# Корпорация Глитферда

Георгий Крутов

Чтобы управлять массой нужна либо общая идея, либо общий враг. Человечество в век ИИ и либеральных ценностей победило войны, объединив людские массы общей идеей - освоением космоса.

Главный герой - механик по ремонту космолётов, которого сагитировали на Земле и отправили в один из сервисов Корпорации Глитферда, расположенного на спутнике Юпитера Ганимеде. Но вот беда, с этой базы можно и не вернуться домой...

## Глава


Когда вы кормите кого-то дерьмом, он имеет

право сказать вам, каково это на вкус.

(Эксель Роуз)


– Вы не смотрите, что я наркоман, это совсем не много. Работе не помешает. – Именно так начинался мой диалог на собеседовании по вакантному месту механика в один из сервисов корпорации Глитферда. Уже второй по счету директор, здоровенный мужик, в котором легко угадывалась орочья генетика, сидел напротив меня за столом. Его огромная голова с седеющей, но еще густой копной волос, большим жбаном сидела на короткой бычьей шее. На кончике свёрнутого вбок, как у боксёра, носа сидели прямоугольные очки, через которые директор изучал моё резюме своими глубоко посаженными глазами. Могучие плечи и солидное пузо обтягивала белая, до рези в глазах, рубашка. На стене за спиной директора был листок формата А4, на котором детской рукой был нарисован нелепый человечек с каким-то инструментом в руке между двух космолетов. Наверху этой же рукой коряво было написано: «Дядя Гергот командует сервисом».

– Мы самая толерантная компания в солнечной системе, и не делаем различия в пороках. Да и по моему замечанию наркоманы работают лучше алкашей. – Низким голосом ответил директор, смотря в моё резюме. Мы продолжили молча сидеть в кабинете.

– Так по образованию ты этнолог? – наконец нарушил тишину Директор.

– Да.

– А почему ты не пошёл работать по профессии?

«Наверное, это дежурный вопрос, раз уже второй директор у меня такое спрашивает», – мелькнула у меня мысль, и я ответил:

– А куда?

– Э… – оторопел «Дядя Гергот». – А что? Некуда?

– А вы знаете такую работу? Или, может, корпорацию, где есть вакансия для этнолога? – как-то резко ответил я вопросом на вопрос.

Вы, конечно, знаете: не стоит быть грубым на собеседовании. Но поймите меня правильно: я прошел первичное собеседование на Земле, потом пять месяцев летел в космолете сюда, на орбиту Юпитера. Одна и та же каюта, одни и те же люди, о существовании которых я узнал только на борту. Еда, сон, упражнения и тренинги на командность, одни и те же видеоигры, шесть уже прочитанных бумажных книг. И вот я, наконец, прилетел на Ганимед работать, как мне обещали. Сперва учеником механика, потом механиком космолётов. А меня спрашивают, почему я не работаю этнологом.

– Э… Не знаю. Ну ладно, оставим это, – продолжая смотреть в резюме, ответил директор. – А какие технические работы ты выполнял?

«В резюме ведь всё написано», – продолжал думать я. – «Как и предыдущий директор, он не знает, куда меня слить, что ли? Зачем тогда они вербуют работников на Земле?»

– Я проработал несколько лет в шинной мастерской, автомастерской, и чинил орбитальный телескоп в космопорту, – повторил я слово в слово то, что уже указал в анкете.

– Хм… Хм… А почему ты решил не оставаться на Земле?

В самом деле, почему? Точнее, что мне было ему на это ответить? Искать сейчас причины и рассказывать первому попавшемуся мне человеку, из-за чего я покинул родную планету? Я промямлил в ответ, что нужны деньги семье. Что растут дети, а на Земле такую зарплату мне точно платить не будут. Отчасти это всё было правдой. Тем, кто работал на Ганимеде механиком в компании, обещали платить по 5000 международных единиц в месяц. Там, где я жил с семьёй, зарплата в 1000 м.е. была редкостью. В мастерской я зарабатывал около 600 м.е. На месяц одному, может, и хватало, но для семьи мало. Наверное, «дядя Гергот» уже привык к подобным объяснениям, и, как мне казалось, слушал меня вполуха.

– А кем ты видишь себя в компании через 5 лет? – снова спросил он. Этот вопрос раздражал меня больше всех остальных.

– Аксельёнт директор…

– Можешь звать меня Гергот.

– Аксельёнт Гергот, я пять месяцев провёл в полёте. При мне сошёл с ума человек. Я впервые в космосе и понятия не имею, что тут происходит. Как я могу хоть кем-то себя видеть здесь через пять лет? Я надеюсь, что буду просто живым и здоровым.

– Мне нравится, что ты здраво рассуждаешь! – бурно воскликнул директор. Он встал из-за стола и, жестикулируя, заговорил. – И давай перейдём на ты. Так принято в корпорации Глитферда. Если ты решил работать в нашей команде и стать её полноценным членом, то сейчас мы будем с тобой проходить тест «нарисуй дерево». Ты знаешь этот тест?

Гергот наставил на меня указательный палец. Я отрицательно покачал головой. Его внезапный порыв эмоций поставил меня в тупик, а по выражению лица директора я понял, что ему не важно, знаю ли я этот тест. Он все равно сейчас будет разъяснять мне его суть.

– «Нарисуй дерево» – это тест на взаимопонимание. Понимаешь? Каждый может видеть дерево по-разному. К примеру, для кого-то дерево – это ствол. Для кого-то это мощная корневая система (произнося слово «мощная», он даже брызнул слюной). У одних дерево – это забор. Пиломатериалы. А у кого-то забор вообще из железа!

«Надо же, – подумал я, – мужик начитанный. Психологию к работе привлёк. Наверное, тест имеет смыл. Если я попрошу человека нарисовать дерево, а он нарисует мне железный забор, я, пожалуй, не стану брать его на работу».

– Мне нужно понимать, сработаемся ли мы, или нет, – продолжал директор. – Как выстраивать цепочку взаимоотношений на рабочем месте. Это немаловажно. Согласно статистике, офисная агрессия становится большой проблемой современности.

– Но я не иду работать в офис, – я попытался вернуть Гергота в реальный мир.

– Да-да. Ремзона – это совсем другая атмосфера! Это моё детище! Я отработал в ней 7 лет! Я 9 лет в корпорации Глитферда. Уже год директор. И работу в ремзоне выстроил я сам. Здесь все построено на взаимопомощи. Мне нужен человек в коллектив. Честный! С головой! Чтобы умел работать и думать за работой! Стремящийся к развитию! – Гергот начал восклицать, смотря уже не на меня, а словно сквозь, – настоящий профессионал! Чтобы любил свою работу! Не сидел без дела! Человек, не боящийся препятствий и готовый открывать для себя новое… Словом, настоящий анальник!

– Я не по этой части.

– Что? – сфокусировал на мне свой взгляд директор. Создалось впечатление, что он впервые меня заметил.

– Что? – ответил ему я.

Минуту Гергот хлопал глазами. Кажется, своей фразой я вырвал его из каких-то внутренних размышлений. Видимо он соображал, что сейчас произошло… А мне стало интересно: много ли людей в его кабинете поняли, что он имел в виду термин из Фрейда, а не что-то иное?

– Я что-то увлекся, – немного смущённо начал он, – но что я хочу от кандидата в свою команду? Это я тебе должен объяснить. Ну вот, к примеру: если ты мне сейчас не можешь помочь, что ты мне скажешь?

– Скажу: извини, не могу сейчас помочь, – ответил я.

– А если и я тебе не помогу, что ты мне на это скажешь?

– Не смог так не смог.

– А ты мне сможешь помочь, если можешь помочь?

«Что его так заклинило? Он тоже наркоман?» – мелькнула мысль. – Да. Помогу.

– А если я тебе потом не помогу, но могу помочь, ты мне поможешь?

– Да.

– А почему? – уставился на меня директор.

Я немного растерялся от его взгляда и ответил:

– Ну… Так тебе же помощь нужна.

– Вот поэтому ты и будешь у меня в команде! – хлопнув в ладоши, воскликнул Гергот. – После собеседования с лицом компании я познакомлю тебя с нашим техкором. Он настоящий маг! Маг своего дела!

– А кто такой техкор? – спросил я.

– Техкор – это технический координатор. Он координирует в сервисе все работы и следит за компетенцией, техническими навыками, сложными случаями, возникающими в процессе эксплуатации космолета, оборудования, в процессе работы сервиса, – тараторил директор, глядя в одну точку.

– Простите, – перебил его я, – вы наркоман?

– А? Нет, я не такой. Я спортсмен, – ответил мой новоиспечённый начальник, почёсывая пузо и глубже усаживаясь в кресло. – Да и разве это важно? Корпорация не обращает внимания на пороки, – вновь глядя в одну точку, затараторил Гергот, – мы не ущемляем прав работников на пороковые принадлежности и строго чтим профсоюзные льготы. Своим работникам, несмотря на тяжелые условия работы и снабжения межпланетной станции, мы в полной мере выдаём всё, что положено. Сама станция имеет четыре углублённых на 73 метра в лёд здания, расположенных буквой Y, Вся площадь территории покрыта куполами, из освинцованного прозрачного пайкрита. На территории базы так же расположены большой стояночный цех, рассчитанный на 28 больших грузопассажирских космолёта, два жилых корпуса и посадочный аэродром. И здания сервисов со складами. Вокруг станции уже за куполом находятся десять генераторных станций, работающих от батарей, улавливающих излучение Юпитера. Обслуживать их – также задача механиков, поэтому ты будешь обучаться их ремонту и обслуживанию. На станции более 2000 сотрудников, и ты должен понимать, что даже от одного неверного поступка одного человека может случиться катастрофа. Поэтому будь бдителен и внимателен. Сейчас официальное лицо компании познакомит тебя с уставом, по которому мы все дружно живём.

Гергот развернулся на стуле ко мне спиной. Вдруг его волосы на затылке зашевелились и стали разъезжаться в стороны. С затылка человека, с которым я только что разговаривал, на меня смотрело бледное, не мужское и ни женское гладкое и абсолютно безэмоциональное лиц. Оно раскрыло глаза и изобразило улыбку. Абсолютно пустой, бесчувственный взгляд сфокусировался на мне.

Такого я еще не встречал… Стало сильно не по себе.