Иван Шереметьев
Объект «Таймыр 4». Реликт внеземного происхождения, 1953 год

В. А. Л.. посвящается!

Объект "Таймыр 4" – Реликт внеземного происхождения, 1953г.

В 53 году в октябре на Таймыр было направлено несколько групп для изучения нестандартного присутствия. Нестандартным присутствием или просто присутствием называют наличие плохоизученного или неизвестного объекта, процесса или явления. В общем того, что не относится к известной деятельности природы или человека. Так же, были направлены военные, для обеспечения работы групп в северных метеоусловиях и глубокой тайге, которая на Таймыре богата дикими животными. Присутствие было выявлено ранее на полтора года по аэрофотосъёмкам, вернее появилась заинтересованность к участку со следами деятельности, которая слабо походила на природную. Из-за труднодоступности района и, явно, не бурной деятельности в этом секторе, начальные вылазки сдвинулись на три месяца. Первыми была группа из двух вертолётов, они оставили пятерых военных на сменное (месяц в лагере, месяц в части) дежурство рядом с объектом. Их задачей было подтвердить вероятную техническую деятельность, видимую на фотографиях. Приказы были жёсткими, только подтверждение видимой деятельности, никаких вылазок далее разбитого лагеря, круглосуточное часовое наблюдение из трёх бойцов. Никаких самостоятельных изучений, никаких контактов с людьми и не людьми, если вдруг кто-то появится. Охрана от чисто теоретически заблудших охотников.

Поскольку деятельность, если приглядеться, была видна и на фото, и с самолётов вертолётов, долго подтверждения ждать не пришлось. Замеры радиации не удивляли, не было даже мизерного превышения из-за развалов горной породы. Фактически, всё шло в штатном режиме, не считая причины экспедиции. Единственное, в около ста км от места работали геологи разведчики, на всякий случай их приостановили и вывели, дабы нечаянно не рассекретить это самое нестандартное присутствие. По докладам поста на объекте, за полтора года не произошло ничего таинственнее северных сияний и нескольких визитов мишек бурых и белых, хотя белые не заходят за горы Бырранга, но солдаты и не такие байки выдумывают, не смотря на то что рядовые на такие операции не ездят.

На фото ничем не примечательной тайги было некоторое количество параллельных полос или борозд, заросших хвойными, они читались только при просматривании в режиме фильма. Можно было легко проглядеть эти артефакты на многие года, или даже навсегда, рассматривая просто фото. Почва, хорошо, что было лето, слегка отличалась от окружающей. Простым языком, просматривались следы работы тяжёлой гусеничной техники на навале породы возле большого, изъеденного естественной эрозией огромного каменного останца. Останцев на местности было много.

Но размер следов впечатлял! если судить по башмакам, то он должен был быть в длину шесть метров и в ширину два. Это какого же размера и веса должна была быть сама машина?! Транспортёры космических ракет и то не имеют таких ходовых гусениц. Тайга на следах была такой же, как и везде, с несколькими валёжинами. То есть этим следам 200-300 лет как минимум! (это на вид, дальше больше) до того, как начала обрастать местность. Вся площадь занимала не более гектара, и рядом ничего подобного не обнаруживалось.

Нашей задачей уже было более плотное и глубокое изучение нестандартного присутствия, если будет что-то найдено, то взятие образцов, детальное описание, съёмка фото и кино (видео пришло намнооого позже), при опасности приказано уходить, в прочем, это стандартно при работе с неизвестностью. Военные докладывали об обваленном входе в недра у подножия останца и шахтном запахе с металлическим оттенком из него и больше ничего. Это было видно им невооружённым взглядом и невооружённым носом, на остальное у них было строгое табу. В принципе, вход читался и с воздуха, если знать, что читать.. Наше ориентировочное первое пребывание должно было длиться неделю, по согласованию поддержки могло продлиться дольше, было собрано всё необходимое для работы в шахтах, фонари и другая иллюминация, спасательное оборудование, в группе два сапёра, акваланги и тёплые гидрокостюмы на случай затопленных пещер. Куча приборов, многие из них экспериментальные. Никаких удочек… Запрет на всякие вольности типа рыбалки и охоты, ну и мы сами, собственно, не развлекаться ездим в такие командировки, тем более на такие юга как Таймыр.

Лагерь разбивали в ста метрах от крайних следов, чтобы не попортить возможные важные детали этой подозрительной композиции. Версию про технику выдвинули сразу по фото годом ранее, на местности всё это не читалось, мох трава кустарник деревья скрадывали без того незаметные следы. Пришлось сопоставлять фото с местностью, выставлять метки с геодезистом и его чудным оптическим прибором. Отойдя на пять десять метров от следа, воображение его, всё-таки, находило. Откапывая дёрн натыкались на полуразложившийся каменный грунт, если эти следы от тяжёлой техники, то они очень древние, сейчас эти камни крошились в руках, любая железяка раздавила бы в песок. Были пару версий об их происхождении, но они выглядели более фантастично чем древний трактор, что-то типа параллельных разломов или добычи золота канавами руками предков. Подобные следы встречаются на всех материках, не только на суше и не только на земной.., об этом поговорим позже, в частности поэтому и не возникало сомнений в происхождении, для меня эта экспедиция была, крайне, не первой, и это далеко не самый крупный и интересный инцидент, но в этом повествовании расскажу только о нём.

Моя роль в экспедиции была довольно общей, сбор и консолидирование информации, не узкоспециализированная, поэтому меня тащило к входу в шахту, так как я не был занят чем-то специальным. Если геолог вертел каждый камень и охал ахал, то мне нужна была общая картина.

Вход в шахту был огромен! двадцать два метра в высоту и столько же в ширину (это данные геодезиста). Он был завален негабаритами, специально (сомнений не возникало в принципе) обрушенной кровлей, останец был серьёзно ранен этой раной, со стороны казалось, что вот-вот рухнет, возможно так и было задумано, но что-то пошло не так.. Прилетев мы не сомневались, что проникнем в шахту в первый день, в итоге на это ушла вся первая неделя. Огромная удача что с нами был опытный шахтёр консультант, призванный под гриф неразглашения, благодаря ему мы и смогли разобрать лазы, построить крепи, военные нам помогали своими нестандартными способностями. В итоге было пройдено метров 12 по краю завала, периодически лаз нырял вниз или уходил вверх между обломками породы. Не помню кто проник первым, это были те, кто делал лаз, ничего интересного не рассказали. Озеро, говорят.. там за камнями озеро.. Вот чего не хотелось так это нырять. Вода замедлит все поиски, усложнит работу приборов и фонарей, а многое сделает просто невозможным. Хорошо, что не зима, хором промелькнула мысль у всех.. Хотя октябрь на Таймыре холоднее чем зима в некоторых южных регионах страны, хором промелькнула следующая мысль.

Малоглубинная сейсморазведка, годами ранее, в этих местах показывала наличие целого веера полостей в текстуре недр. Этот участок очень выделялся в этом плане, но мы это никак не связывали со своими изысканиями, а зря, как показали дальнейшие работы.

Первое погружение совершили на следующий день, решили не начинать вечером, во избежание недостатка помощи в конце дня в случае ЧП. Так как, обводнённость недр на Таймыре высока, даже не надеялись на работу в сухих шахтах, как оказалось тоже зря.. и это радует. Озеро за завалом имело плюс минус тот же диаметр, что и вход в шахту. Стены, свод (кровля), и, видимо, подошва под ногами имели плавные контуры. Метро.., просто кто-то хотел проложить на Таймыре метро. В Ленинграде есть, в Москве.., и на Таймыре, в глухой нетронутой тайге. Метро плавно изгибалось в ледяное озеро. Первыми были двое военных, через 10 минут вернулись, такие интервалы установили первое время для безопасности. Конечная глубина была не достигнута с первого раза, после третьего четвёртого погружения вынырнул радостный водолаз. Воздух! Там есть полость с воздухом!

Есть такое понятие – чудо, чудеса.. Если бы у нас тогда, в шестидесятые, в руках появился смартфон, стекляшка в кармане с телевизором, с его кучей возможностей, мы бы воспринимали это как чудо, но это не более чем технологии. Прогресс, миниатюризация, кибернетика, нано технологии.. Попадаются необъяснимые вещи, сам неоднократно видел, в случаях исследований, но, по большей части, либо это похоже на технологии, либо они скорее всего и есть. Речь пойдёт о том, что встречается при исследовании присутствий.

Всё просто, на глубине 35-40 метров (декомпрессионный предел 40, нам дико повезло!) тоннель плавно выходил опять в вертикаль и заканчивался аналогичным озером. Получался своеобразный гидрозатвор, один в один, как в сифоне под раковиной. Но есть одно но! Зеркало озера на той стороне было, как минимум, на 10-15 метров ниже чем зеркало озера входа, а этого быть не должно, вода должна уравновешиваться и выдавливаться с той стороны! Эта загадка была задокументирована, промерена верёвками, далее уже геодезистами и нанесена на чертёж. Никаких вразумительных ответов не было. Место выхода освещалось слабо, ничего там не было видно, есть выход и есть, уже хорошо. Но спустя неделю полторы ответ нашёлся, или, может, теория, кому как удобнее. Кто-то заметил, что поверхность воды при выныривании с той стороны ведёт себя не так активно, как обычная вода, волнится крупнее, колышется слабее. Есть ощущение смены давления при выходе из воды. Натащили фонарей, давай камушки кидать, которых, кстати, тут было дико в дефиците, приходилось отламывать из под ног редкие небольшие заколы, и это ещё одна загадка, но об этом позже. Разница в поведении поверхностей не сразу ощутимая, но есть. Светили на отсвет, брали какие-то пробы на состав и плотность, полагая что в тоннеле две разных воды. В общем, махнули уже рукой. Денька через два, один из водолазов сказал, при выныривании вижу какую-то плёнку масляную. Не удивительно, если техника работала, то проливы могли быть. Вернулись к изысканиям, и увидели! Плёнка есть, вернее, масляные тоооонкие полоски шириной в ладонь, от края до края, сеть из полос, строгие квадраты. Решето и этой плёнки покрывало всю гладь, на стенках стали замечать подтёки и следы радужных переливов. При любых самых бурных перемешиваниях воды, сеть не нарушалась, поволнуется и успокоит всю гладь в минуту до полного покоя.. В общем, подумали, учёные ребята попытались поймать образцы, ничего так толком и не поймали, но были рады первому доказанному наличию чуда тире технологии.

Преодолевать эту водную преграду ежедневно по нескольку раз быстро надоело. Обедали сухпайками внутри шахты, разбив опорный пункт. Было предложение устроить внутри филиал лагеря и ночевать, но безопасники и опытные шахтёры настрого отказали, вдруг выброс газа или ещё чего, да и не наши здесь места, вдруг кто объявится недружелюбный.. Внутри сразу стало ясно, работы много, изучений на месяц, месяцы. переходящий в горизонталь тоннель вдруг разветвлялся. Если сначала это было ровное метро, то дальше он расходился странными неровными червоточинами. Далее червоточины продолжали делиться, чем дальше, тем их больше. Был большой риск заблудиться, натягивали верёвки, звонковку, вешали на них заметные тряпки. Нумеровали, систематизировали и картографировали. Тоннели уходили вверх, ныряли круто вниз, была опасность улететь в неизведанные пропасти и не вернуться никогда из-за поворота. Минимально стены сходились на шесть с половиной метров, расширялись до 30-35. Все переходы были плавными, контура тоннелей округлыми. Стены ровными, не за что зацепиться. Сверло было кривое, но хорошее, шутил кто-то. Возможно, это походило бы на промоины в кальциевых отложениях, но сложенные породы были крепкими, скала гранит камень. Такую породу вода не промоет, хотя, если это было миллионы лет назад, то возможно потрудилась природа. Но следы гигантской машины у входа, масляная сеть на озере..

Вообще, это сразу поняли учёные, но кто-то спросил, а почему нет воды! Действительно, мы в болотистой местности, до моря рукой подать, над нами озеро стоит на уровне грунтовых вод, а мы сухие и нет даже намёка на лужи под ногами..

Для тоннеля было странно многое, практически всё. Сухость, чистота проходки, отсутствие каких-либо коммуникаций и следов от них. Постоянно меняющаяся форма тоннелей, но, видимо, форма стандартного "покоя" проходки была эллипс, вытянутый по вертикали. Верх и низ сходились небольшими радиусами метра по два. в высоту тоннель в таком случае достигал восьми метров. Но иногда у проходчика будто сдавали нервы, и тоннель принимал любые мыслимые контуры, единственное условие у которого было плавные переходы. Так же изменялась длина контура, временами перерастая в довольно просторные выработки, временами переходя в сложнопреодолеваемую, хаотичноизогнутую в профиле червоточину. Черви грызли, сказал кто-то. Мда.., сомнительное занятие искать такого в живом состоянии, после предположения пытались без друзей в зелёной форме далеко не заходить.

Было сухо, воздух влагу содержал, но её было недостаточно даже для запотевания стен. Иногда встречались влажные пятна и свисающие капли, но это было настолько редко что стало исключением, мест со следами влаги было не более десяти на весь объём найденных тоннелей. Созвонились по этой теме со штабом, дня через три получили три слова – "не может быть!". Хорошо, раз не может быть, значит исследуем причину, и записываем ещё одно чудо. Изучение стен показало, поверхность по всей площади испещрена тёмными точками до миллиметра в диаметре. Каждая содержала небольшой фиолетовый ореол, похоже на термическую обработку. Но ответ на сухость это был не окончательный, сами по себе точки ни о чём не говорили. Взаимодействие с водой изнутри у стен было обычное. При попытке намочить их, они радостно намокали, демонстративно светя всем тёмным влажным пятном. Под ногами рукотворная лужа уходила в породы со свистом 0,2-0,5% в сутки, стандарт для гранитов и прочих твёрдых камней. Решено было выдолбить камень поровнее с точками и рассмотреть в более лабораторных условиях.

При ближайшем рассмотрении, оказалось, что образец был в мелкую дырочку, отверстия прожигались лучами или другими концентрированными энергиями. Тонкий луч входил в толщу и на расстоянии 5-10 см от поверхности расходился зонтиком, но уже более мелкими лучами. Оплавления от этой капиллярной лазерной обработки пересекались, оплавленные стеклянные края создавали непроницаемую поверхность для любой жидкости. Таким образом, вся поверхность была завёрнута в стеклянный пакет, защищающий от воды. Участки с ладонь, откуда были выбиты образцы, быстро увлажнились, что подтверждало предположения.

Сомнений не было в техногенности тоннелей ещё с обнаружения удерживающей сети на озере-выходе, находка способа борьбы с обводнением это доказала. Животных уже не боялись встретить.

После первого же погружения выломанные кусочки направили на определение возраста поверхности шахты. Не именно возраста сложенных пород, который, в принципе, был известен и составлял миллиард плюс минус лет. Возраст выработки было сложно определить по имеющимся технологиям на тот момент. Скажу сразу, возраст мы не могли узнать и понять очень долго, только через три месяца нам пришли данные в два миллиона лет плюс минус 600 тысяч. Даже если взять минимум, то это миллион четыреста, полтора миллиона лет назад. Технологии, которых мы не достигли, существовали ещё до того, как наш волосатый дедушка по имени неандерталец промычал первое слово.. либо около того. Эта находка не повергла нас в шок, мы знали зачем приехали, знали, что искать и куда копать. На земле матушке достаточно, сокрытых от глаз обычного человека, тайн. Таких, от которых холодеет спина и мурашки поднимают волосы на коже в массовых протестах верить тому что видишь.

Сами стены были обработаны достаточно гладко, шероховато, но в меру, орудие двигалось по периметру и вглубь-вперёд, иногда можно было проследить след от зуба или другого острого предмета многие опоясывающие витки. Мы месяц изучали тоннели, карта ошеломляла, Таймыр изъеден этими червями, так казалось. Шутник шутил – «Мы ещё не под северной Америкой?» Встречались тупиковые тоннели, много, но ни одного орудия ещё не было найдено. Через каждые 500-600 метров был оборудован узел связи, набор самосмпасателей, запасы еды. Узлов уже насчитывалось 15-17 и их количество продолжало расти. Экспедиция превращалась в хроническую рутину.

На самом деле, исследования проходили не так быстро, как хотелось бы. Такие работы донельзя зажаты правилами, инструкциями. Это не похоже на группу счастливых учёных энтузиастов с горящими глазами. Поэтому нельзя было просто так взять фонарь, закадычного друга и рвануть искать приключения в глубине неизведанных пещер.. Сверка часов, зарисовки через 50 метров, вечная нехватка геодезистов, которые промеряли извилины и изменение высот, запись кто куда двигается, строгое время возвращения. За полгода были две остановки в месяц длинной, по причине слабой результативности и потери надежды найти что-нибудь существенное. Вход планировалось обрушить, дабы обеспечить гарантию непопадания посторонних в эти катакомбы. Хотя, никому, в таких диких краях, не пришло бы и в голову что-то искать. Следы у створа вручную за неделю замаскировали солдаты. Первая остановка была в аккурат на новый год, остался только пост. Решено было ждать до весны, но начали в феврале, пока не так много снега. Проработали полтора месяца, и решено было останавливаться совсем.

Нам дали неделю на «поиск клада» иначе полное окончание операции. Один наш защитник убеждал верха что поиски могут принести золотые горы, но сверху ему говорили, что мы приносим только золотые дыры. Было решено пренебрегать правилами, форсировать работы, делать вид что всё соблюдаем, но заветный «клад» найти (всё равно все свои стали друг другу за полгода). Работать стало намного интереснее с фонарём и закадычным другом, хоть и не безопасно. Но за всю историю у нас было два перелома, ноги и запястья, более серьёзных происшествий не было.

И вот!! Прибежали две грязные фигуры из темноты запыхавшиеся, «Там! Там в тупике в породу врос какой-то механизм!» Долгожданная радость серьёзной находки, которую можно показать потрогать, а не эти молекулярные чудеса, видные только под микроскопом, типа сетки на воде, оплавлений тоннеля в толще, микроскопических овальных камушков в один мм длинной, которыми можно удивить только людей в халатах. В 250-300 метрах, в одном из вспомогательных ответвлений в тупике в форме в профиль напоминающей клевер читалось зубастое «солнце» с лучами внутрь.. До солнца на глухом торце тоннеля, этот механизм опоясывал тоннель изнутри на длину около двух метров. Минуты три стояли боялись молча, светили фонарями, штука достаточно внушительная, если визуально перевести в металл, то тонн 120 будет, а если она живая, а если голодная, а если она нас ждала…

Пришлось срочно вспомнить правила безопасности. Сделали несколько фото без вспышек в свете фонарей, свернули все дела и двинулись на поверхность. Мы это сделали, крутилось у всех в головах, остальное дело техники. По связи тут же передали наверх, получили дружелюбный подзатыльник «могли бы и раньше». На картах уже было 11 км всего пещерного безобразия, и прирастало ежедневно по 100-150м, прирост удвоился и даже утроился! Животворящая сила пинка от начальства!

На следующие сутки была собрана группа во всеоружии, защитные маски, респираторы, самые долгоиграющие фонари им отдали, чемоданчики с инструментом и колбами для отбора проб, два фото и кино аппарата у фотографов одновременно художников (нисколько не шучу, с собой мольберты, на случай отказа техники, что здесь не редкость, в группе всегда есть художники). Даже чертёжный инвентарь есть, на случай снятий труднодоступных размеров. Через водную преграду умудрились протащить даже газовый резак, несколько огнетушителей и складную лестницу, полностью медкомплект с носилками.

В бой шли самые квалифицированные 7 человек плюс военные ещё столько же, имеющие опыт, люди, которые уже не удивлялись разным «чудесам», встречающимся при исследовании присутствий. Остальные группы ушли искать дальше.

Всё это время у меня перед глазами стоял момент, когда я прикасаюсь к этой штуке, очень хотелось потрогать руками, из чего он сделан.. Непонятно было и его происхождение, биологическое или техногенное, настолько грациозно выглядел этот механизм. На место икс протянули даже два телефонных аппарата. Освещение и приборы были расставлены согласно плановой схеме. Когда всё было готово, разрешили заходить учёным для начала изучения этого невероятного создания.

В группе всегда работает стенографист, для тех, кто не знает, это человек, который записывает всё, что произносится вслух специальными значками, тогда не было диктофонов, киноплёнка заканчивалась быстро и киносъёмка в принципе использовалась крайне редко из-за дефицитности.

Первыми промерялись радиационный фон, состав воздуха в шахте, шум и вибрации, издаваемые объектом, его температура по всем поверхностям. Это не было живым существом, либо давно придавно умерло, температуры как у окружающих пород, вибраций и шумов абсолютный ноль. На ощупь ближний край этого технического зверя был металлическим. Металлический пояс имел толщину в полметра и глубину два, поверхность напоминала соты, рисунок имел идеальную разбивку на соты, металл торчал из каждой соты на разную высоту, от никакой разницы до полуметровых шестиугольных штырей. Похоже на друзы кристаллов, но это не они. Либо они, но из металла…

Материал легко поддавался взятию проб. Далее весь этот пояс плавно превращался в треугольные лучи, сходящиеся от контура тоннеля к центру. Лучи были неровные, разной длины, недоразвитые и переразвитые. Видимо этими треугольниками монстр жрал землю.. путём вращения и стёсывания. Это были просто предположения. Кто-то взялся за треугольник и потянул на себя, тот легко подался и так и остался торчать один среди остальных. Слишком мягкий металл, не можно им на камне даже царапину оставить… только полосу как графитом. От луча отломили, легко перегибая руками как алюминий, солидный кусок. Засверливаниями собрали ещё под 40 образцов. Для точности результатов образцы делились на четыре части, три из которых, отправлялись в разные лаборатории, четвёртая на хранение.

Мы конечно все внутренне ликовали, мы нашли то что искали, мы это трогали руками, видели, мы выполнили миссию!

Спектральная аналитика через две недели дала первые интересные результаты! Это был вольфрам и рений. Вернее, два изотопа вольфрам 180 и рений 185. Два чистейших металла, переходящий один в другой постепенно, не сплавом, а по какой-то странной технологии последовательного перехода. Рений – один из редчайших элементов земной коры, в таком огромном количестве, а приблизительно мы посчитали 19 кубометров рения это 450 тонн, но потом этот объём снизился вдвое (около 200 тонн), когда мы выпилили образец 10*10 см, для оценки внутренней структуры, внутри это была металлическая пена с 50% заполнением. Всё это семечки. Изотопная распространённость вольфрама 180 10 процентов, то есть он практически не встречается в природе. И что вольфрам что рений это прочнейшие металлы, в нашем случае они были очень пластичными. Зубы из вольфрама на десятом изгибе отрывались как алюминиевые, пояс из рения царапался ногтем, а при ударе молотка не стучал и мялся как свинец. Коллеги позже уже добавили в чудеса пластичность металлов как при температуре +4500 градусов. Но мы то его при температуре +12 руками трогали!.. За время изучения, это чудо техники ни разу не скрипнуло и не двинулось. Не смогли определить источники энергии и управления. Выглядел он брошенным, умершим и обмякшим в разгар рабочего дня. После взятия всех образцов и прочих издевательств объект покинули, свет не выключали, оставили двоих бойцов наблюдать глазами неотрывно от металлического монстра. Мало ли что, вдруг он ещё захочет поработать или оживёт от наших манипуляций. Дали часовым шуточные инструкции стрелять его на поражение если проснётся и двинулись довольные изучать деловой набор напитков, присланных сверху для обмытия столь долгожданной находки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.