Вишнудевананда гири Свами
Песни Пробужденного. Том 1

В древности святые мудрецы – сиддхи – выражали свое понимание Пути просветления и тайн мироздания через особые откровения, спонтанно возникающие мистические песни. Такие песни впоследствии получили название «доха» и «карья-гиты». Они излагались простым языком и использовали загадочные символические понятия, парадоксальные образы и слова-перевертыши. Целью таких песен была «прямая передача» живого духа Просветления «от сердца к сердцу», минуя логику и философские конструкции. Наиболее знамениты своими песнями сиддхи древности Сараха и Миларепа.

Данный сборник песен представляет собой продолжение традиции спонтанной передачи пробужденного сознания от Мастера к ученику. Это не стихи, не поучения, а всегда нечто большее – непосредственное введение в самое сердце Пути просветления и обнажение сути Высшего «Я».

Каждый из текстов самодостаточен и является жемчужиной реализации, затрагивающий самые тонкие струны в душе ученика и проявляющий в нем бесконечный свет высшего осознания, поэтому приступить к чтению подобных песен в некотором смысле означает уже встать на Путь…

Вот Путь,

 чтобы летать

 вместе с ветром,

Стать

 каплей росы

в тишине,

Гуляя по радуге,

 плыть с облаками,

В небе ночном

 просто стать

 вспышкой света,

И звездным туманом

 вечно парить

среди бездны                                                      вселенной …

Об авторе (внешняя биография

¹

)

Духовный учитель (имеющий полномочия инициировать в саннясу) в традиции адвайта-веданты и йоги, садху, реализованный мастер-джняни в линии адвайта-веданты, философ, теолог, писатель, паломник-путешественник, имеющий учеников монахов и мирян по всему миру – в России, Украине, Белоруссии, Европе, США, Индии, Непале.

Родился в 1967 году в СССР, на территории Украины.

Духовную практику, медитацию начал самостоятельно практиковать в возрасте шести лет, опираясь на интуитивную память прошлого.

Принял Санатана Дхарму как свой путь и вероисповедание в 19 лет.

Провел несколько уединенных затворов, выполняя тапасью йоги, один из которых длился почти три года. В результате последнего ритрита в 1993-1995 г. реализовал самадхи и достиг просветления.

Проповедь Санатана Дхармы, учения адвайта-веданты, ануттара-тантры ведет с 1995 года.

Автор более 50 книг и нескольких сотен статей по философии йоги. Наиболее значительные и известные труды и книги: двухтомник «Сияние драгоценных тайн лайя-йоги», «Песни пробужденного», «Вселенная джняни», «Духовная алхимия: путь внутреннего аскетизма», «Моя жизнь в Боге».

Прочел несколько тысяч лекций по философии веданты, йоги, тантры, метафизике и мифологии Санатана Дхармы.

Обучает джняна, раджа, бхакти, карма-йоге, кундалини, лайя-йоге, учениям ануттара-тантры сиддхов.

Инициатор нескольких Международных конгрессов Адвайта-веданты в России, нескольких фестивалей ведической культуры, ведического кино, ведической литературы и межконфессиональных международных встреч в Европе в рамках проекта «Эра единства».

В 2010 году на мировом фестивале Кумбха Мела в Харидваре принял статус санньяси и духовное имя от махамандалешвара ордена Джуна Акхары Сомнатх Гири Махараджа (святого махайоги Пайлот Бабаджи) и статус махамандалешвара от ачарьи-махамандалешвара Шри Свами Авдешананды Гири в монашеском ордене Джуна Акхара, основанном Шри Шанкарачарьей. В 2014 году в Аллахабаде статус махамандалешвара был также присвоен его ученице – Свамини Ананда Лила Гири.

Проповедует Санатана Дхарму, путь практической веданты, учение ануттара-тантры в России, странах Европы, США, Индии, Непале, Индонезии.

По версии издания ВВС входит в тройку наиболее влиятельных санньяси-индуистов из числа европейцев.

Является вдохновителем создания нескольких ашрамов йоги в разных странах – Дивья Лока (Россия), Садху Лока (Непал), Шанти Лока (Индия), и духовным учителем мирян (грихастх), карма-санньяси, брахмачари и санньяси, живущих в них.

Песни

Песнь отшельника (гимн Хинаяны)

Наставления монаху перед двенадцатилетним ритритом

Открывать храмы и монастыри – наживать беспокойство ума и погрязать в храмовой майе, подобно торговцу.

Это все мирское!

Лучше живи в уединении, как дикий олень и практикуй самадхи!

Преданные ученики тешат самолюбие и эго Учителя. Они лишь выглядят преданными тебе, а внутри озабочены лишь собой! Все в сансаре обман!

Это все мирское!

Лучше быть одиноким йогом, недоступным отшельником – даже боги будут тебя уважать!

Спасать других? Спас ли ты себя? А если спас – где ты видишь других? И где ты видишь непросветленных? Кто ты, чтобы вмешиваться в лилу Атмана?

Это все мирское!

Лучше наслаждайся Шунья-медитацией в уединении, позабыв о “я” и других.

Проповедовать Дхарму – лишь наживать себе друзей и врагов – все они непостоянны, как призраки или миражи.

Это все мирское!

Наслаждайся аманаска-самадхи в одиночном ритрите!

Быть прославленным Учителем-бодхисаттвой – только тешить гордость и создать препятствия от чужого злословия.

Сегодня тебя хвалят, а завтра станешь объектом зависти!

Это все мирское!

Блаженствуй в унмани всю жизнь!

Передавать свои опыты непросветленным – все равно, что читать стихи кошке, как не пытайся, ни слова ей не понять.

Это все мирское!

Лучше наслаждайся мауной до конца жизни в горном ритрите!

Раскрывать секреты тайных Учений жаждущим Дхарму – лишь навлечь лишние препятствия и недовольство охранителей.

Это все мирское!

Лучше черпать блаженство в Атмане, наслаждаясь личной садханой и сиддхами!

Когда ты наслаждаешь эго учеников-мирян, они выглядят счастливыми и преданными. Но стоит тебе разрушить их иллюзии, и их преданности придет конец!

Вся сансара – сплошной обман!

Это все мирское!

Лучше быть одиноким лесным странником, подобно горному льву!

Писать книги и переводить сутры – лишь беспокоить ум и отвлекаться от самадхи!

Все это пузыри на воде; в момент смерти они тебя не освободят!

Это все мирское!

Лучше, не различая слова и смысл, быть бездумным авадхутой-отшельником и наслаждаться в самадхи высшей Пустоты!

Давать посвящения и дикши – устраивать представление среди зверей.

Кто понимает их истинный смысл?

Это все мирское! Лучше наслаждаться уединенным самадхи вне субъекта и объекта!

Убеждать мирское общество в благотворном влиянии Дхармы – все равно, что объясняться в любви со скалами.

Не ждите намека на понимание!

Это все мирское!

Покинь его навсегда и скрывайся от посторонних глаз, подобно снежному барсу, ради высшего блаженства – непрерывного сахаджа-самадхи!

Получать подарки и подношения, принимать поклоны – лишь стать объектом зависти других, обязанным исполнять чужие глупые надежды и иллюзии!

Когда ты умрешь – какая польза от этого?

Это все мирское!

Лучше живи как нищий странник, юродивый, как дикий зверь, непривязанный к материальному!

Обрести приют и постоянное пристанище, обрести круг последователей и славу – лишь получить золотой ошейник и утратить блаженство унмани-нираламбха!

Это все мирское!

Лучше будь одинок и, подобно парящему орлу среди горных вершин, наслаждайся нираламбха-самадхи!

Самодовольно побеждать другие Учения, утверждать философию своей школы как высшую, обрести репутацию “Просветленного Мастера” – лишь загнать себя в клетку эго и мира, утратив спонтанность естественной недвойственности!

Это все мирское!

Лучше будь подобен глухонемому идиоту, наслаждаясь беседой с богами, солнцем и луной!

Стать любимцем других, развлекая их Дхармой – лишь утратить первородную дикость недвойственности, создать страдания от привязанности.

Это все мирское!

Лучше быть подобным бесполезному куску дерева, о котором никто не знает, и плакать от радости в самадхи, храня в сердце тайны неба и земли!

Теперь, если, поняв все это, ты до сих пор живешь мыслями о спасении других, если в тебе все еще есть силы отказаться от личного счастья Нирваны, несомненно, ты – драгоценный Гуру, редкий сосуд Дхармы, непревзойденный Учитель, вращающий колесо закона. Ты – настоящий бодхисаттва, и уже в этой жизни обретешь сахаджа-самадхи и будешь уважаем богами и сиддхами.

ОМ ТАТ САТ

Написано в ритрите 22 ноября 2000 г. для прояснения Пути Дхармы на благо всех живых существ, ищущих Освобождения.

Песнь бхакты

О Шива! О Шива! О Шива!

У меня нет никакой веры в Тебя, лишь сомнения, я никудышный бхакта.

У меня нет никакой отдачи Тебе, лишь самодовольство и меркантильные просьбы к Тебе, чтобы получить личную выгоду – Мукти, самадхи.

Моя преданность Тебе – словно блудливая женщина – непостоянна и вечно нуждается в подарках и знаках Твоей любви.

Мои слезы во время молитвы – лицемерие, а экстазы и радость – притворство.

Я самодовольно заявил, что я един с Тобой, а Ты – это я: “Шиво хам”, но почему же мое сердце так тоскует и плачет по Тебе, воплощенному в форме, а из глаз день и ночь льются слезы?

Почему горы мне кажутся пустыней, а лес – кучей сухих веток?

Ведь в них нет Тебя!

О Шива, где ты?

Небо – жалкий синий лоскут, кажется крошечным, ведь в нем нет Тебя!

О Шива, где Ты?

Еда не приносит мне радости, а вода кажется сухой, ведь в них нет Тебя!

О Шива, где Ты?

Мне говорят, что Шива внутри, но от этого не легче. Если я не нашел Тебя в этом мире, снаружи, обойдя его наполовину, как же Тебя найти внутри, ведь там бездна, а проникнуть в нее еще труднее!

Я чувствую – у меня нет никаких шансов.

О Шива, где Ты?

Мне говорят, что Тебя можно найти, лишь достигнув кайвалья-самадхи.

О мать, почему я не родился в позе лотоса!

Мне говорят, что Шива – это я сам.

Кому от этого легче?

Я не могу поверить, чтобы Шива сошел с ума, и искал сам себя в плаче, тоске и страданиях.

Увы, наверное, я не способен к Учению Адвайты.

О Шива, где Ты?

При взгляде на женщину я думаю лишь о Тебе. О, если бы Ты был в ней!

Я бы зажег тысячи вселенных как фейерверк, чтобы доставить Тебе удовольствие, ради одной Твоей улыбки.

Я бы сотворил новое солнце, луну, звезды и Млечный путь, чтобы порадовать Тебя.

Я бы устлал своим телом землю под ногами на каждый Твой шаг.

Я бы превратил эту землю в букет Твоих любимых цветов и поднес Тебе.

Я бы повернул Гангу и все реки только для того, чтобы утолить Твою жажду, ради одного глотка воды.

Увы, это не так, а потому – все это бессмысленно!

О Шива, где Ты?

Мне говорят, что Шива есть во всем: в горах, деревьях и камнях, и что Он есть все.

Пусть это и так, однако я настолько слеп, что не вижу этого.

О Шива, если Ты есть все, к чему эти прятки?

Почему бы Тебе не выйти?

Как Ты жесток и бессердечен. Ни к чему эти розыгрыши. Зачем так обижать меня!

Увы, вместо чистой луны в Твоих волосах, Ты заставляешь меня созерцать луну со знаком зайца на ночном небосводе!

О Шива, где Ты?

Вместо золотого сияния Твоей головы мне светит обычное солнце.

Вместо быка Нанди я вижу земных коров, а вместо Твоей супруги – божественной Парвати – мне попадаются лишь убогие женщины кали-юги.

Вместо созерцания серег в Твоих ушах я вижу жалкие стекляшки этого мира!

О Шива, не будь так бессердечен!

Если бы Ты был в камнях, я бы сам стал камнем, чтобы быть с Тобой!

Если бы был в воде, я бы переродился рыбой, моллюском, морской песчинкой или речной галькой, чтобы неразлучно быть в Тебе.

Если бы ты был в огне, о, Твое пламя было бы для меня подобно сладостным объятьям.

Если бы Ты был в воздухе, я стал бы птицей или мотыльком, чтобы купаться в Тебе.

Увы, это не так, и я беспомощен!

О Шива, где Ты?

Ты явился Шанкаре как шудра. Ну что Тебе стоит явиться мне, хотя бы как чандал или пария? Даже Наркикар был удачливее, чем я. Рассердив Тебя, он получил милость Твоего пламени.

О Шива, как же мне Тебя рассердить, чтобы Ты был добр ко мне?

Может, брахманы, пандиты хорошо знают Веды, философию, шастры, сложные ритуалы и Ты любишь посещать их дома. К чему Тебе такой глупец, как я?

О Шива! При одной этой мысли меня душат слезы и рыдания.

Может, в Гималаях есть йоги, аскеты, риши, которые по пятьсот лет сидят без еды в позе лотоса и призывают Тебя мантрами, тапасом и пуджами, и Ты любишь бывать только у них?

Тогда у меня нет ни одного шанса.

Я ничтожество по сравнению с ними!

О Шива! При этих мыслях меня душат слезы и рыдания.

О Шива, где Ты?

Может, есть на земле цари, правители, которые делают дорогие подношения из золота божествам и брахманам. У меня нет и миллионной доли их богатства.

О Шива! Неужели у меня нет ни единого шанса?

Может, на небесах Индры сотни великолепных сияющих богов в золотых колесницах с прекрасными супругами поют Тебе хвалу и делают изысканные подношения?

Увы! Я настолько убог в этом теле человека!

О Шива, неужели у меня нет шанса?

Лишь при одной мысли об этом меня душат слезы и рыдания!

Мне говорят, что я найду Тебя, если оставлю свой ум и буду в унмани.

О, сколько раз я делал это, а результат – лишь крошечные намеки на Твою милость.

Кажется, легче остановить движение земли и солнца, чем эту “бешеную обезьяну”.

О Шива, может, мне стать безумцем?

О Шива, где Ты?

Мне говорят, что, если сдерживать дыхание кумбакой, Тебя можно найти.

О Шива, зачем тогда Ты создал воздух и заставил нас дышать?

К чему это дыхание без Тебя?

Мне говорят, что Шива – это мой ум до рождения!

О Шива, уж лучше бы мне было не рождаться вообще!

К чему быть здесь рожденным без Тебя!

Мне говорили, что если помнить себя во сне, то я встречу Тебя. Какой смысл тогда просыпаться, если наяву нет Тебя?

О Шива, где Ты?

Мне говорят, что, если закрыть все отверстия головы мудрой и смотреть внутрь, я точно встречу Тебя.

О Шива, зачем же Ты дал мне такую голову, что я не вижу Тебя?

Мне говорят, что Тебя можно найти, поклоняясь Твоим изображениям.

О Шива, зачем же Ты создал небо, реки, деревья и горы, так не похожие на Тебя?

Мне говорят, что весь мир – это мой ум.

О Шива, зачем он мне, если я потерял Тебя?

Уж лучше стать безумцем или глупцом-авадхутой, но быть с Тобой!

О Шива, я точно знаю: у меня нет заслуг, и я не создал причин для Твоей милости.

Но Ты всегда свободен от причины, поэтому, пожалуйста, будь беспричинно милостив ко мне!

У меня нет возможности достичь Тебя тапасом или в самадхи. Пожалуйста, позволь мне быть с Тобой без всякой причины!

Я плохой бхакта, однако, Ты не можешь быть плохим богом.

Поэтому у меня есть лишь одна надежда на Тебя.

Пожалуйста, будь беспричинно милостив ко мне!

О Шива!

Наставления ученице (ответ на письмо мирянки с просьбой о наставлении)

О женщина с проницательным умом

 и твердым характером!

Если ты и впрямь хочешь стать

 моей ученицей,

Научись задавать

только верные вопросы.

Почему ты была рождена?

 Потому, что не практиковала Дхарму.

Так цени Дхарму

 как свою жизнь!

Почему тебе опостылела

сансара?

Потому, что не практиковала Дхарму.

Так отдайся же полностью

 практике Дхармы!

Почему ты все эти жизни

 пребывала в невежестве?

Потому, что не практиковала Дхарму.

Так сделай свою жизнь

 непрерывной практикой Дхармы!

Почему не осознаешь

 свою Будда-природу,

А лишь блуждаешь в лабиринтах

 иллюзий своего ума?

 Потому, что не практиковала

 Дхарму.

Практикуй же сейчас,

пока тело едино с умом,

 с непреклонной решимостью,

 отбросив все мирское!

Почему, будучи Атманом,

 ты, подобно мухе,

 увязнувшей в меде,

Увязла в сансаре

 среди рождений и смертей?

Потому,

 что не практиковала Дхарму.

Посвяти же всю

 оставшуюся жизнь

 непрестанной практике Дхармы!

Если и впрямь хочешь стать

настоящей ученицей,

Всем своим сердцем

 откажись от сансары

 ради следования

 Дхарме.

Друзья и родственники

 ничем не помогут

 в момент смерти.

В бардо ты их даже не узнаешь,

 а потому,

 какой прок

в привязанностях?

Следуй только Дхарме!

Твои жалкие сбережения

 не удовлетворят Ямараджу.

Пожертвуй все Дхарме!

Жизнь в мирской сансаре —

 пустая трата времени

Так практикуй же только Дхарму.

Работа и связи лишь

 увеличивают заблуждения

 и ведут к накоплению

 новой кармы.

Чем это помогает

 Освобождению?

Так посвяти всю оставшуюся жизнь

 только Дхарме!

Гордость и эгоизм – только путы,

 ведущие в три

 скверные мира.

Отбрось их и перестань

 любоваться собой.

Обладание имуществом

 лишь умножает заботы

 и увеличивает

 привязанности.

Так оставь только

коврик для медитации

 и будь подобна

бездомному страннику.

Сплетни и пустая болтовня —

 лишь растрата энергии.

Так с благоговением внимай только тем,

 кто велик в Дхарме!

Заботы о репутации,

 жилье и родственниках

 лишь углубляют

 изначальное неведение.

Так проведи оставшуюся жизнь

 только в практике Дхармы!

Всем сердцем отринь

 желания сансары!

Лишь служение Гуру и Дхарме

 сделай своим

 единственным

 желанием.

Лишь одиночество —

 своим другом.

Лишь медитацию —

своим времяпрепровождением.

Лишь заботы о сангхе

 и распространение Дхармы –

 своими единственными заботами.

Лишь изучение сутр

и тайных наставлений —

 своим единственным

 развлечением.

Лишь поддержание Нираламбха-сознания —

 своим единственным

настоящим занятием!

Лишь веру,

 величайшую преданность

 Гуру, Дхарме и сангхе

 сделай своей страстью.

Практикуя так,

 несомненно, добьешься

Успехов уже в этой жизни

и реализуешь высшее самадхи.

Восприми эти наставления,

 исходящие

 из самого сердца Гуру

Как самую сущность Учения

 и сделай их

 своим дыханием.

Надиктовано в темном ритрите, январь 2001г., записала Падма Джьоти.

Гимн практикующих в ритрите

Если самадхи не достигнуто,

Как я оправдаюсь

в бардо перед Ямой

 за прожитую жизнь?

Я – просто раб Ямараджи!

Не время расслабляться!

 Только вперед,

 к самадхи!

Если клеши не очищены,

Я – просто корм для Мары!

 Не время расслабляться!

 Не уступать Маре!

Вперед, вперед,

к Освобождению!

Если четыре пустотных света

 не открыты

Я – просто марионетка

 в руках махамайи!

Не время быть в тамасе!

 Изо всех сил вперед,

к Освобождению!

Если нет непрерывного сознания —

 я живу во сне!

Как мне смотреть

в глаза риши,

буддам и патриархам?

Не время думать

о мирском!

Вперед, еще шаг вперед,

 к Освобождению!

Если дыхание

 не остановлено в медитации —

Я просто болтун,

 который умирает

 подобно

 обычному человеку.

Не время пустословить,

 хватит обманывать себя!

Вперед, Дхарма, вперед!

Если присутствие

 не раскрыто,

Утешающая Сахаджаяна

 бесполезна

 в момент смерти!

Куда я понесусь

 в шести мирах,

 оставив тело?

Не время думать

о родственниках

 и друзьях!

Только вперед!

Если правильные видения

 не раскрыты

 в темном ритрите,

О каком Теле Света

 можно мечтать?

Не время слоняться туда-сюда

 по сансаре!

Не иди на компромисс

с майей!

Садхана, еще шаг!

 Вперед!

Если не отброшу

надежду, страх и цепляние,

Сколько кальп буду кувыркаться

 среди рождений и смертей!

Не время забавляться с друзьями,

 забывшими Дхарму!

Бейся за осознавание,

 как за жизнь!

Я – один на один

 с вечностью!

Только вперед!

Клеши, тамас

 и эго – ох, как сильны!

Если их не победить сейчас,

то когда вообще?

Дорога каждая секунда!

 Не поддавайся сомненьям и страху!

В этой короткой жизни

 я пробудился!

Какое чудо!

Если не использовать

 этот шанс,

Сколько кальп ожидать

благоприятных условий!

Не спи, сквозь трудности —

 вперед!

Никаких уступок майе!

Пришел решающий момент!

На твоей стороне риши,

все святые и патриархи!

Ну, кто кого?

Время и карма или ты!

Не время выдувать

 пузыри иллюзий.

Только святая

 бескомпромиссная Дхарма!

Не достигнув,

 слепой,

 как сможешь спасти других?

Как будешь

 смотреть им в глаза?

Бейся за осознание!

Попадешь в объятья Мары —

Вряд ли он погладит

 тебя по голове, как любимая!

Хватит,

хватит щадить в себе

 демона клеш

 и эгоизма!

Пришло время

 сделать выбор!

Бейся за осознание!

Отринь мирское!

 Не обманывай себя!

И ста лет

 непрерывной садханы мало!

Не надейся достичь,

 три месяца поспав

 в своей комнате для ритрита!

Вперед, самана-аскеты!

 Еще, еще раз Дхарма!

Темный ритрит, февраль 2001 г.

Просветление

Я плакал слезами восторга

 в храмах у святых ликов

 под ангельское пение.

Тогда мне

 не приходило в голову,

Что-то же самое

можно делать

на рынке.

Предварительные практики

Я размышлял день и ночь

 о драгоценном

 человеческом

 рождении,

Страданиях сансары,

 болезни, старости

 и смерти,

 карме

 и реинкарнации,

И, испытав жуткое

 отвращение к сансаре,

Я раздал имущество,

 отрекся от мира и семьи,

став монахом.

Но истина ни на шаг

 не стала ближе.

Впрочем, я хотя бы понял

ее цену.

* * *

Я соблюдал яму и нияму,

 постился и подавлял желания,

 объявив им войну.

Я стал фанатиком

святости, чистоты и света,

Я даже видел

небеса и богов,

Но жажда

и неудовлетворенность

 терзали меня

 как и прежде,

А страдания

 лишь прибавились.

Впрочем, я хотя бы понял

 кое-что о себе.

Пчела

Я заучивал наизусть

сутры и тантры

 старых и новых традиций,

И стал искушенным

в толковании коанов,

 Бхагават-Гиты,

 Праджня-парамиты

 и Шива-самхиты.

Я побеждал других в спорах

 о тождестве

 дживы и Атмана,

О пустоте не-Ума,

 проявленном

и непроявленном

 Брахмане,

Но обрел лишь гордость

ученого попугая

 и новые иллюзии,

А истина так и осталась

несбыточной

 мечтой идиота.

Впрочем, я хотя бы осознал безграничность

 и глубину Дхармы.

* * *

Я посетил

 всех известных мне Учителей

И побывал во многих

 школах и сектах.

Я собирал посвящения,

инициации, практики

 как пчела – нектар.

И чем больше возрастала моя

 духовная жадность,

Тем сильнее

 беспокоился

 мой ум

И росли страдания

 и неудовлетворенность,

Ведь теперь мои желания

стали беспредельными,

А страдания достигли апогея.

Я желал Освобождения

 и Просветления

 как у Будды,

Сиддхи как у риши,

 а их все не было,

И хотелось выть

 от осознания

своей ничтожности.

Так я ушел безмерно

далеко от самого себя

И стал похож

на юродивого безумца

 с горящими глазами,

 бредящего истиной.

А истина ушла

на миллиарды световых лет.

Впрочем, я хотя бы осознал

 глубину своих иллюзий.

Олень

Не сдавшись, я начал практику.

Я концентрировался на точке,

 пламени свечи,

 на слоге “ОМ”,

Чакрах, кончике носа

 и промежутке

 между дыханиями.

Мой ум стал сильным,

 как мышцы атлета.

Я стал с гордой неприязнью

 поглядывать       на жалких людишек

 с бесцельными умами,                                           метущимися туда-сюда

 в сансаре.

Но, как и прежде,

 я был слеп

 и грезил Освобождением

 и самадхи.

А Учитель смеялся

надо мной.

Впрочем,

 я хотя бы развил свою волю.

Безумец

Поняв ошибку, я служил Гуру

 и поклонялся ему как Богу.

Я пел баджаны

 и танцевал в экстазе

 на улицах.

Я раздавал пищу бедным

 и не привязывался

к своим действиям.

Я проповедовал как сумасшедший

 и жил для других.

Я плакал и молился Шиве и Кришне,

 буддам и боддхисаттвам,

А иногда даже чувствовал

 себя единым с ними.

Это были краткие моменты

 величайшего экстаза

 и Просветления!

Но почему же это все

 потом исчезало?

Это ли истина?

Мой ум все так же был

 полон сомнений,

И лишь преданность

 Дхарме и Гуру

 могли держать

 его в узде.

Я читал мантры,

делал пуджи и подношения,

Визуализировал себя

 мирными и гневными

божествами,

А лишь создал новые

 тонкие иллюзии.

Впрочем,

 я хотя бы очистил сознание.

Немой

Я жил в ритрите,

 соблюдая строгое расписание

 и мауну.

Я сидел сутками

 в позе для медитации.

Я очищал ветры,

 пробуждал Кундалини,

 делая асаны, крийи,

 мудры и пранаямы.

И, не получив

никакого Просветления,

Лишь вконец утомил

свое тело и ум.

Впрочем, я пробудил Кундалини

 и вошел в самадхи,

Обретя ненадолго мир и покой.

* * *

Я стал искушен

в медитации и йоге.

Я часами напролет высиживал

 в самадхи пустоты белого

 и золотого света.

Да, это было запредельно,

непостижимо,

 чудесно.

Великая тайна

 нисходила на меня в это время,

И “я” растворялось

 в бесконечном

 блаженстве.

Не было ни мира,

 ни объектов, ни “меня”.

Но, увы, куда же это все исчезало

 после самадхи?

Я снова терзался мыслями

 как всю жизнь не

выходить из него

И стал ненавидеть все,

 кроме самадхи,

Впав в нигилизм,

 отрицая имя и форму.

Впрочем,

 я хотя бы понял:

 какая она – истина,

Которую я терял каждый раз,

открывая глаза.

* * *

По совету Гуру

 я учился

 не отрицать этот мир.

Я скитался

 подобно нищему.

Я был дик и спонтанен как сиддхи

 и дзенские патриархи.

Я играл, отбрасывая себя,

 и унижался перед другими,

Кромсая свое эго

 и не испытывая жалости.

Однако, лишь взрастил

 новое тонкое эго,

Гордящееся своим смирением

 и самоотдачей.

Так я попал в новый капкан

 своего “я”.

Впрочем,

 я хотя бы узнал,

 что и такое бывает.

Лев

Утратив все понятия

 внешнего и внутреннего,

Отбросив все понятия о практике

и медитирующем,

Я открывал

 монастыри и храмы.

Я познал на себе

 великую глубину Адвайты

И тайную мудрость

сокровенных методов

 йоги и тантры.

Я удерживал прану

в центральном канале.

Я соединял блаженство с Пустотой.

Я день и ночь

 исследовал Природу Ума,

Останавливая мысли

 и концентрируясь на чувстве “я”.

Я летал

в тонком теле

 по всем мирам.

Я делал клеши мудростью

 и объединялся с желаниями.

Я трансформировал сны

 и распознавал

Ясный Свет.

Я смотрел на мир

 как на иллюзию

 и даже перестал желать

 Нирваны и Просветления.

Я осознавал себя

 день и ночь

При ходьбе, еде и работе,

 ужасаясь своим способностям.

Я не боялся выглядеть

 странным перед другими,

И иногда мне казалось,

 что я сам – будда!

Но я спрашивал себя:

“Почему я так боюсь потерять

 это осознавание?”

* * *

Я оставил все,

 как есть

И поддерживал

 естественное состояние.

Я не отвлекался от присутствия,

 радуясь всему, как ребенок.

Я брал чужую карму и страдал,

самоосвобождая ее,

Упражняясь в непривязанности к себе

 и рискуя всем,

 даже жизнью.

Мне казалось, что я узнал

 “свой ум до рождения”,

Однако, Гуру сказал,

что Просветление далеко,

 как и прежде

И что я не видел его даже во сне.

Но впервые это

 не огорчило меня!

Так я потерял надежду и страх.

* * *

Я следовал Пути не-усилия,

 не-метода

 и йоге не-медитации

И открыл

 великий Путь не-деяния.

Я поверил во все,

 что говорил Гуру,

И даже в то,

 что я уже —

 будда,

И что непросветления

 никогда не было.

И, отбросив привязанность

 к телу и миру,

Наслаждаясь,

играл махавакьей:

Ахам Брахмасми!

Тат Твам Аси!

И иногда, о, чудо, мог поклясться,

что так оно и есть.

Однако, это невидимое,

 почти неуловимое эго

 не желало исчезать

 так просто.

Это “я” и здесь сумело выжить.

Оно по-прежнему сравнивало,

 оценивало

И требовало все большей

 самоотдачи, ясности,

 более глубокого

 присутствия, света.

Оно жаждало сиддхи,

 беспокоилось о Теле Света,

О подтверждении реализации

и признании другими.

Незаметно оно построило

 мириады

 новых надежд.

Теперь они были

 всего лишь игрой,

Но кто-то понял,

 что этому не будет конца.

И что у меня нет

 ни одного шанса

стать буддой

 во второй раз.

И внезапно

 отдача произошла!

Все-все было мгновенно

 оставлено.

И все было узнано

 и реализовано в один миг

Без намека на существование того,

 кто это переживает.

С неба словно посыпались звезды,

цветы и радуги,

А золотой свет вошел в тело.

Океан впал в Гангу.

Собака стала Буддой.

Будда стал фунтом льна.

Радха стала Кришной.

Арджуна не сражался

 на Курукшетре.

Боддхидхарма не приходил в Китай.

Махакашьяпа не понял,

 чего от него хотел Будда.

Послушнику в монастыре

 почтительно кланяются патриархи,

 а он бьет их посохом.

Никто никогда не достигал

 Просветления.

Никто никогда не сможет

 достичь Освобождения,

Потому, что никогда

 не было связанности.

Нет путника,

 а конец пути —

 это его начало.

Нет ни проявленного,

 ни непроявленного.

Нет святости, нет греха;

 нет чести, нет бесчестия.

Нет Гуру, нет ученика.

Нет дживы, нет Атмана.

Нет Дхармы, нет а-Дхармы.

Нет Мокши, нет бандхи.

Нет жизни, нет смерти.

Тат Твам Аси!

Тат Твам Аси!

ОМ!

Авадхута

Он носит на спине

 шкуру тигра,

Он пьет из черепа

 горькую влагу холодных ночей

 и человеческих секреций.

Он мажет тело пеплом

 сожженных трупов.

Он живет на смашанах

 среди смрада и плача.

Подобно ребенку, он ходит голым,

 смущая звезды.

Он всегда одинок,

 этот загадочный странник.

Он неистово хохочет,

 сидя у погасшего костра.

На вершинах он танцует

 безумные танцы,

В лесах он поет

 заунывные песни.

Он, дико вращая глазами,

 бормочет странные мантры.

Он сидит на костях, обхватив колени,

 в своей горной пещере.

Он ест сырое мясо,

 запивая красным вином…

Его не видят летучие мыши,

Его любят дети,

Ему служат духи,

Его не боятся звери,

Его слушаются змеи,

Его почитают боги,

Его пугаются люди,

Его ищут мудрецы,

Его восхваляют йоги,

Его любят в своих снах богини,

Ему кланяются цари,

Ему молятся набожные…

В руках его посох,

Его уши проткнуты

серьгами,

Его шея обвита четками,

Его тело обернуто ветром,

Его сердце посыпано пеплом,

Его разум пропитан

 вечностью,

Его взгляд застыл

 в бесконечности,

Его речи мелодичны и странны,

Его глаза сверкают как молния,

Его действия, как у ребенка,

 спонтанны,

Его тело благоухает…

Он ходит по звездам,

Он питается росой и нектаром,

Он двигает камни и облака,

Он летает как ветер,

Он гуляет по нитям времени,

Он дует в трещины между мирами,

 создавая чудеса.

Он почитаем богами.

Его называют

 “созерцатель вечности”…

Авадхута…

Песнь йогина

Ни друзей,

 ни врагов,

 ни семьи

У меня нет,

 ни жены, ни детей.

Ведь я – йогин!

 Как я счастлив!

Ни дома у меня нет,

 ни долга,

 ни имущества.

Ведь я – йогин!

 Как я счастлив!

Ни любви,

 ни ненависти,

 ни чести,

 ни бесчестия

 нет у меня.

Ведь я – йогин!

 Как я счастлив!

Учитель —

мой друг,

Чудесная Дхарма

 вне мыслей и ума —

 моя любовь,

Безграничное

 пространство самадхи —

 мой отец,

Сверкающая ясность

 естественного осознавания

без усилий –

 моя мать!

Нираламбха-медитация

 и мауна —

 мой долг,

Коврик из шкуры

 черного оленя

 для сидения и садханы —

 мое имущество,

Безлюдный лес —

 мой дом,

Кундалини-Шакти —

 моя супруга,

Горы, деревья,

 звери, монахи,

 звезды и птицы —

 моя семья!

Никуда я не ухожу

 и ниоткуда не прихожу,

Смотрю на мир

 и не вижу его,

Говорю “я”

 и не нахожу его нигде.

В самадхи

 путешествую свободно

 по трем мирам.

Я – бродячий отшельник,

 свободный от мира!

Ни надежды у меня нет,

 ни страха,

 ни понятия себя …

Ничего не вижу я

 как “другого”.

Лишь взгляну на кого —

 вмиг

 Просветленным

 он станет!

Прояснение истинного смысла

Ты можешь

 прослыть знатоком

И в совершенстве

 переводить

 и цитировать тексты

На санскрите, тамили, пракрите,

 хинду, пали и тибетском,

И даже комментировать их

 подобно Валлабхачарье,

Канаде, Капиле,

 Шанкаре,

 Васугупте и Кумарадживе,

Но если мир для тебя реален

и ты по-прежнему

делишь на “я” и “другие”,

 “внутреннее” и “внешнее” —

Что с того? Что с того?

Ведь ты не понял ни одной буквы!

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон,

А ты – блаженный Атман!

Ты гордишься принадлежностью

 к своей сампрадайе

И авторитетной парампаре —

 непрерывной линии

 преемственности

 великих Учителей.

Ты даже несколько раз

 побывал в Индии,

Но если ты все еще льнешь к миру,

А ум твой погряз в надежде

 и страхе за “я”,

 приязни и отвращении —

Что с того? Что с того?

Ведь ты не видел истинную Индию даже во сне!

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Ты можешь считать себя

праведником, преданным,

 йогом или монахом, святым,

других – демонами и лжецами,

И с видом знатока

 просвещать умы людей,

Жонглируя логикой писаний

и цитируя авторитеты,

Но если привязанность

к телу и миру

 не преодолена в самадхи,

 а ум опутан клешами желаний —

Что с того? Что с того?

Какая польза в том

 в момент смерти?

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Ты можешь гордо побеждать

в философских диспутах                                           эклектиков, маявади,

 буддистов, тиртхиков,

шуньявадинов и имперсоналистов,

 нигилистов и этерналистов,

Последователей

неавторитетных школ тантры,

 учителей мгновенного

 и постепенного Просветления,                                     двайтистов и адвайтистов,

Но если нерожденное пространство

Пустотного Ума

Не раскрыто в медитации,

и ты по-прежнему

в клетке

Из двойственных

 суждений

 и концепций—

Что с того? Что с того?

Тебя просто ввел

 в заблуждение

 Мара учений!

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Ты можешь быть

великим праведником,                                           благочестивым, добродетельным,

Набожным мирянином или монахом,

 наставником,

 почитаемым в обществе,

Но если нет

 погруженности в Атман,

А исконное сияние

 Нерожденного Ума не раскрыто,

И сознание прерывается ночью –

 в чем же здесь добродетель?

И что с того? Что с того?

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Может, ты изучил все шрути и смрити

и нет тебе равных в знании

 тантр, Вед, Упанишад,

Агам и брахма-сутр,

 текстов Хинаяны

 и Махаяны

И ты ловко толкуешь

писания великих мудрецов,

Может, ты сведущ

в ритуалах,

Пуджах, янтрах и разных

видах йоги,

Но если ты озабочен репутацией,

Мирскими заботами и

 все еще разделяешь:

“Честь” и “бесчестие”,

“чистое” и “нечистое”,

 видишь “друзей”

и “врагов” —

Что с того? Что с того?

Ты просто введен в заблуждение

 чужими словами!

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Может, ты, как Акбар, Ашока,

 император Ву и Тисродецан

Ведешь ловкую

 религиозную политику,

 строишь чудесные храмы,

Открываешь большие монастыри

 и делаешь большие

пожертвования,

 “служа Дхарме”,

Но если делатель

 и делание (карта и картриттва)

 не преодолены, и ты привязан

 к результату,

А смысл недвойственности

вне ума не понят –

Что с того? Что с того?

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Может, ты рьяно

соблюдаешь ахимсу,

 не ешь мясо и рыбу

и ходишь,

Пытаясь не задеть

даже муравья, – это неплохо,

Но если мир

 не видится как Атман,

 какая в том

 польза?

Что с того? Что с того?

С умом, погрязшим в двойственности,

 забыв свое

 Истинное “Я”,

Разве ты

 не убийца Брахмана?

Где же твоя ахимса?

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Ты можешь быть

великим праведником,

 не говорящим

 ни слова лжи,

как Дурваса Муни

И готовым умереть

за правдивость –

Что с того? Что с того?

Ведь ты лжешь

 в самом главном!

Если ты правдив,

так почему же ты

Постоянно говоришь

 “я” и “ты”, “правильное”

и “неправильное”,

"Это” и “то”,

 “мы” и “другие”,

Погрязнув в двойственных концепциях ума?

Ты – великий лгун.

Пребывая в иллюзии,       зачем ты постоянно

 обманываешь себя и других?

Проснись, проснись!

Весь мир – лишь сон!

А ты – блаженный Атман!

Песнь лайя-йога

Пусть даже твое тело грязно

 и покрыто пеплом смашана,

Если твой ум поглощен Атманом —

 Ты чист!

 Ты чист!

Пусть даже ты

 оставил отца и мать,

Если твой ум поглощен в Атмане —

 Ты верный сын!

 Ты верный сын!

Даже если ты не делаешь ни пуджи,

 ни йоги, ни джапы,

Если твой ум

поглощен Атманом —

 Ты высший йог!

 Ты высший йог!

Даже если ты не знаешь

 ни строки из писаний,

Но твой ум безраздельно предан

 созерцанию Атмана —

 Ты лучший из мудрецов!

 Ты – мудрец!

Даже если ты не следуешь предписаниям,

Но твой ум день за днем

 поглощен Атманом —

 Ты монах!

 Ты монах!

Даже если другие считают тебя

 обычным человеком,

 безумцем или негодяем,

Но твой ум плавится

 от преданности Атману —

 Ты свят!

 Ты свят!

Даже если ты живешь в роскоши,

 ешь мясо и смотришь на женщин,

Но твой ум сгорает

от преданности Атману —

 Ты аскет!

 Ты аскет!

Мои Учителя

Меня спросили:

 “Кто твой Учитель?”

О дорогой,

если ты – настоящий ученик,

 тебя будет учить

 Садгуру

 в твоем сердце —

Сама Высшая Реальность,

 принимая облик от вселенной

 до муравья.

Все может стать

 твоим Гуру.

Нет Учителя вне искренней

 веры ученика,

Нет Учителя вне преданного

сердца ученика,

Нет Учителя вне страстно

 жаждущего наставлений!

Не правители, не собрание пандитов,

не тексты,

Не толпы

 преданных почитателей

 и не мирская слава

Устанавливают      положение

 Учителя и ученика;

Только твое открытое сердце,

 тающее от преданности,

Безошибочно

 укажет тебе Учителя.

Веселый монах-бхакта

 в оранжевой одежде

С шикхой и ушнишей на макушке —

 мой первый Учитель.

Мудрый брахман Гаргачарья

со строгими манерами —

 мой второй Учитель.

Веселый брахман

 Чайтанья Чандра,

 виртуозно играющий

 на бине и мриданге,

С глазами, подобными луне, —

 мой третий Учитель.

Шри Гуру Махарадж

величаво, подобно льву,

 восседающий на троне,

Украшенный гирляндами

 чудесных цветов,

Дающий чудесный нектар

 драгоценных Учений

 према-бхакти —

мой четвертый Учитель.

Йогин, преданный Рамакришне,

 Свами Майтрейянанда,

Восседающий подобно горе

 на троне перед учениками, —

 мой пятый Учитель.

Маг-сиддха, обликом подобный слону,

 взглядом разгоняющий облака,

В двух словах открывший мне

 истину самоузнавания —

 мой шестой Учитель.

Непостижимый

 безумный мудрец                                                      авадхута Ачинтья,

Загадочный странствующий

 йог Брахмананда,

Чье тело всегда молодо

 как у юноши,

 а глаза излучают сияние,

Тот, кто пробуждает Кундалини

одним касанием,

Кто обучает во снах

 знаками и взглядом —

мой седьмой Учитель.

Учитель из страны

 холодных гор,

Величественный, как гора,

 с умом, подобным небу,

Мастер, восседающий на троне

 среди тысяч

 преданных учеников,

Передающий непревзойденную

чудесную Дхарму

Осознавания

 вне ума и мыслей —

 мой восьмой Учитель.

Учитель в остроконечной шапке,

 живущий в пещере среди гор,

Мудрый наставник высшей йоги,

 приходящий в снах к тем,

чей ум ясен,

Дающий чудесные наставления

 о единстве ума,

 Нирваны и сансары,

Двумя словами проникающий

 в сердце ученика,

Великий наставник

 парампары сиддхов —

 мой девятый Учитель.

Непостижимая,

 могущественная дакиня,

 легко сбившая меня с ног,

Одним прикосновением

 давшая прямую передачу

 состояния Изначального Ума —

мой десятый Учитель.

Мудрая богиня,

 прямо объяснившая мне

Суть нерожденного

 пространства осознавания,

Показавшая мне в небе радуги,

 янтры и бинду,

Дав переживания

самадхи чистой ясности —

 мой одиннадцатый Учитель.

Сам Кришна,

 чье тело цветом подобно

грозовой туче,

Который обликом превосходит

 самую красивую из девушек,

Тот, кто дал мне

 бхава-самадхи,

Явившись в ответ

 на мои молитвы —

 мой двенадцатый Учитель.

Бог Вишну,

 украшенный

 гирляндой из цветов,

В окружении

 других богов и богинь,

Танцующих бхакт

 и музыкантов,

 исполняющих

чудесную музыку,

Представший в облике

непостижимой формы —

 мой тринадцатый Учитель.

Великий бог Шива,

представший одновременно

в форме и без формы,

Давший мне

 величайшее вдохновение

Адвайты,

Подаривший трезубец и малу —

 мой высший Учитель,

Представший как великое,

 непостижимое,

 загадочное,

Таинственное пространство

 внутри сердца —

мой четырнадцатый Учитель.

Энергия Кундалини-Шакти,

пробужденная в ритрите

 упорной практикой йоги

и милостью Гуру,

Развязавшая узлы

 в каналах и чакрах,

Пронзившая сушумна-нади,

даровавшая самадхи,

Непрерывное сознание

 в снах

И опыты посещения

в тонком теле

Бесчисленных миров

 людей, асуров и богов —

мой пятнадцатый Учитель.

Сам высший

недвойственный Брахман,

 Садгуру внутри сердца,

Трансцендентная

 Реальность,

Нерожденное

 пространство

 чистого Ума

 без границ и центра,

Великая Пустота,

 подобная небу,

 без качеств имени       и формы,

Чудесное, непостижимое,

 дарующее благоговение и восторг,

Тайное пространство

вне мыслей,

Великий свет,

 подобный тысяче солнц,

 дарующий ясность,

Переживаемый в глубоком самадхи,

 в долгом безмолвном ритрите —

мой шестнадцатый Учитель.

Чудесное естественное состояние

 погруженности в Брахман,

Вне двойственности,

 продолжающееся в обыденной жизни,

Величественное присутствие,

Благоговейная самоотдача,

 поддерживаемая без усилий,

Не прекращающаяся

 ни днем и ночью,

Великая тайна,

 изумляющая бездна,

Источник вселенной,

 который я узнаю как самого себя,

Атман, Великое “Я”,

как “не-Я”,

Дикое и родное,

 запредельное

и очень близкое,

Неведомое ни людям,

 ни мудрецам,

 и то, что известно каждому,

Отдельное от этого мира

 и играющее внутри него

 в мириадах форм,

Непоколебимое,

 внушающее благоговение,

 невыразимое ОНО —

Мой Учитель,

 не имеющий чисел

 и наименований.

О том, что смешно

О мирском

Как смешон человек сансары, не знающий о перерождении и карме и не заботящийся о будущих жизнях.

Как смешон богач, который копит богатство, не задумываясь о том, что в момент смерти все придется оставить.

Как смешны страдающие люди, ослепленные страстями и не стремящиеся к Освобождению.

Как смешны родственники, упорно не желающие понять и благословить сына, стремящегося идти к Освобождению по пути истинной Дхармы.

Как смешны мирские простаки и невежды, обсуждающие действия мудрецов, йогов, сиддхов и авадхутов.

Как смешны собаки, бегающие за своими хвостами.

Как смешно дать денег святому и просить их обратно.

Как смешна девушка из благородной семьи, соблюдающая целомудрие, оставшаяся жить в борделе.

9. Как смешон обычный человек, думающий, что может сделать мудреца-йога своим другом, а йогиню – любовницей.

О духовном материализме

Как смешон верующий мирянин, не накапливающий заслуги.

Как смешны сектантские последователи разных Учений и школ, враждующие друг с другом и не понимающие своего единства в Нерожденном.

Как смешон педантичный ученый, изучающий буквы священных Учений, но не понимающий их невыразимую суть.

Как смешон тот, кто, надеясь понять просветленного йогина, интересуется фактами из его мирской биографии.

Как смешон монах-йогин, испытавший глубокие опыты медитации, а затем возвращающийся к мирской жизни.

Как смешны верующие, поклоняющиеся разным божествам, не понимающие их единства, и из-за этого враждующие друг с другом.

Как смешон тот, кто хочет стать монахом-отшельником и живет в семье среди мирского шума и городской суеты.

Как смешон человек Дхармы, кичащийся своими мирскими связями.

Как смешны схоласты, увлеченные философскими спорами о Пустоте, Атмане и Брахмане, вместо практики посвятившие свою жизнь комментариям к текстам и выяснению подлинности линий и передач.

Как смешон тот, кто, вступив в святую сангху, оставляет свою возлюбленную в миру, а затем ищет ее среди монахинь.

Как смешно, надев рясу отшельника или одежду монаха, испытывать тоску по дому и родне.

Как смешно, став учеником, искать недостатки у Учителя.

Как смешон в монастыре ленивый послушник, не способный к послушанию.

Как смешон монах, из-за невежества не соблюдающий взятые обеты.

Как смешон ученик, не имеющий преданности своему Учителю.

Как смешон садху, кичащийся своей парампарой и ученостью перед другими.

Как смешон йогин, доверяющий общественному мнению и сплетням других людей.

Как смешон жрец, магическим ритуалом вызвавший духов и не способный покорить их.

Как смешон странствующий, нищий авадхута, озабоченный светскими условностями и приличиями.

Как смешон преданный, стремящийся к полной самоотдаче в служении Дхарме и Богу, а затем спрашивающий: “А что я получу взамен?”.

Как смешон ученик, живущий рядом с Учителем и привыкающий видеть в нем обычного человека.

Как смешон ученик, который, найдя Учителя, не спрашивает наставлений.

Как смешно, вступив в сангху монахов, злословить, испытывая зависть и ревность к братьям по Дхарме, подобно глупцам, ослепленным желаниями.

Как смешон монах, который, поддавшись страсти, соблазняет к нарушению обетов монахиню, уготовив себе перерождение в скверных мирах.

Как смешно потакать страстям для истинного садхака.

Как смешны монахи, забывшие Дхарму, которые привязались друг к другу, испытывая обычные человеческие чувства.

36. Как смешно требовать от странствующего, нищего авадхуты исполнять обязательства и ограничивать его рамками предписаний.

О духовной практике

37. Как смешон медитатор в ритрите, принимающий тупое безмыслие за истинное просветляющее самадхи.

38. Как смешон просветленный йог-джнянин, всерьез увлеченный мыслями и концепциями.

39. Как смешон священнослужитель, не понимающий истинного смысла ритуалов.

40. Как смешон горный отшельник, увлекающийся в медитации видениями духов, богов и демонов, вместо поддержания естественного безопорного Ума вне мыслей.

41. Как смешон йог, живущий в ритрите и не выполняющий ежедневную садхану.

42. Как смешны нарушители самайя, утверждающие, что хотят достичь Освобождения.

43. Как смешон аскет-отшельник в лесном ритрите, мечтающий о вкусной еде и девушках.

О реализации

44. Как смешон ученик, испытавший Просветление, не получивший подтверждение у Учителя.

45. Как смешон тот, кто поддерживает присутствие, не понимая, что все объекты, чувства и желания неотделимы от естественного Ума.

46. Как смешон тот, кто открыл нерож

денную сущность, но по-прежнему боится потока двойственных мыслей и чувств.

47. Как смешон монах, принимающий в медитации временные опыты блаженства, ясности и безмыслия за истинное постижение.

48. Как смешон йог, утверждающий, что он достиг Просветления, хотя не обрел непрерывное сознание.

49. Как смешон Учитель-наставник, читающий лекции последователям, а сам не имеющий живого опыта постижения Нерожденного.

50. Как смешон мудрец-наставник, озабоченный подношениями, числом своих последователей и постройкой зданий.

51. Как смешон святой, не погруженный непрерывно в созерцание Высшего “Я“.

Если ты – йогин

Высоко

над заснеженными

 вершинами

парит

 горный орел,

Ему нет дела

 до кудахтанья кур

 в горной деревушке.

Если ты, йогин,

 ищешь Освобождения, —

Какое тебе дело

 до этого мира?

Снежный барс

 бродит одиноко в ущелье,

 зорко выслеживая добычу,

Ему неинтересно

 слушать мяуканье

 домашних кошек.

Если ты —

истинный йогин,

 и желаешь познать Брахмана, —

Какое тебе дело

 до этого мира?

Большая рыба

 живет сотни лет

 на дне океана,

Она никогда не тоскует

по кваканью

 болотных лягушек.

Если ты, йогин, следуешь

 чудесному Пути сиддхов —

Какое тебе дело

 до этого мира?

Прямая передача

Который год

 я Богом пьян,

Но нет и нет

похмелья,

Его присутствия

 сладчайшее вино,

И день, и ночь

 рассудок мой

туманит,

О жаждущий,

внимай словам:

ТАТ ТВАМ АСИ!

От горестей мирских

 нет лучше зелья!

В ритрите

Пусть мое тело

 окутано цепью,

Зато мой ум не окутан

 ничем!

Пусть скудна

 моя пища,

Зато как роскошен

 пир моего самадхи!

Пусть затекают ноги и спина

 от долгого сидения,

Зато как свободно

 струится в самадхи

 естественный ум!

Какая радость!

 Какая радость!

Вопросы к ученику

Если брахмачарья

 не соблюдается,

Как Кундалини пронзит

 узел Брахмы?

Если привязанность

 не отброшена

 и не вырвана с корнем,

Как ветру подняться

 выше анахаты?

Если долго не сидеть неподвижно

 в правильной позе,

Как ветры войдут

 в сушумну?

Если бесформенные дхьяны

 не пройдены,

Как достигнешь

истинного самадхи?

Если не ограничивать

 сон и еду,

 медитируя без сна

 и отдыха,

Как услышать звуки Нада

 ступени паричайя и нишпатти?

Если не понял, что этот мир

 подобен сну, грезам,

Миражу, радугам в небе

 и кругам на воде,

 каплям росы,

 исчезающим под утро,

Откуда взяться

 великой решимости

 практиковать?

Если нет чистого видения

 Дхармы и Гуру,

 и ты пренебрегаешь

 преданностью,

Как получить передачу Ума

 вне двойственности?

Все есть Брахман!

Кто-то сидит в горной пещере день и ночь

 в блаженном нирвикальпа-самадхи,

 позабыв о мире,

 сне и еде.

Кто-то забавляется

 с женщинами, едой и питьем,

 позабыв о Дхарме,

Все есть Брахман!

Кто-то выполняет

 суровый тапас,

 сидя по горло в ледяной воде

 и сосредоточившись на Боге.

Кто-то скитается

 туда-сюда по сансаре,

Подобно голодному духу

сосредоточившись на желаниях,

Все есть Брахман!

Кто-то усердно

 служит Дхарме в монастыре,

 согреваясь молитвами у алтаря,

помня о тленности мира.

Кто-то ищет себе подружку

 для наслаждений,

не помня,

для чего он родился,

Все есть Брахман!

Кто-то холодными ночами

 усердно бьет поклоны

 и кается,

Желая спастись

 от трех скверных миров.

Кто-то развлекается

 в этом мире,

 не думая о будущем,

 подобно богу страсти,

Все есть Брахман!

Кто-то борется со сном и болью в спине,

 сидя ночью в медитации

 в своей келье.

Кто-то днем доставляет боль другим

 своими снами эгоизма и гордости,

Все есть Брахман!

Кто-то живет,

 чтобы спасать других,

 отбросив заботы о себе.

Кто-то готов отбросить других,

 лишь бы насладить себя,

Все есть Брахман!

Кто-то будет жить в небесном дворце,

 наслаждаясь заслугой.

Кто-то строит себе дома в этом мире,

 пытаясь рисовать на воде,

Все есть Брахман!

Кто-то в будущей жизни обретет

 бессмертное Тело Света,

Кто-то станет вьючным животным

 или блуждающим претом,

Все есть Брахман!

Кто-то в снах видит

 чудесный Ясный Свет

 без понятия видящего,

Кто-то во снах

видит кошмары

 без малейшего понятия,

 что он спит,

Все есть Брахман!

Кто-то носит

 роскошные одежды,

 серьги и украшения,

Кто-то носит

 оранжевые одеяния монаха

 и четки.

Все есть Брахман!

Кто-то носит

 тяжелые сумки с рынка,

Кто-то носит лохмотья

отшельника и вериги,

Все есть Брахман!

Кто-то поглощен дхьянами

блаженства,       ясности и Пустоты,

Кто-то поглощен

 мирскими новостями

 и зарабатыванием денег,

Все есть Брахман!

Кто-то украшает себя

 перед зеркалом,

Кто-то украшает собой

святое собрание мудрецов,

 боддхисаттв и монахов,

Все есть Брахман!

Кто-то созерцает Природу Ума,

 стремясь стать

 самим Брахманом.

Кто-то созерцает

своего Ишта-Дэвата,

 стремясь родиться в Дэва-локе,

А кто-то созерцает

 наряды своей жены

 и имущество,

 не стремясь ни к чему,

Все есть Брахман!

Брахман есть все,

 но каким Брахманом быть —

 выбирать тебе!

Лягушка и Океан

Ответ одному из учеников, пытавшемуся выдать желаемое за действительное

Болотная лягушка всю жизнь провела в небольшой луже под кочкой из мха. Ее соседом был трухлявы й пень.

Однажды, в порыве охотничьего азарта увлекшись погоней за мухами, она случайно забрела за холм.

С холма она увидела воды лесной речушки. Всходило солнце. Речушка блестела на солнце, ее русло причудливо изгибалось между исполинских сосен, а воды неторопливо журчали. Было так хорошо, чудесно.

“Так вот ты какой, Великий Океан!” – задохнулась от восторга лягушка. Она позабыла охоту. Слезы катились из ее глаз: “Цель моей жизни исполнена, я увидела то, что недоступно простым смертным лягушкам. Я никогда не останусь прежней…”

С этой новой песней лягушка отправилась на болото, чтобы поскорей разнести эту весть всем окрестным лягушкам.

Великий Океан, о котором из уст в уста передавались древние легенды нашими предками, вновь открыт, благодаря ей, великой лягушке.

Он существует и это не миф! Он так блестит и журчит, что замирает сердце и забываешь об охоте на мух и болоте. И он не так далеко, нужно быть лишь решительной и не привязанной к болоту, чтобы допрыгать до холма…

По вечерам местные лягушки собирались на краю болота, у трухлявого пня, чтобы в который раз послушать и поговорить о великом, блестящем и журчащем Океане, о его берегах, о необыкновенной мудрости и отваге лягушки, их соотечественнице, которая увидела Океан и осталась жива только для того, чтобы донести эту весть им, несчастным лягушкам из болота. Они говорили: как они счастливы знать о Великом Океане, о том, что было доступно лишь их предкам.

Однажды старый скворец, имевший обыкновение каждое утро чистить перья в водах у берегов речушки, пролетал мимо болота. Он долго не мог понять, почему так громко квакают лягушки на болоте, говоря о речушке за холмом и называя ее Великим Океаном.

Затем, узнав, он захохотал, однако скоро смех его перешел в слезы… и он погрузился в воспоминания.

Когда-то в молодости, во время перелета, он однажды залетел очень далеко, оторвавшись от стаи. Он летел, наслаждаясь свободой, пока не выбился из сил. Казалось, что он облетел всю землю, но он упорно продолжал полет, решив долететь до конца или… Чего бы это ни стоило.

И вдруг он увидел море, сверкающую бездну. В восторге он кружил вновь и вновь над ним, позабыв о стае. Он попытался облететь его и найти границы, но не смог этого сделать даже в одну сторону. Он восторженно хлопал крыльями, кружа над морской гладью.

Тогда, по неопытности, он подумал, что это и есть тот самый Великий Океан, о котором говорили старые скворцы.

Он ушел из стаи, чтобы наслаждаться полетами и созерцанием Великого Океана и упиваться своим величием. Ведь он, только он, Великий Скворец, смог долететь до него. И этот Океан принадлежит ему.

Он долго думал так, пока однажды не поднялся очень далеко вверх, до самых серебристых облаков и не встретил там древнюю морскую чайку, каких никогда не видел. У нее были немигающий взгляд и белоснежное оперение. Она даже не махала крыльями…

Величественно паря под самыми облаками, там, где он уже не мог летать от порывов ураганного ветра, древняя чайка издалека пропела ему свою песню. И голос ее так околдовывал мелодией, так проникал и очаровывал величием, что скворец едва не заплакал от счастья.

Она пела, что у этого моря есть границы, нужно лишь очень долго махать крыльями, чтобы их увидеть. Но разве можно сравнить его с Великим Океаном?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Внешняя биография – согласно подходу йога-тантры, йогин, достигший высокой реализации, является многомерным духовным существом, действующим одновременно на нескольких планах: физическом, тонком и духовном, пребывая одновременно за их пределами. В связи с этим сложился особый стиль описания биографий Мастеров, где выделяются одновременно три биографических линии: внешняя, то есть социальное лицо в обычном мире; внутренняя, отражающая духовную жизнь и взаимодействие с божественными существами других измерений; тайная (эзотерическая), отражающая аспекты бытия в чистом видении. Так, Мастер-сиддх может, согласно внешней биографии быть похож на обычного человека, во внутренней биографии быть великим адептом Учения, почитаемым богами и людьми или инкарнацией какого-либо святого-йогина, в тайной биографии быть воплощением какого-либо божества, нисшедшим в мир людей с определенной миссией. Как правило, внутренняя и тайная биографии не предаются огласке или сообщаются узкому кругу учеников, делящих самайи. Можно сказать, что внешняя биография человека является лишь малой частью, описывающей проявления йогина в материальном мире. Будучи свободными от законов сансары, сиддхи были многомерными существами, одновременно пребывая в нескольких телах в различных измерениях, и понимание их проявлений зависит от ясности ума тех, кто их воспринимает.

Вернуться