Лилла Сомн
Опасные игры с тенями. Том 0. Часть 6

Сезон 6. Морок.

Свет 88. В поисках мужчины.

– Ами. Ами!

…Что?! Кто?! Дух?! Нет!

– Ами.

Не дух, не глюк, не сон… Это… за занавесью!..

Что? Жители болотные! Каллиан и Чиффство! Проспала всё, опять проспала!

– Каллиан, я сеймомент!

Амелия подскочила и поспешно принялась натягивать на себя… ведьминскую форму.

Нет.

Она быстро стянула её и схватила свою кантинскую драпировку.

Тоже очень броско, но хоть не так, как ведьминская… Тут и перекраска волос не поможет… Надо было с заранее озаботиться тем, чтобы достать омилльскую одежду… Но поздно уже.

Ладно… Сейсвет ей не предстоит слежка за подозреваемыми, и в толпе она вполне может смешаться с ожидающими открытия Секретариата караванными. Оставалось надеяться, что наберется хоть какая‑нибудь толпа, с которой можно будет смешаться.

Храмовница быстро натянула боты и выскочила из комнаты, на ходу собирая непослушные волосы в пучок.

– Ну и ну… – прокомментировал новую амину внешность служивый.

– Кайл помог изменить цвет волос. – пояснила бывшая архивница. – Но я совершенно упустила из вида то, что одежда у меня кантинская… Досадно, что приходится отказываться от удобной ведьминской формы! Я только сеймомент начинаю понимать, сколько полезного у меня по кармашкам в ней распихано…

– Да, я тоже не знал бы как жить без храмовой обмундировки. – согласился служака. – Учитывая то, как дорого стоит одежда и обувь, и что такую удобную обычные ремесленные всё равно почему‑то не делают. Может, это, конечно, субъективно… И мне просто нравится форма. Ну, ты готова? Пойдём?

– Пойдём.

– Рабочий свет скоро начнётся. Мы должны быть на месте.

Они быстро покинули корпус ведьм, и Каллиан без промедления повёл их в направлении Чиффства.

– Кайл рекомендовал мне воспользоваться капюшоном, но начинающийся свет слишком тёплый. Будет ни к месту… Всё не складывается…

Амелия досадливо цокнула языком.

– Будем действовать, исходя из имеющегося. – пожал плечами архивник. – Идеального всё равно не бывает.

– Верно…

Молодой архивник весело продолжил беседу в том же духе. Он был явно в восторге от возможности не просиживать весь свет в мрачном помещении, а отправиться погулять в компании. Ещё и по какому-то увлекательному делу.

Ами не может сказать, чтобы она его не понимала. Понимала прекрасно. И его юношеский задор и энтузиазм в итоге вытеснили её собственные завладевшие было ею страх и усталость.

К тому же, ей очень хотелось сделать что-то полезное для родного Ведьмария. Например, поспособствовать тому, чтобы устранить одну из причин нависшей над ними всеми смертельной опасности.

Уже более бодро и оптимистично настроенными, за разговорами она и Каллиан вскоре дошли до Чиффства.

Ведьмарка с любопытством осмотрела причудливое строение.

Высокое, как и все административные здания, двухуровневое котти. Которое по какой-то загадочной причине не видно издалека с улиц города.

Без Каллиана или тех, кто в своё время работали с ней в караванах, она бы ни в жизнь его не нашла бы…

Как запомнить местоположение?

Кантинка огляделась.

Неподалёку виднелся зелёный гриб. Хорошо…

…Однако, некогда разглядывать интересные окрестности…

Время разглядывать скучных людей, с хмурыми минами понуро тащащихся на работу!

К неожиданной радости социофобной Ами, у входа в Секретариат стал собираться и народ… Люди несколько закрывали обзор, заставляя служивую нервничать, но зато создавали прекрасную маскировочную массовку. Это успокаивало.

Заскучавший Каллиан злорадным шёпотом сообщил Ами, показывая глазами на первого пришедшего чиновника:

– Этот светловолосый – Ипкис… Вечно припирается ни светило, ни другое, гнус знает зачем…

Амелия гнусно хмыкнула.

Бывший стажер Чиффства явно был не прочь посплетничать про коллег… Её это полностью устраивало.

– Может у него бессонница? – предположила ведьма.

– Об этом я не подумал… Хм. – с интересом фыркнул молодой служивый, провожая взглядом очередную фигуру в вычурных чиновничьих драпировках. – Смотри. Это новенькая! Я её не знаю.

– Неважно… – отмахнулась служивая. – Мы ищем мужчину…

– Ага… Годного! – тихо хихикнул секретарь. – Перспективного… Со стабильным доходом и высоким социальным статусом…

– Верно понимаешь вопрос… И со стабильно поступающим провиантом. – добавила Ами. – Судя по комплекции.

– Весьма практичный подход. – пафосно одобрил омиллец. – В здравомыслии не откажешь.

Ведьма пожала плечами.

– Я на непрактичную ерунду вообще не размениваюсь… Я же кантинка.

Каллиан живо указал на следующего подошедшего.

– Вот этот… тебе не нравится?

– Нет… Решительно не нравится. Он худой и его волосы длиннее.

– На тебя не угодишь… Это Бренник. Впрочем, зачем он тебе, его должность не слишком высока.

– Нам такое не пойдёт. И мне нужен тот самый. Мой. Единственный. С шикарным блестящим браслетом.

Служивый ехидно ухмыльнулся.

– Ты ещё и на внешние эффекты падка.

– На атрибуты роскошной жизни. Как иначе выбрать того самого? Много ты вообще понимаешь в выборе правильного мужчины… Зато, теперь и ты знаешь, как произвести неизгладимое впечатление. Чтобы в кошмарах потом сниться.

Сказав последнее, Ами болезненно поморщилась.

– Нет уж, спасибо. Такое я производить не хочу… Как тебе вон тот?

Ами повторно поёжилась от пробежавшего по телу холодка.

– Ох, слушай! Похож! Похож… он… Наверное. Гнусы болотные… Если бы у меня на лица ещё память нормальная была… Вроде он. Только… смотри. Никакого браслета на нём нет…

– Может, он его на работу не носит.

– Верно… Если это знак отличия. Зачем его светить там, где не надо… Ты… знаешь его?

Ведьмарка с надеждой уставилась на секретаря.

– Конечно. Это Моллер. Зам Чиффской Секретары.

Ами хмуро покачала головой.

– Ох ты как… Серьёзно.

– Более чем…

Амелия сделала коллеге быстрый знак к отступлению.

– Уходим! Впрочем, нет… Давай ещё немного подождём, остальных посмотрим для верности. Может… я увижу мужчину поинтереснее.

– Зачем это? Уважай свой выбор, не финти. Этот так этот. Взято – принято.

– Хочу быть уверена, что никого не упустила… У нас судьбоносно важный выбор сейсвет.

– Ну, как скажешь…

Они постояли ещё немного, рассматривая приходящих.

Каллиан, не обойдя вниманием никого из бывших коллег, нашёл практически для всех ядовитые комментарии.

Видимо, практика его здесь… не задалась. Хорошо бы спросить, сам он отсюда ушёл или его выставили.

Толпа начала двигаться ко входу в Чиффство и проходить внутрь. Это в планы наблюдающей парочки не входило.

Ами подала знак и они, развернувшись, неспешно удалились с Площади Чиффства в направлении Участка, всё ускоряя шаг.

В Участок в итоге они влетели уже практически бегом.

Ами, не останавливаясь, пронеслась к кабинету Майло, намеренно с большим, чем обычно, усердием побеспокоив занавесь. Крупные волны пронеслись по поверхности.

Оттуда практически тут же выглянул заинтересованный Кайл.

– Ну что?! – сходу спросил он.

– Каллиан… узнал его. – выдохнула Амелия, опираясь на стену и пытаясь восстановить дыхание. – Это… некий… Моллер…

– Моллер… – повторил агентъ.

Из‑за занавески показалось хмурое озадаченное лицо Майло.

– Это серьёзно… Зам Чиффской Секретары. Вам тут… надо поосторожнее с утверждениями.

– Мы очень осторожны. – сделал в его сторону останавливающий жест осдшник. – Спасибо, Ами.

Амелия сымитировала подсмотренный у Каллиана жест придворной вежливости.

– Рада услужить.

Агентъ весело усмехнулся.

– Постарайся теперь особо не светиться в городе, затаись на какое‑то время. – веско бросил он, скрываясь за занавесью.

– Хорошо. Мы сейсвет увидимся?

Кайл, к аминой радости, немедля появился обратно.

– Давай прямо сеймомент и увидимся… Пойдём в местную тренировочную. Дай мне момент.

– Хорошо.

Амелия оглянулась.

Не желавший сталкиваться с неодобрительным взглядом начальника Каллиан был уже в быстро распечатанной им каморке.

Восторженно припрыгивая, храмовница направилась туда. Секретарь уже был занят делом, раскладывая оставленные таблички.

– Калли! – позвала бывшая архивница.

– Что? – отозвался тот, поднимая глаза от документов.

– Спасибо тебе за всё!

Амелия быстро подошла к служаке и проворно влепила ему в щёку смачный поцелуй.

– Да… не за что… – смущённо улыбнулся тот, потирая щёку. – Мне и самому было интересно поучаствовать в этом… твоём расследовании.

Бывшая секретара одобрительно кивнула и радостно вылетела из Архива на звук шагов навстречу праймцу.

– Идём?

– Идём.

– Что у нас на повестке света?

– Необходимость быть осторожными и внимательными.

Кайл сделал знак, и они отправились в сторону тренировочного зала Участка.

– Опять и снова. А… Внимательной с чем?

– С едой. С окружением. со всем. Тебе сеймомент нужно быть предельно бдительной и осознанной, и пристально присматриваться ко всему. Возможно, от этого зависит твоя жизнь. Поняла?

– Поняла… Хотя зная себя, могу сказать, что я об этом быстро забуду и примусь тупить и дальше. Таков мой уровень. С этим видом тупости я ничего не могу поделать.

Они дошли до нужного им помещения и, зайдя внутрь, тут же заняли тренировочные коврики.

– Так. Времени у нас немного… Сеймомент сосредоточься. То, что я тебе показываю, нужно практиковать систематически. Не раздражайся, не обвиняй себя, если будешь срываться из этого внимательного состояния. Просто возвращайся туда снова и снова. На самообвинения себя и борьбу с собой уходит много полезных сил. Тебе придётся распрощаться с этой роскошью, и стать доброй и сострадательной к себе, чтобы освободить тут большой кусок задействованной энергии. Это долгая кропотливая работа, предупреждаю сразу… Не жди быстрых результатов. Ты их не получишь за малый цикл, да и за большой тоже.

– Зачем тогда вообще начинать? – шутливо хмыкнула непутёвая ученица.

– Потому что это беспроигрышное дело… Его лучше начать поздно, чем не начинать никогда. Оно поможет тебе продвинуть и твои ведьмические способности тоже… да и принесёт много пользы, сделав проще твою обыденную жизнь. Ты будешь реагировать на вещи исходя из сложившейся ситуации и объективных факторов, а не запрограммированными в тебе твоей предыдущей жизнью реакциями. Это невероятно важно. Так… Очень хорошо, что ты много гуляешь… Это поможет тебе в дальнейшем. Потому как, хорошо сосредотачиваться на природе, как на источнике естественных настроек организма.

– Всегда подозревала, что наши – неестественные.

– Это так. Потому нам с тобой придётся кое‑что подкорректировать… Сеймомент я покажу тебе ещё один сэльвский метод накопления ведьмической энергии.

Амелия нахмурилась.

– Ещё один? Ты мне и так кучу показал уже…

– Чтобы расширить твой инструментарий. Используй удобный тебе или тот, что подходит по обстоятельствам.

– Я их еле могу запомнить… Лучше бы записать. Продиктуешь мне?

– Позже – обязательно… Тебе главное почувствовать ощущение и интуитивно подобрать именно нужный тебе. Они тебе не понадобятся все сразу, количество тут не переходит в качество.

– Я думала, ведьмическая энергия приходит внутрь сама, и ничего не надо делать.

– В норме – да. Но, как я уже говорил, наше нынешнее состояние – не норма, увы.

– Мы все – какая‑то ошибка? Не только я?

– Да как сказать… Ошибок как таковых не бывает. Есть проба и опыт. А так, в этом плане у тебя нет ничего уникального. Это общечеловеческое.

– Ну, мы – неудачная проба? Паршивый опыт? А ошибок… Таки совсем не бывает?

– Так скажем, ты понимаешь «как делать не надо». Это и есть опыт. Он никакой. Полезный в любом случае. Приводит к трезвой оценке возможностей и меньшему количеству… неудовлетворяющих тебя результатов. Ты начинаешь понимать, с чем ты можешь справиться, а с чем нет. На данный момент. Всё меняется.

Ами вздохнула.

– И почему нас не учат всему этому в самом начале жизни?

– Хороший вопрос… Но нам‑то с тобой придётся это осваивать. Быстро и когда уж получилось, выбора нет. И задачи непростые… Тебе надо прокачать твой застоявшийся за циклы и циклы неиспользованный резервуар. Что добавит тебе уравновешенности и дающейся с ней настоящей ведьмической силой и свободой. Сила без уравновешенности приводит лишь к усилению работы этой твоей внутренней программы и уменьшению присутствия в жизни тебя самой, то есть к уходу от нужного и росту нежелательных внутренних ограничений.

Амелия усмехнулась.

– Перешли ко внутренним, это приятно. До этого у меня пока внешних было в избытке… Воспитание. Дурацкое. Всякие нормы. Дурацкие.

– Это просто следующий этап. У внешних ограничений тоже есть свой смысл, потом увидишь… Пока сконцентрируемся на внутренних. Установленные изначально снаружи, укоренившиеся внутри, проявляющиеся через тебя наружу. И так до Эонности. В этом и есть часть твоей программы. Пора прервать этот порочный круг, тебе это не нужно, ты готова идти дальше. Во внешних ограничениях есть свой смысл, и нарушение некоторых из них ни к чему хорошему не для тебя, не для Материка не приводит, если ты ещё не готова справиться и принять последствия. Защита от глупости.

– Почему сеймомент я готова?

– За время разговора у тебя ни разу не возникло мысли «о, гнусы, что за ерунда». Я надеюсь?

Агентъ многозначительно приподняв бровь, испытующе уставился на неё.

– Нет, конечно! – быстро заверила ведьмарка. – Это дико интересная вкусная информация.

– Отлично. – кивнул учитель. – Тогда ешь.

– И ещё потребую… Разве это может быть невкусным?

– Может. Для тех, что не наелись сугубо материалистической стороной жизни, более относящейся к выживанию, драмой, опытом тяжёлых эмоций и экстремальных развлечений. Это уровень один. Его не проскочить, его необходимо пройти и выстрадать, это основа. И пока это вкусно, не следует торопиться дальше. И упихивать в этих людей иной тип еды было бы несвоевременно и бесполезно.

– А драма – это очень вкусно! По своему опыту знаю…

– Переходя на следующие уровни, мы сохраняем опыт предыдущих. А иногда и тягу к ним, если необходимо вернуться за недополученным. Это довольно простая, но для нашего понимания сложная система. Я рад видеть, что этот уровень тебе легко даётся.

– И я. – кивнула Ами. – Страшно подумать, некоторое время назад я словно бы была совсем тупа и слепа, мне было некогда действительно заниматься своей жизнью, я была вся в концепциях. Кем я должна быть и стать, как всё должно происходить… Должна, должна. Это была программа. Мне некогда было действительно жить. Вот теперь, когда ты говоришь об этом, я начинаю понимать.

Кайл удовлетворённо кивнул.

– Правильно… Начинай больше сосредотачиваться на текущем моменте. Прямо сеймомент. Смотри, повторяй, запоминай. Не только движения, но и ощущения. В идеале, именно ощущения самое важное. Мы не должны с тобой много болтать.

Амелия поморщилась.

– Тут ты от меня вообще невозможного требуешь…

– Я осознаю это… Так. Замри. Смотри. – осдшник сделал нетерпеливый жест. – Не забывай запускать потоки вверх и вниз, как я тебе рассказывал, пока повторяешь за мной. Иначе всё бесполезно. Задействуй ключ вначале. Теперь ясный взгляд… И… Смотри.

Ами послушно выдохнула и замолчала, старательно наблюдая за пассами, которыми с ней намеревался щедро поделиться Кайл.

…Болотники. Да ни гриба она не запомнит…

«Отставить трёп. Сосредоточься.»

«Плечи расслабь.»

Ещё и болтать нельзя… Даже с собой.

А так не болтать… особенно, когда хочется о стольком спросить и рассказать? Ну, кому станет легче оттого, что она лопнет, удерживая вопросы? И пытаясь удержать мысли…

«Внимательно. Смотри внимательно. Сделай усилие. Не профукай всё. Не будь неблагодарной.»

…Нет, не быть ей агентой ОСД, она и моментика сосредоточиться не может.

Как ещё ведьмовать вообще получается, удивительное дело и редкое везение.

– Запомнила? – спросил агентъ, завершив демонстрацию.

– Не‑а. – честно призналась кантинка.

– Ничего, повторим… Эх, лучше бы тебе Инга их показывала… Она и знает их больше, и выполняет чётче, и по областям применения тебя бы проконсультировала…

– Расскажи мне про неё! – перескочила на другую тему нерадивая ученица. – Ну, всё, что не засекречено…

«Прорвало…»

«Долго продержалась.»

– Мне пора возвращаться к Майло… но момент на краткую лекцию «история выдающихся личностей ОСД» я всё же найду. – учитель тепло лукаво улыбнулся.

Видимо, Кайлу тоже было понятно, что болтливости Ами противиться бесполезно.

Да он и сам был не прочь поболтать… Потому, легко вздохнув, он просто вернулся на свой тренировочный коврик, сев напротив ведьмы в некоторой задумчивости.

– А от тебя скоро ничего не будет засекречено… Сможешь просмотреть её общедоступную часть досье в архивах ОСД. Вот вне этого… Даже не знаю, с чего начать… Ингефара – моя давняя близкая. Ещё со времён обучения в Академии… Я был тогда нервным и обидчивым задирой с кучей амбиций и претензий к миру. И хронически раздражённым самолюбием. Она единственная относилась ко мне спокойно и практически не реагировала на мои провокации. И хорошо, что не реагировала… Быть бы мне несколько раз размазанным ею по стенке… Впрочем, тогда меня это не особо останавливало. Сначала я ненавидел её и думал, что она смотрит на меня свысока. Но потом, не сразу, но как‑то понял, что это не так. И что она – единственная, кто относится ко мне с уважением и симпатией. Это было удивительно. После той небольшой потасовки на тренировочной площадке, когда всё выяснилось, впредь мы всегда поддерживали и ободряли одна другого. Потом к нам… как‑то присоединился Тиби. Я даже не помню, как и в какой момент… Вероятно, он к нам прибился потому, что был не из Прайма, не из именитой или влиятельной семьи, как и Инга. И им было, что обсудить и о чём позлорадствовать. Так подумать, похоже, она собирала всех убогих своего курса в нашей Академии…

Кайл весело хмыкнул.

– А… что было не так с Тиби?

– Тобиаса хотели исключить.

– За что?!

– Его считали бесперспективным… Неспособным усвоить программу… но это ему было не нужно. Так подумать, программу он на самом деле‑то перегонял, просто его методы были… инновационными, что ли… И преподающие этого не понимали. Сеймомент я могу гордо сообщить, что его методы и приёмы, несмотря на спесь и сопротивление преподавательского состава, ныне введены в официальную программу. Я сам взял парочку на вооружение – не раз спасали мне жизнь.

– Научишь?

– Уже показал один тебе.

– Эээ… ясно… – неопределённо промямлила Ами, силясь сообразить, какая из череды этих ведьмических уловок имела особую ценность. – А… почему его таланты сразу не заметили?

Быстро перевела тему она, стараясь скрыть замешательство.

– Он был болезненно стеснителен. Поэтому нам самим пришлось дойти до глав Академии и попросить устроить ему комплексную проверку. Но не по пунктам университетской подготовки, а практическую итоговую. Естественно, когда подошло к делу, он без проблем со всем справился. И даже был переведён на курс выше с освобождением от некоторых предметов…

Кайл усмехнулся.

– Бездельник полтора больших цикла был занят тем, что околачивался в Бюро Конструирования Домов.

– Следил за кем‑то?

– Ага. За новостями в области строительства и архитектуры… Это было его страстью.

– Почему ОСД тогда?

– Кто знают… Тщеславие? Жажда адреналина? Желание помогать и сделать что‑то действительно хорошее в этой жизни?

Амелия хитро прищурилась.

– Это ты… сеймомент по себе судишь?

– Да. А по кому же ещё? Но в его случае, скорее последние два фактора… В жизни должно было быть всё правильно и чётко. И опасность помогает взбодриться и сосредоточиться. Таковы его кредо.

– Что было после вашего выпуска из ОСД?

– Начало работы! Первые серьёзные задания и взрослые проблемы… Не так резко, как у тебя, но вот так, сразу, да. И тут было уже совсем невесело. Сеймомент вспоминаю и думаю – как только живы остались… Вначале работали все вместе… По мере нарастания опытности, поняли, что эффективнее и быстрее будем работать поодиночке, сообщая результаты расследований через… различные средства коммуникации. Так до сих пор и… работали…

Тут Кайл нахмурился и умолк.

– И? Что Сеймомент не так? – обеспокоенно живо поинтересовалась Ами, чуя неладное.

Агентъ тяжело вздохнул, испытующе глядя на ученицу, явно размышляя, стоит ли говорить.

– От Инги… после того предупреждения… совсем нет вестей. – тяжело и печально произнёс он. – Я беспокоюсь… Не слишком ли она далеко забралась?.. Не слишком крепко ли влипла? ..Чего ей стоило добыть эти сведения? Не заметили ли и её тоже? Не взялись ли… Ладно.

Он досадливо махнул рукой и понуро замолчал.

– Рано паниковать… – продолжил праймец после мрачной паузы. – И нет смысла, пока до конца всё не понятно… В том числе, что можно сделать, чтобы помочь. Бывало… она и на дольше пропадала. Просто надеюсь… что она в безопасности. Другой такой нет и никогда не будет… И хочу верить, что мы все переживём это трудное время… Главное сеймомент всем не забывать про практику. Опасность – прекрасный повод практиковать и лучше усваивать.

Ами хмыкнула. Мешок в её огород, ага.

– Все неприятности – к лучшему. – улыбнулась она, подытожив, пытаясь как-то поддержать своего благодетеля. – На навозе и овощи лучше растут.

– Однозначно. – через силу встряхнулся Кайл. – Они горьки, но нужны для роста и развития, и либо пытаются вытряхнуть тебя из тупости, либо показать твои «перекосы». Без них никак… Я полагаю, на сейсвет мы закончили. У тебя ещё есть вопросы?

– Масса! – честно призналась ученица.

– Отлично… Тогда увидимся через свет.

– Хорошо. Пойду оббегу побудоражу воспоминания остатка амнезийных… До кого ещё не дотянулась… Два в городе. Один у Кионы. Один у нас в корпусе… Спасибо тебе огромное-преогромное.

– Пожалуйста. – лучезарно благожелательно улыбнулся праймец. – Будь осторожна.

Поблагодарив Кайла и попрощавшись, Амелия воодушевлённо покинула тренировочную комнату и Участок.

С кого начать?

Несмотря на то, что сейсвет они закончили занятие не ночь‑полночь, тревожить людей в городе, наверное, уже поздновато… За это можно взяться и завтра.

А текущий же момент идеально подходит для того, чтобы наведаться в Лекарню поесть, посетить посудомойца и, конечно же, поболтать с Кионой в своё полное удовольствие!

Тем более что ото всех этих угроз и предостережений Кайла ей было явно не по себе… И, кажется, он ей ещё не выдал обещанный абсорбент.

Успеется. Если она отравится у Кионы, то и бежать далеко не надо… Пока болтает с начальницей Лечебницы, токсин за это время как раз сам себя и проявит.

Ободрённая своими размышлениями, она быстро зашагала в направлении Лекарни.

Спешить было некуда, на корешки амины никто не позарится, амнезийный работник – полуночник никуда не собирался уходить, Киона на службе засиживается долго…

Но тревога и желание отвлечься гнали Ами вперёд на повышенной скорости. Как если бы она намеревалась быстро пробежать опасный участок жизни, и вновь оказаться под иллюзорной защитой ещё одного большого котти.

Хотя ей ли не знать, что если эти люди захотят добраться до кого‑то, то нет места где кто‑то будут в безопасности…

Ведьма ураганом влетела в Лекарню, лихо проскочила на кухню, первым делом собрав со стола в проворно извлечённую из сумки приобретённую недавно гибкую и лёгкую посудину.

Покончив с самым важным, она огляделась по сторонам в поисках амнезийного.

Сейсвет на кухне того не было… Досадно.

Но это повод напрямую отправиться к Кионе. Спросить про него и поболтать.

А то от тревоги у неё даже самый лакомый кусок в этот момент в горло не полезет.

Решительным шагом ведьма направилась к кабинету старшей целительницы.

– Интересный цвет волос. – с ходу вместо приветствия прокомментировала та, поднимая взгляд на вошедшую.

– Да. Пытаюсь быть похожей на тебя. – бодро пошутила кантинка.

– Лучше будь похожей на себя в полной мере. – мягко улыбнулась храмовая ведьма. – Это будет действительно красиво.

– Может быть. Но мной сеймомент быть не только нерадостно, но ещё и опасно.

– Вот как? Заходи, присаживайся… Чаю?

Киона вопросительно привстала, готовясь потянуться за своим удивительным чайником. Амелия утвердительно кивнула и, пройдя в кабинет, решительно заняла кресло для посещающих.

И… замерла в задумчивости, подбирая слова.

– Есть веские предположения… – неуверенно начала она. – Что за всеми причастными к последним странным делам… вскоре начнут охотиться. За Кайлом, Майло, участковыми. Да. И за мной, как ни странно, тоже… Хотя я-то практически всё время находилась в тени. Буквально и фигурально.

– Звучит невесело.

– Совсем… Мне конкретно не по себе… Даже не за себя больше, а сама знаешь за кого… Не представляешь как… Даже корешки не едятся.

Лекарка веско кивнула.

– Заметно, что это серьёзно. – кратко прокомментировала она, приглашая продолжать.

– Более чем… Сама понимаешь же. – Ами нервно почесала руку. – Ладно, мне угрожает опасность… Это полдела… Она ещё и нависает над Кайлом и Келе!

Киона налила воду в чайник, положила ладони на посудину и, начав нагревать, призадумалась.

– Разве оба не показывали тебе способность выкарабкиваться из опасных и очень опасных ситуаций? – через короткое время произнесла она. – Разве ты не выкарабкивалась сама?

– Да, мы все это делали…

– Ну вот. Будь сама внимательной и осторожной. Им предоставь возможность жить их жизни самим. Это не в твоей компетенции. И знай, что вы вновь обязательно выкарабкаетесь… С вами сама Сила и Вселенная. А чему ещё доверять, если не им?

– Внушительно. Вот только… Я ещё не научилась доверять…

– Самое время учиться. Напоминай себе.

«У нас голова так скоро лопнет.»

– А пока я не умею – можно ещё что‑нибудь?

– Нууу… Отвлечься. Быть осознанной и позитивной. Не позволять затягивать себя в болото отчаяния, делающим тебя глухой к миру и неловкой. Это – точно верный путь к краху.

– Уууу… меня не получится отвлечься!

– Надо, Ами! Надо, чтобы получилось. Даже если придётся себя заставить. Это такое упражнение для тебя…

«Ещё одно!»

– ..к сожалению, мир устроен так, что если тебе хуже, то… тебе ещё хуже. К имеющемуся прибавляется, от остального убывает…

«И она туда же…»

– …потому важно не зацикливаться на плохом и выбираться из мрачных мыслей. Пока это не зацепило тебя ещё сильнее и не втянуло надолго. И выберешься ты из этой воронки, только совсем оставшись без сил и ресурсов. Зачем тебе такой урок?

– Ну, в общем, и правда – незачем… А как потом выбираться? Если что?

– Всё так же. Переключаться со злобы и отчаяния на что угодно и как умеешь. Помнить о том, проклиная людей и сложившиеся обстоятельства, вредишь себе, досадуя на общий Поток Жизни и его частности. Неприятные вещи, как бы странно это ни прозвучало, хотят помочь тебе с чем‑либо. Они – продолжение твоих мыслей и отражение действий. Ответы на твои незаданные вопросы и предложение оторвать от себя мешающие жить колючки, которые ты не видишь сама. Проблема в том, что заметны такие вещи только со стороны или постфактум.

Амелия безрадостно согласно кивнула.

– Ну да… Ретроспективно‑то хорошо видно… Так подумать, в Кантине люди отражали мою собственную неуверенность и ненависть к себе, а моя жизнь отражала мои мысли, о том, что всё плохо и лучше не станет. Но это… я на теории понимаю! А на практике – не могу перестать бояться в это время и ненавидеть эпизоды и персонажей своего прошлого.

– Так и не отказывай себе пока в этом удовольствии! Насильно они тебе всё равно милы не станут, только новый невроз заработаешь… Как бы тебе объяснить. Подавляя свой страх и ненависть, ты от них всё равно не избавишься. Их надо прожить и прожевать. И, желательно, максимально плотно и не сопротивляясь в тот момент, когда они возникли. Если на то есть ресурсы… силы. А уж затем обращать своё внимание преимущественно на позитивные вещи, благо их в Универсуме предостаточно.

– Забавно получается… – кантинка иронически ухмыльнулась. – В последнее время мне придётся скрываться физически… Дурное наследие, оставленное мне родиной, состояло в том, что я «пряталась», стесняясь как‑то проявляться. Мне гнусяцки хотелось, чтобы меня хоть где‑то как‑то заметили. Хоть я и опасалась, что вместе с этим заметят и то, какая я «уродливая» и дефектная. Ныне меня «заметили»… И что‑то я совсем не рада…

– Не совсем тот тип внимания, который требовался…

– Другого мне, что-то не выдают.

– Опять наши критики внутренние депрессуху нагоняют? Разве я не сказала тебе посылать их?.. Давай чашку.

Амелия послушно извлекла из сумки скорлупку и радостно протянула Кионе.

Ведьмический ароматный чай всегда кстати! И всегда будет охотно принят её организмом. Как и неоценимая помощь лекарки в целом.

– Сказала! – отозвалась ведьмарка. – Но они успевают вставить фразу… после чего уже и бывают посланы.

– Посылай систематически, чтобы совсем забыли дорогу. Помни, всё, что они говорят – неправда. И что критиковать они тебя будут в любом случае, что бы ты ни сделала и обесценивать всё, чего ты добьёшься. Что толку от таких советующих? Никакой пользы. Ими безболезненно можно пренебречь, ничего не потеряв при этом. Кроме ненужного дискомфорта. А прячешься ты, пока тебе всё ещё больно, пока раны не заживут. Это нормально. Перед выходом к новой реальности. Подзажив и почувствовав себя лучше, ты осмелеешь. Ты как раз этим и занята сеймомент – пытаешься заживить и зарастить старые раны, прекратив получать новые. Пройдёт время, и ты почувствуешь в себе силы и смелость не бояться проявляться и показывать себя. Ты не океанское чудище, не болотный гнус, ты обычное человеческое существо, со всеми мудростями и глупостями. Будь. Дай жизни дышать и сиять через тебя беспрепятственно. Для этого не нужно ничего делать. Просто не мешать. Тебе не нужно пытаться стать кем‑то. «Спокойной», «ведьмой» или ещё кем бы то ни было… Природа сложнее и умнее нас. Поток сам унесёт всё ненужное и принесёт всё необходимое. Твоя задача лишь не цепляться за то, что он уносит. И не отталкивать то, что он тебе приносит. Даже если ныне он принёс тебе физическую опасность. Это должно что‑то дать тебе и научить чему‑то. Измени, то, что можешь и смирись с остальным. Повтори через какое‑то время первый пункт и, если что, вернись ко второму. Если ты не будешь мешать Потоку в работе над тобой, всё будет идти правильно и складываться гармонично.

– Ох и не знаю, доживу ли когда‑нибудь до такого… Даже физически. Я ищу комфорта в собственной жизни, в собственном теле, в собственных поступках, мыслях и привычках… Не знаю, смогу ли найти его когда‑нибудь. Такое ощущение, что всё, что у меня отметилось за жизнь на подкорке теперь не стираемо. Если всё это стереть и начать заново – может, что‑то и получится…

– Оно стираемо. Просто требуется время и оттирать этот большой слой придётся долго и терпеливо. Но эта чистка того стоит.

– Да, пожалуй…

Ами с досадой поздно поняла, что выпила чашку прекрасного чая, даже не заметив, как это произошло и не успев насладиться. Вот, что значит упускать радости текущего момента за нытьём.

С обиженным выражением лица она протянула Кионе скорлупку для добавки. Хорошо, что в нашем случае это поправимо.

Лекарка налила ещё порцию ароматного текущего момента.

Раскаявшаяся Амелия подтянула кружку к себе и блаженно вдохнула аромат. Уж теперь‑то она не облажается…

Вторую порцию напитка они с целительницей выпили в молчании, наслаждаясь вкусом и невербальной тёплой частью их уютного общения.

– У меня после разговоров с тобой столько мыслей появляется… Я потом ещё долго перевариваю. Мне приходит в голову, что я могла ещё сказать, как ответить… Иногда я даже что‑то спрашиваю и сама получаю ответ на вопрос. Как бы от тебя, но без твоего участия. Мой мозг настолько вместителен, что может эмулировать всех вокруг? Скоро мне вообще не надо будет общаться? Такое ощущение, что я почти все разговоры с людьми – с реальными или внутренними использую для того, чтобы наладить диалог с собой. Вроде бы я общаюсь с чем‑то внешним, но получается, что всё время говорю с собой. Как будто сижу в каком‑то закопчённом стеклянном колпаке, где из‑за грязи на прозрачных стенках вижу не внешний мир, а только свои отражения.

– Вот потому‑то общаться и надо. Чтобы не зацикливаться на себе и пытаться всё‑таки услышать, что там говорят снаружи. Только для этого надо слушать. Внимательно. Не отвлекаясь. Не пускаясь в диалоги с собой.

«Вот со внимательностью, как сейсвет выяснилось, у нас не просто большие. У нас огрооомные проблемы…»

– Я пытаюсь…

– Пытайся. Возможно, момент пока в тебя не вмещается в том объеме, в каком тебе хотелось бы. Но если ты перестанешь болтать, освободится некоторое количество нужного тебе места.

– Ещё бы как-то перестать болтать… Вокруг меня сеймомент столько прекрасных людей, что обидно вместо них свои зеркальные проекции наблюдать…

– Что опять повод для тренировки.

Амелия с досадой посмотрела на вторую кружку как-то быстро закончившегося второго текущего момента. Опять не получилось.

– Ладно… Не буду отнимать у тебя времени, больше, чем уже съела. Это всё было очень вкусно. Спасибо. Скажи мне, а где твой амнезийный? Тот, что на кухне работает? Его там нет.

– Не знаю. – пожала плечами Главная. – Поищи в Лекарне. Может, сейсвет не его дежурство, и он в город прогуляться вышел.

– Может…

Поблагодарив Киону, ведьмарка отправилась на поиски.

Обойдя всё целительское котти и не найдя искомого, она в задумчивости покинула Лечебницу. Значит, амнезийный гуляет… Амелия тоже не прочь.

Вечер ныне ведьмически чудесный. По‑омилльски тёплый, уютный и ароматный. Совсем не хочется быстро покидать улицу и оказываться в помещении наедине со своими мрачными мыслями, словно бы уплотняющимися, попадая в ограниченное пространство.

Киона велела отвлечься. И не зацикливаться на себе.

На что позитивное ещё в этой жизни отвлекаться, как не на прекрасный вечер в чудесном городе? На местную еду и напитки, как вариант.

Вот на этом можно позацикливаться, будет вкусно. И сеймомент она может себе это позволить. Хоть каждый свет.

Ещё можно попытаться послушать других, практикуя… вечернее общение у кофеен. Как Кайл.

Ужинать под грибами и общаться с местными… Это оччень интересная идея.

Вот что действительно неплохо бы начать практиковать…

Во‑первых, можно на треть больше блюд перепробовать. А во‑вторых… В самом деле, можно познакомиться с другими сэльвами и перестать зацикливаться на отдельно взятом…

Он… не один на весь Омилл. Нет, именно такой один, конечно, но если посмотреть на большее количество сэльвов, то, может, полегчает, хотя бы от возникшего ощущения изобилия прекрасного на Материке.

Понятно, что на практике повязанной со своей работой и учёбой Ами не то чтобы совсем ничего не светит, но заниматься всем этим определённо некогда.

Но подсмотреть‑то словно бы из чьей-то другой жизни какое-то альтернативное существование ей, конечно же, ничего не помешает… Таким нехитрым образом, она отвлечётся и начнёт прокачивать прямо скажем, свой нулевой, если не минусовой, навык общения. Попутно ведьме разжиться чем‑то ароматным, чтобы запить утащенные из Лекарни корешки.

Кивнув сама себе и своему так убедительно обрисованному плану, Амелия решительно направилась к первому увиденному ею светящемуся грибу.

Им сейсвет оказался не самый ближний фиолетовый.

Ладно. Так тому и быть. Приятный цвет… Впрочем, у местных грибов все цвета приятные.

«Неразумно это делать.» – послышался в голове робко возражающий голос. – «Во время охоты на храмовых. С опасностью, предположительно исходящей от пищи.»

«Без абсорбента.»

Верно… Но очень хочется, и умнее сеймомент ничего не приходит.

Сейсвет Ами погуляет «на последок»… а потом уже начнет вести осторожный образ жизни. Жаль, она не подумала сама о подобном времяпрепровождении раньше. Когда так ещё можно было… Ну, эффект запретного плода в действии.

Ладно. Она же будет в людном месте. В очень красивом вечернем людном месте, полном мягких огней, ароматов леса, глины, фруктов и ягод, внешнего и внутреннего тепла и душевных разговоров.

За едой и питьём будет бдительно следить. У них же не хватит токсина, чтобы заодно с ней травить весь город.

А до Храмов оттащут, если что… Тут не очень-то далеко.

Ей правда очень нужно получить позитивных впечатлений, отвлечься и развеяться… Иначе она опять сорвётся во что‑то… как в прошлый раз.

Ой, нет… Пойдём быстрее к грибу. Лучше смерть от отравы, чем от стыда и похмелья.

Амелия невесело хмыкнула, возвращаясь к размышлениям об упущенном.

…Вообще‑то, неплохо было бы собрать на второй вечеринке компанию из её новых сотрудниц и сотрудников.

Они такие занятные! Было бы ужасно интересно провести с ними время и познакомиться с этими любопытными особями поближе. Если не в непринужденной обстановке одного из прекрасных местных кафе, то, может быть, в одном из помещений Ведьмария. Интересно, Финиан дал бы разрешение на подобные гулянки и вольности?

Почему бы нет. Он очень любил своих подопечных и тайком баловал при каждом удобном случае. Это не ускользнуло от аминого внимания.

В конце концов, подобное мероприятие можно было бы провести и во дворе Храмов, на Площади. Не зря же она такая огромная.

«Наверняка именно для вечеринок.»

Ведьмарка усмехнулась замечанию.

А почему нет. Зная местные нравы, удивляться не пришлось бы…

Эх. Если бы только Ами умела радостно собирать тусовки. А не сидеть где‑нибудь в стороне на кем‑то уже собранных… Если бы Ами была Кими.

Вдруг внутри раздался громкий предупреждающий сигнал, заставивший ведьму панически быстро свернув мысленную деятельность, практически подскочить.

«Ух ты!»

Что?!

«Замри‑смотри…»

Да… на что? Не пугайте меня, я и так дёрганая.

«Ну, вон же!»

Амелия резко остановилась, пытаясь понять, почему всё внутри неё пришло в замешательство, в то время, пока она, погружённая в свои мысли шла, глядя то под ноги, то на приближающийся фиолетовый гриб.

…Её недремлющая часть сознания в это время зафиксировала нечто, замеченное краем глаза.

Что?

…В свете вечерних фонарей мелькнул вроде бы знакомый силуэт.

Иии?..

…Да… Это же…Тот самый мужик! Из Чиффства! Ух ты… На собирательницу и ягода попадается!

Она опешила и растерялась на момент.

Это всё хорошо… И что мы с этой ягодой будем делать дальше?

«Идём за ним!»

«Куда?! Зачем?!»

«Нет. Это может быть опасно.»

«К тому же… Может, он домой? Или на свидание? Он же нормальный. В отличие от некоторых.»

Куда это он так… торопится?

Ами, так и не принявшая никакого конкретного решения, нерешительно топала за темноволосым, не отдавая себе в том отчёта.

«Так… куда мы?»

За ним. Очевидно.

«Домой? На свидание?»

Может он домой к злоумышляющим. Или на свидание с ними. Лучшая защита – это нападение.

Сеймомент ведьма осторожно проследует за ним, выследит их логово и привёдёт туда бригаду…

«Осторожно. А ты разве что полу его драпировки сеймомент не целуешь.»

Ой.

Амелия притормозила, дав нынешнему объекту преследования право на некоторое личностное пространство. Но тот, похоже, в любом случае был настолько занят какими-то своими размышлениями, что ему совершенно не было дела до внешнего мира и его неумелой преследовательницы.

«В чём смысл? Зачем нам это?»

Ну… Храмовые накроют всю их компашку… Вся их скрытность провалится, под влиянием фактора неожиданности… И они не успеют ничего предпринять. И всё кончится…

За нами, Кайлом и… особо примечательными личностями Участка больше не будет охоты.

«Умница. Всё‑таки нашла мужика сейсвет. Даже не дойдя до кофейни. И уже назойливо преследуешь.»

А что делать, если они добровольно со мной иметь дела не хотят.

«Да не какого‑нибудь нашла завалящего… А весьма себе упитанного, сытого и статусного.»

Зачем мелочиться. Да. Такого ни с кем не перепутать…

«Твоя зацикленность на ускользающих мужчинах становится тревожной.»

Так. Тихо все.

Вот только преследовательница из нас и так была неважная. Невнимательность здесь будет критической ошибкой. Мы выдадим себя ещё быстрее, чем могли бы и поставим всю операцию под угрозу.

«Может, подключить более сведущих и опытных? Дело нешуточное.»

Только если они будут пробегать мимо. Мы не успеем позвать подкрепление.

Злоумышляющие вновь ускользнут неизвестно куда. И всё.

Надо идти. И стараться делать это максимально тихо. Чтобы не было потом мучительно больно. Вот она и практика, о которой говорил Кайл…

Мы не станем рисковать. Просто подсмотрим и вернётся со сведениями.

Вдруг Моллер вообще не по тому делу идёт. И правда топает домой. За его домом, конечно, тоже было бы неплохо последить… Но делать это будет не Ами.

А без доказательств его причастности хоть к чему‑то это делать точно не будет никто вообще…

…В любом случае нужно что‑то делать. И делать что‑то придётся именно ей. И вот сеймомент, раз уж так получилось…

«А что, если он и правда домой идёт? Или ещё куда?»

«Ну, если он живёт в лесу…»

Амелия удивлённо осмотрелась.

За размышлениями практически незаметно она и объект её интереса оказались на какой-то незнакомой опушке леса.

Болото!

Она опять потеряла бдительность и «отключилась». Это безнадёжный случай.

Как она теперь приведёт сюда людей?! Она совсем не помнит дороги!

И вельможа направляется явно не домой… Если только он в самом деле не живёт в лесу и не любит ходить за провиантом ночью.

А это явно не так…

Амелия поёжилась.

Значит, идут они всё‑таки прямиком к злоумышляющим… Тут, главное, не облажаться совсем и, таким нелепым образом, не облегчить им охоту… Что Ами с повышенной степенью вероятности и сделает…

«Идём обратно?»

Куда? Мы не запомнили путь.

«Во что мы опять ввязываемся?»

«Из этого можно и не выбраться.»

«Давай выбираться. Как-нибудь. Приведем народ.»

Пока мы ищем путь назад, к утру тут и приводить уже не к чему будет… Нет. Пути назад нет. Не сеймомент. Нужно проследить за ним чуть дальше. Сделать всё, что в их силах, чтобы устранить нависшую над всеми опасность.

И сделать это внимательно и осторожно. Так что, прекратили болтовню и сосредоточились…

«Шагая навстречу своей мучительной смерти.»

Прекратили болтовню… И хватит жуть нагонять… Её и так тут предостаточно. Сердце колотится на весь лес…

«Осторожно! Оставляй деревья между вами.»

Как долго идёт‑то… И ведь не заблудится. И не споткнётся. Хотя тропинки тут нет. И, правда, непонятно, как отсюда выбираться потом. Не то, что кого‑то привести сюда… Пути назад отсюда нет теперь точно. Физически.

Сердце гулко бухнуло об рёбра и провалилось вниз в Бездну…

Во всяком случае, не ночью. Итак… Вперёд.

За Келе. За Кайла. Всё узнаем и как‑нибудь выберемся. Всегда выбирались. Главное – не попасться. Проследить, постараться заметить в темноте что‑нибудь важное, спрятаться до утра. Пока план такой…

Холодная решимость начала неуверенно топтаться на задворках сознания, робко пытаясь подвинуть подступающую панику.

«Давай назад в любом случае. Серьёзно! Что ты тут увидишь? Мало ли по какой нужде он идёт?»

Ты шутишь, что ли? Мужика несёт гнус знает куда, посреди ночи, вглубь леса… Ничего подозрительного, ага…

Собрались. Без болтовни. Сердце, тебя это не касается. Не надо этих томительных пауз… Жутко‑то как… Где мы?

«Ладно мы… А мужик‑то где?! Словно сквозь землю провалился…»

«Осторожно… Может, он заметил тебя и затаился. Стой.»

«А то и сама сеймомент провалишься. Прецеденты уже были.»

Верно…

«Очень осторожно. Ещё осторожнее.»

…Да где же он?! Ой!..

Ами резко припала к земле, потому как впереди практически около неё послышался разговор.

Резко отпрянув, ведьмарка распласталась по мокрой холодной земле.

Глядя на то, как из‑под земли появляется знакомый силуэт. А за ним… ещё два! Что?!

Храмовница недоверчиво потёрла глаза.

…Как… как так?! Прямо… из‑под земли?!

От изумления у неё пропал страх.

Силуэты начали удаляться, не прекращая разговора… о погоде?!

Ами осторожно перекатилась, пытаясь последовать за ними. Получилось довольно неловко и шумно, и фигуры настороженно остановились.

Отругав себя за неаккуратность, служивая замерла за деревом, стараясь не дышать.

…Но что было толку, когда весь мир пульсировал в такт её бешеному сердцу.

Она не может сеймомент оценить даже уровень производимого ею шума. Не говоря уже о том, чтобы понять, не идут ли уже в её сторону…

…Что там Кайл говорил про панику?!

Что расскажет про это позже.

Что если… позже не будет?

…Спустя эонное количество жутких моментов, когда стало понятно, что, никто к ней не приближается, и прямо Сеймомент её не схватят, с замиранием, Амелия осторожно выглянула из-за своего неподходяще глупого укрытия.

Повезло… сильно повезло. Видно, злыдни заняты и им не до дотошности в делах…

Вблизи никого не было видно. И слышно.

Они ушли! Она их упустила! Проклятье…

…Всё напрасно.

«Нет. Но зато и они упустили тебя… Идём назад к городу. Быстро.»

С облегчением выдохнув, служака огляделась.

Фффух… Жуть какая.

Всё. Наигрались… Пора уносить ноги отсюда, пока она не скончалась тут от ужаса без посторонней помощи. Зачем она вообще во всё это ввязалась?

Ладно… Ладно. Может быть, она сможет выбраться и как‑то запомнить и показать дорогу сюда. К чему?..

…К месту, где они выходят из‑под земли. Как его найти?

Надо аккуратно попытаться немного приблизиться. И всё‑таки рассмотреть, нету ли в этом месте чего примечательного…

Осторожно выбравшись из‑за дерева, она на корточках подползла ближе к месту, откуда предположительно появились злоумышляющие… Ну, кто это мог тут быть ещё в таком странном месте?.. Ничего примечательного…

…И… Оооой!

Стараясь не орать и не помереть от нахлынувшей паники, кубарем скатившаяся в какое‑то тёмное место ведьмарка быстро вскочила на четвереньки.

Провалившись сквозь что‑то неплотное, она оказалась… в пещере?

Ух ты…

Кантинка быстро оглянулась по сторонам.

Перед… скатом на входе в это явно неестественного характера образование находилась какая‑то полупрозрачная завеса.

Физическая? Ведьмическая? Некогда выяснять…

Нужно выбираться… быстро прятаться, пока весёлая компания не вернулась. Нет! Голоса… Быстро прятаться! Или это стук сердца и шумы в ушах? Не разобрать…

Неважно! Тут лучше перебдеть…

В новом приступе зашкаливающего ужаса, Амелия быстро осмотрелась уже привыкшим к новому уровню освещённости взглядом.

…Три прохода без занавесей. Четыре. Ох и…

Ужас… Шумы! Шаги! Приближаются… Зачем она…

…Некогда думать. Бегом.

Заглянуть в первую попавшуюся комнату, если там никого нет, где спрятаться.

Она быстро подбежала с слабоосвещённому проходу и осторожно заглянула.

Никого. Только какие‑то странные склянки с жидкостями, тряпки и коробочки находились наподобие рабочего стола, явно собранного наспех из подручных средств… Похоже на кабинет. На Храмовые Лаборатории у Кионы. Только маленькие и с чудными предметами… которые некогда разглядывать. Кто здесь работает? И над чем?

…Какая разница! Быстро прятаться!

Куда?! Она всегда паршиво пряталась…

Да и… тут вообще некуда.

«Соображай!»

Столы, коробки у стены и… Куча странных тряпок в углу… Кажется, это подойдёт…

Амелия быстро нырнула в ветоши и попыталась закопаться в них.

Малый рост много раз выручал её в жизни и в работе, когда надо было где‑то спрятаться или проползти в узком месте… Оставалось надеяться, что если свернуться клубочком, то её и не заметят. Но уж если заметят…

В это время комнату зашли.

Служака замерла, парализованная ужасом. Она не видела, но слышала и чувствовала, что в комнате уже кто‑то есть.

Шевелиться и раскапывать себе окошко для смотрения было жутковато. Только замереть и надеяться, что её не видно тоже…

…Фуууу.

Что за запах от этих тряпок?! Резкий. Отвратительный… Щекочет ноздри… Как бы не расчихаться…

«Замри. Слушай.»

Что‑то тяжело бухнулось на пол.

Они что‑то принесли с собой. И…

Ох, Сеймомент кто‑то из них подойдёт к тряпкам и её поймают! Лицо она прикрыла, но не знает, насколько хорошо прикрыта её спина.

..Будет смешно, если она закрыла только голову…

Смешно, но не ей… Тихо. Не паниковать. Не ржать, не чихать… Хотя на панический смех сеймомент разбирало основательно… И был повод. Какой?

Ами сжалась.

Её ум в это время панически прислушивался к разговору и передвижениям пришедших.

…Странная, непонятная речь. Вот, отчего её тянуло похихикать. Точно… С Моллером они говорили на омилльском. А сеймомент почему‑то сбились на… что‑то жутковато нелепое. Необычное. И очень смешное. Полное архаичных слов и оборотов…

Что это?!

Амелия напряжённо прислушалась, силясь расслышать и понять хоть что‑нибудь. Она знает две трети материковых языков. Но не этот… Зетский? Лимский?.. Йулльский?..

Неясно… но что‑то вроде разобрать даже можно… Так… только не ржать. Пожалуйста. Это смертельно опасно…

– Это быть оконечный извоз до Кантина. – говорил один голос. – Волочить нема боле… радение этого не потребно. Допом – узрело ныне второй поклад.

– Неразумно было казувать… – упрекнул второй.

– А как ещё перевлечь?! – бурно возразил первый. – Такое огорошное приспорило!

– Жахово…

– Ныне виждимо что за торопь привалилась…

…Голоса два… А… где третий? Уже ушёл? Тем проще… Хотя всё ещё неясно, сколько их здесь всего.

– Избыть оно? – тем временем с неохотой спросил второй. – Не отыщимая пропажа. Оказийно.

– Нээээй… Запримечено оно даве… Что бы ни учудилось – изветно станется. Привяга моя это… Не жалать оно избытия. Зельно злочинств и без оного… Но довлело то надо мною в ряде!

Женский голос угрюмо фыркнул и печально вздохнул.

Что это за язык всё-таки? Столько знакомых слов в незнакомых сочетаниях… А незнакомых слов ещё больше… Едва понятно о чём речь…

Хорошо, что так страшно, что ржать от этого почти не хочется… Если поймают – вообще ни разу не смешно будет. Ох. И даже затекающие ноги потереть нельзя…

…Внимательно. Внимательно слушаем. О чём они говорят? Это важно. Что за груз в Кантин? Какие такие злочинства?

– Не дланями. – предложил второй голос. – Эту жило всё явно рушать. Погребёт зде.

…Что?!..

Она правильно поняла?! Рушить что?! Это жи…лище?!

Нужно выбираться! Только не при них!

…Как они собираются рушить пещеру?

«Так же как стену кабинета Майло.»

Ох… Вот откуда шумы в лесах… Зачем… им рушить пещеру?!

Затёкшие конечности начали подёргиваться… Вытянуть нельзя… а если этого не сделать, то она выдаст себя…

Амелия чуть переместила одну ногу. Это не уняло досадного жжения. Легче не стало.

«Слушай. Слушай внимательно. Что там про обрушение?»

– Это оказало радение. И да будет живот оно даром. И порости все эти похабные верховьи докуки кастью… Нет мочи моей на то вяще… Не стану душегубить.

– Экое вежество… Воля твоя, аки войты. Всесветно. Усё движется болота…

Надо попробовать на них посмотреть… Оставалось надеяться, что никто сеймомент не смотрит в сторону шевелящейся кипы тряпок…

Храмовница осторожно подтянула к лицу руки и медленно приподняла краешек ткани.

Говорящих практически не было видно. Верхнюю половину картинки закрывал самодельный стол.

…Это хорошо. Значит, он скрывает и её.

Видны только их ноги. В той самой одежде… Которую она помнит с момента нападения!

По телу прошёл панический спазм и воздух мгновенно выжало из лёгких…

…Тихо. Это всё ещё опасно. Смотри. Продолжай смотреть.

…На полу лежало что‑то большое.

Сумка? Нет. Очень длинное для сумки… Тело? Ну и ну… Это… вельможа?! Неееет…

…Отставить панику! Слушать…

– Долонь ручник, долонь нужник. Рушаем тало и удалимся. Заботы зельно.

К крупному объекту на полу сверху потянулись ловкие руки и в них вскоре оказался… блестящий браслет!

Тот самый! Как она его точно запомнила и воспроизвела! Удивительно!

Ами едва не забыла бояться, начав задыхаться от восторга.

Рано радоваться. Это точно, тело. Тело вельможи. Что это за браслеты? Почему они так важны?

– Годно.

– Укрой чело.

Обе фигуры резко сели на корточки.

…Болото!

Ами рефлекторно уронила кусок ткани обратно на лицо. И замерла.

Послышался какой‑то тихий щелчок. И… Шаги пошли в её направлении! Страх вновь парализовал её полностью. Ну вот и всё…

Ведьмарка застыла в ужасе.

…Сеймомент Ами поднимет тряпку, и фигуры окажутся прямо перед ней…

Да, по звукам одна почти над ней… гремит чем‑то на столе. Что‑то… собирает?

– Зинуй всё ли. – раздалось в опасной близости.

Ами вновь панически сжалась.

Шаги послышались в обратном направлении. Отлегло…

Закончив собирать что‑то на столе, обладательница одного из голосов, отошла и зашуршала чем‑то у другой стены, видимо, собирая что‑то из коробок.

…Ох, и как же в носу свербит… Она сеймомент чихнёт…

Нужно убрать эту вонючую тряпку с лица. Быстро.

Храмовница поспешно приподняла пальцами ткань, освобождая место для воздуха перед носом.

В открывшуюся щель стало видно, что теперь обе фигуры вновь были у тела.

Ведьма приподняла ткань ещё немного.

Что происходит? Они явно собираются уходить. Было бы мило с их стороны… Но… что их останавливает?

…Ох!.. Тряпки вновь в момент оказались на лице. Потому как обе фигуры вновь опустились на корточки.

Но, похоже, они всё равно её не видят…

Ами присмотрелась.

Силуэт покрупнее склонился над лежащим человеком. В руках у второго были склянка и ветошь.

– Сдвинь. Укрыл чело? Добро.

Крупное злоумышляющее встало. Видно было, как второе быстро приложило тряпку к лицу лежащего. Подождав немного, столь же спешно убрало.

– Делается так. Учет десять. Зельно – смерть. Гольно – вскую.

– Добре.

Вскочив, фигура с тряпкой и склянкой в руке… вновь понеслась в амину сторону.

…Неужто заметила?! Вот теперь точно всё…

Даже опускать обратно тряпку поздно. Та неумолимо приближается… К замершей в ужасе Амелии. Зачарованно наблюдающей это зрелище.

Не дойдя нескольких шагов, угроза швырнула в неё тряпку, которую держала в руке. Та гулко бухнулась на голову недвижимой служаки.

На момент этот шлепок словно бы оглушил служивую.

А низкорослое существо быстро повернулось к столу, вытерло руки и бросило ещё одну сильно пахнущую тряпку в кучу, в которой лежала обездвиженная ужасом Ами.

Ф…Фу! Ну и запах… Тошнотный…

Голова начала кружиться. Храмовница быстро задержала дыхание.

– Радеться за это… для оно всё оматнулось. Наше – нет. И кручинушка в сием.

Сказав это, компактное существо наклонилось за своей сумкой и, прихватив ту, сделало какой‑то жест, отчего тело… повисло в воздухе.

…Что?!

Либо Ами уже нанюхалась этой дряни… либо сейсвет пора переставать чему‑либо удивляться…

– Ладую с ти… Нагневляет все сие. Гинем.

– Гинем… Клади у холлу рушку и споро удалимся.

Обе фигуры вышли.

Вовремя! Воздух в лёгких не бесконечен… Так. Быстро выползать!

Если она правильно поняла, то сеймомент всё здесь будет обрушено. Подождать пока затихнут шаги. Вылезти из тряпок…

…Гнилое болото! Дышать! Дышать нечем… Надо вздохнуть. Хоть чуть…

«Нет!!»

Деваться некуда воздух в лёгких совсем закончился, мы задохнёмся!! Только маленький вздох и…

Но этого хватило…. Голова закружилась ещё больше.

…Время вылезать отсюда и отойти от вонючих тряпок как можно дальше!

Амелия встала на четвереньки и проползла вперёд… Немного.

Под щекой вдруг оказался твёрдый пол, а комната тошнотно плясала над ней.

Нет… Только не это всё опять… Ползти… Ползти!

…Панически пронеслось у неё в голове, пока она продолжала пытаться встать, а мир начинал окончательно темнеть.

…Надо к выходу. Там воздух. Свобода. Келе…

И ничего, способного придавить её холодной земляной тяжестью и задушить окончательно.

…Соберись, Ами!..

Кантинка попыталась встать, напрягая силы и сделав ещё один судорожный непроизвольный вздох.

Перед глазами потемнело и комната исчезла совсем.

Вместо неё в возникшей вокруг черной Бездне заплясали тошнотные цветные пятна, а на саму Амелию надвигался огромный земляной ком.

…Что?!

Вздрогнув, она попыталась укрыться от удара, но невидимые веки и руки не могли спасти её от этого…

Шар прошёл сквозь неё, полумёртвую от ужаса.

…Бежать…

Куда? Кто и что побежит? Некому тут шевелиться и шевелить нечем… Никого и ничего нет… Только эонно долгий ужас…

…И жуткий грохот с заунывным прибывающим ощущением невыносимой тяжести перед всепоглощающей Тьмой.

Свет 91. Свет как свет.

…Свет! Надо идти на свет… Это же… Свет?!

Амелия резко дёрнулась и… проснулась.

…Фух… Опять дурацкий кошмар…

Она резко села на лежаке, что вызвало звон в ушах и взметнувшуюся перед глазами стайку цветных точек.

Что это… было? Почти реально… Тошнота. Грохот. Давление. Ужас…

…Узкий коридор, поиски выхода…

Бррр… Приснится же такое.

Она неуютно поёжилась и непроизвольно обняла себя, потирая плечи, как бы стараясь унять мурашки жути, всё ещё носившееся по коже.

Когда весь этот психодел уже закончится и начнутся нормальные сны…

Ладно. Главное, что всё хорошо и она… дома?

Оп… Нет, не дома… Не в Ведьмарии… Где?

Она… В Лекарне… Почему?

…Потому что это… Был… Не кошмар?!..

Ох! Страшно подумать…

Значит, и думать не надо. И так уже очень страшно…

Надо восстанавливать нормальный уровень самочувствия, а затем уже ход событий.

Первое, что нужно восстановить – это общее ощущение причастности к реальности. Для чего неплохо бы с кем‑нибудь поговорить. Здесь есть много ведьм, которые могут прояснить ситуацию…

Вот нам и приятное с полезным. Отличный план.

– Как самочувствие? – услужливо спросил чей‑то вовремя появившийся голос.

Ох. Прекрасно… На собирательницу и ягода идёт…

С… не предвещающей ничего хорошего чашкой в руке. Она помнит эту травницу‑сэльву с хитрецой в глазах. Но не помнит её имя…

– Нормально! – бодрее, чем следовало, отрапортовала Амелия, всё же спеша перейти к своему основному вопросу. – Только не могу понять… как я здесь оказалась, вообще, и по большому счёту, вспомнить не могу ничего… Может, и не надо, учитывая то, что полученное из моей памяти во сне, выглядит жутковато…

Храмовница резко выдохнула, пытаясь сбросить ощущения, и вскинула внимательно-умоляющий взгляд на лекарку:

– И всё‑таки… Что со мной случилось?

Сэльва недоумённо пожала плечами.

– Я подробностей не знаю… Спроси Кайла. Это они с Финианом и командой где‑то нашли и притащили тебя сюда. Нам здесь оставалось только вновь кропотливо восстанавливать твою тушку… Завязывай уже с этим, ладно? Больше одного раза уже не забавно… Держи, вот тебе Киона горькую настойку прописала на три света. Чтобы тебе неповадно было больше попадать к нам… Ничего не болит?

Амелия призадумалась, диагностируя ощущения.

– Нет вроде… Какая‑то разбитость и подавленность… Но в целом всё хорошо.

– Ну и чудесно… Киона опять потрудилась на славу. Вечерний сбор будет не такой противный, обещаю! – лекарка со смехом извиняющимся жестом вскинула свободную от чашки руку. – Хотя я бы на кионином месте всем зачастившим сюда выдавала бы самые отвратительные… Держи.

Амелия взяла плошку всё ещё дрожащими и плохо слушающимися руками, сделала большой глоток и поморщилась.

Еле терпимо горький и вяжущий… Бэээ. Как специально, в самом деле… И зачем было возвращаться в эту столь недружественную реальность?

«Потому что она дружественная. А эта муть – лечебная. Нечего её смаковать… Давай быстренько. Залпом.»

Влив в себя ужасную жижу, служивая, морщась, отдала кружку целительнице.

– Спасибо потом скажешь. – усмехнулась та.

– Ага… Как дар речи вернётся… – прохрипела Ами.

– Вода у тебя на столике рядом. – понимающе кивнула лекарка, как бы напоминая. – Запей. Не забудь сдать грязную робу в стирку и взять новую! И причесаться.

– Х…хорошо…

Пропустив всё неважное в данный момент мимо ушей, Ами спешно схватила чашу со спасительной жидкостью.

Когда она наконец оторвалась от неё, медработницы рядом уже не было. А вот вкус напитка здесь, к сожалению, остался… Как бы это не повлияло на способность наслаждаться вкусом пищи.

«Смерть сильнее повлияла бы на твою способность наслаждаться вкусом пищи.»

«Всё‑таки. Что произошло?»

Да. Что?

Надо найти Финиана. И Кайла.

Заинтригованная кантинка слезла с лежака, чуть опираясь на него, чтобы не упасть.

Вертикальное положение – лучший способ протестировать своё состояние окончательно. Что у нас здесь?

На ногах стоим хорошо… Мир твёрдый, плотный, из‑под ног не уходит. Яркий, звонкий, непривычный… Всё как будто заново.

Твёрдость пола, холодок сквознячка, травяные запахи Лекарни… Ощущение какой‑то растерянности и лёгкой усталости. И небольшая сонливость. Но жить с этим можно. Что и происходит.

«Смотрите все! Амелия Кантинская вновь обманула свою смерть.»

Точнее, умелицы Кионы это сделали.

После того как тело сюда притащили где‑то нашедшие.

Вау… Сколько народу-то поучаствовало. Спасибо за их беспокойство. Было бы, ради чего стараться…

«Значит, было. Иначе не старались бы.»

Верно…

И опять это сенсорное переполнение… Всё вокруг такое чистое, яркое и свежее. Ощущение мира и новизны всего заново обретённого…

Жизнь прекрасна.

Можно идти… Шаг за шагом.

Шершавый твёрдый пол поддержит в этом. Дышать. Вдоооох‑выыыыдох. Чудо…

Смотреть на этот рассеянный по огромному котти свет и наблюдать сквозь окно гору, со всеми её цветами и тенями… А если выйти на улицу, то прибавится давление лучей светил, движение воздуха, приносимые им запахи… И свои мягкие шаги по любимой земле! Обифрительно!

Ами восхищённо вздохнула.

Нужно так и сделать! Сразу после обеда. Она ужасно голодна и это в её понятии было основным признаком того, что она живая.

Однако… Чувствовалось, служака даже отлично отдохнула за время своей отключки! Перезагрузка, даже при каких-то странных невыясненных обстоятельствах, однозначно пошла ей на пользу…

Немного придя в себя, можно будет даже начать попрактиковать всевозможные упражнения… которые она не помнит… Которыми нещадно нагрузили её те, к кому у неё много вопросов… Те, кого ещё нужно отыскать, чтобы вопросы эти задать…

Так. Всё по порядку. Есть, гулять, выяснять… Кажется, ничего не забыла. Хорошо.

…Кроме того, почему оказалась здесь. И что… вообще происходило в последние света.

Да у неё и к себе у неё тоже масса вопросов… Вот именно. Что именно она помнит, до того, как ничего не помнит? Да тоже ничего…

Амелия остановилась и озадаченно опустилась на тёплый глиняный пол.

…А можно о "ничего" поподробнее?

Можно. Совсем ничего… Темноту вот помнит. Да. Вроде… как какой‑то странный разговор перед этим… Между… кем? Ней и Финианом? Кайлом? Майло? Кем? Кто говорили? О чём? Кто знает… она не знает точно. Да какая сеймомент разница… Пойти да спросить, о чём они говорили.

…Ладно. Что ещё у нас есть?

Пол. Жёсткий. Но тёплый. Приятный на ощупь. Нога затекает.

Перед разговором тоже не было ничего определённого.

Прогулка. Ночная. Она вроде… куда‑то шла. Домой? Нет. В столовую? Да, наверное… Перед этим они… оживлённо что‑то обсуждали с Каллианом. Его надо будет тоже расспросить… Точно.

Они вроде много вместе работали над чем-то в последние света, он ей всё и расскажет. Кабы не понапридумывал чего лишнего, правда. С него сбудется…

Амелия устало, но весело хмыкнула.

Ещё вспоминается… Ощущение какой‑то идеи или чего‑то радостного… или интересного… Какого‑то прогресса. Или перспективы? Что это?

Вот про это точно надо всех расспросить поподробнее, чтобы отвлечься от… самого яркого и запомнившегося. От поглощающей Тьмы…

…Пфф. Фуфуфу… Пойдём уже?

Пойдём… Всё равно непонятно, когда было всё это вспоминаемое. Где? Цикл назад? Средний, большой, малый… Непонятно… Может, в какой‑то прошлой жизни. Не вспомнить…

Похоже, собственную хронологию придётся восстанавливать по архивным документам… Дожила. Сама себя изучать будет. С такой дырявой памятью надо всё записывать.

Подожди. Она же и записывала. Надо найти записи. Точно. А пока…

Да. Пойдём. Надо успеть поймать за один свет Финиана и Кайла. Чтобы не помереть не только от голода, но и уже от разбирающего любопытства. Что же всё‑таки случилось?

…Пока неважно. Давай оставим свою прошлую жизнь в покое, лучше не напрягать голову, которая никак не хочет работать. Пусть отдохнёт, может и выдаст чего…

И пора использовать свою новую жизнь. Наилучшим возможным образом, пойти и прямо сеймомент наесться от пуза! Фиолетовых корешков из сада Лекарни. И ещё сгрести всех своих, кто навстречу попадётся. На радостях.

Отличная идея. Вперёд!

Так. Только без фанатизма. Твоя свобода заканчивается там, где начинается чужая.

Естественно.

Амелия радостно вскочила, потирая затёкшую ногу и понеслась в пищеблок. Традиционно разогнавшись, чтобы прокатиться на больничных ботах, она чуть не врезалась в Киону.

– Я смотрю, с тобой уже всё в порядке. – по-родительски тепло и покровительственно улыбнулась Главная Целительница.

– Более чем! – бодро ответствовала ведьмарка. – Наверное, потому, что я ничего не могу вспомнить! И это настолько прекрасно, что чувствую я себя лучше некуда! Что ж я такое забыла… И стоит ли об этом вспоминать, если без этого так легко? Ты… расскажешь мне потом?

– Конечно. Отягчу тебя любыми знаниями, помогу чем смогу. Но если тебя не тяготит вопрос – почему ты здесь и тебе было радостно забыть об этом – хорошо, что я тебе особо ничем не могу поспособствовать во вспоминании. Спроси Кайла и Финиана. Как насмелишься или лёгкость бытия станет невыносимой. Потом приходи ко мне, если услышанное будет слишком тяжело. Эти мужчины умеют только нагрузить, но никто из них не станет делить с тобой ношу.

Сэльва дружески подмигнула кантинке.

– Верно! Спасибо! Я к тебе всё равно зайду, у тебя чай ведьмический… Такое, видно, не забывается ни при каких обстоятельствах… А про тяжести… Спрошу… сначала Финиана. Мне всё равно домой зайти надо. Слушай. Я отлм=ично себя чувствую. Может мне уже совсем… выписываться пора?

Киона отрицательно покачала головой.

– Не раньше, чем отмоешься, сменишь робу на чистую и три света пропьёшь ужасную восстанавливающую жижу… Мы тут намешали её что‑то слишком много. Нельзя, чтобы настой из редких трав пропал или просто был вылит… Нужно кому‑то скормить.

Ами недоверчиво прищурилась, глядя на Главу Лекарни.

Та всегда шутила с таким серьёзным выражением лица, что ничего нельзя было сказать точно. Может, это и правда… Может, нет.

Какая разница. Жижа жижей, а еда тут отменная. И компания что надо.

– Понятненько… Ладно. Тогда вечером вернусь допивать… А если выпью всю залпом – можно будет уйти досрочно?

– Попробуй! – весело усмехнулась старшая.

– Ой, нет, я передумала… – брезгливо поморщилась представившая процесс Ами. – Забудь, что я сказала это.

– Уже забыла… Ты к Финиану так торопишься?

– Не‑а. Тешить свой неуёмный аппетит сначала. Потом любопытство, я буду торопиться к Финиану не меньше.

– Правильные приоритеты, всё по порядку. Естественный аппетит – вообще дело хорошее и здоровое, как лекарка говорю. Как и жажда жизни… И… Попроси Финиана ко мне заглянуть, ладно? Дело есть.

– Хорошо!

И Ами стремительно понеслась дальше.

Долетев, наконец, до пищеблока, она ураганом ворвалась внутрь и ринулась к столу, на котором обыкновенно оставляют еду для проголодавшихся в течение света.

То есть, как раз для неё.

Подбежав к вожделенному месту кормёжки, ведьма было протянула руки, чтобы нахватать корешков, как вдруг замерла в ощущении странного дежавю.

Она… вроде бы совсем недавно это делала. Вот так же. Но где… те корешки?

Вероятно, съедены… Где ещё. Она же не даст пропасть полезному пищевому продукту. Стоит ли сеймомент озадачиваться этим? Неизвестно, откуда её принесли и сколько светов она провела в отключке.

За это время всё что угодно могло куда угодно деться или возникнуть.

Служивая в задумчивости подняла глаза на работника, хлопотавшего у посудомойного чана.

Это же… Тот самый беспамятный. Который ей нужен был… Зачем‑то.

…Зачем? Непонятно.

«Кто тут ещё беспамятные».

Ага. Она сама, судя по всему…

…Теперь у неё и у него есть нечто общее! Ведь он застрял здесь именно потому… что ничего не помнит.

От поразившей её мысли Амелия застыла в ужасе.

Тоже… ничего не помнит. Так может… И она… Потеряла воспоминания ни с проста?

«Не говори глупостей. Он ничего не помнит вообще… Ты‑то хоть помнишь кто ты и откуда. У тебя если и вылетел, то небольшой кусок. Непосредственно предшествовавший.»

Степени амнезии бывают разные… И триггеры для неё тоже.

А может… этот просто вспоминать ничего не хочет? Как… Милли.

Ох ты. Теперь у них с Милли есть нечто общее… Всё удивительнее и удивительнее…

Надо поговорить с этими двумя.

Тем более что как‑там‑его‑зовут уже заметил её замерший пристальный взгляд и настороженно приветственно кивнул, выжидая.

Амелия тряхнула головой и поспешила скрасить неловкость, начав беседу.

– Прости, что таращусь на тебя! – начала она сбивчиво. – Я задумалась. Ни мха из недавнего вспомнить не могу… Подумала… что ты вот тоже. Тебе от этого не странно?

– Уже нет… Я и из давнего не могу вспомнить. Хорошо, как здесь говорят, хоть как дышать не забыл. – пожимая плечами и вытирая чашку, ответил тот. – И то славно. Я поначалу тоже этой неопределённостью мучился. А потом… привык.

Амелия нахмурилась. Такой прогноз ей совсем не нравился.

– Похоже… и мне придётся. – вздохнула она, подходя поближе к собеседнику и присаживаясь неподалёку. – А что ты… вообще про себя помнишь?

Тот отложил чистую чашку и призадумался.

– Да почти ничего… Всё какое‑то обрывочное… Всплывает невпопад.

– Всплывает невпопад… – задумчиво повторила Ами. – Угу… Про всю мою жизнь. Чего таить, я и обычно‑то не могу вспомнить, что за свет до этого происходило…

Кухонный храмовник критически взглянул на объем побеждённой за сейсвет чистой посуды.

– Значит, жизнь у тебя и до этого не была связной. – усмехнулся, всё ещё глядя на посуду он. – Чего тебе терять.

Кантинка согласно кивнула.

– Если так подходить к вопросу – то нечего… Да и, у меня такое ощущение, что без того, что я потеряла, мне как-то даже легче. Словно бы можно взять что-то новое и более подходящее вместо того, что было.

– У меня тоже самое. – решительно кивнул тот. – Потому я просто живу настоящим и не тянусь к прошлому. Пусть то будет погребено, где лежит.

– Погребено… Где лежит… – эхом отозвалась Ами. – И не раскапывать. Действительно, а есть ли смысл? Оно дало свой опыт, послужило шагом к развитию, своё уже отработало и мертво… Тоже метод. Отличный способ жить. Интересно, а Милли того же мнения?

– Поди да спроси. – пожав плечами предложил посудомойщик.

– Верно… – усмехнулась ведьма. – Всё лучше, чем тебе надоедать.

Она быстро встала, кивком попрощавшись с амнезийным, схватила и сунула подмышку приглянувшиеся свежо пахнущие корешки и выбежала из столовой, нажёвывая один на ходу.

В самом деле.

Надо забежать к Милли. Интересно поговорить с теми, кто… тоже ничего не помнит… Неужели амино забытьё и в самом деле неестественного происхождения?

Страшно подумать… Однако… Вот как далеко она продвинулась в своём расследовании. Ну не умница ли!

Погрузилась в него целиком и полностью, сама вошла в роль тех, над чьими делами работала… Чтобы посмотреть на задачу изнутри.

Только что будет толку, если она не вспомнит ничего сама?.. Зато, если вспомнит, то это будет явный прорыв в деле.

Но… как это произошло? До неё добрались злоумышляющие?

Она ничего не помнить… но жива. И может действовать.

Она явно уже чего‑то добилась, если до такого дошло, и можно попробовать восстановить, чего именно. Возможно, это действительно как‑то поможет и остальным. Они раскрутят это дело все вместе!

…Ох, как же мысли путаются… Остаётся только надеяться, что это пройдёт. И из этого всего можно извлечь какую-то пользу.

«Ами спасительница.»

«Мечтать не вредно.»

«Твой ум слишком ленив и неповоротлив, чтобы справиться с этим лучше других.»

Ещё бы… У меня в нём такая большая болтливая зловредная толпа. Представляете, сколько у меня на вас на всех сил уходит. Пока каждой ответишь и подискутируешь. У Чиффской Секретары по связям с общественностью здесь такой ежесветной нагрузки нету, как у меня…

…У Чиффской секретары…

Что‑то в этом есть знакомое… Что?.. Не вспомнить…

Надо где-то пометки что ли делать о всплывающем в памяти. Это тоже своего рода интересное расследование.

Ну… к Милли. И к Финиану. Для начала.

И посмотреть, что будет всплывать походу. Возможно, даже записывать. Начать записывать приходящие воспоминания. Найти свои предыдущие записи. Они прояснят дело. Наверняка они где‑то с её вещами.

Скорее всего, Финиан отнёс их в её комнату.

Задумавшаяся Ами чуть было не проскочила мимо Милли и тормознула у ложа той с буксами, тихо вернувшись и задумчиво замерев, и не зная, с чего начать.

По счастью, бабулька сама облегчила ей задачу.

– Они ищут тебя, Амелия.

Ами похолодела.

Страшно-то как… Отличное начало, нечего сказать. Вот ни разу не жутко…

…Злоумышляющие, в очередной раз отправившие её в Лекарню. Только уже с амнезией. Конечно, они ищут её… Чтобы добить. Нигде не безопасно…

– Ч…что?! – только и смогда оторопело промямлить храмовница.

…Точно… На неё вроде бы… была объявлена охота. На неё и остальных, участвовавших в расследовании. Что‑то такое смутно припоминается… Чего и следовало ожидать… Но жуть-то какая…

Язык прилип к нёбу, на лбу выступил холодный пот, перед глазами залетали цветные мошки и захотелось осесть на пол. А лучше заползти под Миллину кровать и не вылезать оттуда. Эта жуткая бабуся всех отпугнёт от неё подальше.

– Твои близкие. – мягко пояснила тем временем невольная провидица, видя замешательство. – Они ищут тебя.

…Финиан и компания. Фффух… Да. И это тоже предсказуемо.

– Аааа… Они уже нашли, Милли. – облегчённо выдохнула Ами, понимая, что та, вероятно, говорит о прошлом, будучи не в состоянии отличить его от недавних событий.

Теперь Ами тоже знает… каково это. И вот опять ни разу не жутко.

Или же кто-то из своих пришли сюда и ищут бродячую ведьмарку по всей Лекарне.

Амелия огляделась в поисках своих сослуживых. Никого не было замечено. Вероятно, прозорливая Милли смотрела всё же в прошлое.

– Они уже нашли меня и принесли сюда. – с выдохом попыталась уверить то ли себя, то ли собеседницу Ами.

– Такова твоя собственная история. – вздохнула та. – Пусть будет так, если тебе оттого спокойнее.

Служака в очередной раз за этот свет недоумённо нахмурилась.

– Что значит…

– Ты точно хочешь знать?..

Пожилая женщина внимательно уставилась на неё пронизывающим взором.

Ами поёжилась. Смотрит точно… как её любимый преподаватель. Прямо насквозь.

…Ведьма ну вот ни разу не скучала по этому взгляду. Что у них за несносная привычка… Плохая была идея.

Скорее договорить с Милли и идти ко второму обладателю жуткого взгляда. По нему она определённо соскучилась. Очень.

Храмовница непроизвольно улыбнулась и осеклась…

…Что-то её тревожит её сеймомент… Ах да. Странный вопрос Милли…

– Нет! – не задумываясь ответила на вопрос служивая. – Да…

Добавила следом.

…Нафига такая несогласованность? Да потому что определиться тут никак нельзя.

И жутко, и интересно.

– Решай сама. – понимающе кивнула постоянная пациентка этого места.

– Не… Хочу. Но… Просто расскажи мне.

Омиллька многозначительно подняла брови.

– Ты мне всё равно не поверишь.

– Приму к сведению. – уверенно кивнула Ами.

– Ты понимаешь, что это – просто один из вариантов реальности? Ещё один?

«Как из далека начала-то…»

– Я… всегда догадывалась. – неопределённо ответила кантинка.

– И именно этот вариант – не совсем тот, к какому ты привыкла.

– Да, точно… Он получился странный. Я мало помню из того, что было перед этим. Поэтому я пришла к тебе. В надежде, получить какие-то зацепки относительно… сама не знаю чего.

Милли добродушно, но как-то потусторонне жутковато улыбнулась.

«Умеет.»

– Я даю тебе их. – кивнула она.

– Я слушаю. – с готовностью ответила Амелия, присаживаясь на краешек тумбы неподалёку от Милли.

По нынешним временам любые источники информации были хороши. Особенно те, к которым до этого не обращались, отметая как… мистическую ерунду.

Бывшая секретара нахмурилась.

Да. Что-то припоминается из её жизни. И что-то обидное.

Стряхнув обидку как нежелательный отвлекающий фактор, она прислушалась к местной провидице.

– …далеко ты не ушла. Потому тебе не так заметно… Скажи. Ты замечаешь изменения… вокруг? Во мне?

Жуткая омиллька испытующе уставилась на повторно оторопевшую Ами, начавшую уже действительно сомневаться не только в целесообразности своей последней затеи, но и в адекватности собственного восприятия в целом.

Впрочем, это ощущение было фоновым после аминого пробуждения всё время. Просто до этого оно не было таким ярким.

Амелия с содроганием пригляделась к окружению. И к собеседнице.

– Ну… Ты выглядишь бодрее сейсвет. – неуверенно, вновь прилипшим к нёбу языком начала она. – А что до меня… То мой мир всегда был шатким. Я часто замечала, что он меняется на ходу. Перескакивал ли он между реальностями? Или это одна может быть столь пластичной?

– И так, и так бывает. Так ли это важно, когда ты в этот момент отрисовываешь реальность заново?

…Достаточно. Голова была припухшей и до этого. А сеймомент вообще вскипит!

Амелия сердито фыркнула.

Перегруз! Ей нужно отдохнуть и восстановиться после амнезии, а не напрягать пострадавший мозг сложными материями. Она пришла сюда за ответами. А не за новыми вопросами…

– Это ещё один вопрос, а не ответ. Я ищу ответы. А не дополнительную порцию жути. – с решительным недовольством произнесла служака.

– Так уж получилось, что для себя сеймомент и то, и то идёт вместе. И ты сама попросила меня дать тебе это.

– Верно… Я уже поняла, что процесс получения информации простым не будет. Продолжай, пожалуйста. Люблю такие истории вообще‑то. Когда они не про меня…

– Процесс сложен, потому что твой разум не готов. Он всё ещё цепляется… за «тебя». Но что такое «ты»?

Милли вновь неуютно и неожиданно просветила Ами взглядом насквозь. Та поёжилась.

– Ненавижу этот вопрос. – поморщилась кантинка. – "Я" это "я". И всё тут.

Провидица отрицательно покачала головой.

– Каково это «я»? Его свойства? Как часто они меняются? Когда ощущения, верования, понятия и убеждения незаметно переходят в прямо противоположные? Замечаешь ли ты это? Не слишком ли это «я» зыбко, чтобы им так уверенно оперировать? Насколько «далеко» ты можешь его вспомнить?

– Мне от этих вопросов и в здоровом состоянии дурно становилось.

Милли разочарованно вздохнула.

– Верно… Ты ещё созрела для созерцания Бездны. Всему своё время…

– А что сеймомент? – попыталась восстановить нить беседы ведьмарка.

– Ты не можешь объять всё, но лови отсветы, те, что можешь удержать. Лови ощущения. То, что всплывает, пока я говорю. То, что всплывает само. Прекрати свою болтовню и действуй. Если будешь смелой и настойчивой девочкой – то вскоре сама многое поймёшь. А пока – прими. Всё иллюзорно.

…Иметь дело с безумными никогда нескучно.

– Я такой постулат уже многократно слышала… – нахмурилась Ами. – И могу возразить. Всё это выглядит вполне реально! Пол твёрдый. Я проверяла. Тёплый, шершавый. Сквозняк прохладный. Корешки грызть надо. Всё плотнее некуда. Чего же боле?

Пожилая ведьма посмотрела на молодую мягко и сочувственно. Как на слабоумную.

– Тот случай, когда многие знания мешают нормальному восприятию. – печально покачала головой она. – Наш разум хитёр… Но… это твой выбор, твоя воля и естественное право.

– Ну да… – примирительно уклонилась Ами. – И пока что мне всё нравится. Я тут останусь. Пусть это и иллюзия. Омилл – прекрасное место… для жизни.

– Да. – кивнула Милли. – Именно потому ты здесь.

– И в Лекарне. – хмыкнула Ами. – Предсказуемо.

– Более чем. Сюда ты попадаешь безошибочно.

Старая пифия ехидненько хихикнула.

…В каком смысле?! Ладно, она права. Амелия действительно частенько нарывается на неприятности.

– Так получается. – развела руками ведьмарка.

– Может оно и к лучшему… пока ты сама не управляешь этим, пусть работает автоматика… Вероятно, я зря пытаюсь заставить тебя понять. И вместить всё это в себя сеймомент тебе будет… тяжело. А возможно и просто невыносимо…

Прозвучало последнее сказанное зловещим шепотом слово вновь жутко.

«Опять она за своё.»

Пожилая ведьма задумалась.

– Тогда оставим всё так. Как есть. – тихо приняв какое-то решение, кивнула она. – Всё проявится само, в своё время, так или иначе. Не будем торопить это.

…Ох и пожалею я, что спрашиваю. Но я должна внести хоть какую-то ясность.

– Что не так‑то? – нахмурилась Ами, силясь понять хоть каплю из сказанного. – Ну, в общих чертах.

– Всё так. Всё так, как должно быть… Это тебе что-то не нравится. Ты подошла с запросом о том, что "не помнишь".

– А. – хохотнула кантинка. – Про это я уже вообще забыла, пока говорили! Типичная я. Это происходит всю мою жизнь. Я постоянно забываю что-то, иногда даже не успев договорить.

– Это легко. Забывать. Всё забывается. Всё, что ты приобрела, запомнила, выучила тоже обнулится. Через Эонность души путешествуют только налегке. Но если ты идёшь «недалеко», то кое‑что можно с собой и прихватить. Или же… остаться с этим, если ты не в силах оставить свой груз.

– Опять загадки… – досадливо фыркнула так и не достигшая успехов в понимании материала ведьмарская следовательница.

– Лишь для тебя. – сочувственно покачала головой омилльская ведьма. – Я излагаю пришедшее максимально точно. Ты не можешь это вместить.

– Я пытаюсь! Но у меня не выходит… Значит я шла… Недалеко. Уронила где‑то по дороге часть своего прошлого. И, гнус знает, может быть, что‑то ещё… И оказалась здесь. Так?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.