Убей его красиво
Виктор Геннадьевич Суханов

© Виктор Геннадьевич Суханов, 2025

ISBN 978-5-0059-6348-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

УБЕЙ ЕГО КРАСИВО

Предисловие

Далее изложены события, которые произошли после описанных в остросюжетном детективе «Любовь до Востока».

В предыдущей книге:

Международный террорист по имени Зафар организует лабораторию на территории Йемена и получает мощное и опасное для всего мира химическое оружие. Российские спецслужбы отправляют отряд спецназа, чтобы уничтожить лабораторию и получить образцы боевого вещества.

В Милане, на показе мод, Зафар выкрадывает понравившуюся ему женщину, Викторию, модельера, которую доставляют на его базу, в Йеменскую деревню.

Бойцы спецназа, в ходе выполнения задания, попадают в засаду, а их командир – Алексей, с позывным «Посейдон» контужен в бою и захвачен боевиками Зафара.

Перед группой стоит уже более сложная задача: освободить Посейдона, и забрать русскую девушку из плена. Решить её помогает Ильхам (Андрей) – русский разведчик, внедрённый в окружение Зафара. Но… ценой своей жизни.

Пережив все приключения, невзгоды и перестрелки, группа выполняет задачу и возвращается на Родину.

Одновременно, в Москве полковник ГРУ Роман Чистяков распутывает цепочку событий и выходит на пособника Зафара.

В этом ему помогает подполковник полиции Екатерина Ковалёва, которая сама чуть не становится жертвой.

После успешного окончания операции выясняется, что главный злодей жив…

Все события вымышлены, имена и совпадения случайны.

Из уважения к мёртвым и живым.

Воспоминания

Поезд Санкт Петербург – Москва ранним утром незапамятного года плавно подошёл к Ленинградскому вокзалу.

«И что необычного в этой Москве?» – Екатерина катила чемодан на колесиках по перрону. Стильный чемодан непотребно тарахтел по неровному асфальту, цеплялся и, кажется, хотел обратно в Питер.

Хотелось курить и принять душ. «Где у вас тут курят?.. Есть хоть одно приличное место? Я же не курю на ходу. Возле урны тоже не буду – невкусно. Курить я буду в одиночестве и с удовольствием. Вот здесь! Хорошо, что мама не увидит», – девушка с некурящим чемоданом с удовольствием затянулась длинной тонкой сигаретой. Она курила красиво, ей шла сигарета и она это знала.

«О! И здесь поклонники! Отравиться мне, кажется, не дадут», – тоскливо подумала она, глядя на приближавшегося молодого человека. Он подходил явно к ней, высокий, симпатичный брюнет, кажется военный. «Ну, ну, нахал московский, сейчас я тебе покажу», – Екатерина демонстративно отвернула голову в сторону, продолжая курить.

– Девушка, здравствуйте! Какое прекрасное утро, не правда ли? Вы, наверное, впервые в нашей столице? Вы очень красивая! А меня Антон зовут, а Вас?.. – его жизнерадостный трёп сразу вызвал головную боль и подергивание левого глаза.

Екатерина посмотрела сквозь него так, как она умела, просто как на привокзальную достопримечательность. Затем красиво, по-мужски, щелчком пальцев запустила сигарету в урну, которая стояла в нескольких метрах от них. Оба проследили полёт и зафиксировали точное попадание. Как бы в подтверждение этого, минутная стрелка на вокзальных часах громко бумкнула.

Затем их взгляды встретились, но это были два очень непохожих взгляда.

Простодушно – лукавый мужской и холодно – стальной женский.

– Послушайте, уважаемый наглец. Меня не зовут – я же не корова. Я сама прихожу, когда меня совсем не ждут. А сейчас донесите мой чемодан до такси и закройте нижнюю челюсть – я больше не хочу слышать от Вас ни звука!

– Но…

– Ни звука! – Она прислонила палец к губам и сделала хмурое лицо.

Девушка, мужчина и чемодан отправились на стоянку такси.

Закрывая заднюю дверь такси, «первый московский встречный» спросил:

– Ну, может быть… телефончик всё-таки оставите?.. Или скажете – как вас зовут?..

Евгения насмешливо хмыкнула:

– Увидимся когда-нибудь, – она захлопнула дверь такси и уехала.

– Ну да, – с легкой усмешкой произнёс мужчина, – Может быть даже быстрее, чем ты думаешь…

_______________________________________________________

На совещании были все начальники отделов и их «Замы». Екатерина неторопливо изучала лица: «А неплохие люди тут. Офицеры! Вот этот, наглаженный и сияющий, разве что… Карьерист? Жополиз? Посмотрим…»

– …нового начальника отдела капитана Ковалёву Екатерину Сергеевну! – голос Шефа заставил вскочить и представиться:

– Капитан полиции Ковалёва! – Екатерина вытянулась по Уставу.

– Прошу любить и жаловать! У капитана Ковалёвой отличный послужной список и наградной лист.

Так, так… вернемся к нашим докладам. А Вы, капитан Дворецкий, после совещания, проводите и познакомьте своего нового начальника с её новым отделом.

Гена Дворецкий в общении был напряжён и осторожен. Длинный переход по двум заковыристым коридорам в старинном здании Управления и дореволюционная высокая лестница вместо лифта не прибавили ему красноречия, он отвечал сдержанно и односложно.

– Вот, пожалуйста, мы здесь! – он распахнул перед ней высокую дверь двести сорок третьего кабинета.

Екатерина сделала два шага в огромное помещение с высокими потолками, вздернула красивый подбородок и оглядела присутствующих.

– Таааак!… – протянула она. Знала, что нужно начать Так, но не была точно уверена. Вроде сработало.

Оперативники заинтересованно повернулись из-за своих столов, притихнув, прекратив дела и разговоры.

– Здравствуйте! Я – ваш новый начальник отдела, Ковалёва Екатерина Сергеевна.

Прошу внимания!

Сейчас я минут десять побеседую с капитаном Дворецким, затем вызову каждого минут на несколько по очереди, кто не на выезде.

Будем знакомиться!.. – она чуть осеклась и прищурилась, потому что увидела, как за дальним столом огромного кабинета, развалившись на офисном кресле, улыбался… её утренний «первый встречный», кажется Антон…

С его слов весь отдел уже знал, что новая начальница – «Конченая стерва».

– Ну что, Геннадий, давайте знакомиться, – Екатерина плюхнулась в удобное огромное кресло напротив Дворецкого, оглядывая свой новый кабинет. Кресло понимающе скрипнуло, почувствовав женское тепло и серьёзность разговора.

– Екатерина Сергеевна, личные дела сотрудников и оперативки я для Вас подготовил, вот список следоватедлей и оперативников, – он снова замолчал.

– Вы всегда так мало говорите? – она чуть улыбнулась уголками глаз и уголками губ.

– Я предпочитаю действия словам, – Дворецкий вновь поставил точку после короткой фразы.

«Молчун» – Екатерина сразу прилепила ему прозвище, она редко обманывалась первым впечатлением.

– Это редкое, очень положительное мужское качество. Вы, наверное, сразу невзлюбили меня, я оказалась здесь не вовремя? В этом кресле? Метили на это место, а тут – нате, здрасьте! – её серые глаза заглянули ему прямо в душу.

– Оооо!.. Нет, Екатерина Сергеевна, не так. У меня все звания и должности были вовремя, за это не переживаю. А с Вашим приездом мне наоборот, полегче будет. Кручусь тут за двоих уже полтора месяца.

– Может быть, перейдем на ты? Так работать проще, – она улыбнулась чуть шире.

– Хорошо, – «Молчун» тоже облегченно улыбнулся.

– Правила будут такие: при подчинённых «Екатерина» и на «Вы», в остальное время – на «ты», для краткости можно «Катя», но «Катенька» и другие уменьшительно-ласкательные – никогда, это меня бесит, – она хихикнула.

– Понял, Екатерина, спасибо.

– Геннадий, Гена, тогда возьми визитку – здесь мой телефон и электронка. Давай дружить, что-ли? Пригласи пожалуйста следующего сотрудника, – она опустила взгляд на список, – Вот этого.

– Сейчас, – мужчина спокойно поднялся и вышел. Кажется, он действительно считал одно слово за десять.

Ближайшие пару часов Екатерина раздавала прозвища. К ней заходили сотрудники, а после десятиминутного знакомства из дверей её кабинета появлялись: «Громила», «Стрелок», «Красавчик», «Студентка», «Профи», «Рыжий»… и много других забавных персонажей. Никто не остался необилеченным.

Конечно, она мстительно ждала своё «утреннее недоразумение», но оно благоразумно предпочло появиться последним.

«Оно» смело зашло в дверь и нагло улыбнулось:

– Старший лейтенант полиции Усольцев Антон Викторович!

– Хохмач!.. – протянула Екатерина, беззлобно улыбнувшись за напускной строгостью. А сама удивилась, что произнесла его прозвище вслух, – Ну… Что это было утром?!

– Ну, в общем… – он чуть смутился, потому что в полицейской форме она уже представляла угрозу, – Екатерина Сергеевна, в общем, Дворецкий послал меня встретить Вас с поезда. Я и машину ради этого помыл вчера. А у нас тут по утрам такие пробки… Опоздал к поезду. Пришлось импровизировать. Если бы я у вагона Вас встретил, то точно бы знал, что это Вы. А тут – немного засомневался.

– А потом почему не сказал?

– Так вы же сказали: «Ни звука»!

– Логично…, – глядя на него, протянула Екатерина.

Прошло несколько пустых, не обозначенных настроением секунд…

А потом двое в кабинете непроизвольно засмеялись, затем – вообще захохотали. И долго не могли остановиться.

За дверью кабинета Молчун ошарашено почесал в затылке.

______________________________________________

«Интересно, а когда эту процедуру здесь делали в последний раз»? – поздним вечером, после работы, Екатерина на коленках домывала пол в своем новом кабинете.

Она по-женски обустраивала свой второй дом. Или первый? Самым сложным было построение цветов на подоконнике. Теоретически они умели стоять в строю, но… то монстера размахивала огромными лапами, то выпирала грудь у фикуса… Катя пробовала расставлять цветы по росту, потом – по алфавиту, но ни один из способов с ними не работал. Наконец капитан полиции выдохнула: «Разойдись!» и они сами каким-то образом заняли нужные места.

Сдав ключи дежурному, она решила прогуляться пешком до своей новой, старой служебной однушки на Сухаревке.

Ночная Москва в этот теплый вечер завлекала витринами бутиков и соблазнами ювелирных магазинов. Ресторан, ювелирка, антикварный, кафе, турагентство… Вот! Цветы! «Я хочу эти чайные розы!» – Катя нырнула в нежные цветочные ароматы.

Идти с букетом было веселее, откуда-то появилось ощущение праздника. Да, ведь сегодня праздник – первый день на новой работе. Тогда по этому случаю – тортик!

С цветами и маленьким вкусным тортиком она открыла дверь в свою новую, но очень древнюю квартиру в старинном доме. Скрипнул паркет в прихожей, сумка полетела на диван, тортик и цветы решили расположиться на кухонном столе. Затем чайник пароходным гудком возвестил о начале тусовки.

– Алло, мамочка, привет! Да, нормально добралась. Меня? Ну… можно сказать, что встретили, только я сразу этого не поняла, смешно было, потом расскажу. На работе? Хорошо, познакомилась со всеми, дела разгребаю. Квартира? Хорошая, как у нас на Ваське в Питере, я бы в новом доме жить не смогла, наверное. Спасибо, тебе тоже спокойной ночки, я люблю тебя, мамочка!

Праздник этим вечером удался. Никто не пил и не дебоширил, не рассказывал пошлых анекдотов. Просто было легкое ощущение усталости и праздника, ничего больше.

И чашку всего одну мыть… И голова болеть не будет…

«Спокойной ночи мне на новом месте»…

Какие только мысли и воспоминания не приходят в московских пробках…

Екатерина наконец-то крутанула руль на нужном перекрёстке и в повороте услышала звонок по громкой связи:

– Самый добрый день! Узнали?

Она узнала этот голос… Роман!

Не найден среди мёртвых

В душном помещении с узкими окнами оседал запах дымовых шашек и металлический привкус выстрелов. Повсюду на полу лежали свежие окровавленные трупы и гильзы, тусклое освещение в ночи только усиливало эту страшную картину.

Внезапно в тишине раздался слабый скрип, затем стал чуть сильнее и вдруг одна из стен провернула в себе отверстие размером с дверь и из него на пол ничком упал человек. Он несколько минут лежал лицом вниз, затем приподнял голову, пытаясь опереться на руки и оглядеться. Сознание возвращалось очень медленно, он был контужен в голову пулей, которая прошла по касательной. Но спрятаться в тайное помещение при первых признаках боя всё-таки успел.

Кровь из рассечённой раны на голове застилала глаза.

Зафар медленно, пошатываясь, встал на ноги и огляделся. Тела его людей лежали повсюду. Это – обычные бойцы, а вот этот – его заместитель, предатель. Что произошло?.. Он пытался вспомнить, но его тошнило и сильно кружилась голова. Здесь… не хватало двух человек… Виктории и спецназовца! Значит та, его группа всё-таки нашла их, но сколько у же них бойцов?.. Оружие, надо найти оружие… Вот, есть, но без патронов… Только мой кинжал…

Обугленное и окровавленное человеческое существо выползло наружу, в йеменскую ночь. Он еле шёл, иногда полз, но им двигало сильнейшее чувство мести, невероятная злоба и ненависть ко всем.

Звуки выстрелов доносились со стороны его дома. Длинные очереди… это, наверное, стреляют его люди… Короткие и одиночные выстрелы – скорее всего спецназ… Он знал здесь каждый закоулок и все потайные ходы… Опытный боец и профессионал, Зафар не видел, но слышал этот бой, понимая, что его людей становится всё меньше.

Он был ранен в голову, сил пока не было, ясное сознание ещё не вернулось к нему и он не знал – что ему делать в данную минуту. Ничего не чувствовал кроме боли, головокружения, тошноты и ненависти.

«Догнать, убить всех! Раздавить, уничтожить! Ненавижу!!!» – пульсировало в виске.

Он споткнулся обо что-то в полутьме, упал вперёд лицом и снова надолго потерял сознание.

_______________________________________

– Ты слышишь меня? – настойчиво спросил собеседник по-арабски, выводя мужчину из воспоминаний. Тот, помолчав ещё несколько секунд, провёл пальцем по шраму на голове, затем, посмотрев своему собеседнику в глаза, коротко ответил:

– Слышу!

– Мы долго разрабатывали этот план и затратили колоссальное количество средств на подготовку своих людей, но нашего военачальника уже нет в живых. Федералы сделают всё возможное, чтобы перекрыть все каналы поставок нашего товара из Ирака и Омана в Сирию.

– Азамат! У нас всегда была договорённость не переходить друг другу дорогу и не лезть не в свои дела, но раз Галиб уже мёртв и ты меня просишь о помощи – я не в праве тебе отказать.

– Спасибо! – произнёс тот.

– Не торопись благодарить! Я прекрасно понимаю, что если федералы перекроют твои каналы, то вскоре доберутся и до моих, а это, между прочим, и мой бизнес тоже.

– Согласен с тобой, – кивнул Азамат.

– Не перебивай меня! – властным тоном осадил его мужчина и шрам проходящий ото лба до затылка побагровел от ярости.

Азамат опустил глаза и произнёс:

– Слушаю тебя!

– Я помогу тебе, но тогда и ты мне окажешь услугу, – деловито продолжил мужчина.

– Я сделаю всё, что ты прикажешь, – согласился собеседник.

– Посмотри сюда! – сказал мужчина со шрамом, разложив на столе карты русских городов Москвы и Санкт-Петербурга.

На каждой из них было нанесено несколько оранжевых кружков на реках и каналах по всему городу. Азамат кивнул головой и сказал:

– Мне понятно, что это такое. Я и мои люди – к твоим услугам.

– Но и это ещё не главное. Послушай меня внимательно! То, что ты увидел на картах городов – это моя месть, но моя главная цель – это она… Зафар показал фотографию симпатичной брюнетки своему собеседнику.

– Что с ней нужно сделать? Убрать?.. – наклонил голову Азамат.

– Только попробуй это сделать и ты сразу же отправишься на тот свет, следом за ней! Её нужно найти и вернуть сюда, потому что, она принадлежит мне по праву.

– Всё сделаем, как ты и сказал, Зафар! – с учтивым поклоном головы тихо произнёс собеседник.

– А я в этом и не сомневался!!! – стиснув зубы ответил тот.

Снова замолчал на несколько секунд, с трудом вспоминая, что хотел сказать…

– Зафар? – Азамат вернул его в действительность.

– Да, да… Сейчас… – после ранения в голову бывший хозяин «всего и всех» иногда заговаривался и терял контроль над собой, – Вот, смотри. Он достал из ящика стола какие-то папки. Слушай меня! Вот эти люди перешли мне дорогу и должны умереть. Они и их семьи!

Азамат открыл документы, рассмотрел фото и вместо привычного почтительного «приказ выполню», задал осторожный вопрос:

– Это военные люди? Мы их вряд ли вычислим. Адреса неизвестны, только приблизительно город и их фото. Их родных мы, может быть, так же когда-нибудь найдём, через своих людей в России. Но это очень трудно и потребует очень много времени и денег. Ты же знаешь, что за деньги можно сделать всё, даже то, что вначале кажется невозможным.

Зафар сильно прищурился и очень близко посмотрел в глаза собеседнику. У него опять сильно болела голова:

– Азамат, я вознагражу тебя больше, чем ты думаешь. Больше, чем ты стоишь. Сначала сделай самое главное! Ты передашь в Москву и Питер остатки моего боевого препарата. Он должен попасть в реки, каналы и водозаборы. Это будет моей местью всем. И доставишь мою женщину сюда! Не знаю как, но ты сделаешь это!!! – последнюю фразу он проорал собеседнику, встав, перегнувшись через стол, и вены вздулись на его висках.

Люди с оружием, стоявшие за спиной каждого из них, невольно переглянулись, напряглись, отыскивая мишень напротив.

Два одинаковых или очень похожих, бородатых лица по разные стороны стола смотрели друг другу в глаза. Одно – яростно, другое – спокойно. Два брата – близнеца, пути которых разошлись по обманчивым и извилистым дорогам Востока. Только у одного на голове зиял огромный, свежий, ещё незаживший шрам.

Да, он изменился и постарел, это было видно. Но Зафар с самого их детства был главным среди двух братьев. Чтобы закончить разговор, Азамат положил руку брату на плечо, а второй рукой погладил себя по бороде:

– Я придумаю, как передать посылку с этим товаром через границу, брат. Я приведу к тебе твою женщину и отомщу твоим врагам.

Они встали, подошли друг к другу, чуть приобнялись и люди, стоявшие по разные стороны с оружием, выдохнули и сняли палец с курка.

Удиви меня!

Конечно, Екатерина узнала этот голос!

Разгильдяй, женский обольститель и бабник на Ламборджини, фотограф из Милана, затем – её подозреваемый и впоследствии её спаситель – полковник ГРУ Рома Чистяков.

– Здравствуйте, Роман! Рада вас слышать! Ой… сейчас, секунду, паркуюсь тут в одном месте… Что-то случилось? – Катя, как женщина, поняла это даже не с первых слов, а с первых букв. Нет, даже потому, что он вообще ей позвонил.

– Да, есть один разговор, нужно встретиться, – Роман непробиваемо улыбался в телефон, это было слышно на расстоянии.

После секундного раздумья женщина улыбнулась в ответ:

– Я свободна послезавтра вечером.

– Катя, простите мою настойчивость, но нужно сейчас!

Екатерина вышла из машины и щёлкнула пультом сигналки. Её подруга Тойота устало пискнула, и, моргнув фарами, ненадолго заснула.

Окинув взглядом огромный сталинский дом на набережной Москва – реки, она, стоя осенью в распахнутом пальто, после небольшой паузы, услышала в наушнике приятный и уже чуть нагловато-настойчивый мужской голос:

– Так как насчёт встречи?

– Ну… Товарищ полковник… Если это важнее двух трупов, которые мои люди сейчас идентифицируют здесь, куда я приехала, – она непроизвольно засмеялась своей шутке и направилась в сторону дома, – тогда конечно…

– Катя! Это – важнее! Через час у меня в управлении, пропуск выпишу, там вас проводят, успеете?

«Вот это да…» – Екатерина удивилась – он умеет ещё и таким голосом разговаривать!? Ух ты… За его погонами она по интонации сейчас уже разглядела мужчину.

Мысль бывшей оперативницы работала тоже оперативно: «Так, сейчас на место преступления, там раздать всем люлей и потом до здания ГРУ на Хорошевке – двадцать или тридцать минут».

Катя ответила:

– Вроде успеваю… А если опоздаю на полчасика?

– Тогда будет намного больше, чем ваши там два трупа. Я доступно излагаю, Екатерина Сергеевна?

– Поняла! Буду! – она стремительно направилась к дому и своим сотрудникам, работавшим на месте преступления – двойного убийства.

Екатерина предъявила служебное удостоверение в свежепостроенном здании ГРУ, на Хорошевском шоссе. После минутного ожидания к ней быстро подошёл сотрудник и проводил на нужный этаж. Пройдя по удивительно тихим коридорам («Странно, а у нас пчелиный рой, а у них – тишина» – мелькнуло у Екатерины), они оказались у нужного кабинета. Открыв массивные дубовые двери, сотрудник начал докладывать:

– Товарищ полковник, по вашему приказанию…

– Молодец, свободен, – Роман привстал перед вошедшими и отпустил дежурного.

Он был в форме и это придавало ему своеобразный мужской шарм. Ему шли эти погоны, он казался старше и серьёзнее, чем один из его образов – тот баловень судьбы, раздолбай на Ламборджини или фоторепортёр на показе мод в Милане.

Ему шла форма, этот кабинет и обстановка. Катя своим женским чутьём снова увидела симпатичного и мужественного мужчину, но сразу забыла об этом… Служба…

– Здравствуй! – он по-приятельски чуть приобнял её и чмокнул в щёчку.

– Здравствуй… – она почувствовала, что её обнимают совсем не чужие руки… и тепло от них… И ещё почувствовала, что что-то произошло. И лёгкое волнение…

– Катя, ничего, что на «ты», так будет быстрее? – в его глазах было всё серьёзно.

– Да… Конечно… Рома, что произошло?!

– Давай вернёмся к той, недавней истории. Она имеет продолжение. Это происходит прямо сейчас.

Екатерина медленно опустилась в кресло, догадавшись:

– Злодей жив?..

– Да, Катя, он жив, он здесь, он чрезвычайно опасен, он угроза. Произошли кое-какие события. Я попросил привлечь тебя и твоих людей, потому, что видел, как ты работаешь и потому, что ты многое по этому делу знаешь. А здесь – гостайна и… сама понимаешь. Сейчас сюда зайдёт мой непосредственный начальник и всё расскажет.

Если ты ему понравишься, будет разрешение на передачу части действий твоему ведомству, но в лице именно тебя.

– Ром… – протянула Екатерина, – а как я могу понравится мужчине в таком пальто и рваных джинсах?

– Ну вот, шутить ты ещё можешь, значит… – он не успел договорить, дверь открылась и в неё быстро вошёл невысокий энергичный человек в форме генерал-лейтенанта.

Оба быстро встали, приветствуя вошедшего.

– Присаживайтесь, – мягко сказал тот и представился, чуть кивнув в сторону Екатерины, – Валентин Андреевич. Кто я, вы, вероятно, знаете.

Он прошёл уверенно на самое главное место в кабинете, уверенно сел зв стол, в своё, наверное, кресло и продолжил, глядя на обоих, как на детей, но в основном глядя на Екатерину:

– Начнём… Коньяк будете? – его добрые и умные глаза видели насквозь, но от этого Екатерина не почувствовала себя неуютно. Он был каким-то своим, что-ли…

– Я за рулём, – быстро открестилась от служебного преступления она.

– Ответ непрофессиональный, – генерал улыбнулся шире, ожидая, вероятно, другого ответа и глядя на Катю.

– Я не пью! – зачем-то ляпнула она, и успела вдогонку подумать: «Зачем я это сказала?».

– Враньё! – Валентин Андреевич откинулся в кресле и усмехнулся. Он достал откуда-то из старинного стола с зелёным сукном бутылку Хенесси и три бокала, поставив их рядом с собой на стол, – Два минуса у тебя, красавица. Ну, давай, студентка, третья попытка. Теперь удиви меня!

Роман с лёгкой улыбкой и интересом наблюдал за их диалогом, как актёр, готовый в следующей сцене выйти из-за кулис на подмостки, который знает текст пьесы и то, чем закончится предыдущая сцена.

Екатерина внутренне была расслаблена, ведь здесь были все свои и обстановка не располагала к интеллектуальным и гендерным войнам. Она встала, посмотрев на усмехающегося генерала, засунула руки в карманы пальто и медленно прошлась по кабинету в сторону выхода. Развернувшись на кроссовках, как на каблуках, она, медленно подходя к столу генерала, всё ещё держа руки в карманах расстёгнутого пальто, спокойно проговорила:

– Валентин Андреевич, у вас прекрасная жена, брюнетка, которая вас любит. Двое детей, первый мальчик, вторая девочка, намного младше. С женой у вас прекрасные отношения, но после командировки, в которой вы недавно были, была ссора, а затем бурное примирение. С её стороны была ревность на пустом месте. Если сказать о вас больше, то в постели вы – «ого-го», но у вас пошаливают почки и есть старая травма или ранение левого колена. Вы занимались боксом, но недолго. В юности дрались, заступаясь за девушек, но не всегда успешно, иногда шли против нескольких и получали очень сильно.

В наступившей тишине она подошла к бокалам, чуть плеснула себе, поболтала коньяк в руке, расплескав его по стенкам и залпом выпила. Сняла с генеральского погона длинный чёрный волос и молча показала присутствующим.

Портрет Президента на стене кабинета чуть улыбнулся.

Генерал молча и уже серьёзно смотрел прямо перед собой…. Затем он потянулся за бутылкой, налил себе и Роману. Чуть пригубил, поперхнулся, закашлялся и, не допив, обратился к Роману:

– Хорошо, мы её берём… Женшина, женский ум… Хорошо, Чистяков, я согласен, введи в курс дела, объясни задачу её группы и остальное. С её начальством согласую, доступ к делу тоже разрешаю.

Выходя из кабинета, он оглянулся через плечо и бросил:

– Найти и обезвредить главного и всю группу. О ходе дела докладывать.

Оставшись наедине с Екатериной, Роман начал уже серьёзно:

– Итак, нами получена информация…

Где-то

Это был тёплый, вечерний разговор между двумя влюблёнными, которые находились далеко друг от друга. Телефонный разговор…

– Вика, Викуся!.. Как же я люблю тебя! Каждую минуту думаю о тебе, – Андрей вложил в эти слова всю нежность, на которую был способен.

– Змей, Змеёныш мой, а почему ты говоришь так тихо, шёпотом? – Вика, уже лёжа под тёплым пуховым одеялом, с маленьким ночничком в деревянном доме очень хотела его слышать и волновалась.

– Да здесь… Ночь уже, у тебя тоже… Чтобы не перебивать тебе сон и не разбудить. Спи, мой малыш, я тоже скоро спать пойду.

– Хорошо, сладкий мой, я жду тебя, как можно скорей! Здесь тихо и спокойно, надеюсь, что всё это скоро закончится.

– Скоро, родная, скоро. Наши друзья уже работают. Скоро ты будешь в безопасности, а пока поживи там. Целую тебя, пока-пока!

– Спасибо, любимый, целую нежно, пока…

Змей отключил звонок, поправил маскировку и чуть прибавил яркость на приборе ночного видения. Лежащий от него справа Звездочёт, глядя в оптический прицел в ту же точку, откуда они ждали своих неприятелей, мечтательно произнёс:

– И как тебе это удаётся? Такая девушка… Спрятал ёё?..

– Спрятали те, кому положено. Сам понимаешь… Хорошо, что дали проводить и эти вот защищённые телефоны. Прикинь! Нас с ней никто не слышит и не может отследить, ну кроме тех, кому положено нас слышать.

– А проводил-то нормально, хоть не очень депрессует, не обиделась?

– Нет, у нас с ней душевно очень. Обиделись другие…

– Как?

Как?

Пассажиры на Ленинградском вокзале Москвы несли себя и свои вещи к отходящему поезду Москва – Санкт-Петербург. Какой-то огромный чемодан на колёсиках проехал мимо троих, стоявших у девятого вагона.

Отойдя метра на три от проводницы, принимающей новых путешественников, Роман инструктировал Викторию и Змея:

– По этим телефонам мы вас видим, слышим и ещё кое-что. Заряжать – раз в неделю, воды они не боятся, орехи ими не колоть – не проверено. Пишем все разговоры автоматически, за свои личные разговоры не волнуйтесь, нас они не интересуют. Если вдруг программа видит, что голос отличается от обычного, то наша система распознавания речи и встроенный детектор лжи мгновенно передают сигнал, что у вас проблема и мы начинаем действовать.

Виктория покрутила в руке внушительный предмет:

– Мой смартфон был как-то покрасивее…

– Вика! – Роман чуть не рассмеялся, – увидишь ты его скоро! Да, вот ещё, держи это!

– Авторучка? Письма писать? Тяжёленькая такая. Зачем она мне, Рома?

– Это на всякий случай, просто на всякий-всякий. Это не ручка, а однозарядный пистолет. Смотри, нужно повернуть вот эту скобочку вот сюда и нажать на эту кнопочку, а направить на врага. Если передумала стрелять, скобочку обратно. Носи при себе, только будь осторожна, он заряжен и помни – у тебя только один выстрел!

Ну, ребята, обустраивайтесь там, от Бологово до Медведево дойдёте пешком, так безопаснее. Хорошей дороги!

В купе было только два места, два человека…

И у них было о чём помолчать, ведь можно заменить слова объятиями.

Автобусом решили не пользоваться, как и инструктировали. А дорога от станции Бологое до Медведево лежала по тропинке, вдоль Парка Молодёжи, в котором был красивый, старый, уже зарастающий городской пруд. В глубине леса был слышен какой-то праздник и шум гуляющей компании в глубине парка – люди отдыхали на природе.

Змей шёл позади и терпеливо, уже пару километров тащил тяжёлый и модный, красный чемодан Вики. Девушка, в серебристо-сером, модном и облегающем спортивном костюме, красиво виляла бёдрами впереди, заставляя его… не отставать!

Внезапно, на дорогу из кустов вывалилась пьяная компания из нескольких мужчин.

– Опа на! А вот и девочки пришли! – радушно раскинув руки, перегородил Вике дорогу пьяный здоровяк.

Змей остановил её за плечо, незаметно поставив чемодан на траву.

Быстро встав между Викой и своей мишенью, заглянув в глаза громиле, он спокойно произнёс:

– Мы пройдём ребята, а вы продолжайте праздновать.

Местный авторитет не сбавлял оборотов:

– Так ты, конечно, пройдёшь! Проходи! А вы, мадам… – он попытался протянуть руку через плечо Змея в Вике, но… получил удар в пах коленом, а когда согнулся, мощный и скрытный удар локтём из-за спины в подбородок. Жирное тело хлюпнулось на спину.

Змей, чуть наклонив голову и глядя в пол, спокойно поинтересовался у присутствующих:

– Так мы, наверное, пройдём?

Зря окружающие подумали, что он смотрит перед собой вниз. Он видел всё. Вику, которую надо защищать и особенно противника, который вот сейчас нападёт сзади…

Уйдя с линии атаки и мигом развернувшись, он встретил заднего нападающего мощным ударом в солнечное сплетение и почувствовал, что пробил почти весь желудок… Ещё четверо через мгновение остались лежать на траве.

Последний, мгновенно протрезвевший пьяный, развёл руками:

– А я чё? А я ничё… Проходите…

Змей взял остолбеневшую Викторию под руку, чуть сжал и спокойно сказал последнему, оставшемуся стоять:

– А… Ты разрешаешь? Хорошо… Проводи нас немного и… вот тот чемодан не забудь поднести. Пока мы будем идти, я тебе кое-что растолкую, потом передашь своим друзьям.

Убей его красиво

Роман убрал коньяк и бокалы, посмотрел на Екатерину и сказал:

– Ну… Удивила, так удивила! Смелость города берёт, а вот наглость в общении с генералами не приветствуется!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.