# Нулевые. Рассказы про эпоху двухтысячных

Андрей Вадимович Носков

В этой книге автор в увлекательной манере описывает эпоху двухтысячных годов как очевидец всех произошедших событий. Это время в России запомнится расцветом различных субкультур, веселыми путешествиями на электричках и дворовыми посиделками. Читайте и погружайтесь во времена отчаянной молодости.

## CИЛА ИСКУССТВА


В детстве у меня было много друзей во дворе. Тогда мы жили без интернета и всё свободное время проводили на улице. Одним из друзей был Паша.


Мы учились во втором классе и нам было по семь лет. Паша жил с бабушкой, ходил на секцию тэйквондо и уже носил синий пояс. Времена были простые и я как сейчас помню его вечно спешащими на тренировку с обычным чёрным пакетом с рынка, в котором лежало немного мятое кимоно и сверху аккуратно свёрнутый пояс.


Однажды после школы мы как обычно гуляли по дворам нашего района и забрели в соседний двор. Старенькие панельки пятиэтажек украшали заросли виноградников и лещины, растущие перед подъездами. Жаркое солнце отражалось в намытых окнах квартир. Проходя мимо одного подъезда, к нам подошли трое незнакомых мальчишек.


– А вы откуда сюда пришли? – спросил самый старший из них, на вид пяти или даже шестиклассник.


– С соседнего двора – ответил робко я.


– Зачем пришли сюда? – не унимался вожак соседних парней.


И тут произошло то, что спустя двадцать пять лет твёрдо отпечаталось у меня перед глазами и до сих пор заставляет верить в силу искусства.


Пашка стоял рядом с задирой и его корпус мягко наклонился в сторону, правая нога в повисшей тишине взметнулась выше наших голов как в роликах из Ютуба и со всего размаха ударила по уху старшего. Спустя две секунды он принял обычное положение. Выражение его лица не изменилось.


Мальчик заплакал от неожиданности и боли, трогая своё ухо.


Не помню, о чем мы дальше говорили с ребятами, но беседа продолжилась как ни в чем не бывало. Вскоре мы попрощались и пошли обратно в наш двор.

## МУЖСКАЯ СОЛИДАРНОСТЬ


Однажды летом не помню точно какого двухтысячного года нам с другом понравилась одна и та же девчонка.


Каждое лето мы с друзьями проводили на даче. Наши бабушки были настоящими ударницами воспитательного труда. В самом начале июня нас вывозили из города в наши деревянные домики и мы жили там до последних дней августа, считая дни до начала занятий.


У нас всегда был полноценный рацион и душевная компания вечером на веранде с чаем и весёлыми разговорами. Совсем другим делом было то, что в силу юношеского возраста и бунтарского духа обед довольно часто так и оставался на тарелках на столе, а ночной сон заменялся на прогулки по нашей местности под сенью вековых елей и под погасший фонарями.


В одну из таких ночей у нас с другом произошёл серьёзный разговор. Та девочка, с которой мы всегда здоровались и за которой изо дня в день наблюдали со стороны, наконец-то стала с нами общаться. И все упиралось в то, что она понравилась сразу нам обоим. Мы влюбились в неё. В её нежные голубые глаза, всегда подведенные чёрной тушью, в её джинсы и кофту с капюшоном и в то, что она всегда гуляла вместе со своей маленькой сестрёнкой.


– Андрюх, слушай. Ну ты же старше нее. Точно говорю. Ну может я попробую. – с мольбой начал мой друг часа в три ночи.


Чёрное августовское небо было осыпано мириадами ярких звёзд. Среди большого разнообразия созвездий проглядывалась белесая пелена Млечного Пути. Уже холодный воздух заставлял застегивать куртку на все пуговицы. Мы делали круг по до боли знакомым улицам посёлка.


– Послушай, я первый с ней познакомился. – думая, что отвечаю мудро, произнёс я.

– Ну Андрюх, ты видел, как она смотрела на меня всегда.


– Это не показатель. Она всегда так смотрит. И вообще мы одного с ней роста.


Впереди показался перекрёсток, за которым был как раз дом нашей особы. Погружённый в ночную мглу, он тихо стоял за невысоким деревянным забором. Тихо стрекотали ночные насекомые. По железной дороге прогрохотал длинный товарный состав в сторону Выборга.


– А давай сначала я попробую, а потом ты. – не унимался мой отчаявшийся друг.


– Ну это совсем не реально же.


– Ну Андрюх, ну хочешь, я тебе плеер подарю дисковый, а ты мне уступишь. А? – со слезами проговорил тихо друг.


– Что?. – я удивлённо остановился и мы посмотрели друг на друга в ночной темноте.


Через минуту мы хохотали , согнувшись пополам.


А с девушкой решили просто дружить, так как она сама не захотела с нами встречаться.

## ТАНЦЫ С СОБАКОЙ


Тяжёлые влажные капли откуда- то сверху падали на толпу танцующих с азартом разгоряченных поклонников московской ска-панк группы"Distemper".Концерт уже подходил к своему завершению и зазвучали самые забойные композиции. Заводные мелодии духовых инструментов ладно ложились на жёсткий риф электрогитары и быстрый ритм барабанщика. Публика начала неистово скандировать название группы в перерывах между песнями.


-Андрюх, пойдём прыгнем. – закричал мне в ухо Ванек, беря за локоть и ведя в сторону сцены.


Я был весьма сильно пьян и мой разум лишь уловил то, что сейчас будет что-то интересное.


К сцене с левой стороны вела небольшая лестница с несколькими ступенями, огорожденная перегородкой, в которой была дверь.


Войдя в темное помещение, мы с моим другом незаметно и очень быстро прокрались мимо небольшой комнаты для артистов, в которой сидели какие-то девушки и вышли на сцену прямо посреди исполнения песни.


Ваня тут же с разбегу прыгнул в толпу, которая сразу же его подхватила на руках. Его блестящий в заклепках ремень блестел в свете ярких огней. Со стороны это выглядело очень эфекто.


Я струсил прыгать в толпу и,сильно шатаясь, подошёл к неизменному с годами талисману группы- танцующей собаке. Этот атрибут команды есть ни что иное, как артист в костюме собаки, который весь концерт вместе с музыкантами находится на сцене и танцует.


Собака быстро поняла в чем дело и обняла меня сбоку за плечи, на что я ответил взаимностью. Половина не помню какой песни мы так и проплясали в обнимку.


Когда песня закончилась, я подошёл к вокалисту и пожал ему руку, что-то прокричав ему на ухо. Он пожал мне руку в ответ.


Знойный музыкальный вечер подходил к концу.

## АТЛЕТ


Весной две тысячи третьего года мне было пятнадцать лет и я был полон надеждами и мечтами иметь такие же натренированные руки, как у Анольда Шварцнегера. Посмотрев в очередной раз кинофильм по телевизору с его участием, я доставал свои чугунные гантели из-под кровати и с усердием начинал отжиматься от пола по сто раз. У меня был составлен комплекс упражнений, который я вычитал в книге для подростков.


Однажды мои одноклассники узнали, что рядом с нашим домом есть спортивный клуб "Атлет". Занятия для школьников в нём были бесплатными и не долго думая мы начали туда ходить. Как оказалось, это было подвальное помещение размером с вытянутую большую комнату в квартире с крохотными оконцами, больше походишими на форточки, которые были проделаны в стене под самым потолком. По середине атлетического клуба располагались две скамьи для жима лёжа со штангами. На левой торцевой стене помещения были зеркала для контроля за выполнением техники упражнений и небольшой ряд старых потрепаных гантелей. С остальных стен на занимающихся смотрели с плакатов хорошо сфотографированные профессиональные культуристы и несколько подтянутых женщин. Не обошлось и без "Железного Арни". В правой половине зала стояли под наклоном две скамьи для тенировки мышц брюшного пресса , тренажер для спины, два тренажера для ног и шведская стенка, на которой висел турник.


В один из весенних дней я попрощался с друзьями сразу после занятий , ненадолго заскочил домой и, крепко держа в правой руке большой белый пакет с запасными кедами, быстрой пружинистой походкой направился в сторону тренажерного зала.


Шорты и майка были надеты мной дома под основную одежду.


В голове у меня вертелись картинки с техникой выполнения упражнений, которые я заучил накануне вечером, листая в тысячный раз "Энциклопедию для мальчиков", которую мне купила бабушка в книжном магазине на


Большом проспекте Петроградской стороны.