Тага-чин
Код Д'Аринчи

Нужно с уверенностью признать, что человеческое внимание и психическая энергия – есть основные ресурсы этого мира, так что настоящему человеку никогда не поздно быть живым.

Весна… Заметьте, каждый день солнце светит по-разному. И сегодня его лучи проходят по узорам стен так, что если вести линию, т.е. отмечать движение, то можно заметить, что именно, освещает здесь свет. А тут стены были расписаны дивными узорами – такими странными, что начинаешь задумываться: если над ними так старались, ведь работа выполнена аккуратно, местами симметрично, оригинально, в старинном стиле, то явно хотели что-то передать и сохранить. Весь рисунок состоял из простых элементов, но порядок их распределения невольно напоминал старую загадку. Люди даже забыли имя того мастера, и его работа смотрела на них и становилась свидетелем разных событий.

Так уж случилось, что здесь пришлось находиться девушке. Её возраст был, как говорится, «на выданье». Облокотившись на подоконник, держа ладонями головушку, она смотрела на знакомый ей пейзаж. Её платье было сшито из добротной такни и вышито шёлком. Окантовка по краю рукавов, горловины и подола расшита бисером. На плечах лёгкий платок. Волосы заплетены в косу на конце которой красовался серебряный зажим, украшенный камнями. Их продолжением были кожаные жгутики с пухом и перьями на концах. Обзор из её окна был хороший, так как комната находилась высоко над уровнем тихой речки, а за речкой виднелась долина. Дом был деревянным, из тех, что без гвоздей. И улица, на которой находился этот дом, называлась Берёзовой. Правда Берёзовая роща начиналась с заднего двора этого важного дома, с той стороны, куда открывались ставни девичьего окна. А заканчивалась берёзовая роща возле той тихой речки. Её было еле-еле видно. Девушке всегда хотелось там побывать, и она думала: «Если бы была мама, мы туда обязательно бы сходили». Девушка давно изучила каждое дерево, которое было видно из её окна. Пейзаж ей был хорошо знаком, даже казался немного скучноватым. И только движение берёзовых веток вносило разнообразие в картину. Но вот на горизонте показались перелётные птицы. «Наконец-то есть что разглядывать,» -? подумала девушка и так засмотрелась, что чуть не выпала из окна.

– Ой, ёлки-палки, ещё и платок зацепился за ставни.

Она начала его распутывать, но послышались шаги, и ей пришлось бежать к столу, занять на своё место. Небольшая дверь открылась, и в комнату вошла обаятельная женщина средних лет.

– Мила, дитя моё, ты опять не читаешь?!

– Няня, как ты догадалась?

– У тебя платок сам до ставней ещё не ходит.

Няня подошла к окну и одним движением сняла платок, который Мила так безуспешно старалась распутать.

– На, накинь на голову, да Книгу открой. И чтоб не как в прошлый раз – вверх ногами. Слышишь, Батюшка идёт, спрашивать будет.

– И не жалко ему родной дочки? Совсем извёл. Вон все песни поют, а я взаперти томлюсь. И пошто мне эти знания?

– Батюшка твой – уважаемый человек. Рассудить всяких может, потому что знает много, а знания – то большое богатство, разум. Так что садись и читай, не гневи его.

И полетели птицы дальше без Милиного внимания к своей долине.

Другую сторону долины огибала другая речка с крутыми берегами, с частыми каменными обрывами. Там вода весело бежала, поворачивая колесо водяной мельницы. Рядом с речкой стоял хороший каменный дом, и там окно тоже было открытым. Молодой человек, которого звали Талис, сидел и читал книгу , рядом был его слуга Филька.

– Эх, барин, – говорил Филька, – и охота вам книги читать? Всё читаете и читаете, вон сколько их собрали уже. Поехали бы в город, а то наш хутор совсем маленький, глянуть не на кого. Прогулялись бы, на людей посмотрели, себя показали, гляди, и невесту себе бы нашли. Вы же и роду знатного и собой не плохи.

Талис, не обращая внимания, продолжал читать Книгу. Филька тоже продолжал плести корзину и опять заговорил:

– Да отец и матушка ваши гордились бы вами, царство им небесное. Только зря мы дома сохнем. Слушай, барин, так и род твой на тебе закончится или ещё хуже – глаза попортите книжками. Да и не разглядите невесту свою или не заметите, какая страшилка попадётся. Это ж как я на людях с вами покажусь, если рядом с нами крокодил в платочке ходить будет?

– Ничего ты, Филька, не понимаешь, оттого и холоп. Принеси лучше квасу мне. Филька удалился в сени. Талис вышел на крыльцо, с удовольствием потянулся и подмигнул Солнцу.

– Филька, квас подавай!

––

Птицы приземлялись и думали: «Всё-таки здесь люди хорошие, хотя, одни с окон чуть не падают, другие на крыльце яйца чухают». Стая сделала круг над долиной и приземлилась на родной стоянке. Вода была чиста и прозрачна, а камыши качали верхушками, словно приветствуя важных персон. Приземлившись на озеро, птицы шумом своих крыльев и голосов открывали новый сезон. После долгого перелёта сил не было, зато был отличный аппетит.

––

Мила читала Книгу и не могла понять, чего от неё хотят, почему эта Книга такая ценная и неужели Батюшка всё знает из этой Книги. Если он такой уважаемый, то почему эта важность не приходит к ней? Может, я ещё молода для важности? И к чему мне такая серьёзность? Я же такая никому не понравлюсь, – рассуждала девушка.

Послышались шаги. Мила по звуку узнала, что это был её Батюшка. Ведь только он так ходит – неспеша и уверенно, звук шагов чёткий и ритмичный. От звука этих шагов Милкина душа дрожала, будто её обличают. Батюшка вошёл в комнату.

– Как дела, Мила? – спросил Батюшка.

– Столько дней над этим томлюсь!

– А читаешь сколько?

Отец взглянул на Книгу – так, открыта не вверх ногами , страница?… пора…

– Хорошо, Мила, завтра можешь поехать на базар с няней.

– Батюшка, а сегодня можно?

– Сегодня можно собраться. И помни: ты – моя дочь. С нас спрос особый.

Мила опустила взгляд, улыбнулась и её ноги словно сами понесли к любимой няне. Уже за дверью, пробежав по коридору, радостно позвала: «Няня, нянюшка, Батюшка отпустил нас в город завтра ехать, давай собираться!» К вечеру Мила уже собралась и не могла дождаться утра. Сидя в своей комнате, она мечтала о завтрашнем дне. Из её окна можно было наблюдать закат, и всё вокруг было в другом свете – не как утром. От этого света вообще менялся вид: и рисунок на стене, и берёзы, и река, и долина. Мила посмотрела на закат и решила: вот завтра с няней поеду в город, а на следующий раз попрошусь, чтобы нас отпустили в долину.

––

А в долине запели соловьи, всё было в малиновом свете, ветра не было, слышалось трещание кузнечиков, светлячков и плеск воды, по которой ходили птицы. Они то и дело взлетали, чтоб выбрать себе укромные места в высоких камышах. Птицы считали, что они в раю.

––

С другой стороны долины за каменным обрывом, возле мельницы, возился Филька.

– Хозяин, всё готово. Завтра можно ехать продавать нашу муку.

– Значит, поедем, – сказал Талис.

– Значит, и пивка попьём, – сказал Филька.

Солнце скрылось за горизонтом, стало ещё тише, и песня соловья звучала ещё дальше.

––

На следующее утро Мила надела самый красивый наряд и отправилась с Няней на базар. Базар шумел разными голосами: кто предлагал свой товар, кто торговался, кто хвалился, а кто и ругался. И людей было всяких. Тут любые товары находили своих покупателей, и люди определяли всему свою цену. Мила поначалу смотрела на всех прохожих и ей было интересно, как они смотрят на неё. И чем дольше Мила с Няней шла по базару, тем быстрей девушке надоели эти мысли. Людей и товаров было столько, что Мила думала: «Хоть бы не забыть, зачем я здесь». Чтоб дойти до лавок с нарядами, им понадобилось пройти ряды с мукой, и здесь тоже были разные разговоры. Один разговор ей понравился и Мила даже остановилась, чтоб его дослушать. Разговаривали два человека. Это был Талис и помощник городского управляющего.

– Здравствуй, Талис! Хорошо, что ты сегодня тут. Мы сейчас занимаемся провизией, нам нужна мука, а ведь все знают, что у тебя она самая хорошая. Да и меня ты ни разу не подводил. Сегодня я забираю у тебя всё.

– За такие слова нельзя не сделать скидку. Эй, Филька, а ну помоги погрузить людям мешки.

– Вот и хорошо, – обрадовался Филька, – быстро управились, быстро и до трактирчика дойдём.

Мила спросила няню:

– Няня, а мы где муку покупаем? Надо у них.

– Неушто тебя стали волновать дела хозяйские?

– Но мне же придётся ими когда-нибудь заниматься.

Няня кивнула ей, и они пошли дальше. Когда дошли до рядов, где продавали наряды и украшения, Мила стала рассматривать каждую вещь, и ей это нравилось. Потом немного растерялась и у неё возникли вопросы: «Интересно, что мне больше подойдёт? В чём я буду красивее? Может, взять себе платье с белыми цветами? А может, белое платье с синими цветами? Или взять вообще без цветов? Ведь с узорами тоже неплохо, а в парче я, наверное, буду просто сиять? Так что же мне выбрать, на чём остановиться? Наверное, нужно спросить Няню. Она не обманет».

– Няня, я не могу разобраться. Здесь столько всего…

– Конечно, так и с толку сбиться можно.

– А что мне нужно?

Няня не ответила, только ласково улыбнулась ей. Мила поняла, что в этом вопросе ей Няня помогать не будет. После долгих раздумий, Мила решила пожелать себе и представить, что ей брать: «Пусть на этом платье будет немного узоров, немного цветов и даже орнаментов, пусть будут дивные животные – в общем, всего понемногу». И вот именно на таком платье вдруг остановился её взгляд.

– Уважаемый продавец, я хочу купить у Вас это платье, – обратилась Мила к продавцу.

– Это? – удивился продавец.

– Да, именно это. Но почему Вас это так удивило?

– Очень давно мне его принесла странная старушка и попросила продать его за столько, сколько предложит покупатель. С тех пор, как я взял у неё это платье, у меня жизнь и торговля стали не стабильны. Я хотел даже подарить его, но оно никому не нравилось. Кому отдавал его – приносили обратно. Я хотел выкинуть его, но побоялся, что со мной что-нибудь нехорошее произойдёт. И пока он рассказывал это Миле, возле его лавки стали собираться покупатели. Посмотрев на людей, окруживших его лавку, он сказал Миле:

– Слушай, забирай его так. А если старушка придёт, я отдам ей свои деньги.

– Мне непривычно брать для себя, просто так. Я не могу его принять даром. Возьмите тогда мой зажим и передайте его той женщине.

Мила расстегнула свой зажим и отдала его продавцу. Возвращаясь с новым нарядом и кучей впечатлений, она думала: «Какой удачный день!»

День удался и для Талиса и Фильки. Они выручили неплохие деньги за муку, и Филька уговорил Талиса зайти в трактир. А в трактире собралось много народу, было шумно и весело. Талис увидел свободные стулья, и они направились туда. За столом сидел только один человек. Это был тот купец, у которого сегодня наладилась торговля после Милиной покупки. И этот случай он тоже решил отметить. Увидев, что к нему хотят подсесть, купец дал понять, что он не против компании и первым начал разговор:

– У меня сегодня хороший день.

– Да и у нас неплохой, – ответил Филька.

– Ох, и любишь ты Филька болтать – вставил Талис.

– Вы знаете, – продолжил купец, – у меня сегодня такое чувство, как будто я от чего-то освободился.

Но вдруг купец изменился, стал серьёзным и сосредоточенным. Филька и Талис обернулись в ту сторону, куда смотрел купец. Там была горбатая старушка, совсем седая, её взгляд словно пронзал насквозь. Одежда на ней была не как у всех, какая-то странная. И направлялась эта старушка прямо к купцу. Она поздоровалась и стала спрашивать:

– Ну как, ты продал моё платье?

– Ой, бабуля, я дам тебе вдвое больше, лишь бы ты ко мне не являлась.

– Так сколько же тебе дали за него?

– Вот тебе деньги за три моих проданных платья и этот зажим, который оставила девушка.

– Молодец, деньги оставь себе, а зажим я, конечно, возьму. Если она передала его мне, значит, всё будет хорошо. Старушка простилась и ушла из трактира.

– Странная старушка, – сказал Талис.

– Ещё не пили, а уже нечистая кажется, – ответил Филька.

Когда старушка ушла, всё стало обычным. Продавец опять стал весёлым и общительным. Талис и Филька встретили хороших приятелей и приятельниц. У всех было хорошее настроение и все пели песни.

После весёлого времяпровождения Талис с Филькой возвращались домой. Вдруг Талис увидел Книгу, которую нёс какой-то прохожий. Судя по внешнему виду, Талис понял, что эта Книга не его.

– Эй, любезный, куда Вы идёте? – спросил прохожего Талис.

– Почему я должен тебе отвечать? – остановился прохожий.

– Если честно, мне до Вас нет никакого дела, но эту Книгу я бы посмотрел.

– Сначала её посмотрит мой знакомый.

– Он разбирается в Книгах?

– Скорее в ценах.

– Я тоже могу посмотреть Её, возможно, я куплю эту Книгу у тебя.

– Э, не, сначала я покажу Её своему человеку. Если хочешь пошли и там поторгуемся. Талису не хотелось связываться с этим типом, но ради Книги он решил пойти с ним и сказал Фильке:

– Филька, пошли за этим человеком.

– И попался нам этот дурачок, ещё и с Книжкой! Мало у Вас своих что ли? Мелькает тут перед глазами, как Буратино с азбукой. Нет, надо было пить больше, чтобы кроме дороги домой, ничего не видеть, – бурчал Филька.

Уже втроём они направились по улице. Когда они пришли, Талис узнал «его человека». Это был Вавин, перекупщик и меняльщик всего и всякого. Его знали все – он был одним из самых богатых людей города, и при нём всегда находилась его охрана.

– Что ты мне принёс? – спросил Вавин, обращаясь к незнакомому Талису человеку.

– Да вот Книга. Как ты думаешь, сколько можно просить за неё?

Вавин посмотрел Книгу, полистал несколько страниц и ответил:

– На неё покупатель вряд ли найдётся.

Да вот уже прицепился, – сказал прохожий, – показывая на Талиса.

Вавин удивлённо выглянул из лавки и спросил:

– Ты, что ли? А… Талис, сначала со мной рассчитайся.

– Мне с тобой считаться нечего, – ответил Талис.

– Как это нечего? – продолжал Вавин, – а кто мне муку с червяками продал?

У Фильки от удивления открылся рот. И когда он это понял, сразу ответил:

– Мы продаём муку всегда отличную, укора никогда не было. Все, кто для себя покупают, хвалят, а кто для перекупки берёт и хранить не умеет, у того черви и заводятся, переползая с его головы по мешкам.

Все засмеялись, а Вавин тут же позвал охрану. Талис сделал шаг к прохожему с Книгой и сунул ему деньги. Прохожему видать не хотелось лишний раз быть на публике, и поэтому он не стал торговаться, а спрятал деньги за пазуху, отдал Талису Книгу и скрылся. Филька заметил, сколько Талис отдал денег за Книгу и тут же сказал:

– Хозяин, это же большая часть сегодняшнего заработка! Пошли отсюда быстрей.

Но бежать уже не было смысла, охранники окружили Талиса. Вавин командным голосом приказал охранникам вести его в башню. Когда Филька услышал про башню, ему стало плохо и он побежал вслед за охранниками, ведущими Талиса. Филька спотыкался и причитал:

– Что ж это такое делается? За что это вас в башню запирают? Ох, недаром мне сегодня плохой сон снился… Это что ж теперь будет? И за что это Вам наказание такое?

Талис отвечал спокойно:

– Филька, может быть, всё уладится. Ты смотри за хозяйством. Пока меня не будет, деньги, что в запасе, не промотай.

Филька накинул связку баранок на шею Талиса, перекрестил своего хозяина и прошептал:

– Да хранит вас Господь.

– Иди домой, Филька.

И Филька пошёл домой, бурча и прчитая себе что-то под нос. Когда Талиса привели к башне, её начальник узнал охранников Вавина и спросил их, указывая на Талиса:

– А этого, за что ведёте?

– Приказ Вавина.

– А где приказ?

– Как всегда – потом.

– Украл чего, что ли?

– Да нет, слуга болтливый оказался.

– Так пусть бы слугу и сажали.

– Разве со слуги возьмёшь что-нибудь?

Так и заперли Талиса в башне.

––

Солнце шло к закату, птицы отдохнули после долгого, тяжёлого перелёта и стали петь свои песни. Это были песни о любви. Пришло её время. Им никто не мешал летать парами в своей долине.

––

Мила, Няня и Батюшка сидели за столом в просторной гостиной и пили чай. Мила рассказывала Батюшке, как они сходили на базар, что она видела и чему удивлялась, что слышала и что запомнила – в общем, делилась впечатлениями. Батюшка слушал Милу и только улыбался. Он знал, что она совсем не такая как он. В ней нет усидчивости, нет способности к наукам, грамоте. На мир она смотрит добрыми наивными глазами. И конечно беспокоился, как она, такая эмоциональная, впечатлительная, будет жить дальше. А может именно эта детская непосредственность, человеческие сердечные чувства, её голос, станут тем единственным необходимым условием для свершения. Отец посмотрел на Няню, та понимала, что для Милы она- душехранитель.

Было совсем темно, когда к ним в дом постучались. Няня пошла к воротам и открыла их, послышалось топонье копыт и тревожный голос человека. Судя по всему, он был взволнован и очень спешил. Быстро поднялся в комнату, где сидели Мила и Батюшка. Это был гонец из соседнего города.

– Беда, – сказал гонец, обращаясь к Батюшке, – брата вашего убили, дом ограбили, в городе нашем совсем порядку нет.

Все замолчали. Батюшка стараясь скрыть слёзы и сохранять спокойствие, сказал гонцу:

– Садись, отдохни. Сейчас велю седлать лошадей. Но у него дрогнуло сердце: неужели Книгу украли?

Батюшка наспех давал всем указания, потом подошёл к Миле и стал говорить только для неё:

– Теперь ты, Милания, будешь здесь за меня. В твоей власти не только дом, но и Мои дела. Береги Книгу, читай её, в ней знания важные. В нынешнее время народ собирается нечасто, стали жить по-новому, по-городскому, но мы должны служить заповедям отцов всегда. Теперь ты в ответе за всё, что здесь будет происходить. Не думал я, что вот так наспех придётся давать тебе наставления и без помощи тебя оставлять. Милания, дочь моя, тебе нужно измениться, стать другой. Я оставлю тебе своего писаря, Никодима, он хорошо знает своё дело.

Послышался топот копыт, и гонец позвал Батюшку. Лошади были уже готовы, и он направился к воротам. Мила побежала проститься, но на крыльце остановилась. От волнения не знала, что сказать ему. Растерялась и заплакала.

––

Этим же вечером в башню к Талису пришёл сам Вавин и начал разговор:

– Ну что, Талис, будешь возвращать мне деньги за муку?

– Почему я должен это делать? Неужели я продал тебе плохую муку?

– У тебя нет выбора.

– Я платить тебе не буду.

– Посмотрим. Передумаешь – позовёшь.

Вавин ушёл, а Талис раскрыл Книгу и стал её изучать.

––

Прошло время, Батюшка известил, что задерживается на неопределённое время и что вынужден заниматься в соседнем городе неотложными делами. Так что Миле пришлось привыкать к нынешнему своему положению. Вот и настали первые трудности. Она должна была давать указания по работе, с которой не была знакома: что, кому и когда делать. Пришлось вникать в дела хозяйские, и тут, конечно, первой помощницей была Няня. Поначалу Няня наедине с Милой рассказывала, что вообще нужно говорить, какие кому давать распоряжения. И Мила, выходя из своей комнаты, повторяла их слово в слово. Все понимали, что Мила повторяет то, что сказала ей Няня, но все свою работу выполняли, да и указания ведь были правильными. Так, потихоньку, Мила стала разбираться в хозяйских делах, и не таким уж скучным оказался дом. Ей понравилось учиться, пробовать делать то, чего она не умела. Старалась уже не плакать над своими ошибками и неудачами. Просила Няню показывать снова, а сама снова повторяла. И Мила сама хотела делать так же быстро и легко, как Няня. Но Миле пришлось научиться принимать свои неудачи, проявлять свою волю, применять самодрессировку. И её усилия не прошли даром: с каждым днём её навыки становились совершенней, а результаты труда и работы были не так уж плохи. Стала больше читать. И даже Смысл посещал её, так ей казалось. Вскоре Милу уже не принимали за глупую девицу, так как все видели, что она изменилась. Мила научилась слушать, улавливать в разговоре главное, замечать мелочи и делать выводы. Иногда вечерами, когда она была одна в своей комнате, Мила вспоминала себя, какой она ещё недавно была. И от этого ей становилось немного стыдно и смешно. А ещё ей не хватало звука батюшкиных шагов – тех, неторопливых, чётких и ритмичных, от которых ещё недавно дрожала душа.

––

В долине всё расцветало. Было лето, травы цвели, и каждая поляна пахла по-своему. Днём солнце сильно припекало, и было довольно жарко. В долине у птиц уже подрастало молодое потомство. Вожак стаи свысока осматривал свою территорию и, убедившись, что всё в порядке, спускался к собравшейся молодёжи, чтоб начать урок. Он рассказывал молодым родителям и совсем малышам, какого они рода и семейства, у кого какие обязанности в стае, как лететь в тёплые края и возвращаться на родину, как различать приметы времени, как ориентироваться на местности, что нужно знать, чтобы не сделаться добычей для хищников, когда нужно петь, а когда просто издавать специальные звуки – в общем, рассказывал законы жизни для птиц. В группе учеников был один, который часто пропускал занятия. Вот и сейчас, этот «нерадивый ученик» , возвращаясь с прогулки, торопился на урок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.