвинулся; фотографировались Скрытые люди тем же способом, что и в стародавние времена, произведение одного снимка занимало несколько минут. Явные люди, напротив, совершили невероятный технологический скачок.

Джон держал путь к главной гостинице города, однако по дороге передумал, свернул в заведение, которое показалось ему популярным среди местных, и уселся за барной стойкой.

Минутой позже случилось нечто совершенно неожиданное.

– Ты! – раздался женский голос. – Человек из моего сна!

Джон обернулся и похолодел.

Рядом стояла светловолосая женщина – та самая, которую Гебол превратил в искусственного вампира несколько лет назад! В компании друзей, таких же вампиров, она летела к замку Хеллингов, чтобы напасть на Джона и его одноклассников, которые там ночевали, и была остановлена слугами леди Хелены.

Из-за выпитого зелья все произошедшее казалось Клариссе сном, который она помнила отрывками. Такое же зелье пришлось выпить и Лее, ставшей невольной свидетельницей нападения монстров.

«Все нормально… нормально… веди себя как ни в чем не бывало…» – нервно думал Джон, глядя на светловолосую женщину.

– П-простите, я вас не знаю, – произнес он.

Кларисса не сводила с него внимательных, въедливых глаз.

– Ты был в моем сне. Только ты моложе был, младше, совсем еще школьник. И лицо у тебя такое, будто ты узнал меня… Тебе ведь тоже приснился тот сон?! Ты помнишь замок?

– Прошу тебя, оставь господина в покое, – прервал ее бармен, а затем обратился к Джону. – Кларисса известная в Арканессе… творческая личность. Немного в своем мире…

Девушка, между тем, продолжала увлеченно рассказывать:

– Я, когда проснулась, во-первых, не помнила, как попала домой, а во-вторых, руки были в грязи…

– Прекрати…

– А вдруг… – Кларисса вытаращила глаза, – это был не сон? Ты! Ты один из них? Ты тот, кто меня похитил?

– Не понимаю, о чем вы говорите, – затряс головой Джон.

– Ну-ка… расскажи нам, кто ты? Откуда ты вообще здесь взялся?

Услышав о «похищении», бармен перестал одергивать Клариссу и принялся рассматривать Джона гораздо внимательнее, чем раньше.

– Я приехал из северной деревушки под названием Вильмингтон…

– Звучит, как что-то придуманное, – перебила Кларисса.

Она достала из сумочки смартфон и вписала в поисковике «Вильмингтон».

– Хм… странно, такая деревушка действительно есть. Давай, рассказывай, чем она знаменита.

– Честно говоря, особенно ничем, – протянул Джон. – Там недалеко алюминиевый завод. Я на нем как раз и работаю.

Кларисса, продолжая просматривать информацию в интернете, кивнула.

– Да, действительно. И что ты делаешь на этом заводе?

– Я… я работаю не на самом заводе, а в фирме, которая занимается бухгалтерией и всем прочим.

Кларисса вбивала в поисковик все, что он говорил. Она даже погуглила «Джон Хопкинс» и нашла фотографию Джона на страничке фирмы.

«Тайный сыск действительно профессионально составляет легенды», – подумал Джон, наблюдая за ней с интересом.

– Полно тебе, Кларисса, что-то привиделось, а ты выдумываешь, – попытался остановить ее бармен.

Кларисса отмахнулась и продолжила допрос:

– Скажи-ка свою электронную почту!

Джон, обменявшись с барменом понимающими взглядами, сказал.

– А страницы в социальных сетях у тебя есть?

Они тоже нашлись.

– Кларисса, успокойся уже, – снова вмешался бармен, а затем обратился к Джону. – Людей у нас, к сожалению, действительно похищают, поэтому мы такие настороженные…

– Похищают? – переспросил Джон.

– Да… были случаи. Город у нас странный. И лес. Советую сходить в местный музей. Вы здесь надолго?

– На несколько дней. С коллегами выбрались.

– Осторожнее только. Разные… вещи происходят.

– Я уже понял, что город у вас необычный, – протянул Джон. – Когда мы искали жилье, многие отказывали. Нет, говорят, чужим не сдаем. «Кто-то сдал – одни проблемы, очень странные арендаторы, поэтому мы только своим, местным, кого знаем».

– Всякое бывает, да.

Джон перекинулся с барменом еще парой фраз и заключил, что тот не может рассказать ничего полезного.

«Надо уходить, пока эта Кларисса снова не взялась за свое!» – решил он.

Собравшись расплачиваться, Джон открыл кошелек, который ему выдали в Доме из Серого Кирпича, и обнаружил, что внутри совсем нет Явных денег.

«Как платить-то?!»

Джон проверил отделения кошелька и нашел лишь несколько пластиковых карточек.

«Карточка! Точно! – дошло до Джона. – Явные люди платят этими карточками!! Как я мог забыть»

Он наугад вытащил одну.

– Это водительские права, – сообщила Кларисса, заглядывая ему через руку.

«Тьфу ты, запутаешься в них»

Наконец Джон нашел ту карточку, которая не была ни водительскими правами, ни удостоверением личности, и протянул ее бармену.

– Одну секунду.

Бармен пододвинул терминал. Джон прочел – «вставьте карту» – и тут же покрылся холодным потом.

«КУДА?!! Куда я должен ее вставить, о Старейшие боги?!!»

– Вставляйте, вставляйте, – произнесла Кларисса, пристально глядя на него.

– Да, кхм, сейчас.

Джон дотронулся пальцами до лба, пытаясь восстановить в памяти урок в Академии, на котором объясняли, как именно платить картой.

Он не помнил!! Ничего, вообще ничего не приходило на ум!

Джону казалось, что абсолютно весь бар смотрит на него – в особенности Кларисса.

– Все в порядке? – поинтересовался бармен.

«Я же не тупой! Ну же, Джон, соображай!»

Джон собрался с духом и решил сделать хоть что-то. Он вытянул руку с картой вперед и медленно поднес ее терминалу. Вставлять никуда не пришлось – появилась надпись: «Транзакция принята».

Затем терминал начал печатать чек, отчего у Джона глаза на лоб полезли.

«А говорят, Явные люди магией не обладают…» – подумал он, зачарованно глядя на вылезающий из девайса лист бумаги.

– Вам чек нужен? – осведомился бармен.

– Д-да… – ответил Джон.

Ему хотелось рассмотреть, что создала эта чудо-машина. Бармен протянул чек, Джон попрощался и вышел из бара.

– В Вильмингтоне, видимо, расплачиваются только наличкой, – послышался насмешливый голос Клариссы сзади.

Не останавливаясь, Джон шел прочь. Кларисса не отставала.

– А я ведь почти поверила, что ты бухгалтер с севера. Эй, подожди! Скажи, кто ты! Скажи, что ты со мной сделал! Я уже шесть лет думаю о том сне! Что произошло тогда, у замка? Я могу помочь тебе! Я кое-что знаю! Кое-что о странных людях, которые до недавнего времени снимали довольно большую квартиру в центре города!

Джон резко затормозил и обернулся.

– Где эта квартира?

– Сначала ты, – ответила Кларисса, догнав его. – Давай, вопрос на вопрос. Только чур отвечать развернуто.

Джон кивнул.

– И пообещай, что ничем не напоишь меня, как в прошлый раз.

– Я не....

– Обещай!

– Обещаю.

– Хорошо. Вопрос первый. Что произошло той ночью?

– Один нехороший человек пытался тебя использовать, – ответил Джон. – Тебя и твоих друзей. С помощью специального девайса он превратил вас в вампиров, подвластных ему. Находясь под его контролем, вы атаковали мой замок. К счастью, все кончилось хорошо.

Кларисса впилась в Джона взглядом.

– Звучит дико, но странным образом совпадает с тем, что я помню… А замок… Как он может быть твоим?… Его же не существует. Это легенда. Иллюзия, возникающая во время дождливой погоды…

– Теперь моя очередь. Где находится квартира?

– Пойдем.

Кларисса шла молча, переваривая услышанное. Затем спросила:

– Почему этот, как ты говоришь, нехороший человек напал на твой замок?

– Сам толком не знаю. Наверное, хотел совершить что-то вроде террористической атаки. Убить всех, кто там был. Всех моих одноклассников, которые, ничего не подозревая, у меня ночевали. О его дополнительных мотивах судить сложно.

Они дошли до массивного пятиэтажного дома.

– Здесь, – сообщила Кларисса.

– Что известно о людях, снимавших жилье? – спросил Джон.

– Мой дядя, полицейский, рассказывал: соседи жаловались на них. Странные звуки и запахи, странные собрания… Всякий раз, когда кто-то стучал им в дверь, открывал молодой темноволосый человек в одежде, заляпанной ярко-фиолетовой жидкостью. Он утверждал, что в квартире арт-студия.

«Фиолетовые чернила!» – мелькнула мысль.

– Дальше еще интереснее. Но сначала ты. Что происходит рядом с Арканессом? Почему лес настолько… странный?

– Там поселение Скрытых людей, – ответил Джон. – Точнее, столица Скрытого Королевства Ядар, город Верда.

– Так и знала!!! – воскликнула Кларисса, ничуть не удивившись. – Значит, легенды не врут!

– Что еще произошло в той квартире?

– Один полицейский решил лично туда явиться, но… оказался в больнице с провалом в памяти! Он не помнил последние несколько дней! Пришлось связываться с хозяином квартиры, который вообще в другом городе живёт. Он приехал, отпер полицейским дверь. Внутри никого не было.

Неуверенно дотрагиваясь до экрана смартфона, Джон нашел номер Хвана и позвонил. Сотрудники Тайного сыска вскоре подошли к ним.

– Что это? – тихо спросил Хван, указывая на девушку. – Ты забыл кодекс?

– Она помогла отыскать место, где, скорее всего, располагался штаб группировки Санс, – шепнул Джон.

– Хорошо, – ответил Хван. – Она ведь все тебе рассказала?

– Да.

Хван вытащил из внутреннего кармана волшебную палочку, подошел к Клариссе и провел Стирающий память ритуал.

Кларисса, уже во второй раз на глазах Джона, потеряла сознание и упала на пол. Хван подобрал ее и обратился к Элноту:

– Отправь-ка нас в больницу.

***

Метод получения информации, к которому часто прибегал Тайный сыск в своих расследованиях, был такой: расспрашивать Явных людей, представляясь сотрудниками Бюро госбезопасности (у всех в Тайном сыске имелись соответствующие корочки).

Джон и Хван постучали в одну из квартир. Им открыла пожилая женщина.

– Добрый вечер. Я специальный агент Хван Хэмфри, это специальный агент Джон Хопкинс, – серьезно произнес Хван. – Разрешите задать пару вопросов.

Женщина, придерживая очки, внимательно изучила удостоверения.

– Что вам нужно? – спросила она.

Джон сообщил, что, по «информации, полученной от полиции», в Арканессе действует преступная группировка, члены которой раньше проживали в этом доме.

– Преступная группировка… – протянула женщина. – Вот так дела! Арнольд из пятой квартиры жаловался на них, но мы и подумать не могли…

– Расскажите, что вам известно.

– Какие-то странные люди жили на последнем этаже. Очень много народу там собиралось. Шумели! Лично мне кажется, что… – женщина понизила голос, – они варили наркотики.

– Вы видели кого-нибудь? – спросил Хван.

– Да, видела двоих. Темноволосого не успела разглядеть. С ним был низкий такой, рыжий, веснушчатый.

Пока женщина описывала рыжего, Джон, отгородившись от нее листом бумаги, делал вид, что рисует портрет по ее описанию.

На самом деле, по бумаге скользил заколдованный карандаш.

– Похож? – спросил Джон, показывая женщине портрет.

– Да… – она всплеснула руками. – Вы великолепно рисуете! Да так быстро!

Сотрудники Тайного сыска направились к Арнольду в пятую квартиру, но его не оказалось дома. Затем поднялись на последний этаж и взломали замок.

Помещение оказалось идеально чистым. Было непохоже, что там вообще кто-то недавно жил.

– Нашел! – крикнул Элнот из ванной.

Специальной палочкой он провел по внутренней стороне умывальника, подцепив с нее крохотную каплю крови.

Хван светился от счастья.

– Отлично, просто отлично…

В штабе всех ожидал еще один сюрприз. Корбин и Дин только-только вернулись из парикмахерской, где перед трансформацией в хамелеона стригся Роберт Куро.

– Да это же брат хозяина парикмахерской!! – воскликнул Корбин, посмотрев на портрет, нарисованный по описанию женщины. – Он был там, когда мы заходили!

***

Брат хозяина парикмахерской, рыжий и веснушчатый, по имени Рэй, ожидал адвоката в комнате для допроса и выглядел весьма озадаченным.

Трансформация в животное квалифицировалась как насильственное преступление, поэтому Рэй был обязан выпить Зелье Правды.

– В Арканессе собирались люди, недовольные правительством, – начал он. – Я был два раза.

– Кто тебя позвал?

– Пришел в «Алый цветок», взял пива, отвернулся, потом смотрю – рядом лежит записка. Куда приходить, когда… Вышел за Предел, нашёл место. Было много народу. Собрание.

– Кто был главным?

– Человек, который называет себя Эс.

– Что произошло на собрании? Что он говорил?

– Что мы бесправные. У богатых есть власть, у бедных нет. И это передается по наследству. Надо ломать систему. Потом он подошел ко мне. Мы выпили, пообщались.

– О чем вы разговаривали?

– Не помню.

– Что значит «не помню»? Как это «не помню»?! – воскликнул Хван, покосившись на стакан с Зельем Правды, откуда Рэй сделал глоток перед допросом.

– Хватит, а? Мой клиент выпил Зелье Правды и говорит, что не помнит, – раздраженно вмешался адвокат.

– Ладно, что произошло потом? – спросил Хван.

– Не помню.

Джон и Элнот, наблюдавшие за допросом из-за стекла, удивленно переглянулись.

– А что ты вообще помнишь? – тяжело вздохнув, спросил Хван.

– Помню, как я снова туда пришел, встретился с Эс, что-то ему передал и ушел.

– Что ты ему передал?

– Пакет, кажется.

– Имя Роберта Куро что-то тебе говорит?

– Да, читал о нем в газете.... Его же в Высший совет избрали?..

– Кто-то еще запомнился тебе на том собрании? Какие-то люди?

– Нет, ничего в голову не приходит… хотя… одна женщина… Она смотрела на меня очень внимательно! Короткая стрижка…

Рэй описал волшебному карандашу и женщину, и Эс. Когда он закончил, Хван спросил:

– Почему ты вообще надумал пойти туда, в первый раз?

– Ну… так-то я согласен с ними, по существу. Часто подписывал петиции всякие – за расширение Высшего совета, например. Интересовался.

К Джону, Элноту, Корбину и Дину присоединилась Нина, которая допрашивала брата Рэя, парикмахера, в соседней комнате. На нее взглянули с надеждой. Она отрицательно мотнула головой.

Закончив с Рэем, Хван обратился к коллегам:

– Этот Эс хорош. Выяснил, что брат парикмахера Роберта Куро интересуется активизмом. Пригласил на встречу. Накачал гипнотическим зельем, очень сильным. Заставил подобрать волосы Роберта Куро и принести ему.

– Но Рэй все равно пособник! – подал голос Корбин.

– Это решит прокурор, – произнес Хван. – Она, кстати, придет сюда с минуты на минуту.

– Она… – Корбин жалобно посмотрел на Дина. – Боги, только не она…

– Джон, ты уже знаком с новой прокуроршей? – тихо спросил Дин. – Это ужас какой-то. Страшная. Сухая. Фригидная.

– Эй, эй, – вмешался Элнот, несколько встревоженно взглянув на Джона, – не стоит так…

– Говорят, у нее есть жених, но я сильно сомневаюсь, – добавил Корбин, проигнорировав Элнота. – Мне кажется, она старая дева.

– Нет, вряд ли, – продолжил Дин. – Наверняка этот любовник и устроил ее сюда. За услуги определенного рода. Кто бы ее взял, с ее-то происхождением…

– А вот и она…

Вошла Лея.

На этот раз она была без мантии, в наглухо застегнутой рубашке, галстуке и строгом, плотном костюме, который больше напоминал броню. Убранные в низкий пучок волосы и выражение лица добавляли ей несколько лет.

Увидев ее, Джон оторопел, а потом перевел недоуменный взгляд на Дина и Корбина.

«Страшная, сухая и фригидная»?!

Они о ней говорили?!

Лея, между тем, даже не взглянула на Джона. Выслушав Хвана, она сказала то, что начальник Тайного сыска, видимо, и ожидал услышать:

– Мы не можем уголовно преследовать человека за то, что он подписывал петиции и явился на собрание.

– Не знаю, понимаете ли вы, но на это и расчет, – вмешался Дин. – Группировка Санс будет продолжать гипнотизиривать людей и избегать таким образом наказаний!

Лея обдала его настолько холодным и уничижительным взглядом, что Дин осекся и поспешил замолчать.

– У нас совсем нет зацепок, – неуверенно и как-то даже подобострастно проговорил Корбин. – Это наш единственный серьезный прорыв.

– Я, конечно, могу чего-то не понимать, – произнесла Лея, – но я бы исследовала кровь Рэя. Гипнотические зелья обычно долго в ней остаются.

– Исследуем, – заключил Хван. – И не только его кровь, но и ту, что нашли в квартире, помните?

***

Кларисса с трудом открыла глаза. Она лежала на больничной койке.

– Эй! Эй, – позвала она проходящую рядом медсестру. – Как я здесь оказалась? Что со мной случилось?

– Кто-то оставил тебя на скамье в отделении скорой помощи, без сознания.

– Со мной был телефон?!

– Да. Вон же он, на тумбочке.

Кларисса открыла папку с диктофонными записями. Последняя начиналась со слов:

– Ты человек из моего сна!

– П-простите… я вас не знаю, – послышался ответ Джона.

***

## Гуль. Средние века

В один из дней незадолго до того, как Джон впервые перешагнул порог собственного замка в четырнадцатом веке, Хелена пряталась за кроватью у себя к комнате. Волосы у ее правого виска были в крови. Левой рукой девочка поддерживала неестественно выгнутую правую руку, из которой торчала белая кость.

Неотрывно, как загипнотизированная, Флорентина смотрела на подругу. Из коридора доносился рев. Кто-то ритмично ударялся об дверь в комнату. Щеколда еле-еле держалась.

– Что произошло? – спросила Флорентина, очнувшись от морока, в который ее всякий раз погружал запах крови. – Откуда гуль?

От боли у Хелены текли слезы.

– Вчера ночью… – дрожащим голосом начала она, – мы пили кровь тех разбойников… Наступило новолуние – я превратилась в человека. Кровь, судя по всему, я недопила… Не представляю, как такое могло случиться!.. Но, очевидно, разбойник пролежал ночь и превратился в гуля. А сейчас, когда я шла на завтрак, он кинулся на меня, просто выпрыгнул из-за угла. Голова очень болит… рука сломана… волшебная палочка сломана… Он рвется сюда, чтобы убить меня…

– Интересно совпало, – задумчиво произнесла Флорентина. – Гуль напал на тебя, когда Старший Дракула устроил в своем замке бал, позвав абсолютно всех Темных существ, в том числе наших домашних демонов и Младшего Дракулу.

– Да… тоже об этом подумала. Но сейчас надо что-то делать. Что-то решать.

– Я могла бы перенести тебя по тени…

– Нет… Я сильно ударилась… Голова кружится… Нельзя перемещаться. Надо, чтобы ты убила его.

– У-убила?

Флорентина нерешительно глянула на дверь, которая сотрясалась от ударов.

– Я никогда не убивала Темное существо, – пролепетала она.

– У тебя медальон моей матери. Ты же знаешь, как его использовать?.. И… вон там… – Хелена кивнула на чулан, – …осиновый кол.

– Хелена, я боюсь… я знаю, что обязана защищать тебя, но…

– Ну так защищай! – прокричала Хелена сквозь слезы. – Делай, как я говорю!

Флорентина скрылась в чулане, а позже вернулась с тонким деревянным колом.

– Целься в сердце, поняла? В сердце, – продолжила Хелена, тяжело дыша. – И колом, и ножом.

– Хелена… – Флорентина потупила взор. – У меня кое-что есть. Чистое серебро, переплавленное в гвозди… Это нельзя никак использовать?

– Чистое серебро, переплавленное в гвозди?… – удивленно переспросила Хелена, хватаясь за голову от боли. – Откуда у тебя такое? Зачем?

– Неважно. Гвозди точно не пригодятся?

– Не представляю, как бы они пригодились… Лучше используй кол и нож. У тебя получится. Гуль сильнее, чем человек… Но ты сильнее, чем гуль. Ты его одолеешь.

Глухие удары усиливались с каждой минутой.

Подруги обменялись еще парой фраз, после чего Флорентина скользнула к стене, поморщившись от солнечного света, который проникал сквозь плотные шторы.

– Давай на счет три… – скомандовала Хелена. – Готова?

– Да.

– Раз, два…

Флорентина потянула на себя рычажок замка, и дверь отворилась. В этот же самый момент Хелена отодвинула штору. Солнце осветило дверной проем и прорвавшегося в комнату гуля.

Гуль издал страшный, душераздирающий рев, обжегшись солнечным светом, и отскочил обратно в коридор.

Хелена задернула штору.

Флорентина возникла в темноте коридора, рядом с обожженным гулем. Не теряя ни секунды, она вонзила кол ему в грудь.

Гуль в недоумении уставился на свое тело, а потом кинулся на Флорентину, не обращая внимания на кол.

Я НЕ ПОПАЛА В СЕРДЦЕ!!!

Флорентина провела пальцем от корней к кроне по выгравированному дереву на медальоне, махнула возникшим в руке ножом, но гуль увернулся от удара и снова побежал к Хелене.

Флорентине удалось царапнуть его сзади. Противник резко развернулся и откинул ее далеко к стене.

На этот раз гуль решил игнорировать человеческий запах и закончить начатое. Он подскочил к Флорентине, уселся на нее сверху, принялся кусать и рвать ее тело, которое, однако, быстро восстанавливалось. Одной рукой гуль нащупал нож, выпавший во время борьбы.

«Этот нож может убить меня.... Этот нож может убить меня… и тогда Хелене конец… Хелене конец…» – такой была единственная мысль Флорентины, пока она уворачивалась от ножа.

Наконец ей удалось изогнуться чуть сильнее, нащупать лежащий на полу кол и ударить им противника по голове. Секундного замешательства оказалось достаточно, чтобы Флорентина перехватила инициативу, повалила гуля на спину и пронзила колом его сердце.

Глаза этого странного, похожего на человека существа были полностью черными, как две дыры. Они медленно закрылись навсегда под пристальным взглядом Флорентины.

Подождав секунду, она вытащила кол и для верности воткнула его в еще несколько мест на груди.

Гуль обратился в пепел.

Некоторое время Флорентина, вся покрытая темной кровью, неподвижно сидела на полу, нервно сжимая обеими руками кол. Затем вытерла рукавом лицо и, еле волоча ноги, вернулась к Хелене.

– Сделано, – отчиталась она.

Ответа не последовало.

– Хелена, что с тобой, эй!!

Флорентина подбежала к подруге. Склонив голову набок, Хелена быстро и неглубоко дышала.

– Хелена, очнись!!

***

Кровь сочилась сквозь повязку на голове, которую спешно накладывала Флорентина. Наконец Хелена приоткрыла глаза.

– А? Что произошло?

Ни слова больше не говоря, Флорентина бросилась в чулан, отыскала мантию, длинные перчатки, широкополую шляпу с темной вуалью и принялась одеваться.

– Куда это ты? – удивленно спросила Хелена.

– Нам нужна помощь.

– Ты с ума сошла?!

Флорентина исчезла в тени.

…Услышав тихий стук, Серена Серпен открыла дверь. На пороге, изнемогая от палящего солнца, исходя паром и потом, стояла Флорентина. Из-за широкополой шляпы она была похожа на огромный темный гриб.

– М-можно в-войти?… – пролепетала она, теряя сознание.

– Конечно! – воскликнула Серена.

Она подхватила Флорентину на руки, втащила в дом и уложила на пол, в самый темный угол.

– Хелена, – еле слышно, стуча зубами, выдавила гостья. – Хелена… ударилась головой, сломала руку. На нее кинулся гуль!

Серена сразу же принялась готовить зелья. Переместившись в замок, она осмотрела голову и руку Хелены с помощью специального стекла, которое показывает внутренности тела. Флорентина наблюдала за процессом.

– Тебе повезло, Хелена… – произнесла Серена. – Несказанно повезло…

– Повезло?!

– Выпей обезболивающее… И приготовься. Боль во всей полноте ты не почувствуешь, но все равно…

Серена провела манипуляции с головой, а затем осторожно взяла руку и разогнула ее обратно так, что одна часть кости соединилась с другой. Хелена застонала. Из ее глаз, как два быстрых горных ручья, потекли слезы.

– Ненавижу это человеческое тело! – воскликнула она яростно. – Никакого толку от него… Только боль! И страдание!

Серена зафиксировала руку, полила её зельем, дала Хелене отпить еще один настой, для скорейшего сращивания кости.

– Кость зарастает дольше, чем плоть. Береги руку. И голову. Не вставай с постели. Я приду завтра с новыми зельями.

Флорентина помогла подруге улечься. Серена ушла.

– Только не рассказывай отцу… – выдавила Хелена.

– Обязательно расскажу.

– Нет! Не смей! Он накажет Младшего Дракулу за то, что его не было… за то, что он не защитил меня! В лучшем случае – выгонит, в худшем…

Флорентина склонила голову и, ничего больше не говоря, поправила одеяло.

– Не расскажешь? – жалобно промямлила Хелена, засыпая.

– Не расскажу, хорошо… – буркнула Флорентина.

– Ты настоящий друг… ты спасла меня сегодня. Жаль, что я не смогу отплатить той же монетой.

– Не сможешь той же, отплатишь другой. Может, когда-нибудь ты… – голос Флорентины дрогнул, – убьешь меня.

Хелена открыла слипающиеся глаза.

– Что ты несешь, глупая. Я никогда этого не сделаю.

***

## Аморочное дерево. Наши дни

Гипнотическое зелье, найденное в крови Рэя, было сварено с использованием цветов Аморочного дерева.

Расследование, однако, пришлось остановить, потому что Тайный сыск, в полном составе, был приглашен на торжественное открытие первой сессии Высшего совета.

Подойдя к сцене, воздвигнутой на главной площади Верды, Джон занял стратегическое место сбоку, откуда открывался обзор на участников и гостей мероприятия.

Целью Джона было хорошенько рассмотреть и запомнить всех, чтобы потом сравнить со списком подозреваемых на своей доске.

Присутствующие тоже заинтересованно поглядывали на Джона: о нем и его путешествии ходили легенды. Кто-то приветственно махал ему, кто-то пытался заговорить. Единственная пара глаз, которая не задерживалась на парне, принадлежала Лее.

Предыдущее торжественное открытие сессии состоялось семь лет назад. С тех пор состав Высшего совета и Бумажного дома не особенно изменился. Бывшие члены Высшего совета работали в разных департаментах Бумажного дома, некоторые чиновники из Бумажного дома перекочевали в Высший совет. Кто-то отрастил бороду, кто-то облысел.

Сэр Кристоф, к примеру, был избран в совет уже в третий раз. Высокий, толстый, но при этом очень подвижный человек с раскосыми глазами, давний друг Ричарда Хеллинга, он пребывал в особенно радостном расположении духа и светился от счастья.

Появились, однако, и новые лица: чернобровый, серьёзный Малик Ингерман, работавший до недавнего времени в Скрытом университете; статная Элеонор Солс, которая раньше возглавляла хоспис (в своем приветственном выступлении она рассказала о борьбе со зловонной ветрянкой); Маймунд Пайк, бывший заместитель Хвана (именно он когда-то явился в школу, чтобы расследовать «инцидент в коридоре» с участием Джона и Родрика); директор школы профессор Рипли. Последний подчеркнул важность качественного среднего образования и сообщил, что будет голосовать «по заветам Андрия Стоуна».

Один стул на сцене пустовал. Роберт Куро, разумеется, не мог присутствовать на торжественном открытии сессии.

После того, как члены Высшего совета выступили, произошло то, ради чего на площади и собрались горожане: красные, синие, зеленые, желтые волшебные птицы Ирис взвились над городом. Их оперения окрасили небо разноцветной пыльцой.

Люди, задрав головы, уставились на алый, но в разных оттенках, небесный цветок, нарисованный птицами.

Джон не смотрел вверх. Он продолжал сканировать взглядом горожан, полицейских, чиновников Бумажного дома и членов Высшего совета. Кроме него, только двое не обращали внимания на небесное шоу: сэр Кристоф и его помощница, с которой тот тихо переговаривался.

Помощница эта заинтересовала Джона до крайности: она была ну очень похожа на женщину, увиденную Рэем на встрече в Арканессе!

Небесный цветок застыл на несколько секунд в воздухе, а затем пыльца опала разноцветными хлопьями на площадь.

Джон, не теряя времени, направился к Хвану.

***

– Лиза Арно… работает с сэром Кристофом, – задумчиво произнес Хван, глядя на фотографию Лизы в личном деле. – Действительно, очень похожа.

Он нахмурился, еще раз пролистал документ и заключил:

– Вот что, Джон. Иди поздравь сэра Кристофа. Это ведь друг твоих родителей? Хорошо, очень хорошо. Поздравь. Поговори с Лизой. Понял? Мы займемся ими здесь.

Когда закончилось первое заседание Высшего совета, Джон отправился в офис сэра Кристофа.

«Он только что ушёл домой со всей командой, отмечать», – сообщил секретарь.

«Что ж, пойду к нему домой», – решил Джон.

…Двухэтажные виллы в современном лаконичном стиле, одинаковые, воздвигнутые по чертежам, украденным у Явных людей, располагались в самом дорогом месте Верды, на берегу реки.

Просторная терраса, как обруч, обхватывала каждую виллу. У их владельцев, например, у Блэквудов, были собственные пляжи. Обок дома сэра Кристофа располагался еще и прекрасный сад.

– Джон Хеллинг!! Кого я вижу?! – воскликнул раскрасневшийся от алкоголя хозяин, увидев Джона на пороге.

– Поздравляю с избранием в Высший совет, сэр Кристоф, – сказал Джон.

– Спасибо, спасибо… Поверить не могу, что ты вернулся. Просто удивительно. Хорошо, что ты здесь, проходи. А мы отмечаем удачное начало заседаний Высшего совета. Чрезвычайно удачное! Познакомься, мои помощники.

Джон сразу оказался в центре внимания.

– Ты ведь теперь в Тайном сыске работаешь? – спросил сэр Кристоф.

– Да, целую неделю.

– Потрясающе! Ну, и как? Нравится?

– Нравится, да.

– Какие-то захватывающие расследования? – не унимался сэр Кристоф.

– Да, – ответил Джон коротко.

– Сэр Кристоф, вы разве не понимаете? – вмешалась та самая Лиза. – Он не может рассказывать о своей работе.

– Точно. Постоянно забываю, – махнул рукой сэр Кристоф.

Затем он обратился к своим сотрудникам, указывая на Джона:

– Подумать только! Этот парень начал свою трудовую деятельность! А я помню его совсем маленьким! Он постоянно гостил неподалеку у Блэквудов. Сколько раз они с Анной и Дамианом пробирались в мой сад по речному берегу, не счесть!

Джон ловил на себе умиленные взгляды.

– Мы с его отцом когда-то заседали в Высшем совете – двадцать лет назад! – с энтузиазмом продолжал сэр Кристоф. – Как время-то летит! Джон уже сам в Бумажном доме работает!

Вживаясь в роль молодого привилегированного карьериста, которую ему навязывали, Джон усердно кивал.

– Я думал, ты будешь обучаться финансовому планированию вместе с Блэквудами. Что заставило тебя вдруг… решиться на Тайный сыск? – спросил сэр Кристоф.

– Приключений захотелось, – ответил Джон, и все засмеялись.

– Ну, этого, как мы знаем, у тебя и без Тайного сыска было навалом. Где пропадал-то полтора года?

– Тайна, – ответил Джон полусерьезно.

– Наверняка об этом тоже нельзя рассказывать, – вмешалась Лиза.

– Ой, что ни спроси, все тайна, – посетовал сэр Кристоф.

Он налил себе и Джону виски в парящие в воздухе стаканы.

– Выйду на пенсию, – сообщил сэр Кристоф доверительно, – буду заниматься исключительно своим садом. Он необыкновенно хорош. Обожаю разные редкие растения, деревья…

– Вы не против, – вдруг произнес Джон, – если я… прогуляюсь по саду?

– Не против, конечно.

Переступив порог дома сэра Кристофа, Джон не переставал ощущать нечто. Это нечто беспокоило его, подсказывало о какой-то связи происходящего с трансформацией Роберта Куро. Джон пока не мог нащупать эту связь, но точно знал, что она есть.

Сам недавно озабоченный проблемой, как спрятать дерево, Джон прочел массу книг по этой теме. Он узнал, что карманы пространства для деревьев часто создают в кустах. Действительно, в одном из многочисленных зеленых закутков сада он нашел густые и плотные, подозрительно плотные кусты.

«Может ли быть, что именно здесь спрятано… Аморочное дерево?»

Без нужных заклинаний в карман пространства было не попасть. Джон связался с Хваном и высказал свои предположения относительно дерева, а затем пошел обратно в дом.

***

– Вы садовод? – спросила Лиза, когда Джон вновь оказался в гостиной. – Вы так внимательно все разглядывали.

– Просто люблю природу.

– Хм. А еще что любите?

– Дайте подумать. Родителей. Королевство Ядар. Холодное пиво.

– Девушки в этом списке нет.

– Нет.

– Почему? Еще не встретили единственную?

Вопрос выбил Джона из колеи. Когда-то, улизнув от троллей в исландской пустыне, он постановил, что уже нашел свою единственную, Лею, и больше ему никто не нужен.

Джон сделал несколько глубоких вдохов и холодно ответил:

– Нет. А вы что любите?

– Работу свою, – ответила Лиза. – Единственное, что у меня есть в Верде.

– Вы приехали откуда-то?

– Да, с севера. Из одной маленькой деревушки. Вы даже, наверное, не знаете названия. Там подобных прекрасных садов нет, – сказала она. – И домов таких – тоже.

В прихожей послышались голоса. Один из них принадлежал Хвану:

– …вы, сэр Кристоф. Еще мы ищем Лизу Арно…

Очевидно, на вечеринку к сэру Кристофу пожаловал Тайный сыск.

Лиза шмыгнула в сад. Джон побежал следом.

– ЗАМРИ! – услышал он и еле увернулся от атаки, которая оказалась гораздо сильнее, чем он ожидал.

Тень Лизы скользила к реке.

– ЗАМРИ!

«Она уже слишком далеко…»

Джон достал из внутреннего кармана тонкую и гибкую волшебную палочку, отломанную от нового Старейшего дерева.

Появилась мысль: сказать ЗАМРИ, используя ее. Однако Джон не знал, как подействует это заклинание, если его усилить во много раз, и решил не рисковать.

Чтобы задержать беглянку, Джон вскочил на корни дерева, рядом с которым стоял, прислонил конец палочки к траве и произнес несколько фраз на Старейшем языке. Это был древний ритуал, требующий огромных объемов магии.

Палочка озарилась золотым сиянием. Трава будто впитала в себя свет, на несколько секунд ожила и по-особенному задвигалась.

– О боги!!! – воскликнула Лиза.

Высокие травинки крепко оплели ее ноги. Кое-где на коже девушки появились кровоточащие царапины от особенно высоких и жестких растений. Используя свою обычную палочку, Джон сказал:

– ОБЕЗОРУЖИТЬ.

В сад ворвался Хван.

– Она здесь? Получилось задержать? – спросил он.

– Да, да. Немного нестандартным способом. Она активно оборонялась, – ответил Джон.

– Ты ее что, к траве прирастил? Я думал, никогда в жизни такого олдскула не увижу… Не представляешь, что выяснилось во время расследования.

Хван подвел сэра Кристофа к кустам, на которые указал Джон, и сказал:

– Откройте карман пространства. И не делайте глупостей.

– Да не умею я! Это все она! – капризно воскликнул сэр Кристоф, указывая на Лизу.

Привели Лизу, которую Джон уже успел расколдовать. Ей вернули волшебную палочку. Она без труда открыла карман.

– Где вы научились таким сложным ритуалом, разрешите полюбопытствовать? – спросил Хван.

– Сама, – буркнула Лиза.

Кусты раздвинулись, как занавес в театре.

Аморочное дерево, молодое и тоненькое, не выше человека, с редкими, продолговатыми листьями, гипнотически двигалось влево и вправо, взад и вперед, словно в танце.

Джон знал: если долго на него смотреть, можно впасть в транс.

На каждой ветке, кроме одной, было по розовому цветку.

– Спасибо, нам все ясно, – кивнул Хван, а потом скомандовал сотрудникам. – В участок их. Завтра будем допрашивать.

***

## Хамелеон. Наши дни

Незадолго до того, как Тайный сыск обнаружил Аморочное дерево, друг Хвана, банковский служащий, сделал выписку расходов команды сэра Кристофа.

Среди расходов обнаружилась статья «пиар». Деньги по этой статье переводились на счета нескольких газет, известных и не очень. Одна из «газет» была учреждена два месяца назад, а по ее адресу был разрушенный дом. Переведены туда деньги были один-единственный раз – перед превращением Роберта Куро в хамелеона.

Тайный сыск также ознакомился с предвыборной программой Роберта Куро и выяснил, что тот собирался лоббировать выделение земель на строительство предприятий по изготовлению волшебной посуды. Сэр Кристоф, однако, планировал выдавать разрешения на освоение новых волшебных полей – в тех же самых месте.

Первое голосование Высшего совета, на котором не присутствовал Роберт Куро, оказалось крайне удачным для сэра Кристофа.

– Пока все выглядит так, – Хван обратился к задержанному. – Чтобы избавиться от политического конкурента, вы наняли группировку Санс. Вы щедро заплатили им и снабдили цветами со своего Аморочного дерева. За это они превратили Роберта Куро в хамелеона.

Сэр Кристоф прошептал что-то на ухо адвокату.

– Мой клиент отрицает любую связь с тем, что вы сейчас сказали. Он поручил своей помощнице Лизе проработать план по лоббированию интересов. Это все, что он сделал. У Лизы был доступ к финансам, она ими и распоряжалась.

– Почему бы вашему клиенту не выпить Зелье Правды?

– Мой клиент не подозревается ни в каком насильственном преступлении. Все, что вы предъявили ему на данный момент, – это «незаконное распоряжение средствами».

Лиза утверждала, что на встрече в Арканессе была случайно. Сопротивление при аресте не нанесло Джону никакого вреда и не рассматривалось как насильственное преступление, поэтому Лиза тоже не была обязана пить Зелье Правды.

Сотрудники Тайного сыска, наблюдавшие за допросом через стекло, услышали чью-то легкую поступь. Кобин шепнул на ухо Дину:

– Неужели снова она…

Хван описал Лее ситуацию, девушка кивнула и сказала:

– Я хочу поговорить с этой Лизой.

– Пожалуйста, – лениво ответил Хван, который уже потерял надежду.

Сотрудники Тайного сыска прильнули к стеклу.

Лея передвинула стул так, чтобы сидеть не напротив Лизы, а слева от нее, и заговорила:

– Вы и сэр Кристоф, единственные из всей команды, имели доступ к финансам. Государственные средства были переведены на счет несуществующей фирмы. Вы сопротивлялись при аресте. Этого достаточно, чтобы предъявить вам обвинение в «незаконном распоряжении средствами», «сопротивлении при аресте». Год тюрьмы. Тайный сыск продолжит копать – и если удастся установить, что именно ваши действия стали причиной трансформации Роберта Куро, обвинение вам будет предъявлено по статье «заговор по отстранению члена Высшего совета от выполнения прямых обязанностей», а это еще, дополнительно, от года до трех лет тюрьмы. Если Роберт Куро не сможет превратиться в человека – статья будет «заговор в убийстве». До двадцати лет тюрьмы.

– Моя работа – это все, что у меня есть, – только и ответила Лиза.

– Я знаю, что такое быть никем, – сказала Лея, склонившись над столом. – Но сейчас, Лиза, вам надо спасать не свою работу. Вам надо спасать себя. Выпейте Зелье Правды. Расскажите, как все было на самом деле. Сэр Кристоф давил на вас, пользуясь служебным положением? Опишите Эс и как вы на него вышли. Я избавлю вас от дальнейших обвинений в заговоре.

– Нет. Ничего не выпью.

Лея встала из-за стола.

– Обвинение в убийстве вы предъявить не сможете, – добавила Лиза.

– Вечная трансформация в животное приравнивается к убийству.

– Слышала, есть зелья, которые зависят от желания самого превратившегося.

Лея изумленно уставилась на Лизу, затем пулей вылетела из комнаты для допроса и направилась к Хвану.

– Мне ясны две вещи, – сообщила она. – Нанять группировку Санс была идея Лизы.

– У меня тоже такое ощущение.

– А еще… Роберт Куро… прозвучит странно, но, скорее всего, сам желает оставаться в обличии хамелеона.

– Что?! – воскликнул Хван.

– Друг рассказывал, бывают такие зелья… Чтобы сварить их, требуется невероятное мастерство, но группировка Санс не раз удивляла нас в этом смысле. Попробуем убедить Роберта превратиться в человека. Где он сейчас?

Сотрудники Тайного сыска и Лея направились к аквариуму.

– Достаньте его оттуда, – скомандовала она.

Мирно дремавшего Роберта Куро вытащили из стеклянного домика, посадили на холодный пол. Он тут же беспокойно огляделся.

– Господин Куро, – серьезно обратилась к нему Лея. – Трансформируйтесь в человека, не валяйте дурака.

Хамелеон уставился на нее злобно. Раздались смешки.

– Господин Куро, – повторила Лея. – Вы сейчас в обличии хамелеона. Вам надо стать человеком.

Хамелеон шмыгнул под стол, на котором стоял аквариум, и принялся бегать кругами. В конце концов он обернулся вокруг своей оси…

…и, действительно, стал голым Робертом Куро!

Сначала все выпучили глаза от удивления, а потом смущенно отвернулись. Элнот сбегал за мантией и кинул ее Роберту.

– Господин Куро.... – обратился к нему ошарашенный Хван. – Тайный сыск тратил свои ресурсы, работал круглые сутки, без выходных, чтобы превратить вас обратно в человека. К чему был этот цирк?!

– Полегче с ним, – произнесла Лея. – Он наверняка даже не понял, что произошло. Это сильнейшее зелье, которое полностью лишает какого-либо критического мышления.

– Простите, – буркнул Роберт, – что доставил вам столько хлопот. Я действительно ничего не понял. Я просто стал воспринимать мир по-другому. Но я покурил до этого… Тын-травы… и думал, что это ее эффект. А потом втянулся. Мне понравилось есть листочки и спокойно спать. Я и не знал, что я трансформирован, просто не думал об этом, погрузился в приятную полудрему.

– Что с вами произошло перед тем, как вы начали воспринимать мир по-другому? Покурили Тын-травы – это мы поняли. Что-то еще съели, выпили, покурили? – раздраженно спросил Хван.

– Нет, ничего особенного… Хотя… – Роберт покраснел, – я вдохнул… мм… немного пыли Веселящего камня.

Сотрудники Тайного сыска переглянулись.

– Интересные развлечения у членов Высшего совета, – прокомментировал это Хван. – Еще что-нибудь?

– Ну… выпил довольно много виски, съел пару пирожков с волшебными рыжиками, покурил другой Тын-травы, отхлебнул сока Поющей Березы, а потом заел все это килограммом взрывающихся леденцов…

– Мы обыскали ваш дом! И ничего такого не нашли!

– Так это не дома, а сначала на работе, а потом на фабрике у родителей. Приехал домой и… о, да… Я еще что-то съел, но хоть убей не помню, что. Мне кажется, я уже тогда слегка по-другому мир воспринимал…

– Немудрено, – Хван вздохнул. – Ладно. Надо доставить его домой. Джон… это ведь, вроде как, твой приятель? Займись им, пожалуйста.

На слове «приятель» все – в особенности Лея – с интересом взглянули на Джона, которому стало неловко.

***

– Спасибо, Джон, за помощь, – сказал Роберт, укутываясь в домашний халат, который ему сразу подала домработница.

– Не за что, – ответил Джон. – Когда планируешь выходить на работу?

– Не знаю.... Боги! Надеюсь, мне не слишком часто придется там появляться.

Джон вопросительно на него взглянул.

– Я ведь не хотел туда, – пояснил Роберт. – Меня родители, можно сказать, запихнули в Высший совет, чтобы следить за распределением земель для их предприятий. И отец, и мать заседали по три раза, больше нельзя. А сестра рожает в этом году.

– Роберт… но ведь ты занимаешь место в совете, – произнес Джон. – Место кого-то, кто мог бы действительно что-то хорошее сделать.

– Ладно тебе, – махнул рукой Роберт. – Отсижу положенный срок.

«Поневоле начнешь сочувствовать этой группировке Санс… когда членами Высшего совета становятся богатые сынки-наркоманы, которым это не нужно», – подумал Джон.

– Кстати… заглянешь как-нибудь на огонек? – спросил Роберт. – У нас закрытый клуб образовался. Там собираются люди… такие, как мы с тобой. И нет всяких других, странных людей. Вход только по паролю.

Джона слегка озадачило описание клуба, но он решил сходить.

***

В кабинете главы Тайного сыска в кресле для гостей сидела Лея.

– Госпожа прокурор только что сообщила, что Лиза пожаловалась на довольно странный метод задержания. Давай-ка восстановим события того вечера, – произнес Хван.

Джон уже научился игнорировать Лею, почти не впадал в панику в ее присутствии, поэтому, войдя в кабинет, был спокоен и холоден. Он рассказал обо всем, что произошло в саду, пропустив, правда, момент, когда он поменял волшебные палочки.

– Совпадает с тем, что успел увидеть я, – сказал Хван. – Джон, ты ведь готов выпить Зелье Правды и повторить это в суде?

– Конечно.

Хван удовлетворенно кивнул и спросил Лею:

– А в чем, собственно, суть претензий?

– Задержанная утверждает, что… – Лея сделала паузу, – господин Хеллинг…

– Можно просто «Джон», – нагло перебил ее Джон.

– Что, простите? – спросила Лея, подняв бровь.

– Не нужно формальностей. Меня можно просто «Джон» называть, – пояснил Джон как ни в чем не бывало. – Мы ведь все-таки учились в одном классе.

Презрительный Леин взгляд обжег его, как кипящее масло со сковородки.

– Да… учились. С вашего позволения продолжу. Лиза утверждает, что трава оставила царапины на ее ногах, после того, как… Джон… ее задержал. Это довольно несерьезное обвинение, учитывая, что она сопротивлялась при аресте. Меня, правда, заинтересовала одна вещь. Ритуал, который «приращивает» ноги к траве, крайне силен. Его, традиционно, исполняли несколько человек одновременно. Вы, Джон, были в саду одни. Это значит, вы проводите колоссальные объемы магии. Однако нигде в вашем личном деле такие, я бы сказала, невероятные способности не указаны. Как вы это объясните?

– Они не всегда проявляются. Если не высплюсь только.

– Советую вам, господин Хэсу, вносить все данные о сотрудниках в их личные дела, а вам, Джон, – быть осторожнее. Если бы она не нападала до этого, у нас могли бы быть проблемы.

– Что прикажете делать в таких ситуациях? – спросил Джон с вызовом. – Дожидаться, когда она убежит? Подходить ближе – к человеку, сотрудничающему с террористами, готовому атаковать?

– Надо быть осторожнее, только и всего, – спокойно ответила Лея. – Помнить, что у поступков будут последствия. Не всё можно… взять и забыть.

Последняя фраза относилась явно не к задержанию.

«Она не знает о проклятии. Она решила, что я не хочу вспоминать о той ночи; что я вычеркнул ее из памяти. Пусть и дальше так думает», – мелькнула мысль.

Пустой, холодный, ничего не выражающий Леин взгляд заставил Джона слегка потерять самообладание. Голова закружилась. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов и выдохов.

– О, я прекрасно знаю, что у поступков будут последствия, – ответил он как можно спокойнее. – Именно поэтому я повел себя так, а не иначе.

– Вот и хорошо, что знаете. Знайте и впредь.

Лея встала, распрощалась с Хваном, еще раз уничижительно взглянула на Джона и вышла из кабинета.

– Что это было? – спросил Хван, когда они остались вдвоем. – Пожалуйста, не уподобляйся Дину и Корбину. Не веди себя как нашкодивший детсадовец, которого воспитательница поставила в угол и он оттуда показывает ей язык. Мы взрослые люди. Да, она молодая женщина, облеченная властью. И что теперь?

– Дело не в этом, – сказал Джон, потерев лоб пальцами.

– А в чем же?

Джон не ответил, а тоже, как и Лея минуту назад, встал и вышел.

…Сэр Кристоф был отпущен под залог, но прекратил исполнять обязанности члена Высшего совета, а Лиза дожидалась суда в камере предварительного заключения.

***

## Убийца драконов. Средние века

Через некоторое время после того, как Джон отправился домой, в свой мир, Хелена, в обличии совсем юной девушки, в «мужской» одежде, стояла в парке перед замком.

Ветер играл ее волосами. Она делала глубокий вдох – ей казалось, что леса, травы, водные глади вдыхают вместе с ней. Она делала выдох – все, одновременно с ней, выдыхало.

Она поднимала руки. Тени вокруг нее начинали дрожать, солнце пряталось за облака. Она сводила руки крест-накрест, плавно опуская. Старейшая магия текла сквозь нее холодом и тьмой.

– Моя корона принадлежит миру Снов, – сказал Король после возвращения с войны. – Усиливает Темную магию, помогает совершать такие сложные вещи, как управление временем, наделение кого-то властью над временем. Но она не источник Темной магии. Ты источник.

Позднее Король подарил Хелене меч, созданный из Мертвых камней, как и нож в медальоне. На рукоятке блистали чёрные кристаллы. Король и сам иногда фехтовал с дочерью – правда, их состязания длились не больше минуты.

– Не переживай, – говорил он всякий раз, когда меч Хелены отлетал далеко в сторону. – На свете крайне мало существ, которые могут сразиться со мной на равных.

– Кто, например? – спросила она однажды.

– Донин.

– Он самый старший Высший вампир?

– Нет. Самая старшая Кармилла.

Хелена отвела глаза.

– Я думаю, она постепенно сходит с ума, – задумчиво произнес Король. – Такое бывает с бессмертными существами, от груза прожитых лет. А Донин еще полон сил. Он сильнейший и богатейший.

– Кажется, у него, как у самурая, нет никаких слабостей.

– Одна слабость все-таки есть, – ответил Король. – Его глаз, скрытый повязкой. Он видит им все, что и его слуги-демоны, саблезубые волки в горах. Он как бы становится одним из них, в стае, и может ими управлять.

Подумав, Король добавил:

– И еще кое-что. Донин ненавидит смертных.

– Мне казалось, все Высшие вампиры ненавидят смертных, – возразила Хелена.

– Нет. Кармилла и Старший Дракула по-своему их любят… А вот для Донина смертный – не просто еда и низший сорт, а враг.

Пока Джон гостил в прошлом, Хелена научилась призывать Темную магию и контролировать ее. Теперь ей хотелось узнать, сможет ли она делать это в человеческом обличии.

Была и еще одна загадка.

Когда Хелене пришлось удерживать Троллиху от нападения на Верду, Темная магия вытянула из неё силы и погрузила в сон. Хелене снилось, что она блуждает по лесу и зовет отца. Через некоторое время он ответил. Разговаривая с ним как с эхом, Хелена рассказала о Джоне, и отец пообещал вернуться с войны побыстрее, чтобы отправить его домой.

– Ты ведь правда меня услышал? – спросила Хелена позже.

– Услышал, – ответил Король. – И сразу вернулся.

– Сразу… в смысле… услышал – и вернулся?

– Да.

Хелена была поражена: Король оказался в замке через несколько месяцев после того, как она его позвала, однако для него не прошло никаких месяцев. Он вернулся, как только услышал просьбу дочери. Получается, Хелена разговаривала с отцом из будущего?

Однако странности сна на этом не заканчивались. Побродив по лесу, Хелена вышла на поляну и увидела нечто, что повергло ее в ужас и что она, проснувшись, тут же попыталась забыть, но не смогла. «Отец услышал меня, потому что он Король Теней… а то, что произошло следом… может, это был просто сон?» – думала Хелена.

– Отвечу то же, что Джону, – произнес Король, когда дочь рассказала ему вторую часть сна. – Возможно и невозможно, одновременно. Этого пока нет, понимаешь? Есть только то, что происходит сейчас.

…Хелена еще раз подняла руки и ощутила игру холодного ветра между пальцами.

Послышались голоса.

– Ни слуг, ни хозяев. Странно.

Шестеро человек, среди которых был ребенок, вошли на территорию замка, обогнули его и направились по парку к Хелене. Что-то в прибывших людях, особенно в ребенке, показалось ей родным, близким и знакомым, как картина, увиденная в детстве.

– Здравствуйте, молодая госпожа, – обратился к ней старик.

– Здравствуйте.

– Можно ли узнать, чей это замок?

– Моего отца.

– Можем ли мы просить о ночлеге? Мы беженцы с севера. Идет война с гномами…

Хелена подошла ближе, не сводя глаз с ребенка.

– Да. С этой минуты вы мои гости, – сказала она.

Хелена села за стол с гостями. На волшебной скатерти появилась еда. Люди ели и пили, рассказывая о войне и своем путешествии. Отец семейства достал флейту и заиграл на ней. Шестилетний мальчик подбежал к Хелене и уселся к ней на колени.

– Найдите себе покои, – сказала она, когда с трапезой было покончено. – Но советую не покидать их после захода солнца.

– Почему? – удивилась мать ребенка.

– Здесь живут вампиры.

Все в изумлении уставились на Хелену.

– Они вас не тронут, – пояснила она. – Вы мои гости.

– Осмелюсь спросить… – неуверенно заговорила женщина, – а кем является сама госпожа хозяйка?

– Я Принцесса Теней, Ночи, Темной воды и Времени.

***

С тех пор прошло примерно сто лет.

В Верде появились новые кварталы, люди стали носить другие одежды, но вампиры не старели и не молодели. Младший Дракула и Флорентина не изменились. Хелена стала выглядеть лишь чуточку старше.

Однажды все трое оказалась на очередном человеческом балу. Хозяин дома – морщинистый, неповоротливый дед – подошел к Хелене и сказал ей, подмигнув:

– Дорогая, прекрасно выглядишь. Как и всегда.

– Спасибо, Додо, но твои подмигивания могут дать почву для пересудов.

Оба засмеялись.

– Слышала о Джеке Рейне? – старик указал на молодого парня с вьющимися каштановыми волосами. – Он сын моих друзей, только что вернулся из своих славных военных походов и мечтает с тобой познакомиться. Ты не против, если я представлю его тебе? Он довольно особенный.

– Особенный?

– Он в одиночку сразился с тремя драконами и победил их.

– Встречала я таких парней.

– Ему предлагали жениться на принцессах, но он всякий раз отказывался.

– И таких парней я встречала, – сказала Хелена, кивнув на Дракулу.

– А встречала ли ты парней, чьим предкам ты когда-то разрешила переночевать в своем замке?

– Нет, – ответила Хелена удивленно. – Таких не встречала.

К Хелене часто сватались молодые люди из хороших, богатых семей Верды. Некоторые по-настоящему влюблялись в нее, но Хелена ждала того, кто примет ее образ жизни, станет другом, соратником, с которым было бы хорошо не только в молодости, но и в старости (в его старости), ведь люди проводят большую часть жизни именно в зрелом, а затем в пожилом возрасте.

Единственным смертным мужчиной, с которым дошло до помолвки, был тот самый «Додо», в молодости. Король Теней, однако, попробовав его кровь, вынес вердикт: нет никакого шанса, что он родственник Джона, и Хелена может, конечно, выйти за него замуж, но… стоит ли обрекать человека на довольно странную, не совсем нормальную жизнь, тесно связанную с миром Теней, если это ни к чему не приведет? Хелена и Додо разорвали помолвку, хоть это и разбило им обоим сердце.

Любовные отношения, которыми Хелена в большей степени наслаждалась, возникали у нее с Темными существами, хотя Король предостерегал ее от связей со слугами, с подчиненными, другими словами, с неравными. «Учись на моем печальном опыте, – сказал он однажды, намекая на Кармиллу, – если не хочешь разрушить свой авторитет» «Люди тоже тебе не равны», – возразила Хелена. «Люди не держат передо мной ответа».

Как бы то ни было, после расторгнутой помолвки Хелена, успокаивая себя тем, что она принцесса, а не королева, переключилась именно на Темных существ. Со смертными она общалась весьма отстраненно и вскоре потеряла к ним интерес. По сравнению с Темными существами они казались ей плохо образованными, недалекими, зашоренными и полными предрассудков.

– Дай ему шанс, – добавил Додо, и его взгляд на Хелену сделался слегка грустным и затуманенным.

– Только потому, что ты просишь.

Парень, представленный Хелене, поведал ей, как сто лет назад его семья была вынуждена покинуть родной дом из-за кровавой бойни на севере. Прадедушка часто рассказывал потомкам: приют был найден в замке Принцессы Теней, которая ещё и одарила семью ценными подарками, что позволило обустроиться в Верде.

– Твой прадедушка… тот маленький мальчик… – произнесла Хелена, разглядывая Джека.

– Он недавно умер.

Они еще некоторое время проговорили, и Хелена пригласила Джека с семьей в гости – посмотреть, где несколько ночей провели их предки.

– У меня два старших брата. Они таким не интересуются. Я один приду, если госпожа не против, – ответил Джек.

***

Когда Хелена стала выглядеть взрослее, Король Теней тоже утвердился в своем «старшем» обличии. В его длинных, до лопаток, волосах сверкала седина. Сидя во главе стола, он внимательно выслушивал рассказ Флорентины о симпатичном «смертном», с которым принцесса проговорила весь вечер.

– Я, конечно, не теряю надежды дождаться внуков, – полушутливо заявил он, когда Флорентина закончила.

– Я просто пригласила его в замок… – возразила Хелена. – Внуков мы пока делать не будем.

– Почему это? Сегодня в гости, завтра свадьба, – подхватил Младший Дракула. – И несколько недолгих лет самого скучного занятия на свете.

– Что же это за занятие?

– Секс с человеческим мужчиной.

Флорентина прыснула, Хелена закатила глаза и протянула:

– Ты, конечно, кладезь знаний на эту тему…

– Эй, эй, – Король обратился к Дракуле, – не отбей-ка у нее охоту. Хелена, дорогая, я уверен, что когда два смертных любят друг друга, это кажется им вовсе не таким скучным занятием, каким является на самом деле.

Флорентина и Дракула захохотали.

– Вообще не представляю, чтобы кто-то в здравом рассудке женился на таком! – воскликнула Хелена, обводя рукой стол.

Она изо всех сил старалась не засмеяться и правдоподобно изобразить гнев.

– Постараемся вести себя прилично, когда явится смертный, – заверил ее Дракула.

– Для начала нужно перестать называть его «смертный». У него есть имя!

Хеллинг посмотрел в пустоту.

– А смертный уже здесь. Встречай, Хелена.

***

После ужина, который прошел гораздо лучше, чем Хелена ожидала, они с Джеком отправились на прогулку в парк.

– …И тогда он говорит – давай, женись на моей дочери, принцессе. Я отвечаю: можно я хотя бы с ней познакомлюсь? Он – иди, знакомься. Поднимаюсь в башню, она рыдает. Оказывается, она любила дракона, которого я убил!! Конечно, узнав об этом, я не мог жениться на ней.

– Почему?

– Я убийца драконов, а не насильник какой-нибудь, – буркнул Джек.

– А во второй раз?

– Во второй раз… не сошлись характерами. Не мой человек. Нужна же связь какая-то, искра…

– Интересно. А в третий раз?

– В третий раз выяснилось, что принцесса еще страшнее дракона. Она-то как раз и заманивала молодых девушек на съедение! Двадцать красавиц погубила.

Хелена несколько смущенно потупила взгляд.

– Кроме этого, творила такой разврат… Мне все-таки в девушках важна чистота… А это что? – спросил Джек, указывая на склеп.

– Могу показать.

Войдя в маленький каменный домик, Джек завороженно уставился на мать Хелены, Лорну Стоун. Она лежала в хрустальном гробу, в окружении Вечерних цветов. На ее лице, как и много столетий назад, играл румянец, а на пальце сверкало кольцо, подаренное Королем Теней.

– Вы похожи, – уверенно сообщил Джек.

– Да? Мне казалось, ни капельки.

– Подбородок один в один. И губы. Они у госпожи как розовый лепесток.

***

На следующем, весьма скучном балу у Блэквудов Хелена избрала тактику, опробованную ею на многих подобных мероприятиях: тихо попросила Флорентину взять кувшин с вином и отнести его на балкон. Затем, стараясь не привлекать внимания, вышла туда сама и наложила на двери заклинание, которое создавало иллюзию, что на балконе никого нет, и отбивало охоту туда входить. Их с Флорентиной никто не видел и не слышал. Они тоже не видели и не слышали того, что происходило на балу.

– И что? – спросила Флорентина, развалившись на стуле.

Хелена сразу поняла, к чему относится вопрос, и ответила:

– Ничего нового.

Флорентина кивнула, а затем констатировала:

– Этот смертный тебе не подходит.

– Я ему не подхожу. Рассказал страшную историю о монстре, который убил, представь себе, двадцать человек.

– За раз?

– Нет, вообще.

– Понятно, – кивнула Флорентина. – Да, ты ему не подходишь. Давай, может, поженимся друг на друге?