Виктория Никитин
Истории стеклянного города 2. Империя в опасности

Часть 1: Город прошлого

1. Утро

Над южной столицей Терильской империи занимался рассвет, яркое солнце уже вовсю грело мостовую, но в воздухе ещё чувствовалась осенняя прохлада. Неспешным шагом Жасмин шла к детективной конторе «Глаз», где она была не только работником, но и сооснователем. В это утро она никуда не торопилась. До начала рабочего дня ещё оставалось несколько часов, которые можно было провести наедине с городом. Она воистину любила Гласград, чьё имя в переводе с древнего наречия означало “стеклянный город”. И он воистину заслуживал своë название.

На севере, на холме над Золотым кварталом изысканной драгоценностью возвышался стеклянный дворец древних императоров. Полностью состоящий из лавгарского стекла, он сверкал словно чистейший бриллиант, озаряя весь город светом тринадцати созвездий. Лишь глупец усомнился бы в прочности стеклянных стен. Лавгарское стекло, добытое из недр далёкого вулкана с неприступного острова Лавгар в Красном море было прочнее стали, твёрже камня и его практически невозможно было уничтожить. Вулканическое стекло считалось нерушимым так же, как и род, владеющий островом. Незыблемый дворец, такой же, как и власть императора, такой же, как и сама Терильская империя.

Сейчас этим тёплым осенним утром её взор был устремлён на южный холм. Там прямо в противоположной стороне дворца возвышались двенадцать стеклянных исполинов, башни Зазеркалья. Это было одно из самых монументальных строений в Империи, двенадцать стеклянных башен высотой до сорока этажей высоко над городом. Поговаривали, что с их крыш была видна даже столица. Жасмин знала, что это неправда, но там, в высоте, облака проплывали так близко, что кажется, можно рукой задеть. Выше них были лишь четыре статуи Берегини, что с распростёртыми объятиями оберегают покой Империи с четырёх сторон света у самых её границ: одна на вершине Хлопкового холма, у самой восточной границы, вторая на западе у Красного моря, третья на самой высокой горе Азильского хребта далеко на севере и за далёкой пустыней Самарканд, где-то на южной границе у демонического королевства Дурмана. Эти стеклянные башни, давшие название Гласграду, построили драконы как памятник великому соединению маленького горного королевства Скай, в котором правили и жили драконы, с Таринской Империей. Годами степные чёрные орки атаковали королевство, уничтожая величественных драконов, но когда война грозила истреблением целого народа, драконы обратились за помощью к императору, в обмен на защиту приняв суверенитет Таринской Империи. Мирный пакт и расширение границ отмечали несколько недель, а в конце празднества драконы и маги возвели этих двенадцать исполинов, в память об уничтоженном орками горном городе Асмакаре. Вот так Зазеркалье стало памятником одного из самых громких расширений Империи, и в тоже время символом плача по потерянному. В скором времени драконы покинули Гласград, и вернулись в своё горное королевство Скай, всё же не место им среди узких улиц города, а башни остались. Двенадцать зеркальных спиралей, устремлённые в бескрайнее небо, словно саваны погибших древних двенадцати бриллиантовых драконов. Двенадцать исполинов в память о двенадцати мудрецах, знающих вечность.

Сегодня же, к сожалению, сакральный смысл Зазеркалья медленно угасает в памяти народа, и современная молодёжь уже забыла историческую ценность этого стеклянного чуда, видя в них лишь дорогую жилплощадь за шикарным фасадом. Башни Зазеркалья отличались лишь асимметрией спиральных складок, и Жасмин смотрела на пятую с востока, у которой каждый пятый виток закручивался против часовой стрелки. Там, на последнем этаже, под самым небом обитал его Светлость сам лорд Сатар Де’Рамур. Глава службы безопасности империи, наделённый практически безграничной властью карать и миловать, лучший друг его высочества кронпринца Виссариона и по совместительству с недавних пор её головная боль и причина её бессонницы.

Жасмин тяжело вздохнула, отгоняя от себя мысли о лорде первого дома. Она изо всех сил пыталась не думать о лорде Сатаре, всё равно это пустое занятие, но мысли если и не были заняты расследованием, то и дело возвращались к нему и его поступкам. Вся проблема была в том, что она не понимала его, не понимала, зачем он вот уже второй раз перенёс её к себе в квартиру, что за информацию он пытался вчера выведать, но в итоге отпустил её, так и не задав ни одного нормального вопроса. Уж точно его не могло беспокоить, что юная госпожа делает в таком злачном месте. Или могло? Вот это и безумно злило её, оно затрагивало что-то глубоко внутри неё, что-то родом из самого детства, оттуда, когда она ещё верила в сказки и мечту о прекрасном лорде на вороном жеребце, который спасёт юную барышню из лап супостата. Невольно она захихикала себе под нос, а ведь вчера именно так оно и было, правда вместо крылатого коня имелся портал переноса, а вместо супостата целая свора оборотней. Что же, девочка внутри неё не зря вчера полночи не могла уснуть, охваченная мыслями о великом спасителе.

Всё это конечно смешно и забавно, но в то же время грустно и опасно. Присутствие лорда Сатара в Гласграде и его пристальное внимание к их делам было опасным. Опасным в первую очередь для неё лично. Узнай он её тайну, и выторгованная таким трудом свобода будет под угрозой. Но сердце, поражённое болезнью первой любви, не хотело сдаваться, и она всё больше и больше привязывалась к этому мужчине. Её раздирали противоречивые чувства, с одной стороны внутри что-то замирало при одном виде мужчины, в которого она была влюблена с самого детства, с другой стороны он представлял собой опасность для её свободы. Узнай отец о внимании лорда Сатара к её делам, и всё… всё, чего она добилась за эти годы, разрушится. Сегодня Сатар был опасен и Жасмин очень старалась убить в себе мечтательного ребёнка, не видящего реальности за радужными всполохами магии.

В голове всплыло воспоминание: великий Сатар Де’Рамур в лучах радужного портала, бок о бок с кронпринцем, сражающийся с ужасными монстрами в поместье Де’Дрангар. Невольно она содрогнулась при воспоминании об мантикорах и живых зомби. Жасмин до сих пор не в силах была осознать, как же близка она была к гибели. Но, благодаря Берегине им улыбнулась госпожа удача и Лекс сумел вовремя прислать подмогу, а большая часть пленников была спасена. Они выиграли это сражение, освободив похищенных, но Барос, главный некромант, затеявший смертельные игры, сбежал. Жасмин же знала, что за этими похищениями, экспериментами, да просто злодеяниями, творящихся в последнее время в Гласграде, стояла одна неуловимая чёрная ведьма Жигла. Кто же знал, что дело о потерянной «мужской силе» степняка, мастера ювелира Германа, приведёт их в закулисья воскресшего из пепла Ордена Праведности. От мысли об Ордене по спине Жасмин пробежал холодок. Созданный ещё несколько сот лет тому назад, Орден Праведности преследовал одну единственную цель: свергнуть императора и его род, и возвысить один из тринадцати первых домов. Жасмин, так же, как и остальные, понимала, что при удаче затеи сразу же воспламенится гражданская война, которая разорвёт империю на куски. Целостность империи, целостность мира и их жизней зависела от непрерывности имперского рода. Она искренне надеялась, что брак кронпринца Виссариона будет более плодовитый, чем у его отца.

Но так или иначе, они с партнёром Лексом уже слишком сильно закопались в это дело. Заговор имперского масштаба – вот что сейчас стояло на кону их маленькой детективной конторы.

Ещё раз вздохнув свежего утреннего воздуха, она собралась и с новыми силами направилась на работу.

Войдя в уютную прихожую, что служила им приёмной, Жасмин увидела сидящую за своим большим деревянным столом Амалию.

«Однако рано она сегодня?» – подумала девушка, здороваясь с их незаменимым секретарём.

Элегантная оборотнесса, как всегда, выглядела сногсшибательно, ярко накрашенные ногти, алые губы, зелёные кошачьи глаза в обрамлении пушистых ресниц, даже и не скажешь, что она мать-одиночка, а её сыну Петерсу уже целых пять лет.

Амалия улыбнулась своей очаровательной кошачей улыбкой, и приложив тонкий пальчик к губам, кивком головы указала на дверь кабинета, где они обычно принимали посетителей. Сняв лёгкое пальто и повесив его на новенькую вешалку, Жасмин прислушалась и удивилась, услышав голос Лекса, её партнёра и второго владельца детективной конторы, и Шарга, их сотрудника.

Осторожно, дабы не спугнуть, она заглянула в приоткрытую дверь застав интересную картину. Лекс сидел за столом на их привычном месте, и копался в каких-то записях, Шарг же ходил кругами по кабинету, громко возмущаясь.

– Как ты выносишь этих буквоедов? Они же мне всю плешь проели. Носятся со своими бумажками, тыкают мне пальцами в какие-то документы, цифры, закорючки, дебет, кредит, проценты… у меня голова идёт кругом. Я же просил объяснить мне по-простому, а они… – жаловался Шарг, держась за голову, где среди длинных волос должна была проглядываться плешь, хотя лысеющий дроу зрелище из разряда «невозможное».

– Терпи, солдат, генералом станешь – высказался Лекс, продолжая копаться в записях.

– Но это же издевательство! Неужели эти гномы не могли инвестировать свои сбережения в банк, или как все нормальные люди, в акции крупных заводов? Да тому же мастеру Хримпузу, у него производство вон какое! И куда они полезли в эти маленькие конторы?

– Не в конторы, а в пирамиду. – поправила его Жасмин.

– Да хоть в квадрат! – психанул Шарг – вот скажи, что мне с этими цифрами делать? – он указал на пять коробок с бумагами, которые удалось изъять из конторы «Лиловые грёзы», которая по факту была самой простой финансовой пирамидой, не производящей ничего, и живущей за счёт инвестиций и обмана. Проблема в таких конторах была одна: сложность доказать обман и натравить на них налоговую. Ну, вот если всё же получится раскопать доказательства в мошенничестве, их ждёт не только гонорар от заказчика, но и государственная премия.

Лекс оторвался от бумаг, посмотрел на Шарга, и задумался. Да, передать это дело дроу было его идеей, хотя он прекрасно понимал, что бухгалтерия не его сильная сторона.

– Бумажки, циферки, дебет с кредитом, говоришь? – пробубнил Лекс и в миг на его лице мелькнула такая лукавая улыбка, которая бывает у полуэльфа только в момент озарения, не хватало только привычно поднятого пальца – Амалия!! – крикнул партнёр так громко, что его, наверное, было слышно и в соседних зданиях.

– Даже не проси! Мне и нашей бухгалтерии хватает. Наймите бухгалтера со стороны. – крикнула девушка, даже не думая подниматься со своего места.

– А ты вроде бы в отпуск хотела? – продолжил Лекс, ничуть не смущаясь такой наглости.

– И…? – заинтересовано спросила оборотень.

– Ну, у друга, моего друга, есть домик в Коралловой бухте, ну я бы мог, конечно… Правда мы давно не общались с ним, даже не знаю.

– Я разбираю все эти бумажки, а ты даёшь мне оплачиваемый отпуск и свободный домик на две недели – вот сразу видно, что она оборотень – рысь, девушка оказалась перед открытой дверью кабинета в три секунды, не успел даже Лекс закончить своё предложение.

– Неделю. Две недели я без тебя не выдержу!

– Десять дней, плюс время на дорогу. – золотые глаза сверкнули в предвкушении.

– Ладно – сдался партнёр – только разоблачи этих мошенников! И будет тебе и оплачиваемый отпуск, и домик в Коралловой бухте.

– Слушаюсь и повинуюсь, господин – Амалия присела в издевательски низком реверансе, готовая на всё ради отпуска в Коралловой бухте, о которой уже несколько лет мечтала. – Пошли, герой цифрового фронта, будем разоблачать мошенников. – она потянула Шарга за собой в лабораторию.

– Ты ведь в курсе, что отсюда до Коралловой бухты, полтора дня лёта в одну сторону? – уточнила Жасмин, входя в кабинет и закрыв за собой дверь.

– Ещё чего, мне легче оплатить ей портал, чем лишних три дня быть без секретаря. – фыркнул Лекс возвращаясь к бумагам.

– Что ты там так усердно ищешь в такую рань? – поинтересовалась девушка, присаживаясь напротив партнёра.

– Дело мастера Грума.

– Зачем? – удивилась Жасмин, ведь к мастеру Груму Лекс как раз должен был заскочить ещё до прихода в контору, но судя по его присутствию в такую рань у клиента он ещё не был.

– Хочу сжечь – победно заявил полуэльф с кровожадной улыбкой.

– Ты раскрыл дело без меня?

– Нет, просто не хочу возиться с этим… ну, с этим – он покрутил в воздухе рукой, обозначив своё мнение по поводу данного дела.

Жасмин его прекрасно понимала, но не собиралась идти на попятную.

– А как же наша репутация? – возмутилась девушка, пресекая кривляния Лекса.

– Я о ней и думаю. Ну, где это видано, чтобы приличное детективное агентство пропажей кроликов занималось.

– Раньше нужно было думать, когда я тебя под столом ногой пинала и воздушным щупом по темечку стучала. А ты что сказал… жалко гнома, всё же родич. Вот и разбирайся с родичем. А то на фоне страданий он и к мадам Иргуде может в гости наведаться.

– Чур меня – Лекс сделал охранительное знамя и даже поплевал через левое плечо – я конечно очень люблю свою драгоценную маму, но на расстоянии, и как можно дальнем.

– Вот и не выпендривайся, и проверь данные.

– Да какие там данные? Слушай, может мы вдвоём к нему поедем? А? выручай, партнёр, не хочу я этим заниматься. Да и мне тоже нужно привести себя в порядок.

– Не хочу, не хочу… вот Шарг тоже не хочет с бумажками разбираться, а страдает. И какой пример ты подаёшь своим подчинённым? Ладно, что уж с тебя взять, пойдём вместе.

Сегодня Жасмин была добра как никогда. Настроение с самого утра на самом деле у всех было замечательным. Ещё одно дело раскрыто, пропавшие оборотни и вампиры возвращены домой, родители счастливы, дети спят спокойно в своих кроватках. А к ним со вчера стекаются курьеры, да и сами родственники с благодарностями, в каморке уже весь стол завален дарами. Каждый попытался отблагодарить как мог, кто инвестициями, кто домашними угощениями или поделками из мастерской. На столе красовались свёртки с солониной и колбасами, свежим хлебом и выпечкой, мешочки с чаем, банки с соленьями и вареньями, сушёные травы и вампирские эликсиры, кто-то даже притащил целую вешалку для пальто, выструганую из красного дуба и сдобренную магией. Вот это сооружение они тут же водрузили в приёмной вместо хлипких крючочков, которые давно уже нужно было сменить. Вешалка была чудесной и не только добротно выполняла свою непосредственную роль, но и высушивала промокшую после дождя одежду. Осенью самое то. Все, не стесняясь налегли на угощения, запивая свежую выпечку безумно вкусным чаем мадам Дилары, и обменивались новостями о Летней ночи. Амалия с Шаргом с удовольствием рассказывали о бале, устроенным Бургомистром в ратуше города, и с таким же замиранием слушали об приключениях Лекса, Жасмин и Ургаса. Парень же, получив боевое крещение на удачно закрытом деле, полностью и окончательно был принят в команду. И даже Киану, с самого утра ожидающий распоряжений полубосса, был принят с распростёртыми объятиями.

Только вот вчерашняя записка от мастера Грума с напоминанием о деле испортила им весь праздник. Неделю тому назад Лекс принял контракт от мастера гнома и с широкой улыбкой пообещал найти пропавших домашних питомцев, причем совершенно бесплатно. И вот достопочтенный мастер вежливо, но со скрытой угрозой напомнил о деле.

– Улица Солнечных зайчиков сто двадцать три, дом четыре. – объявил Лекс гоблину, садясь в уже чёрную двуколку, с запряжённой старой клячей.

Но не успели слова слететь с его губ, как пространство вмиг ускорилось, и двуколка пустилась в путь. Это с виду Бэла была облезлой и больной, на самом же деле под этой пегой шкурой из-под которой проглядывались рёбра, таилась сила и душа настоящего Архыского скакуна, способная в самые кратчайшие сроки доставить до места назначения.

Вот так с закрытия одного дела они с партнёром снова окунулись в круговорот расследований. Впереди их ждали новые дела.

2. Кролики – это не только ценный мех

– Вот такие маленькие, беленькие, пушистые, безобидные существа, а какие-то изверги… – по морщинистому лицу гнома текли крокодиловы слёзы, когда он рассказывал о троих своих питомцах.

Жасмин и Лекс пытались сохранять приличествующее обстоятельствам и состоянию клиента лицо. Но так и хотелось скривиться в недоумении и крикнуть «ЧТО?! Кролики?». Те кролики, которые не только тёплый мех, но и вкусное жаркое? Эти самые кролики в качестве домашних питомцев? За время своей работы и расследований разных преступлений Жасмин видела много разного, но вот таких слёз по кроликам ещё никогда. Эх, чего только не бывает на просторах обширной и великой империи, вот и их наняли на поиск Кроликов, хорошо хоть не гадюк или сквиров¹.

– Это ведь подарок, от моего любимого ученика, ох. Ну за что мне всё это? Унесла беда маленького Закари в чертоги Забытого, единственное, что от него осталось – это эти кролики и вот беда… – мастер гном продолжал заливаться слезами, а Жасмин и Лекс, как только услышали имя погибшего лорда Закари, вмиг забыли о смятении, сделав стойку на добычу.

– Мастер Грум, а вы случайно не того самого Закари имеете ввиду, который лорд Де’Самранк? – спросил Лекс осторожно.

– Его конечно, кого же ещё. Эх, бедный мальчик, совсем его эта жизнь разгульная доконала. Говорил я ему, что карты и алиан² до добра не доведут.

Партнёры переглянулись, поняв друг друга без слов.

– Мастер Грум – Лекс нацепил учтиво вежливую улыбку, обратившись к своему дальнему родственнику со вселенским сочувствием в голосе – это такая трагедия. Как я Вас понимаю и искренне сострадаю. Любимый ученик. Это даже не удивительно, у самого лучшего конюха Гласграда, не только отпрыск первого дома будет учиться, а и сам его высочество кронпринц. Так это вы сделали из Закари лучшего наездника города?

– Да куда уж – слушая тираду Лекса, гном зарделся от столь явной лести, но поправлять партнёра не стал, почему бы не побыть чуток «лучшим конюхом» – Закари любил лошадей, они были его единственными друзьями. Что неудивительно с такими-то родителями. Мать, леди Салиха, постоянно занята светскими приёмами, а лорд Дидар только и знал, что разъезжать по охотам да джентельменским клубам. Бедный мальчик был предоставлен самому себе. А даже сотни игрушек не могут затмить тепла родителей. Лошади были его единственным спасением. Он часами проводил в конюшнях. В то время я уже много лет работал на род Де’Самранк, я знал леди Салиху ещё юной девушкой, был на её помолвке с лордом Дидаром, даже пережил скандал и попытку срыва свадьбы. Но хвала Берегине, всё обошлось. Но они так и не смогли стать близки друг другу, аристократический брак, что уж тут взять, для них любовь – это роскошь. Эх… – излучая вселенскую тоску, гном тяжело вздохнул.

– Вы были очень близки с юным лордом – сочувственно продолжил Лекс.

– Были… я был единственным, кому он рассказывал о своих проблемах, о своих печалях. Как сейчас помню, придёт после свидания и сразу в конюшню рассказать о новой леди. Или поссорится с отцом, и снова ко мне на сеновал, искать утешения.

– И что случилось-то? Почему вы ушли из особняка Де’Самранк? – учтиво поинтересовалась Жасмин.

– Закари, он… он изменился, как связался с этой чёрной ведьмой, так всё гырху под лапы пошло. Он стал ещё больше играть, больше пить, больше курить, к нему приходили странные типы, а некроманты? Он связался с этими смертоугодниками, чур меня – гном сделал охранительное знамя, продолжая тем же возмущённым тоном – я пытался достучаться до него, но он не хотел слушать, я пытался поговорить с леди и лордом, но и они проигнорировали. А потом я узнал, что он обманывает честных мастеров, завлекая их в подпольные игорные дома. И тогда… ух, мы так сильно поссорились, а он применил магию против меня. Вы можете себе представить! Этот юнец родился у меня на глазах, а он магию… Я и ушёл, да и он был непротив. А дальше… да вы сами слышали, что было дальше. Убили парня, в самом расцвете сил.

– Мастер Грум, а после ссоры вы больше не встречались с Закари? – продолжила допрос Жасмин.

– Нет, кроме… – мастер тут же осёкся, посмотрев волком на них, словно лишь сейчас осознав, чего наговорил тут, только вот Жасмин всем своим видом дала понять, что уже поздно, и они не уйдут, пока всё не узнают. – Приходил незадолго до трагедии – обречённо выдал гном.

– Мириться? Или же передать что-то?

– Откуда вы… – мастер посмотрел на них таким затравленным взглядом, что Жасмин стало его жалко.

– Мастер Грум, только в качестве нашего близкого родства расскажу вам тайну имперского масштаба – заговорчески прошептал ему Лекс, подмигивая – только вы должны понимать, что это великая честь, оказанная вам детективной конторой «Глаз» и самой Службой Безопасности Империи.

– Служба безопасности империи! – пискнул гном, подпрыгнув на месте от удивления.

– Шшшшш, я же сказал – это тайна имперского масштаба. Мы вместе с лордом Сатаром расследуем убийство Закари. Есть подозрение, что тут замешаны тролли или даже степные орки. Понимаете, какие силы на это кинуты?

– Да вы что! Ой мамочки, это как же так? Бедный Закари, во что он вязался?

– Закари предал их, и верой и правдой служил чести и силе империи. Вы воспитали преданного и честного человека, мастер Грум – торжественно заявил Лекс, продолжая играть на тщеславии гнома – Но за ним велась слежка и он не смог сообщить нам все важные сведения. К сожалению, враги империи убрали его раньше. Но мы не забудем его жертву и отомстим. Наши своих не бросают на поле брани.

– Мастер Грум, скажите, не передавал ли вам Закари что-то? – строго спросила Жасмин ошалевшего гнома.

– Эээ… нет, только… – гном снова затравленно посмотрел на партнёров, страшась сболтнуть лишнего.

– Империя под угрозой, мастер Грум, и сейчас от Вас зависит её целостность. Император никогда не забудет Ваш вклад – поторопил его Лекс.

– Он выкрал артефакт из сокровищницы рода – на одном дыхании протараторил мастер.

– Что за артефакт? – строго потребовал Лекс.

– Не знаю. – жалобно пискнул гном.

– Мастер Грум – Жасмин укоризненно посмотрела на вопрошаемого.

– Я на самом деле не знаю. Закари пришёл среди ночи, он был под алианом, тараторил что-то бессвязное. Просил прощения. Поминал Абадона и каких-то предателей. Из всего, что я успел понять, это то, что в сокровищнице рода хранился императорский артефакт, что-то такое, из-за чего его и весь его род уничтожат, узнай император о краже. Но он выкрал его, выкрал и спрятал. Он говорил, что не отдал его им, говорил, что они его использовали и сожалел о содеянном. Он искренне сожалел. Вот вам клятва во свете Берегине – мастер снова освятил себя охранным знаменем, подкрепляя свои слова.

– Это всё?

– Да.

– Мастер Грум – потребовал Лекс.

– Это точно всё. Я же говорю вам, он был пьян и накурился алиана. Нёс много странной чуши, сейчас я и не вспомню. Разве что постоянно повторял: «они не то, чем кажутся. Предатель среди своих. Он не то, что кажется». И много ещё чего на древнем наречии.

– Марарена асаше³. Бандха кара марерана⁴. – процитировала Жасмин.

– Да, да. Это какой-то ваш внутренний код?

– Да мастер Грум, код – вздохнул Лекс, смотря на Жасмин.

Его смятение было понятно без слов. Когда гном рассказал о визите Закари, они ожидали найти третью часть артефакта или весточку ведущую к нему, но не получили ничего нового. Закари и так написал, что ограбил родовую сокровищницу и вынес оттуда что-то, что когда-то принадлежало императорскому роду. Артефакт, разделённый на три части. Надежда, вдруг загоревшаяся в сердцах партнёров, тут же погасла в ярком пламени разочарования.

– Хорошо мастер Грум, мы Вам верим. – Жасмин примирительно улыбнулась гному.

– Империя Вас не забудет, мастер Грум – Лекс важно пожал руку всё ещё ошарашенному гному и направился на выход.

– Куда? – строгим голосом остановил его гном, будто не он только что тут лужицей растекался – А кролики?

– Работа… – попытался было пикнуть что-то партнёр, но тут же был остановлен строгим.

– А я что не работа? Матери нажалуюсь. – пригрозил старый прохиндей.

– Как же не работа – Лекс снова елейно улыбнулся – Вы наша самая главная работа. – и с гордой походкой проследовал на задний двор для осмотра места преступления и поиска улик.

***

– И зачем я Шарга к карликам послал, мог бы он тут сейчас на четвереньках ползать и искать следы. – ворчал Лекс, недовольный сложившимися обстоятельствами.

Жасмин же прекрасно знала, что так или иначе Шарга он бы сюда не прислал в любом случае. Мастер Грум, дальний, очень дальний, но всё же родственник, и пришли Лекс сюда дроу, об этом тут же узнала бы вся родня. Хочешь не хочешь, а если изо всех сил желаешь, чтобы любимая мамочка оставалась как можно дальше, то придётся отыграть роль пай-мальчика до конца. В противном случае не ведать ему покоя, как своих ушей.

– Да и новой информации никакой. – продолжал ворчать партнёр.

Жасмин проигнорировала ворчание, у самой на душе остался неприятный осадок от сгоревшей дотла надежды. Но сейчас она пыталась отбросить неприятные мысли и сосредоточиться на поиске. Хотелось как можно быстрее его завершить и заняться целой кучей нераскрытых дел.

– А если серьёзно, странно это как-то. Кому могли понадобиться невинные кролики?

– Кому-то очень голодному. Может, зверь какой-то? О, может так и скажем? И даже поминальную оплатим. – тут же воодушевился Лекс.

– ЛЕКС! – прикрикнула на него Жасмин шёпотом, так, чтобы не услышал печально сидящий в кресле гном – Да что это с тобой сегодня? Совсем от рук отбился, у нас целая куча дел, а ты всё на Шарга с Ургасом скинул.

– Знаю – виновато понурился партнёр – но, когда на кону такое, где-то там возродился Орден Праведности и грозит свергнуть императора, а мы тут ползаем по пожухлому газону и ищем пропавших кроликов?

– И что? Это заказ и не важно о чём он, о кроликах или о похищении оборотней. Если ты и дальше так будешь относиться к делам, ставя одни выше других, или вообще пренебрегая работой, у нас состоится серьёзный разговор. – пригрозила Жасмин, прекрасно зная, что больше всего на свете Лекс терпеть не может нравоучений.

– Хорошо, хорошо – сдался наконец полуэльф, медленно выдыхая напряжение и направив раскрывающие заклинания на замки клеток. – Ничего не понимаю, никаких следов, словно их и не вскрывали. – Лекс бросил недоверчивый взгляд на дом.

– Может, их открыли магией?

– Этого мы не узнаем, все следы уже развеялись – вздохнул Лекс, прекрасно понимая, что приди они раньше, на магическом уровне можно было ещё что-то сказать.

Жасмин подошла к клеткам и так же, как и Лекс, начала ощупывать замок. Мастер Грум уверял, что запер зверьков в клетках на обед, а сам ушёл на рынок за продуктами, но по приходу домой клетки были вскрыты, зверьки украдены. На само деле на замке не было никаких царапин или других следов механического воздействия, хотя вскрыть такой сложный замок мало кому под силу, по крайней мере, так казалось с первого взгляда. Жасмин протянула руку и заперла клетку, висящий огромный замок внушал доверие и полную уверенность в сохранности спрятанной за ним ценности. Посмотрев на это изобретение кузнечного ремесла, Жасмин нахмурилась, что-то тут было не так. Она посмотрела на мастера Грума, видневшегося сквозь окна гостиной, на замок, снова на мастера и протянув руку, одним ловким движением передвинула казавшуюся неприступную задвижку. Замок щёлкнул, клетка раскрылась.

Вот сейчас она была готова самостоятельно чуть-чуть придушить нерадивого новоиспечённого кузнеца в лице мастера Грума. Хороший же конюх был, так зачем не в своё дело лезть.

– Мастер Грум, а этот замок для каких целей предназначен? – ласково вопросила девушка, держа механизм в руке.

– О, это специально для животных вольеров, ключ не требуется, лишь знание секрета.

– Но он же открывается одним ловким нажатием.

– Правда, замечательная идея? Хозяевам не нужно больше искать вечно теряющиеся ключи, а те, кто не знает секрета, не вскроют замок, тем более животные, даже если доберутся, никогда не догадаются, как нужно сложить пазухи.

– Как будто в городе много таких же сумасшедших, кто держит животных под такими замками, задвижки для чего были придуманы? – пробурчал Лекс, беря замок в руки.

– Вы не поверите, но после ухода из дома Де’Самранк именно этот замок принёс мне основной капитал, секрет изготовления я передам своим наследникам, если они у меня появятся, а пока я жив, пользуйтесь возможностью приобрести, заказы на него расписаны на три месяца вперёд.

От удивления Лекс чуть не выронил замок, в глазах так и читалось «Вот это? О Берегиня, что я делаю не так?». Ответы на эти вопросы Лекс когда-нибудь найдёт сам. Сейчас же гораздо важнее было понять, что случилось с животинками.

– Откуда, Вы говорите, у Вас эти кролики? – спросил Лекс.

– Они в особняке обитали. Я когда уходил, забрал их с разрешения хозяев. Умерли бы они без меня. Ему их отец из какой-то поездки привёз, Закари же хотел щенка, а не редких кроликов, но лорды предпочитают экзотику.

В очередной раз посочувствовав бедному парню, Жасмин отобрала злополучный замок у партнёра и вернулась к клеткам. Они располагались на веранде, на воздухе. Каждая клетка была размером с метр на метр, и по большому желанию, туда бы и Жасмин поместилась. Ухоженные, с чистой травой и мисочками с водой и овощами, у каждого из питомцев был свой домик, и открывающейся проход между клетками, также отдельное пространство для игр. Но начать искать следовало не с клеток, а с того, как и откуда проникли во двор.

Покинув веранду, она двинулась в сторону чёрного хода, куда из просторного двора, в котором росли исключительно овощи и всего несколько деревьев с яблоками, вела калитка. На калитке был такой же замок, как и на клетках, видимо, мастер Грум не беспокоился о том, что секрет открытия замка уже известен всем его клиентам, а также тем, кому они рассказали, то есть всему городу. Вскрыв и этот замок, они вышли за калитку.

– Без комментариев – проговорил Лекс, смотря на открывшийся пейзаж.

А посмотреть было на что, вдаль простирались многоярусные амбары, открытые поля с высокой травой, на которой паслись лошади, и тёмные кроны Ладижского леса вдалеке.

– Объявляю, что животинок сожрали? – шёпотом предложил Лекс.

Жасмин подавила в себе желание согласиться, дело на самом деле казалось безнадёжным, но они – детективная контора «Глаз» и у них репутация. Она покачала головой и двинулась наугад в сторону амбаров.

– Разделимся? Ты в кусты, я в лес… то есть ты осматриваешь амбары, я поле и опушку – пояснил Лекс, увидев вопросительный взгляд Жасмин – я всё равно быстрее тебя бегаю, за одно и развеюсь.

– Хорошо – согласилась девушка, направившись искать потерю.

Она мало на что надеялась, всё же теория, что кролики сами открыли клетки, даже с таким замком казалась невероятной, а вот те, кто захотел их унести, уж точно не стали бы прятаться неделю по амбарам. Это она так думала из контекста здравомыслящего человека, а вот из роли того, что те, кто украл кроликов не очень здравомыслящий, она не подумала, тем более о том, что с кроликами может быть что-то не так. Налицо самая грубая ошибка дилетанта, не задавать себе вопросы о причинах и следствиях. Рисовать картину преступления мало, нужно ещё и понять, как мыслит преступник, как он действует и почему. И вот тут в этом деле она совершила ошибку, которую совершают все новички и сразу же ринулась в бой.

Пройдя всего лишь мимо трёх амбаров, она обратила внимание на огромные царапины, оставленные каким-то непонятным зверем. Слишком толстые для когтей оборотня, да и царапин всего три, может кто-то из покупателей мастера Грума привёз в город какую-то диковинку? Жасмин тяжело вздохнула, ведь проблема поиска была в месте его проведения. Зелёные поля, район где, обычно селились заводчики зверей с их огромными питомниками, строили конезаводы и располагали цирковых животных. Искать в этом омуте пропавших кроликов просто нереально, да их уже скорее всего сожрал какой-нибудь лев или затоптал табун лошадей. Но как сказал Лекс, им нужно было проветриться, и если осмотр окружения ничего не даст, они пойдут по уже проторённой дорожке: опрос врагов, поиск свидетелей и попытки собрать воедино разрозненные куски жизни гнома, на которые он даже не обращает внимания. Занимаясь расследованиями, она уже привыкла, что многие не видят дальше себя, и понятия не имеют, как их действия, мысли и поступки влияют на остальных, и какие круги на воде могут всколыхнуть даже брошенные невзначай слова. А когда начинаешь копаться во всём, то такие пласты взаимоотношений поднимаются, что диву даёшься, как можно не замечать то, что у тебя под носом происходит. Но люди и нелюди с лёгкостью умудряются жить в каком-то придуманном ими же мире, вообще не видя того, что происходит у них под боком. Может, и тут кролики невзначай укусили, к примеру дочку одного из клиентов, ребёнок заплакал, но мастер Грум даже не обратил внимания, это же нормально, что кролики кусаются, тем более не нужно было его за ушки дёргать. А вот родитель обиженного ребёнка запомнил лишь зверя, причинившего вред его дитю, и всё, кровная вражда, ненависть и планы мести. К сожалению, такое тоже возможно.

Глубоко вздохнув, она посмотрела на пустынные улочки и снова возобновила свой поиск.

3. Сюрприз под пушистой шёрсткой

Она бродила среди высоких построек, от которых пахло свежескошенным сеном, луговыми травами и полевыми цветами. Аромат пьянил и почему-то напоминал о детстве, когда они все росли далеко от столицы, в далёком замке на задворках империи. О том времени, когда два старших брата устраивали шалости, а младшая сестрёнка прикрывала её проказы. Тогда было время беззаботности, полной свободы и познания мира. Это потом, в один не такой уж прекрасный день она осознала, что детство закончилось и наступает совсем другая пора. Когда появились правила, этикет, законы и честь рода, тогда для неё всё изменилось. И хоть Жасмин, давным-давно пойдя против родительских устоев, приняла решение идти своим путём, она всё равно иногда скучала по тому детству. Хотела снова лазить с Зи и Каром по деревьям, хотела бегать по садам и лугам, валяться в траве, не боясь запачкать новое платье, бродить по пляжам и набережной, забегать в порт и следить за кораблями, есть черешню прямо с деревьев и воровать с кухни пироги. Она улыбнулась, вдыхая свежий запах, наслаждаясь этим моментом, на краткий миг позабыв о расследованиях, заговоре и даже лорде Сатаре, сейчас был запах трав и закат, и казалось, что весь мир остановился в этом одном моменте.

– КРАХ! КРАХ! – откуда-то слева раздался громкий скрипучий звук, такой, словно кто-то скрёб огромным гвоздём по стеклу.

Жасмин скривилась, прикрыв уши руками, волшебство момента разбилось вдребезги.

– Аууу… – еле уловимый скулёж иглой ворвался в сердце, какое-то животное звало на помощь. – Аууу… Ооооо… – призыв был таким жалобным, что Жасмин не могла не откликнуться.

Петляя между амбарами, она пробиралась сквозь узкие проулки и куцые заборчики, стараясь не потерять жалобный писк какого-то животного. Иногда после писка слышался ужасный скрежет, пробуждающий в душе Жасмин страх за бедное животное. Она спешила как могла, лишь бы побыстрее успеть помочь маленькому писклявому существу. Звук шёл из старого, поросшего бурьяном амбара, который даже с помощью магии было не так уж и просто открыть. Но за деревянной дверью снова раздался душераздирающий плач совместно с ужасающим скрежетом, Жасмин окунулась в силу, магия заструилась по дереву.

– Бабах! – дверь распахнулась, ударяясь створками о стены.

Жасмин шагнула в пыльное тёмное нутро амбара, от сквозняка пылинки соломы взлетели вверх, небольшим ураганом медленно оседая в свете заходящего солнца. В амбаре было пусто, горы сена вокруг, лестницы, всякая рабочая утварь, но ни одной живой души.

– Эй – тихо позвала Жасмин, но в ответ лишь тишина – Ципа, ципа – повторила она попытку, но снова тишина – ку-ку… ээээ, я понятия не имею, как тебя звать – раздосадованно произнесла девушка.

С первого взгляда казалось, что амбар полностью пустой, и ничего, кроме сена в нём нет, но девушка была уверена, что звуки исходили именно отсюда, ошибки быть не могло. Аккуратно, чтобы не спугнуть жалостливо скулящее существо, она начала обходить стога сена, изучая местность.

– Кыс-кыс-кыс, животинка – призывала она пищалку. – Ох… – вдруг Жасмин наткнулась на валяющиеся сапоги – Что это? – она подняла один сапог и тут же отбросила его подальше с омерзением. Сапог был весь измазан кровью, и кажется, внутри остался ошмёток ноги. – О Берегиня, что тут произошло?

Увидев на дощатом полу кровавый след, она проследила за ним, в нескольких шагах от сапог обнаружились ошмётки одежды и оторванная кисть руки. Выдохнув и вспомнив, кто она, Жасмин подошла к кисти, стараясь осмотреть её, не прикасаясь. Кисть определённо мужская, с ухоженными ногтями и массивным перстнем на безымянном пальце. Кольцо показалось ей знакомым.

– Парящий в облаках орёл? – пробормотала девушка, вспоминая, где видела такой знак ранее – О Берегиня, это же символ дома Де'Дрангар. Надеюсь, это кто-то из их служителей, и мы не имеем ещё одно убийство представителя первого дома.

Но дорогая вышивка на лоскуте одежды и клок белокурых волос говорили об обратном. Кажется, тут зверски растерзали кого-то из дома Де'Дрангар. На это указывал ещё и кинжал, он лежал поодаль в луже уже запёкшейся крови. Судя по состоянию конечности и крови, убийство произошло не ранее недели тому назад. Хорошо бы вызвать сюда имперскую стражу, но только после того, как она сама исследует место преступления.

Пройдя далее по кровавому следу, под ногой что-то звякнуло и покатилось по настилу.

– Что это? – Жасмин наклонилась, поднимая подвеску на окровавленной цепочке, и чуть не выронила находку.

Кулон из лавгарского стекла в окантовке из почернённого серебра, в виде трёх закрученных завитков, переходящих в двенадцатиконечную звезду с чёрным бриллиантом по центру. Этот кулон поразительно походил на другие два из такого же материала и идентичного плетения. Присмотревшись, она заметила полость и желобки, идеально подходящие под второй кулон, который вручил ей Харман, тут же рядом с кулоном в пятнах крови валялся скомканный пергамент.

– Не может быть? – воскликнула девушка, узнавая иероглифы в пергаменте – третья часть – прошептала Жасмин, понимая, что все три части ритуала собраны вместе.

Она вздохнула, намереваясь обратиться к магии и проверить кулон, но тут сбоку раздался писк.

– Пи, пи – из-за стога на свет прискакало нечто пушистое, белое, с большими глазами, смотрящими с любопытством, короткими лапками и длинными торчащими ушами. Издали это нечто, на самом деле напоминало кролика, правда довольно большого кролика со странными оттопыренными ушами. Но он был таким милым!

– Ох, какой ты… – Жасмин умилено протянула руку к зверёнышу не в силах удержаться от поглаживания.

– Пи – кролик с опаской посмотрел на её руку, понюхал, посмотрел на хозяйку своими невероятными глазами и лизнул протянутые пальчики – Пии – улыбнулась животинка и Жасмин сделала шаг ближе, чтобы коснуться шёрстки.

Шёрстка кролика была словно невесомой, чистейший пух, невероятно нежный, пушистые ворсинки меха ласкали ладонь, и Жасмин хотелось коснуться его щекой, ощутить его ближе.

– Какой ты нежный зверёк, теперь понятно, почему так убивался мастер Грум, я бы тоже сожалела о твоей потере. А где твои братики?

– Курл – зверёк заинтересовано издал непонятный звук, ластясь к руке Жасмин.

Но тут позади раздалось утробное рычание.

– Рррсссррррр!

Жасмин, осторожно, чтобы не делать резких движений, повернула голову лишь усилием воли сдержав крик ужаса. За её спиной стоял матёрый зверь, похожий на кролика мутанта переростка. Высотой с человеческий рост, он возвышался над ней, скаля кроличью пасть с острыми жёлтыми клыками, мех с зеленоватым оттенком торчал во все стороны рваными клочьями, под которыми проглядывалась практически прозрачная кожа, а под ней выпуклые вены и внутренние органы. Огромные уши больше походили на кожистых гремучих змей, когти, теперь ей стали понятно, откуда следы на амбарных стенах, три чёрных острых кинжала, созданные для того, чтобы рвать жертву на части, нацелились на неё.

– Хорошая животинка – прошептала Жасмин, замерев в очень неудобной позе.

Животинка издала грозный рык, больше похожий на скрежет камней, а из ноздрей повалили две тонкие струйки пара.

– Хорошая киса – пискнула Жасмин, делая микроскопические шаги, пытаясь сбежать, и всё равно что это ничего не киса.

– Пи – раздался новый писк, из-за угла показался ещё один пушистый комочек, на этот раз с розовым отливом шёрстки. – Пи, пи, пи – пушистик поскакал к монстру, уткнулся в его лапы и запищал сильнее – Пи-пи-пи-пи – монстр зло зыркнул на Жасмин, рыкнул на неё и лишь после того как убедился, что она застыла на месте, посмотрел на маленький пищащий комочек у своих лап – Пи-пи-пи – запищал розовый пушистик, смотря на монстра жалостливым взглядом. – Пи-пи-пи – пушистик запрыгал на месте, продолжая ластиться к монстру.

– Ненормальный зверёк, он же тебя сожрёт – зашипела Жасмин, почему-то считая, что странный по виду кролик поймёт её.

– РРРРррр- монстр снова обратил свой взгляд на неё.

– Пи? – кролик развернулся и уставился на Жасмин вопросительным взглядом, словно на самом деле понял, что она сказала.

Воспользовавшись замешательством монстра, Жасмин рывком схватила белого пушистика, розового подсекла к себе ногой, выделывая такой кульбит, что профессор Шпильц по физподготовке обзавидовался бы.

– Пиииии – издал розовый кролик, совершая полёт по дуге в направлении Жасмин.

– Ррррр – зарычал монстр, протягивая лапы к летающему комку меха.

Но девушка, словив розовенького на лету, прижала обоих к груди и бросилась наутёк. Только вот одурманенная космическими глазками милых пушистиков леди детектив не рассчитала траекторию, и вместо того, чтобы рвануть к двери, упёрлась в тупик. Глухая стена впереди, стога сена по бокам и рычащий монстр позади.

– Мама – пропищала девушка, прижимая дрожащих кроликов и пятясь к стене – хорошая киса – попыталась она успокоить животинку лихорадочно вспоминая хоть какое-то годное в данном обстоятельстве заклинание.

Но всё сводилось к определению вида животного, ведь если это какое-то магическое существо, то любой всплеск энергии может сделать только хуже.

– Почему киса? – раздался знакомый голос от распахнутой двери.

Монстр медленно повернулась на новый голос, зарычал на вошедшего, скорее всего обрадовавшись предстоящему пиру. Жасмин же уже устав удивляться осторожно выглянула из-за ушастого существа. Там прислонившись к косяку двери и сложив руки на груди стоял его милость лорд Сатар Де’Рамур, совершенно не обращая внимания на рычащего монстра.

– Так всё-таки почему киса? – полюбопытствовал аристократ.

– Потому что кролик – глубокомысленно огрызнулась Жасмин с рычанием в голосе. – Что? – огрызнулась она на монстра, встретившись с его удивлённым взглядом чёрных бусинок.

– Мррр – как-то по кошачьи вопросил монстр, отвечая на её грубость.

От этого звука у неё буквально отвалилась челюсть.

– Так ты всё же Киса? – спросила она монстра.

– Ты ведь в курсе, что разговариваешь с животным? – также лениво спросил Сатар.

– Может, в начале поможешь, а потом уже будем разбираться в экзистенциальной философии общения и метафоризации образов природы? – она уже не скрывала своего страха.

Сатар пожал плечами, и вытянув руку, направил магию на монстра. Всполохи радужных магических потоков окружили животное, тот завыл от боли, пытаясь вырваться из ловушки.

– Какого гырха – всполошился Сатар, уже с трудом удерживая монстра.

– Арррр… ррррр – монстр выл и рычал, направив всю мощь своей ярости на Сатара.

– Беги, дура – крикнул лорд – я еле-еле его сдерживаю.

Сильнее прижав кроликов к груди, она осторожно обогнула по дуге бьющееся в захвате животное, и миновав его, тут же бросилась бежать к Сатару.

– Быстрее – подбодрил её лорд, активируя вокруг себя радужный портал.

Жасмин влетела в Сатара, с разбега прыгая словно в омут. Но как только она подошла к Сатару, вся магия вокруг него тут же погасла. Сатар в полном недоумении посмотрел на свои руки, из которых больше не струилась магия.

– Что случилось? Где маги…

– Аррр… рррр – раздалось за их спинами.

Оба медленно подняли головы, встретившись с разъярённым рыком озлобленного монстра.

– Бежим! – крикнул Сатар, хватая её за руку и ныряя за ближайший стог сена.

За их спинами взвилось сено и монстр, пролетев над их головами, приземлился прямо перед ними.

– Вот лархи – выругался Сатар, задвигая её за спину и обнажив стеклянный меч.

– Рррррр – оскалился монстр.

– Медленно, очень медленно двигаемся к выходу. – приказал Сатар, прикрывая её от монстра.

– Жасмин! – от двери амбара раздался до боли знакомый голос.

– А он что тут делает? – огрызнулся лорд.

– Лекс, беги, тут… монстр – уже шёпотом завершила она, закричав.

– Рррррр – монстр видимо устал ждать и оскалив клыки, набросился на Сатара.

– НЕТ! – закричала Жасмин разрываясь между страхом и желанием помочь.

– Беги – приказывал Сатар, защищаясь от острых клыков.

– Да что тут… Ух ты ж, дохлый жмурик – Лекс появился из-за угла, застыв при виде разворачивающегося зрелища.

Сатар с мечом в руке отбивается от нападок чуда-юда монстра, Жасмин, вся дрожа от страха, прижимает к груди два пищащих комочка.

– Лекс – нет, магия на него не действует. – попыталась остановить партнёра девушка, увидев голубые искорки у него на кончиках пальцев.

Но Лекс не стал её слушать и направил голубой поток силы на монстра, не переставая вливать силу в непонятное ей заклинание. Магия окружила и проникла в монстра и тот как-то очень тонко пискнув, завалился на спину.

– Как? – Сатар в полном недоумении уставился на полуэльфа.

– Вы что, совсем с ели рухнули? В рукопашную на Лира, вам больше делать нечего? – возмущался Лекс завязывая заклинание.

– Это существо вырубило захват и портал, полностью лишив меня магии. Но… что это за заклинание, твою ж маму?

– Никогда, слышишь, никогда не упоминании мою маму всуе. – потребовал Лекс, выпятив палец словно на нерадивого школьника – А это – он указал на голубые потоки, словно кокон окружающие затихшего монстра – это единственное заклинание, работающее против Лира.

– Против кого? – одновременно спросили Жасмин и Сатар.

– Лир – Лекс указал на монстра, затем на кроликов у Жасмин в руках, снова на монстра и снова на кроликов. – Вы что никогда на Белом полуострове не были?

– Нет – одновременно ответили Жасмин и Сатар.

– Подожди, я не понимаю, ты хочешь сказать, что он – Жасмин указала на монстра – и они – она потрясла пушистиками – как-то связаны?

– Да это одно и тоже существо – всплеснул Лекс руками. – Чему вас только в Академии учат?

– Не может бы… – но Жасмин не договорила, монстр на полу вдруг вспыхнул красным сиянием и буквально через долю секунды вместо ужасного существа на досках лежал пушистик с зеленоватым мехом и невероятно длинными ушами.

– Лир – прошептала Жасмин, всё ещё пытаясь переварить произошедшее и силясь не отбросить двух пушистиков из рук.

– Ладно, собирайте своих животных и давайте закругляться.

– Я бы не стал так торопиться, может ответите, что вы тут делаете? – потребовал Лекс у Сатара.

– Мимо проходил. – пожал плечами аристократ, вмиг становясь холодным.

– Вот так мимо амбара с Лирами? А может это вы украли их у мастера Грума?

– И зачем же мне это? – спокойно поинтересовался аристократ, сложив руки на груди.

– Чтобы использовать. Лиров зачастую используют в подпольных боях. Подпольные клубы вы посещаете, может и подпольные бои тоже ваших рук дело?

– Для детектива у тебя слишком богатая фантазия. Я приходил на конезавод Армана, выбирал лошадь. И я понятия не имею, зачем говорю вам это. – Сатар вложил стеклянный меч с рубиновым навершием в ножны и с аристократическим достоинством вышел из амбара.

– Космолит – фыркнул Лекс, подбирая спящего зелёного Лира. – Бедненький, он ранен, поэтому и перекинулся – нужно перевязать лапку, пока он снова не очнулся и не превратился в монстра от боли.

– Кажется, похититель лежит там – Жасмин указала на останки.

– Нужно отвезти этих пушистых к хозяину, они могут перекинуться и от страха тоже.

– Разумно ли это? Они же опасны.

– Лиры опасны лишь если их ранить или если очень сильно испугать, но тому, кого они признали своим хозяином, они верны до смерти. Сейчас самое безопасное место для них это у мастера Грума.

– Хорошо. – согласилась девушка, и спрятав этих милых животинок за пазуху, они направились обратно к заказчику.

– Мои любимые, как же я по вам скучал! Вас никто не обижал? Идите к папочке!

Жасмин со смешанными чувствами смотрела на лобызания мастера Грума и этих пушистых существ. Откровенно говоря, до сих пор не верилось, что эти милые создания могут превращаться в монстров. Видя, как гном сжимает их в объятиях, Жасмин передёрнуло.

– Пойдём отсюда, мы выполнили свою работу и защитили тебя от прибытия мадам Иргуды Натальм. – прошептала девушка, пятясь к двери и не мешая обмену любви между питомцами и их хозяином.

– Не упоминай её имени, а то Абадона помянешь, Абадон и явится.

Кто же знал, что эта деревенская присказка в скором времени окажется столь пророческой.

4. Ниточки

По коридору они шли молча, Жасмин вся клокотала от злости, сейчас буквально ненавидя Сатара. Даже если умом она понимала действия СБИ, сердцем она не могла остаться в стороне. Она не могла жертвовать одним, чтоб спасти многих, ей нужно было спасти всех.

Шедший рядом Лекс резко дёрнул её в боковой коридор, и они очутились в лифте для персонала.

– Что ты делаешь?

– Завершаю кое какие дела – туманно ответил партнёр.

– Какие это… – но Жасмин не договорила, увидев, что стеклянная кабина поехала строго вниз, на подземные этажи здания СБИ.

– Морг?

– Ага, мы так и не получили информацию по вскрытию тела Закари.

– Ты думаешь, они проводили вскрытие лорда первого дома?

– Вот именно потому что лорд, обязательно проводили.

Магический лифт привёл их в подземные этажи за считаные минуты. Тут в обители смерти пахло формальдегидом и спиртом, а тишина, потрескивающая вокруг, была воистину гробовой. Жасмин ужасно не любила морг, по долгу службы они уже бывали в холодных, стерильных помещениях, но каждый раз она чувствовала себя особо неуютно. Почему-то именно это место напоминало ей о смерти матери, она понятия не имела, почему её воспалённый ум связывает это место с далёким печальным событием детства, может из-за магического холода? В комнате больной мамы всегда было так же холодно. Так или иначе если была возможность пропустить поход в морг, она с радостью это делала, предоставляя возможность партнёру добывать информацию самостоятельно.

Лекс же чувствовал себя вполне комфортно в этих белых катакомбах. Он уверенно вёл её через снежные лабиринты к стойке регистрации.

– Мила, давно не виделись. Ты хорошеешь день ото дня. – воскликнул он с улыбкой сердцееда.

За конторкой, такой же белой, как и всё тут, сидела привлекательная эльфийка с яркими зелёными глазами. Поправив рыжие кудряшки под шапочкой, она приветливо улыбнулась гостю.

– Лекс, дорогой, сколько лет. Я уж подумала, ты меня совсем позабыл.

– Как я мог, ты всегда в моём сердце. Но дела, понимаешь дела.

– Да конечно дела, только по ним ты сюда и приходишь, хоть бы раз просто так заглянул – девушка надула ярко алые губки.

– Как ты могла так подумать, конечно загляну, вот в следующий раз обязательно.

– Врёшь – она кокетливо улыбнулась, поправила кудри и вернулась на своё рабочее место – Выкладывай, ловелас, что на этот раз натворил?

– Я? Ничего не натворил, я всего лишь выполняю свой долг. Людей от зла спасаю.

– Долг выполняет Имперская Стража, ты же денежку свою отрабатываешь. Надеюсь, про меня не забудешь – зелёные глаза блеснули алчным огоньком.

– Как я могу – в сердцах воскликнул Лекс и за конторкой скрылся кошелек с золотыми – скажи-ка дорогая, что есть по делу того лордика, которого…

– Прирезали в вашей конторе?

– Мила – поюлил ей Лекс пальчиком – ну почему сразу прирезали.

– Потому что он был как решето, не знаю какое оружие могло такое сотворить, но в него будто стреляли десятком ножей одновременно, а живот… – при воспоминании эльфийка поёжилась.

– Что с животом там было?

– Дыра, словно кто-то сожрал все его внутренние органы. – шепотом проговорила она, как-то странно покосившись на молча стоящую рядом Жасмин.

Только этого ей не хватало, чтобы в страже говорили о том, что они в конторе ещё и людоедством занимаются.

– Что тут происходит? – острый голос новоприбывшей разбил идиллию между Лексом и Милой.

– Мадам Глис – пискнула Мила, стараясь спрятать кошелек под бумагами.

К конторке подошла статная женщина, вся какая-то белая. На ней была белая мантия, белая обувь, белая повязка на белых волосах, даже брови у неё были белые. Лишь чёрный знак некромантов, перевёрнутый треугольник, выделялся на одежде ярким пятном. Они много слышали о мадам Глис, одной из лучших некромантов, работающих в морге имперской стражи, но встречались впервые. До этого момента им везло избегать общества этой грозной женщины, но сегодня, видимо, всё было против них.

– Мадам – Лекс тут же решил обратить против неё свою лучшую улыбку – как же я рад с Вами познакомиться, я столь многое о Вас слышал.

Мадам Глис скептически приподняла одну белую бровь.

– О Ваших талантах ходят слухи, я бы хотел…

– Что бы Вы там не хотели, молодой человек, оставьте свои желания при себе. – резко осадила она его.

– Но…

– Мать шестерых детей, четырежды вдова – холодно объявила она, с явным удовольствием наблюдая как сползает улыбка с лица Лекса. – А вы, молодые люди – её острые разноцветные глаза смерили Лекса и Жасмин с ног до головы, задержавшись на носе парня и руках девушки – господа Лександр и Жасмин, детективы конторы «Глаз».

– Позвольте… – голос Лекса стал учтивым, но и на этот раз мадам перебила его.

– Не стоит. Если я правильно понимаю, это у вас сейчас работает мой лучший студент Ургас, а мне приходится терпеть этого выскочку Гомеля.

На данное заявление им нечего было ответить. Мадам Глис славилась стальным характером и абсолютной неподкупностью.

– И пришли вы скорее всего за сведениями о смерти лорда Закари Де’Самранк.

– Понимаете…

– Понимаю, прямо у вас на пороге происходит громкое убийство, но власти сковывают вам руки, обрезая любую возможность докопаться до истины. Увели шницель прямо из-под носа – как говорят оборотни. Представляю, как вас раздирает любопытство.

Кристальная честность белоснежной мадам буквально обезоруживала и лишала слов.

– А известно ли вам, что сам великий лорд Сатар Де’Рамур строго настрого запретил мне выдавать кому бы то ни было тайну следствия. Особенно он упоминал вас.

Кислая мина Лекса явно говорила всё, что он думает о запрете лорда.

– И, наверное, вам жуть как интересно узнать, что это за оружие такое, которое способно не просто проткнуть неслабого космолита насквозь, но и разворотить его внутренности так, что они начали разлагаться с утроенной скоростью? И что за магия способна сделать решето из лорда первого дома? – не меняя серьёзного выражения лица, продолжала мадам – И скорее всего, вы также сгораете от любопытства узнать, что это за зелёный порошок такой, что он настолько ценен, что далеко не бедный лорд первого дома прячет его в тайных уголках своего тела? Я понимаю ваше любопытство, и искренне сочувствую вам. Но я не могу дать вам ответа на ваши вопросы, так как сама их не знаю. Великий лорд Сатар не считает нужным делиться со мной данной информацией. А теперь молодые господа и дамы, прошу покинуть мой морг, это вообще-то закрытая территория.

Находясь в полном шоке от произошедшего, не сговариваясь, они быстрым шагом припустили обратно к выходу.

***

Жасмин ходила кругами по своей гостиной, силясь успокоиться.

– Ты снова психуешь – заметил Лекс, уплетая уже вторую порцию запечённого мяса.

– Да психую, да эмоционирую, и мне страшно. А тебе не страшно? Картина вырисовывается монструозная.

– Ты преувеличиваешь, пока ничего точно не ясно.

Жасмин остановилась, скептически уставившись на партнёра. Лекс какое-то время пытался есть, не обращая на неё внимания, но Жасмин не из тех, кто просто так сдаётся, тем более что он сейчас уплетал её порцию.

– Ладно, ладно – Лекс отложил тарелку с мясом и откинулся на стул, скрестив руки на груди – Что ты хочешь от меня услышать? Что да, каким-то образом нас засосало в это дело по самое не могу. Да, это может быть опасно, политически опасно. Но… это можно назвать стечением обстоятельств или же везением, но нам сама судьба подкидывает зацепки. Каким-то непостижимым образом, все наши дела ведут к одной личности и это чёрная ведьма Жигла. Глаз даю, она также связана и с пропажей оборотней и вампиров.

– Как?

– Также, как и Барос, также, как и остальные, всё едино. Ты сама видела, она приложила свою руку ко всему, что сейчас у нас в работе. И нам доподлинно известно, что она причастна к Ордену Праведности.

От этого названия Жасмин невольно вздрогнула.

– Не вздрагивай – укорил её Лекс.

Но девушка ничего не могла с этим поделать. Орден праведности… история снова вошла в спираль, и на этот раз всё кажется куда масштабнее, чем в прошлый. Это не очередная блажь аристократов, не ещё одна игра интриг и сплетен домов, а реальная угроза. Судя по тому, что они успели подслушать в доме подпольных игр и от устроителя турниров, Жигла замышляла что-то масштабное и на исполнение её замысла были брошены невероятные силы. Чего только стоят расписки на недвижимость, найденные в доме сира Ла’Гурам, которые сейчас принадлежали некромантам, которые в свою очередь похищали вампиров и оборотней для того, чтобы создавать особых зомби. А если смотреть шире, то…

– Вампиры полностью управляют всей банковской системой империи – заметил Лекс, словно читая её мысли – под их началом главный имперский банк и все депозиты имперской казны, можно сказать, что они наравне с казначеем держат руку на всём золотом запасе империи. Оборотни же испокон веков составляли ударную силу империи, лучшие солдаты, они это оборонительная мощь, а волчьи кланы в Кардарских горах бывшего королевства Скай это живой щит между империей и Кашинскими степями, которые населяют чёрные орки каннибалы. Разомкни волки свои ряды и пусти орочью орду на территорию империи, не избежать многолетней кровопролитной войны. Ты помнишь историю и погибший драконий город Асмакар. – продолжил Лекс перечислять факты.

– Страшно – прошептала девушка.

Лекс никак не прокомментировал её слова, так же как и она, в красках представляя ужасающее будущее. Она, конечно, знала, что сутью Ордена Праведности всегда было узурпирование власти, смещение императора и полное уничтожение всей императорской семьи. И теперь, после всего что они пережили в поместье Де’Дрангар, Жасмин с лёгкостью могла представить себе отряды бойцов оборотней, толпы боевых зомби, рыскающих по улицам города, захват власти и политический переворот. Императорская семья, точнее то что от неё осталось – на эшафоте, а рядом его приближённые: Первый советник, министры и Сатар с его командой. Жасмин вздрогнула, в красках увидев их летящие с плеч головы, а на престоле восседает некто. И сейчас этот «некто» виделся в мантии некроманта, с костлявыми длинными пальцами, а из-под накинутого капюшона смотрит сам ужас, в глазах которого горит огонь Абадона.

Жасмин замотала головой, поспешив отогнать возникший образ. Уж слишком сильно он напоминал восстание Хаоса и демонов Абадона.

– Кузнецы – комментарий Лекса отвлёк её от страшных иллюзий.

– Кузнецы? – переспросила девушка.

– Именно они. Дия Куни, служанка юриста Никтоля, упоминала, что он работает с кузнецами, ведьма Лари, также обратила внимание, что лорд Де’Дрангар общался в основном с кузнецами. Не могу понять, как они связаны со всем этим?

Жасмин молча пожала плечами, как бы говоря: Понятия не имею.

– Вот и у меня они не складываются. Так же, как и письмо Закари.

– Так и не получилось его расшифровать?

– Чем больше слов я перевожу, тем больше странностей лезет в голову.

– Каких?

– Пока отложим, весь текст словно Дарманский сыр, где дыр больше чем самого сыра. Давай вернёмся к фактам. Обещаю, что мы не будем лезть на рожон, но разобраться нужно.

Проблема как раз была в том, что Жасмин не была уверена, хочет ли она остановиться или нет? Желание раскрыть тайну боролось со страхом, и как не крути, первое побеждало.

– Ладно, пошли в гостиную. – она выдохнула скопившееся напряжение и оставив Лекса в столовой, сама направилась в кабинет, где из сейфа достала свои заметки.

Вернувшись в гостиную, она уже застала Лекса там, с подносом закусок и кувшином холодного цикория с молоком, и специями.

– Кстати о чёрных, может нам ещё раз допросить ведьму Лику, она знала пропавших оборотней и Жиглу, может ещё что-то вспомнит. – предложила Жасмин, раскладывая документы.

– Уже. – буркнул Лекс – ничего особенно нового она не рассказала.

– Ээээ… Когда это успел?

– Да так, вечерком за мазью для Кахи заскочил – уши Лекса затрепыхались, а кончики покраснели.

– Понятно – усмехнулась Жасмин, знала она, за какой такой мазью он заскочил. – И как прошло?

– Отлично – ответил партнёр, смотря куда-то в сторону.

Значит, всё прошло более чем отлично. Это с виду он такой мачо сердцеед, а вот если девушка ему нравится, то там уже другие чувства и понятия включаются. О тех, кого любят, не говорят, о них мечтают молча, с потаённой надеждой на взаимность. А если эта взаимность случается, то о ней молчат ещё сильнее, ибо счастье оно такое тихое, словно рой бабочек среди летнего солнца.

– Вернёмся к Жигле? Давай попробуем найти эту чёрную крашеную гадину. – предложил Лекс, забирая у неё папки.

– Ладно. Начнём – Жасмин взяла карандаш, приготовившись к новому раунду систематизации и складыванию информации воедино.

Спустя два часа Жасмин смотрела на свои записи с нескрываемым разочарованием. Картина вырисовывалась непонятной.

– Слишком много белых пятен. – выдохнула девушка, разгибаясь после двух часов лежания на полу и записывания всех знаний о Жигле в отдельный документ.

То, что у них было на чёрную ведьму, порождало больше вопросов, чем давало ответов. Сжато получалось следующее:

После поездки в проклятые земли за Ганскими степями, белая ведьма исчерпала свой свет и стала Чёрной.

Её сестра Лигли даром не обладала, вышла замуж за степняка и прожила с ним в Гласграде. Погибла два года тому назад. С сестрой они были близки.

Тогда же два года тому назад, после гибели сестры, Жигла снова покидает Гласград и возвращается в деревушку Шиши, где в это же время находился некромант Барос. Где они скорее всего и познакомились.

Из Шиши она возвращается с Ашкараем, скорее всего, именно там она, Барос и Ашкара начали свои дела.

Через Игровой дом они получали купчие на дома. Каким образом она заставила сира Ла’Гурам работать на них? Орден?

Через несколько месяцев она бросает некроманта и выходит замуж за лиса Никтоля. Зачем? Этот поступок не вписывался в общею картину, как-то мало верилось во внезапно вспыхнувшую любовь. За этим браком должна была стоять какая-то выгода, но кроме связи с кузнецами у лиса ничего не было.

Два месяца тому назад после очередной поездки, она вернулась в город. В городе ли она сейчас или нет? Как она перемещается?

Месяц назад она прокляла своего свояка мастера Германа. Было ли это простым эмоциональным срывом или тоже входило в план?

Две недели назад её видели в день смерти Закари (Слух. Как бы проверить?).

Также им известно, что:

Жигла как-то связана с Закари (всего лишь слух, но предположительно может быть связана с его смертью).

Жигла зачем-то тренирует оборотней борцов. Влияет ли физическая подготовка живого оборотня на его боевые способности, будучи зомби?

Жигла связана с некромантами. Была ли она инициатором обогащения некромантов и скупки недвижимости? Зачем им дома?

Имя Жиглы рядом с Орденом упоминалось арестованным Ла’Гурамом, и её связь с Закари, который был в ордене. В ордене ли Жигла? Какова её роль в ордене? Жасмин с трудом могла представить чёрную ведьму в Ордене Праведности, в организацию, куда входили только аристократы первых домов, только элита общества.

Ла’Гурам и ведьма Сэла собирали дома для Ордена Праведности, сейчас в этих домах живут некроманты. Как связаны некроманты с орденом?

Информация разрозненная и Жасмин опасалась делать какие-либо выводы. Но интуиция вопила о том, что Жигла ключевое звено во всей этой истории.

– Объяснений всем этим домыслам и слухам может быть миллион, а может и больше. – согласился Лекс, тоже разминая спину.

– Мы оба знаем, что она центральная фигура.

– И всё началось в проклятых землях. Кстати, что там такого, что они считаются проклятыми? Скорее всего, я прогулял урок истории по этой теме.

– Ты практически все уроки истории прогулял – пожурила она партнёра – Проклятые земли считаются проклятыми из-за того, что там мёртвая выжженная пустыня. Именно там великий Пранджаман I убил Нурсана Жестокого. После их боя, который длился три дня и три ночи, осталась выжженная мёртвая земля на протяжении двухсот квадратных километров, а в центре пустыни, в месте где пал Нурсан, возвели золотой обелиск в честь великой победы, с которой началась наша империя.

– Не для этой ли битвы провели обряд Тринадцати звёзд?

– Да. Легенда гласит, что Нурсан Жестокий в битве очень сильно ранил Пранджамана I и скрылся в Ганских степях у таёжных охотников. Его никак нельзя было выкорчевать оттуда, степи огромны, а охотники знали их как свои пять пяльцев. Пранджаман же был ранен и не мог сражаться. Именно тогда Пранджаман обратился к своим самым доверенным соратникам с просьбой поделиться силой, создать круг из тринадцати и ударить по Нурсану единым кулаком. Тринадцать преданных согласились и был проведён ритуал тринадцати звёзд, когда тринадцать наисильнейших космолитов связали свои силы с силой Пранджамана. Именно после ритуала Тринадцати Звёзд он встал против Нурсана и при помощи великого Копья Судьбы победил жестокого тирана.

– И с тех пор те тринадцать стали первыми домами и стали называться Столпами Света Империи. Орден Праведности хочет разрушить всё?

– Корректнее сказать, они хотят обратить тот древний ритуал вспять. Якобы Пранджаман и его наследники забрали у первых домов часть силы, и если они убьют императора определённым способом, то отобранная сила к ним возвратится. Но, это всего лишь теория, предположение, это… это ошибочное суждение. Пранджаман взял силу на один удар, больше ничего. Да, он привязал первые дома к императорскому трону, но именно это дало им власть и возвысило над остальными. Если они убьют Императора, это, наоборот, ослабит Первые Дома, лишит их той власти, что у них есть сейчас и одна Берегиня знает, что станет с силой.

– Но, если они правы, и они станут столь же сильны, как род Ал’Драканхара? Ты представляешь, что будет тогда?

– Хаос и разруха, империю раздерут на части, и каждый будет стараться урвать кусочек побольше.

– Гражданская война и кровопролитие – печально заключил Лекс.

В комнате повисла гнетущая тишина, в воздухе пахло надвигающейся угрозой. Теперь Жасмин лучше понимала последние слова, сказанные Закари «Марарена асаше». На самом деле, если Орден достигнет своего, Смерть придёт за всеми ними.

– Скажи, лишь мне кажется странным, что ведьма, замешанная в связи с Орденом Праведности, стала чёрной именно в том месте, где и был произведён ритуал Тринадцати Звёзд?

– Ты путаешь сражение и ритуал. Ритуал производился на вершине Алгар в Бланкирских горах, в пустыне же была битва и убийство тирана.

– Всё равно мне кажется, что прошлое и настоящее как-то связаны, мы что-то упускаем.

– Не знаю – вздохнула девушка, признавая поражение.

Собрав исписанные листы, она сложила их в папку до лучших времён, когда у них появится ещё хоть какая-то информация.

– Записная книжка Закари – Лекс объявил следующую тему дискуссии, готовя новые листы для записей.

А вот с записями Закари всё было куда сложнее. С первого взгляда шифр из детской считалочки был ей знаком с детства, и, казалось бы, расшифровать его было бы проще простого, но Закари не был глупцом. Это Жасмин поняла после того, как расшифровала записи, и вот тут её ожидала подстава. Код в коде, Закари зашифровал первичные записи, а потом получившийся шифр зашифровал ещё раз, уже при помощи детской игры.

– Итак, что мы имеем?

– Пока могу судить лишь по первичному коду. С первого взгляда кажется, что это обычная детская считалочка, где к каждой цифре вместо животного прописана дата. Я смогла разложить даты, но понять их смысл так и не удалось.

– И что мы имеем?

– А имеем мы следующее – продолжила девушка.

У нас набор из трёх столбцов с тринадцатью рядами.

В первом столбце обозначены цифры из детской считалочки, именно этот набор используют для того, чтобы обучить детей цифрам.

Второй набор дат – это даты до начала становления империи. Все они приходятся на момент войны между Пранджаманом I и Нурсаном Жестоким. Судя по историческим летописям – это даты присоединения основных тринадцати родов к армии Пранджамана I.

– В смысле присоединения? – перебил её Лекс – Разве они не были его соратниками с самого начала?

– Лекс, ты вообще хоть что-то знаешь из истории нашей империи?

– Нынешнего императора зовут Рамхаран Ал’Драканхар III, а кронпринца Виссарион Ал'Драканхар без номера.

Жасмин глубоко вздохнула, стараясь успокоиться. И продолжила уже спокойным менторским голосом:

– Согласно летописям Пранджаман I объявил войну Нурсану Жестокому и поднял против него свой клан. Но его войско было малочисленным и в начале они довольствовались набегами и освобождением маленьких пограничных деревушек. Со временем остальные вольные кланы присоединились к нему, образуя огромное войско, которое смогло оттеснить армию Дарксарана и освободить людей из-под гнёта тирании. И как ты можешь себе представить…

– Кланов было тринадцать. – завершил за неё Лекс.

– Вот именно. И в летописях записаны даты заключения пактов присоединения каждого клана к тому, что мы сейчас называем Таринская империя.

– Хорошо, значит Закари зачем-то зашифровал эти даты. Что дальше?

– А дальше:

Третий столбец, и второй ряд дат относится к текущему столетию и вот его понять мне сложно. Самая ранняя датирована 459 лет тому назад, самая свежая 25 лет.

Остальные записи в книжке к коду не относятся, это всего лишь бухгалтерские исчисления: расход/доход. По моему Закари планировал, что код затеряется среди бухгалтерии.

– Я так не думаю, ты сразу распознала код и сведущий также быстро определил разницу.

– Тогда скорее всего для него эти цифры были важны, но у меня нет догадок, что это.

– Записи ростовщика? Прибыль из расписок? Приход Ордена? – предполагал Лекс.

– Если нам каким-то чудом удастся получить доступ к архивам Имперского Банка, мы могли бы узнать имена обладателей счетов, куда, и самое главное От Кого приходили деньги.

– Счетов?

– И это следующая важная находка. Все деньги приходили с трёх счетов – они записаны у Закари. Проследив историю транзакций, мы могли бы узнать, кому уходили десятки сотен золотых.

– Опрометчиво вести дела через банк.

– Даже первые дома не держат такие суммы дома под матрасом. А ты можешь себе представить, сколько весит мешок с тысячей золотых?

– Немало.

– Вот то-то и оно. Многие уже давным-давно перешли на магически заверенные векселя. И тут уже без банка никуда.

– Но банковская тайна и все дела – вздохнул Лекс. – Эх, а можно было бы прищучить парочку – тройку аристократов.

– Я бы отдала эти данные лорду Сатару. – предложила девушка – У гончих СБИ больше полномочий, чем у простых детективов.

– Но даже они не имеют права на конфискацию архивов банка. Закон един для всех. Пока давай придержим наши карты.

Жасмин согласилась с партнёром. Сейчас она понимала, что никому не может доверять, даже лорду Сатару Де’Прамиру.

– Эх, ниточек, как обычно, много, но пока непонятно, куда все ведут. Нужно время, пока узор ковра не начнёт складываться в полную картину. Ладно, партнёр, пойду-ка я продолжу с расшифровкой Шарнагрин. – Лекс встал, разминая ноги.

– Ты можешь остаться.

– Ээээ… нет, думаю мне уже пора – по покрасневшим ушам и отведённому взгляду она поняла, что домой Лекс сегодня вряд ли попадёт, но ничего не стала говорить.

Партнёр помог собрать все документы и упрятать всё в сейф под замок, и лишь после этого покинул её дом.

5. Мамэн

– Партнёр, светлых тебе! Амалия дорогая, ты прекрасна, как всегда. – сегодня Лекс появился в дверях конторы только ближе к полудню, весь такой радостный, благоухающий и вообще любящий весь мир.

– И кто она? – улыбнулась Амалия, подперев подбородок ручкой с изящными красными ноготками, предвкушая новые сплетни из личной жизни Лекса.

– Чёрная ведьма Лари – за него ответила Жасмин, выдавая партнёра с потрохами.

– Чёрная ведьма? Босс, тебя чего на экстрим потянуло, они же… они же чёрные – встрепенулась Амалия.

– Неа, эта хорошая, света много, и добрая в придачу, да и красивая. – снова ответила Жасмин.

– Аааа, ну раз красивая, то ладно, но всё равно же, чёрные не женятся.

– Так в этом то её главный плюс – продолжила диалог девушка.

– Дамы, я вам не мешаю? – попытался встрять представитель мужского пола, которого как раз нахально обсуждали.

– Неа – ответили девушки в один голос и захихикали, видя расстроенную моську полуэльфа.

– Злые вы – грустно фыркнул Лекс и присев рядом, отломил кусочек от пышного хлеба, зажевал корочку, смотря куда-то через окно.

Манёвр ясен и стар как мир, в эту игру они играли с самого начала их дружбы.

– Неужели она не приняла тебя вчера? – вздыхая, спросила Жасмин.

– Приняла – также грустно ответил Лекс.

– Не дала? – в лоб спросила Амалия, не желающая играть.

– Дал… Что!?? – грусть тоска пропала, и перед ними красный как рак после варки Лекс, с открывающимся и закрывающимся в возмущении ртом, разве что пар из ушей не валил.

– Ха-ха-ха – не выдержали девушки.

– Да чтоб вас – махнул он рукой – всё равно не женюсь. – заявил Лекс одновременно со звонком колокольчика.

– Ах… скажи мне, что я ослышалась – от двери раздался голос, который меньше всего на свете они ожидали услышать. – Арина, скажи, что я не слышала того, что только что слышала – продолжала причитать женщина, держась за сердце и смотря не на свою младшую дочь, а на Лекса.

– Нет, мамэн, это было именно то, что ты слышала – с ехидной улыбкой ответила девушка.

– Да как же так? И это в 27 лет не женат, без крова и детей, и даже не думает. Да на кого мы род оставим, да что родственники то скажут, а соседи? О моя Берегиня, и за что мне всё это на старости то лет? Девять месяцев под сердцем носила, а он большой, ох как пинался. Потом растила, пелёнки меняла, а он то писался постоянно, все стены метил, ранки лечила, он то активный был, куда только не лазил, спать укладывала, а он? Неблагодарный.

– Да, мамэн, неблагодарный – поддакнула сестрёнка, смотря на братца, и как в детстве зловеще улыбаясь.

– Мамэн! – наконец вмешался Лекс в этот театр одного актёра и суфлёра.

– Что мамэн? Я к тебе в гости, а ты такое вытворяешь. Да как я после этого то жить то буду – мадам Иргуда обошла сына, и плюхнувшись на стул для посетителей, держась за сердце, обратилась к Амалии – Деточка, дорогая, у вас не найдётся капель для сердца, а оно слабое у меня, может и не выдержать такого потрясения.

– Мамэн – уже жалобно взмолил Лекс, но мадам Иргуда в своей манере просто проигнорировала сына. В упрямстве эта гномиха переиграет и мула.

– Да мадам Игруда, и с приездом вас, давно не видели – бодро ответила Амалия, скрывшись в каморке.

– И столько бы ещё не видели. – пробормотал Лекс.

– Ты мне поговори ещё, поговори – мадам Иргуда всегда отличалась отменным слухом, даром что гномиха – вот отцу расскажу, что его единственный сын хочет род наследников лишить, вот и поговорим мы.

– Да я, да я… да она вообще чёрная ведьма! – всплеснул руками Лекс, выдавая свой последний аргумент.

– Да хоть и ведьма, зато живородящая. А ты…? Как тебе не стыдно. Морочишь девушке голову, а она надеется, ждёт, а ты… Бесстыдник. Кого я только воспитала?! Это всё этот безбожный город, полный порока и распутства. Это тут ты набрался этих всех бредней про «не женюсь», «свобода выбора», «свобода воли», «свободные отношения». Тьфу, одна грязь и ничего больше.

– Вот, мадам Иргуда – Амалия протянула мадам поднос с булочками, чаем и рюмочкой настойки из высокогорных трав, которые всегда присутствовали в конторе для вот таких случаев, вместо капель для сердца, она всё равно их никогда не пила.

– Спасибо, дорогая. – мадам тут же потянулась к рюмочке, понюхала, одобрительно покивала и опрокинула всё разом в рот, следом потянувшись за чаем. – Вот посмотри на Амалию, к чему приводит это ваше городское распутство. Сейчас бедный Питерс растёт один без отца. Прости, дорогая. – тут же обратилась она к оборотнессе, но сейчас Амалия уже не реагировала на выпады мадам Иргуды, это раньше её небрежные слова задевали, а сейчас уже всё, привыкли, да и шоу интересное. – А какой пример ты даёшь красавице Жасмин? Ты же старший, ты должен быть примером, защитником, а ты? Гуляешь направо и налево, и чему невинная девочка может у тебя научиться? – на этот раз она хоть не пытается свести их вместе, хотя поползновения были, но после долгих бесед и выдержки нескольких истерик им всё же удалось убедить мадам в том, что они всего лишь друзья.

– Лари чёрная ведьма, они вообще не женятся – попробовал встрять в непрекращающуюся тираду Лекс.

– Ну и что, что чёрная, раз она женщина, значит свадьбе быть, все женщины хотят замуж, не то, что ты.

– Да, замуж я уж точно не хочу. – зло ответил Лекс.

– Не паясничай перед матерью, у меня и так сердце.

– Мадам Игруда, почему бы Вам не отдохнуть с дороги? – наконец во весь этот балаган встряла Жасмин, спасая партнёра от немедленного затаскивания под связывающие узы.

– Ой, спасибо, милочка. Ты на самом деле права, нужно отдохнуть и привести себя в порядок. – ласково и учтиво ответила мадам Иргуда, почему-то с Жасмин она всегда общалась с превеликим пиететом.

– Подскажите, Вы уже где-то остановились или я могу предложить Вам свою скромную обитель? – предложила девушка.

– Ой, ой, спасибо дорогая, не стоит утруждать себя, мы остановились у моей старой подруги мадам Дажир. Ты не поверишь, её дочь Шири скоро замуж выходит за достопочтенного степняка мастера Германа. Она то и попросила меня помочь с организацией, свадьба по старым традициям горных гномов, ты же знаешь, что я в них хорошо разбираюсь, все старшие по ним выходили. Да мне и Арине веселее будет.

Услышав знакомые имена, партнёры тут же переглянулись.

– А через сколько-то свадьба? – осторожно спросила Жасмин.

– Так через две недели-то. Дажира уже многое сама приготовила, мы несколько месяцев как активно переписываемся, она мне всё подробно описывает, я контролирую и поправляю. Сейчас же остались последние приготовления – ответила мадам Иргуда с явной гордостью.

– Всего две недели? – в полном шоке спросил Лекс, буквально падая на стул. – Бедный мастер Герман.

– Не заикайся тут мне, мастер Герман уже второй раз женится, вот что значит настоящий мужчина, о роде думает.

– Ага, род, да там… – грустно усмехнулся Лекс махнув рукой.

– А ты…

– Мадам Игруда – вмешалась Жасмин – позвольте предложить Вам нашего извозчика, он быстро довезёт вас до места.

– Спасибо дорогая, твоя щедрость не знает границ. – ответила мадам и чинно встав, держа спину прямо, не хуже дворцовых леди, проплыла к выходу. – А ты, сын мой… мы ещё поговорим с тобой насчёт продолжения рода и матримониальных планах.

– Хорошо, мамэн. – покорно кивнул Лекс – позволь, я провожу тебя.

– Неа, я ещё с братцем не поздоровалась – встряла Арина – мамэн, я сейчас тебя догоню.

– Хорошего дня, господа – попрощалась мадам, покидая их контору и оставляя дочь позади.

– Что? – грубо спросил Лекс, складывая руки на груди.

– Сразу к делу? – улыбаясь ответила сестра.

– Я тебя не первый день знаю, тебе бы свой бизнес строить, а не хозяйства вести. Так что за деловое предложение у тебя ко мне, о котором не должна знать мамэн?

– Вот таким ты мне нравишься. И насчёт своего дела ты прав. Не хочу по хозяйству, хочу в дело.

– Ээээ… а я тут причём? Тебе начальный капитал нужен?

– Да причём тут капитал, у меня и у самой есть – фыркнула девушка, удивив брата такой новостью – мне замуж нужно, да за городского. Не хочу в нашем Нумаре жить, городок маленький, все про всех всё знают, и не дай Берегиня не по правилам жить, так загрызут. Одну отец не отпустит, ты же его знаешь, это он тебя – мужчину, учиться отпустил, а меня найдёт, отстегает хворостиной и домой за косы приведёт. Так что мне нужен муж, обязательно из Гласграда, и чтобы не глупый и послушный, ну если будет красивый, то плюс, а если нет, то и так сойдёт. Главное, чтобы дал мне волю своё дело вести, или с ним в партнёрстве, ещё лучше, если мастером будет.

– А у тебя губа не дура, хорошо, что не потребовала, чтобы любил до гроба.

– Да причём тут любовь, мне партнёр по делу нужен, а не любовь морковь. Любовь она штука такая, со временем слюбится, если человек толковый. А все эти сопли с принцами и крылатыми конями оставь Лили, это она у нас любительница романтических историй.

– Ты хоть понимаешь, что твоя просьба, мягко говоря, невозможна? Где я тебе мужа то найду?

– Ну у тебя есть выбор, либо замуж выхожу Я и перебираюсь в Гласград, либо ты. Ты знаешь мамэн, она хоть и добрая, и терпеливая, но я слышала их разговор с отцом перед отъездом, он тоже считает, что его сын уже засиделся в девках.

– В женихах – поправил её Лекс.

– Всё равно. – отмахнулась юная деловая женщина – Так что в скором времени жди требований о наследнике рода.

– А ты…?

– А я смогу их отговорить и дать тебе ещё несколько лет свободы. Но при вышеупомянутых условиях.

– Знаешь, ещё никто…

– Раз никто, то я буду первой, мне это даже льстит – не растерялась Арина, улыбаясь и протягивая руку для заключения договора.

– Хорошо, по рукам, я постараюсь сделать всё что в моих силах, ты же держишь амбразуру и не даёшь матери вмешиваться в мою жизнь.

– Договорились. У тебя четырнадцать дней.

– ЧТО?! Да где я тебе мужа за четырнадцать дней найду то?

– А потом мы уезжаем обратно, и есть риск что меня выдадут замуж за Рима Шагрила, а он рыбак. Я не хочу всю жизнь чистить рыбу и ждать мужа из штормового моря. Так что у тебя две недели. – с этими словами Арина развернулась и покинула контору.

– Вот ты попал Босс, родственники – это тебе не шутки – сочувственно протянула Амалия.

– Попал не только он, если за четырнадцать дней мы не найдём ведьму Жиглу, и не заставим её снять проклятие с мастера Германа, свадьбы не будет и разрушится одна очень хорошая пара.

– Кажется, нам пора ускориться, партнёр, и как можно быстрее. – заключил Лекс, всё ещё в полном шоке смотря на дверь.

6. Отъезд

Утром этот день обещал быть совершенно обычным. Сегодня она планировала пересмотреть открытые дела, и вечером снова устроить мозговой штурм с коллегами по тем ниточкам что у них есть, а вечером они должны были обсудить с Лексом её успехи в изучении найденных артефактов. Кто же знал, что так слаженно начатый день преподнесёт несколько очень необычных сюрпризов и поворотов судьбы.

Во-первых, никого не оставил равнодушным приезд мадам Иргуды и требования младшенькой Арины. Приезд мамэн Лекса всегда был значимым событием для их конторы, так как данная госпожа имела привычку залезать даже в самое узкое горлышко бутылки и проконтролировать правильность любого дела. Они не обманывали себя ложной надеждой на то, что свадьба мастера ювелира Германа займёт всё её время. Мадам Иргуда была дамой особой и Жасмин ничуть не сомневалась, при желании они легко могла бы завоевать несколько империй, между делом готовя свой знаменитый штрудель с грибами.

Во-вторых, требования Арины также взволновало коллег. Они не первый раз видят данную предприимчивую особу, которая в десятки раз шустрее старшего брата. Унаследовав муловое упрямство от матери в купе с её энергией, и эльфийскую красоту от отца в совокупности с его деловой хваткой, Арина была самой шустрой из всех детей четы Нитальм. Партнёру нужно было помочь, только никто не знал как. Шарг, правда, уже предложил несколько вариантов из своих родственников или бывших коллег из имперской стражи, но Лекс пока отмёл все кандидатуры. Несмотря на скверный характер, Арина как никак была его сестрой. И абы за кого он не собирался её выдавать.

Третьем же необычным происшествием за сегодня стал неожиданный визит оборотня Ника. Кто бы мог подумать, что оборотень, с которым они спаслись из лап некромантов, придёт наниматься на работу. На этот раз она оставила решение за Лексом, полностью доверившись его выбору. Судя по приключениям в поместье Де’Дрангар, Ник ей запомнился как надёжный, умеющий принимать быстрые решения, и лидер, способный брать на себя ответственность, но она мало что знала о его дедуктивных способностях. Хотя Ник и пришёл попытать удачу в качестве охранника, попал он на экзамен по логике и дедукции. И парень на удивление отвечал очень слаженно и умело. За этой горой мускулов определённо был тот ещё потенциал. Берегиня определённо откликается на нужды своих последователей и у Шарга с Ургасом появится необходимый помощник. Решение о найме оборотня было принято сразу, и буквально через час Лекс подписал с ним договор. И оставив нового коллегу на попечении второго начальника, то есть её, шустрый полуэльф скрылся из конторы.

Но не успела Жасмин всё объяснить и рассказать новому сотруднику, как Лекс появился с улыбкой до своих длинных ушей и с двумя билетами в руке.

– Вот – Лекс помахал двумя билетами у неё перед носом.

– Что это? – спросила Жасмин, отрываясь от записей, посвящённых ведьме Жигле, той части, которую они держали в конторе и по которой нельзя было связать её с орденом.

– Билеты в Ригай.

– Куда? – не поняла девушка.

– Лирим, деревня, откуда родом Жигла.

Жасмин вопросительно уставилась на партнёра.

– Ригай – это самая близкая станция аэронавта, оттуда до Лирима не больше полудня пути.

– Но зачем нам туда? Думаешь, у неё могла проснуться ностальгия по родным краям?

– Хотелось бы мне. Но… предлагаю начать поиск там, откуда всё началось. Помнишь, что рассказывала Лари, именно там она познакомилась с каким-то мужчиной, который увёз её на восток за Ганские степи, откуда она вернулась одна и чёрной. Предлагаю узнать, кем был её первый муж, и что ему так не сиделось на юге.

– Хорошо бы ещё и на востоке побывать, понять, что же такое произошло и от чего она стала чёрной. – добавила Жасмин.

– Согласен, думаю, всё там и случилось, и это как-то связано с Орденом.

– С орденом? – шёпотом спросила девушка, озираясь по сторонам. – Орден возродился сейчас, а из Проклятых земель она вернулась десять лет тому назад. Мастер Герман рассказывал, что она была близка со своей сестрой Лили, да и проклятиями начала кидаться лишь после её смерти. И кстати о проклятии. Помнишь магистра Дурана?

– Того чокнутого с кафедры экспериментальной магии?

– Да, да, именно его. Помнишь у него была формула по вскрытию проклятий семнадцатого уровня.

– Жасмин, это самоубийство. Магистр Дуран не просто чудик, он чокнутый, совершенно сумасшедший, лишённый чувства меры, осторожности и хоть какого-то страха.

– Знаю, но он гений. Я не знаю никого лучше него, кто мог бы взяться за это проклятье. У нас всего лишь четырнадцать дней, мы и так полностью запустили этот вопрос, это уже не просто обычное дело Лекс, это наша репутация, это судьба семьи и… ну ты сам говорил про мужскую солидарность и всё такое. Так что я уже послала Киану к Ургасу с подробными инструкциями куда и зачем идти.

– Киану не вернулся ещё от парня?

– Нет, но думаю с ним всё хорошо. Вчера, когда я его видела в последний раз, он был вымотан, уставшим, но в хорошем настроении.

Вчера вечером в их контору нагрянул знаменитый некромант Аргазар и потребовал от Ургаса подробного отчёта по всему, что он видел в поместье Де’Дрангар. Бедный парень битых четыре часа отвечал на нудные вопросы, даже грозился вызвать начальника СБИ.

– Этот их сумасшедший некромант Аргазар, тот ещё чудик. Он бы продержал парня до самого утра, не вмешайся я, да что там до утра, будь на то его воля, он бы силой вытащил все воспоминания из головы Ургаса. Хвала Берегине, ментальной магии владеют только космолиты, а лорд Сатар был занят другим.

При упоминании лорда Жасмин почему-то покраснела, в голове тут же всплыла их последняя встреча несколько дней тому назад. Она вспомнила его объятья, его сильные руки, запах, чувство защищённости, и нежный поцелуй в макушку. Да, этот мужчина определённо будоражил в ней скрытые эмоции и чувства. Но так или иначе на поверхности был страх от того, что он узнает её тайну, раскроет секрет так тщательно оберегаемый вот уже восемь лет. Хотя, по правде говоря, кроме скандала, больше ничем серьёзным ей это не грозило, страшнее, если о ней узнает кронпринц или лорды первых домов, вот тогда её свободе придёт конец.

Лекс смерил её любопытным взглядом, изучая меняющиеся эмоции на её лице.

– Даже не спрашивай. – остановила она любые вопросы, которые могли бы быть заданы.

Партнёр поднял руки в жесте капитуляции, но в глазах играли смешинки.

Приказы все были отданы и получены подтверждения, с Амалией обо всём договорились, в их отсутствие именно она оставалась за главную. Даже Ургаса удалось увидеть на прощание, тот как раз возвращался из Академии с неутешительными новостями, магистр Дуран вот уже пять дней как был в отъезде, и никто не знал, когда тот вернётся. Решив, что ещё подумает, как помочь бедному степняку, партнёры раздали всем ценные указания и задачи и направились к Жасмин в коттедж. Ей нужно было собраться для поездки.

– Что там с Артефактами? – спросил Лекс, как только они перешагнули порог её дома.

Было видно, что ему не терпелось узнать как можно больше. Жасмин вздохнула, порадовать партнёра было, откровенно говоря, мало чем.

– Фактов мало. Всё на самом деле хуже, чем я ожидала. Я перерыла все книги по артефакторике, которые только нашла, но лишь одно плетение более или менее похоже на те, что наложены на все три кулона. Оно называется «Разделение». Применяется для того, чтобы расщепить целое, для того чтобы потом можно было соединить части и вновь получить полностью восстановленное целое. Это самое сильное плетение. Все три кулона это части одного целого, пазухи полностью совпадают, я даже пробовала соединить их, но ничего. Для того чтобы «склеить» разделённое, нужен ключ.

– Подожди, подожди, ты пробовала соединить артефакт? При помощи магии?

– Ну да.

– Ты с ели упала?! – возмутился партнёр – ты хоть понимаешь, как это опасно! Даже я помню первое правило в обращении с неизвестными артефактами, особенно с древними артефактами: никогда не применять магию по направлению к…

– По направлению к неописанному артефакту без специальной защиты и в специально экранированной комнате – заученно продолжила девушка. – Но ничего же не произошло, и я осторожно. – отрезала она, не принимая дальнейших возражений, знал бы Лекс, что она не только пробовала соединить артефакты, но провела ни один час в попытке разгадать их плетение, тестируя на них разные заклинания, то скорее всего надрал бы ей уши, как нянечка в детстве.

– Ладно – выдохнул парень, отгоняя возмущение и приводя себя в норму – Что за ключ? Специальное заклинание?

– Нет и да, ключ может быть чем угодно, это может быть словом – заклинанием, или предметом. К примеру, нужно собрать все три части воедино и положить в предмет ключ, который и активирует магию.

– А можно ли узнать, чем является ключ?

– В теории?

– Хотя бы в теории.

– Я не смогу – Жасмин покачала головой. – Если отнести все три части толковому артефактору, он может определить сущность ключа, но даже самый великий не сможет сказать, чем именно является ключ.

– Дохлый жмурик, это глухой тупик.

– Ага. Отвезти их артефактору мы не можем. Мы понятия не имеем, кто работает на Орден.

– Может, ответ в послании на Шагнагринском?

– Я очень надеюсь на это. С переводом туго?

Лекс покачал головой. Они оба одновременно вздохнули. Им нужен был артефактор и переводчик, и ни того ни второго они не могли себе позволить, страшась выдать обладание предметами, переданными Закари.

– Оружие, украденное из императорской сокровищницы – проговорил Лекс, вздыхая. – Что это вообще могло быть?

– Единственное, что может остановить Орден. И я до сих пор не могу понять, как какой-то артефакт может остановить Орден Праведности? Это же не просто какой-то монстр, которого достаточно убить. Это же целая организация из десятков, если не сотен людей – Жасмин проделала охранное знамение, одна мысль о сотнях подручных Ордена вселял страх.

– Ладно, пора собираться. У нас вылет через два часа. – вздохнул партнёр, покидая её коттедж.

***

Собрав скудные пожитки на несколько дней отсутствия и сложив саквояж в экипаж Киану, в котором уже сидел готовый к отбытию Лекс, они направилась на аэровокзал, где их ждал аэронавт, который привезёт их в городок Ригар, а оттуда ещё несколько часов в экипаже до деревни Лирим. К месту назначения они прибудут уже в ночи.

На вокзале было людно, в принципе, как и всегда, в любое время суток. Давненько она не покидала город, кажется в последний раз она летала два года тому назад в городок Ордан, по делу о краже завещания у гнома Грута. Да, именно тогда Жасмин в последний раз посещала аэровокзал. За два года ничего не изменилось, всё то же столпотворение народа. Пассажиры разных рас и социальных сословий куда-то спешили, катили тележки с чемоданами и сундуками, или чинно несли свои саквояжи, если путешествовали налегке. Кто-то уезжал, кто-то прибывал, кто-то целенаправленно стремился к выходу или к перрону, кто-то большими глазами озирался по сторонам, выдавая, что он новоприбывший в Гласград. Примечательным было и само здание аэровокзала, так же, как и основные строения города, оно было сотворено из стекла и металла. Огромный купол в форме раскрытого к низу цветка венчала хрустальная статуя Берегини, окружённая своими вестниками, белокрылыми голубями. А прямо из центра купола словно цветочные усики спускались несколько десятков дорожек перрона из разноцветного стекла, точь-в-точь повторяющие радужное сияние магии космолитов. Создавалось ощущение, что ходишь по самой радуге, так красиво это всё сверкало в лучах солнца.

Жасмин посмотрела вверх, туда, под облака, где за стеклянным куполом парили пришвартованные аэронавты. Летающие корабли, ещё одно невероятное чудо, подаренное драконами. С первого взгляда аэронавты очень сильно походили на обычные морские корабли, полностью закрытые полупрозрачным куполом. Только вот вместо парусов при взлёте магия приводит в движение радужные крылья из тончайшего материала, сплавленного с лавгарским стеклом. Сейчас четыре аэронавта мирно зависли в воздухе, ожидая своих пассажиров, один приближался на посадку и Жасмин могла разглядеть полёт магических крыльев в полной своей красе. Она в жизни не видела ничего более величественного, чем полёт аэронавтов.

– У нас пятый перрон, вылет через пятнадцать минут. – поторопил её Лекс.

Поднявшись по одной из винтовых самодвижущихся лестниц, они вышли на круглую площадку, откуда начинались пероны. Люди стройными ручейками распределялись каждый к своему, также и Лекс с Жасмин встали в очередь к пятому перрону, подготовив билеты для проверки.

– И куда это вы собрались, господа?

Оба детектива вздрогнули от голоса лорда Сатара, прозвучавшего за их спинами. Обернувшись, они встретили блистательного аристократа, с возмущением смотрящего на партнёров.

– Расследуем дело – ответила Жасмин.

– Какое такое дело?

– Ваша милость, лорд Де’Рамур, мы не можем давать вам отчёт о каждом своём передвижении. А в рамках подписанных документов с нашим клиентом, мы не имеем права разглашать детали дела сторонним лицам. Простите, но мы связаны обязательствами.

– А если взять меня в команду?

– ЧТО?! – одновременно воскликнули партнёры.

– Так что, найдётся местечко в команде? – подмигнул им лорд.

Оба детектива ошарашено смотрели на аристократа, открывая и закрывая рот.

– Лорд Сатар, Вы… Зачем это Вам? – напрямую спросила девушка, взяв себя в руки.

– Да так, Барос куда-то пропал, мои ребята его везде ищут, а мне скучно, так почему бы не развлечься и не помочь двум героям?

– Мы не герои. И… Зачем это Вам? – повторила она вопрос уже с нажимом.

Сатар заговорил не сразу, смотря ей в глаза, словно силясь найти там ответ на этот сложный вопрос.

– По многим причинам – вздохнул он, сдаваясь – но одна из них – это то, что каким-то непостижимым образом вам везёт. Везёт настолько, что я начинаю верить в провидение, руку богини и всякую чушь, о которой говорят жрецы. Всего лишь идя по вашему следу, я смог распутать больше, чем все мои спецы за полгода. А вы… Я даже не знаю, понимаете ли вы, во что ввязались и за кем охотитесь?

– Не понимаю о чём это Вы? – холодно спросил Лекс.

– Ведьма Жигла, понимаете ли вы, за чем она вообще стоит? И кто она такая?

– А вы знаете, кто она такая?

– Ну… – Сатар хищно улыбнулся – предлагаю мах на мах, вы рассказываете мне что знаете вы, я рассказываю, что знаю я?

– Как Вы только что сказали. Нам везёт. Думаю, мы сможем прожить и без Вашей информации – фыркнул Лекс – так или иначе мы не можем рассказать…

– Да, да, сторонним лицам, магический договор и так далее и тому подобное. Выход? Взять меня в команду. – он расправил руки, словно предлагая себя, как лот на аукционе. – В противном случае я сейчас же арестую вас как государственных преступников и брошу в Гельштальм.

– За что? – возмутились оба партнёра.

– Я найду за что. Да мне даже причины не нужны. – угроза в его голосе была нешуточной, на этот раз Сатар не предупреждал, он угрожал прямым текстом.

– Хорошо – сдался Лекс, и Жасмин поняла, что Гельштальма им всё равно не избежать. Расскажи они всё, что знают, лучшее, что сможет сделать Сатар, это просто избавиться от невыгодных свидетелей, ведь никто не хочет, чтобы о заговоре было известно посторонним

– Но мы делаем всё по-нашему, и… и Вы рассказываете нам всё, что знаете о ведьме Жигле и о смертях среди аристократов.

– Вам не кажется, что у вас нет прав диктовать мне условия?

– Это Вам нужна наша помощь, не нам Ваша. А спрятав нас за решётку, вы лишитесь козыря – с вызовом ответила Жасмин.

– Это какого?

– Людей на стороне, не связанных обязательствами перед аппаратом власти. Ведь именно за этим мы Вам и нужны. После того, что мы повернули в поместье Де’Дрангар и после тех, кого мы спасли, Вы поняли, как выгодно иметь агентов на стороне – да, она разыгрывала рискованную партию, и если даже Сатар никогда не думал о них как об агентах, то по крайней мере, сейчас она вложила ему эту идею в голову, обезопасив себя.

– По рукам, вы диктуете правила. – согласился он после недолгой паузы.

– А вы не вмешиваетесь. – уточнил Лекс.

– Может, тебе и портки погладить? – ехидно заметил лорд.

– Не нужно, они у меня в полном порядке – ничуть не испугался Лекс.

– Вы оба… особенно ты… – Сатар указал на Лекса – наглые и самоуверенные, но… – он тяжело вздохнул – Хорошо, по рукам. – и Сатар протянул сияющую от магии руку, Лекс пожал её, скрепляя договор магической печатью.

Всё, с этого момента Сатар был частью их команды, и не мог ни арестовать их, ни воспользоваться своей властью, ни даже убить. По крайне мере, так должно было быть, если бы не одно «НО». Сатар был Мечом и Щитом императора, а это значит, что он может с лёгкостью разорвать договор. Но Жасмин почему-то выбрала сторону доверия, она давным-давно не доверяла незнакомцам, но в этот раз снова решила послушаться интуицию и поверить последнему представителю рода Де’Рамур.

7. Обилиск

– Мог бы и перенести нас сюда – возмутился Лекс, сходя с перрона в Ригаре.

– Ты же сказал: делаем всё по вашим правилам. Я не смел ослушаться. В принципе – это был даже очень приятный полёт, я и забыл, когда в последний раз рассекал облака на аэронавте. – беззаботно ответил Сатар.

– Мог бы и к себе в первый класс пригласить, и нам бы не пришлось трястись в общем салоне – пробурчал Лекс под нос, но Сатар всё равно расслышал его бубнёж.

– А вот это уже мои личные блага и в наш договор не входят.

– Посмотрим, как ты в почтовом экипаже три часа по бездорожью выдержишь. – продолжил своё бурчание Лекс, на этот раз же Сатар ничего не ответил.

Покинув маленький провинциальный аэровокзал, они сразу же направились в отделение имперской почты чтобы найти ближайший дилижанс до Лирима. Но на этот раз удача отвернулась от них, из-за проливных дождей, шедших всю прошлую неделю, дороги разнесло и дилижанса до Лирима не будет ещё несколько дней.

– И что делать? – вздохнул Лекс, озираясь по сторонам, видимо, ожидая увидеть ответ на свой вопрос где-то в воздухе.

– Решать проблему – ответил Сатар появившийся из-за спины. – Считайте, что это мой вклад в наше плодотворное сотрудничество – он вёл за поводья трёх вороных лошадей.

– Где ты их достал?

– Арендовал у местного хозяина гостиницы, из-за дождя сейчас это самое выгодное дело тут.

Лекс ничего не ответил. Легче было бы, если бы Сатар перенёс их, но появляться в самой глуши через портал не самая лучшая идея. А вот трое всадников, прибывших по делу, если и вызывают недоверие, то его гораздо легче разбить о необычайное обаяние полу-эльфа.

Проскакав весь день по дорогам, которые больше напоминали небольшие болота, в деревню они въехали, как и планировали, на закате. Жасмин ожидала чего-то совсем другого, она, конечно, видела мало деревень в своей жизни, но такое видела впервые. Аккуратные, словно с открыток, домики из белого известняка с жёлтыми ставнями и выкрашенными в розовый крышами. Чисто выметенные улочки, выложенные из жёлтого песчаника, зелёные заборчики, пышные клумбы с яркими цветами. Казалось, даже животные тут какие-то уж слишком аккуратные и интеллигентные. Жасмин долго сравнивала болото и размытые дороги за чертой деревни и чистоту в самом поселении, разница была колоссальной. А центральная площадь по чистоте и убранству могла поспорить даже с центральной площадью Гласграда. Классически круглая, она была окружена семью двух- и трёхэтажными строениями, а в самом её центре возвышался белокаменный обелиск.

– Посмотри-ка – Лекс указал на надписи, вырезанные в белом мраморе.

– Удивительно – иероглифы точь-в-точь походили на письмена клана Шарнагрин.

– Древнее наследие Хантрами, даже не знал, что земли могучего клана простирались так далеко от нынешних Ганских степей. – заметил Сатар, так же разглядывая обелиск, как и партнёры.

Друзья переглянулись. Хантрами когда-то охотились и уничтожили клан Шарнагрин, владеющий секретом бессмертия через возрождения. Интересным было то, что записка с предполагаемым ритуалом, переданная Закари перед смертью, также была написана вот такими непонятными иероглифами.

– Интересно, что тут написано? – проявила любопытство девушка, наблюдая за Сатаром.

Лорд пожал плечами и продекламировал:

– «Смерть во имя жизни, мы сыны Света, уничтожившие Хаос, мы дети солнца, восстановившие порядок над вечностью. Дети Света покоятся под соляными копями, погруженные в вечный мрак. Их жертва останется в памяти навечно. Дальше ввысь к свету» – последняя фраза повторяется, вплоть до девятиконечной звезды наверху обелиска.

– Не знал, что лорды владеют мёртвым языком, я как-то слышал, вроде бы в музее, что этот язык погиб вместе со всеми представителями клана Шарнагрин. – как бы невзначай заметил Лекс, посмотрев на Сатара по-новому.

– Письменность проклятого народа похожа на эту, но совсем другая, а с письменностью Хантрами я случайно познакомился во время военной кампании на степных орков. Там, за Жёлтыми холмами, все степи усыпаны вот такими обелисками и военными монументами. Хантрами были доблестными воинами, жаль, что от их древних небесных городов ничего не осталось. Сейчас по когда-то великим землям равнины Сефитар разбойничают дикие орки, те, что так и не подчинились воле императора.

– А почему покоятся под соляными копями? На востоке же нет океана. – заинтересовалась Жасмин.

– Мёртвые земли за Ганскими степями, или в народе более известные, как Проклятые земли, это бескрайняя соляная пустыня. Сотни километров, припорошённые белоснежными кристаллами смерти и над землёй, и под ней. Хантрами уничтожали своих врагов основательно, так чтобы те вовек не восстали.

– Но зачем такие меры? Это же уничтожение не только врагов, но и земель. Невероятное расточительство.

– Дроу – ответил Лекс – все Шарнагрин были дроу, а они, как ты знаешь, любители подземных замков и обителей. Соль самый верный способ не дать дроу скрыться в подземных катакомбах. Они их просто закупорили, как крыс в банке, а часть воинов осталась в ловушке вместе с врагом, чтобы уничтожить абсолютно всех.

– Жестоко – пробормотала Жасмин, по-новому взглянув на обелиск.

– Видишь этот символ? – Сатар указал на самый верх обелиска.

Восемь линий образовывали восьмиугольник, две перекрещённые волнистые линии, напоминающие змей, разделяли фигуру на четыре части. А в центре креста зияла чёрная точка, больше напоминающая дыру.

– Это Лагара, знак жизни и смерти, знак бесконечной жизни. Современники трактуют его как вечную память. И смотри сюда – Сатар указал на самый низ обелиска.

Тот же символ был перечёркнут одной толстой линией.

– Сагара, знак конца бесконечности. Память о Хантрами будет жить вечно, пока не кончится сама бесконечность.

– Это же нелогично. – фыркнул Лекс.

– Это метафора – в тон ему ответил Сатара – меня же удивляют ваши познания истории. Оказывается, вы интересуетесь прошлым империи. И почему именно эти народы выбрали? – с иронией заметил Сатар, и Жасмин вспомнила книги, на которые он обратил внимание в их первую встречу.

– Просто длительное и познавательное, во всех смыслах, свидание с ооочаровательной смотрительницей Имперского Музея – улыбка Лекса сверкала не только чувством собственной значимости, но и победой.

А Жасмин надолго запомнит сконфуженное выражение на лице Сатара. Лишь природная выдержка помогла ей не захихикать в этот момент.

– Нужно заселиться в гостиницу, не стоит задерживаться у этой каменюги и привлекать к себе лишнее внимание. – подтолкнул всех Лекс, вдоволь насладившись победой в споре с высоким лордом.

Мастер Бург, хозяин гостиницы, приятный полный гном с открытым добрым лицом, принял гостей с радушно открытыми объятиями и «помог, чем смог». Так красиво, радушно и с улыбкой ей ещё ни разу не отказывали. Короткая фраза «Мест нет» за время разговора прозвучала пятьдесят шесть раз, Жасмин специально считала. В начале в торг вступил Лекс, но все его выверты и соблазны хозяина упирались в непробиваемое «Мест нет». За этим в диспут вступил Сатар. Высокий лорд, непривычный к отказу, в начале просто не верил словам мастера Бурга, пытаясь убедить хозяина что в ЕГО гостинице места есть. Но также, как и Лекс, Сатар столкнулся с непроходимыми смысловыми дебрями словосочетания «Мест Нет!». Попытка надавить авторитетом также не принесла ничего путного, так как раскрывать инкогнито Сатара и объявлять о том, что в деревню прибыл не кто-то там, а сам Глава Службы Безопасности Империи было по меньшей мере глупо.

– Господин Нитальм? – все трое одновременно обернулись на радостный возглас у них за спиной – Господин Лекс, госпожа Жасмин, какая радость видеть вас в нашей скромной обители.

Насчёт радости Жасмин не была уверена. Кого-кого, а вот мастера Германа они уж точно не ожидали тут увидеть. Достопочтенный степняк же, казалось, весь состоит из одной сиятельной улыбки.

– Мастер Герман! А Вы тут какими судьбами? – Лекс с распахнутыми объятиями шагнул к клиенту.

– Так, этак… Ну знаете, господа детективы я.… – мастер смутился, начав оглядываться по сторонам.

– А почему бы нам не переговорить в укромном уголке и что-нибудь перекусить с дороги, дорогой друг? У Вас же найдётся местечко для старинных друзей, мастер Бург? – громко заявил Лекс обнимая мастера Германа за плечи.

– Да, да, конечно. Поесть, перекусить, и выпить это мы завсегда. Маруся, проводи гостей в отдельный кабинет. – гном засуетился, привлечённый возможностью заработка.

Пышная дородная гномиха, именуемая прозаичным именем Маруся, не только проводила клиентов в «укромный уголок», но и приняла заказ и даже принесла по кружке медовухи от заведения, за причинённые неудобства.

– Так что же вас привело сюда, достопочтенные детективы?

– Во-первых, лучше не распространяться о том, кто мы. Мы тут как бы инкогнито, проводим расследование, а в этом деле конспирация очень важна. – попросил Лекс.

– Ооо, понимаю – важно зашептал мастер, оглядываясь по сторонам. – Вы ведь мою свояченицу ищете?

– Да, да… Чёрные ведьмы умеют прятаться, мы за ней по всему Гласграду гоняемся. А Вы то тут какими судьбами? Неужто не доверяете конторе «Глаз»? – спросил Лекс с прищуром.

Мастер Герман зарделся, смутился, да и вообще, гордый степняк сейчас больше напоминал нашкодившего ребёнка. Сатар фыркнул, не скрывая своих эмоций, Лекс проигнорировал его молчаливый выпад.

– Так уж и быть. Мы Вас прощаем и даже берём в помощники на время нашего пребывания здесь. Скажите, Вы когда-нибудь вели конспиративный шпионаж?

– Конспи… Нет – дрожащим голосом ответил мастер Герман.

– Работали под прикрытием?

– Нет.

– Заседали в подпольях?

– Нет, Берегиня, убереги – степняк так активно мотал головой, что Жасмин думала, она у него вот-вот отвалится.

– Жаль, мастер Герман, жаль, в Вашем возрасте хорошо бы быть более политкорректным.

Мастер сник и расстроился, то ли от своей «политкорректности», то ли от того, что ничего толком не понял, но точно понял, что что-то не так.

– Нус, не беда – бодрым голосом отрапортовал Лекс, продолжая проводить агиткампанию – вы сойдёте и таким, что уж с вас взять тогда. Ну так что, согласны поработать над очень ВАЖНЫМ делом?

– Да, да, конечно, господин детектив – радостно закивал степняк, будучи готовый вступить в любые ряды, лишь бы его, убогого, тоже приобщили к общему ВАЖНОМУ делу.

– Начнём с первого правила нашего коллектива: называть нас по имени и никаких детективов, мы под глубокой конспирацией. Понятно?

– Да, да – новоприбывший в команду снова перешёл на заговорщицкий шёпот – значит Лекс и Жасмин, а… – мастер посмотрел на удивлённого Сатара – Вас, господин, как звать-то? Вы ведь помощник маэстро? Стажёр?

От такого Сатар поперхнулся, посмотрел на так называемого «Маэстро» недобрым взглядом, обещающим медленную и мучительную смерть. «Маэстро» давился от смеха, но опровергать домыслы мастера Германа не спешил.

– Зовите его Сата – объявил Лекс, и снова вернулся к озвучиванию плана. – Во-вторых мастер Герман, нам нужно жильё, хозяин гостиницы упёрся и всё твердит одно: «Мест нет», «Мест нет». Аж тошно.

– Но мест на самом деле нет. Из-за дождей в Лириме застряли десять путешественников, не выбраться.

– Так на лошадях до Ригара три часа езды, а там и аэронавты ходят. – удивился Сатар.

– Так кто же лошадку свою отдаст, и это вот сейчас сухо, вам повезло, а вот если ливень в дороге застанет, так всё, беда. Говорят, мантикоры тут в округе развелись, а они как вы знаете, водичку-то любят. Дня этак четыре тому назад, трое пустились было в путь, так внезапный ливень как хлынул стеной, призвав стаю мантикор, только один и вернулся обратно, остальные… да примет их Безымянный в свои объятия.

От таких новостей партнёры переглянулись. Мантикоры да так сильно на юге? Это, как минимум, странно, как максимум, невозможно. Мантикоры обитают преимущественно на севере, где дожди льют не переставая, переходя от ливней в снегопады и обратно, но уж никак на глубоком юго-востоке.

– А насчёт ночлега не беспокойтесь, я в большом доме старого друга остановился, он с удовольствием примет вас у себя.

– Тогда вопрос решен – объявил Лекс, наконец принявшись за уже остывшую свиную рульку с квашеной капустой, традиционное блюдо в этой части империи.

8. Тринадцать созвездий

Мастер Герман оказался ещё тем фантазёром. Нет, в пределе всё сказанное им было верно, только вот словно в какой-то гротескной пьесе. Старый друг мастера Германа, степняк господин Давий, оказался не то, что старым, а ветхим, точнее очень и очень старым, о таких говорят «песок сыпется». Глуховатый на одно ухо и подслеповатый старик может и был рад приютить троих путников, но где-то в душе, где-то очень глубоко, так глубоко, что на поверхности отражалась лишь кислая физиономия и недовольный прищур глаз. Большой дом тоже оказался всего лишь метафорой. Нет, дом конечно был большим по сравнению с малюсенькой летней кухонькой, построенной рядом, но по общим меркам дом был маленьким и состоял всего лишь из двух спален, столовой, и зимней кухни, которой кажется никогда не пользовались по причине отсутствия той самой зимы. А вот огород, расположенный на покатом склоне, был воистину большим и украшен высокими садовыми деревьями, на которых алели южные фрукты, ровными грядками овощей и стройными рядами кукурузы.

– Вот это да – присвистнул Лекс, разглядывая убранство огорода – Да вы мастер не меньше магистра.

Старик Давий зарделся, польщённый комплиментом, растаял, и уже с большей доброжелательностью пустил гостей в свой дом. Расположиться, правда, тут было откровенно негде. Но степняки народ находчивый, а ещё и почуяв прибыль, о которой намекнул Сатар, так вообще дело закипело вовсю. Жасмин как леди-даме, да и вообще женской натуре романтичной, выделили отдельную комнату. Сатара и Лекса поселили вместе как компаньонов, и вообще маэстро и стажёру нужно быть вместе, чтобы маэстро мог приглядывать за подопечным. А вот немолодые степняки расположились в столовой, в которой оказался широкий топчан с пуховой периной. От предложенного тёплого молока с баранками троица отказалась и отдав шёпотом мастеру Герману наказ раннего подъёма и экскурсии по родственникам его свояченицы, отбыли ко сну.

Стук в дверь застал Жасмин как раз в тот момент, когда она, завёрнутая в одно полотенце после быстрого освежающего душа, натягивала коротенькую нательную комбинацию, которая в этой поездке должна была служить ей вместо ночной сорочки, по причине забывчивости хозяйки. Дверь открылась ещё до того, как она успела откликнуться и запретить вход. После резкого разворота от испуга комбинация запуталась на голове, пришпилив её руки к затылку, а попытки высвободиться привели к катастрофическому падению головой вперёд на кровать и планомерному полёту полотенца куда-то в далёкие дали. Застыв с голой пятой точкой на всеобщее обозрение, Жасмин прислушалась к происходящему за спиной. Судя по сквозняку, дверь всё ещё была открыта, а шумное глубокое дыхание говорило о том, что на пороге кто-то есть. К её великому сожалению, она подозревала кто это мог быть и молила Берегиню об ошибке. Но Берегиня сегодня оказалась глуха к её просьбам. Незваный гость шумно втянул воздух и пробормотав что-то невразумительное до боли знакомым голосом, резко закрыл дверь. Правда Жасмин не знала, закрыл ли он её снаружи, или изнутри, поэтому проявив невероятную акробатическую ловкость, всё же выпуталась из предательской комбинации и посмотрела на пустую комнату. Тут же за дверью послышался голос Лекса:

– Ну чего ты тут застрял?

– Кх… эээ… она… ну она там переодевается, сказала позовёт, когда сможет. Ээээ… Ты это, лучше приходи к нам. Хорошо? – чуть запинаясь, обратился Сатар к ней.

– Да… я тут заканчиваю – тоже запинаясь ответила она, упав на кровать и в полной прострации уставившись в потолок.

Все чувства были какими-то замороженными. Вроде бы должно было быть стеснение, стыд, состояние конфуза и даже страх, но ничего этого не было. Жасмин просто не понимала, что чувствует. Но эмоции были там, где-то за гранью мыслей и казалось, что загляни она за эту призрачную ширму, и волна сметёт всё со своего пути. Этот казус внёс ещё больше смятения в и так непонятные ощущения девушки. И сколько не скрывайся, но от себя не убежишь.

О Берегиня, как же быть? Вроде бы уже взрослая и всё понимающая женщина, правда пока только номинально, а краснеет и смущается, словно она всё ещё то маленькое дитя, впервые осознавшее себя женщиной. В конечном итоге чего ей стыдиться, по всеобщим принятым меркам она считалась красивой женщиной и в пору женской экспансии так яростно захватившей Гласград в последние несколько лет не произошло ничего особенного. Подумаешь, ну увидел, ну что в этом такого? Но сколько себя не уговаривай и не приводи доводов в пользу свободы и отчуждения от радикальных патриархальных взглядов, всё же воспитание, вбитое покойной матерью, и подкреплённое мачехой, не пропьёшь. И в третий раз умывая пунцовые щёки под холодной водой, она пыталась успокоить бешено колотящееся сердце.

Но рефлексия не может продолжаться бесконечно и в конечном итоге ей пришлось кое-как успокоиться, взять себя в руки и переодевшись, направиться в комнату мужчин.

Во второй спальне царила тишина. Сатар стоял и смотрел куда-то через окно в тёмное небо, освещённое голубой луной, Лекс же сидел в узком кресле, читая какую-то потрёпанную книгу. Мужчины между собой не разговаривали.

– Что случилось? – девушка сразу же перешла на деловой тон.

Сатар резко развернулся, посмотрев прямо в глаза девушки. Жасмин не выдержала этого взгляда и отвернулась, ища поддержки у партнёра. Угадав её эмоции, Лекс нахмурился, отложил книгу и уступив ей место, встал так, чтобы заслонить девушку от Сатара.

– Рассказывайте всё, что знаете про ведьму Жиглу и в первую очередь откуда вообще вы о ней узнали? – Сатар не стал долго ходить вокруг да около и сразу приступил к делу.

В этом был весь лорд Де’Рамур, что бы не случилось, его всегда интересовало только дело, и лишь оно. Так что пока Лекс сознавался во всех смертных грехах, выкладывая практически всю информацию, которой они владели, Жасмин внимательно слушала и мотала на ус, подмечая те моменты, которые утаил партнёр и те острые углы, которые он аккуратно срезал.

– Значит, всё же Орден Праведности – вздохнул Сатар, внимательно их выслушав. – Забавно, конечно, вы о нём узнали, но после того, что я успел узнать о ваших методах расследования и умении пролезать в ушко иглы без смазки, то уже ничему не удивляюсь – хмыкнул лорд, садясь напротив и смерив обоих партнёров тяжёлым взглядом.

Лекс так и не рассказал ни о письмах Закари, ни об артефактах, и даже об участии молодого лорда Хармана умолчал. А о причастности Жиглы к Ордену они подслушали в доме подпольных игр. История, рассказанная Лексом, даже если и содержала пробелы, о которых знала Жасмин, она была рассказана столь виртуозно, что даже она с лёгкостью в неё поверила.

– Что вам известно о Тринадцати столпах силы и силе созвездий?

– Тринадцать столпов силы – заучено заговорила Жасмин – это тринадцать первых домов.

– А почему они столпы силы?

– Всё из-за обряда «Тринадцати звёзд», созданного императором Пранджаманом I для победы над Нурсаном Жестоким. Тринадцать верных соратников поделились своей силой и стали Столпами силы императора и всего императорского рода, впоследствии приобретя статус Первых домов. Именно это и хочет изменить Праведный Орден, разрушить тысячелетние связи и вернуть себе силу, повернуть вспять обряд тринадцати звёзд. – ответила Жасмин так, словно находилась на экзамене.

– Это то, о чём говорят народу, то что можно было объявить в массы, дабы прикрыть одну из самых великих афер всей империи. – улыбка Сатара была горькой.

– Ты про силу Созвездия? – шёпотом уточнила Жасмин.

– Откуда…? – Сатар вскинул голову, и прищурив глаза, посмотрел на неё, она опустила взор первой.

– Слышала в детстве. – еле слышным шёпотом созналась она.

– Опрометчивая информация, но… Так уж и быть для того, чтобы вы понимали, что на самом деле происходит, и кто такие на самом деле Праведные, вы должны знать всю правду.

Полторы тысячи лет тому назад – неспешно Сатар начал свою историю голосом истинного рассказчика – в пустыне Алгараш, там, где сейчас Кровавое море, упал небесный камень. И сила удара была столь велика, что земля разверзлась, выпуская наружу кровавые подземные воды, заполняя то, что когда-то было пустыней красной, словно кровь водой. Именно тогда из того камня и зародилась раса Космолитов. Сила небес, принесённая вместе с камнем, просочилась в людей, случайно оказавшихся поблизости и изменила их, наполняя не только магией, но и изменяя их тела, давая им сакральные знания о вселенной и мирах за границей нашего неба. Космолиты – это пришельцы из других миров, прибывшие сюда вместе с осколком небесного камня и ассимилировавшиеся среди рас, населяющих этот мир. Когда-то космолиты были тут чужаками, но сегодня мы полноценные жители и сосуществуем в мире и согласии, в мире, который с радостью называем нашим. Вы скорее всего сотни раз слышали эту историю, ни для кого не секрет, откуда мы появились. – оба друга синхронно кивнули заворожённо, слушая мягкий голос Сатара – Но задумывались ли вы, Что Такое космолиты на самом деле? – на этот раз лишь Лекс покачал головой – Симбиоз – коротко ответил Сатар – Симбиоз тела и магии. Магия, сила энергия, волны, потоки, неосязаемые нити силы созвездий, микрочастицы, невидимые обычным глазом, но столь же живые, как каждый из нас, и Тело, сущность, человек, эльф, оборотень, демон, вампир, даже гном или что-то другое. На самом деле раса никогда не важна, так как Сила меняет тела под себя, создавая космолита. Сила не может существовать без тела, тело же после изменений не может существовать без силы, это неразрывная связь, соединяющая две сущности воедино. Но к чему это я всё…? Суть ведь в том, что, как такового, ритуала Тринадцати звёзд как бы не было, и как бы он был – усмехнулся Сатар.

– Как это? – не удержалась Жасмин.

– А вот так – Сатар развёл руками – род Ал’Драканхар всегда был особенным, он изначально был сильнее остальных, да и магия у них передавалась по-другому. Она всегда была в единственном экземпляре, только один представитель рода Ал’Драканхар мог обладать полной мощью императора. Вы ведь знаете историю становления на престол Юлия Ал’Драканхара II, когда после смерти предыдущего императора, сила перешла не к старшему сыну, на что рассчитывали все, а к младшему из четырёх детей. Не человек выбирает силу, сила выбирает человека, таков закон императорского рода.

– Тогда что же на самом деле произошло на вершине Алгар в Бланкирских горах? – спросил Лекс.

– Создание мощного оружия, именуемого Копьём судьбы. На самом деле Пранджаман I собрал своих самых сильных соратников, тех, в чьей крови магия космолитов была особенно сильна и при помощи силы из осколков вулканического камня, создал Копьё судьбы и тринадцать печатей.

– Так… я не понял – вмешался Лекс – получается, тринадцать лордов не делились силой с Пранджаманом, а ритуал Тринадцати звёзд это всего лишь способ создания этого копья? Тогда что же такое Столпы силы и зачем печати?

– А вот тут мы и приближаемся к понятию Сила Созвездия. Вся магия Космолитов едина. Сила, или волны силы, словно единый океан сосуществуют в балансе. Это как тринадцатиконечная звезда, где на концах стоят главы тринадцати первых домов, в центре император, а всё остальное пространство заполнено остальными космолитами. Именно поэтому место космолитов никогда не будет пусто, умрёт один, сила перетечёт в другого, таким образом, сохраняя баланс.

– Тогда почему такой ажиотаж вокруг этих смертей? Чего на самом деле хочет Орден?

– Хаоса – коротко ответил лорд.

– Хао… Хаоса? Того самого хаотичного Хаоса? Того, кого светлая Берегиня заточила в тёмные чертоги вечности? Бога разрушения и тирании? – не поверил Лекс.

– Всё намного прозаичнее и легче, не приплетай сюда божественные сущности, и без них проблем хватает. – успокоил Сатар возбуждённого полуэльфа – Я говорю не о Боге Хаосе, не о какой-то там божественной сущности, я говорю о силе, и, как ты правильно заметил, о Тирании и Разрушении. Магия космолитов всегда стремится к балансу, к идеальному порядку не только внутри нас самих, но и в окружении. Именно поэтому империя процветает под покровом силы императора и его соратников. Мы неразлучно связаны с самой землёй и каждым жителем империи. Такова наша суть: созидание и порядок. Нурсан же был нашей полной противоположностью. Питаясь силой Хаоса, он сеял вокруг себя разруху и насилие, этим была пропитана земля его королевства, когда Пранджаман завоевал её и очистил от скверны. Орден Праведности стремится к разрушению порядка, к изменению самой сути нашей империи.

– Но зачем? Я не понимаю. Если такова суть космолитов, а в ордене также состоят космолиты, зачем им разрушать самих себя?

– Не разрушать, а менять. Назовите три основные причины всех преступлений?

– Власть, деньги, страсть. – заученно ответила Жасмин.

– Власть, страсть, сила – поправил её Сатар – Сила, дарующая Власть, в которой приходит доступная Страсть. Именно жажда Силы основа самых жестоких и зверских преступлений в мире. Ради силы некоторые готовы на всё. Вот и Орден готов рискнуть всем, лишь бы получить вдобавок к своей силе ещё и силу Хаоса.

– Но как её можно достигнуть? Ведь все культы Хаоса давным-давно уничтожены.

– Всё просто, для достижения Хаоса необходимо разрушить баланс порядка. За последние три месяца убиты более двадцати семи космолитов, многие пропали без вести, но я более чем уверен, что и их уже нет в живых. А такое колоссальное количество смертей это не только массовое преступление и скорбь родных, но ещё и дисбаланс. Прорехи просто не успевают затягиваться и заполняться. В идеальном Созвездии начинают появляться дыры, и чем больше они, тем сильнее их чувствуют остальные. Многие космолиты уже начали ощущать неладное. Это похоже на лёгкую тревогу, сосущее под ложечкой ощущение, не дающее покоя. Я тоже это чувствую, всё время. Император… А император связан больше всего со всеми нами, и он точно знает о приближающейся точке неизбежности, когда уже будет слишком поздно что-то исправить.

– И что тогда делать?

– Это нелогично. – одновременно заговорили Лекс и Жасмин.

– Поймать заговорщиков – ответил он на вопрос девушки.

– Нет – снова встрял Лекс – Всё равно не складывается. Что-то ты упускаешь. По твоим словам, легче было бы просто махом убить около сорока, пятидесяти космолитов? Сколько? Да и не цифра важна. Но они медлят. Ты говоришь о двадцати семи? Почему именно они? Почему не совершить налёт и в одну ночь не вырезать всех? Это было бы логично, а так, заговоры, интриги, подкупы, как во всём этом замешаны некроманты? И самое главное: причём тут печати власти? Слишком много прорех в вашей версии, лорд Глава службы безопасности империи. – заключил Лекс.

– Нет, всё именно так и… – встряла Жасмин – Нельзя убить всех, это приведёт к магическому коллапсу, сила просто разорвёт оставшихся, в том числе и их, а когда с проблемой будет покончено, просто найдёт себе новое вместилище, совершенно в случайном порядке. И в один день мы можем проснуться с умственно отсталым императором, именно поэтому они наносят удары аккуратно, выбирая жертву и рассчитывая нанесённый урон. – ответила Жасмин Лексу, но повернувшись к Сатару, уже без страха посмотрела на него – но и Лекс прав, как минимум непонятно, зачем тогда им печати, и для чего они вообще существуют, раз не было ритуала привязки?

– Печати власти – ключи к созданию копья Судьбы. Я понятия не имею, как – предвосхитил он вертевшийся на языке вопрос – способ изготовления давным-давно утерян, а род, который мог бы обладать секретом изготовления, был полностью уничтожен. Сегодня Печать власти, ни что иное, как символ власти внутри главы рода, ничего другого. Я думаю, эта ниточка пуста.

– А некроманты? – Жасмин продолжила настаивать на вопросах, на данный момент не став затевать спор о печатях, так как от догадки, возникшей в голове, вспотели ладони и сердце забилось чаще. – Если бы они были простыми исполнителями, ещё куда ни шло, но то, что я видела, это не обычный исполнитель, Барос обладал властью и силой, и он говорил о Хозяине, а не об Ордене. – продолжила она, сумев сохранить спокойствие в голосе.

– И Жигла тоже не вписывается – подтвердил Сатар – Да, в истории много прорех. И если бы я мог их заполнить самостоятельно, то меня не было бы тут, и я уж точно не тратил бы время на то, чтобы посвящать вас в тонкости магии Космолитов. То, что сейчас делает Орден Праведности, не похоже ни на одно его появление ранее, и мне эти странные дела совсем не нравятся.

– Мда… Дело дрянь, а вопросы всё множатся и множатся – заключил Лекс, обведя всех тревожным взглядом.

9. Работники

– Замуж тебе надо, вот как пить дать, в девках засиделась – заявил умудрённый жизнью мастер Арктур.

– Да куда же ей, девочке же ещё жить да жить, куда ей в эту кабалу так рано – парировала пожилая магиана Роми.

– А я согласен, что нечего девкам на свободе гулять, насмотрятся всякого в этих их городах, и потом свободы ищут. Эх, где же это видано, чтобы девки молодые в штанах ходили. Тьфу ты, срамота. – господин почтенный гном Типун, не стесняясь, плюнул себе под ноги.

– Это да, города развращают. Вон с нашей Лари тоже город приключился, какая милая чёрная ведьмочка была, и что с ней стало в том городе? Вся такая блаженная. Да чтоб этому городу пусто было – мадам Даруха, потомственная чёрная ведьма в н-нацатом поколении топнула ногой и послала сноп энергии куда-то на восток. Поправлять её и указывать, что Гласград в другой стороне Жасмин не стала.

– Ох, не слушай ты их девочка, и замуж иди. Хороший муж он завсегда хорошо, он и защитит, и напоит и накормит, и проблемы решит, и кров для тебя и дитятка сделает. Хороший мужик на дороге не валяется, его держать надо. – отмахнулся от всех суфлёров мастер Арктур, заведя свою песню о главном.

– Да где же этого хорошего мужика взять-то? Вокруг то одни полуэльфы, да гномы. – Жасмин развела руками, показывая полную беспомощность.

– Да вот, поди, твой этот маг – мастер кивнул на Сатара – поди, мужчина видный. Не красавец, конечно, но красота в мужчине оно не важное, тут главное, чтобы руки хорошие, да хозяйственный.

– Да откуда у этого городского щёголя руки, он, поди, топор первый раз в жизни видит, вон как махает. Ничего без своей магии не могут, тьфу ты – гном Типун снова сплюнул себе под ноги.

– Ей, ей, не наговаривай – всполошилась магиана Роми – как головушка бо-бо после вечера у Бари, так сразу «Роми помоги, спаси», а как работать, так сразу «Ничего без магии не могут».

– Ну ты тоже Роми, не заводись. Мужик, маг или ведьмак, всё равно топором орудовать должен уметь. А этот – ведьма Даруха кивнула на рубящего дрова Сатара, точнее, пробующего рубить дрова аристократа – А этот, так, неинтересный товар.

– Ну я бы поспорил. Молодость, ветреность она такая, я тоже, когда молод был, не о деле думал… Эх, о чём я только не думал тогда… но потом мастер Драх взял меня под своё крыло и научил уму разуму, показал жизнь и научил хозяйству. Остепенился, женился и даже вон какой дом своими вот этими руками построил. Так что хорошие руки воспитываются хорошими руками. Ты, деточка, оставь его у нас недельки на две-три, мы тут его быстро уму-разуму научим, вставим шарики в правильном направлении, как говорится. И вот недельки через три забирай и сразу под арку к Берегине к жрецам жениться. – настаивал на своём мастер Арктур, указывая на двухэтажный массивный дом из чистого дуба, украшенный искусной резьбой.

Жасмин посмотрела на трудящегося Сатара и Лекса, таскающего навоз из сарая, и тяжело вздохнула. Кто же знал утром, что их эпопея закончится вот так.

Всё началось достаточно прозаично и в рамках плана. Заручившись поддержкой мастера Германа, троица начала утро с расспросов о Жигле. Они хотели узнать всё,что только можно о прошлом этой ведьмы, чтобы понять, когда всё же она стала чёрной и по каким причинам. Сатар не мог понять их логики, постоянно комментировал, и возмущался их методам расследования. Но Лекс и Жасмин удачно игнорировали критика-суфлёра. К обеду они успели пройтись по всем родственникам Жиглы и собрать интересную информацию.

Первым и самым интересным фактом оказалось, что Жигла, старшая дочь четы Лумаш, родилась не в Лириме, а далеко отсюда, на заставе в Кардарских горах. Её родители сразу же после свадьбы отправились на север к дальним родичам и вернулись лишь спустя десять лет с семилетней девочкой. Вторым примечательным фактом было то, что девушка была отсталой. Несмотря на то, что ей было семь годков, когда чета Лумаш снова поселилась в Лириме, на вид девушке сложно было дать пять годков. Да и с возрастом она отставала от сверстников года этак на полтора – два.

Также необычным было то, что, она первая одарённая в роду, дар в ней проснулся внезапно после несчастного случая, случившегося в тринадцать лет. В том году была лютая зима, которая дошла и до этих южных мест. Дети, впервые увидевшие снег и лёд, бросились играть у озера. Но всё же это юг, тонкий лёд пошёл трещинами, и маленькая девочка провалилась в ледяную воду. Её спас приезжий парень, некромант лет семнадцати отроду. Прыгнул в воду за ней, достал уже не дышащее синее тело, и что он только не делал, но она так и не приходила в себя. Уже думали, что всё, потеряли ребёнка в чертогах Забытого, но чудо снизошло и девочка закашляла, отплёвывая воду. На второй день сила в ней и проснулась. Тогда-то ведьма Даруха и взяла девушку под своё крыло. Даром что ведьма чёрная, воспитала белую она превосходно.

В-четвёртых, важным фактором оказалось, что тот приезжий парень, а звали его Дарис, вернулся через десять лет. Роман между ним и Жиглой был стремителен и загорелся с первого взгляда, точнее уже второго. Уже возмужавший и оказавшийся аристократом, Дарис завоевал крепость с налёта. Буквально через три недели сыграли свадьбу, на которой гуляли три дня, а на четвёртый молодожёны ускакали на восток.

О путешествии в проклятые земли ныне покойные родители Жиглы узнали случайно. Караваны с товаром нередко заезжают в Лириму, да и сам Ригар не так уж и далеко, а кого только не привозят аэронавты, и кого только не встретишь на аэровокзале.

Следующее, о чём они уже знали, было возвращение Жиглы. Вернулась она лишь через пять лет на похороны родителей. Откуда Жигла узнала о смерти родителей и как прибыла на второй же день, никто понятия не имел, да и слухи ходили разные, один другого сюрреалистичнее. То говорили, что это она их убила, странно же, что оба умерли одновременно во сне, но следов магии или проклятий найдено не было. Говорили, что она овладела запретной магией и могла телепортироваться, как космолиты, но тогда зачем она прибыла на вокзал, а не переместилась сразу в деревню?

Вопросов было много, поэтому основная масса считала, что это просто случайность. Важным было то, что вернулась она седой, постаревшей лет на двадцать, без мужа, и чёрной ведьмой. Нелюдимая, злобная, посылающая проклятья по поводу и без, её сразу же стали бояться все, а она игнорировала народ, но не дай Берегиня случайно нарваться на её плохое настроение… проклянёт, и поминай как звали. Лишь Лигли, младшая сестра, могла найти управу на неё, и лишь рядом с ней Жигла молодела и снова становилась той доброй девочкой, которая покинула родную деревню. Важным фактом во всей этой истории было то, что Жигла использовала непонятную для здешних ведьм и магов силу. Роми и Даруха до сих пор спорили об истоках той энергии: «что-то чуждое самой жизни, но это не некромантия, её то я хорошо знаю. Но и не сила нашего мира» – говорила Даруха. «Потоки слишком кривые, хаотичные, запутанные, словно не из неё они исходили, а откуда-то из того, что было за ней. Словно это не она использовала силу, а её тень» – заметила Роми.

Следующим волнительным фактом стало то, что с тех пор она очень часто возвращалась в Лириму. С соседями и родственниками не общалась, проводя дни в запертом родительском доме. Что там происходило за закрытыми дверями, никто понятия не имел, да и соваться боялись. Только вот два с половиной года тому назад дом сгорел дотла, ничего от него не осталось, даже пепел впитался в землю, а сейчас на пустыре растут маргаритки. Случилось это как раз в день смерти мадам Лигли. С тех пор Жигла стала появляться очень редко, да и её связь с некромантом Баросом также не нравилась жителям деревни, впрочем, как и сам рыжий бородач. В последний раз в Лириме они пробыли всего лишь два дня и всё это время провели в хижине старой Амари. О её приходе узнали совершенно случайно, парнишка Парусов гонялся за сбежавшим ягнёнком и забрёл в Тёмный Овраг, где и проживает старуха Амари.

За это время Жиглу искали многие, в том числе и оборотень лис, называющий себя её мужем, кстати в это жители Лирима не верили. Искали её и сами гончий службы безопасности империи из самой столицы, правда скрывались под видом обычных стражников, но здешний люд быстро их раскусил.

Лекс и Жасмин скрупулёзно записали и собрали воедино все описания людей, даты, имена и сведения, которыми так щедро поделились местные жители. Их открытость объяснялась одним: жуть как хотелось всё это обсудить в миллионный раз, но уже с кем-то новым. Каждый, когда рассказывал о ведьме Жигле, чувствовал себя особенно важным, даже тощий мальчишка Парусов. А вот поведение Сатара не вдохновляло жителей Лирима. В то время, когда они считали Жиглу чуть ли не местной достопримечательностью, которой гордились и даже радовались, что именно в их деревне выросла такая одиозная злодейка, как эта ведьма, скепсис Сатара их просто на просто выводил из равновесия. Признаться, Жасмин прекрасно понимала негодование лорда, она и сама с трудом сдерживала восклицания: «Одумайтесь же наконец! Вы о смерти людей говорите!», но долгие годы работы по выведыванию информации научили, что самая лучшая тактика в данной ситуации – это просто улыбаться и изредка участливо кивать головой, для болтуна большего и не нужно. Поэтому не удивительно, что на очередное замечание Сатара всё пошло шиворот навыворот. А великий лорд Сатар всего лишь сказал: «Да ладно, вы же не можете всерьёз предполагать, что она до сих пор белая, но притворяется чёрной?», такова была теория мадам Дарухи, чёрной ведьмы в каком-то там поколении. Эта фраза и послужила спусковым крючком для чёрной ведьмы. Всего лишь три паса рукой, шёпот замогильным голосом, сноп красных искр и вуаля, мы получили одного космолита и одного полуэльфа с заблокированной магией, отправленных на ручной труд, дабы «набрались уму-разуму». На возмущения Лекса: «А меня то за что? Я же ничего не говорил», старая, умудрённая жизнью ведьма беззаботно ответила: «А так, за компанию, рожа мне твоя не внушает доверия. Вот поработаешь, может получше станет» – убийственная логика, ничего не скажешь.

И вот уже целых два часа Сатар колет дрова, и, кажется, делает это впервые в жизни, а Лекс чистит конюшню с каким-то особенным рвением. Жасмин даже не знала, что партнёр умеет так хорошо обращаться с вилами и лопатой. Оба же не скрывали взгляда полного недовольства и даже ярости. Особенно Сатар.

Жасмин в это время приходилось выслушивать «мудрые» наставления по поводу своей свободной жизни в городе, и холостяцкого существования. Мнение старожилов деревни разделилось, и кто-то активно советовал ей побыстрее выйти замуж, кто-то же предлагал повременить, но все в один голос сватали ей именно Сатара. И правда, без своего камзола и верхней рубашки лорд выглядел более чем привлекательно. Литые мышцы бицепсов, широкие плечи, волевая спина и узкие бёдра, подчёркнутые высокими сапогами, создавали приятное глазу зрелище. А растрёпанная коса, орлиный нос и стекающий по лбу пот придавали какого-то особенного шарма этому мужчине. Женщины не скрывали своего восхищения, мужчины же наоборот кривили рты и обсуждали корявую работу.

– Мастер Арктур, так всё же, кто такая эта старая Амари? – Жасмин с трудом оторвала взгляд от спины Сатара, к которой прилипли несколько щепок, и снова принялась выпытывать информацию у местных жителей.

– Ох, деточка, так зачем же она вам? Старая карга кого хочешь со свету сведёт. Странная она, приезжая, и дочь у неё странная, окрутила нашего Дюма, он таким видным мужиком был до свадьбы. А сейчас?

– Да он всегда жестоким ублюдком был, как только это бедное создание согласилось выйти замуж за него? – вздохнула мадам Даруха.

– У тебя все мужики ублюдки и козлы, годные лишь для уборки. Ишь ты, рабов себе нашла. – огрызнулся на ведьму гном Типун.

– Даруха в чём-то права. Мне этот Дюма тоже не нравится. Мужик он может и работящий, но вот не заботится о своей семье. Карин ко мне приходила с младенцем, жар у него был, и я увидела синяки, такие характерные синяки, если вы понимаете, о чём это я. Она, конечно, всё отрицает, но кто же сознается в таком. И худая она, как только молоко в ней ещё есть, чтобы ребёнка кормить, хотя разве это уж молоко, вода и то не такая жидкая. Не ест она, вот вам мои слова, впроголодь живёт. – подхватила магиана Роми.

– Да как же такое может быть, как впроголодь. Дюма же вон какой урожай собрал и по годной цене продал купцам, они, посчитай, по самой высокой цене купили. Денег то навалом, откуда же впроголодь – недоумевал мастер Арктур.

– Достопочтенный мастер, уважаемый господин, истинная ведьма и великая магиана, старуха Амари, она тоже ведьма или магиана? – Жасмин дела всё, чтобы не дать старинным соседям снова пуститься в излюбленные споры.

– О, как она к нам, это ты правильно, деточка – улыбнулся гном Типун щербатой улыбкой.

– Да какая она ведьма, старуха она и всё. Травы собирает, какие-то настойки странные делает, но ведьмой там и не пахнет – это я тебе как истинная говорю. Просто старуха, слишком многое возомнившая о себе.

– Права Даруха. Нет в ней ни магии, ни дара. – поддакнула магиана.

– Они с дочкой лет этак пять назад сюда прибыли, с виду вроде тихие, неконфликтные, ну мы, конечно, долго к ним присматривались. А чего тут не присмотреться, они ведь странные были, замкнутые, да и поселились прямо у болота у Тёмного Оврага.

– Да, там место плохое. Ещё с тех пор, как Жигла чуть не утонула в озере, вот с того года озеро и зачахло, ключи загнили, зацвело всё и высохло. Болото сейчас на том месте, и тёмный овраг. Что там делать двум женщинам, если уж у них помыслы чисты? А вот вам мой ответ: ничего. А значит помыслы у них далеко не белые.

– А откуда прибыла Амари?

– Да кто же его знает, откуда-то с востока.

– Да, да с востока, помню на аэронавте из Тульзы прибыли они. Такие худые обе, в поношенной одежде. Но всё равно странные они, мрачные какие-то.

– Спасибо вам, господа, за открытость и за доблесть. – Жасмин чуть ли не поклонилась им, пытаясь задобрить этих сторожил деревни. – Мадам Даруха, я очень сильно извиняюсь, но я просто вынуждена Вас просить освободить моих коллег. Не могу я без них уйти, а у нас столько дел, столько дел.

– Ох и молодёжь, всё спешат куда-то, всё дела. Нет, чтобы постоять солнышком порадоваться, ветерок послушать, ведь не успеешь оглянуться, а жизнь она как корабль по волнам, вжик и всё, а дальше лишь Забытый и темнота. – вздохнув, гном Типун посмотрел в небо, закрыл глаза, подставив морщинистое лицо летнему ветру, и неожиданно легко улыбнулся.

От его улыбки даже у Жасмин стало светло и радостно, в одном Типун был прав, молодые не умеют так наслаждаться моментом, как это делают старики. Те, кто уже прожил достаточно лет, лишь в конце марафона понимают, что весь бег никому не был нужен, а истинное счастье скрывается в остановке. Но так уж устроены все существа, в начале спешат вырасти, потом боятся постареть, и лишь в конце, когда неизбежное уже произошло, осознают, что за страхами и беготней так и не жили. Но Жасмин всё ещё была молодой, а значит, могла себе позволить непокорность и излишнюю расторопность.

– Мадам Даруха – взмолилась она, печально смотря на пожилую ведьму.

Таких гла,з как у Лекса, ей никогда не удавалось состроить, но нередко её грустная мордашка действовала даже лучше, чем печать великой скорби у Лекса.

– Ладно – Даруха махнула рукой, посылая контрпроклятие в рабочую силу – так уж и быть. Гуляйте, мальчики, и пусть вам уроком будет: старость нужно уважать, а не перебивать. – заявила ведьма, кутаясь в чёрную шаль с крупными красными розами, и поманив за собой своё войско, гордо поплыла к гостинице, и таверне в одном флаконе.

***

– Чёрные ведьмы. Чтоб её, лархи полосатые… Хм… ну это… анатомию показали – как-то смущённо закончил своё ругательство Сатар, стирая пот со лба.

– Ага, вон ту самую анатомию. – поддержал товарища по несчастью Лекс.

– А вам не кажется, что в её возрасте так она только рада будет и даже сама возьмётся за показ Той самой анатомии?

Лекс и Сатар оба покраснели, нахмурили обиженные мордахи и начали приводить себя в порядок.

– Поторопитесь, нам в Тёмный овраг.

– Нет, нет, сначала душ – объявил Сатар, натягивая рубаху на потное тело.

– Кстати – опомнился Лекс – а разве ты не можешь щёлкнуть пальцами и решить нашу проблему? Ты же космолит или кто?

– Космолит, космолит, но даже при всём нашем могуществе проклятье чёрных ведьм действует и на нас… Даже с осложнениями. – пробурчал он, в конце кривясь от прилипшей к телу рубашки.

Мда, кажется, мастер Арктур был прав, недели три на перевоспитание выбьет все лордовские замашки даже из могучего Сатара.

– Некогда прохлаждаться, мы и так потратили кучу времени на ваш проступок – настояла Жасмин, выкинув из головы все мысли о полуголом Сатаре.

– Эй, а я тут причём? Это всё он и его лордовские капризы. – возмутился Лекс.

– Лордовские капризы? – воскликнул Сатар, недоумевая – кажется, что ваша безнаказанность вскружила вам голову, и вы забыли с кем разговариваете. Я, конечно, могу поиграть в этот фарс, но держите субординацию. И это не предупреждение.

Жасмин приподняла одну бровь, слушая браваду аристократа. Они могут притворяться сколько, хотят, что они команда, но Сатар прав, он лорд, нет, он не просто лорд, а Щит и Меч самого императора, а они…? Они, так, мелкие сошки, которым, как выразился Сатар: «просто везёт». Обидно, однако. Но так уж и быть, она сама выбрала для себя эту роль и не собирается жалеть о содеянном из-за одного заносчивого аристократа. Развернувшись и не говоря им ни слова, Жасмин пошагала прочь от этой парочки великовозрастных детей.

– Эй, партнёр, ты куда?

– К Тёмному оврагу, мне некогда с вами возиться.

– Подожди меня, я с тобой.

– Куда вы оба? А душ?.. Вы что обиделись? А как же команда?.. Эх, ну и гырх с вами… Постойте же, я с вами.

10. Тёмный овраг

Тёмный овраг, оказался никаким не оврагом и тем более не тёмным. Покатый берег бывшего озера давным-давно засох, и то, что было чистой водой, превратилось в зелёную застойную жижу болота. А на самом берегу, практически у края болота, находилась старая хижина с покосившейся крышей. Срубленный неумелой рукой заборчик, хаотичный огородик, тропинка от крыльца и навес с резьбой, всё это было атрибутами красивых домов Лирима, точнее пародией на ту изысканную, выверенную красоту деревушки. Дом старухи Амари содержал в себе все составляющие идеального Лиримского дома, но каждый его кусочек был жалкой имитацией на красоту деревушки, словно в насмешку над совершенными жителями.

Открыв скрипучую калитку, вся троица прошла по кривой тропинке, заросшей бурьяном, прямиком к дому. Входная дверь оказалась открытой, но Жасмин всё равно постучала и осталась стоять на перекошенном крыльце, ожидая ответа.

– Заходите, я вас давно ждала – раздался усталый голос.

В просторных сенях было темно, а три запертые двери ничуть не облегчали выбор пути.

– Госпожа Амари? – позвала Жасмин.

– Тут я – ответили от двери справа, и вся троица пошла на голос.

Кухня встретила их простором и светом, от печи шёл запах готовящейся еды, выскобленные полы и брёвна дышали чистотой, а аромат развешанных повсюду трав дурманил.

– Я ждала вас, вы как раз вовремя. Рагу из корений арлиса и моллюсков как раз готово. – у плиты стояла седая женщина, в старом, но чистом платье, и длинной деревянной ложкой помешивала варево.

– Вы знали, что мы придём? – недоумённо спросила девушка.

– Конечно. – ответила женщина бодрым голосом, всё ещё не поворачиваясь к пришедшим.

– Но откуда?

– Оооо, я хоть и живу на отшибе, но даже до меня слухи доходят быстро. Вы прибыли вчера на закате, а сегодня с самого рассвета рыскаете по деревне. Немудрено, что вы зашли ко мне, учитывая тему ваших вопросов – хриплый смешок, раздавшийся от этой женщины, нёс в себе зловещие нотки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сквир – подвид ящерных, обитает в пустыне и степях. Являются любимым лакомством для степных орков.

Вернуться

2

Алиан – вид курительного наркотика

Вернуться

3

Марарена асаше – смерть идёт (пер. с мёртвого языка некогда существовавший в королевстве Дарксаран)

Вернуться

4

Бандха кара марерана – возрождается смерть (пер. с мёртвого языка некогда существовавший в королевстве Дарксаран)

Вернуться