Ольга Райтер
Переступив черту. 1 часть

Глава 1

Длинноногая брюнетка в потертых джинсах с чересчур правильными чертами лица, волоча за собой чемодан на колесиках, неуверенно подошла к бревенчатому дому.

Присев на старую лавку, она с нежностью провела по ней рукой. Пальцы умело нащупали буквы, вырезанные Юлей в детстве.

Теплые воспоминания, словно крылатые бабочки, роем нахлынули на девушку.

Все ее детство прошло в этом доме. И было оно счастливым, пока не умерла ее мать.

А там все было будто по сюжету сказки о "Золушке". Отец привел в дом другую женщину и ее детей, которые для него стали важнее, чем родная дочь.

Вот только история в данном случае была несколько другая. Дочь Галины, Саша, очень хорошо ладила с девушкой и не давала ее в обиду, несмотря на то, что была на два года младше.

– Пожаловала, и года не прошло, – послышался за спиной Юли знакомый скрипучий женский голос. – Приперлась!

Юля испуганно вскочила с лавки и обернулась. За ее спиной, оперевшись о калитку, стояла полная женщина с мелкими рыжими кудряшками.

Это была Галина, мачеха Юли. И приезду своей падчерицы женщина была явно не рада.

– Ишь ты, и как ты шары свои бесстыжие показать решила?! – закатила глаза вверх Галина. – Когда от тебя нужна была помощь отцу, так шиш! Сидела в своем городе и молчала в тряпочку. А тут приперлась! На те…Любите меня!

– Мне нечем было помочь отцу, – еле слышно выдавила из себя девушка. – И узнала я недавно…

Но Галина слушать Юлю явно не собиралась. Она все больше распалялась, жестикулируя руками:

– Подожди-ка, я, кажется, знаю, чего ты в нашу глушь притащилась! На наследство губу раскатала?

Юля хотела возразить женщине, потому, как у нее ни разу не возникало в голове подобных мыслей.

– А вот это видела?! – добавила женщина и показала девушке кукиш. – Ни дома, ни отца у тебя больше нет! Иди отсюда, пока я полицию не вызвала! Змеюка подколодная…

Юля хотела возразить, но сил на это у нее не было. Покачав головой, она медленно побрела прочь от отцовского дома.

Добравшись до остановки, Юля присела на лавочку в ожидании автобуса, который бы унес ее прочь от этого места.

Прошел час, два, три. Стало смеркаться, а автобус не торопился увозить гостью, которой в деревне никто не был рад.

– Сегодня автобуса больше не будет, – рядом с Юлей на лавку опустился симпатичный брюнет в кожаной куртке, накинутой поверх белой футболки. – Даже не поздоровалась ни со мной, ни с Сашкой, – добавил он разочарованно.

Юля вгляделась в черты лица парня и ахнула. Это был Глеб – сын ее мачехи, который в детстве на дух ее не переносил и всячески досаждал.

– Ваша мать мне не особо-то и рада, – сглотнув слюну, ответила Юля.

– Мать можно понять, она теперь одна на себе все тащит, а ты за пять лет ни разу не появилась, – с осуждением произнес Глеб. – Так что, думаю, к такому приему ты должна была быть готова…

Юля натянуто улыбнулась, сказать Глебу ей было нечего, а оправдываться как-то уже не хотелось.

– Так и будешь тут всю ночь сидеть? – теребя брелок с ключами в руках, спросил парень.

– А где мне сидеть? Тут и буду, – хмыкнула Юля, откинув со лба назад длинные волосы.

– Мать уехала с ночевой в город к подруге, так что приглашаю тебя в гости, – Глеб поднялся с лавки и протянул Юле свою руку.

Девушка сначала хотела отказаться: все-таки с Глебом у них раньше не ладилось, и она не знала, как сейчас с ним себя вести.

Но, прикинув, что ночь на остановке будет еще хуже соседства с неродным братом, Юля протянула Глебу руку.

*****

Неуверенно переступив порог, Юля наконец-то оказалась в отчем доме, где не была много лет.

Внутри почти ничего не поменялось. То же странное убранство в стиле старины и стены, вместо ковров увешанные иконами.

Юля недовольно скривила лицо: так и осталась в доме показуха…

Сама Галина, как вы уже видели, совсем была не прочь ввернуть красное словцо и все это боголюбство было наигранным.

– Присаживайся, – Глеб кивнул на стул у стола. – Даже чай еще горячий, – добавил он, снимая с себя куртку.

Юля сразу оценила его внешность. Из гадкого утенка Глеб превратился в накаченного красавчика.

Столкнувшись взглядом со сводным братом, Юля поспешила отвести глаза в сторону.

Глеб поспешно накрыл на стол и пригласил девушку присоединиться к нему.

– Может, немного за встречу? – спросил он, вытащив из холодильника бутылку "Мартини". – Ты, наверное, только такое теперь и пьешь в своем городе?

– Нет, – Юля замахала руками, любезно отказавшись. – Не пью, но все равно спасибо.

Однако Глеб был убедителен и упросил ее хотя бы пригубить "за встречу". Потом завязался разговор.

Парень пожаловался на то, что не может никак сбежать из деревни: мать не пускает.

– Это Сашке, сестре, повезло, потому что она успела выскочить замуж и уехать в город, – сетовал Глеб.

Юля слушала его, кивала и понимала, что он стал совсем другим. Не такой как раньше, не пытается ее подставить, "укусить", посмеяться над ней.

Однако это впечатление было обманчивым. После пары глотков девушка вдруг почувствовала сильное головокружение – перед глазами все поплыло.

Юля попыталась встать, но тело ее не слушалось. Оно было чужим и будто не принадлежало ей.

– Ты прости меня, – прошептал Глеб, беря Юлю на руки. – Я просто не хотел больше оставаться в этом доме.

Эти слова были последними, что Юля запомнила. А дальше…дальше – глубокая пропасть и пустота…

Когда девушка открыла глаза, то поняла, что лежит на мокрой траве. Джинсы насквозь промокли, в воздухе пахло добротным костром.

Рядом бегали люди, что-то кричали, слышалась пожарная сирена. Юля с трудом подняла тяжелую голову и ошарашенно уставилась на дом.

Точнее, на то, что от него осталось. Тут же стояла Галина и, заламывая себе руки, не сводила взгляда с обгоревших бревен.

Увидев, что Юля пришла в себя, она закричала:

– Хватайте ее, пока не ушла! Это она сожгла дом. Так и знала, что она отомстит мне за наследство!

Юля и глазом моргнуть не успела, как два человека в форме схватили ее под руки и затолкнули в полицейский бобик.

Через пару секунд машина тронулась. Юля через стекло растерянно смотрела на руины дома и на Галину.

В голове никак не мог собраться пазл. Нет, она поняла, что отчий дом сгорел, но только при чем тут она?

Почему именно ее подозревают? Машина медленно выезхала на дорогу, и тут Юля увидела Глеба.

Он ехидно улыбнулся, поймав ее бессильный взгляд на себе, и пожав плечами, помахал ей на прощание рукой.

До девушки дошло, что сводный брат, как это и было раньше, снова ее подставил. Вот только теперь уже по-крупному…

За поджог дома Юле грозило уголовное наказание. На суде, словно гром среди ясного неба, прозвучал приговор:

– Три года колонии общего режима.

Глава 2

Сердце бешено колотилось в груди молодой девушки, идущей по серым коридорам исправительного учреждения.

Сзади, громко чеканя шаг, и то и дело, казалось, просто так, для порядка, подгоняя Юлю браным словцом, шагала строгая надзирательница.

Какая из камер моя? Как встретят меня сокамерницы? Продержусь ли я три года, полученные за то, чего не делала? Именно эти мысли мелькали в голове девушки.

– Стоять, Климова! К стене! – глухо каркнула надзирательница, давая Юле понять, что они пришли.

Девушка уткнулась лицом в холодную стену, ожидая, пока грозная женщина освободит ее запястья от наручников.

Надзирательница отворила дверь внутрь одной из камер. Та издала такой жалкий скрежет, от которого Юлю невольно передернуло.

– Твое новое жилище на ближайшие три года, – пробасила с усмешкой женщина, будто была рада, что Юля попала в такую ситуацию. – Так что располагайся.

Юля неуверенно переступила порог камеры. Внутри было пусто. Ее сокамерницы всё еще были на работах.

Приглядев себе место, Юля присела на низ двухъярусной кровати и стала раскладывать свои вещи.

В этот момент из коридора послышался громкий топот, ржущие голоса и дверь в камеру, издав все тот же противный жалобный скрежет, распахнулась.

Внутрь, одна за другой, толкая впереди идущих в спину, вошло семь представительниц женского пола.

И если бы не платки на их головах, можно было бы подумать, что среди вошедших есть не только женщины, но и мужчины.

Юля медленно повернула испуганное лицо в сторону тех, с кем ей предстояло провести бок о бок три года.

Сейчас должно было состояться первое и решающее знакомство, от которого и зависит, как к ней здесь будут относиться дальше.

Вошедшие в камеру девушки переглядывались между собой и молча кивали на побледневшую от страха Юлю.

– Новенькая, – пролетел по камере глухой шепот. – Новенькая…

– И довольно-таки борзая, – из толпы вперед выдвинулась полная женщина с изрядно помятым лицом. – Лапа, а ты ничего не перепутала? – добавила она, сверля Юлю презрительным взглядом.

– Она же не знает, – преградила путь разозленной женщине хрупкая девушка с голубыми глазами. – У меня место есть, а это чужое, – схватив Юлю за руку, она поволокла ее к другой кровати.

– То-то же, – женщина грохнулась на место Юли и принялась с любопытством ее рассматривать.

– Меня Полина зовут, – голубоглазая спасительница улыбнулась потерявшей дар речи Юле. – А эта грозная женщина Тая. Она нормальная, просто характер такой…вредный…

– Меня Юля зовут, – почти беззвучно ответила девушка.

– За что сюда попала? – достав из носка припрятанную жвачку, спросила Тая. – Сразу видно, что не нашенская…краля…ухоженная…

Она еще раз окинула взглядом Юлю, громко хрюкнув:

– Скоро тебе жизнь сладкой не покажется.

– Я по ошибке здесь, – Юля присела на отведенное ей спальное место.

– Все мы тут ни за что, – громко захихикала Тайка, хотя хохот этот больше напоминал конское ржание.

– А ну тише там, – надзирательница с наружной стороны пару раз для устрашения стукнула дубинкой по двери камеры.

– Коза, – оскалилась Тая. – Так за что ты сюда попала, зая?

Юля, путаясь в словах и запинаясь через слово, рассказала своим новым "подружкам" о том, как ее подставил сводный брат.

– Говорила же, что от мужиков одни беды, – Тайка в сердцах сплюнула на пол. – История твоя, печальная, конечно. Но налог платить все равно придется…

– Какой налог? – удивилась Юля, и ее пальцы задрожали. – У меня нет денег…

– А ты найди, – сухо бросила Тайка. – У тебя две недели. Оплата два раза в месяц по две тысячи рублей. На волю кому-нибудь черкани.

– Да у меня нет никого: ни матери, ни отца, – развела руками Юля, осознавая, что она, кажется, крупно влипла.

– А вот это уже плохо, очень плохо, – зевнула Тайка. – Так, все, я вздремну. Тишину держите.

После ее слов сразу же стало тихо, и через пару минут громкий храп женщины разошелся по стенам небольшой камеры.

– Ты не бойся, мы же тут работаем, наскребешь, – шепнула Полина Юле. – Обойдется как-нибудь.

Но слова Полины Юля уже не слышала, она с содроганием осознала, что три года здесь не выдержит.

Две недели девушка жила в спокойствии. Ад начался по истечении четырнадцати дней.

Тайка, переваливаясь с одной ноги на другую, словно утка, медленно подплыла к Юле, увлеченно читавшей книгу.

Со всей силы пнув по железной ножке кровати, баба-гром грозно спросила:

– Ты до фига умная что ли, как я погляжу?

Юля подняла на Тайку удивленный взгляд. Ей было странно, что такая женщина, как она, решила с ней поговорить об образовании.

– Ну да, умею читать со школы, – решила пошутить Юля, но тут же поняла, что Тайку ее грамотность не особо-то и интересовала.

– Деньги когда отдашь? Две недели прошли, – надувая огромный пузырь из жвачки, больше, чем ее собственное лицо, спросила Тайка.

– У меня нет, – Юля медленно захлопнула книжку, даже не запомнив страницу, которую читала.

Все эти дни она надеялась, что Тайка про этот налог забудет. Потому как та все четырнадцать дней молчала о деньгах и заговорила о них только сейчас.

– Ну, дорогуша, это твое дело, что ты не пошевелила и пальцем, чтобы их раздобыть, – Тайка огромными ручищами стянула Юлю со второго яруса кровати и поставила перед собой. – Радуйся, что я добрая и даю тебе срок еще две недели. Но отдать придется не четыре уже, а пять тысяч. Процент…Так что ускоренно ищи деньги, краля! – сухо добавила женщина, легонько щелкнув девушку по носу.

Девушка испуганно закивала головой и медленно попятилась к стене.

– Что будет, если я не найду деньги? – спросила Юля у Полины, рассматривающей местами потрескавшуюся старую фотографию.

– Не знаю, мы всегда находили деньги. Не связывались с ней, – отмахнулась голубоглазая девушка.

– А почему бы не устроить Тайке бунт? Нас же больше! Какое право она имеет брать с нас деньги? – немного подумав, предложила Юля.

– Ага, рискни. Одна уже устраивала. В больничке потом лежала полгода. Не, не хочу, – фыркнула Полина, поежившись от воспоминаний.

– А когда нам зарплата из швейного цеха придет? – Юля с надеждой тронула Полину за плечо.

Полина поспешно спрятала фотографию в нагрудный карман платья и тихо фыркнула:

– Да какие там деньги… мы их и не видим. Они на карточку идут. По выходу отдадут.

– А ты где деньги берешь, чтобы налог платить?

– С воли. Свои подкидывают. Мать. А у тебя мать есть? – спросила Полина, но тут же вспомнив слова девушки о том, что на воле у нее никого нет, покачала головой. – Сожалею.

Юля задумчиво присела на край спального места Полины и с тоской посмотрела на решетчатое окно.

****

Тайка долго ждать не стала. Утром следующего дня она всей своей громадной массой прижала Юлю к стенке.

Громко отрыгнув ей в лицо, она проскрежетала:

– Осталось тринадцать дней! Нет денег, ищи богатого папочку!

Юле составило большого труда, чтобы высвободиться из-под Тайкиной массы. Не чувствуя от страха ног, девушка направилась в швейный цех.

Хотелось реветь и рвать на себе волосы. Все валилось из рук. Настроение Юли заметила и надзирательница Люба.

Она лучше всех относилась к своим подопечным.

– Климова, а ну поди-ка сюда? – окликнула Люба задумчивую Юлю. – Что случилось? Лица на тебе нет.

– Что-то самочувствие не очень…душно, – соврала Юля.

Не могла же она рассказать Любе всю правду. Девушка хорошо была наслышана о том, как здесь обходятся со стукачами.

– На вот коробки отнеси в прачечную, заодно проветришься, – надзирательница кивнула на три здоровых коробки у стены.

Юля подхватила коробки на руки и выскользнула на крыльцо. После дождя воздух был особенно свеж.

Как же ей сейчас хотелось на свободу! Бросить эти коробки или прямо вместе с ними рвануть к воротам на глазах у всех?

Юля с тоской посмотрела на открывшиеся в этот самый миг ворота и черную покатую машину, въехавшую на территорию колонии.

Как только машина притормозила, из нее вальяжно выпорхнула стройная женщина в черной длинной мантии, скрывавшей изгибы фигуры.

Юля смекнула, что незнакомке не больше сорока. Следом за ней из машины выскочил парень в белой рубашке и темно-сером шерстяном пиджаке.

– Богатей, – проворчала Юля, бросив коробки на ступеньках.

Парочка медленно направилась в сторону девушки, продолжавшей стоять на крыльце.

Когда незнакомцы поравнялись с Юлей, женщина, кивнув на нее, громко произнесла:

– Если ты и дальше будешь себя так вести, то окажешься в этих стенах и женой твоей рано или поздно станет какая-нибудь зечка!

Парень, окинув Юлю изучающим взглядом, остановился и сговорчески ей подмигнул:

– Как зовут тебя, жена?

– Что?

– Имя твое как?

– Юля, – растерянно ответила девушка, по инерции поправляя сбившийся на бок платок.

– Если будут проблемы, звони, – парень сунул Юле в руку визитку.

Женщина, заметив, что ее спутник приостановился возле заключенной, обернулась и презрительно фыркнула:

– Егор, еще не хватало, чтобы все увидели, что сын судьи общается с какой-то грязной зэчкой.

Юля разинула рот, провожая взглядом уходившую парочку, навстречу которой тут же высыпала чуть ли не вся администрация тюрьмы.

Глава 3

Тайка о долге напоминала каждый день и всячески старалась ущемить Юлю. То мимо пройдет и невзначай толкнет всей своей стокилограммовой массой, то не забудет как-нибудь высмеять ее.

Сокамерницы в их конфликт предпочитали не вмешиваться. Юля понимала: нужно где-то срочно найти деньги…

Нащупав в кармане лощеную визитку от незнакомца, девушка быстрым шагом подошла к надзирательнице Любе.

– Можно мне позвонить с вашего телефона? Это вопрос жизни и смерти! Пожалуйста! – взмолилась она, схватив надзирательницу за руку.

В глазах Юли стояли слезы и такая глубокая мольба, что Люба, поворчав для приличия, протянула ей свой телефон:

– Всего минуту! Не дай Бог кто увидит. Сама же знаешь, что нельзя вам…

Юля дрожащими пальцами набрала номер незнакомца. Каждый короткий гудок отнимал у нее шанс на надежду.

Люба чуть ли не каждую секунду косилась на девушку, показывая пальцем на наручные часы на своей руке.

Наконец на том конце провода кто-то взял трубку и заспанным голосом произнес:

– Слушаю…

Сердце в груди Юли бешено забилось, прикрывая трубку ладошкой, она тихо проговорила:

– Это Юля.

– Какая еще к черту Юля? – выругался парень. – Я тебя в баре вчера подцепил?

– Из колонии. Вы мне свою визитку дали. Мне очень нужна ваша помощь. Нет, не деньги, – опередив вопрос незнакомца, произнесла девушка. – Мне больше не к кому обратиться.

Однако парень даже не успел ответить, как Люба резко выдернула из рук Юли телефон:

– Время вышло!

Неясно было, услышал ли ее незнакомец, понял ли он и поможет ли, ведь она даже не успела ему сказать, в чем заключается помощь.

Через Егора Юля хотела найти свою сводную сестру Сашу, которая жила где-то в этом городе, и попросить у нее денег.

Дала бы ей Саша взаймы или нет, неизвестно, но попытаться все-таки стоило: за спрос в лоб не ударят.

Юля вернулась из швейного цеха в камеру сопровождаемая грозным взглядом Тайки, которая, казалось, готовилась проглотить ее.

– Слышь, ты, – Тайка схватила Юлю за рукав. – Деньги ищи. И не думай, что я тебе их прощу. Ты с нашей больничкой еще не знакома? Так я вас познакомлю, будь уверена.

Юля резко выдернула из рук Тайки рукав и с легкостью заскочила на второй ярус кровати.

– Ишь ты, еще и дергается, – брызнула слюной женщина. – Сокращаю тебе срок! Даю 3 дня!

Юля впилась глазами в ненавистную Тайку и уже хотела спрыгнуть с кровати и наброситься на нее, но вовремя поняла, что не справится, а сделает только себе хуже.

– Она бы тебе, может, и простила, но тогда всем придется прощать, а это уже не дело. Тайка через пять лет выйдет, хочет квартиру себе купить, – с завистью прошептала Полина.

– Я тоже много чего хочу, – проворчала в ответ Юля, кутаясь в клетчатое одеяло.

*****

Юля по обыденному распорядку с раннего утра находилась в швейном цехе. Думать ни о долге, ни о чем другом не хотелось.

С ужасом осознав, что осталось два дня до крайнего срока, девушка задумчиво уставилась в стену.

– Эй, Климова! – окликнула Юлю надзирательница Люба. – Чего батонишься? К тебе там посетитель.

Юля растерянно поправила на голове волосы. Она на все сто процентов была уверена, что к ней пришел Егор.

Ведь это его она вчера просила о помощи. В комнате для посетителей девушку, действительно, ждал парень.

Но это был не Егор, а Глеб. Юля замерла в пороге и повернулась к сопровождавшей ее Любе:

– А что если я не хочу с ним говорить?!

– Иди давай, – Люба грозно толкнула Юлю в спину. – Десять минут у тебя.

– Мне и одной хватит, – проворчала Юля, быстро подойдя к Глебу. – Чего надо?

– Сестренка, – улыбнулся сводный брат, вставая со стула. – Обнимемся?

– Я спрашиваю: чего тебе надо? Не верю, что ты раскаялся и пришел просить прощение за то, что упек меня в колонию, – Юля со всей силы толкнула Глеба в грудь.

– Эй, полегче. А мне не за что просить прощения, – Глеб присел на стул, положив нога на ногу. – Зато у тебя есть шанс загладить свою вину за то, что сожгла наш дом.

Парень положил на стол красную пластиковую папку, из которой торчали бумаги:

– Подпиши!

– Это что? – Юля ткнула пальцем в сторону папки.

– Твой отказ.

– Какой отказ?

– За дом, между прочим уничтоженный тобой, полагается страховка. Но твой отец внес в нее и твое имя. Откажись! – Глеб ткнул Юле в лицо какой-то бумажкой.

– Хорошо, – девушка выхватила у сводного брата листок и, разорвав его на мелкие клочки, бросила их в лицо Глебу. – Уведите меня!

Юля была рада, что наконец-то хоть таким образом проучила сводного брата, по милости которого и попала в тюрьму.

Едва Юля снова вернулась в швейный цех, как туда снова заглянула надзирательница:

– Климова, опять к тебе посетитель!

– Не пойду!

– Точно?

В голове Юле мелькнула мысль, что сейчас она выскажет Глебу все, что думает о нем и его матери.

Но в комнате для посетителей сидел совсем другой человек. Юля не сразу узнала его.

Сейчас он был одет в синюю футболку и точно такого же цвета джинсы. В руках он безразлично крутил ключи от машины.

Это был Егор. Увидев замешкавшуюся Юлю, он кивнул ей на стул напротив себя:

– Чего звала?

– Да уже не надо, – улыбнулась смущенно девушка.

– Просто так меня выдернула? – парень плотно сжал губы, показывая свое недовольство.

– Мне нужна была помощь, но там уже все бесполезно…зря я вам позвонила, извините…

Юля говорила о сводной сестре, но приход Глеба с документами, дал ей понять, что сводная сестра ей тоже будет не рада.

– Нет уж, говори, зачем звала? – фыркнул Егор, размахивая в воздухе ключами.

– Ты…вы не могли бы мне занять пять тысяч? Я отдам все, – стыдливо попросила Юля.

– Так бы сразу и сказала, а то вчера отнекивалась, – парень достал из кармана пятитысячную купюру и бросил ее на стол перед Юлей.

– Я отдам! – девушка быстро сунула деньги в карман. – Спасибо!

– Только знаешь что? Не звони мне больше: не хочется спонсировать ваше заведение, – Егор быстро поднялся со стула. – Бывай!

Юля настолько была поражена его словами, что не нашла, как оправдаться, а Егор, насвистывая, быстро скрылся за дверью.

Вечером Юля протянула Тайке деньги. Женщина недоверчиво покрутила купюру на свету и процедила сквозь зубы:

– Я гляжу, ты с сыном судьи дружбу водишь? Теперь будешь отдавать мне не пять, а десять тысяч. Такса для тебя изменилась.

Полина, заглядывая на второй ярус кровати, где расположилась Юля, полушепотом спросила:

– А если у тебя в друзьях сын судьи, какого черта ты тут сидишь? Его мать могла с легкостью и условку тебе выхлопотать.

Юля отвернулась к стене, ничего не ответив "подруге по несчастью". Она снова думала о том, где взять такую крупную сумму.

Глава 4

– А где ты его нашла? – не унималась Полина, забрасывая девушку вопросами. – И как он? Симпотный?

– Закрой рот, не твое дело, – огрызнулась Юля, заставив сокамерницу замолчать.

Полина обиженно вздернула нос и поплелась к судачащим у решетчатого окна девушкам.

– А ей не по масти с нами базарить, – противно откашлялась Тайка. – Она птица вон какого полета…с сыном судьи шашни крутит. Только что-то он ее отсюда не норовит вытащить, – добавила она, громко рассмеявшись.

*****

Юлька не могла уснуть всю ночь. Как решить проблему, которую ей подкинуло шапочное знакомство с сыном судьи, она не знала.

Выпросив у надзирательницы Любы снова телефон, Юля набрала знакомый номер.

– Это Юля, – замявшись, произнесла девушка, услышав голос Егора.

– Я же сказал, чтобы ты мне не звонила больше. Я не буду обеспечивать всю вашу камеру, – взбесился парень. – Лоха что ли нашла? Или если я тебе денег не дам, ты мой дом, как и дом мачехи, сожжешь? Кишка тонка! – едко добавил Егор.

– Идиот! Это из-за тебя все! – зачем-то выпалила Юля и нажала на кнопку сброса звонка.

Обвинила она, конечно, Егора зря. Он был тут совсем ни при чем. Денег бы она все равно торчала Тайке при любом раскладе.

Правда, не такую крупную сумму, но это сути дела не меняет. Как ни крути, Юля оказалась в очень тяжелом положении.

Но она никак не ожидала, что к вечеру к ней снова придет посетитель. Это был Егор.

Слова девушки задели парня, и он решил прийти к ней на свиданку и потребовать, чтобы она отстала от него.

Юля нехотя вышла к ожидавшему ее Егору и безразлично присела на стул:

– Извини…ты и так мне помог…но мне больше не к кому обратиться. А что делать сама я не знаю…на мне опять крупный долг…и дом…это не я…

Егор, откинувшись на спинку стула, прищурил глаза и настойчиво спросил:

– Ну…рассказывай…что там у тебя и причем тут я?

Юля, не поднимая взгляда на парня, стала рассказывать ему свою историю. И почему-то ей впервые в жизни было стыдно вспоминать свое прошлое.

Она говорила, а сама нещадно теребила подол своего серого платья, будто пыталась в нем проделать дыру.

– Интересненько, – крякнул Егор, задумчиво почесав подбородок. – Если не врешь, история занятная…

– Не вру, – Юля злобно сверкнула глазами. – Зачем мне это?

– Тсс! Все! Тихо, тихо! – требовательно оборвал девушку Егор. – Как там зовут твою собирательницу налогов?

– Тайка Соколова, – неуверенно ответила Юля.

– Окей, я решу твои проблемы.

Юля удивленно уставилась на парня. Как он мог ей помочь? Если только снова деньгами?

Но денег Егор на этот раз Юле не дал. После того, как она вернулась в камеру, Тайку куда-то вызвали.

Ее не было около получаса. Вернулась она бледная, растерянная и сильно недовольная чем-то.

Легонько тронув Юлю за плечо, она произнесла:

– Ты мне больше ничего не должна. Повезло тебе, что в хахали судейский сын попался. И на что он тут мог клюнуть? Ни рожи, ни кожи…фу и бе…

Юля хотела поинтересоваться, почему Тайка вдруг передумала, но решила этого не делать.

Как и обещал Егор, проблема была решена. А как уж он это сделал, не ее дело…

Просто Юля не знала, что как только она ушла, Егор потребовал вызвать к нему на свиданку заключенную Соколову.

Разговор между грозной Тайкой и сыном судьи произошел следующий:

– Ты с Климовой деньги требуешь? – с вызовом спросил Егор, сев на крышку стола перед женщиной.

– И чо? – чавкая жвачкой, ответила Тайка, бухнувшись на стул.

– Вочо! Она тебе больше ничего не должна! – тоном, не терпящим возражений, проговорил Егор.

– С чего ради? Ты что ли теперь будешь должен? – громко заржала Тайка, не зная, что перед ней сын судьи. – Я натурой не беру, хоть ты и сладенький.

– Еще раз к Юле подползешь, я сделаю так, что ты не то, что через год, вообще отсюда никогда дороги не найдешь, поняла? – Егор больно схватил Тайку за плечо.

– Поняла я, поняла, – испуганно ответила женщина, наконец-то осознав, кто перед ней.

*****

Судья Громова пыталась нащупать на кроватном столике трезвонящий телефон.

Но рука то и дело проскальзывала мимо. Пару раз чертыхнувшись, она сорвала с глаз повязку и взглянула на часы.

– Без пяти шесть! Какого черта?! – женщина провела пальцем по сенсорному экрану.

– Тетя Люда, тетя Люда, – раздался на том конце провода захлебывающийся женский голос. – Егор…Егор…

– Что с моим сыном? – судья вскочила с кровати с громким криком. – Хватит визжать, Алина!

Этот тон, как успокаивающее средство, подействовал на звонившую девушку, и она четко произнесла:

– Егор…Егор меня бросил.

– Тьфу ты! – Людмила облегченно вздохнула и присела на край кровати. – Я уже было подумала…до инфаркта так меня доведешь…почему бросил? А свадьба?

– Он сказал мне, что передумал, но кольцо не забрал, – всхлипнула Алина. – Что мне теперь делать? Я люблю его! Помогите, тетя Люда!

– А причина? Не назвал? – зевнула в трубку судья Громова.

– Нет, сказал, что больше не любит, – обиженно отозвалась девушка.

Казалось, что именно эти слова несостоявшегося жениха и послужили причиной расстройства молодой девушки.

– Я разберусь! Успокойся, – судья снова стала укладываться в кровать. – И не звони мне по пустякам так рано, дожидайся хотя бы утра, – добавила она, бросив трубку.

Людмила откинула голову на подушку и стала думать о том, что младший сын совсем отбился от рук.

Теперь он удумал разорвать все связи с семьей московского депутата Терентьева. Но Людмила этого не допустит.

Егор все равно женится на Алине, хочет он того или нет. Именно с этими радужными мыслями судья снова стала погружаться в сон.

С утра она первым делом позвала к себе начальника охраны. Затворив дверь в кабинете, она проговорила:

– Хочу знать о том, чем занимается мой младший сын Егор. Весь его распорядок. Неделю последите за ним, потом доложите.

У самого сына Людмила узнать ничего стоящего не смогла. Он просто ответил, что не хочет жениться и Алину не любит.

Но судья совершенно отчетливо понимала, что причина срыва свадьбы кроется совсем в другом: есть кто-то третий.

И нужно узнать, кто это. Возможно, новая пассия сына намного богаче, чем дочь депутата.

– Ну что? – судья подняла голову, увидев вошедшего в ее кабинет начальника охраны. – Есть что-то стоящее?

– Вроде все тихо, мирно. Ваш сын не ездит по барам и клубам. С женщинами не встречается, кроме одной…три раза в неделю он ездит в ИК-234 на свидание к заключенной Климовой Юлии Валерьевне, – хладнокровно проговорил мужчина и протянул судье папку с бумагами. – Здесь все по ней.

– Что? – возмущенно произнесла Людмила, выхватив у начальника охраны папку. – В ИКа? Серьезно?

– К сожалению, да, – пожал плечами начальник охраны.

– Хорошо, идите, – задумчиво ответила судья, набирая на телефоне номер Алины.

Едва девушка взяла трубку, Людмила строго произнесла:

– Не волнуйся, детка, проблема с Егором будет решена. Готовься к свадьбе.

Глава 5

Судья Громова сидела перед зеркалом, рассматривая проступившие под глазами морщины.

Подмазав их тональным кремом, она встала из-за столика и направилась в прихожую, намереваясь уйти.

В этот момент входная дверь распахнулась и в квартиру, весело болтая по телефону, ввалился младший сын Егор.

Людмила жестом приказала ему завершить разговор. Парень, попрощавшись с собеседником, уставился на мать:

– Что-то срочное?

– Нет, что ты! Что же может быть срочного, если не считать того факта, что мой сын посещает злачные места? Больше интересно, с какой целью?

– Это какие же? – Егор оперся спиной о косяк, ожидая длительного разговора.

– А речь идет о колонии, в которой сидит некая Климова! Какого черта ты у нее забыл? Захотелось воровской романтики? – с вызовом произнесла Людмила.

– Ой, давай не будем? Ты даже не знаешь, как она туда попала, – возразил Егор, скрестив на груди руки.

– Зато, я смотрю, ты знаешь! Да мне, в принципе, наплевать! Это ты из-за нее решил отменить свадьбу с Алиной? Так вот знай, я этого не допущу! Я сделаю все, чтобы эта зечка никогда не вошла в нашу семью, – сверкнув глазами, фыркнула Людмила. – Еще раз узнаю, что ты к ней заявился, приму жесткие меры!

– И что же ты сделаешь? – лицо Егора стало багрово-красным от гнева. – Запрешь меня дома?

– Узнаешь, – холодно ответила мать и, взглянув на часы, выскользнула за дверь.

Настроение сына ей не понравилось. Уж слишком он вызывающе вел себя, а это значило, что для Егора эта зечка почему-то стала дорога.

Побороться придется, подумала Людмила, вспомнив, что младший сын с детства был упертым, и ей всегда стоило большого труда поменять его отношение к какому-то делу или вещи.

В задумчивости судья добралась до работы и вошла в кабинет. На ее столе уже лежала огромная папка с делами заключенных ИКа-234.

Во вторник судье Громовой предстояло рассматривать дела по УДО (условно-досрочное освобождение).

Быстро пробежав глазами по бумагам, она остановилась на одной из них.

– Это же то самое ИКа, куда бегает мой сын, – прошептала Людмила, довольно улыбнувшись.

В ее голове уже созрел хитрый план, в осуществлении которого она была уверена на сто процентов.

Дела Климовой здесь не было, так как она не успела отбыть и 1/3 своего срока, но вот встретиться с ней судье ничего не мешало.

Во вторник судья Людмила Громова прибыла в ИК-234 раньше положенного времени.

Облачившись в судейскую мантию, она надменно произнесла:

– Пригласите-ка ко мне заключенную Климову Юлии Валерьевну.

Юля предстала перед судьей через десять минут, неуверенно вошла в помещение, где сидела судья Громова.

Та оценивающе оглядев девушку, грозно спросила:

– Ты знаешь, кто я?

– Нет, – покачала головой Юля. – Судья, наверное.

Громова презрительно хмыкнула, закатив глаза:

– А Егора Громова знаешь?

Поймав Юлин удивленный взгляд, судья продолжила:

– Я его мать! И как ты уже правильно заметила, я – судья! У меня к тебе заманчивое предложение.

– Какое? – высохшими от страха губами, спросила девушка.

– Я предлагаю тебе выйти на свободу хоть завтра, – судья нервно застучала пальцами по столу. – Понимаешь, о чем я?

– Нет, не понимаю, – Юля растерянно покачала головой.

– Я предлагаю тебе выйти отсюда в самое ближайшее время, но есть одно условие: оставь в покое моего сына. Так тебе понятнее?

Юля раскрыла рот, не веря своим ушам. Долгожданная свобода махала перед ней красным флагом.

– Ответ дашь сейчас или нужно время подумать? – хмыкнула судья. – По открытому рту вижу, что нужно время. Я дам тебе ровно сутки. Завтра я приду за ответом!

Слово свое она сдержала, и на следующее утро снова появилась в стенах колонии общего режима.

– Ну и что ты мне ответишь? – судья Громова, даже не взглянув на вошедшую в комнату для свиданий Климову, с увлечением рассматривала свой свеже сделанный маникюр.

Казалось, она была уверена в том, что девушка, не колеблясь, примет ее заманчивое предложение.

Ведь мужиков может быть еще много, а свобода кому помешает? Тем более в той ситуации, когда выбирать особо не из чего.

Юля присела напротив женщины на краешек стула и скромно произнесла:

– Спасибо вам, конечно, за предложение, но, пожалуй, я откажусь.

– Вот как? – Громова подняла на девушку удивленный взгляд. – А я ожидала услышать совсем другой ответ. Чего же ты хочешь взамен?

– Ничего, – Юля отвела в сторону глаза. – Меня и так все устраивает. Я отсижу положенный мне срок.

Она не хотела говорить женщине, что ее сын стал для Юли дороже всего на свете.

– Все понятно, – Громова резко вскочила со стула и скрипя зубами произнесла. – Урвать куш послаще захотела? О райской жизни размечталась с Егором? Зря! Я два раза предлагать не стану. А захочу, вообще тебя тут оставлю на столько времени, на сколько захочу. Сгниешь у меня здесь, поняла?!

– Делайте, что хотите. Мне все равно, – Юля безразлично отвернула в сторону голову.

Ей не хотелось смотреть на мать Егора, которая внушала ей неподдельный страх.

– А ты в курсе, что из-за тебя у моего сына свадьба сорвалась? – Громова попыталась заглянуть Юле в глаза, но та не дала ей этого сделать.

– Прячь, прячь свои бесстыжие глаза. Ну ладно, – женщина схватила сумочку со спинки стула. – Вижу, нам не о чем говорить. Но одно я тебе могу пообещать: Егора моего тебе не видать, как своих ушей. Если только издалека. Я такую невесту и на порог не пущу. Поняла?

Судья, звучно постукивая каблуками по полу, быстро направилась к выходу. Она была на взводе.

В голове Людмилы не укладывалось только одно: как эта девчонка могла отказаться от ее предложения?

Юля смотрела женщине вслед и думала о том: а правильно ли она поступила, отказавшись от свободы?

И Егор? Стоит ли он того? Разве ему нужна такая, как она? Будет ли он ее ждать долгих три года?

К тому же не совсем понятно, как он к ней относится. С одной стороны, чего бы он бегал к человеку, который ему безразличен по три раза в неделю?

А с другой – может, для него это новые чувства, новые ощущения, и ему хочется разнообразия? Ответы на свои вопросы Юля так и не нашла.

– Эх, наверное, я сглупила, – Юля вскочила со стула и уже хотела рвануть за уходившей судьей, но потом замешкалась и махнула рукой.– Будь что будет! Не было бы Егора и не было бы этого предложения. Будем считать, что второго точно не было, поэтому и жалеть не о чем.

Глава 6

Юля сидела на кровати, свесив вниз ноги. Проблем, казалось, у нее сейчас не было.

Тайка отстала, другие сокамерницы тоже не набирались храбрости идти с ней на конфликт.

– Ноги убери, – послышался снизу заспанный голос Полины. – Не очень занятное зрелище на них смотреть.

Юля вздохнула и подобрала под себя ноги. За дверью послышалась возня. Девушка напряглась.

Это значило, что идет надзирательница, а, возможно, к кому-то пришел посетитель.

– Порошко, на выход, – строго произнесла надзирательница. – К тебе пришли.

Юля разочарованно вздохнула. Прошло ровно две недели после последнего посещения судьи.

И именно после этого дня Юлю перестал навещать и Егор. Как говорится, словно бабка отшептала.

Юля разочарованно прикрыла глаза, понимая, что стоило судье Громовой все-таки сказать "да".

Но в этот момент дверь в камеру снова распахнулась, и надзирательница сухо бросила:

– Климова, на выход! Посетитель!

Юля, как дикая коза, спрыгнула со второго яруса и рванула в коридор. Она была уверена, что к ней пришел Егор.

Это был действительно он. По лицу парня Юля поняла, что он сильно нервничает.

– Слава Богу, думал, уже и не увижу тебя больше, – Егор схватил девушку за руку и прижал к себе.

– Почему так долго не приходил? – обиженно спросила Юля.

– Мать…я знаю, что она была у тебя. Знаю, что предлагала тебе свободу. Знаю, что ты выбрала. И тут распорядилась, чтобы меня к тебе не пускали, – нежно поглаживая руку Юли, ответил Егор. – Но деньги делают все.

Девушка подняла на красивого брюнета глаза. Зря она сомневалась: он, действительно, того стоил.

– У нас сегодня побег, – шепнул тихо Егор, подмигнув Юле.

Девушка растерянно уставилась на парня. Неужели он решился на такое? Взять и выкрасть ее из тюрьмы?

Но только как? И что будет потом, когда их найдут? Срок явно будет уже не три года.

– Нет, не могу, – Юля медленно вытянула свои пальцы из руки Егора.

– Не переживай. Побег всего на пять часов. Я заплатил солидную сумму за то, чтобы тебя с двенадцати ночи до пяти утра отпустили со мной. Потом я тебя верну, – заверил девушку парень.

– А разве так можно? – тихо-тихо, чтобы никто не слышал, удивленно спросила Юля.

– За двести тысяч все можно. Об этом никто не узнает, – Егор чмокнул Юлю в щеку. – До вечера.

Юля в растерянности так и осталась сидеть на стуле, не веря тому, что сказал парень.

Впервые за эти два месяца она снова вдохнет полной грудью запах свободы.

Пусть и всего на пять часов…

*****

Забрезжил рассвет. Юлька на цыпочках вошла в камеру, где спали ее "подруги по несчастью".

Не сдерживая довольную улыбку, девушка запрыгнула на второй ярус кровати.

– Где шаталась? – проворчала недовольно Тайка. – Ночь на дворе, а она честным людям спать не дает.

Но Юля оставила ее вопрос без ответа. Она была счастлива, и омрачать этот зарождавшийся день не хотела.

Мечтательно зевнув, девушка провела рукой по своей щеке, на которой еще горел поцелуй Егора.

Эти пять часов на воле, в номере отеля, были незабываемыми. Юля прикрыла глаза и сама не заметила, как погрузилась в сон.

В голове слышался мягкий голос Егора, а перед глазами мелькал номер отеля.

Эта была первая ночь, когда она уснула счастливой, за время нахождения в стенах этого сурового заведения.

Пока Юля погружалась в сон, Егор, врубив на всю катушку музыку в машине, ехал домой, где его ожидала мать, не сомкнувшая за ночь глаз.

– Где ты был? – с порога спросила судья Громова, властно скрестив на груди руки.

Егор улыбнулся, сбросив в прихожей обувь:

– Ездил по городу.

– С кем?

– Один, один. Давай потом с расспросами, спать хочу, – мужчина громко зевнул и направился к себе в комнату.

Людмила не задала больше ни одного вопроса, но совершенно отчетливо почувствовала от сына легкий запах алкоголя.

Значит, был где-то, значит, был с кем-то. Надеюсь, с Алиной, подумалось судье, но проверить это она решила только на утро.

Однако ответ Алины ее поразил. Егор не общался с девушкой уже больше двух недель.

– Вы же говорили, что все уладите? – Алина наигранно всхлипнула в трубку. – Папа не доволен.

– Я держу свое слово, – судья сбросила звонок. – Еще я не отчитывалась перед сопливой избалованной девчонкой, – недовольно добавила она.

На утро начальник охраны получил задание узнать, где был Егор до шести утра.

И полученные данные удивили судью. Он и правда был с девушкой в отеле, тут она не ошиблась. Вот только кто эта незнакомка?

Громова нервно достала из ящика стола пачку сигарет. Она не курила уже полгода, но сегодня ей так хотелось втянуть сладкий дым.

Взяв у начальника охраны адрес отеля, судья сама лично отправилась узнать, с кем был ее сын и в какое время.

Администратор, молодая девушка, в общих чертах описала спутницу Егора, но отличительных черт назвать не смогла.

В голове судьи промелькнула ужасающая мысль о том, а не Климова ли была с ее сыном ночью в отеле?

Но потом она сама улыбнулась этой мысли, прогнав ее прочь, поскольку Климова была в колонии и покинуть ее просто так не могла.

Людмила замялась, нащупав в кармане фото Юли, но показывать его не стала. А зря…

Потому что администратор точно бы узнала в спутнице Егора заключенную Климову.

И тогда бы многое всплыло, и многие вопросы нашли бы свои ответы.

Но судья в задумчивости направилась к машине, отбросив все мысли о Климовой.

– Видимо, нашел новую пассию. Знать бы, кто она, – задумчиво проговорила Громова, садясь в салон своей машины.

*****

Егор устало присел на стул в ожидании прихода Юлии Климовой. Так уж получилось, что видеться необычная парочка стала намного реже.

Егор чувствовал, что его чувства к Юли будто бы стали охладевать, и все чаще задумывался о том, не была ли эта обычная влюбленность.

– Тебя долго не было, – с укором произнесла девушка, приблизившись к парню. – Я думала, ты совсем забыл обо мне.

– Было много дел, – Егор встал со стула и попытался поцеловать Юлю в щеку.

– Полтора месяца? – Юля молниеносно уклонилась от поцелуя.

Егор виновато опустил глаза в пол. Как-то оправдываться перед ней парню не хотелось.

– Как у тебя дела? – сухо спросил он, не зная, с чего начать разговор.

– А что я…я беременна, – вдруг выдавила из себя Юля, густо покраснев.

Надо было в этот момент видеть широко распахнутые глаза Егора, который совсем не ожидал услышать от девушки эту новость.

Глава 7

– Как так? У нас же всего раз было, – недоуменно и больше у себя, нежели у Юли, спросил парень. – Я даже не знаю, что сказать, – растерянно добавил Егор, чуть не сев мимо стула.

– Гадать не приходится, каков будет твой ответ, – девушка состроила парню гримасу. – Не переживай, с тебя и с твоей мамы я ничего не попрошу. И деньги…ну те, что я тебе торчу, я верну.

Егор ничего не ответил, он молча смотрел в пол. Его жизнь за последние четыре месяца изменилась кардинально.

Мать, наверное, была права, подумал парень, женился бы давно на Алине и горя не знал.

Конечно, если не считать ее нытья, что она хочет новый "IPhone" или слетать на Бали в десятый раз за год.

А что может дать ему эта девушка, с которой он связался по глупости? Егор поднял на Юлю глаза.

Конечно, она не так ухоженная, как Алина, но не настолько тупа и глупа, как последняя.

И если вспомнить те разы, когда происходили их встречи…Он бы еще раз их повторил с удовольствием.

Нет, он ни о чем не жалеет. И черт его подери! Эта девушка, эти глаза…он просто дал слабину, спасовав перед трудностями.

Нет, он будет за нее бороться и ни в коем случае не допустит, чтобы Юля родила в стенах колонии его ребенка.

– Сейчас уж. Отмазаться от меня решила? – произнес игриво парень и, вскочив со стула, схватил Юлю за руку. – Будешь рожать мне наследника!

– А как же твоя мама? – удивленно спросила девушка, пытаясь незаметно смахнуть с глаз слезы радости.

– А маме мне придется все рассказать.

Егор не стал долго тянуть с этим и в тот же вечер застал свою мать на кухне, пившей горячий чай.

– Мам, у меня к тебе дело, – Егор остановился в дверном проеме. – Я хочу поговорить о Юле Климовой.

– Что? – судья застыла с кружкой в руке. – Ни слова в моем доме об этой уголовнице.

– Ее нужно вытащить на волю, – не обращая внимания на возгласы матери, произнес Егор.

– Ты часом головой там не ударился? – судья не заметила, как поставила кружку на край стола, отчего та накренилась, и ее содержимое вылилось на халат Людмилы.

Женщина выскочила из-за стола и принялась стряхивать с себя капли горячего чая.

– Вытаскивай Юлю, мама! Ты же не хочешь, чтобы твой внук родился в колонии? – ехидно бросил Егор.

Людмила презрительным взглядом окинула сына и с прискорбием осознала, что именно она его вырастила таким.

– То есть, ты считаешь, что вправе требовать от меня, чтобы я вытащила на волю эту уголовницу? Ты в своем уме? – с осуждением спросила она, плотно сжав губы.

Глаза Егора забегали, и он, решив, что слишком надавил на мать, виновато пробурчал:

– Просто озвучил проблему, которую тебе решить по силам. Ты же судья.

– Ну да, ты хочешь, чтобы я поставила под удар свою карьеру из-за чужого ребенка? – женщина по инерции затянула потуже халат.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.