Михаил Хомченовский
Таронн: безумец

Страна является свободной до тех пор, пока бьется отчаянное сердце её последнего защитника.

Пролог

Ночная мгла застала двух заблудившихся путников посреди леса. Уставшие и голодные, они медленно брели, не разбирая дороги. Лошадей с припасами приходилось вести в поводу. Мокрая одежда и огромные комья грязи, налипшие на обувь, затрудняли движение. Но всё-таки им удавалось пробираться вперёд.

– Папа! Там свет! – воскликнул мальчик, указывая рукой на едва заметный огонёк.

Мужчина, подняв голову, попытался рассмотреть то, что обнаружил его сын.

– Ты прав, – тихо произнёс он. «Может, там нам помогут?» устало подумал отец. – Ты оставайся здесь, а я пойду, проверю.

Парнишка нехотя подчинился. Отец передал ему повод своей лошади и, обнажив меч, медленно пошёл к огню.

– Да не бойся, выходи. Не съем я тебя.

Возле костра сидел человек в тёмной одежде и не спеша помешивал деревянной ложкой загадочное варево в походном котелке, стоящее на небольшом костре.

– Да я и не боюсь, – произнёс отец и вложил меч в ножны.

Незнакомец, усмехнувшись, сказал:

– И мальца своего зови!

Отец настороженно посмотрел на человека.

– Я давно вас услышал. Идёте по лесу как по королевскому парку.

Отец вернулся за сыном и подвёл его к костру. Привязав лошадей к дереву и испросив разрешения у незнакомого человека, они присели у костра. Закончив приготовление пищи, незнакомец, поделившись с неожиданной компанией, принялся за поздний ужин.

Отец и сын, не заставив себя уговаривать, быстро расправились с горячей едой. Потом отец встав, подошёл к своему коню и достал из перемётных сум небольшую тыквенную бутыль. Предложив ее незнакомцу в благодарность за горячий ужин, он опять присел у костра.

– Мы заблудились. Может, ты поможешь нам и укажешь, как выйти к дороге?

– А куда вы идёте?

– В Таронн! – несдержанно ответил мальчик.

– До Таронна далеко. Да и зачем туда идти? Есть города и ближе.

– Мы идём в Корхо!

– В саму столицу! Путь неблизкий.

От незнакомого мужчины шли волны такого огромного доверия, что отец решил рассказать всё без утайки.

– Мы идём в Корхо, для того, чтобы мой сын смог поступить на обучение в Страндайл.

Незнакомец внимательно посмотрел на мальчика.

– Сколько ему лет?

– Пятнадцать.

– Уже поздно. В Страндайл принимают с десяти.

Странники напряжённо посмотрели на него. Они не ожидали такой осведомлённости.

– В десять не вышло, – сказал отец. – Может, возьмут сейчас.

– Может, и возьмут. Но в Страндайл принимают только самых лучших.

– Это нам известно.

– Лучших из лучших, – добавил незнакомец.

Мальчик придвинулся к нему ближе, заглянул в глаза и попросил:

– Пожалуйста, добрый человек, расскажи о страйдах.

– Это будет очень длинная история.

Незнакомец ещё раз посмотрел на парнишку. Его глаза лучились от предвкушения предстоящей истории. Не желая разочаровывать странников, он начал свой рассказ.

Таронн. Прекраснее королевства не было. Воздух там был так прозрачен и свеж, как будто его питали горные источники. Дышать в нём было необычайно легко, и люди, живущие здесь, принимали это как должное. Огромные леса, жирная земля, горы, реки, моря – всё это и составляло богатство этой страны.

Люди там жили с добрыми сердцами. Все жители Таронна всегда находились в хорошем расположении духа. Их улыбающиеся лица светились счастьем от заката до рассвета. Мужчины, женщины, дети – все радовались восходящему солнцу и новому дню, несущемуся на его лучах. Там не было обездоленных и несчастных. Если у человека случались какие-то неприятности, жители не отстранялись, а сразу же предлагали свою помощь.

Тароннцы слыли людьми богатыми. Густые леса, полные дичи, реки с большим количеством рыбы приносили неплохой доход охотникам и рыболовам. Желающие трудиться на земле тоже были не в проигрыше: горные источники обильно увлажняли кристально чистой водой обработанные поля землевладельцев, и плодородная земля давала два урожая в год.

Молва об этом государстве разнеслась по всему миру. Этому способствовали купцы, приходящие с караванами и приплывающие на кораблях. Они привозили с собой дивные товары, которые жители с удовольствием покупали на рынках.

Армия Таронна являлась одной из самых сильных армий того времени. Тароннцев невозможно было победить. Сами они не начинали боевых действий, но их сплочённые ряды неизменно вставали на защиту страны. Все мужчины хотели попасть на военную службу, ведь, кроме прочего, король платил за неё хорошие деньги. В основном солдаты занимались лишь тренировками, а в свободные часы благопристойно отдыхали. Горячительные напитки в армии были категорически запрещены. Только в праздники допускалось некоторое послабление дисциплины. В остальное время провинившихся жестоко наказывали.

Жизнь граждан Таронна проходила мирно и спокойно, и такой уклад им нравился. Жители богатели, только ленивый был бедным. Это было время царствования Сагатора I – старого короля, звезда которого вот-вот должна была закатиться за горизонт.

Богатство страны и людское счастье – это только видимая сторона айсберга, не всё было так гладко, как хотелось бы. Участившиеся набеги варров положили начало конца такого уклада жизни. Люди жили, любили, планировали будущее и никак не могли предположить такого развития событий. Их ждала война, и больше ничего. Ни счастья, ни любви, ни благополучия – только война. Вскоре только о войне и смерти будут все их мысли и переживания. Всё, что их держало дома, отойдёт на второй план.

Когда участились набеги варров, Сагатор I совершенно не обращал внимания на советы своего ближайшего окружения. С границ всё чаще приезжали гонцы с просьбами о помощи, а король в ответ лишь махал жирной рукой и пил вино. Его интересовали только женщины и вино. Видя такое пренебрежение к делам страны, сторонники короля начинали роптать. Варрам же всё это было на руку.

Варр находился за горами. Смыслом жизни его народа была война. Сто лет назад король Таронна перешёл через горные склоны и уничтожил Варр, захватив множество пленных и превратив их в рабов. Оставшиеся варры, затаив ненависть, были вынуждены платить непосильную дань. Из пепла возродился новый Варр. Его жители жили только с мыслью об отмщении, и их время пришло. На трон сел молодой и решительный король, который тотчас начал собирать огромную и сильную армию для набега на Таронн.

В столицу Таронна – Корхо – полетели первые сообщения о набегах. Беженцы рассказывали о разгроме пограничных бастионов и близлежащих поселений. И вскоре на неохраняемые участки границы хлынули орды варров.

Старшего сына Сагатор I назвал в свою честь. Высокий и крепкий юноша прослыл отважным воином, обладающим громадной силой. На своих плечах он мог пронести двухгодовалого быка. Принц отличался вспыльчивым характером. Его злило любое неповиновение – и в битвах, и в мирное время. Поддавшись вспышке гнева, он хватался за своё любимое оружие – двуручный топор, которым владел мастерски. Раскручивая его над головой, молодой воин издавал дикий крик. Отрубив голову очередной жертве, принц с безумным выражением лица озирался вокруг в поисках хотя бы малейшего порицания во взглядах соратников. Но они, зная о его безумии, безвольно стояли и покорно взирали на бесчинства. К счастью, эти приступы ярости, хотя и повторялись часто, были кратковременными. Пребывая в хорошем настроении, он был остроумен, словоохотлив и рассудителен.

После нападения варов на Таронн Сагатор младший больше не мог безропотно взирать на своего старого и немощного отца. Принц начал подбирать себе верных и мгновенно повинующихся сторонников, чтобы сместить его и занять место на троне Таронна.

Спустя месяц сподвижники Сагатора I были или подкуплены, или сосланы в дальние поселения, а непокорные соратники – убиты. Старший сын даже не погнушался привлечь на свою сторону чёрных магов, посулив им отдать после коронации часть завоёванных земель в вечное владение. Их сила была так огромна, что они могли как разрушить, так и отстроить город за одну ночь.

Принц долго предавался раздумьям и был сам не свой. Ему нужно было убить отца. Но ни у знати, ни у народа не должно закрасться ни малейших подозрений в его причастности. В один из весенних дней удача сама пришла к нему в руки.

Король Струвалла прислал своих послов для заключения военного союза. Сагатор I встречал их в тронном зале дворца. Во время аудиенции правитель Таронна, сидя на троне, внезапно вспыхнул. Его тело горело зелёным пламенем с голубым ореолом. Жар был таким, что у стоящих рядом телохранителей оплавились доспехи. Присутствующие даже не успели понять, что произошло, как всё было кончено. Король вместе с троном и близстоящими охранниками превратились в горстку пепла. Чёрное дело было сделано.

Послы Струвалла и придворная знать стояли в недоумении молча. В гробовой тишине раздался крик о причастности послов к гибели короля. Кого же ещё могли обвинить в гибели короля, как не посланников ранее враждебного государства? Все схватились за мечи, в открывшиеся двери вбегали всё новые и новые гвардейцы, личная охрана короля. У послов не было ни одного шанса: их парадные доспехи и лёгкие короткие мечи не могли противостоять броне рыцарей Таронна. Спустя десять минут струваллцы были изрублены на куски, а ещё через час гонцы везли их головы королю Ватогэю. В ответ Ватогэй, собрав огромную армию, выступил к тароннской границе, однако переходить её не стал – он ждал армию противника.

На следующий день после резни в тронном зале Сагатор младший собственноручно возложил на свою голову корону и, не ожидая коронации, объявил себя королём. По окончании пира в четь нового правителя Сагатор II объявил мобилизацию. Он был жесток, но не хотел посылать на гибель своих солдат, поэтому он отправил гонцов договориться о военном союзе с ваннами.

Ванны сражались только верхом. Отточив за столетия своё мастерство, они стали самыми лучшими всадниками того мира. Вожди ваннов, польстившись на щедрые дары, присланные Сагатором II, тотчас отдали приказ о выступлении.

Встретившись у небольшого городка под названием Аджа, союзные армии начали поход против варров. Два бронированных кулака устремились навстречу друг другу, и случилась битва, невиданная доселе. Она продолжалась двое суток. Бойцы и с одной, и с другой стороны падали от усталости, а когда к тароннцам подошло подкрепление из дальних городов, варры дрогнули и побежали. Вслед за ними устремилась конница ваннов, и остатки армии Варра оказались перед выбором: перейти на сторону Таронна или умереть. И они предпочли жизнь. Дав присягу верности Сагатору II, варры встали под его знамёна.

Одержав победу на этом рубеже, тароннский правитель развернул войска и повёл их к границе со Струваллом. Достигнув границы к сумеркам, Сагатор II увидел мирно отдыхающую армию Ватогэйя. Не желая упускать шанс, посланный богами, Сагатор II с походного марша сразу же пошёл в атаку. Ватогэйю разведчики докладывали о приближении тароннцев, но он и предположить не мог, что их предводитель решиться идти в бой в тёмное время суток. Не встретив сильного сопротивления, войска Таронна прошли через вражеские порядки как нож сквозь масло. За считанные часы армия Струвалла была уничтожена, непокорный король был пленён, хотя для этого понадобились жизни двадцати рыцарей. Однако сам Ватогэй стоял как скала. Он разрубал любого, кто осмеливался подойти к нему. И только, когда стало скользко от пролитой крови, удалось сломить Ватогэя: он поскользнулся и упал. Воспользовавшись этим, противники схватили его. Плененный король предстал перед Сагатором II. Из многочисленных ран поверженного короля Струвалла сочилась кровь, но его взгляд выражал непокорность и лютую ненависть. Король Таронна не смог выдержать взгляд короля разбитой армии. Сагатор собственноручно выколол Ватогэю глаза ножом, а потом приказал своим ратникам снять кожу с ещё живого короля.

Армия Таронна огнём и мечом прошлась по Струваллу. На города была наложена непосильная дань. Богатые превратились в бедных, а бедные стали влачить такое жалкое существование, что на них было страшно смотреть. Сильных юношей забирали в армию, красивых девушек продавали в рабство, а остальных женщин отдавали на глумление солдатам.

Около года Сагатор II железной рукой утверждал свою власть. По всей стране стояли виселицы, не умолкал топор палача, а обескровленные остатки армии Струвалла, не пожелавшие покориться, со своими семьями и всем скарбом отошли в глубь дремучих лесов.

Ненир, король Зарлина, ранее отказавший Ватогэю в военной помощи, слишком поздно понял свою ошибку. Армия Таронна, усиленная рекрутами из Струвалла, перешла границу Зарлина и, как стая саранчи, накинулась на города и крестьянские вотчины. Ненир, испугавшись, что его постигнет участь Ватогэя, бежал из страны в сопровождении верных вассалов, прихватив с собой казну.

Основная часть тароннской армии ещё занималась грабежами и насилием, а передовые отряды ваннов уже вышли к границе с Тэгоманом. Пограничные отряды тэгоманцев дали достойный отпор врагу, обратив его в бегство. Сагатор II решил не искушать судьбу и на время прекратить завоевательные походы, ограничившись набегами на ближайшие территории Тэгомана и других сопредельных стран.

На захваченных землях кровь лилась рекой. Суда как такового не было, правым всегда признавался тароннец, и расправа над некогда свободными гражданами происходила на месте. Жители терпели побои и угнетение, постоянно недоедали и были вынуждены носить старую рваную одежду, которая и на половые тряпки не годилась. Но они крепились. Их силу питало чувство ненависти к завоевателям.

В городах Сагатор II посадил наместников, а в некоторых стали править чёрные маги. Так король отплатил им за возведение на трон. Чёрные маги были ещё хуже тароннцев. Они постоянно требовали девственниц и младенцев. Если не знавшие мужчин девушки им нужны были для проведения таинственных обрядов, то для чего им приносили младенцев? Никто этого не знал. Похищенных и отнятых силой детей никто больше не видел.

Наведя относительный порядок в завоёванных странах, Сагатор II вернулся в Корхо. Он объявил себя императором захваченных земель и в честь богов, которые, как он считал, были к нему благосклонны, велел принести в жертву тысячу юношей и девушек из числа рабов.

Сагатор II был не единственным в семье. Он был старшим и поэтому именно он занял трон, а не его младшие братья или сестра. Два брата и сестра – вся его родня.

Дир был точной копией Сагатора: так же сложен и так же жесток. Он исполнял все приказы брата, даже не задумываясь, справедливы ли они. Придворную знать пугал стальной блеск в его глазах. Убийства очаровывали среднего сына Сагатора I. Дир во всём полагался на императора, был ему верен и понимал все его жесты и взгляды. Ему не надо было выслушивать приказ, достаточно малейшего взмаха пальца – и всё тут же исполнялось. За преданность Сагатор II хорошо платил ему, но ни в деньгах было дело. Дир мечтал о троне, но хранил это желание глубоко в душе и никогда не высказывал его вслух, ведь он прекрасно понимал, чем может грозить подобная вольность.

Император не долго раздумывал о судьбе брата. После обострения отношений с Тэгоманом он решил послать Дира на границу в качестве постоянного напоминания о близком присутствии Таронна. Так средний сын старого короля возглавил армию Таронна, которая продолжила заниматься грабежами и убийствами. Принц и его лёгкая кавалерия держали в страхе всё приграничье, и лишь Ринд был способен ему противостоять.

Млэй, в отличие от старших братьев, не тяготел к воинскому искусству. От вида крови он падал в обморок, а Сагатор и Дир потешались над ним из-за этой слабости. Но Млэй, родившийся с мягким сердцем, не обращал на это внимания. Во всяком случае, он никогда не подавал вида, что злые слова братьев как-то его задевают.

Младший сын Сагатора I был нежеланным ребёнком и, может, поэтому имел слабое здоровье и дряблые мускулы. В то время как его сверстники играли на свежем воздухе, он лежал в постели. В то время как его старшие братья упражнялись в фехтовании, он лежал в постели. В то время как его страна вела завоевательные походы, он всё также лежал в постели. Его никто не навещал. С ним никто не общался. Его никто не любил. Млэй с самого рождения был неугодным, и если бы он умер, это никого не огорчило бы. Король, принцы и даже подданные забыли о его существовании.

Но все же был один человек, который помнил о его существовании, и не только помнил, но и постоянно навещал его. Это его родная сестра Аласара. Она не верила в то, что брат был рождён лишь по прихоти богов, и говорила, что каждый человек приходит в этот мир для чего-то, что каждому предначертана своя судьба, а высшие силы даруют нам то, о чём мы узнаем в будущем.

Аласара выходила брата. Вместе с ней он стал выходить на улицу и совершать пешие прогулки. Слуги даже не знали, что это за худощавый молодой человек, которого под руку поддерживает принцесса. Юноша стал совершать пешие прогулки все чаще, и спустя дни, недели и месяцы его здоровье, как и тело, начало крепнуть. А во время занятий по стрельбе из лука на него обратил внимание император. Он увидел младшего брата с луком в руках и смеющуюся сестру рядом с ним, и это его очень озаботило. На Аласару у него были свои планы, в которые Млэй не вписывался. Они практически всегда были вместе, только ночь могла разделить их, и тогда правитель Таронна решил сделать ночь для младшего брата вечной. Под покровом темноты Млэя связали и увезли. Никто и никогда больше его не видел и ничего о нём не слышал.

Аласара долго горевала, но тайну исчезновения брата никто так и не раскрыл. Император был доволен: на пути к цели теперь препятствий не было, и, не желая больше ждать, он направился к сестре. Не обращая внимания на её горе, Сагатор объявил ей, что решил жениться, но убитая горем сестра никак не отреагировала на эту новость. Сагатор же не был дипломатом и сразу выложил все карты на стол. Он сказал ей прямо в лицо, что невестой является именно она и никаких отговорок он не потерпит. Повелитель вышел из её покоев, громко хлопнув дверью. Ощутив полное бессилие, девушка лишилась чувств и упала на кровать.

При дворе у Сагатора был шут Зарим. Талантливый акробат и умелый жонглёр, он обладал привлекательной внешностью, хотя и был низкого роста. Кроме того, он отличался остроумием, обходительностью и легко располагал к себе собеседников. Зарим и красавица принцесса Аласара тайно любили друг друга. Конечно, они были вынуждены соблюдать осторожность и встречались только ночью, а прилюдно всегда высмеивали друг друга. Это была чистая и целомудренная любовь, не омрачённая ложью и корыстолюбием.

После сообщения императора о скорой свадьбе Аласара, дождавшись ночи, пробралась в комнату Зарима. Безудержно рыдая, она обняла его за плечи и рассказала о случившемся. Юноша пытался успокоить возлюбленную. Он гладил её по шелковистым волосам и неустанно говорил о своей любви. Аласара сказала, что лучше наложит на себя руки, чем станет женой родного брата. Из последующего разговора у них родился план побега. Окрылённые мечтой о будущей свободе, они слились в страстном поцелуе.

Глава 1

Юго-восточная часть Тэгомана. Укреплённый городок Варран.

Спустя восемнадцать лет…

На помосте, сооружённом для погребального костра, лежало тело седовласого мужчины, одетого во всё чёрное, со скрещёнными руками на мече. Его лицо сохранило остатки былой красоты, а фигура – особую гордую стать.

К возвышению подошёл капитан охраны восточных бастионов Сигур, приехавший с границы, чтобы отдать дань уважения погибшему воину. Вокруг стояли женщины и дети со своими мужьями и отцами, а возле помоста нёс вахту почётный караул с поднятыми мечами. Все присутствующие были в глубокой печали из-за безвозвратной потери.

– Вы все знали этого великого воина. Ринд не прятался за чужие спины и всегда был первым в бою. Он был смел и отважен – никто и никогда ни видел и тени страха на его лице. Он первым пересёк Холмы Смерти. Он отважно боролся с кайрами и существами, пришедшими из другого мира. Восемнадцать лет Ринд участвовал в битвах с солдатами Таронна. Он собрал и обучил страйдов, и они стали лучшими воинами Тэгомана. С ними он множество раз переходил границу и уничтожал воинов Сагатора II на его территории. Узнав о чёрных магах, Ринд преследовал их по всей стране. В пустыне чёрных камней на юго-восточной границе он вступил с ними в бой. Хотя магам и помогали кайры, страйды победили. В этой битве погибла немалая часть тэгоманской армии, но Ринд вернулся домой. Однако мы все ошиблись, решив, что с чёрными магами и их искусством покончено. Они не пришли сами, а прислали своих псов. Ринду пришлось одному сойтись с ними в схватке. Это был его последний бой. Я клянусь перед всеми собравшимися здесь, что буду всю оставшуюся жизнь, до своего смертного часа, преследовать чёрных магов, – Сигур повернулся к юноше, стоявшему внизу с горящим факелом. – Поднимись ко мне, сынок, и сделай то, что ты должен сделать.

Марвил взошёл на помост и поднёс огонь к деревянным шестам, на которых лежало тело Ринда. Сооружение, облитое маслом, моментально вспыхнуло. С трудом сдерживая слёзы, юноша стоял и смотрел, как пламя пожирает его отца. Молодой воин с такой силой сжал рукоять меча, что кости правой руки захрустели от напряжения. Левой рукой он держал уже ненужный факел, не решаясь его бросить, как будто он мог ещё что-то изменить.

Сгоревшее тело оставило после себя горстку пепла. Вдруг поднявшийся ветер подхватывал и уносил вдаль его частицы. Люди разошлись. У потухшего костра стояли трое: Сигур, убитый горем Марвил и – в нескольких метрах от них – восемнадцатилетняя девушка с огромными голубыми глазами по имени Тэррин. Её белые вьющиеся волоса пышными локонами ниспадали до пояса. Алые губы не требовали никакой краски. Её платье скорее подчёркивало осиную талию и высокую грудь, чем отображало простоту покроя и дешевый материал. Она смотрела на юношу не отрывая взгляда.

Тэррин и Марвил выросли вместе, дома их родителей находились по соседству. Детская дружба с возрастом переросла в сильную взаимную любовь. Все в Варране знали о том, как они относятся друг к другу, и ждали только следующего шага, которым должна была стать свадьба.

Девушка опустила голову, слёзы бежали по её щекам. Она понимала, что ей нужно подойти к возлюбленному и попытаться как-то его утешить, но ноги предательски онемели. Из оцепенения её вывел голос Сигура.

– Тэррин!.. Тэррин! – громко позвал капитан.

Она быстро подбежала, заглянула юноше в лицо и невольно вскрикнула. Его кожа была мертвенно-бледной, в глазах затаилась нестерпимая боль. Из ладони, сжимавшей меч, сочилась кровь. Другой рукой он по-прежнему держал потухший факел.

– Тэррин, не оставляй его сегодня одного. Я очень тебя прошу. Позаботься о нём, ведь кроме тебя у Марвила больше никого нет.

– Я бы это сделала даже без вашей просьбы. Разве я могу оставить его в таком состоянии.

– Спасибо Тэррин. Я был уверен, что на тебя можно положиться. Ты же знаешь, Марвил мне как сын с самого детства. А если кто-нибудь скажет хоть слово насчёт того, что ты осталась у него на ночь, я его быстро заставлю замолчать, – Сигур взглянул на Тэррин, и она слегка улыбнулась в ответ на его слова. – Сейчас я вас провожу – мне нужно ехать в Драман. Но утром я вернусь и обязательно зайду к вам. Тогда и обсудим вашу дальнейшую жизнь.

Они медленно пошли по ночной улице. В небе ярко светили звёзды. В ветвях деревьев был слышен тихий шелест ветра. Вокруг не было ни души, все давно уже спали, и даже ночные гуляки разбрелись по своим углам.

Тэррин поддерживала Марвила под руку и тихо шептала ему на ухо ободряющие слова. Сигур молчал, обдумывая предстоящую поездку. Они не замечали, что им в спины впился острый взгляд пары ярко-жёлтых глаз.

Дом Марвила был небольшим – всего две комнаты, причём одна из них являлась кухней. В ней стояли два стула и стол. Третью часть помещения занимала печь, на которой лежали скудные запасы продовольствия. Вторая комната была просторнее и светлее. Здесь находились две кровати, шкаф с одеждой, камин и старое кресло – отец Марвила так любил сидеть в нём.

Тэррин помогла юноше снять пояс с мечом и лечь в постель, а затем удалилась, чтобы приготовить поздний ужин. Марвил взглянул на пустую соседнюю кровать – на ней он привык видеть спящего отца. Ему было сложно поверить в то, что его больше нет, что он никогда больше ни расскажет о победах в битвах, не поддержит добрым словом и крепким плечом. Молодой человек боялся предстоящих перемен, того, что с проблемами теперь придётся справляться самому, как и отвечать за свои поступки. Ведь раньше за него всё решал отец, считая восемнадцатилетнего сына ребёнком.

Марвил хотел вступить в Страндайл, но Ринд без всяких объяснений ему не позволил. Он только сказал, что время ещё не пришло. Не зная или не понимая многого, сын злился на отца, а тот не хотел рассказывать всю правду о страйдах и предательстве.

Юноша лежал на спине со скрещёнными на груди руками и смотрел в потолок. Его чёрные волосы, которые доходили ему до плеч, были разбросаны на подушке. На широком лбу появилось несколько морщин. Он сильно сжал челюсти – так, что заскрипели зубы, – хотя холода не чувствовал. Лицо было бледным, и лишь серые глаза сверкали гневом. Марвил был зол на себя, на псов, на солдат, испугавшихся и не пришедших на помощь, на отца, потому что он мог отойти, убежать, укрыться, а не вступать в заведомо смертельный бой.

К его горлу подступил ком, а в глазах появились слёзы. Он плакал, но делал это тихо, без стонов и всхлипов – так, как плачут только мужчины, ничем не выдавая своей слабости. Это можно было заметить только по лёгкому вздрагиванию плеч.

Порыв чувств так же внезапно прекратился, как и возник. Опустошённый и разбитый, Марвил громко выдохнув воздух и наконец расслабился. Он лежал на спине с закрытыми глазами. Не было ни мыслей, ни чувств – лишь пустота в надломленной душе. Наверное, больше не будет ни счастья, ни радости от жизни. Ему никого не хотелось видеть, и только любовь к Тэррин удерживала его сознание в этом мире.

Положив на поднос копчёное мясо и взяв вино, девушка подошла к кровати Марвила. Увидев его с закрытыми глазами, она решила, что он заснул, и накрыла его одеялом.

– Я не сплю, – шёпотом произнёс Марвил.

– Я принесла тебе поесть. Нужно подкрепиться – это придаст тебе сил, – сказала Тэррин, взяв с камина поднос.

– Я не могу и не хочу. Кусок мне не лезет в горло. Пожалуйста, Тэррин, оставь меня. Мне надо побыть одному. Увидимся завтра, а лучше через пару дней.

– Да что ты такое говоришь?! Как я смогу оставить тебя? Даже слушать не хочу! –Тэррин присела к Марвилу на кровать. – Ты должен перекусить – съешь хоть кусочек.

– Покорми меня.

– Как в детстве?

– Да.

Тэррин отрезала несколько кусочков мяса и положила их в рот Марвилу. Когда он их съел, она подала ему бокал с вином.

– Помнишь, когда нам было по десять лет, ты заболел, а твоего отца не было дома, и я тоже кормила тебя?

При напоминании об отце Марвил перестал есть и напрягся.

– Прости меня, я не хотела тревожить твою душу, – печально сказала Тэррин. Придвинувшись к Марвилу, она обняла его.

– Не надо извиняться. Ты не виновата. После смерти отца у меня опустились руки. Я не знаю, что мне делать. Как мне жить дальше? Я мечтал вступить в один из его отрядов. Я долго тренировался, чтобы стать страйдом и много раз просил отца позволить мне уйти в Страндайл, но он постоянно отказывал.

– А он не объяснял почему?

– Нет. Он только говорил, что моё время ещё не пришло.

– А где они теперь? Кто возглавит их?

– Хотя они и победили, их осталось очень мало после битвы с чёрными магами в пустыне чёрных камней. Из десяти тысяч пошедших за отцом вернулась только пара сотен. Отец распустил их по домам на три месяца. И они ещё не знают, что их генерал убит. Он планировал набрать новых воинов, но и в этот раз отказал мне. Ему было что-то известно, а посвящать меня в это он не хотел. Вчера вечером, до того как пришли псы, отец мне сказал: «Марвил, сынок, ты не понимаешь, о чём просишь. Если бы ты знал то, что знаю я, ты бы со мной согласился. Твоё время ещё не пришло. Я верю в тебя. Ты станешь великим воином. А когда это произойдёт, обрати свой взор на Таронн». Теперь его не стало. Как же мне раскрыть смысл его слов? Почему он всячески удерживал меня дома и не пускал в Страндайл?

– Что же будет со страйдами, когда весть о гибели генерала до них дойдёт?

– Я не знаю. Думаю, никто не знает, – тихо произнёс юноша, натягивая на себя одеяло.

– Утром приедет Сигур. Может быть, ему что-нибудь известно?

– Может быть.

– Марвил, тебе холодно. Давай разожжём камин.

– Было бы неплохо.

Тэррин принесла небольшую охапку дров с улицы и сложила их возле камина. Затем она взяла несколько углей из печи, положила на них смолистые щепки и подула, чтобы занялось пламя. Марвил, лёжа на боку, наблюдал за разведением огня.

«Как же она прекрасна в этих отсветах, – думал юноша. – Все считают нас женихом и невестой, а я всегда относился к ней как к сестре. Она много раз говорила мне о своей любви, а я даже не пытался серьёзно об этом подумать. Я не сказал ей ни одного ласкового слова. Если ей было больно, я насмехался над её слабостью. Сколько лет она терпела мои колкости… Скольким женихам отказала, а некоторые из них были весьма состоятельными. Я потешался над ней и говорил, что если она откажет всем женихам, то останется старой девой, а Тэррин в ответ только улыбалась и повторяла, как сильно она меня любит. Я же не верил ей или не хотел верить. Да, скорее всего, не хотел. Я и предположить не мог, что она способна так любить. Она всегда со мной. Она всегда мне помогала. Если я был болен – она сидела возле моей кровати, если мне было грустно – она старалась развеселить, если отца долго не было – она лишь вечером покидала меня, а утром всегда возвращалась. Тэррин всегда была со мной, с самого детства. Она не играла с другими детьми, её интересовал только я. И у меня, когда я приехал сюда с отцом, не было друзей. Лишь с Тэррин мы сразу же подружились. А ведь я не могу без неё. Что же я делал? Зачем прогонял? Зачем смеялся над ней?»

Тэррин грела озябшие ладони над жарким пламенем. Повернув голову, она заметила улыбку на лице Марвила.

– Что смешного? Ты смотришь так, как будто видишь меня впервые.

– Ты даже не представляешь, насколько ты права.

Тэррин села в кресло и взглянула на огонь. Пламя завораживало. Оно то вздымалось, то вновь опускалось. Дрова горели с шипением и треском. Девушка любила так проводить время. Когда отец Марвила уезжал, вечерами Тэррин приходила к возлюбленному. Он ждал её, лёжа на кровати и накрывшись одеялом с головой. Она молча разводила огонь в камине, садилась в кресло и смотрела на жаркое пламя. Марвил, наблюдая за ней, засыпал. Тэррин же покидала его дом, только когда гасла последняя искорка. Она поправляла на юноше одеяло, целовала его в щёку и тихо уходила.

Впервые Тэррин осталась здесь на ночь, но она ничего не боялась – Марвил никогда не позволял себе вольностей. Раньше бывали моменты, когда девушке хотелось, чтобы любимый крепко-крепко обнял её, поцеловал в губы и прижал к своей сильной груди. Однако она не выдавала своих чувств, а только улыбалась, всматриваясь в красное пламя. Тэррин всё держала в себе, и Марвил не догадывался о желаниях подруги.

По её щеке медленно покатилась слезинка. Чтобы Марвил ничего не заметил, она ближе придвинулась к камину в надежде на то, что огонь быстро высушит её слёзы.

«Он любит меня, – думала Тэррин. – Я всегда верила в это, хотя он и не признавался мне в любви. Марвил, если бы ты только знал, как я хочу быть с тобой – дышать одним воздухом, есть с одной тарелки, жить в одном доме. Утром приедет Сигур и заберёт тебя с собой. Ты меня покинешь, и я останусь здесь одна. Но я не могу без тебя. Как же сказать тебе об этом? Как мне быть? Я даже ни с кем не могу посоветоваться. Если я кому-нибудь расскажу об этом, меня просто высмеют. Что я могу сделать? Неужели и я буду, так же как другие женщины, постоянно ждать своего мужа с войны и молить богов, чтобы он остался жив. Но я не хочу так жить. Не хочу быть как все. Не хочу сидеть дома и рыдать у открытого окна, постоянно выбегать на пыльную дорогу и всматриваться в даль, пытаясь узнать милого в приближающемся путнике. А что, если война будет делом его жизни? Он такой целеустремлённый, и он может стать великим воином. Капитан, впоследствии генерал… Он будет появляться дома два-три раза в год, как и его отец, а мне придётся в одиночестве засыпать в холодной постели и одной воспитывать наших детей. Я не хочу быть похожей на других. И я не ищу богатств. Я только хочу быть рядом со своим любимым. Но кто же меня с собой возьмёт? Разве женщин берут на войну? Я знаю, как невыносимо тяжёл меч. Я стану посмешищем для всего Тэгомана и позором для Марвила. Я буду ему только обузой. Что же мне делать? Как мне быть?»

Мысли одна за другой проносились в голове Тэррин. Всё это время она сидела в одном положении лицом к огню. Слёзы высохли, и девушка повернулась к Марвилу. Он так же лежал на боку и пристально смотрел на неё, пытаясь увидеть в её лице что-то новое.

– Ты меня рассматриваешь? – смущаясь, спросила Тэррин.

– Ты очень красива. Я не замечал этого раньше, – улыбнувшись, тихо произнёс Марвил.

Раньше она не слышала комплиментов в свой адрес.

– Что с твоим лицом? Ты покраснела? – Марвил вздохнул, откинул одеяло и встал с кровати. Затем он подошёл к девушке и присел у её ног. – Прости меня, я не хотел тебя обидеть.

– Не нужно извиняться. Ты не виноват, это огонь – пламя очень жаркое, – солгала она.

Марвил заглянул в глаза Тэррин и увидел в них большое любящее сердце. Он никогда не приближался к её лицу так, как сейчас. В первый раз он смотрел на неё серьёзно, пытаясь запечатлеть нежный образ девушки в своей душе и запомнить прекрасные, излучающие свет глаза, брови с изысканным изгибом и алые чувственные губы.

– Что с тобой, Марвил? Как будто ты видишь меня впервые! – Тэррин отвернулась и сделала попытку встать.

– Не надо, прошу тебя. Останься в кресле. Я хочу запомнить тебя такой, какая ты сейчас при свете пламени, – мягко сказал юноша.

Положив руки на колени, она взглянула на мужественное лицо возлюбленного. Они всматривались друг другу в глаза, ничем не выдавая своих чувств, но желая, чтобы этот момент длился как можно дольше.

Марвил сожалел об упущенном времени. Только сейчас он понял, каким был глупцом. Его счастье всегда находилось возле него, а не где-то там далеко. Оно всегда было рядом – стоило только протянуть руку и взять его. Но теперь он боялся всё разрушить. Боялся прикоснуться к распускающемуся белому бутону с дивным ароматом. Боялся потерять Тэррин. Молодой человек не смел даже шелохнуться, опасаясь, что при малейшем движении его любимая исчезнет. Исчезнет как туман, порванный в клочья утренним ветром, как снег под весенним солнцем.

Саму же Тэррин пугал скорый отъезд Марвила. Её душа кричала, а сердце обливалось кровью из-за неминуемой разлуки и страха потерять его навсегда. И только небесно-голубые глаза девушки светились от счастья, пренебрегая душевным трепетом.

Камин давно погас, лишь несколько угольков ещё тлели, слабо потрескивая. Было темно, но они прекрасно видели друг друга. Ничто не могло нарушить воцарившуюся тишину – ни шорох одежды, ни движения их тел.

Их любовь была чиста и невинна, как чист и невинен льющийся в окно свет взошедшей круглой луны. Этот свет был так ярок, что освещал всю комнату. Марвил и Тэррин прекрасно видели друг друга.

Марвил первым прервал молчание:

– Тэррин…

– Да, Марвил, я слышу тебя.

– Мне нравится твоё имя. Я хотел бы повторять его бесконечно.

Юноша положил голову на колени Тэррин и рукой обнял её за талию, а она ласково поглаживала его шелковистые волосы.

Неожиданно он вскочил на ноги. Резкое движение напугало девушку, но когда она увидела слёзы в его глазах, пламя любви вновь вспыхнуло в её сердце.

– Тэррин, прости меня, – шёпотом сказал Марвил.

– Но…

– Прошу, не перебивай меня. Извини за то, что я был груб с тобой. Смеясь и издеваясь над тобой, я чуть не растоптал твою любовь ко мне.

Она попыталась вставить хотя бы слово, но он не позволил.

– Нет, свои упрёки ты выскажешь потом, – он посмотрел ей в глаза и с таким же жаром в голосе продолжил: – Да, я не отказываюсь от того, что только что сказал. Я был слепцом. И я не представляю, как ты могла всё это терпеть. Лишь теперь я это понял. Лёжа на кровати, я любовался тобой в отсветах пламени из камина. Тэррин, ты прекрасна. Ты – как утренний рассвет, как распускающиеся цветы весной, как лунный свет, льющийся к нам из окна. Каким же я был глупцом! Никогда не прощу себя за то, что я совершил. Ведь без тебя мне не жить. Я всегда хочу быть с тобой рядом. Мы не должны расставаться. Я люблю тебя, моя милая Тэррин. Люблю всю целиком. Люблю тебя такой, какая ты есть. Тебя одну, и никакой другой девушки мне не надо. Я готов пасть в бою за твою любовь, если ты потребуешь каких-либо доказательств. Даже под самыми страшными пытками я не откажусь от своих слов и чувств к тебе. Прости меня, я был глуп и не понимал всего этого. А теперь ты можешь упрекнуть меня. Можешь оскорбить, ударить, даже уйти. Только прости.

Закончив своё пламенное признание, Марвил встал на колени и склонил голову перед Тэррин. Он услышал тихие всхлипы, но из-за стыда теперь не решался взглянуть на возлюбленную.

Пауза затянулась. Юноша задумался: если Тэррин сейчас его оставит, то он тут же возьмёт меч и будет сражаться с врагами до тех пор, пока не сложит свою буйную голову.

Тэррин плакала не от нанесённых ей ранее душевных травм. Это были слёзы радости. Она не верила своим ушам – наконец-то она дождалась его признания.

Немного успокоившись, Тэррин протянула к Марвилу руки и заставила его встать с колен. Глядя друг другу в глаза, они обнялись.

– Я знала. Я всегда знала, что ты меня любишь. Я понимала, что тебе только нужно время, чтобы осознать это.

– Так ты простила меня?

– Ты не должен меня об этом спрашивать. Я никогда не держала на тебя зла. Я ждала, вот и дождалась.

А дальше были трепетные поцелуи и нежные объятья. Влюблённые и предположить не могли, что очень скоро их чувства подвергнутся первому испытанию.

Глава 2

Замок Норда – вассала короля Тэгомана

Норд, вассал Вардана, короля Тэгомана, жил в замке, который охранял восточную границу. Он нервно расхаживал по большому залу с замкнутыми за спиной руками. Это был низкорослый мужчина с уже просвечивающейся сединой на висках. У него были коротко остриженные волосы. Покатый лоб всегда лоснился. Маленькие, быстро бегающие глазки постоянно находились в движении, как у хамелеона. Острый нос и тонкие женские губы говорили о его ненависти к окружающим. Фигура некогда сильного воина стала оплывать жиром. Едва заметное брюшко он стягивал широким поясом, обшитым драгоценностями.

Норд внезапно остановился и спросил:

– Он приехал?

– Нет, мой лорд.

Возле него стояла его «правая рука». Ближайший соратник многих битв. В основном эта была работа палача. Норд ему полностью доверял и возвысил настолько, насколько позволяло ему звание лорда. Это был Дарк – капитан его охраны.

Он был на полголовы ниже Норда, что ему очень нравилось. В отличие от лорда, Дарк был мускулистым с недюжинной силой воином. Лицом похож на своего господина. Можно было сказать, что их родила одна мать, но это было не так, похожие люди встречаются везде.

Дарк находился возле господина, постоянно оборачиваясь к нему лицом.

Уже несколько часов они находились в этом зале, ожидая гонца с известиями.

– Ты говорил, что он будет здесь утром!

– Значит, его что-то задержало. Имейте терпение, мой господин. Он обязательно вернётся.

– Уже прошло столько времени, и ты мне говоришь, что он ещё вернётся, – Норд резко обернулся и с яростью произнёс: – У кого-то полетит голова с плеч! Угадай, у кого?

Лорд подошёл вплотную к капитану и посмотрел ему в глаза. Дарк, не вытерпев такого пристального взгляда, опустил голову.

– Что ты молчишь? Тебе нечего сказать?

Неожиданный топот ног по каменным ступеням заставил вздрогнуть их обоих. Дверь резко распахнулась, и в зале показался человек с измождённым лицом в запылённой одежде. Правая рука висела на перевязи, а на левом плече виднелись следы крови.

Норд обернулся и быстро подошёл к прибывшему слуге. Усталый гонец опустился на одно колено.

– Какие вести ты принёс мне?

Человек поднял голову и предпринял попытку встать, но тут же рухнул на пол. Тело больше не могло служить ему.

Это привело лорда в бешенство, и он перешёл на крик:

– Ты, чернь! Как ты смеешь лежать в присутствии своего господина?!

Ударом ноги он отшвырнул гонца в угол и схватился за меч. Ноздри вельможи раздувались от частого дыхания, а лицо перекосила гримаса злобы.

– Не тронь его, он ни в чём не виноват! – прозвучало из глубины зала.

Спокойная речь стороннего наблюдателя ещё больше разозлила лорда, и он больше не мог контролировать себя.

– Кто смеет перечить мне?! Мне, лорду этих земель! – с этими словами он обнажил меч и подошёл к гонцу.

В неосвещённой части помещения возник белый свет. Он был очень ярким, но не освещал ничего вокруг. От неожиданности лорд онемел, хотя растерянность овладела им всего на мгновение. При повторной попытке поднять меч и наказать наглого слугу яркий луч вырвался из тьмы и ударил Норда в грудь, из-за чего он отлетел к стене. В тишине раздался громкий вздох и звон от упавшего меча. Взревев как бык, вельможа ринулся на своего обидчика, желая его уничтожить, разорвать зубами, стереть в порошок. Ведь такого унижения в присутствии слуг допускать было нельзя.

Верный пёс Дарк даже не сдвинулся с места, чтобы помочь своему господину. Он понимал, что во тьме скрывается не простой смертный, и пытаться что-либо сделать мечом не то что бесполезно, а бессмысленно. Помощь лорду сейчас была смерти подобна. Капитан не боялся погибнуть в бою, но колдовство пугало его до такой степени, что он впал в оцепенение.

– Стой, Норд! Ещё одно движение, и ты умрёшь! – прозвучало не как предупреждение, а как приказ.

Разум вернулся к Норду, и он остановился.

– Кто ты? Выйди из тьмы, чтобы я мог видеть твоё лицо. Я хочу взглянуть в твои глаза, перед тем как убью тебя.

Из мрака донёсся леденящий душу хохот:

– Ну что ж, смотри.

Яркий свет исчез, и, не издавая ни единого шороха, из темноты вышел некто в чёрной сутане. Человек опирался на чёрный посох, а его лицо было скрыто надетым на голову капюшоном.

– Ты хотел увидеть моё лицо? Я могу предоставить тебе такую возможность. Но имей в виду: после того как ты посмотришь мне в глаза, рассудок тебя покинет. И ты превратишься в жрущее, гадящее под себя, никому не нужное существо.

– Господин, это чёрный маг! – крикнул Дарк. Подбежав к Норду, он взял его за руку, чтобы удержать от необдуманного поступка.

– Каков будет твой ответ?

Лорд потупил свой взор: он не знал, что ему предпринять. Унижение подсказывало наказать обидчика, но смерть от рук чёрного мага пугала.

Увидев его нерешительность, маг произнёс:

– Впредь будь острожен со своими желаниями.

Затем он подошёл к лорду вплотную. Хозяин замка не мог понять, как ему удавалось что-то видеть сквозь капюшон. Обычный человек на такое не был бы способен.

– Ты зря набросился на гонца. Сколько человек ты послал с ним?

– С гонцом было двадцать, – с дрожью в голосе произнес Норд.

– А вернулся он один и с раной на плече. Он верно служит тебе, а ты хотел его убить, даже не выслушав. Ты глупец.

Рука лорда дёрнулась к мечу, но Дарк удержал его.

– Твой капитан умнее тебя, – маг говорил медленно и громко, отчётливо произнося каждое слово. – Иди и узнай новости, что принес тебе гонец.

Норд вырвал свою руку из рук Дарка и пошёл к гонцу, по пути подобрав свой меч. Слуга, уже немного отдохнувший, заметил тяжёлый взгляд своего господина, что не предвещало для него ничего хорошего, но его судьба была в послушании.

– Говори, я жду.

– Господин, меня задержали тайги. Они напали на нас при возвращении назад.

– Но тайги живут в болоте и никогда его не покидают. Ты решил обмануть меня?!

– Нет, господин! До замка оставался один час пути, когда они нас атаковали. Их было слишком много. Все погибли, лишь я один смог избежать смерти.

– Об этом поговорим потом. Какие новости ты мне привёз?

– Он убит, мой лорд. Ринд, генерал страйдов, убит, – на лице гонца появилась улыбка. Он был рад, что принёс хозяину хорошие вести.

– Я тебе говорил, что всё получится, – сказал маг. – Теперь твоя очередь выполнить свою часть сделки.

– Я держу слово. В каждом из подвластных мне поселений ты можешь взять по десять младенцев.

– Ты должен знать, что ещё остался его сын.

– Что мне до этого щенка?

– Ты не представляешь всей опасности. Он попытается создать новый Страндайл – таково его предназначение.

– Ты думаешь, я испугаюсь этого мальчишку, даже если это сын Ринда?

– Тебе многое не известно. Я бы на твоём месте не испытывал судьбу.

– Мой лорд, – обратился к Норду Дарк, – поверьте ему. Если он говорит правду, может, лучше убить его сейчас, пока он не превратился в мужчину?

Хозяин замка размышлял лишь мгновение, как будто решал судьбу какой-то мухи, а не человека.

– Я согласен, убей его.

– Это будет тебе стоить ещё пятерых.

– Хорошо.

– Раз мы договорились, у меня осталось последнее дело.

Маг стремительно подошёл к гонцу и скинул свой капюшон. Неописуемый ужас охватил слугу. Его разум цеплялся за тело, но силы были неравны. Через мгновение у ног лорда и капитана ползало существо, совершенно не похожее на человека. Надев капюшон, маг направился к Дарку. Лорд, осознав, каковы его намерения, заступился за своего верного пса:

– Не делай этого с ним, он будет молчать. Я клянусь.

– Смотри, Норд, ты дал слово. Я поверю тебе. Но если кто-нибудь узнает о нашей сделке, то «чудесное превращение» гонца покажется тебе ерундой, по сравнению с тем, что я сделаю с тобой, – маг поднял свой посох и ударил им лорда в грудь. – Помни о своём обещании.

Маг тихо появился и также исчез во мраке ночи. Как только он ушел, лорд обернулся и ударил кулаком в голову капитана, таким варварским способом, он пытался выместить свою злость. Дарк сделал шаг назад и опустил голову. Он даже не помышлял о каком-либо сопротивлении и не пытался перечить своему господину.

– Ты должен отправиться на болото Олео и разобраться с тайги. Нам нужно обезопасить дороги вокруг него, – Норд отдал приказ капитану. Немного подумав, он добавил: – После этого поезжай в Варран и узнай о судьбе сына Ринда.

Затем лорд подошёл к гонцу и одним быстрым движением отрубил ему голову. На мгновение он остановился. Посмотрев на дело своих рук, он усмехнулся и, не оборачиваясь, вышел из комнаты.

Глава 3

Таронн. Корхо. Дворец императора

Возле стола стоял император Сагатор II. Перед ним лежала карта захваченных земель. Рукой он обвёл Ван, Варр, Струвал и Зарлин. На его лице светилась довольная улыбка. Но как только его взгляд зацепился за Тэгоман, глаза воспылали ненавистью. Сильно стукнув рукой по столу, император стал ходить из одного угла в другой.

– Я уничтожу тебя, Вардан. Всю твою страну я превращу в пустыню, а тебя подвергну таким пыткам, о которых ещё неизвестно человечеству, – поверив сам в свои слова, Сагатор II остановился и улыбнулся в предвкушении лицезрения ужасающей казни.

Внезапно открылась дверь – вошел толстый человек. Это был Саг, личный слуга императора. Он слушался только его и выполнял только его приказы. Сага можно было встретить во дворце в самых неожиданных местах. Он был вторыми ушами и глазами Сагатора II. Многих жестоко казнили по доносу Сага. Он даже сам не отказывался производить пытки над своими жертвами.

– Господин, прибыл ваш брат Дир.

– Впусти его.

Громко звеня доспехами, в зал вошёл крепко сложенный воин со шлемом в руках. Телосложением он был похож на своего старшего брата. На лице яркой полосой выделялся свежий шрам.

– Какие вести ты мне принёс?

Дир, не дойдя нескольких метров до Сагатора II, с силой отбросил шлем в угол и со злобой в глазах громко произнёс:

– Где подкрепление обещанное тобой месяц назад?! Ты требуешь от меня постоянных набегов! С кем? С кем я могу нападать? От моих десяти полков осталась горстка воинов. Мы умираем как мухи, особенно от ударов страйдов. Этот Ринд, их командир… Его невозможно убить! Сколько раз я ставил ловушки и устраивал западню, но он всякий раз избегал их. Как будто он их нюхом чует. Скоро я останусь один. И что ты мне прикажешь? Идти в атаку одному?

– Успокойся брат. У меня для тебя есть хорошие новости, но прежде тебе надо подкрепиться. Твой путь был долог, и ты устал, – император громко хлопнул в ладоши, на его зов пришёл Саг. – Распорядись накрыть стол и проследи, чтобы это было сделано быстро.

– Пока они накрывают, не хочешь ли выпить вина?

– Признаться, от дорожной пыли, у меня до сих пор першит в горле, и я бы не отказался пропустить пару стаканчиков.

Налив два бокала, он взял их в руки и один протянул Диру. Стратег пограничных набегов двумя большими глотками опорожнил его. Император лёгким движением головы указал на графин. Дир наполнил его вторично. Отпив половину, он посмотрел на брата в ожидании приготовленных новостей.

– Вижу твоё нетерпение, – Сагатор II подошёл к окну и подозвал Дира. Тот широким шагом достиг окна и, заглянув в него, увидел нескончаемый поток рыцарей на красивых лошадях. – Как тебе рыцари?

– Они прекрасны.

– Эти отряды направляются на границу с Тэгоманом.

– Хм.

– Ты удивлён? Ты думал, что я оставлю тебя без бронированного кулака?

– А как же Ринд? Как только он о них узнает, он не успокоится, пока всех не уничтожит.

– На этот счёт не беспокойся. Его больше нет.

– Как нет?

– В прямом смысле этого слова. Он убит.

– Но… как? Когда? – удивлению Дира не было предела.

– Неважно как, важно, что его больше нет. Страйды будут уничтожены, и армия Вардана не сможет тебя остановить. Давай посмотрим на карту, – они наклонились над столом. – Смотри, я всё подготовил. На это ушло несколько месяцев, только поэтому я не смог прислать тебе подкрепление. А теперь будь внимателен. Объединённые армии Ванна и Варра зайдут с севера, струваллцы и зарлинцы ударят с юга, тароннцы будут наступать с запада. Силами Таронна будешь командовать ты. Я возвожу тебя в ранг генерала. В твоем подчинении будут огромные силы: пятнадцать тысяч рыцарей, шесть тысяч лучников, пять тысяч тяжеловооружённой пехоты и десять тысяч лёгкой пехоты. Тридцать шесть тысяч солдат будут ждать твоей команды к наступлению. Умело распорядись этими силами. Смотри не подведи меня. После нашей победы ты станешь лордом земель Тэгомана.

– Это всё хорошо, но этих сил будет недостаточно.

– Позже к тебе придёт подкрепление.

– Клянусь, я оправдаю твоё доверие и не подведу тебя.

– А другого я от тебя и не ждал.

– Когда мне начинать наступление?

– Тебе сообщат, а теперь пойдём к столу, еда уже остывает. Сегодня отдохни здесь, а завтра утром отправляйся на границу.

Глава 4

Тэгоман. Оман. Дворец Вардана

– Кто посмел это сделать? Я вас спрашиваю! Кто посмел?

В тронном зале дворца находились король и его ближайшее окружение. Вардан был зол и нервно сжимал меч. Все стояли молча. Никто не решался заговорить первым.

Король Тэгомана уже давно оставил за плечами свои лучшие годы, недавно ему исполнилось шестьдесят четыре года. Но в свой пожилой возраст он с лихостью молодого наездника мог несколько часов скакать по пересечённой местности и после этого вступить в схватку с врагом.

– Что вы молчите? Мне может кто-нибудь ответить? Кто посмел поднять руку на генерала Ринда? Вы, все находящиеся здесь, не стоите и его мизинца. Мне нужна голова убийцы! – посмотрев на каждого, он сел на трон и взял поднесённый ему бокал. – Я жду ответа. Не испытывайте моего терпения!

– Сир! – вперёд вышел молодой воин. За свою отвагу и смелость он недавно получил звание капитана, а после удачного отражения пограничных набегов стал капитаном личной гвардии короля. В отличие от других он не боялся говорить правду прямо в глаза своему королю. – Это сделали псы чёрных магов.

– Опять они. Как я их ненавижу! – король встал и подошёл к капитану. – Мой лучший гвардеец, ты можешь мне что-нибудь посоветовать в этой ситуации?

– Я был бы рад помочь, но я не маг, а солдат и умею сражаться только с видимым врагом, – под тяжёлым взглядом королевских глаз капитан подтянулся.

– Ваше величество, – обратился к королю генерал, – нам нужна помощь чёрной магии.

– Что-о-о? Да вы все при одном упоминании о чёрных магах готовы бежать без оглядки. Вы воины или бабы в юбках? Один капитан нашёл в себе смелость сказать правду. Несмотря на его молодость, я готов доверить свою жизнь ему, а не седым генералам с их многочисленными армиями. Все уйдите с моих глаз! – Не прекословя, генералы и советники направились к выходу из зала, позванивая мечами. А вы, капитан, останьтесь.

В недоумении капитан остановился. Чем он мог не угодить королю? Когда все вышли, Вардан обратился к нему:

– Подойди ближе. Нам есть о чём поговорить.

Капитан подошел к повелителю и опустился перед ним на одно колено:

– Я весь во внимании, сир.

– Ты поедешь с инспекцией на юго-восток – на границу с кайрами. До меня дошли слухи, что они зашевелились в своём логове. Ты должен проверить пограничные отряды, их настроения и взгляды. Я предоставляю тебе полную свободу действий. Можешь казнить и миловать на своё усмотрение. Возьми с собой отряд из сотни гвардейцев. На время своего отсутствия назначь на пост охраны дворца своего приемника – это на твоё усмотрение, я тебе полностью доверяю. Ни на кого другого я не могу возложить эту миссию. Только ты достоин её выполнить, – король поднялся с трона, подошёл к капитану и жестом показал ему, чтобы встал. – Иди собирайся в дорогу. Путь у тебя неблизкий. Удачи тебе!

Капитан поклонился и пошел к выходу.

– Капитан!

– Да, мой король!

– Позови генерала Флая.

Передав приказ короля, капитан Дарал проверил посты и пошёл в казарму, где размещались гвардейцы. Там его ожидал верный друг и соратник, всегда следовавший за ним, лейтенант Аджун. Специально не ложась спать, он хотел дождаться Дарала. Лейтенант не знал, зачем среди ночи королю понадобился капитан. Аджун не мог найти себе места. Налив очередной бокал вина, он услышал приближающийся звук шагов. Дверь открылась, и в казарменное помещение, отведённое для офицеров, вошёл капитан. Отстегнув с пояса меч, он бросил его на кровать и, не взглянув на своего друга, налил себе вина. Дарал посмотрел на пенистую жидкость и на одном дыхании осушил её. Тяжело вздохнув, он поставил бокал на стол и сел на кровать. Вытирая губы платком, капитан обратил свой взор на Аджуна.

– Ты не спишь?

– Нет. Я ждал тебя. Зачем тебя вызывал король? Неужели ему дня мало?

– Я получил приказ следовать к нашей юго- восточной границе с инспекционной поездкой.

– С инспекционной поездкой? – удивился Аджун. – Но ты ведь солдат, а не палач!

– Я тоже так думал до этой встречи с королём. Оказывается, наш король не видит разницы между солдатом и палачом. – Дарал вновь потянулся к кувшину с вином.

– А с кем ты поедешь? Один?

– Нет, не один, – делая глоток вина, произнес капитан. – Ты поедешь со мной. А чтобы нам не было скучно, возьмём с собой сотню гвардейцев.

– Что же это значит? Для такой миссии необязательно брать целую сотню!

– Мне тоже это непонятно. Тут что-то не то. Король, видимо, что-то замышляет.

– А отказаться нельзя?

– Нет. Ты же знаешь, что невыполнение приказа приравнивается к измене.

– Это просто замечательно, – с иронией в голосе сказал лейтенант. – А когда мы должны отправиться?

– Как только будем готовы.

– Значит, через три часа!

– Значит, через три часа.

– Кого возьмём с собой?

– Всех верных нам людей. Ты ведь сам понимаешь, незачем брать на границу сторонников короля.

– Понятно, возьмём только тех, кто готов за тебя жизнь отдать. Они все ненавидят короля, как и мы с тобой!

– Тише, Аджун. А то наши головы слетят до того, как мы узнаем о замысле короля.

– Сержант! – громко крикнул лейтенант.

В дверном проёме показался молодой воин. Из-за огромной ширины плеч он заходил в комнату повернувшись боком.

– Дарал, ты можешь ему полностью доверять. Он лучше себе руку отрубит, чем предаст нас.

– Слушай внимательно, сержант, – начал капитан. – Ты должен сейчас пройти по казарме и поднять всех верных нам гвардейцев.

– Их больше трёхсот. Всех поднимать? – спросил сержант.

– Нет. Только сотню, – Дарал улыбнулся, он не ожидал, что столько рыцарей ему верны. Затем он добавил: – И ещё. Гвардейцы должны быть в полных боевых доспехах и во всеоружии и пусть возьмут еды на три дня. Доложи, когда всё будет готово.

– У меня чувство, – начал рассуждать Аджун после ухода сержанта, – что мы ввязываемся во что-то нехорошее.

– Меня это тоже волнует. На границе с Таронном очень неспокойно, а нас посылают в другую сторону.

– А король как-то обосновал свой приказ?

– Кайры!

– Кайры?

– Да. Со слов Вардана, они готовят наступление. Вот мы и едем, чтобы во всём разобраться на месте.

– Но ведь совсем недавно их разбили страйды.

– Разбили, но не добили.

– Надо обратиться к генералу – он поможет нам.

– Генерал страйдов убит, и неизвестно, что теперь будет с его воинами.

Аджун сидел с широко открытыми глазами, он онемел от услышанной новости, но капитан, не обращая внимания на физиономию друга, продолжал:

– Никто не знает, где они. По последним сведениям, они распущены по домам.

– А кто их теперь возглавит? – спросил пришедший в себя лейтенант.

– Неизвестно. Командира со стороны они не примут, только того, кого хорошо знают.

– Может быть, они уже выбрали. Нам всем будет очень тяжело без них. Ведь страйды – лучшие воины Тэгомана.

– Да, это так. Но после последней битвы с чёрными магами их осталось очень мало. Это всем известно. Возможно, страйды больше не возродятся.

– Если это случится, нам всем будет тяжело без них.

– Послушай, друг мой, у меня родилась одна идея, – почти шёпотом сказал капитан. – Подойди ко мне ближе: нельзя, чтобы нас слышали.

Аджун быстро сел возле Дарала и наклонил к нему голову.

– Ни для кого не секрет, что Ринд полностью игнорировал короля. Он никогда не выполнял его приказы и всегда поступал так, как считал нужным. Вардан как-то раз попытался подчинить себе Страндайл, но у него ничего не получилось. Страйды подчинялись только своему генералу и приказы от короля игнорировали, а Вардану всё это могло надоесть. Король не может спокойно смотреть на реально действующую боевую единицу. А насколько они успешно действовали – тебе известно, – капитан вздохнул и ещё тише продолжил: – И если я прав, то за убийством Ринда может стоять сам король. Приказ об устранении мог исходить непосредственно от него. Из этого следует, что остаткам Страндайла не светит ничего хорошего. Без своего генерала они будут уничтожены. Их будут щёлкать как орешки, по одному.

– Если ты прав, тогда мы окажемся в гуще событий.

– Лучше бы я был не прав, но меня гложет сомнение. Что нам делать? Как нам поступить, если мы повстречаем карательные отряды? На чью сторону нам встать?

– Конечно, мы будем защищать страйдов.

– Но это будет означать измену, и дорога домой для нас будет закрыта. При нынешнем короле мы не сможем вернуться в Оман.

– Как же нам быть? – Аджун внимательно посмотрел в глаза капитану, пытаясь найти в них ответ на свой вопрос. – Я всегда слушал тебя. Что бы ты ни решил, я буду с тобой.

– Я всегда знал, что могу положиться на тебя, – сказал Дарал и задумался. Подняв руки, он начал тереть свои виски. – Что же нам делать? Как же нам быть? А если это всё неправда? Что, если всё сказанное мной окажется всего лишь ничем не обоснованным предположением?

– Да-а-а. Ситуация.

– Нет. Здесь что-то не то.

– А…

– Извини, Аджун, мне надо подумать. Выпей пока вина.

Капитан внимательно смотрел на своего лейтенанта, как он наливает себе бокал. Он пытался найти правильное решение в создавшейся ситуации. «Что же? Что же нам делать? Ведь мы давали присягу, а её нарушение грозит смертной казнью. И если я не прав, тогда как? Я не могу позволить убивать страйдов. Нет, здесь что-то не то. Когда я был у короля, мне что-то не понравилось. Но что? Тогда я этому не придал значения. Так, начнём сначала. Мы стояли в тронном зале, а король спрашивал о смерти Ринда, и только я решился сказать ему правду, хотя её знали все. Я вышел вперёд и рассказал всё, что знал. Стоп. Что-то было здесь. Я рассказывал и смотрел на короля, а он… Его лицо. Да, его лицо. Он слегка улыбнулся. В ответ на мои слова о трагической смерти генерала Вардан ухмыльнулся. Ухмылка на лице была всего мгновение, но этого хватило, чтобы ее заметить. Он знал, что Ринда должны убить и не мог сдержать своей радости. Значит, генерала убили по его приказу. Король предал их. Как он мог? Теперь он будет уничтожать всех страйдов. Я не могу этого позволить. И не позволю».

– Аджун!

От неожиданности лейтенант вздрогнул и поперхнулся глотком вина.

– Аджун, поднимай всех наших. Через час они должны быть готовы. Король предал нас. Действуй, Аджун, время не ждёт.

Лейтенант, не допив, быстрее ветра вылетел из комнаты. После ухода друга Дарал начал собираться. Привычными движениями он надевал доспехи. Он думал только о том, что собирался совершить а руки автоматически завязывали шнурки и застёгивали застёжки. Закончив экипировку, Дарал осмотрел себя со всех сторон. Оставшись довольным, что ничего не пропустил, он застегнул застёжку плаща на своей шее. Потом взял меч и вышел из комнаты навстречу своей судьбе.

– Ваше величество, вы звали меня? – спросил вошедший в тронный зал генерал.

– Да, проходи Флай, – король, встав со стула, пошёл в тёмный угол и подозвал к себе генерала. – Говори тише.

– Ваше величество, Ринд убит, но остались его воины. Они будут мстить.

– Нужно их всех убить, пока они не собрались вместе, – король улыбнулся и продолжил: – Это должен сделать ты.

– Я?

– Да, ты, – повелитель Тэгомана положил руку на меч. – Когда доберёшься, можешь обратиться к Норду. Вот тебе перстень, – Вардан снял с пальца прекрасной работы перстень и отдал его Флаю. – Увидев его, он будет беспрекословно подчиняться тебе.

Вардан смотрел, как генерал надевает перстень себе на палец, и, немного помолчав, продолжил:

– Когда закончишь со страйдами, займись Даралом. Он должен умереть.

– Ваше величество, но он всегда хорошо служил вам и, как мне известно, ни разу не дал повода усомниться в нём.

– Ты смеешь мне перечить?

– Нет, сир, но мне жаль его.

– Он должен умереть, как и все гвардейцы, которые будут с ним. Я отправляю Дарада в тот же регион, в который поедешь и ты. Мои шпионы донесли, что он вербует своих сторонников в свою команду – среди моих гвардейцев. И мне уже известны имена почти всех. Капитану я сказал взять с собой сотню гвардейцев. Он наберет её среди своих сторонников. А когда он уедет, я уничтожу оставшихся. В твоём распоряжении будет тысяча лёгких кавалеристов. Ты должен выехать немедленно и опередить Дарала. Он со своими людьми будет передвигаться медленнее тебя. Когда доберёшься, Норд предоставит все адреса страйдов. Как только закончишь со всеми делами, сразу же возвращайся, – сказав всё, что считал нужным, король потерял интерес к генералу – развернувшись, он пошёл к трону.

Флай заметил перемену настроения у повелителя и, не решившись задать больше ни одного вопроса, вышел из зала. «Тупица, – про себя произнёс король и немного подумав, добавил: – Меня окружают одни кретины и тупицы. Один Дарал – умный офицер, но он решил устроить переворот, а я этого допустить не могу. Да-а-а… Жаль. А если…» Не закончив свою мысль, король обернулся на внезапно раздавшийся тихий шорох. Вардан взял свечу и встал с трона. Подняв её над головой, правитель попытался рассмотреть причину шороха. Король, напрягая глаза, всматривался во тьму. Через мгновение он смог различить очертания человека, который, казалось, появлялся прямо из стены. Вардан сделал несколько шагов назад. Догадавшись, кто это может быть, Вардан издал протяжный стон и сделал насколько шагов назад.

– Ты-ы-ы?

– Вижу, ты узнал меня, – чёрный маг, а это был именно он, прошёл к центру зала.

– Зачем ты пришёл ко мне? – спросил король и попытался обнажить меч.

Маг поднял руку и предупредил его желание убить. Повелитель Тэгомана почувствовал, как какая-то сила выворачивает ему руку, пытаясь вырвать у него оружие. Сопротивляясь, он не заметил, как меч оказался в руке мага.

– Я не боюсь тебя, – быстро сказал король и побежал к двери.

Он хотел добежать до выхода из зала и позвать на помощь гвардейцев, но маг проделал с ним ту же самую шутку. Король почти достиг двери, но неожиданно потерял опору под ногами. Он понял, что висит в воздухе и болтает руками и ногами, пытаясь за что-нибудь зацепиться, но это ему не удавалось. Вардан висел всего мгновение. Резко сорвавшись с места, он перелетел через всю комнату и больно ударился о стену. Отскочив от стены, как резиновый мяч, он упал на стол. Маленький столик под тяжестью тела развалился на множество частей. Король лежал несколько минут. Придя в себя, он тряхнул головой и попытался встать.

– Я всё равно убью тебя! Ринд бил вас, значит, и я смогу. – В ответ раздался издевательский смех. –

Ты не победишь меня, – с уверенностью в голосе сказал Вардан. – Без своей силы ты ничего не стоишь. В честном бою я убью тебя.

– Ну что ж, если ты хочешь честный бой, я дам тебе такую возможность, – с этими словами маг бросил меч короля ему под ноги и, обнажив свой, громко произнёс: – Бери оружие, Вардан – посмотрим, на что ты способен.

Король не заставил себя просить дважды. Схватив меч, он бросился на мага, так ему ненавистного. Скрестившиеся мечи выбили снопы искр. Король сражался по всем правилам, он отступал, нападал и блокировал удары Но во время очередного ухода от меча мага зацепился ногой за крышку стола и упал. Маг, воспользовавшись неудачей противника, резко выбил меч из рук противника и приставил свой к его горлу.

– Это против правил. Я споткнулся и упал. Ты должен дать мне второй шанс.

Неожиданно в дверь постучали, и за ней раздался нетерпеливый голос:

– Ваше величество, я слышал подозрительный шум. У вас всё в порядке? – – не дождавшись ответа, он продолжил: – Сир, разрешите мне войти и проверить, всё ли у вас в порядке.

– Даже не думай, – посоветовал королю маг. – Если не хочешь ничьей смерти, ответь ему.

– У меня всё нормально. Оставь меня в покое, болван, – крикнул слуге Вардан.

– Слушаюсь, сир, – ответил голос за дверью.

– А теперь поговорим о нас.

– Что тебе от меня надо? – Король был зол и на мага, и на своих слуг. Он рассчитывал, что они ворвутся сюда и уничтожат мага. Он только теперь вспомнил, что именно сам приказал им всегда испрашивать разрешение и входить, только получив его. Теперь он сам платит за свои ошибки.

– Ты можешь убить меня, но помогать я тебе не буду. Я никогда не стану на твою сторону, – Вардан резко дёрнул головой, и из пореза на шее потекла маленькая струйка крови.

– Осторожнее, ваше величество, так можно пораниться, – насмехался над ним маг. – Убивать тебя я не стану. Твоё время ещё не пришло. А вот служить ты мне будешь. А если откажешься, мы лишим тебя трона и отправим туда, откуда люди не возвращаются. Каков будет твой ответ?

Год назад Вардан слышал от Флая историю о лорде Таронна. Он отверг содружество с чёрными магами. За это они забрали его душу и навсегда отправили её в страну теней. У человеческой души, попавшей туда, никогда не будет успокоения. Её постоянно будут терзать демоны ночи. А в освободившееся тело маги заселяют душу одного из кхар. После этого человек становится кровожадным и жестоким. Кхары слушаются только чёрных магов. Так они меняют правителей. Вардан был не из тех, кто способен вытерпеть любые муки. Недолго думая, он согласился.

– Я знал, что ты примешь верное решение, – сказал маг и убрал меч от шеи короля. – Отдав приказ об убийстве Ринда, ты поступил правильно. Нас он тоже не устраивал, и рано или поздно мы бы сами им занялись. То, что ты решил убить всех страйдов и молодого капитана своей гвардии, – это твоё личное дело, – говоря свои слова, маг сел на трон и следил за передвижениями короля. На его голове был капюшон, полностью скрывающий лицо, но это не мешало ему видеть старого короля. – А теперь о главном, ради чего я пришёл к тебе. К твоему государству приближается объединённая армия нескольких стран. На Тэгоман наступают со всех сторон, и ему скоро придет конец, но есть выход. Если хочешь остаться в живых и оставить хоть часть своего мира под своим контролем, ты должен свободно пропустить армию Таронна. Других можешь уничтожить, если сил хватит, – в словах мага звучала ирония. – Если хоть один твой солдат выйдет против тароннцев, ты умрёшь, а свои слова мы на ветер не бросаем.

– Но как я смогу контролировать всех? Возможно, кто-нибудь соберёт отряд и нападёт на тароннцев без моего согласия, – в глазах короля был испуг.

– Ты повелитель. Твои подданные должны подчиняться тебе. Если произойдёт так, как ты говоришь, значит, ты не король и тебе больше незачем править.

– Но я не могу контролировать всех.

– Ты обязан это делать.

– Но…

– Хорошо, я помогу тебе. Завтра ночью к тебе придёт мой младший брат. Внимательно выслушай его советы. В противном случае… Ты знаешь, что будет.

Маг встал с трона и подошёл к Вардану. Постояв немного возле него, он развернулся и пошёл к стене, из которой появился.

Король наблюдал за тем, как фигура мага медленно растворяется в ночном мраке. По лицу Вардана катились крупные капли пота. Как только маг исчез, король поднялся с пола. Он был растерян и не знал, что ему предпринять.

Глава 5

Юго-восточная часть Тэгомана. Укреплённый городок Варран

– Я счастлив, что мы рядом. Я хотел бы всю жизнь провести рядом с тобой…

Тэррин ничего не ответила Марвилу, а лишь мило улыбнулась.

– …Дышать ароматом твоих волос, любоваться твоей красотой, – юноша не мог больше говорить. Любовь переполняла его. Он поцеловав девушку в губы и крепко обнял её.

– Ты слышал? – Тэррин высвободилась из объятий Марвила и сосредоточилась на непонятном шуме.

– Я ничего не слышу! – он и не мог ничего услышать: в эту ночь всем его миром была любимая, и возвращаться в реальность не хотелось.

– Вот опять! За окном кто-то ходит. Ты разве не слышишь?

– Кому-то не спится, вот он и прогуливается возле домов, – Марвил снова попытался её обнять.

– Может, ты и прав.

Вдруг на улице раздался рык, и в окне замелькали тёмные силуэты. Марвил отстранился от невесты и стал всматриваться в окно. Подойдя к нему, он попытался рассмотреть что-либо во тьме. С противоположной стороны к окну подошёл пёс. С широко раскрытой пастью он смотрел Марвилу в глаза. Полтора метра в холке и два с половиной метра длинной. На сильных лапах росли десятисантиметровые когти. Длинный хвост оканчивался костяным наконечником, ударив которым, он мог срезать полчерепа. Пёс имел черный окрас с серыми пятнами, а тело покрывала жёсткая щетина.

От неожиданности Марвил отпрянул от стекла. Его тело покрыл озноб, он начал медленно пятиться назад. Добравшись до кровати, юноша взял свой меч. Холодная сталь металла остудила его. Мозг начал сосредоточенно искать выход из создавшегося положения. Псы пока не нападали, и это дало время Марвилу приготовиться к защите. Чудовища ходили рядом и ждали приказа к атаке. Марвил понимал это, но ему ничего не оставалось – только ждать. В окне виднелась пара силуэтов, но он не мог видеть их всех. Юноша мог только догадываться об их количестве. Сумерки начали уступать встающему солнцу, и это давало сыну Ринда хоть какой-то шанс, ведь в темноте псы видели лучше людей.

Марвил продолжал пятиться назад. Достигнув угла, занятого Тэррин, он остановился. От неожиданного соприкосновения друг с другом влюблённые вздрогнули. Юноша свободной рукой коснулся плеча Тэррин и, взглянув в её глаза, он заметил там страх. Ужас пронзил её насквозь. Сжав плечо, он тихим голосом попытался хоть немного её успокоить:

– Тэррин! – Она стояла окаменев, а её взгляд был сосредоточен на игре теней за окном.

– Тэррин! – Зов возлюбленного не достигал её разума. Она впервые столкнулась со слугами чёрных магов, и это её сильно потрясло.

– Тэррин! – уже громче сказал Марвил, но ей было всё равно, она не слышала. Как будто закрыв створку раковины, девушка не хотела оттуда выходить, предполагая, что там она будет в полной безопасности. Скованная страхом, она не понимала полной ошибочности своего положения.

– Тэррин! – еще громче сказал Марвил и стал её трясти. Лёгкая встряска возымела действие на разум, и она мгновенно пришла в себя, глаза приняли осмысленное выражение. Убрав со лба прилипшие волосы, она, всё ещё вздрагивая, посмотрела на Марвила.

– Тэррин! – как можно тише произнёс он. – Ты должна успокоиться и взять себя в руки. Не бойся, ты ведь со мной. Я тебя не покину.

Его слова начали отогревать её замерзшую от страха душу, но неожиданно раздавшийся рёв и последовавший за ним удар слепой ярости в стену заставили Тэррин ещё сильнее вжаться в угол комнаты. Она подняла руку и, указывая пальцем в сторону окна, дрожащим голосом произнесла:

– Там-там-там…

Ничего больше девушка вымолвить не смогла. Слёзы отчаяния брызнули из её глаз. Марвил поставил меч возле стены и прикоснулся к мокрому от слез лицу любимой. Улыбнувшись, он поцеловал её в глаза – сначала в один, а потом в другой. Юноша пытался своим горячим дыханием осушить слёзы на лице своей единственной подруги.

– Тэррин, не плачь. Я никому не позволю тебя обидеть. Ты должна верить мне.

Она не могла найти в себе силы, чтобы выйти из угла и оторвать свой взгляд от окна. Слова больше не действовали. И тогда Марвил закрыл собой окно, чтобы перед глазами у неё был только он. Но повернувшись спиной к врагу, он почувствовал предательский холодок в позвоночнике. Не обращая внимания на страх, он сделал ещё одну попытку успокоить любимую:

– Посмотри на меня, я ведь с тобой. Здесь никого больше нет и не может быть. Возьми мои руки.

Тэррин послушалась и коснулась его рук Руки у Тэррин были обжигающе холодны. Марвил много раз слышал о людском страхе, но впервые увидел его во всей своей красе.

– Подними голову, Тэррин, твой любимый здесь. Подняв голову с уже высыхающими слезами, она со страданием в глазах взглянула на Марвила.

– Вот видишь, это не так уж и сложно.

В ответ на его слова Тэррин попыталась улыбнуться, но улыбка получилась настолько жалкая, насколько может быть жалок опустившийся человек. От некогда весёлой и задорной улыбки не осталось и следа. Не предав этому никакого значения, Марвил продолжил.

– Тэррин, любимая, мы всегда будем вместе, что бы ни произошло. Все овраги на нашем жизненном пути мы преодолеем, но только если будем вместе. Я не смогу с ними справиться один – ты должна помочь мне.

– Но их так много! Я боюсь! Твой отец был великим воином, но даже он не смог с ними справиться.

– Да, он не смог, – при упоминании отца в глазах Марвила появился стальной блеск, – но у нас всё получится. Он был один и на улице, а мы с тобой вдвоём, и в доме. У нас есть преимущество.

– Марвил, послушай меня внимательно, я не хочу тебя обидеть, – Тэррин постепенно приходила в себя. – Что если мы отступим? Здесь есть тайный лаз, выходит за сараями, а там сразу лес. Если мы воспользуемся им, то очень скоро будем в безопасности. И…

– Нет! – он резко перебил её.

– Тогда мы погибли, – в отчаянии произнесла Тэррин и опустилась на колени.

– Никогда не надо отчаиваться, –Марвил быстрым движением поднял её с колен и поставил на ноги. – Мы не погибнем в этой схватке. Ты слышишь меня? Мы не погибнем здесь.

– Как я хочу верить твоим словам, – девушка вздохнула и попыталась посмотреть в окно, но Марвил предупредил её попытку.

– Ты должна верить и не должна бояться. Вместе мы уничтожим этих псов.

Тэррин внимательно посмотрела в глаза своему наречённому. Она нашла в себе силы и превозмогла дрожь. Уверенность в победе заполняла её всё больше и больше. На мгновение закрыв глаза, она представила себя и Марвила в тихом и спокойном месте с улыбками на лицах, но нужно было возвращаться к реальности. Издав тихий стон, она обняла усладу своего сердца и поцеловала его в губы.

– Мы вместе?

– Да!

– Мы всегда будем вместе?

– Да!

– Чтобы ни произошло, ты меня не покинешь?

– Нет. Этого никогда не произойдёт.

– Я верю тебе. Поцелуй меня. – Марвил немного наклонился и поцеловал возлюбленную лёгким прикосновением губ.

– А теперь объясни, что я должна делать.

–– Ты будешь стоять за моей спиной и, что бы ни произошло, как бы ни развивались события, ни в коем случае не покидай своей позиции.

– Ты говорил, что мы будем действовать вместе. Так как же, стоя за твоей спиной, я тебе помогу?

– Я буду защищать тебя, но, если всё совсем будет худо, ты придёшь мне на помощь.

Марвил быстро подошёл к камину и взял лежавший на нём кинжал. Его лезвие было прямым и обоюдоострым и достигало тридцати сантиметров в длину. Им можно было как рубить, так и колоть.

– Ты помнишь, как с ним обращаться? Я учил тебя!

– Да! Я помню все твои уроки.

– И запомни: не выходи из-за моей спины!

Отдав кинжал, он взял в руки меч и привычным движением сделал несколько взмахов. Марвил был рад приятной тяжести меча и тому, что наконец-то опробует себя в настоящем деле. Юноша был уверен, что погибнет, но он не хотел отдавать свою жизнь и жизнь своей подруги даром. Держа меч в руках, он закрыл своим телом Тэррин.

– Приготовься, псы засуетились.

Один из псов подошёл к самому проёму и остановился. Громко дыша, он рыл передней лапой землю. Внезапно пёс издал громкий рык и прыгнул в окно. Не обращая внимания на лёгкие порезы от битого стекла, чудовище протискивало свою тушу в комнату. Натренированное тело юноши выбросило руку вперёд, и отрубленная голова ночной твари откатилась в дальний угол, а тело упало ему под ноги, выдавая фонтан зловонной крови.

Сын генерала обернулся и посмотрел на возлюбленную. Она стояла в углу, держа кинжал двумя руками. Несколько капель крови упало Марвилу на лицо, и это было ей неприятно, но его улыбка – у простого человека, работающего в поле, такой улыбки быть не может. Это была радость от свежей пролитой крови. Он убил только одного пса, но уже был рад, что хоть как-то начал мстить за убитого ими отца.

За первым псом в окно лез второй, а за ним пытался пробраться третий. Марвил не мог им позволить оказаться в комнате и поэтому сразу начал действовать. Второй зверь наполовину пролез в окно, а потом заметил мёртвого собрата. Псы не были тупыми животными, идущими хладнокровно на убой, как скот. Их специально выращивали и обучали лишь одному – убивать и подчиняться своим воспитателям. Оценив ситуацию, пёс медленно лез в комнату и завораживал взглядом свою жертву. Марвил не стал ждать и послал меч в голову. Зверь пригнулся, а ударом своей лапы ранил сына Ринда в руку. Из свежей раны сразу выступила кровь. Почуяв её, пёс громко зарычал и удвоил свои усилия. Марвил понимал: если быстро не расправится со вторым псом, то присоединившийся к нему третий не оставит ему ни единого шанса. Сделав обманное движение, он резко развернулся и вспорол мечом зверю горло. Из вскрытой шеи ручьём потекла кровь. Пёс не хотел так быстро умирать и поэтому предпринял последнюю попытку уничтожить своего обидчика. Из последних сил он прыгнул на Марвила, но силы стали оставлять его и он так и не достиг желаемой цели. Марвил сделал шаг в сторону и перерубил псу позвоночник. Тварь неподвижной массой рухнула на пол.

Третий монстр, не желая напрасной гибели, отступил. Запертые в доме слышали за окном глухие шаги и громкое рычание.

– Они ушли! Мы победили! – Тэррин радовалась как ребёнок, получивший забавную игрушку или долгожданные сладости. – Марвил, они испугались тебя!

– Нет! Ты ошибаешься. Они всё ещё здесь, – медленно произнёс юноша и попытался вслушаться в шум, создаваемый псами.

– Ты уверен?

– Да.

– Тогда объясни мне, почему они отступили?

– Псы решили перегруппироваться. Сейчас они немного подождут, а потом начнут новую атаку.

– Я не понимаю, как тупые животные могут обсуждать атаку?

– Они не настолько глупы, как тебе кажется. Псы намного умнее некоторых людей. А впрочем, их атакой руководят чёрные маги. Один, а может, несколько сейчас находятся где-то возле дома, – Марвил говорил медленно и не переставал следить за перемещениями псов.

Неожиданно он весь напрягся и сделал шаг вперёд, но так и застыл в этой позе, чем напугал Тэррин. Она, ничего не понимая, начала оглядываться, пытаясь определить то, что встревожило Марвила. Девушка крутила головой, но ничего не находила. Она слышали лишь тихий шорох, раздающийся вне дома, но он был таким успокаивающим, что казалось, не мог нести никакой угрозы.

Вдруг Марвил подпрыгнул и стремглав побежал к входной двери. Быстро ее достигнув, он заметил, что она не заперта изнутри. Сделав всё необходимое, чтобы непрошеные гости не вошли, он отступил назад и повернулся к Тэррин. Приставив палец к губам, показывая тем самым, чтобы она не издавала лишнего шума, юноша подозвал её к себе, но не успела она подойти, как раздался сильный удар, сотрясающий дверь и стены. Марвил выставил вперёд меч, он хотел дождаться повторения.

Невеста же, проходя мимо окна, краем глаза заметила какое-то движение. Девушка подошла ближе и заметила, как к окну очень медленно крадётся пёс. Заметив Тэррин, он застыл, только виляющий хвост выдавал его нетерпение. Глядя на застывшего зверя, застыла и подруга Марвила. Она стояла и боялась пошевелиться, лишь округлившиеся глаза выдавали нездоровый интерес к верным слугам чёрных магов. Девушка хотела подозвать Марвила, но голос застрял где-то внутри и никак не хотел откликаться на настойчивые приказы разума. Пёс сидел на земле и просчитывал возможные варианты нападения и отхода. Он прекрасно видел свою жертву и понимал, что она его боится. Поджав под себя задние ноги, он приготовился к прыжку.

Тэррин видела всё это и понимала, чем грозит ей малейшее промедление, но ничего не могла с собой поделать. Подруга сына Ринда была зачарована красотой и нечеловеческой мощью кровожадного зверя.

Пёс сидя готовился к прыжку и неожиданно получил мысленный приказ приступить к немедленному уничтожению, что завершило уже затянувшуюся паузу между охотником и его жертвой. Как только приказ был осмыслен и обработан мозговыми рецепторами, его хвост закончил бессмысленную пляску, и зверь прыгнул.

Юноша стоял спиной к Тэррин и не мог видеть немое единоборство двух разумов. Он ждал Тэррин, но она не подходила – это его стало беспокоить. Обернувшись, он увидел её у окна. Сделав несколько шагов назад, Марвил заметил приготовившегося к прыжку пса с раскрытой пастью. Его от Тэррин отделяло каких-то три метра. Быстро оценив обстановку, юноша прыгнул к окну. Оказавшись напротив приближающегося пса, он оттолкнул Тэррин – она растянулась на полу. Марвилу некогда было соблюдать приличия, он действовал так, как подсказывало ему сердце. Убрав с дороги свою любимую, Марвил, не теряя времени, приготовился к встрече с врагом. Всё произошло так быстро, что пёс ничего не смог предпринять, чтобы спасти свою жизнь. Зверь был ещё в воздухе, но уже понял, что не он уничтожит этих людей, а они его.

Сын Ринда стоял спокойно в ожидании развязки. Тело пса всей массой напоролось на выставленный юношей меч. Стальная игла вошла ему в грудь, а вышла между лопаток. Монстр дёрнулся несколько раз и затих. Марвил попытался высвободить меч, но это ему не удалось. Тогда он удвоил усилия, но и они ни к чему не привели. Отпустив меч, он обратил внимание на Тэррин. Она стояла и потирала рукой ушибленное место. На руке после падения появился синяк, но Марвил не подошёл к ней, чтобы ласковыми словами отвлечь её внимание от боли. Девушка подняла голову, и они встретились глазами. Улыбнувшись, влюблённые остались на своих местах, не делая попыток приблизиться.

Неожиданно раздался сильный удар в дверь, он был так силён, что она затрещала.

– Тэррин, быстрее иди к двери, – сказал Марвил и бросился к стене.

Там висел мяч. Покойный отец Марвила редко использовал его в битвах. Рукоять меча была отделана драгоценными камнями, а на его клинке рукой мастера были выгравированы старинные письмена, давно забытые, значения которых не знал и сам Ринд. Меч был очень редким и дорогим.

Обнажив его, сын генерала метнулся к окну и сделал это вовремя. В комнату почти ворвался пёс. Тэррин стояла возле двери и наблюдала за передвижениями любимого. Она стояла спиной к двери и не видела, как треснувшая дверь потихоньку открывается. В появившуюся щель пролезла лапа пса с вытянутыми острыми когтями, и через миг последовал удар по ноге Тэррин. От резкой боли она закричала. Взглянув на ногу, она увидела страшную рану. Кость не была задета, но из разорванной кожи сочилась кровь, образовав на полу лужицу. От этого у девушки помутилось в глазах. Она не видела, как лапа исчезла и в щель начала просовываться голова. Пёс проталкивал голову, помогая себе лапами, и это ему удавалось всё больше и больше, щель понемногу расширялась.

Скрип и скрежет наконец-то привлекли внимание Тэррин. Заметив пса, она попыталась встать, но тут же, громко охнув, упала на колени. Слуга магов спешил, он хотел добраться до своей жертвы первым. Рана на щиколотке не позволила девушке встать, поэтому она, стиснув зубы, на коленях поползла к зверю. В одной руке держала кинжал, а на другую опиралась, чтобы соблюдать хоть какое-то равновесие. Пёс, заметив приближение своей жертвы и блеск стали в руке, взревел от бессильной ярости. Приблизившись на достаточное расстояние, Тэррин, не раздумывая, воткнула кинжал по самую рукоять в глаз монстра и провернула его. Лезвие, пройдя через глаз, попало в мозг, что вызвало немедленную смерть пса.

Но не успело его тело упасть на пол, как дверь опять сотряслась от удара. Он был настолько сильным, что ее сорвало с петель. Тэррин не ожидала, что события так быстро изменятся. Не успела она отойти, как сорванная дверь ударила ее по голове и накрыла собой полностью. Девушка потеряла сознание, а на её лбу виднелась большая ссадина от удара.

Марвил не мог прийти ей на помощь, он сражался сразу с двумя монстрами. Сил не хватало. Руки юноши постепенно наливались свинцом, ведь он впервые орудовал мечом так долго, его мышцы ещё не привыкли и не окрепли. Сталь в мышцах появляется после нескольких десяток драк. Сын Ринда постепенно уступал позицию. Проникшие через окно псы не давали ему не единого шанса. Отражая постоянные атаки, юноша заметил, что в окно пытается пролезть ещё одна тварь. Собрав волю в кулак, Марвил начал наступать. Сделав шаг в сторону, он отрубил лапу. Монстр заревел и замешкался, это дало сыну генерала возможность покончить с ним. Слуга чёрных магов ревел, стоя на месте, как будто решая, что ему делать: идти вперёд или отступать. Не испытывая ни капли жалости, Марвил одним резким движением перерубил зверя пополам. Меч прошёл сквозь тело как сквозь масло, перерубая кости так же легко, как и мягкие ткани. Марвил не ожидал, что отцовский меч способен на такое.

Смерь монстра не принесла юноше временной передышки. Его место занял пёс со свежими силами. Сын генерала понял, что как бы мастерски он ни владел мечом, на место убитых будут приходить другие слуги чёрных магов. А когда его рука отяжелеет настолько, что не сможет держать меч, один из своры сомкнёт свои челюсти на его шее. Но Марвил хотел жить. Он должен был еще узнать, почему убили его отца. Это была месть магов или они действовали по просьбе врагов отца? И пока он этого не узнал, отправляться к богам не собирался.

Вовремя убрав ногу от приближающихся клыков, Марвил сам нанёс колющий удар. Он метил в область сердца пса, но слегка поскользнулся на влажном от крови полу, и меч, направленный в грудь, попал в плечо монстра. Неглубокая рана не убавила сил у монстра, а только прибавила ему ярости, и оцарапанный зверь, широко раскрыв пасть, бросился на юношу. Отскочив к стене, Марвил услышал грохот падающей двери, а потом крик Тэррин.

Марвил не видел, что произошло с любимой, и это его сильно беспокоило. Постоянно нападающие псы не давали ему возможности взглянуть в другую комнату. Раненный в плечо монстр встал на задние лапы, рассчитывая окончательно напугать Марвила. Юноша, глядя на него, немного опешил. Пёс, громко ревя, шёл на задних лапах. Марвил решился на атаку, а там будь что будет. Он подошёл к псу и сразу же присел. Передние лапы поймали воздух над головой Марвила. Пёс разомкнул лапы и решил схватить своего противника чуть ниже. Возлюбленный Тэррин воспользовался этой оплошностью и мигом встал. Выпрямившись во весь рост, он перерубил монстра чуть ниже груди. Через секунду, пёс начал разваливаться на две половины. Стоявшему за ним зверю не повезло. Верхняя часть тела собрата упала ему на голову и немного оглушила. Воспользовавшись временным замешательством своего врага, Марвил начал рубить мечом кровожадного монстра. Пёс был уже мёртв а Марвил никак не унимался. Это могло продолжаться ещё очень долго, однако рёв, раздавшийся возле входной двери, остудил его пыл. Вспомнив о Тэррин, Марвил бросился к ней.

– Тэррин! – громко закричал он, но девушка молчала.

Марвил смотрел на свою любимую и не мог разобраться, жива ли она. Тэррин лежала под дверью, а под её ногой образовалась небольшая лужица крови.

– Тэррин, ответь мне! Я не верю. Не-е-ет! – протяжно прокричал он и уже хотел броситься к ней на помощь, как вдруг совершенно неожиданно на дверь приземлился пес, прыгнув с улицы.

Зарычав на Марвила, он нагнулся и стал принюхиваться к жертве, беззащитно лежавшей на полу. Два других пса свободно проникли в комнату и остановились слева и справа от Тэррин. Не моргая, они пристально смотрели на Марвила. Юноша растерялся. Он думал, что его любимая погибла, и теперь ему было наплевать на свою жизнь. Подняв над головой меч, он хотел отступить в комнату, в которой принял первое сражение, но псы отрезали ему путь к отступлению. Прижавшись к стене, нервно сжимая и разжимая рукоять меча, Марвил смотрел на своих врагов, не зная, что делать. Внезапно он вспомнил слова отца: «Доверься сердцу в минуту опасности. Оно всегда поможет тебе и никогда не обманет, в отличие от людей».

И вдруг в нём произошла перемена. Это заметили и псы. Они внезапно остановились, раздумывая, что предпринять. Марвил оттолкнулся от стены и посмотрел в глаза замершим псам. Немая сцена длилась недолго. Достойный сын генерала поднял меч над головой, держа его двумя руками. Звери тоже приготовились к атаке. Марвил в свою очередь весь сжался как пружина, и дальше произошло то, что никак не ожидали псы и их родители – чёрные маги.

– Рин-да-да-йл-йл, – во всю мощь своих лёгких закричал молодой воин.

Ещё не затихло эхо от крика воина, а он уже бросился на псов. Марвилу было наплевать на себя и на свою жизнь. Он не думал больше о мести за отца, лишь образ любимой девушки согревал ему сердце и придавал сил. Быстро разбросав троих тварей, он посмотрел на Тэррин. Она всё так же лежала без движения. Застонав, он выбежал из дома. На улице находилось полтора десятка псов. Марвил, доверив свою жизнь судьбе, бросился на монстров с диким криком ненависти.

По дороге к Варрану приближался отряд всадников во главе с капитаном Сигуром. Он ездил в Драман, чтобы пополнить пограничные отряды за счёт молодых рекрутов. Молодёжь была плохо обучена, но это совершенно не пугало капитана: сержанты на границе отлично знают своё дело и смогут обучить новобранцев всему необходимому. Пройдёт совсем немного времени, и молодые солдаты станут отличными стражами: ни кайра, ни тайги и даже чёрные маги со своими псами ничего не смогут сделать.

Это был удачный поход. Капитан взял с собой в Драман пятьдесят проверенных в боях воинов, и теперь они вели за собой полторы сотни будущих защитников границы. Сигур улыбался – давно он не водил за собой столько воинов сразу.

Они ехали не спеша, чтобы не переутомлять лошадей. Всю дорогу капитан размышлял над тем, как ему следует поступить с сыном Ринда. Он взвешивал все за и против и в конце концов решил взять мальчишку с собой на границу. Пусть набирается опыта. Была только одна проблема – Тэррин. Марвил не захочет её оставить – в этом Сигур был уверен. Обдумав возможные варианты, он пришёл к выводу, что можно забрать девушку с собой и поместить в Нороне. Там Марвил сможет часто навещать её. Капитан был рад, что всё наконец-то решил.

Уже начинало светать, и Сигур радовался, что всё так хорошо складывалось. Ветеран пограничных битв со своими солдатами пересёк дальний мост через красную реку. До дома Марвила оставалось совсем немного. Скоро он увидит влюблённую молодую пару и всё им расскажет. Даже если Тэррин откажется ехать, Марвила он ни за что не оставит. Хотя это решение не нравилось капитану, но делать было нечего. Ещё год назад он дал обещание генералу присмотреть за парнем, если с предводителем страйдов что-нибудь случится, а своё слово он привык держать.

Вокруг стояла тишина, лишь несколько птиц разгоняли её своими трелями. Сигуру было за пятьдесят, и он уже устал. Его глаза обрадовались показавшимся домам на окраине Варрана. Капитан мечтал о трёхчасовом отдыхе, как вдруг…

– Рин-да-да-йл-йл!

Громкий крик испугал коня Сигура. Он заржал и закрутился на месте. Немного успокоив лошадь, капитан обернулся, чтобы посмотреть на свой отряд: солдаты нервно топтались на месте. Отделившийся от конца колонны сержант скакал к нему. Поравнявшись, он спросил:

– Капитан, ты знаешь, что это такое?

Всем своим соратникам, побывавшим вместе с ним в длительных походах и тяжёлых битвах, он разрешал обращение на «ты», но если к нему так обратится неоперившийся юнец – горе ему.

– Хм.

– Это сигнал к атаке страйдов.

– Страйдов?

– Да.

– Что здесь могут делать страйды?

– Не знаю капитан, но я бы проверил.

– Я тоже так думаю, – сказал Сигур, взглянув на своих воинов. – Сержант, мы разделимся. Половину возглавишь ты, а половину – я. Молодёжь останется здесь.

– Может, новобранцам всё-таки стоит поучаствовать в битве? – спросил сержант, затягивая ремни на своей экипировке.

– Нет. Страйды никогда не вмешивались в простые драки. Если там действительно они, значит, дело серьёзное, – капитан махнул рукой, требуя следовать за ним.

Отряд из пятидесяти воинов разделился и, обходя молодое пополнение, как ручей обтекает препятствие на своём пути, с двух сторон выдвинулся на звук битвы с двух сторон.

Сигур приказал перейти на рысь. Ветер обдувал ему лицо. За ним скакали его люди, на которых он мог полностью положиться. Никто не разговаривал между собой, все слышали вызов и понимали серьёзность положения.

На улице уже было светло, но жители города ещё спали и не знали, что происходит возле их домов. С каждым шагом усиливался шум драки, но там не было звона стали. Утреннюю тишину нарушали пыхтение и рычание, и это капитану совсем не нравилось.

Проскочив последний поворот, отряд Сигура выехал на улицу, на которой жил Марвил. Открывшийся вид настолько поразил капитана, что он не хотел верить своим глазам. Один человек противостоял своре псов, и делал это, не отступая, а находясь в самом центре. Он вертелся как юла, постоянно избегая ударов лап, оставаясь на одном месте лишь доли секунды. В смелом воине Сигур узнал сына Ринда. Он не мог предположить, что генерал так хорошо обучил его. Юноша столь мастерски владел мечом, что даже превзошёл в этом искусстве своего отца, а отправившись на границу, Марвил станет лучшим воином и ему не будет равных во всём Тэгомане.

Но сейчас парню совершенно точно требовалась помощь. Как опытный воин, капитан видел, что реакция его приёмного сына стала замедляться. Хотя юноша этого и не показывал, а продолжал смеяться смерти в лицо. На глазах капитана Марвил был ранен в грудь, но, не обращая внимания на боль, продолжал рубить и колоть.

Обнажив меч, капитан ускорил бег лошади, его люди последовали за ним. Они были всё ближе и ближе. Вот их разделяет сто метров, пятьдесят, десять, и Сигур занёс меч для удара. Его лошадь начала бить копытами первого пса. Прозвучал характерный хруст – капитан мечом перерубил кости своей первой жертве. Его воины, не отступив и не испугавшись верных слуг чёрных магов, врубились в ряды противника. Немного отстав от Сигура, сержант с другой стороны тоже врубился в ряды псов.

Псы яростно защищались, но их было мало, и люди победили, хотя и в отряде Сигура были потери. Капитан снял шлем, чтобы найти смелого юношу. В самом начале схватки он потерял коня и поэтому сражался в пешем строю. Псы уничтожили почти всех лошадей. По окончании битвы земля под ногами была красной от крови. Улица была завалена трупами псов, лошадей и людей. Всё это месиво перегораживало её полностью, как баррикада. Отрубленные и оторванные части тел лежали вперемешку.

Из домов стали выходить проснувшиеся горожане. Такой вид с утра не способствовал хорошему настроению на целый день. Сняв шлем, капитан пытался отыскать Марвила. Сигур шёл через трупы в поисках Марвила. Проходя мимо пятерых мёртвых псов, он заметил под одним из них своего названого сына. Капитан попытался убрать тушу с груди юноши, но ему это было не по силам. Он подозвал на помощь двоих солдат. Вместе они вытащили сына Ринда. Капитан припал к груди юноши, чтобы послушать сердцебиение. Сердце отчётливо стучало, но Марвил лежал с закрытыми глазами и не выказывал никаких признаков жизни.

– Отнесите его на повозку и перевяжите раны, – отдал приказ Сигур и, повернувшись к сержанту, добавил: – Ты должен найти Тэррин.

Увидев немой вопрос в глазах подчинённого, капитан пояснил:

– Это возлюбленная моего мальчика. Живая или мёртвая, она должна быть здесь. – Выслушав приказ, сержант сразу же побежал его исполнять.

Капитан проследил, как подняли его мальчика и на руках отнесли к повозке. К нему подошёл знахарь. Сигур наблюдал за его быстрыми движениями. Лекарь перевязывал раны и что-то бормотал себе под нос.

Удостоверившись, что с Марвилом всё будет хорошо, Сигур захотел осмотреть место, где бился юноша. Зелёной травы здесь не осталось. Всё было покрыто кровью и внутренностями псов. Сигур видел издали, как бился Марвил, но потом он и сам был занят делом. Теперь же, посмотрев на дело его рук… Он много видел, но чтобы так, с такой ненавистью изрубить псов… Даже убив их, Марвил не останавливался. Капитан понял: Марвил мстил за отца. Глядя на гору трупов, он никак не мог сосчитать, сколько же псов отправил на тот свет молодой воин.

Вдруг Сигур заметил блеснувший на солнце меч. Он его поднял и начал внимательно рассматривать. На нём не было ни единой щербинки, гладкое лезвие сверкало, а драгоценные камни на рукояти переливались всеми цветами радуги. Рассматривая меч, Сигур наморщил лоб. Капитан его уже видел и видел его кровавую работу. Воспоминание пришло неожиданно, как летний ливень. Сделав шаг назад, он чуть не упал, зацепившись за лапу погибшего пса.

– Сержант! – грозно крикнул Сигур, стараясь выбраться из месива тел.

– Я здесь, капитан, – сержант стоял у границы этого месива и поджидал приближающегося к нему Сигура. Меч в его руке заставил сержанта вспомнить давно забытое.

– Ты нашёл девушку? – перешагивая через очередного мертвого коня, строго спросил офицер.

– Пока нет, но её ищут.

Наконец-то капитан добрался до сержанта, посмотрев на него чистенького и на себя грязного от крови, он ухмыльнулся и, вытянув руку в сторону побоища, низким голосом произнёс:

– Может, ты распорядишься убрать всё это с дороги? Я видел, что солдаты забирали наших погибших парней для последних почестей, а что ты прикажешь делать со всем этим? – строго спросил Сигур и развёл руками в стороны.

– Нам не хватает людей. Многие ранены, а остальные не отдохнули после драки, – попытался оправдаться сержант.

– Так ты ещё привлек к работе неотдохнувших солдат? У нас что, нет молодого пополнения? А вообще, где они? – спросил капитан, осматриваясь в поисках молодых рекрутов.

– Извините капитан, но они там, где мы их оставили утром, – быстро ответил сержант, виновато опустив голову.

– Почему? – уже кричал начальник охраны восточных бастионов. – Они давно должны быть здесь! Эта работа как раз для них – пусть привыкают к виду крови.

Немного успокоившись, капитан отдал приказ:

– Тащи их сюда, быстро.

Сержант немедля сел в седло и ускакал, поднимая облака пыли. Местное население, высыпавшее на улицу, перестало ротозейничать и наконец-то некоторые их них принялись за уборку трупов. Капитан подошёл к повозке, на которой лежал Марвил. Лекарь, перевязав его, уже занимался другими ранеными. Юноша лежал спокойно, всё ещё с закрытыми глазами.

– Марвил, – тихо позвал его Сигур.

Капитан хотел расспросить его о том, как всё началось, но юноша не сказал, ни слова. Сигур вздохнул и аккуратно, стараясь не задеть ни одну из его ран, положил меч рядом. Опустив руки, офицер рассматривал лицо Марвила – такое молодое и гладкое, ещё даже без щетины. Но ему уже пришлось взять в руки оружие и встать на защиту своего дома и близких. Сигур дотронулся до его лба. Он был холодным и влажным от пота.

Тишину нарушил только что вернувшийся сержант:

– Капитан!

– Я сейчас, – не оборачиваясь, сказал Сигур.

От крика Марвил очнулся и громко застонал, но не от боли многочисленных ран, а от боли потери любимой. Капитан бросился к нему и приподнял голову, чтобы дать напиться. Сделав несколько глотков холодной воды, юноша часто и громко задышал.

– Как ты, мой мальчик? – спросил Сигур.

– Где?.. Где?.. – слова давались ему с трудом.

– Кто где?– не понимал капитан.

– Она… – Марвил облизал запёкшиеся губы. – Тэррин, где она?

– Её ищут, не волнуйся, – капитан взял одеяло и накрыл им Марвила. Ему не понравилось, что парня стало трясти. – Расслабься. Тебе нельзя напрягаться.

– Тэррин!.. – попытался крикнуть юноша, но раздался лишь хрип. – Тэррин!.. – повторил он и, превозмогая боль, попробовал встать.

Только что закрывшиеся раны начали кровоточить. Сигур знал, что обессиленному от продолжительной драки и большой потери крови телу больше нельзя терять «сок жизни». Капитан удержал Марвила, не позволив ему подняться, сильной рукой уложил обратно.

– Нет, отпусти меня. Я должен найти её.

– Это мы сделаем сами.

– Нет, я должен…

– Тебе надо лежать. Необходимо восстановить свои силы, – капитан поправил на нём одеяло. – Может, ты помнишь, где она была, когда ты её видел в последний раз?

– В доме, – от слабости юноша говорил медленно и очень тихо. – Она лежала под дверью, когда я покинул дом и.

Собрав силы, он схватил Сигура за руку и поднял голову.

– Ты найдёшь её? Я должен попрощаться с ней.

– Я разыщу её. А теперь отдохни, – снова уложив его, капитан обернулся к сержанту: – Быстро отправь людей в дом Марвила.

Не дослушав приказ, сержант сам бросился в дом. Его люди несколько раз проходили здесь, но так и не догадались заглянуть под дверь. Сержант исправил их ошибку. Тэррин лежала с закрытыми глазами. Рана на ноге больше не кровоточила. Дышала она так тихо, что нужно было прислушаться, чтобы услышать её дыхание. Сержант не стал медлить. Он не собирался проверять, жива ли она. Помощник Сигура нагнулся и, напрягая мышцы, поднял дверь и отбросил её.

– Лекарь! – громко позвал он.

Обернувшись на его голос, капитан понял, что поиски увенчались успехом. Быстро отдав распоряжение найти знахаря, он побежал к дому. Сигур подошел к Тэррин. Ему так хотелось помочь ей, но он не знал как.

– Она всё время была здесь?

– Да.

– Где же он?! – как человек действия капитан не мог сидеть сложа руки в ожидании самого худшего.

– Капитан! Знахарь идёт.

Сигур резко подорвался и бросился на улицу. Солнце светило прямо в лицо. Прикрыв ладонью глаза, он посмотрел на дорогу.

– Ты можешь двигаться быстрее? – крикнул капитан, завидев лекаря.

Лекарь шёл медленно не потому, что не хотел спешить, а потому что был пожилым человеком и быстро ходить он не мог. На реплику капитана старик ничего не ответил, а только пробормотал себе что-то под нос, как делал это всегда. Это был его постоянный ответ на крики и угрозы. Дойдя до дома Марвила, знахарь остановился, чтобы перевести дух.

Сигур попытался вновь его поторопить:

– Давай быстрее. Может быть, она ещё жива.

Знахарь, покашляв в кулак, опираясь на посох, подошёл к девушке. Сняв с плеча свою сумку, он сел рядом и убедился в том, что она ещё жива. Затем старик осмотрел рану на ноге. Ощупывая края, он цокал языком. Покачав головой и что-то сказав самому себе, лекарь достал из сумки белую ткань, свёрнутую в небольшой продолговатый свёрток. Он помазал рану пахучей мазью с неприятным запахом, а потом, развернув ткань, начал перевязывать ей ногу. Других ранений лекарь не нашёл, за исключением ссадины на голове.

– Ну что? Она будет жить? – Сигур переживал за судьбу Тэррин.

Продолжая молчать, лекарь достал из сумки чёрный мешочек, перевязанный такого же цвета нитью, развернул и достал оттуда какой-то черный корень. Бросив на него быстрый взгляд и оставшись удовлетворённым, он поднёс его под нос Тэррин. Снадобье подействовало быстро. Возлюбленная Марвила глубоко вздохнула и, закашлявшись, замахала руками, чтобы убрать от лица то, что издавало столь резкий запах. Убедившись, что его усилия не пропали даром, старик тут же убрал корень обратно в мешочек. Потом он быстро собрал свои вещи и встал при помощи посоха. Уже сделав несколько шагов к выходу, знахарь обернулся и произнёс одну лишь фразу:

– Будет жить, – сказал как отрезал и сразу удалился своей старческой шаркающей походкой.

Сигур от его слов чуть не подпрыгнул от радости. Капитан приподнял Тэррин и обратился к сержанту:

– Дай воды!

Капитан взял протянутый бурдюк и, приподняв голову девушки, поднёс его к её рту.

Тэррин сделала несколько жадных глотков и открыла глаза. Ожидая увидеть возле себя Марвила, она улыбнулась. Но рядом был Сигур, и улыбка сразу же исчезла

– Где Марвил? – после пробуждения её мысли были только о возлюбленном. Слова давались ей с трудом, но она хотела узнать о судьбе юноши.– Он жив?

– Он жив, – улыбаясь, ответил Сигур, – но только немного помят.

– Я могу его увидеть?

– Разумеется, – капитан повернулся к сержанту и отдал ему распоряжение: – Пришли людей с носилками и распредели работу между рекрутами, я слышу: они подъезжают. И чтобы я не видел праздношатающейся молодёжи!

– Сигур, Марвил ранен? Это серьёзно? – Тэррин не обращала внимания на себя, её сердце болело за любимого человека.

– У него всё хорошо. Ему была оказана помощь, и сейчас он отдыхает. Ты его скоро увидишь. Если бы я его не остановил, он бы не успокоился, пока не нашёл тебя.

– Когда пришли псы, он сказал, чтобы я не волновалась и что он защитит меня, – Тэррин улыбалась от мысли, что Марвил не забыл о ней.

– И он сдержал обещание. Когда мы пришли, нам уже нечего было делать: Марвил уже уничтожил почти всех.

Эти слова произвели на Тэррин большое впечатление – её голубые глаза светились от счастья.

В комнату, бряцая оружием, вошли двое солдат с носилками в руках. Остановившись возле девушки, они посмотрели на капитана в ожидании приказа.

– Отнесите её к Марвилу, – приказал им Сигур.

– Мы не знаем его, капитан, – солдаты были из свежего пополнения и не знали Марвила в лицо.

– Это тот юноша в повозке. Хотя… – офицер махнул рукой и добавил: – забирайте девушку. Я сам покажу, куда её отнести.

Солдаты, приподняв Тэррин, осторожно уложили ее на носилки и, подняв их, пошли к выходу за капитаном. Он показал им повозку, на которой лежал Марвил, а затем решил проверить работу рекрутов. Не дойдя до них пятидесяти шагов, офицер услышал недовольные голоса.

– Смотрите, ребята, какое тут месиво!

– Сержант приказал убрать здесь всё?!

– Да ты что?! Чтобы мы полезли туда и стали разбирать эти туши?

– Помолчал бы лучше. Боишься ручки свои испачкать?

– Я не нанимался убирать эту мерзость, и никто не вправе меня заставить. Я шёл охранять границу, а не разбирать завалы из трупов.

– Парни, я ни разу не видел псов. Слышать – слышал, а видеть – никогда не видел.

– Что в них может быть интересного?

– Как что? Надо знать в лицо своего врага!

– Это псы, а не люди.

– Какая разница!

Капитану надоело слушать это пустословие, и он подошел к рекрутам. Медленно осмотрел всех, ни на ком специально не заостряя внимания.

– Сержант, – когда Сигуру нужен был сержант, тот всегда оказывался рядом, как будто чувствовал, что нужен именно теперь своему капитану, и это качество нравилось Сигуру больше всего, – построй людей.

Сержант быстро справился с задачей. Все сто молодых солдат выстроились напротив капитана. Молодёжь стояла и втихомолку рассуждала, для чего их построили.

– Вы молоды и неопытны, – начал Сигур. – Вы ещё не успели привыкнуть к виду крови и не бывали в таких мясорубках. Но ваше обучение началось, как только вы покинули свои дома. Вы дали присягу, поклявшись беспрекословно подчиняться старшим по званию. Если вы ожидаете драки, то она будет нескоро. Но когда это время придёт, мне нужно, чтобы вы выложились полностью. Только жёсткая дисциплина превращает рекрутов в хороших солдат. А теперь сержант отдаст вам необходимые приказы и проследит за их исполнением. Вы обязаны подчиняться ему так же, как и мне.

Закончив речь, Сигур пошел проверить своих молодых друзей, а сержант остался с новобранцами. Часть солдат занялась уборкой трупов, часть заступила в наряд по охране городка, а оставшиеся расположились на отдых.

Повозка, на которой лежал Марвил, была широкой, и Тэррин смогла свободно поместиться рядом. Юноша открыл глаза и увидел свою возлюбленную в полном здравии. Его глаза засветились от счастья, он хотел заговорить первым, но Тэррин его опередила:

– Я знала, что у тебя всё получится. Ты самый лучший!

– Это было несложно.

– Нет, я так не думаю. Любой другой, только завидев псов, убежал бы через чёрный ход, но только не ты. – Тэррин перевела дух и продолжила: – Никто, кроме тебя, не выстоял бы в одиночку против целой своры. Я горжусь, что мой любимый – самый лучший воин во всём Тэгомане.

– Ты мне льстишь.

– Нет, это правда. Я не слышала, чтобы кто-то ещё сделал подобное.

– Хватит уже обо мне. Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, у меня небольшая рана. Тебе досталось больше, – Тэррин протянула руку и дотронулась до перевязанной груди. Прикосновение было лёгким, почти невесомым. Повязка пропиталась кровью. Девушке стало так нестерпимо жаль Марвила, её глаза заблестели от намечающихся слезинок.

– Ерунда. Всё самое страшное уже позади, – Марвил заметил, что его возлюбленная сейчас расплачется, и поэтому сразу добавил: – Мне уже намного легче. Знахарь сказал, что очень скоро я встану.

Тэррин нежно провела ладонью по лицу Марвила и, склонив голову ему на плечо, тихо заплакала. Её тело вздрагивало. Причиняя себе боль, он обнял свою подругу и стал успокаивать, медленно поглаживая по голове

Сигур широкой походкой шёл справиться о здоровье Марвила и Тэррин, но в ста метрах от повозки путь ему преградил пожилой человек в крестьянской одежде. Его лицо выражало гнев, руки подпирали бока, а ноги были широко расставлены.

– Это ты, капитан? – бесцеремонно обратился к нему селянин.

– Да, это я, – Сигур всеми силами пытался сдержать свой гнев. Незнакомец обратился к нему на «ты», хотя не знал его совершенно, и он сделал это специально.

– Вот ты-то мне и нужен, – старик переступал с ноги на ногу.

– Я слушаю тебя.

– Я видел, как твои солдаты несли на носилках мою дочь, – крестьянин говорил на повышенных тонах.

– Она была ранена, и мы ей помогли, – Сигур старался держать себя в рамках приличия.

– И куда вы отнесли её? К Марвилу, этому щенку, которого я ненавижу, как ненавидел и его отца! Он не хотел слушать, когда я говорил ему не трогать этих псов. Он поступил по-своему. То же самое делает и его сын. В конце концов они заберут молодого щенка, и я не хочу, чтобы вместе с ним погибла и моя дочь. Ты меня понимаешь? – после последнего вопроса крестьянин со всей своей старческой силой ткнул пальцем в грудь Сигура.

– Я слушал тебя, не перебивая. Теперь выслушай и ты меня. Ринд – герой, и, что бы ты ни говорил, он им и останется. А Марвил даже превзошёл своего отца. Его ждёт большое будущее. Ты спрашивал, зачем они убивают псов? Затем, чтобы тебе спалось спокойно и не приходилось в ужасе вставать по ночам. Теперь о твоей дочери. Мы спасли её, и только поэтому она жива. Да, Тэррин положили рядом с Марвилом, потому что они любят друг друга. И я до последнего вздоха буду их защищать.

– Ты не имеешь никакого права держать её силой. Я прямо сейчас пойду и заберу её, – старик резко развернулся и, игнорируя Сигура, пошёл к повозке.

– Ты не сделаешь этого!

Капитан быстро догнал отца девушки, взял его за руку и развернул к себе лицом, выкрутив старику руку. От боли и неожиданности он ойкнул.

– Значит, так поступают наши защитники?! – Он понял, что ему не удастся забрать дочь силой, и решил сначала унизить капитана, а уже потом заняться непокорной дочерью. – Да от кого вы нас защищаете? Вы сами придумали себе врагов и держите всех в неизвестности. За что я плачу налоги? Чтобы ты и такие, как ты, сидели в своих бастионах на границе и ничего не делали? Всем очень интересно, чем там занимаются наши защитники! А я знаю. Вы в своих бастионах только пьёте вино и портите наших молодых дочерей, которых мы, седые отцы, отправляем для помощи вам на границу. Я всем об этом говорю, но раньше мне никто не верил. Зато теперь поверят, – он показал рукой в сторону повозки с Марвилом и Тэррин. – Вы сеете разврат. Очень скоро мы поднимемся и сметём вас, а ваши бастионы разберём по камешку для своих домов.

Сигур больше не мог слушать эту ядовитую тираду. Каждое слово крестьянина были лживым, как и он сам. Капитан не смог сдержаться и ударом в грудь свалил его наземь. Быстро обнажив меч, он замахнулся, чтобы обрубить ему руки. Убивать старика он не хотел, но наказать его за разведение сплетен было необходимо.

– Не стоит этого делать, – раздался спокойный голос у Сигура за спиной.

Капитан обернулся и увидел ещё более старого человека, чем этот лживый крестьянин. У него были длинные волосы и борода – белые как снег. Разукрашенное сеткой морщин лицо было строгим. Некогда голубые глаза стали совсем светлыми. Одеждой ему служила белая тога, а опирался он на белый посох.

– Оставьте его в живых, – человек подошёл к крестьянину. – Посмотрите на него. Разве стоит об эту падаль марать свой меч, которым вы несёте мир и покой Тэгоману.

Старец говорил тихо, но отчётливо, выделяя каждое слово. Подойдя к лжецу, он ударил его посохом и приказал:

– Убирайся, пока я не передумал. И запомни: это было в последний раз. Сделаешь нечто подобное – больше никто не сможет тебя спасти.

Отец Тэррин отполз на несколько метров, а затем поднялся и побежал к своему дому, затаив глубоко в сердце злобу и ненависть к капитану и Марвилу.

– Кто вы? – Сигур удивило, что лживого крестьянина испугал не занесённый над ним меч, а белый старик.

– Я глава этого городка, а если по-вашему – староста, – человек говорил вкрадчиво, не громко и не тихо, но от его слов веяло теплом и уютом.

– Тогда объясните мне, почему этот старик лжет и обвиняет нас напрасно.

– Всё очень просто. Зависть. Обыкновенная людская зависть. Его жена умерла очень рано, и он не успел познать женской ласки. А когда ему стало известно об отношениях Тэррин к Марвилу, в него словно бес вселился. Эти дети росли на моих глазах, и мы все только приветствовали возникшую между ними любовь. Но отец всячески пытался помешать им. Правда, у него никогда это не получалось. Отец Марвила был генералом страйдов, и это было ещё одним поводом для зависти. Видели бы вы его, когда он узнал о смерти Ринда. Все горевали, а он радовался. Это стало последней каплей. Теперь с ним никто не хочет знаться и разговаривать.

Сигур был поражён откровением старца. Он знал много людских судеб, но чтобы с человеком стало такое… Это было ужасно слышать.

– А раньше каким он был?

– Лучше человека я не знал.

– Это очень печально.

– Помочь ему, увы, уже невозможно. Я пытался, но ничего не вышло, – старец на минуту задумался.

Пребывая в кратковременной задумчивости, он рисовал концом посоха странные знаки на песке. Один из них внезапно вспыхнул и тотчас погас. Староста поднял голову и внимательно посмотрел на Сигура:

– Беда идёт. Страшная беда.

– Что за беда? – не понял капитан.

– Не знаю. Но что-то очень нехорошее. И оно уже близко. Торопись, капитан, пора принимать решение.

– Какое?

– Ты должен выбрать: остаться или уйти. Выбирай быстрее, или будет поздно!

– Я остаюсь.

– Ну что ж, ты сам выбрал свою судьбу. У нас тоже есть солдаты. Вместе мы дадим отпор, – старец закончил и, не прощаясь, ушёл.

Сигура поразило и услышанное, и увиденное. Ему никогда не нравились маги, и он старался с ними не связываться. Теперь капитан стоял и смотрел вслед уходящему старосте. Вытерев мокрый от напряжения лоб, он направился в другую сторону в поисках сержанта. Его помощник стоял на дороге и следил за работой рекрутов. Они уже почти всё убрали, осталось лишь несколько трупов.

Приблизившись, начальник охраны восточных бастионов сказал своему подчинённому шёпотом, чтобы никто не мог слышать их разговора:

– Нужно усилить караулы.

– Зачем? – слова Сигура вызвали у сержанта недоумение. – Вроде бы всё спокойно, и новых атак не предвидится.

– Не задавай вопросов, просто действуй.

– Сигур, мы не один год вместе. Мы с тобой участвовали во стольких битвах, что и не счесть. Не говори загадками – я должен знать, на что иду. Если здесь в скором времени случится что-то серьёзное, я должен быть готов к этому. У нас сто необученных солдат, и если они все здесь погибнут, это будет на нашей совести. Я не хочу вести их на убой.

– Ты прав. Если хочешь знать, тогда слушай. Здесь живёт маг…

– И где он?

– Не перебивай. Ты видел, как я разговаривал со старцем – старостой городка?

– Да.

– Он и есть маг. Старик мне поведал о приближающейся угрозе.

– Ему можно верить?

– Вот этого я не знаю. Я вот что…

Капитана перебил звон колокола. Это был набат.

– Что это? – спросил сержант.

– Староста сказал, что соберёт солдат нам в помощь.

– Хорошо, если они будут обучены. А если нет, то зачем они нужны? У нас своих новобранцев хватает.

– Старец говорил об опытных воинах.

– Тогда они будут кстати. Да, ты начал о чём-то говорить, когда зазвонил колокол.

– Я вот что думаю. Ринда убили псы. За этим последовало нападение на Марвила. Спрашивается, почему? Его отец был генералом и нёс прямую угрозу чёрным магам, а чем им помешал его сын? Он молод и не состоит в страйдах.

– Может, он что-нибудь видел или знает? – предположил сержант.

– Нет. Он бы нам сказал.

– А как ты думаешь почему?

– Этого я не знаю, и мне это не нравится, – Сигур посмотрел на повозку, где находились Марвил и Тэррин, и продолжил: – А теперь сделай вывод из всего происходящего. Ночное нападение псов не достигло успеха. А если взять на заметку слова мага…

– Это всего лишь маг, и ему не стоит верить. Вспомни, сколько раз они нас обманывали.

– Этому я верю – он отличается от других. В нём что-то есть… – Сигур задумался. – И если отбросить все сомнения и его слова окажутся правдой, нужно ждать нападения именно от псов.

– Но они атакуют только ночью. Дневных вылазок раньше никогда не было.

– Да, это так. Но им нужно убить Марвила, и они будут стараться это сделать.

– Капитан, а как ты думаешь, сколько их будет на этот раз?

– Ночью их было два с половиной десятка, а это уже много для одного человека. Они хотят убить Марвила – чем скорее, тем лучше. И они знают, что мы здесь. Возможно, придёт пятьдесят, а может, ещё больше.

– Так много? Я никогда не видел столько псов в одном месте.

– Я тоже. Лучше и не видеть, – Сигур поднял голову и посмотрел на солнце, стоящее в зените, определяя время. – Сержант, сколько у нас дееспособных ветеранов?

– Тридцать солдат.

– Маловато.

– Что ты задумал?

– Отправишь всех ветеранов охранять Марвила и Тэррин, – распорядился капитан и, немного подумав, добавил: – И сам возглавишь их. Мне так будет спокойнее.

– А с кем останешься ты?

– Покажу настоящую драку молодёжи, – глубоко вздохнув, задумчиво произнёс Сигур.

– Ты надеешься на них, а если они побегут?

– Вот поэтому ты и останешься защищать Марвила.

– Мы все здесь ляжем. Сложно будет защищать их на открытом месте.

– Постарайся спасти Марвила. Если я погибну, а рекруты не сдержат псов, тогда забирай его и уходи отсюда.

– А как же девушка?

– Её придётся оставить.

– Юношу это огорчит. Мне не хотелось бы этого делать.

– Им нужен он, а не она. Возможно, они её не тронут.

– Капитан, ты знаешь правду. Исполняя приказ своих хозяев, они уничтожают всех, кто им сопротивляется.

Сигуру было жаль Тэррин, но он ничего не смог бы для неё сделать в критической ситуации. Капитан искал выход из создавшегося положения, и не видел его. Всё играло против них. Сейчас он мог рассчитывать только на свой отряд, большинство солдат которого являлись необученными новобранцами. И крепости с высокими и толстыми стенами рядом не было. У Сигура даже возникла мысль отступить, но он сразу же её отбросил. На дороге их перебьют ещё быстрее, чем в городке. Здесь хотя бы можно будет укрыться в домах и получить шанс выжить.

Приближающийся мужской гомон вывел его из состояния задумчивости. Капитан поднял голову и увидел старосту, который вёл за собой целую сотню солдат. Родившаяся надежда растопила печаль в его сердце.

– Я обещал тебе помощь – вот она, – старец обвёл руками своё воинство. – Бери их и командуй.

Сигур внимательно осмотрел подошедшее подкрепление. Это были мужи во всеоружии. Некоторых он даже узнал, так как сражался вместе с ними на границе.

– Почему же ты пребываешь в отчаянии, – старик видел любого человека насквозь. – Ты должен верить в победу.

– Я знаю. Но если их будет слишком много, удержим ли мы Варран?

– Псов будет больше, чем всегда, но ты не должен падать духом. У тебя будет поддержка.

– Кто же нас сможет поддержать? Люди бояться псов.

– После нашего разговора я отправил гонцов в Драман и Норон. Солдаты придут вовремя.

Затем старик взглянул на раненого Марвила и, развернувшись, начал медленно удаляться.

– Капитан! Я рад приветствовать тебя! Вспомним молодость, – крикнул крепкий одноглазый воин со шрамом на щеке. Голова его была седа, но он с лёгкостью снял со своего плеча двуручный топор и поставил его на землю.

– Воины, – негромко сказал Сигур, – пока вы можете отдыхать.

Вперёд выступил один из солдат:

– Мы пришли сюда сражаться, а не сидеть на траве немыми зрителями. Отдохнуть мы сможем дома. Я прав, друзья?

– Да, мы хотим биться! Где наш противник? Капитан, покажи, где наши позиции, или мы сами пойдём псам навстречу, – поддержали его остальные.

– Битва будет, и не все после неё вернутся домой, – предупредил их командир.

В ответ раздался дружный смех:

– Он нас пугает смертью. Да за кого он нас принимает – за трусливых щенков?

– Тише! Тише, собратья! – одноглазый солдат вышел из строя и обратился к своим землякам: – Я несколько лет вместе с Сигуром охранял рубежи. В те времена он был простым воином. Дослужиться до капитана на границе очень не просто. Вы сами об этом знаете.

Людской гам постепенно стал затихать. Всем хотелось узнать о человеке, который будет ими командовать.

– У него всегда холодная голова, и сейчас ему надо спланировать защиту нашего города. Поверьте мне, он сделает это наилучшим образом. Я готов идти за ним хоть на край света, – с этими словами ветеран положил свою мозолистую ладонь Сигуру на плечо и добавил: – Я с тобой, капитан. Командуй.

– И я! И я! И я! – раздались возгласы воинов.

Все вновь прибывшие солдаты подняли свои мечи над головой и стали славить капитана. Так они клялись ему в верности и подтверждали готовность исполнять его любые приказы. Выразив своё желание сражаться, они вложили мечи в ножны и направились к небольшому холму, чтобы приготовиться к предстоящей битве.

– Как они тебе? – спросил подошедший сержант.

– Посмотрим. Они внушают доверие.

– Нда-а-а. Может, мы и выиграем сражение.

– Мы обязаны это сделать, – Сигур смотрел на варранских ветеранов. – Староста говорил о помощи со стороны.

– Я слышал, – сержант дотронулся до меча – он любил ощущать в руках холодную сталь оружия. – Драманцы, возможно, придут, но вот норонцы – в этом я сомневаюсь. Их люди все на границе, они не смогут выделить даже сотню, – внезапно в его голову пришла мысль, которую он тут же высказал: – А что, если послать гонца к лорду? У него ведь есть дружина и довольно-таки опытная. Я сам видел их в деле: они могут многое.

– Норд нам не поможет, – сразу отбросил эту идею капитан. – Он занят только собой и считает, что все наши проблемы мы должны решать самостоятельно.

– А если обратиться к Дарку? – не унимался сержант. – Ты ведь его знаешь. Вдруг он нас поддержит?!

– Он тоже нас не поддержит. Дарк без разрешения Норда и в отхожее место не сходит.

– Тогда пусть хранят нас боги, – надежда сержанта на помощь со стороны дружины Норда была разбита в пух и прах. Если раньше он рассчитывал на справедливость лорда, но после слов Сигура эта вера исчезла полностью.

– Возможно, маг ошибся и ничего не будет. Всё-таки псы никогда не нападали днём.

– Может, это и так, но я предпочитаю быть готовым к драке, – сержант смотрел на голубое небо. – Словами делу не поможешь. Пойду проверю молодое пополнение.

Оставив капитана одного, он медленно пошёл к рекрутам, но, сделав всего десять шагов, остановился. Поочерёдно взглянув на Марвила и на капитана, сержант задумался, а затем, развернувшись, быстрым шагом вернулся к своему командиру.

– Что-то не так? – спросил у него Сигур.

– Да, и это беспокоит меня, – сержантом овладело волнение.

– Что именно? Ты должен мне всё рассказать.

– Ты помнишь меч Марвила?

– Да, я держал его в руках. Меч как меч, – капитан не мог понять, к чему он клонит.

– Это не совсем так. У него не простой меч. Когда ты его брал в руки, может, заметил что-то необычное?

– Да, рукоять украшена драгоценностями, а на клинке старинные письмена. Но хватит говорить загадками. Что в нём такого, чего нет в других мечах?

– Речь не о драгоценных камнях. Сам клинок, то есть письмена на нём, – это самое главное.

– И что же в них необычного? Скорее всего, это девиз мастера.

– Нет, это нечто другое. Я и сам всего не знаю.

– Тогда объясни, что тебе известно.

– Меч Марвила очень древний, и о нём рассказывается в легенде.

– Говори быстрее, – Сигуру не терпелось заняться более важными вещами. Позиции его маленькой армии были ещё не готовы.

– Давным-давно, – начал рассказ сержант, – на троне Таронна сидел справедливый король. За время правления он ни разу не напал на другую страну, а воевал лишь с захватчиками. Налоги в стране были такие низкие, что тароннцам не составляло никакого труда их выплачивать. И за это они боготворили своего правителя. Однажды белый маг Драм принёс ему в дар два меча, которые выковали на заре времён. Маг сказал, что с их помощью король сможет уничтожить всё зло в Таронне. Он обучил повелителя древнему искусству владения этими мечами, но, уходя, предупредил, что этим знанием делиться ни с кем нельзя.

Чтобы успешнее вести борьбу со злом, король решил отдать второй меч кому-нибудь из своего окружения. Он долго выбирал достойную кандидатуру и в итоге остановился на генерале одной из своих армий, который был его другом детства. Они росли вместе и, став взрослыми, сохранили дружбу. Полностью доверяя генералу, король передал ему меч и тем самым открыл его силу. Казалось, военачальник был самым достойным из всех, но на самом деле он уже давно мечтал сместить правителя, чтобы занять его трон. Генерал лишь притворялся в верности своему господину. Задумав устроить переворот, он стремительно шёл по трупам друзей и подчинённых к своей цели.

Доверие короля только ускорило развязку. Узнал о чудесных свойствах меча, предатель начал действовать. Он быстро собрав войска и отдал приказ об атаке. Штурм Корхо начался утром, а ночью генерал пробрался в спальню короля и выкрал второй меч, который удвоил его силу. Армия бывшего друга правителя стала непобедимой. Вскоре слуги, вставшие на сторону генерала, открыли ворота города, и его отряды свободно вошли в столицу. Королю осталась верна только личная охрана, но что могли сделать пятьсот гвардейцев против двадцати тысяч изменников?

Резня началась с восходом солнца и закончилась с его заходом. Правитель Таронна стоял во главе своих сторонников и сражался вместе с ними весь день. Атака шла за атакой, но даже значительный перевес нападавших не мог убедить короля сдаться на милость генерала. Гвардейцы образовали чёрный стальной вал и не отступали ни на шаг. Погибшие падали, раненые орошали кровью землю, прибивая к ней пыль, но никто из них не просил пощады и не пытался покинуть своих друзей. Каждый бился до тех пор, пока не падал замертво. Вечером в живых остались лишь король и его верный оруженосец – шестнадцатилетний юноша, который вёл бой как зрелый муж. С гордостью он держал в руке королевское знамя, и голубое полотно с золотым орлом, держащим в когтях чёрную змею, развевалось над последним оплотом государства.

Генералу надоели бесполезные атаки, в ходе которых он погубил цвет своей армии. Три тысячи рыцарей легли в пыль, чтобы никогда больше подняться. И тогда он отдал приказ лучникам – туча стрел накрыла короля и его оруженосца. Юноша остался со своим правителем до конца. Даже мёртвый, он не выпустил из рук королевского штандарта, и он величаво возвышался над его безжизненным телом. Множество стрел поразило могучее тело короля, но не отняло у него жизнь. Окровавленный и обессиленный, он упал на одно колено. Но знамя – символ страны – по-прежнему развевалось, и, испытывая гордость за это, властелин Таронна встал, ещё сильнее сжимая меч. Не веря своим глазам, генерал приказал войску вступить в последнюю битву. Однако солдаты его ослушались, решив, что стойкий король находится под защитой богов. Предателю ничего не оставалось, как самому напасть на повелителя. Он попытался орудовать сразу двумя магическими мечами, но отважному королю удалось выбить один из них и ранить противника в плечо. К сожалению, это было последнее, что он смог сделать – силы его покинули.

Рыцари смотрели на генерала в ожидании развязки поединка. Быстрым взмахом изменник отрубил властелину голову, но как только меч коснулся королевской шеи, произошла ярка вспышка, после чего чудесное оружие превратилось в обычный кусок металла. Оказалось, что со смертью короля меч навсегда утратил свою силу. Расправившись с королём, предатель стал править Таронном жёсткой рукой, проливая реки крови в стране и ведя завоевательные походы. Через несколько лет пошёл слух, что в Корхо придёт истинный король, и жизнь людей станет такой же, как раньше…

Закончив рассказ, сержант задумался, а потом неожиданно добавил:

– Да, чуть не забыл. Меч, выбитый из рук генерала, так и не нашли. Гвардейцы перевернули весь город, но он бесследно исчез. Всё это произошло пятьсот лет назад. Сагатор, нынешний король Таронна, является прямым потомком того генерала.

– Да-а-а, очень интересно. И ты веришь во всё это?

– Да, я верю.

– Так в чём же заключается сила меча?

– Я не знаю. И этого никто не знает, кроме посвящённых в тайну. Пять веков назад об этом знали трое. Король был убит. Изменивший ему генерал умер от старости. Он так и не раскрыл этот секрет, наверное, опасаясь, что с ним произойдёт то же, что и с королём когда-то. А маг Драм бесследно исчез – больше его никто не видел, – сержант повернулся и посмотрел на рекрутов, которые уже давно справились с заданием и теперь отдыхали. – Недавно обо всём этом мне рассказал один старик. А ещё он поведал, что те мечи живые, и они сами выбирают, кому служить. Если человек не достоин, то меч теряет свою чудодейственную силу, но если оружие попадает в руки того, кому предназначалось, то оно будет служить хозяину до самой смерти.

– Что-то мне в это не верится. С твоих слов, получается, что один меч находится у Марвила. А где второй?

– У Сагатора II. Он никогда не расстаётся с ним. Король тоже слышал легенду и хочет вернуть меч к жизни. Но ему это не удастся. Нужно знать, как это сделать.

– Значит, не знает Марвил, не знает Сагатор. А кто тогда знает?

– Кто-то знает!

– И ещё, ты говорил, что у гвардейцев короля и у него самого были чёрные доспехи, а по легенде флаг был голубого цвета, а на нём золотой орёл с чёрной змеёй. Тебе это никого не напоминает?

– Страйды! – воскликнул сержант, удивившись находчивости капитана.

– Да, страйды… Ринд многое знал об этом. Он не мог просто так использовать королевское знамя и цвет доспехов.

– Он бы мог помочь нам, но он мёртв. Может, его сын что-нибудь знает?

– Нет. Даже мне ничего неизвестно, а я был его другом. Вообще, близких ему людей было немного. И он всегда был скрытен.

– У кого нам тогда узнать правду?

– Сейчас мы её точно не узнаем, – немного подумав, капитан добавил: – Оставим эту тему на время –нам нужно заняться делом.

Сержант кивнул в знак согласия и пошёл за Сигуром, который направился к молодым солдатам. Праздно отдыхающие новобранцы даже не предполагали, что им предстоит совершить сегодня.

– Сержант! Построить солдат!

– Всем построиться! – громко отдал приказ помощник капитана.

Молодёжь с шутками и смехом выстроилась в ряд. Рекруты думали, что теперь их путь продолжится – им надоело здесь сидеть.

– Капитан, все построены.

– Солдаты, нам предстоит сражение.

Из строя послышались слова:

– Ну, наконец-то, хоть какое-то серьёзное дело.

– Я не имею права вести вас на битву, но другого выхода нет, – продолжил Сигур, глядя на юношей и жалея, что он ввязался во всё это. – Мне нужно пятьдесят лучников. Кто из вас умеет хорошо стрелять из лука?

– Мы все владеем луком! Мы не просто так сидели дома.

– Мне нужны меткие лучники. Я должен быть уверен в своих воинах и знать, что они выполнят приказ.

Из рядов стали выходить лучники, сначала по одному, а потом целыми группами. Перед Сигуром стояли безусые солдаты с детскими лицами.

– Сколько человек находится в патруле? – спросил он сержанта.

– Пятьдесят. Мы контролируем Варран со всех сторон.

– Позови одноглазого ветерана. Скажи, что это срочно.

Помощник капитана бросился выполнять поручение, а Сигур занялся отбором лучников. Он шёл вдоль выстроившихся рекрутов и осматривал их опытным взглядом. Насчитав ровно пятьдесят, капитан приказал остальным встать в строй. Те, кого не выбрали, были разочарованы. Сигур заметил это, но не подал вида.

– Ты звал меня, капитан? – на лице одноглазого ветерана сияла улыбка. – Это твои солдаты?

– Да.

– Неужели ты так стар, что стал нянчиться с детьми?

По ряду новобранцев пробежал недовольный шумок. Но ветеран лишь посмеивался.

– Тебе придётся возглавить этих смелых ребят.

Лицо одноглазого мужчины приняло серьёзное выражение:

– Ты шутишь?

– Нет. Какие могут быть шутки перед сражением.

– Почему я? Зачем мне эти мальчишки? Они все лягут в первые минуты боя.

– Вот поэтому, чтобы не допустить такого, ими будешь командовать ты.

– Если я соглашусь, то я это буду делать по-своему.

– Хорошо.

– И что бы ни произошло, ты не будешь вмешиваться?

– Делай с ними, что хочешь. Мне нужно, чтобы ты их превратил в действующую боевую единицу.

– Сколько у нас времени?

– Час, может, два.

– Этого мало.

– Ты должен постараться. Здесь пятьдесят солдат, ещё столько же находится в патруле. Итого сотня. Это резерв, и ты его возглавишь.

– Целая сотня – это интересно. Может, что-нибудь и получится.

– Сержант, построй лучников. Время занимать позиции.

Сигур шёл во главе отобранных стрелков. Приблизившись к варранским ветеранам, он обратился к ним:

– Воины, настал наш час.

– А где одноглазый? Кто поведёт нас в бой? – опытные воины не боялись задавать вопросы.

– Я возглавлю вас.

Услышав эту новость, ветераны перестали выражать недовольство. То, что их возглавит такой храбрый воин, было честью для них.

– Мы перегородим эту широкую улицу стальным валом. Если псы придут, мы заманим их сюда. Перед вами будут стоять лучники, – Сигур повернул голову в сторону молодёжи. – Когда они сделают пять выстрелов, вы должны пропустить их, и они станут за вами, чтобы вести обстрел, – закончив объяснения, он скомандовал: – А теперь займите свои позиции.

Ветераны и лучники выдвинулись на те места, с которых они должны вступить в сражение.

– Сержант, как только вернётся патруль, поставь двадцать всадников спереди лучников, а остальных отправь в резерв, – капитан внимательно посмотрел на своего друга и протянул ему руку. – Удачи тебе, после битвы встретимся.

Затем Сигур обратился к старосте, стоявшему поблизости:

– Может, ты ошибся и мы зря затеяли всё это?

– Капитан, – в голосе мага появились стальные нотки, – я никогда не ошибаюсь.

– Мы можем все здесь погибнуть.

– Победа будет на твоей стороне. Помощь близка.

– Сколько у нас времени?

– Очень мало. Готовь своих людей.

Одноглазый воин прохаживался вдоль строя юношей, возомнивших себя зрелыми мужами, осматривая каждого из них. Он видел все несоответствия в одежде и оружии. У одних не было щитов, у других вместо мечей к поясам были пристёгнуты кинжалы. Большая часть не имела кольчуг, их заменяли рубашки из бычьей кожи грубой выделки. Ветерану было ясно, что перед ним стоят дети городской бедноты. Он ухмыльнулся, вспомнив свою молодость. Тогда он был таким же, как они: с детства грезил границей, в пятнадцать сбежал из отчего дома в одних коротких штанах. Его несколько раз прогоняли из бастиона, но он всегда возвращался. В итоге настойчивость мальчишки оценили и приняли на обучение. Так он стал постигать искусство войны. Ему приходилось, сжав зубы, терпеть постоянные насмешки и издёвки опытных воинов. Но у него была великая цель – стать опытным воином, и он её достиг. После обучения за двадцать лет на границе он прошёл множество битв и никогда не опускал голову перед лицом опасности.

– Слушайте меня внимательно. Я не буду повторять дважды. Нет времени объяснять и показывать вам всё то, что должен знать и уметь опытный солдат. Но я попытаюсь хоть что-то для вас сделать. Для начала снимите с себя всё ненужное. Оставьте лишь то, что действительно пригодится в бою.

В строю новобранцев началось движение. Юноши сваливали в кучу лишние вещи – запасы еды, лечебные мази, одеяла, одежду, взятую с собой на смену. Подойдя к образовавшейся груде, командир резерва заметил солдатиков, вырезанных из дерева, которые высыпались из небольшого мешочка. «Хороши воины», – подумал он. Усмехнувшись, ветеран вспомнил знакомство со своим сержантом. Эта встреча запечатлелась в памяти на всю жизнь. Теперь он был для них первым сержантом.

– Что вы стоите как бараны? Всем построиться!

Рекруты, не ожидая такой перемены в его настроении, оставались на своих местах в нерешительности.

– До вас что, не доходит? Стройся!

Парни суетливо забегали, и ветерана это позабавила: таким же непутёвым был и он когда-то.

– Вы, мешки с костями, зачем вы пошли в армию? Сидели бы возле юбок и пахали бы на земле. Первая атака псов вас уничтожит. Если хотите выжить, вы должны беспрекословно мне подчиняться, и, может быть, тогда вы увидите своих матерей. А теперь запомните несколько вещей. Главное – это дисциплина, без неё вы покойники. Никогда не паникуйте, если дадите волю панике – вы покойники. Не обращайте внимания на мёртвых друзей, любое промедление грозит смертью – мы потом почтим их память. А теперь самое важное: это вера в нашу победу.

Солдаты стояли с широко открытыми глазами и буквально впитывали слова командира.

– Мы будем находиться в резерве, но после сигнала к атаке я поведу вас в бой.

Закончив пламенную речь, одноглазый воин попросил старосту найти недостающее оружие для его рекрутов. Он хотел хоть каким-то образом помочь им выжить.

Тем временем капитан вместе с сержантом выстраивал на позиции своих солдат, отдавая им последние приказы. Неожиданно из-за поворота выскочил запылённый всадник. На огромной скорости он приближался к офицерам. Столкновение было неизбежным, но воин из последних сил натянул поводья и остановил лошадь. Один из солдат подхватил его падающее тело. На животе патрульного зияла страшная рана. Сигур подбежал и приподнял его голову.

– Капитан, они идут.

– Зачем вы вступили в бой? Я ведь запретил это делать!

– Мы… Не собирались… Псы напали внезапно, – юноша терял силы и говорил всё тише и тише.

– Где остальные? – Сигур склонился к несчастному.

– Мы были впятером. Остальные погибли, – эти слова были последними. По телу воина прошла судорога, и он покинул этот мир.

– Сержант, – закричал капитан. – Всех патрульных сюда!

Сигур смотрел на умершего солдата. Пятерых новобранцев он уже потерял, а скольким ещё суждено попрощаться с жизнью в этой битве… Лицо капитана стало землистого цвета.

– Убрать тело. Занять свои позиции!

Солдаты беспрекословно подчинились командиру. Сигур сел на коня и поскакал к лучникам. К нему присоединились двадцать всадников.

– Вы не забыли, что нужно делать? – спросил он у них.

– Нет, капитан, – ответил один за всех. – Мы вас не подведём.

Сигур ещё раз посмотрел на молодые лица своих солдат. Сейчас у них было только одно желание – поскорее вступить в бой. «Как они молоды, – подумал он. – Что же я делаю? Как бы мне потом не пожалеть об этом». Но эта мысль завладела его умом всего на мгновение. Не время сомневаться, время действовать. Капитан пришпорил коня и выдвинулся навстречу мерзким тварям. Лошадь с каждым шагом ускоряла бег. Через несколько мгновений за ним уже во весь опор неслись двадцать юных кавалеристов. Они верили своему командиру и знали, что в трудную минуту он их выручит или подскажет, что нужно делать. Вскоре Сигур решил перейти с галопа – нужно было беречь силы. Этот конь был его другом. Не раз он выручал хозяина из беды, мужественно терпя боль от полученных ран.

Начальника охраны восточных бастионов не покидало чувство тревоги. Проскакав ещё немного, он понял, что худшие опасения оправдались. Противник приближался. Так много псов в одном месте Сигур ещё не видел. Без подсчёта было ясно, что им придётся вступить в сражение с тремя сотнями монстров. Завывающие звери быстро заполонили всё вокруг.

Отряд из двадцати всадников во главе с капитаном рисковал попасть под эту лавину. Медлить было нельзя. Развернувшись, они помчались обратно. Мысли одна за другой проносились в голове командира: «Что же будет во время самой битвы? Наверное, новобранцы думали, что война сродни детским играм, а жизнь солдата полна приключений и какой-то недосказанной таинственности. Теперь же им придётся столкнуться с жестокой реальностью. Они быстро поймут, что их противник – воплощённое вселенское зло».

Всадники выжимали из своих лошадей всё, что могли, но дикая свора постепенно настигала их, и Сигур ощущал это. Расстояние между ними сокращалось. Псы уже хорошо видели своих жертв. Внезапно конь одного из последних рекрутов споткнулся и упал. Юноша выскочил из седла, но он даже не успел достать меч из ножен, как был настигнут алчущими крови чудовищами, которые в один миг растерзали его вместе с лошадью. Капитан видел всё это, но ничем помочь не мог. У него оставалось ещё девятнадцать солдат, и их нужно было уберечь от смерти.

Между тем в Варране шли последние приготовления к битве. Марвил очнулся от забытья. Повсюду слышался топот ног и звон стали. Ощущая боль во всём теле, юноша повернул голову. Перед его глазами солдаты выстраивались в боевой порядок. Лучники спешно занимали свои позиции. Мимо проскакал капитан во главе небольшого отряда всадников. Сын Ринда заметил сержанта, дававшего наставления воинам.

– Что здесь происходит? – тихо спросил Марвил. Ему по-прежнему было трудно говорить.

Голос юноши на мгновение отвлёк помощника Сигура от работы, но он решил, что ему послышалось. Парень повторил вопрос. Ответа вновь не последовало. Проснувшаяся Тэррин приподнялась, опёршись на руку. Поправив одеяло на возлюбленном, она стала его успокаивать.

Закончив расстановку сил, сержант наконец подошёл к Марвилу:

– Я рад тебя видеть.

– Что здесь происходит? – в третий раз спросил сын Ринда.

– Я буду тебя охранять, – старому солдату было некогда вдаваться в подробности.

– От кого? – лицо юноши выражало удивление.

– От псов… Они наступают… И их больше, чем нас.

– Чем я заслужил такую честь?

– Я ничего не знаю. Я исполняю приказ капитана. Потом сам у него спросишь, – сержант не хотел говорить всей правды.

– Где мой меч?

Марвил уже однажды победил псов и хотел сделать это ещё раз. Он резко сел в поисках своего оружия, не обращая внимания на раны. Но его лицо исказила гримаса боли. Тэррин была рядом, но она не знала, что делать. Она смотрела на сержанта, и в её взгляде был немой вопрос. Он немедленно взял юношу за плечи и уложил обратно.

– Твой меч рядом с тобой, – помощник капитана положил руку Марвила на оружие. – Но у тебя нет сил сражаться. Мы это сделаем за тебя.

Юноша вновь попытался встать, но сержант ему не позволил.

– Не делай хуже. Тебе нужно беречь себя, – убедившись, что парень больше не будет геройствовать, воин обратился к Тэррин: – Следи за ним. Если он вновь попытается встать, зови меня.

Псы, гнавшиеся за отрядом Сигура, не хотели отпускать добычу, но уловка сработала: капитану удалось спасти девятнадцать солдат, и они добрались до стального вала. Щиты разомкнулись, пропуская всадников. Прибывшие с командиром рекруты встали на свои места.

Слуги чёрных магов приближались, не снижая скорости. Первыми их должны были встретить пятьдесят молодых лучников. Натянув тетиву, каждый из них ждал приказа.

– Лучники, залп! – скомандовал капитан новобранцам.

Все действовали как хорошо отлаженный механизм. Одновременно пятьдесят стрел взмыли в воздух и накрыли первые шеренги псов. Звери из задних рядов натыкались на собратьев из передних, разлетаясь в разные стороны. Последовали ещё четыре залпа. Вскоре образовалась огромная куча из монстров, которая шевелилась и стонала, но отдельные твари всё равно пытались бежать вперёд прямо по трупам своих сородичей.

Сделав положенное число выстрелов, лучники быстро отступили, просочившись через строй товарищей, как вода сквозь песок, и заняли позицию позади сотни ветеранов. Юноши построились и без команды давали залп за залпом, прореживая ряды противника.

Пока всё шло так, как запланировал Сигур. Лучники завершили манёвр, и теперь псов ждала сотня воинов с поднятыми мечами. Капитан собирался первым принять на себя удар и был совершенно спокоен. Сражаясь с самого детства, он давно привык к мысли, что может умереть в битве.

Звери бежали с невероятной скоростью. В шкуре некоторых из них можно было видеть оперение стрел, но это им абсолютно не мешало. Лучники продолжили обстрел. Однако теперь лишь единицы детей ночи падали замертво.

Крупный монстр резко прыгнул на Сигура с расстояния в три метра. Присев, капитан распорол ему брюхо от грудной клетки до задних ног. Туша упала где-то позади. Воин не стал любоваться деянием собственных рук, а сразу же направил меч на следующего врага.

Псы использовали тактику, доселе незнакомую людям. С разбега, не останавливаясь, они прыгали на головы солдатам. Конечно, новобранцы не были готовы к этому, и им приходилось постепенно отступать с поля битвы. Командир же требовал сомкнуть ряды.

Но воинов становилось всё меньше и меньше. Лучники, израсходовав весь запас стрел, тоже вступили в бой, понимая, что шансов выжить у них практически нет. Каждый удар лапой ломал человеку позвоночник. Челюсти смыкались на шее – и голова отлетала в сторону. Псы побеждали. Отряд из ста пятидесяти человек находился под угрозой уничтожения. Ровного строя больше не было – солдаты и звери перемешались. Ценой своей жизни они не пускали псов в центр Варрана.

Сигур должен был что-то предпринять. И он решил послать одного из лучников за подмогой. Безусый солдат, не задавая лишних вопросов, бросился выполнять приказ. Выбираясь из месива, он смог добить пса без передней лапы.

Одноглазый ветеран находился вдали от побоища. Он прохаживался вдоль отдыхающих солдат и постоянно посматривал в ту сторону, где должно было проходить сражение. Воин не мог ничего видеть, но он отлично слышал неутихающий рёв и звон стали. С каждым ударом его сердца напряжение нарастало. Он остановился, глубоко вздохнул и решил, не дожидаясь гонца, отдать приказ к выступлению. Командир уже повернулся к отряду, но раздавшийся за спиной топот копыт остановил его.

– Это Дарум! – раздался радостный крик.

– Помогите ему, – потребовал ветеран.

Трое солдат бросились к Даруму и осторожно сняли его с лошади.

– Какие вести ты принёс нам? – спросил ветеран, склонившись над всадником.

– Капитан… Он… – Дарум был ранен. Пёс, которого он убил, успел нанести ему удар второй лапой.

– Успокойся и говори медленно.

– Он… Просил…

– О чём он просил?

– Ему нужна… помощь.

Командир резерва встал и быстро оценил свои силы. Солдаты слышали гонца и ждали только приказа.

– Сотня, по коням! – громогласно крикнул ветеран. Пока он добрался до своей лошади, все новобранцы находились в сёдлах и стояли в строю. – Сотня! Рысью! Марш! Марш! Марш! – он отдавал приказы быстро, но его слова были понятны даже четырнадцатилетнему юнцу, а таких в отряде было несколько.

Лавина из сотни всадников сорвалась с места и понеслась то ли навстречу своей погибели, то ли к неувядаемой в летах славе. Что случится – ни одному из них не было известно. Они всего лишь подчинялись приказам. Война из детей делала зрелых мужей, и им, теперешним безусым юнцам, предстояло самим познать, каково это сражаться со слугами чёрных магов.

– Капитан! – солдат пытался перекричать грохот битвы. – Где наше подкрепление?

Сигуру нечего было ему ответить. Он призвал воинов на помощь, хотя они не являлись регулярной армией. Ветераны послушались и пошли за ним, а теперь на его глазах они гибли один за другим. От ста пятидесяти человек, вступивших в бой, остались жалкие крохи. Не более тридцати солдат пытались победить орду псов. Уставшие и истерзанные, они отступали. Удержать этот рубеж уже было невозможно.

– Капитан, мы их не одолеем.

Приказывать добровольцам, чтобы они стояли насмерть, он не имел права. Но показать спины псам воины тоже не могли. Бойня продолжалась. На каждого солдата приходилось трое или четверо псов. Люди гибли, и у оставшихся было всё меньше надежды на спасение. Они с укором поглядывали на командира, но не позволяли себе роптать, стараясь сплотиться. Командир всё сделал для того, чтобы уберечь их, но он был всего лишь простым человеком, который не мог поменять расположение звёзд на небесах. Солдаты ещё крепче сжимали в руках мечи и били псов с утроенной силой так, как кувалда плющит железо. Двадцать воинов, а теперь их осталось именно столько, радовались тому, что им удаётся сдерживать натиск. Но ситуация менялась быстро.

Одновременная атака двух псов сбила капитана с ног, но он не был повержен. Сигур больше не походил на человека. Весь в крови, он рычал, как настоящий зверь. Падая, командир пронзил мечом одного из монстров. Увидев, как поверженное чудовище упало на их предводителя, двое соратников бросились к нему. Один встал на защиту, а второй помог капитану выбраться. Прикоснувшись ухом к земле, Сигур услышал грохот от множества конских копыт. Но в следующий момент двое солдат, пришедших на помощь, были убиты.

– Всем в сторону! – как можно громче крикнул капитан. – Отойти к стене!

Солдаты не привыкли обсуждать приказы, даже если они казались им странными. Воины быстро прижались к стене и закрылись щитами. Эта тактика спасла им жизнь. Псы не поняли, почему люди так поступили. Передвижение людей привело их в замешательство, но лапами они тоже ощутили лёгкую вибрацию почвы. Порыв ветра принёс запах множества всадников, и в следующую секунду они показались на гребне холма. Сталь сверкала на солнце, конское ржание заглушало рёв псов.

Одноглазый ветеран повёл свою сотню по склону. Он видел, что сделали псы с его друзьями, а на солдат, оставшихся в живых, нельзя было смотреть без слёз. Его глаза сверкали от ненависти. Одни из вновь прибывших держали копья наперевес, другие занесли мечи над головами. Воинство галопом ворвалось в ряды слуг магов. Удар сотни был силён. Шеренги противника потеснились. Всадники двигались вперёд, не ощущая никаких преград. Псы, как и люди, долго сражались и поэтому тоже устали. Они не могли сдержать яростного напора конницы и начали отступать, отдавая занятую землю пядь за пядью.

Пятнадцать воинов вместе с капитаном радовались временной передышке. Они видели, как одноглазый ветеран умело пошёл в атаку. Безусые кавалеристы, проносясь мимо опытных солдат, видели их окровавленные измождённые лица. В таком состоянии уже нельзя было орудовать мечом. Можно было лишь рвать плоть врага зубами.

Сержант стоял в охране, наблюдая за битвой, и видел, как псы настойчиво рвались к ним. Только несколько человек знали, почему их тянет именно в эту сторону. В течение всего сражения его не покидало напряжение, но нападение было отбито и теперь он мог вздохнуть спокойно.

Тэррин было очень страшно. Прижавшись к Марвилу, который был в забытьи, она лежала, не издавая ни единого звука. Юноша лишь мотал головой, громко стонал и постоянно сжимал меч. Звуки битвы отдалились, и девушка приподнялась, чтобы вытереть пот со лба возлюбленного. Повернув голову, Тэррин вздрогнула от неожиданности, увидев рядом сержанта.

– Как он? – спросил помощник командира.

– Он без сознания. Я не знаю, что делать, – слёзы брызнули из её глаз. – Может, вы сможете ему помочь?

– С ним всё будет хорошо, – заверил девушку сержант. Обратив внимание на меч, он поинтересовался: – Он всё время его держит?

– Да, и очень крепко. Я пробовала забрать, но не смогла разжать пальцы.

Подбежавший к ним солдат обратился к командиру:

– Сержант, вам стоит на это взглянуть.

Оба воина отошли от повозки. Улицу, которую защищали люди, псы не смогли взять. Хотя там ещё шёл бой, победа была на стороне людей. Но звери вышли на фланги с другой стороны, обойдя здания. Пока их было немного, однако количество тварей быстро увеличивалось, и они готовились нанести удар.

– Это может стать нашим концом, – хмуро произнёс сержант.

К нему подошёл взволнованный ветеран:

– Командир! Капитан их не видит.

Сигур медленно приближался к сержанту, спокойно беседуя с уцелевшими в битве солдатами. Масса псов стала критической, но капитан их по-прежнему не замечал. Он считал, что бой окончен и теперь можно пожинать плоды победы. Однако мозг чёрных магов, управлявший своими созданиями, был гораздо более изощрённым. Силы зла всегда достигали цели, сколько бы энергии это им ни стоило.

– Капитан! Капитан! – кричал сержант, уже почти сорвав голос.

Наконец он поднял голову и увидел своего подчинённого, отчаянно махавшего ему руками. Заметив, что командир обратил на него внимание, помощник показал в сторону назревавшей опасности. Сигур сразу же осознал весь риск. Им срочно требовалось подкрепление. Но единственный резерв уже был введён в бой. Через мгновение капитану стал ясен замысел чёрных магов. Псы не предпринимали обходного манёвра сразу, поскольку знали о подкреплении. В это время задействованный резерв увязал всё глубже и глубже. Звери специально отходили, чтобы оттянуть всадников как можно дальше, а потом ударить и уничтожить их без всяких усилий. Разобравшись в планах врага, капитан моментально начал действовать.

– Ты и ты, – указал он пальцем на двух солдат. – Садитесь на коней и верните сюда одноглазого сотника с остатками его отряда. Остальные идите за мной.

Сержант видел, как от группы командира отделились двое. Запрыгнув на пойманных тут же коней, они помчались к главному очагу битвы. Другие же солдаты сорвались с места и бегом приближались к нему. Но одновременно выдвинулись и псы, а скорость у них была намного больше. Твари могли быстро настичь командира и его потрёпанное войско.

– Всем приготовиться, – резко сказал сержант. – Вы все знаете, что нужно делать.

Капитан приближался к ним слишком медленно. Помощник Сигура скомандовал:

– Марвила с Тэррин переместите под повозку. Пятерым с луками занять позицию на ней. Будете вести прицельный обстрел. Имейте в виду: псы напрыгивают сверху.

– Пусть попробуют, – усмехнулся один из лучников.

– Остальным, рассредоточиться по периметру, – сержант дал последнее указание.

Ветераны, обнажив мечи, расположились на позициях для отражения атаки. Солдаты ожидали развязки с улыбками на лицах. Они хотели как можно скорее напоить клинки вражеской кровью.

Капитан бежал, проклиная короля, лорда и их изменчивую политику. За ним следовали его верные воины. Они почти достиг расположения сержанта. Ещё одно усилие, и его отряд будет у цели.

– Давай, капитан! Ещё немного, – подбадривал его помощник.

Вдруг за их спинами раздался конский топот. Одноглазый сотник подоспел вовремя. Увидев наступление псов, он пошёл им наперерез. Его отряд заметно поредел, но бойцы не отставали от командира.

Сигуру удалось добраться до сержанта. Это была радостная встреча.

– Вам надо отдышаться. Станьте ближе к повозке.

– Я не буду прятаться за вашими спинами.

– Пойми, капитан, ты со своими людьми сейчас ни на что не годен.

И он послушался разумного совета друга. Опёршись спиной на повозку, Сигур взял бутыль с водой и начал жадно пить. Справа и слева находились его соратники. Утолив жажду, он наконец заметил манёвр командира кавалерии.

– Что он делает? – капитан был недоволен поступком одноглазого ветерана.

– Спасает наши жизни, – ответил сержант, как будто ничуть не волнуясь за судьбу отряда сотника.

Бывалый воин вошёл во вкус и набирал скорость. Ещё мгновение, и его бойцы столкнутся с псами. Ни один из противников не хотел уходить с дороги. Перейдя на галоп, они врезались в передний край своры. При этом кавалерия не остановилась, а лишь немного замедлила движение. Солдаты кололи и рубили. Монстры были остановлены. Одноглазый ветеран добился, чего хотел. Атаки прекратились на какое-то время, и его друзья могли вздохнуть спокойно.

– Ему удалось! – ликовали солдаты.

Не отрывая глаз, все наблюдали за кавалерией. Это давало надежду на жизнь. Даже Тэррин, выбравшись из укрытия, смотрела на битву. Спящий Марвил оставался на своём месте, он так и не вышел из странного состояния.

Всадники прошли сквозь ряды зверей. Однако вскоре чёрные маги отдали новый приказ. Псы взвыли и опять пошли в атаку. Командир резерва вместе с отрядом скрылся за поворотом и уже и не мог видеть того, что они делают. Он предполагал, что добьёт их позже, но в просвете деревьев показалась стая, направлявшаяся прямо в расположение сержанта. Друзья одноглазого ветерана оказались под угрозой смерти. Не останавливаясь, его воины развернулись и бросились на врага.

Тэррин уже собиралась вернуться к Марвилу, как вдруг что-то привлекло её внимание. Краем глаза она заметила движение вдали от поля боя. От оставленного утром рубежа в их сторону бежали звери. И никто из солдат не видел, что они собираются нанести удар.

– Псы! – крик девушки был таким громким, что его услышали все.

Обернувшись, воины удивлённо посмотрели на неё. Тэррин подняла трясущуюся руку и указала направление.

– Они идут, – произнесла она и спряталась под повозкой.

Никто не ожидал нападения с этого фланга. Каждому было ясно, что отразить атаки с двух сторон не удастся.

– Воины! – стоявший на повозке капитан хотел придать своими словами мужества верным солдатам. – Не буду вас обманывать. Нам грозит гибель. Подкрепления ждать неоткуда. Наступающий противник силён, и зверей гораздо больше, чем нас. Псы жестоки. Они считают людей червями, недостойными жизни. Их господа, чёрные маги, внушают им это, но мы не позволим монстрам легко расправиться с нами. Дадим же последний бой! Пусть они узнают, как остры наши мечи. За дело, воины!

Послышались возгласы одобрения, и Сигур быстро слез с повозки.

– Всё это время я был рад сражаться плечом к плечу с тобой, – сержант не обращал ни малейшего внимания на приближавшихся псов.

– Я тоже, друг мой, – они пожали друг другу руки и крепко обнялись. – Займёмся нашим делом.

– Всем держаться, – сержант шёл вдоль линии солдат и давал последние напутствия. – Следите за прыгающими псами. Удачи, воины!

Помощник капитана встал лицом к псам и сделал это вовремя – через пять секунд они напали. Говорить больше было не о чем. Люди поднимали и опускали мечи. Чудовища давили и людей, и своих сородичей. Прыгающих зверей сбивали острые стрелы и сильные руки лучников. Стая рассредоточилась по периметру и пыталась добраться до Марвила. К счастью, пока псам это не удавалось. Но капитан понимал, что это было лишь вопросом времени.

Одноглазый ветеран всё ещё сдерживал второй отряд псов. Если бы не его бойцы, твари обрушились бы живой стеной на позиции сержанта.

Тэррин стонала, зажав уши руками. За последние сутки она видела столько крови, что можно было сойти с ума. Но из-за шума битвы её никто не слышал. Девушка мечтала о том, чтобы Марвил унёс её отсюда, но он всё так же лежал без движения.

Юноша не спал и не бодрствовал. Его сознание плыло во тьме. Он понимал это, но ничего не мог сделать. Сын Ринда никак не находил опору для рук и ног. И вдруг впереди он увидел небольшое пятнышко яркого света. Это нечто манило к себе. Марвилу нестерпимо захотелось туда попасть. Он начал махать руками и ногами, как будто находился в воде. Через мгновение помогать себе уже не было необходимости – парень пребывал в состоянии полёта. Световое пятно приближалось, увеличиваясь в размерах, и Марвил больше не мог выносить столь яркое свечение. Вскоре он почувствовав под собой холодную твёрдую поверхность и открыл глаза. Осмотревшись, юноша понял, что он лежит на полу дворцового зала.

Напротив него находился трон, на котором сидела молодая женщина с закрытыми глазами. Она была прекрасна словно богиня. Чёрные вьющиеся волосы красиво обрамляли плечи. Голову венчала диадема с полумесяцем в центре. Широкое длинное платье синего цвета, ниспадая по телу как ручей, скрывало руки и ноги. Ремни сандалий тонкой работы, также украшенных полумесяцами, переплетали ступни. В ладони она сжимала свиток.

Возле трона стоял курящийся жертвенник из чистого серебра. Дым от него медленно поднимался и выходил в открытое окно, не издавая никакого запаха. На алтаре виднелись уже знакомые символы.

За женщиной стояли две колонны – чёрная и белая. Они сверкали и переливались перламутром, и каждая была по-своему превосходна. Эти столбы, будто живые, звали Марвила к себе, предлагая ему пройти между ними. Юноша встал, чтобы приблизиться к ним, но не смог ступить даже шага. Что-то удерживало его, не позволяя сделать ни одного движения. Но сына Ринда это совершенно не беспокоило. Он стоял и рассматривал помещение, в котором оказался.

Сразу за колоннами было окно. Наполовину вид из него скрывала голубая занавесь с плывущими белыми рыбами, но то, что можно было рассмотреть, не могло не восхищать. Марвил заметил огромный водопад, шум от которого сюда не доходил. С правой стороны виднелся зелёный лес с вековыми соснами. Над ним возвышались горы с белоснежными вершинами. Юноша снова посмотрел на деревья и подумал: «Как бы хорошо было прогуляться в этом прохладном лесу вместе с Тэррин». От воспоминаний о ней защемило сердце. Желание вернуться к возлюбленной овладело им. Он повернулся и понял, что свободен. Сила, державшая его, ушла бесследно.

Марвил не знал, где находится. Как и почему он попал сюда? Где выход ? Сделав несколько шагов на месте, юноша опять невольно взглянул на женщину. «Как она восхитительна, – подумал он, – такой красоты я ещё никогда не видел». Молодой человек заметил, как она улыбнулась. Её зубы были белее жемчуга, а сама улыбка завораживала. Ему захотелось подойти и поцеловать её в губы.

Не меняя выражения лица, она открыла глаза. О боже, что это были за глаза! Они имели такой же синий цвет, как и платье, и в них можно было утонуть, как в самом глубоком озере. У юноши не было сил оторвать от неё взгляд. Эта женщина захватила его в плен. Теперь он весь, без остатка, принадлежал только ей.

– Кто ты? – наконец осмелился спросить Марвил, но она продолжала молча улыбаться, внимательно рассматривая того, кто попал в её сети. – Я умер? Ты богиня?

– Нет, ты не умер! – голос красавицы был бесподобен.

Она могла бы стать идеалом для любого мужчины. Сын Ринда убедился, что в этой женщине прекрасно всё. Хотя очертания её фигуры были скрыты под широким платьем, теперь он был уверен, что её тело словно выточила рука талантливого скульптора.

– И я не богиня!

– Тогда кто ты? Ты так прекрасна. Простые женщины не бывают такими чарующими, только богини, – на лице юноши читалось изумление.

– Я смертна. Вижу, что ты удивлён. Я смертна, – повторила она, – но живу уже очень долго.

– Тогда кто же ты?

– А не хочешь ли ты узнать, где оказался и почему? – она задала ему встречный вопрос.

Марвил не мог сдвинуться с места. Он забыл обо всём: и о Сигуре, и о псах, и даже о Тэррин. Его мыслями сейчас владела эта божественная женщина. Она заполонила его сознание, и он покорился этому.

– Я верховная жрица Тэгомана!

Её ответ поразил юношу.

– Тэгомана? – переспросил он.

– Да. Ты ожидал других признаний?

Она встала и медленно приблизилась к Марвилу.

Он убедился в своей правоте. При каждом шаге тонкое и воздушное платье облегало её фигуру. Он не мог поверить тому, что тело смертной женщины может быть столь совершенным. Солнечный луч из окна осветил её, и платье стало полупрозрачным. Марвил откровенно любовался венцом творения богов. Женщина знала, что делает её красота с мужчинами, и явно пользовалась этим.

Любовь к Тэррин осталась на задворках подсознания. Он стал рабом жрицы и готов был сделать всё, что она попросит. С улыбкой красавица положила ему на плечо левую руку, и она оказалась такой лёгкой, что Марвил совершенно не почувствовал её веса.

– Почему ты замолчал? – жрица убрала ладонь и обошла вокруг него.

Юноша онемел. Он не мог даже пошевелить языком – так велико было влияние красоты этой женщины.

– Ты не хочешь говорить? – она знала, почему он молчит, но ей хотелось вначале поиграть с ним, а уж потом заняться делом.

Жрица смотрела на Марвила широко раскрытыми глазами. Её лицо было серьёзным и прекрасным одновременно. Она могла сделать с ним всё что угодно, но забавы ей быстро наскучили. Резко развернувшись, женщина не спеша направилась к своему трону. Марвил с облегчением вздохнул.

– Зачем ты это делаешь? – язык наконец-то стал ему повиноваться.

Верховная жрица дошла до трона и величественно села на него, убрав изящным жестом прядь волос, упавшую на лицо.

– Я проверяла тебя.

– И что же ты узнала.

– Ты такой же сластолюбивый, как и все остальные, – она не злилась, но в её словах слышалась обида.

– Я оказался здесь не по своей воле, – красота красотой, но юноша, хотя и был молод, не собирался терпеть унижение от женщины.

– Стань на колени – и ты сможешь познать любовь верховной жрицы, – лёгким движением рук она оголила свои плечи, приоткрыв верх груди.

Марвил познал кровь врагов, но ещё не был близок с девушками. Это стоило ему больших усилий, но он взял свою волю в кулак и заставил себя спокойно наблюдать за игрой верховной жрицы.

– На колени! – её голос стал громче, но не утратил своего великолепия.

– Нет!

– Ты отказываешься?!

– Да!

– Я знаю, что у тебя не было женщин. Опустись на колени – и ты познаешь эту тайну. Я стану твоей навсегда.

– Нет.

– Подумай лучше. Ты умрёшь, если откажешься.

– Пусть будет так, но я не приму твоего предложения.

– Я уничтожу тебя! – от её крика заколыхалась занавесь на окне.

Верховная жрица встала. Резким движением она поправила своё платье и быстро подошла к юноше. Заглянув ему в глаза, она вдруг мягко улыбнулась. Сын генерала был растерян. Он не понимал, что происходит. Женщина положила руки юноше на плечи и губами прикоснулась к его губам. Поцелуй был долгим и сладким, и Марвил ему не противился.

– Я была уверена в тебе. Ты прошёл испытание.

Марвил ещё не разобрался, прав ли он был, отказав жрице.

Она опять вернулась на своё место и уже нежным чарующим голосом обратилась к нему:

– Ты, наверное, хочешь знать, почему оказался здесь?

– Я был ранен, а теперь не чувствую боли от ран.

– Твоё тело находится в Варране. Здесь только твой разум.

– Как это возможно? – сомнения переполняли его.

– Это неважно. Важно то, почему ты сюда попал. Разве ты не хочешь во всём разобраться?

Верховная жрица слегка наклонила голову и хитро посмотрела на Марвила. Ей нравился этот молодой воин. Но внутри неё боролись два человека: женщина, горящая желанием, и верховная жрица, никому не дающая поблажек.

– Я вижу интерес на твоём лице. Что ты знаешь о мече?

– О каком мече ты спрашиваешь?

– О мече, который ты держишь в руке.

Марвил опустил глаза и увидел в собственной правой руке тот самый меч, который он нашёл у отца. Юноша не мог понять, откуда он взялся.

– Этот меч был у моего отца. Хороший клинок. Я в них разбираюсь.

– У Ринда?

– Да.

– Значит, Ринд твой отец?

– Неужели верховной жрице не известно, кто мой отец?

– Даже верховные жрицы не могут знать всё.

– А вас много?

– В каждой стране есть своя, – она подняла руку, заставив его замолчать. – Хватит вопросов. Меч выбрал тебя. Ты будешь его хозяином.

– Это просто меч. Он сделан из металла. Он не может…

– Не перебивай меня, или ты снова не сможешь говорить и двигаться, – жрица нагнулась и перемешала угли в жертвеннике. – Этот меч принадлежал истинному королю Таронна. После его смерти он был утерян. А теперь ты владеешь клинком. Именно поэтому я и позвала тебя. Ты должен остановить чёрных магов. Они уже повсюду протянули свои руки. И король Тэгомана сейчас на их стороне. Учти, у них много ушей.

– А почему ты думаешь, что я соглашусь?

– У тебя нет выбора. Иначе ты погибнешь.

– Ты убьёшь меня?

– Чёрные маги. Они погубили твоего отца и хотят расправиться с тобой. Только по этой причине они напали на Варран.

– Значит, там идёт битва, а я стою здесь. Я должен им помочь.

– Ты не сможешь. Твоё сознание здорово, но всё твоё тело в ранах. Боль вернётся, как только ты окажешься рядом с домом. Если бы твоё тело было здесь, я бы смогла вылечить его, но на расстоянии это невозможно. Мне по силам перемещать лишь сознание. Хотя есть один шанс, но об этом потом.

– Значит, я должен стать на твою сторону?

– На сторону Тэгомана. Твой отец тоже был здесь. После этого он и создал Страндайл.

– Если это так, тогда почему ты позволила ему умереть? Он ведь служил тебе.

– Он служил Тэгоману, как служу ему и я. Время Ринда закончилось, и ему пришлось уйти, – жрица встала и снова подошла к Марвилу. – Ты должен решить прямо здесь, кому будешь служить: самому себе или Тэгоману.

Женщина стояла напротив Марвила и внимательно смотрела ему в глаза. Она видела, как он мучительно борется сам с собой. Он был юн, и ещё никогда ему не приходилось решать таких важных вопросов, и тем более в столь краткий срок. Ему не с кем было посоветоваться, кроме себя самого.

– Я буду служить Тэгоману, – твёрдо сказал Марвил.

– Ты уверен в своём выборе? Ещё есть время поменять решение, потом пути назад не будет.

– Я буду служить Тэгоману, – так же уверенно повторил он, посмотрев на меч в своей руке.

– Дай мне руку.

Юноша с недоверием протянул ей ладонь. Она взяла её и подвела молодого воина к жертвеннику.

– Погрузи меч в курящийся дым.

Марвил сделал так, как она сказала. Окутанный дымом клинок вспыхнул ярким синим светом, но мерцал не он сам, а древние письмена на лезвии. Затем сын Ринда убрал меч от алтаря и стал внимательно рассматривать гравировку.

– Что обозначают эти слова? – спросил он.

Свечение меча не прекратилось, а, казалось, становилось всё сильнее.

– Ты ещё не готов это узнать. Главное – меч принял твою клятву, и теперь он будет служить тебе до самой смерти.

– А потом?

– Потом у него будет новый владелец. И так будет продолжаться без конца, – увидев огорчение в его глазах, жрица добавила: – Но ты не должен отчаиваться. Ты будешь жить долго. Великое будущее ожидает тебя. Я видела его.

Марвил нахмурился, и в его голосе появились металлические нотки:

– Ты знала, что я поступлю именно так. Тогда зачем всё это?

– Ты не понимаешь. Судьба не предрешена. Это возможное будущее. Многие приходили сюда и выбирали мою любовь – они тут же погибали. Другие хотели служить только себе – их тоже ждала смерть, но уже дома.

– Но мой отец выбрал службу Тэгоману. Почему он погиб? – Марвил и ранее спрашивал её об этом, но так и не услышал ответа на свой вопрос.

– Я спасала его несколько раз, но даже я за всем не могу уследить.

Юноша замолчал. Он не верил ей. Не верил ни словам, ни чарующему голосу, ни её телу, которое едва не соблазнило его. Молодой человек молча рассматривал меч. Надпись на нём начала блекнуть.

– Я чувствую недоверие, – жрица была недовольна, – но позже ты всё поймёшь.

Глубоко вздохнув, она подошла к окну, и сделала это так естественно, как делают обыкновенные женщины, с которыми Марвил прожил бок о бок восемнадцать лет. Она стояла к нему спиной и смотрела на лес. Марвил оттаял – его тронула эта сцена.

– Что я должен сделать?

– Тебе предстоит спасти Страндайл, – не поворачиваясь, ответила жрица.

– Разве страйдам угрожает опасность?

– Король предал их.

– Если он изменил своей стране, нужно убить его.

– Этого хотел и твой отец, но у него не хватило сил.

Верховная жрица обернулась и внимательно посмотрела на юношу. Она не до конца была уверена в нём: слишком молод, горяч, неопытен, но делать было нечего. На кону стояла судьба Тэгомана.

– Подойди к окну.

Марвил встал рядом с ней, их плечи соприкоснулись. Волна наслаждения прокатилась через его тело, и от неожиданности он сделал резкий шаг в сторону. Женщина подняла руку, обняла его и прижала к своему телу. Улыбаясь, она поцеловала юношу в щёку.

– Смотри, Марвил, и запоминай. Возможно, в будущем я попрошу тебя помочь мне. Запомни путь, по которому тебе придётся идти.

Любуясь пейзажем, Марвил положил руку ей на талию. Она не сопротивлялась, а, наоборот, была счастлива. Жрица неожиданно для себя полюбила этого молодого воина.

– Возьми этот перстень, – она прервала молчание. – Когда вернёшься, покажи его Драму. Сигур поможет найти белого мага. Он расскажет тебе об истинной силе меча и объяснит, что нужно делать.

Юноша протянул левую руку, и жрица сама надела кольцо на средний палец. Перстень с полумесяцем в центре был сделан из серебра, и он пришёлся Марвилу впору, хотя пальцы у жрицы были тоньше и изящнее, чем у него.

Сыну Ринда пора было уходить, но женщина хотела продлить эту встречу хотя бы на мгновение.

– Помни об изменниках, – неожиданно сказала она, желая уберечь от опасности человека, которого полюбила всем сердцем, – среди страйдов есть предатель, который выдал твоего отца. Благодаря ему чёрные маги узнали, что генерал один, и напали на него именно в тот момент.

– Он погиб, спасая меня.

– Он знал о тебе больше, чем знаешь ты сам. Постоянно защищая, генерал готовил тебя к встрече с твоей судьбой.

– А что ты знаешь обо мне?

– Многое.

– И я хочу это узнать.

– Ты не готов к этому. Придёт время, и тебе всё станет известно. Я сама тебе расскажу.

– Так же говорил и мой отец.

– Тебе пора возвращаться, но перед тем как ты отправишься домой, у меня будет одна просьба.

– Какая? – ему не верилось, сама верховная жрица может попросить его о чём-то.

– Один поцелуй. Я хочу, чтобы ты поцеловал меня так, как ты целуешь свою Тэррин.

Марвилу было приятно выполнить её желание. Верховная жрица зажгла в нём огонь жизни. Юноше хотелось страстно сражаться и добиться большего, чем отец. А главное, он понял, что значит настоящая любовь. Нет, он не отказывался от Тэррин. Но она требовала постоянной защиты, а жрица могла уберечь от опасностей его самого. Это открытие поразило его. Марвил всегда считал женщин слабыми созданиями, но теперь он понял, как глубоко ошибался. После поцелуя они не хотели выпускать друг друга из объятий, не хотели расставаться. Он нуждался в ней, а она – в нём.

– Тебе пора идти, – несколько слезинок скатилось по её лицу. – Чтобы вернуться домой, ты должен пройти между двух колонн.

Марвил опустил руки и встал на ступеньку. Всего один шаг отделял его от привычного мира.

– Иди же. Малейшее промедление – и я уже не смогу тебя отпустить.

– Мы ещё встретимся? – сыну Ринда не хотелось покидать эту прекрасную богиню.

– Позже мы встретимся. Иди.

Юноша, сжав рукоять меча, шагнул вперёд и сразу же провалился во тьму. Он опять куда-то летел, но яркое пятно света теперь удалялось.

Марвил лежал под повозкой и тихо стонал. Никому не было известно то, что он где-то побывал. Но в его правой руке был меч, а на левой сверкал подарок прекрасной жрицы.

Тэррин кричала. Вокруг шла жестокая битва. Открыв глаза, она увидела возле себя оторванную человеческую голову. Удивлённые глаза были открыты, а губы застыли в улыбке. Девушка не смогла перенести этого и потеряла сознание.

Одноглазый ветеран увяз – помочь капитану не было возможности. Солдаты гибли как мухи. Необученная молодёжь была неспособна противостоять стае псов. Сотник много раз участвовал в конных атаках, и сегодня он всё делал правильно. Командир кавалерии уходил и снова возвращался для атаки. Но в какой-то момент он не смог уйти от псов на достаточное расстояние.

У Сигура положение было не лучше. Его отряд состоял из двух десятков, остальные были мертвы или ранены. Тела пятерых лучников давно лежали возле повозки, а на ней находились два мёртвых пса, которых никто не мог убрать. Люди были окружены. И хотя они не собирались сдаваться, спасение Марвила было под вопросом.

Юноша мучительно долго приходил в себя. Налитая свинцом голова сильно болела, шум сражения пульсировал в ней ужасающим грохотом.

– Очнись, Марвил, – прозвучал тихий голос в его голове, – очнись. Ты должен встать. Ты можешь это сделать.

Юноша открыл глаза и увидел дно стоявшей над ним повозки. Он не мог вспомнить, где находится. Почему он тут? Что он здесь делает? Воспоминания, как яркая вспышка в ночном небе, взорвались в его мозге. Память запечатлела всё, что с ним недавно произошло, и он нашёл ответы на все свои вопросы.

– Спаси Тэгоман! Возьми меч, Марвил, – он узнал этот голос, не дающий ему покоя: через огромное расстояние с ним говорила верховная жрица. – Вставай! Магия меча поможет тебе.

Кто-то лежал рядом, положив голову на его руку. Повернувшись, он увидел Тэррин. Юноша бегло осмотрел её – на девушке не было видимых ран. Он попытался сделать несколько движений, но понял, что тело плохо слушается. Болела не только голова, но и незажившие раны.

– Марвил! – жрица по-прежнему пыталась заставить его встать. – Поднимайся, Марвил.

– Я слышу тебя.

– Ты должен встать. От одного тебя зависит судьба нашей страны. Твои раны ещё причиняют тебе боль, но ты должен постараться.

– Я встану. У меня ничего не болит, – каждое движение давалось ему с трудом.

– Ради нас, Марвил. Я люблю тебя.

Услышав признание верховной жрицы, юноша, стиснув зубы, перевернулся на живот. Над ним закачалась повозка – запрыгнувший на неё пёс, свесив голову, нюхал воздух. Почувствовав запах врага, он рыча потянулся к Марви      лу, и сын Ринда вовремя его увидел. Мозг ещё не продумал план атаки, а рука уже воткнула меч зверю в глаз, мгновенно убив его. Проклиная чёрных магов и их слуг, молодой воин медленно выполз из-под телеги и встал на ноги.

Воины пытались противостоять псам. Никто из них его не видел, как Марвил медленно взобрался на повозку. Поднявшись во весь рост, он нашёл глазами капитана и его помощника. Они стояли всего в трёх шагах. Молодой воин осмотрел поле боя – их окружило до полусотни псов. Он сделал глубокий вздох, и запах крови ударил ему в нос. Сын Ринда спиной почувствовал опасность. Юноша резко развернулся, и пёс с отрубленной головой упал рядом. Убийство врага порадовало его. Сжимая меч обеими руками, он поднял его вверх и почувствовал, как сила оружия переходит в его тело. Руки служили руслом, по которому меч наполнял энергией своего хозяина. Марвил больше не испытывал боли. Он ощутил мощь и крепость духа, и всё это требовало от него срочных действий.

Сын Ринда закричал:

– Я вернулся, псы! Пришло время вашей смерти!

Сержант обернулся. На повозке стоял юноша с обнажённым мечом. Он был весь в крови, но чья она была – его или псов – не было ясно. Помощник Сигура негодовал: они охраняли его ценой своей жизни, а теперь он сам подставился под удар.

Держа оружие двумя руками, Марвил прыгнул. На его голове не было шлема, тело защищала лишь тонкая кожаная рубашка. Сержант подумал, что только отчаяние могло двигать им. Но сын генерала знал, что смелость ему придаёт долг перед Тэгоманом и любовь самых красивых женщин в мире, которых он не хотел подвести. Он был ещё в воздухе, когда на всю округу прозвучал его возглас:

– Рин-да-да-йл-йл!!!

Голос юноши был так силён, что у всех, кто был рядом, заложило уши. Псы завыли. Некоторые из них уже слышали нечто подобное и понимали, что это им не предвещает ничего хорошего.

Марвил перепрыгнул солдат и приземлился прямо на головы псам. Не расслабляясь, он принялся уничтожать врагов, посягнувших на его жизнь и жизнь других варранцев. Монстры нападали со всех сторон, но не могли справиться с одним-единственным воином.

– Что он делает? – спросил капитан.

Сержант ничего ему не ответил. Он понял, что Марвила больше не нужно охранять. Защита требуется только им. Его мысли прервал звук боевого рога.

– Кто-то стучится в нашу дверь! Да, сержант?!

Протяжный гонг прозвучал снова, и вскоре пришла конница. Кавалеристы не стали медлить, а с ходу ударили по слугам чёрных магов.

– Драман прислал нам помощь! – ликовал сержант.

Солдаты увидели подкрепление, и их надежда возродилась. С верой в победу легче сражаться, чем ожидая неминуемой гибели. Их руки больше не чувствовали усталости, они смеялись прямо в лицо упорствующему врагу.

Драманцы подоспели вовремя. Задержись они ещё хоть немного, и всё было бы кончено. Свежие силы быстро сделали своё дело. Псы вначале со всей жестокостью бросились на новую кровь, но не прошло и нескольких минут, как они отступили по единому сигналу.

– Мы победили, капитан! – радостно закричал помощник Сигура. – С такой помощью мы сможем их всех уничтожить!

– Они получили от своих хозяев приказ отойти, – заметил командир. – Догонять их бесполезно.

Люди собрали свою кровавую жатву. Победа далась большой ценой. Теперь ветераны отдыхали возле повозки. Капитан с сержантом находились здесь же. Марвил пытался привести в чувства Тэррин.

К их расположению приблизилась небольшая группа всадников. Это были все рекруты, оставшиеся в живых. Погибшие так и не прибыли на границу. Их обучение началось и закончилось в Варране. Командиры сидели молча. Они понимали свою вину и старались не смотреть друг другу в глаза.

В километре от Варрана на опушке леса стояли два чёрных мага. Их лица были скрыты под капюшонами, а в руках они держали посохи. Возле них собрались уцелевшие псы. Многие звери были ранены, из хребтов некоторых торчали стрелы.

Со стороны зарослей к этому сборищу подошёл древний старец. Первыми его заметили псы. Им всегда хотелось убивать, и один из монстров, издав громкий рёв, кинулся на старика. Но тот простёр руку, и зверя отбросило в сторону. Он спиной ударился о ствол дерева и сразу затих. Маги услышали хруст ломающихся костей и поэтому обернулись.

– Уберите своих псов, если они вам нужны, – старец остановился в двадцати шагах от них.

– Драм, я чувствовал, что ты где-то рядом, – проговорил один из магов громко и отчётливо.

– Мы ждали тебя, – продолжил второй.

– Почему ты не подходишь ближе? Боишься? – рассмеявшись, спросил первый.

Драм не испытывал страха. Он знал все уловки представителей сил зла и не хотел рисковать зря.

– Ты подумал над нашим предложением?

– Я не приму его.

– Напрасно, – колдун засмеялся. – Соглашайся, и ты будешь жить вечно.

– Вечно, но без души!

– Что такое душа? Это всего лишь пустой звук. Красивая сказка, придуманная людьми, – и больше ничего.

– Вам этого не понять!

– Мы были людьми, и у нас были души. Потеряв их, мы приобрели гораздо больше. Подумай над этим.

Чёрный маг сделал несколько шагов, приблизившись к белому магу. Драм поднял свой посох и угрожающе направил его в грудь бездушной твари. Хозяина псов лишь рассмешил этот жест, но дальше двигаться он не рискнул. Он знал силу старца, и она была больше силы их обоих.

– Я уже подумал. С вами надо бороться как с проказой. В конце концов, вы все будете уничтожены.

– Ринда больше нет, смерть ждёт и остальных страйдов. Да и ты умрёшь. Старость убьёт тебя, и мы доберёмся до твоего ученика Дрома. После битвы он скрылся в лесах кайров, но мы и там его достанем. Нам никто не может противостоять!

С одной стороны, они были правы, и Драм понимал это. Но чёрные маги не учли одного: Дром хитёр, и им не удастся найти его, если он сам этого не захочет.

Оставался сын Ринда. Они пришли убить его, но даже после двух попыток силы зла потерпели поражение. А вот зачем им это понадобилось, Драм не знал. Ему нужно было раскрыть их намерения относительно юноши.

– Остался ещё один человек, и он заменит всех нас.

– Ты о сыне Ринда? Он умрёт – это решено. Ему никуда не деться от нас. Мы найдём его везде.

– Вам это не удалось дважды, не удастся и впредь.

Возразить чёрным магам было нечего. Они молчали, держа свои посохи обеими руками. Назревала битва, но Драм пока выяснил немного. Продолжая разговор, он сильно рисковал, ведь удар мог последовать незамедлительно.

– Вы убили Ринда. Зачем вам понадобилась жизнь его сына?

– Ты хочешь это знать? Тогда присоединяйся к нам.

С чего разговор начался, тем и закончился. Чёрные маги отличались хитростью, и не так-то просто было вытянуть из них правду. Старец внимательно смотрел на своих врагов, следя за их каждым движением. Они стояли с опущенными головами, не делая попыток уйти или напасть, – и это настораживало белого мага.

Драм ударил первым. Сила, вырвавшаяся из его посоха, поразила первого мага. Он, не успев ничего предпринять, согнулся и упал на колени. Второй отреагировал сразу и попытался направить на противника магический поток. Но старец сделал шаг в сторону, и чёрная энергия прошла мимо. Белый маг не позволил сделать это дважды. Представитель сил зла упал возле своего собрата. Всё было кончено. Псы в тот же миг исчезли, хотя их хозяева оставались лежать на земле.

Драм подошёл к чёрным магам и концом посоха отбросил капюшон одного из них. Его лицо привело бы в ужас любого человека. Сморщенная высохшая кожа имела землистый цвет и была сплошь покрыта струпьями.

Неожиданно что-то оторвало старца от земли и тут же бросило его обратно. От удара у белого мага перехватило дух, но всё же он смог подняться. Обернувшись, он увидел других чёрных магов. Их было трое. Драм знал, что не сможет выдержать их натиск, но у него не было выбора. Подпрыгнув, он всё-таки сразил одного из них. Но сила двоих быстро настигла его. Белый маг был повержен. Воздух с шипением вырывался из его лёгких вместе с кровью.

Чёрные маги подошли и опустили свои посохи ему на грудь. В тот же миг душа Драма покинула его тело.

– Оставь его. Он мёртв, – сказал один из чёрных магов своему собрату.

– Теперь остался только один белый маг – Дром.

– Нужно его уничтожить, пока он не взял себе ученика.

– А как же Марвил?

– Им мы займёмся позже.

– Люди поддержали его, поддержат и потом.

– В следующий раз мы будем действовать по-другому.

– Братья сообщили, что ему помогла верховная жрица Тэгомана.

– Опять она влезла в наши дела.

– Она не усвоила урок. Придётся навестить её вновь.

Оба мага засмеялись. Они были жестоки и всегда добивались того, чего хотели. Им было всё равно, сколько при этом погибнет их собратьев и тем более псов. Чёрные маги быстро находили пополнение, забирая души обычных людей и делая их них послушных солдат. В отличие от представителей тёмных сил, белым магам, чтобы обрести силу, приходилось учиться и оттачивать навыки на протяжении сотен лет.

К повозке подъехали всадники из Драмана. Все оставались в сёдлах, кроме одного. Это был глава города – седой мужчина со шрамами на лице. На его левой руке не хватало двух пальцев. Он быстро спешился и пружинящей походкой подошёл к капитану.

– Я хочу увидеть своих сыновей, – растягивая слова, произнёс он. – Где они? Я их не вижу.

Сигур сидел на земле, понурив голову. Он не знал, что ему ответить.

– Где солдаты, которых мы тебе дали для охраны границы? Где они? – с каждым словом его голос становился грубее.

– Они все здесь, – тихо сказал капитан.

Сигур так и не поднял головы. Он не мог посмотреть драманцу в глаза.

– Здесь едва ли наберётся тридцать человек. Где остальные? – недоумевал мужчина.

Командир протянул руку в ту сторону, где недавно закончилось побоище.

– Остальные там.

Глава Драмана сделал несколько шагов, но тут же остановился. Резко обернувшись, он пристально посмотрел на капитана, и его лицо перекосило от злости.

– Ты–ы–ы…

Пальцы драманца согнулись от ненависти. Он медленно шёл на капитана с огромным желанием задушить его собственными руками.

– Убийца, – внезапно он остановился как вкопанный. – Взять его, – приказал драманский глава своим солдатам.

Всадники спрыгнули с лошадей и обнажили мечи. Верные воины капитана и примкнувшие к ним новобранцы закрыли его собой. Клинки были острыми у всех. Малейшее движение могло вызвать кровавую стычку. А небольшое столкновение в Варране, скорее всего, привело бы к гражданской войне во всём Тэгомане.

Марвил находился рядом и всё прекрасно слышал. Он был молод, но даже в свои восемнадцать лет отлично понимал, чем грозит драка между варранцами и драманцами. Выйдя вперёд, он остановился между двух вооружённых групп:

– Что вы делаете? Подумайте, чего вы добьётесь этими распрями. Вы хотите, чтобы сын пошёл на отца, а брат на брата? Совсем недавно мы сражались вместе плечом к плечу. Разве у нас мало врагов? Они заполонили всё государство. Король для нас ничего не делает. Только сообща мы сможем что-то изменить. Мы должны быть едины. Если Варран пойдёт на Драман, а Норон на Нарын, это приведёт к хаосу. Вложите мечи в ножны! Обнажайте их только против общего врага. Он скоро придёт, и его силы будут велики. Понадобится сплочение всего приграничья. Если мы уничтожим друг друга, кто встретит противника? Старики и дети? Вы этого хотите? Да? Вложите мечи в ножны!

– Юноша прав, мы должны быть заодно, – вмешался сержант. Он первым убрал своё оружие.

Остальные последовали его примеру, и только глава Драмана по-прежнему держал меч наизготове.

– Я не согласен. Капитан должен ответить за смерть наших сыновей. Они не были обучены, а он послал их на верную гибель.

– Капитан не виноват, и я тому свидетель, – помощнику Сигура надоело упрямство драманца. – У нас не было другого выхода. Псы напали первыми, и мы только защищались. При отступлении погибли бы все.

– Меня это не интересует. Мне нужна голова вашего командира, – не унимался седовласый человек.

– Ты её не получишь. За капитаном нет вины, – сержант продолжал защищать своего друга. – Норон и Нарын вместе с Варраном посылают своих солдат для охраны дорог и близлежащих лесов. Только вы, драманцы, не делаете этого. Наши воины гибнут, а ваши сидят дома. Почему? – он сделал паузу и продолжил: – Ты молчишь. Тебе нечего сказать. Тогда не требуй от нас невозможного. Мы и так сделали всё, что было в наших силах.

Глаза драманца от гнева налились кровью. Сержант говорил чистую правду, а если она неприглядна, слушать её никто не любит. Стоящие позади всадники из Драмана тихо переговаривались. Отдельные слова долетали до уха их главы и совершенно ему не нравились. Если так пойдёт дальше, его кавалеристы могут перейти на сторону Варрана, а этого он допустить не мог. Драманец поднял меч и с ненавистью посмотрел на сержанта, но не сделал ни шагу. Ему помешал приближающийся стук копыт.

К ним направлялись две сотни всадниц. Это были не жёны и не матери. Никто из них не был замужем и не имел детей. Предводительница Валатара называла их аглассарками. Если страйды являлись лучшими воинами среди мужчин, то аглассаркам не было равных среди женщин. Да и не могло быть. Только они могли именовать себя женщинами-воительницами. И попасть в их ряды удавалось далеко не каждой желающей.

Всадницы окружили две группы воинов. Валатара поняла, что здесь что-то назревает, но не подала вида. Они узнала главу Драмана, но, проигнорировав его, сразу же подъехала к капитану.

– Мы опоздали, Сигур. Тайги задержали нас, но мне кажется, к какому-то событию мы всё же успели. Что здесь происходит? – её бархатный голос снял всеобщее напряжение.

Драманец увидел старых подруг капитана и больше не решался открыто выступать против него.

– Дети, – обратился он к молодым рекрутам, – вы возвращаетесь домой.

Несмотря на то что его слова напоминали приказ, никто из них не тронулся с места. По рядам прошёл шёпот, но он тут же затих.

– Мы останемся с капитаном, – ответил за всех безусый юнец.

– Это приказ, – глава Драмана был возмущён. – Вас ждут ваши отцы. Может, вы хотите погибнуть из-за очередного сумасбродства Сигура?

Но вместо ответа воцарилась гробовая тишина.

– Я жду, – уже кричал драманец.

– Мы остаёмся, – сказал всё тот же юнец.

Глава Драмана был унижен и оскорблён.

– Наш разговор не окончен, – бросил он капитану и сел на коня.

Топот драманских лошадей ещё не затих, а Валатара уже смеялась. Она была весёлой женщиной и могла пошутить в любой ситуации. Её задорный смех вызвал у суровых солдат улыбку. Спешившись, она подошла к капитану. Только теперь он поднял голову.

Валатаре, высокой брюнетке, недавно исполнилось двадцать пять лет. Её тело отличалось сильными мускулами, что было особенно заметно при движении. Пышная грудь вызывала желание у многих мужчин. На загорелой коже не было ни единого шрама. Одеждой ей служили кожаные штаны и безрукавка со шнуровкой. Руки и ноги защищали поножи и поручи. Более изящный, чем у рыцарей, шлем не портил её красоты. К ремню на талии был пристёгнут обоюдоострый меч, а с другой стороны висел кинжал. Колчан и лук находились за спиной. Дротик и щит, прикреплённые к седлу, довершали её снаряжение. Как и страйды, она была ученицей Ринда, и он помогал ей создавать Аглассар.

Валатара была серьёзной девушкой. Ещё ни один мужчина не посмел прикоснуться к ней. Если бы это произошло, она бы с лёгкостью сломала руку наглецу. Воительница ждала настоящую любовь. Только любимому человеку она была готова отдать свою душу и тело. И Валатара ещё не знала, что очень скоро её терпение будет вознаграждено.

– Почему этот несносный драманец так разозлился? – улыбка не сходила с её лица.

– Он обвинил капитана в смерти драманцев, – объяснил сержант.

– Сигур, – Валатара говорила уже серьёзно, – мы поздно узнали. Мы были на границе, а когда приехали в Норон, нам сообщили, что тебе грозит опасность. Я сразу же выехала. Если бы не тайги, мы бы успели.

– Не вини себя, – промолвил капитан. – Многие даже не пытались сделать и этого.

– Если ты о норонцах, то у них сейчас нет свободных солдат. Все на границе. Кайры зашевелились, – она осеклась, посмотрев на стоящих рядом воинов и осознав, что сказала лишнее. Сведения для капитана были не для ушей посторонних.

– Всем спешиться, – отдала приказ Валатара своим воительницам. – Помогите убрать эту падаль, – она махнула рукой в сторону мёртвых псов и вновь обратилась к Сигуру: – Давай немного пройдёмся.

Взяв капитана под руку, девушка повела его в тихое место. Они молча прошли несколько сотен шагов и присели на землю в тени дерева.

– А теперь, Сигур, объясни, что здесь произошло.

– Несколько дней назад, – начал капитан, – псы убили Ринда, а вчера ночью пришли за его сыном. Мы вовремя успели, но я думаю, что он справился бы и сам. Видела бы ты, как он владеет мечом.

– Кто его сын? Покажи.

– Видишь того юношу рядом с лежащей на повозке девушкой?

– Да.

– Это он. Как раз в твоём вкусе. Молод, силён, красив и может постоять за себя и других. Но у него есть невеста.

Валатара рассматривала молодого воина. Она давно искала именно такого, как он.

– Как его зовут?

– Марвил.

– Марвил, – медленно повторила она, не отрывая глаз от парня.

Наконец воительница совладала с собой и взглянула на Сигура. Он внимательно следил за ней. Девушка заметила это и смутилась.

– Мы собирались отправиться в Норон, – усмехнувшись, продолжил капитан, – но твари нам помешали.

– Псы не нападают днём.

– Я тоже так думал, но они это сделали. Посмотри, сколько их тут осталось, и ты поймёшь, сколько их было.

– Я думаю, сотни две. Да?

– Может, и больше. Драманцы нам помогли. После их появления псы отступили.

– Чёрные маги отозвали своих слуг, – предположила Валатара.

– Я в этом уверен.

– Сколько у тебя было людей?

– Триста человек. Половина была не обучена. Мне пришлось вступить в бой – выбора не было. И многие из них погибли, – тяжело вздохнув, Сигур склонил голову. – Их смерть на моей совести.

Валатаре уже приходилось терять своих подруг, и она понимала, как это тяжело.

– К смерти невозможно привыкнуть, – она пыталась хоть немного облегчить груз на душе друга. – Подними голову, капитан. Что сделано, то сделано. Мы отомстим чёрным магам. Надо всем вместе ударить по ним единым кулаком.

– Мы сможем собрать войско. Но где искать их?

Валатара этого не учла. Она не любила сидеть на одном месте: если враг есть – его надо уничтожить.

Сжав кулаки, девушка резко встала.

– Сядь, это ещё не всё.

Глава Аглассара вернулась на место.

– Псы напали днём, и их было очень много. Как ты думаешь почему?

Валатара вопросительно смотрела на него.

– Чёрные маги знали о нашем присутствии и поэтому послали столько тварей.

– Но псы – это не регулярные войска. Они их используют только для подлых убийств.

– Звери стремились это сделать, но мы им не позволили.

Слова Сигура заинтересовали Валатару. Она внимательно его слушала.

– Триста солдат защищали одного человека.

– Марвила, – догадалась она.

– Почему чёрные маги хотят убить восемнадцатилетнего юношу? – вновь спросил Сигур, больше себя, чем Валатару.

– Он имеет какое-то отношение к страйдам?

– Абсолютно никакого. Кроме того, что его отцом был Ринд.

– Тогда я ничего не понимаю. Псы уничтожают только тех, кто непосредственно угрожает магам.

– Марвил не мог им угрожать. Он безвыездно жил в Варране восемнадцать лет, то есть с рождения.

– Он так молод?

Сигур проигнорировал её вопрос и продолжил:

– Он может высоко взлететь.

– Если раньше его не убьют.

– Нападения будут продолжаться. Чёрные маги не оставляют недоделанных дел.

– Тебе придётся всегда быть с ним рядом. Или надо сделать так, чтобы он никогда не оставался один.

– Ты права, я так и сделаю. Но есть одна проблема, и ты должна мне помочь.

– Я вся во внимании.

– Нужно отвлечь его от Тэррин. Иначе она мне помешает. Если Марвил будет знать, что его невеста находится в безопасности, возможно, всё получится, – у капитана были свои планы на юношу, и он не хотел раскрывать их Валатаре.

– Я готова помочь. Что ты предлагаешь? – она поняла, что речь идёт о возлюбленной молодого воина, и с радостью согласилась поучаствовать в том, что задумал Сигур. На Марвила у неё тоже были собственные планы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.