Элис Райт
Просто чувствуй

От автора

Привет!

Ты держишь в руках четвертую книгу из серии «Роковая дружба», куда входят:

Непрошеный шанс

Потанцуй со мной

Второй шанс

Просто чувствуй

Поспорь со мной

Каждая история в цикле является самодостаточной, но тем не менее неразрывно связана с остальными. Поэтому рекомендую начать именно с книги «Непрошеный шанс», чтобы получше познакомиться с героями.

Для меня музыка является главным источником вдохновения, поэтому в каждой истории есть свой плейлист. Слушая эти композиции во время прочтения, вы сможете лучше понять и прочувствовать настроение героев.

Наслаждайтесь!

Плейлист

Smash Into Pieces – Let Me Be Your Superhero – Главная тема Книги

Bobaflex – Bury Me With My Guns On – Главная тема Тайлера

Duran Duran – What Happens Tomorrow – Главная тема Сидни

The Shirelles – Will You Still Love Me Tomorrow

Gotthard – Lift U Up

AC/DC – Girls Got Rhythm

Saliva – Broken Sunday

Metallica – Enter Sandman

Shaman’s Harvest – Dangerous

Hollywood Undead – Day Of The Dead

Accept – Analog Man

Saliva – Nothing

Panic! At The Disco – I Write Sins Not Tragedies

Linkin Park – Numb

Soundgarden – Black Hole Sun

The Lazys – Friend Like You

Hollywood Undead – Save Me

Black Stone Cherry – Blame It On The Boom Boom

Loverboy – Lovin’ Every Minute Of It

Katy Perry – I Kissed A Girl

Imagine Dragons – Believer

Weezer – Beverly Hills

Pop Evil – Footsteps

Hollywood Undead – Levitate

Pop Evil – Deal With The Devil

Sunrise Avenue – Fairytale Gone Bad

H.e.a.t. – In And Out of Trouble

Все описываемые события, места, персонажи и ситуации являются вымышленными. Любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

Глава 1

Тайлер

Завтра Рождество, мы готовились к взлёту в сторону Милуоки, но настроения отмечать у меня не было. Его давно у меня не наблюдалось, когда дело касалось семейных праздников. Как вы себе представляете подобные мероприятия? Большой стол, который ломится от вкусной и ароматной еды, куча родственников вокруг или, наоборот, самые близкие рядом, тёплая атмосфера, подарки и непринуждённые разговоры. Нормальная такая картина, да? Мне тоже нравится.

Только в моей жизни всё не так. От слова совсем. Я уже не помню, когда чувствовал себя счастливым и беззаботным. Моё детство рано закончилось. Мне пришлось быстро повзрослеть. Радость и безмятежность испарились буквально в одночасье.

Это жизнь, ничего не сделаешь.

Суровая, сука.

В моей жизни только одна радость – Сидни. Мы знакомы с детства. Влюбился в неё с первого взгляда, в восемь лет. Но знаете, это была такая детская любовь, я не придавал этому особого значения. А вот в двенадцать мы как-то гуляли, и Сидни сказала, что я стану её мужем, когда мы вырастем. И я пропал. Как вы понимаете, она явно забыла о своих детских обещаниях. Иначе уже была бы моей. Но я-то не забыл, а беззаветно влюбился в эту красотку с каштаново-золотистыми волосами и тёплыми карими глазами. Всегда старался быть рядом и защищать от любой опасности.

По мере нашего взросления я стал замечать, что она не особо-то стремилась в мои пламенные объятия. Вру. Она часто меня обнимала и говорила, что любит меня. Как друга. Если в шестнадцать такое услышать, ещё приятно. То в восемнадцать, поверьте, не очень.

Я переехал в Милуоки из Детройта, когда мне было восемь лет. Там мы жили в крайне неблагополучном районе. Это был адовый район, если быть предельно откровенным. Наркотики, оружие, бедность. Мои родители старались выживать и содержать нас с моим младшим братом в нормальных условиях. Хорошими их сложно было назвать.

В один день и этот нормальный мир рухнул. Мой младший брат Дарен, которому было всего четыре года, оказался не в то время и не в том месте. Он выскочил на улицу погулять. Убежал дальше, чем обычно. На дворе был сентябрь, я учился в школе. Меня не было рядом. Опуская ненужные подробности, Дарен забежал во двор, где жили наркоманы. У них как раз была потасовка какая-то. Они не заметили маленького ребёнка и начали палить из двадцать второго калибра из-за долбаной, мать её, дозы. Те два мудака не пострадали. Но мой брат… Его застрелили. Случайно. Но разве это имело значение?! Его не смогли спасти.

С тех пор жизнь моей семьи пошла под откос. Медленно, но верно она распадалась. Сейчас от неё почти ничего не осталось. После смерти Дарена мы не смогли там жить, всё напоминало о случившемся. У отца, Рассела, был знакомый в Милуоки, и он предложил ему там работу. Родители быстро продали дом, и мы переехали. В ноябре я уже учился в другой школе, в одном классе с Майклом и Джеем.

Майкл, как самый общительный парень в моей жизни, решил, что без него моя жизнь не имеет смысла, и стал достаточно навязчиво пытаться со мной подружиться. Сначала я шарахался от него, как и от всех вокруг. Но затем проникся к нему. Меня подкупили его настойчивость и чувство юмора. Оно у него уже в восемь лет было отменное. Мы стали общаться, иногда гуляя вместе после уроков. Джей держался поодаль от меня. Не доверял он мне долго. Но Майк всегда говорил, что Джей его брат и отличный парень. Только с течением времени мы стали с Джеем друзьями. А за последний год, как вы знаете, мы сблизились до неприличия. Этот засранец даже шары брил в моей ванной!

Даже думать об этом не хочу!

Где-то через четыре месяца после переезда я познакомился с Сидни, Тришей и Хлоей. Мы часто гуляли впятером. Сидни понравилась мне с первого взгляда. Хлоя тоже, но не в том смысле, что Сидни. У неё характер слишком боевой. Мне нравятся девушки с более покладистым нравом. Сидни всегда очень много смеялась, была озорной девчонкой и любила носить милые платья. В подростковом возрасте она стала более дерзкой и переменчивой, но оставалась очень наивной. Поэтому я старался охранять её как мог, чтобы не случилось непредвиденного.

Ей нравилось, что я всегда готов помочь ей. Вы не представляете, сколько я решил тестов за неё вплоть до выпускного класса. Иногда она не успевала подготовиться, иногда специально не занималась, зная, что я помогу. И я помогал, надеясь, что это верная дорога к её сердцу. Хрен там. Она всегда потом целовала меня в щёку и говорила: «Тай, спасибо. Твоей девушке очень повезёт».

Понимаете, да? Понимаете, как это хреново? Ты делаешь всё возможное, чтобы тебя оценили как парня: ходишь в зал, наращивая мышцы, занимаешься по ночам, чтоб сдать за неё тест, из кожи вон лезешь, чтобы заработать денег на своих мозгах.

И. Ни. Хрена.

Повернулся назад – Хлоя с Джеем ворковали, разглядывая друг друга. Хорошо, хоть у него всё наладилось. Видели бы вы его сейчас! Такой взгляд, словно он смотрел на восьмое чудо света.

А ведь каких-то две недели назад этот громила стонал и жевал сопли у меня на полу, высосав очередную бутылку вискаря. Но я правда рад, что они нашли в себе силы простить и двигаться дальше. Они идеально дополняют друг друга. Благодаря Хлое Джей стал другим. В своих пьяных рассказах он упоминал свою мать и историю своей жизни. Я охренел, если честно. Ему, оказывается, через многое пришлось пройти. Но я не задавал вопросов. Просто подставлял плечо, когда ему хотелось облокотиться, и слушал. Потом тащил его в туалет на себе и обратно. Зато посмотрите сейчас на него. Цветёт и пахнёт, с лысыми шарами, мать их!

– Тай, ты слышишь, как он взревел?! Господи! Выпустите меня отсюда! Я сейчас умру! – истерически прошептала Сидни.

Повернулся к ней и увидел, что она бледная как мел, её привычный золотистый оттенок кожи пропал. Она очень боялась высоты. Я сидел справа от неё, размышляя о своей жизни, пока самолёт начали готовить к взлёту.

– Си, всё хорошо. У этого самолёта турбореактивные двигатели, поэтому он так взревел. Пилоты проверяют, всё ли с ними в порядке, – пытался успокоить её.

Почему-то вспомнилась шутка, что самые мужественные люди – это айтишники. Почему? Они пишут софт для самолётов, но продолжают бесстрашно летать. Ха-ха.

Я не боялся высоты. Я её любил. В этом году наконец пошёл в лётную школу и уже совершил первый прыжок с парашютом. Полная перезагрузка, глоток свежего воздуха, свободное падение, контроль над ситуацией при абсолютной неизвестности.

Кайф.

Сидни сидела и глотала ртом воздух, вцепившись в подлокотник кресла и нервно крутя головой по сторонам.

– Какого хрена я сижу ближе к иллюминатору?! Я не хочу этого видеть! Тай, меня могут сейчас выпустить отсюда?! Я не хочу никуда лететь! – не смотря на меня, взволнованно бормотала она.

– Малыш, посмотри на меня, – по привычке обратился к ней. – Всё хорошо. Ты мне веришь?

Однажды в пятнадцать лет вырвалось подобное обращение, и с тех пор периодически так называл её.

Она со страдальческим видом посмотрела мне в глаза. Сердце замерло от её взгляда. Её карие с золотистыми прожилками глаза излучали тревогу. Ей реально страшно.

– Тай, мне нехорошо… – прошептала она.

Вызвал стюардессу, пока мы не взлетели и стояли недалеко от взлётно-посадочной полосы. К нам подошла девушка с идеально зализанными волосами, ярко накрашенными глазами и красными губами.

– Я вас слушаю.

– Вы не могли бы принести воды, девушка нехорошо себя чувствует, – обратился к ней.

– К сожалению, сейчас нет. Мы готовимся к взлёту. Как только наберём высоту, я смогу обслужить вас. Если что-то серьёзное, то я передам пилоту, и мы прекратим взлёт, – заученно ответила она.

Тогда мы никогда не улетим.

– Нет, не стоит, – ответил ей, и она ушла.

Посмотрел опять на Сидни. Костяшки её пальцев побелели от той силы, с которой она вцепилась в подлокотники кресла.

– Малыш, давай дышать вместе со мной. Вдох-выдох, – начал я тихим, но уверенным голосом. – Давай, глубокий вдох и медленный выдох всем телом.

Она судорожно всхлипывала, ни хрена не слушая меня и не смотря в мою сторону. Уставилась куда-то вперёд невидящим взором.

– Тай, мы упадём! Клянусь, я прям чувствую, как уже падаю!

– Малыш, мы ещё на земле стоим, – улыбнулся ей и продолжил. – Мы даже с места ещё не сдвинулись. Пилоты проверяют двигатели и разные датчики в кабине, стюардессы проверяют у всех ремни безопасности, все выполняют рутинную работу. Они делают это каждый день. Для них это обычная работа.

Сидни покосилась на меня, распахнув глаза.

– А если пилот не выспался?! Господи! А если он уснёт, когда мы взлетим?! Мы же упадём с огромной высоты!

Господи, иногда с ней очень сложно.

– Си, когда мы взлетим, он включит автопилот. Даже если он не выспался, там есть второй пилот, который проследит, чтобы мы не упали, – продолжал я спокойным, гипнотизирующим тоном.

В этот момент рёв двигателей усилился.

– Господи боже! – почти простонала она.

– Малыш, дыши. Вдох-выдох. Я рядом с тобой. – Я положил свою ладонь поверх её. Она была холодная как лёд.

– Тай, я не могу! Мне дышать нечем. – Услышал панику в её голосе.

Дело дрянь.

Отцепил её руку от подлокотника и, подняв его, аккуратно прижал дрожащую Сидни к себе.

– Малыш, вдох-выдох. Давай вместе со мной, – тихо говорил, поглаживая её ледяную ладонь, сжатую в кулак, второй рукой обнимал за талию. Её голова прижалась к моей груди.

Как же приятно прикасаться к ней. Но она не моя. Она теперь встречалась с Дэймоном, мать его.

– Делай глубокий вдох, – мягко командовал, пытаясь достучаться до неё. Она постаралась вдохнуть. – Умница моя, а теперь медленный выдох. Выдыхай всем телом, чтобы расслабиться.

Почувствовал, что она старается, но напряжена как струна. Медленно поглаживал её талию, стараясь хоть как-то передать ей своё спокойствие.

Самолёт тронулся и начал, ускоряясь, нестись по взлётно-посадочной полосе. Нас вжало в кресла.

– Малыш, дыши со мной, не останавливайся. Наполняй лёгкие кислородом и выдыхай, расслабляясь. Умница, теперь ещё раз.

Слегка наклонился, чтобы увидеть её лицо. Она сидела, закрыв глаза, и старалась выполнять мои команды.

Такая красивая…

– Тай, не молчи, – прошептала она, когда самолёт оторвался от земли.

– Давай ещё раз. Вдох, который наполняет тебя, и медленный-медленный выдох. Представь, что, выдыхая, ты сдуваешься как воздушный шарик. Ты расслаблена, и тебе ничто не угрожает. Я рядом с тобой. Всё хорошо.

От неё всегда так вкусно пахло. Она любила цветочные и цитрусовые ароматы. Неосознанно сам сделал глубокий вдох, наслаждаясь ароматом.

– Что это за звук?! Мы падаем?! – снова паника в голосе.

Улыбнулся на её реакцию.

– Нет, малыш. Мы убрали шасси и продолжаем взлетать. Дыши, не останавливайся.

– Ты тоже не останавливайся, говори. Твой голос меня успокаивает, – призналась она.

Я бы хотел не останавливаться… Только в другом.

– Чувствуешь, как размеренно бьётся моё сердце? – спросил у неё, и она кивнула. Тогда я продолжил: – Вот постарайся подстроиться и дышать так же спокойно и размеренно. Под стук моего сердца ты дышишь глубоко и спокойно. Тебе ничто не угрожает. Когда я рядом, разве тебе что-то угрожало?

Она едва заметно отрицательно покачала головой, её кулак в моей ладони стал немного расслабляться.

– Вот видишь, значит и сейчас всё хорошо. Рядом со мной тебе ничего не страшно. Помнишь, ты всегда говорила, что я твоя скала? Что я всегда встану грудью тебя защищать? Так разве что-то изменилось? Нет. Поэтому дыши спокойно. Даже если мы упадём, я сгруппируюсь с тобой так, что ты упадёшь на меня, а не на землю, – пошутил я, и она тихо засмеялась.

Её тело понемногу расслаблялось. Она положила голову мне на плечо.

– Умница моя, только продолжай дышать, – поглаживал её ладонь и талию.

Мне было хорошо сейчас. Но я понимал, что это всё по-дружески с её стороны. Мы часто обнимались, иногда даже танцевали вместе в баре. Но для неё это всё ничего не значило. А я ловил эти моменты и записывал на свою карту памяти, чтобы потом вспоминать.

– Тай, ты замолчал. Это плохая идея, – напряглась она.

– Прости, задумался. Ещё совсем немного и мы наберём нужную высоту и выйдем на эшелон. На автопилоте с двумя бодрствующими пилотами полетим в сторону дома. А там тебя ждут Триша, бабушка и дедушка. Представляешь, как они обрадуются тебе? Они тебя полгода не видели. Тебя ждёт Рождество в кругу самых близких. Улыбки, счастье, веселье.

Сглотнул неприятный ком. А меня ждало одиночество.

– И Дэймон, – добавила она.

Сжал челюсти, напрягшись всем телом.

– Да, и он тоже, – ответил, повернув голову в сторону иллюминатора.

Сидни немного отстранилась от меня и тоже посмотрела туда. В этот момент самолёт начал делать плавный поворот. Но проблема была в том, что с нашей стороны мы увидели землю.

– О господи! Тай! Мы падаем! – сипло вскрикнула Сидни.

Я быстро взял её за лицо и повернул к себе.

– Малыш, посмотри на меня. Мы просто поворачиваем, чтобы взять курс на наш дом. Дыши, – ласково произнёс я, поглаживая большим пальцем её скулу и смотря в её испуганные глаза.

Она опять судорожно всхлипывала, а не дышала.

– Смотри на меня. Всё хорошо. Мы летим домой. Я рядом, малыш. – Я смотрел в её тёплые карие глаза.

Наши лица разделяли каких-то пару сантиметров. Я чувствовал её дыхание. Опустил глаза на её губы, и член моментально дал о себе знать, начав напрягаться.

Ну не сейчас же!

– Ещё. Говори, Тай, – взмолилась она, разглядывая моё лицо.

– Я не дам тебя в обиду. Ни один пилот не сможет угробить тебя, поверь мне. Пусть только попробует… – тихо говорил я, как она неожиданно прильнула к моим губам.

Да ну на хрен?! Да чтоб меня!

Сердце подпрыгнуло в груди. Мы никогда не целовались. Я понятия не имел, какая она на вкус. Я сейчас словно засунул два пальца в розетку, и меня шарахнуло током. Всё тело в момент ожило и напряглось.

Сильнее прижал её к себе одной рукой, большим пальцем другой руки поглаживая скулу. Её губы такие мягкие. Особенно нижняя. Мягко захватил её и поцеловал. Сидни не отталкивала меня, и я продолжил. Аккуратно переместился на её верхнюю губу, провёл по ней языком. Член встал, теперь явно проявившись в моих джинсах. Открыл глаза и, немного отстранившись, посмотрел на неё. Её лицо было расслабленно, и появился небольшой румянец. Тогда я сильнее схватил её за шею и захватил её губы своими. Она тихо застонала и открыла рот. Меня бросило в жар. Провёл языком по её зубам и надавил на них, она открыла рот шире и неуверенно провела кончиком языка по моему.

Ребята, можем падать!

Я сейчас всё равно ни хрена не замечу.

Углубил поцелуй, лаская её язык своим и сминая её губы. Она великолепна. Такая сексуальная и вкусная. Такая манящая. Я в долбаном раю! Я на небесах в буквальном смысле.

Сидни стала увереннее отвечать на поцелуй, вцепившись свободной рукой в мою толстовку.

В этот момент самолёт тряхнуло, и мы попали в воздушную яму.

Вскрикнув мне в рот, она буквально вжалась в меня всем телом и стала яростнее лизать мой язык. Откинул её к спинке кресла и продолжил с напором страстно целовать. Наши языки не могли оторваться друг от друга. Мы буквально лизали друг друга в отчаянной попытке забыться. Она – от своей панической атаки, я – от того, что она не моя. Одной рукой я сжал её талию, другой массировал шею.

Она бесподобно целовалась. Нежно, но при этом очень страстно.

– Простите, вы просили воду для вашей девушки, – вдруг послышался голос стюардессы.

Да вы, мать вашу, шутите, что ли?!

Сидни резко остановилась и той рукой, что вцепилась в мою толстовку, начала отталкивать меня.

Просто великолепно!

– Спасибо, – прохрипела она и, нервно улыбнувшись, добавила: – Что вы, я не его девушка. Он мой друг.

Взяв стакан трясущейся рукой, Сидни начала жадно пить. А я отстранился от неё, пытаясь совладать со своим дыханием и желанием заорать на весь самолёт.

Друг! Мать его, друг!

Я столько лет мечтал её поцеловать. Столько времени гадал, какая она на вкус. Везде. Наконец я узнал, каковы на вкус эти губы и язык. Как мне теперь жить с этим знанием, когда она встречалась с другим?! Какого хрена я столько свои волосатые яйца высиживал?!

– Прости, Тай. Это всё паническая атака виновата! Я не специально, правда! – хрипло откашливаясь, она принялась извиняться за самый долгожданный поцелуй в моей жизни.

Этим она, видимо, решила совсем добить меня. Я и так во френдзоне, словно прокажённый уродец, так ещё и за поцелуй со мной ей стыдно.

Приплыли.

– Не извиняйся. Всё хорошо.

Ни черта не хорошо.

Отвернулся в сторону прохода, думая, как скрыть от неё своё негодование и стояк.

– Тай, мне всё ещё страшно. Можешь взять меня за руку? Пожалуйста, – тихо попросила она.

Разве я мог ей отказать?!

Протянул ей руку, и она вцепилась в неё. Переплёл наши пальцы и положил соединенные ладони на свою ногу. Она не противилась. Неосознанно второй рукой начал поглаживать костяшки её пальцев.

Такой вот я отличный друг, обращайтесь. Моё плечо, руки, спина, уши, и, как выяснилось, рот всегда к вашим услугам.

Какого хрена я для неё только друг?!

Может, надо подстричь кусты у моей анаконды?!

Глава 2

Сидни

Сегодня Рождество. Я всё-таки долетела до дома. Клянусь, я была уверена, что мы упадём! Весь полёт думала, что вот-вот и рухнем! Бум и всё! И нет больше Сидни!

Я с детства очень боялась высоты. Никогда не лазила по деревьям даже! Хотя, если Тайлер лез первым и протягивал мне руку, я лезла за ним. Потом он всегда зажимал меня между стволом дерева и своей грудью, чтобы я не упала и, стоя на ветке сзади меня, рассказывал разные истории. Потом первый спускался и ловил меня внизу. С ним я меньше боялась. Когда я вылетела в Калифорнию в августе, то летела одна. Тай тогда поехал на своей машине позже меня, поэтому мне пришлось в одиночку справляться со своей паникой.

Паническая атака вообще вещь очень непростая. Видели, как они могут на меня влиять?! Я поцеловала лучшего друга! Я не знаю, что мной двигало, правда! Определённо, это паническая атака! Точно вам говорю!

Но поцелуй… Боже, так меня никто и никогда не целовал. Его губы такие мягкие… Язык такой приятный… Повезёт его девушке! Так целоваться не каждый умеет. Так чувственно, так страстно, так властно. Клянусь, я чувствовала себя в тот момент в абсолютной безопасности. Если бы не тот момент, когда мы начали падать… Поэтому я инстинктивно прижалась к нему ещё сильнее, чтоб в его руках было не так страшно умереть. Ох…

Мой лучший друг самый понимающий. Он потом ни слова не сказал на мою выходку, а я продолжала дышать и крепко держать его за руку.

Вообще, в последнее время я стала слишком нервной и чувствительной. Моё настроение менялось каждые пять минут. Хотя я всегда отличалась переменчивостью. Но сейчас, видимо, так новые отношения с Дэймоном на меня влияли.

Он прилетел ко мне в начале декабря, и мы переспали. Не знаю, к чему это всё приведёт, но было… неплохо. Он нормальный парень. У нас отношения на расстоянии. Говорит, что не может всё бросить в Милуоки и переехать ко мне в Беркли. Я там учусь на дизайнера. С детства обожала рисовать и чертить. Раньше иногда писала картины. Но пейзажи, пастораль или натюрморт – не моё. Мне скорее кубизм или абстракционизм подошел бы. Но всё равно не то. Вот спроектировать будущий дизайн – это да. Люблю представлять, как изменится помещение с моей подачи. Ландшафтный дизайн тоже нравится.

У нас творческая семья. Мама танцовщица, папа фотограф. Младшая сестра, Триша, пишет стихи. Мы с ней погодки и всё детство провели бок о бок. Я всегда старалась брать её с собой на наши гулянки с ребятами, чтобы она не попала в дурную компанию. В течение года она каждую пятницу приходила в бар, где я работала, на концерт ребят и снимала их. Не знаю зачем, но я не лезла к ней с расспросами. Зато она была на моих глазах.

Бабушка с дедушкой по маминой линии всю жизнь нас воспитывали, потому что родители вечно в разъездах. Мама преподавала танцы и занималась йогой. Ещё она занималась вечным поиском себя. Они вместе с папой сейчас в Нью-Йорке. Он снимает там, она ищет себя.

Это ж как надо потеряться, чтоб так долго себя искать?!

Зато бабушка и дедушка у нас с Тришей самые любящие и понимающие. Они лучшие, правда! С ними нам очень повезло. По папиной линии родственников поменьше: его родители умерли, когда папа был подростком. Его родной брат, мой дядя, живёт в Техасе. Мы с ним редко видимся.

– Лампочка, поможешь накрыть на стол? – спросила бабушка, Бекка, зайдя в мою комнату.

Она меня так с детства называла. Почему лампочка? Она говорила, что я свечусь изнутри. Дедушка, Грег, как и Майкл, в шутку называл фонариком.

– Конечно, ба, – тепло отозвалась я и пошла за ней вниз.

– Ты что-то бледная, плохо питаешься в своей Калифорнии! – отчитал меня дедушка.

Нет, питалась я нормально. Но самочувствие правда не очень. То голова кружилась, то в глазах темнело.

– Это я после перелёта в себя ещё не пришла. Мы чуть не упали! Если бы не Тай, то я бы умерла там, – отозвалась я, вспоминая, как мне было страшно.

– Кстати, как там наш гений? Билл Гейтс уже пригласил его в свою команду? – улыбаясь, поинтересовался дедушка.

Тай нереально умный. Джей называет его хакером, и мне кажется, он не далёк от истины. Наверное, для Тая нет преград в киберпространстве, хотя он никогда прямо не подтверждал этого. Его мозг заточен на компы. В десять лет он мог разобрать и собрать любой комп с закрытыми глазами. С тринадцати разрабатывал игры, а потом приложения на телефон. Этим он зарабатывал себе на карман и на жизнь в целом. Стоило ли удивляться тому, что он получил грант на обучение в Стэнфорде¹?! Разумеется, нет. Он молодец.

Моя семья обожала его, считая родным. Мы с детства частенько зависали у нас. Иногда он даже ночевал вместе со мной. С дедушкой они иногда подолгу в гараже ковырялись, чиня машину. Когда Тай начал зарабатывать деньги, то покупал нужные запчасти для деда и разные приспособления для готовки для бабушки.

– Наш гений вроде хорошо. Мне кажется, в один день он переплюнет Гейтса, – рассмеялась я и добавила: – Ещё он начал прыгать с парашютом.

Поёжилась от его нового хобби. Как можно кайфовать от падения с высоты?! Так же можно разбиться насмерть! Это опасно и глупо! Но Таю очень нравилось. Я старалась не слушать его рассказы про первый полёт, потому что моё воображение расходилось не на шутку, и мне становилось плохо.

– О, прыгнул-таки?! Бесстрашный парень, молодец, – гордо заявил дедушка.

– Тай просто мечта, а не парень. Такой красивый, умный, заботливый, внимательный. Просто загляденье! – воодушевленно подхватила бабушка, что-то перемешивая в миске. Небось смесь на Рождественский кекс.

– Да. Он станет идеальным мужем для кого-нибудь, – согласилась я.

Бабушка оторвалась от своей миски и стрельнула озорным взглядом в дедушку. Он ей подмигнул.

– А как у тебя с тем мальчиком? Дэймон, да?

– Да, он самый. У нас всё хорошо. Он приезжал ко мне один раз, в остальное время мы на телефоне постоянно. У него тут работа, учёба, – ответила я и залезла пальцем в миску. Обожаю сырое тесто.

– Руки прочь, маленькая негодница, – игриво шлёпнула меня ба и рассмеялась.

– Когда мы с ним познакомимся? – спросил дедушка.

– Не знаю. Он говорит, что вечно занят, – пожала плечами я.

– А Тай? Мы давно не видели нашего мальчика! Может пригласим его к нам сегодня? У него же дома совсем грустно, – предложила бабушка.

Да, у Тая дома всё печально.

– Я не предлагала ему. Но могу позвонить и спросить.

Интересно, он согласится после моего вчерашнего нападения на его рот?! Неловко ведь вышло…

– Зови нашего гения к нам! Я соскучился по нашему с ним общению, – подключился дедушка.

– Ок. Позвоню. А где Триша? Я её с утра не видела.

– Со своим шпалой, – смеясь, ответил дед.

Я вопросительно подняла брови.

– Грег! Ну что ты в самом деле! – воскликнула бабушка, пряча улыбку.

– А что, дорогая?! Он же дрищ! Вот Тай и вся его компания отличные и накаченные ребята! А этот?! Носит узкие джинсы, что бубенцам дышать нечем! Хотя, может, там и смотреть не на что, – прокомментировал дед, и мы с бабушкой расхохотались.

– Дорогой, она с этим мальчиком встречается уже почти год! Значит, всё у них в порядке. Хотя, конечно, тело у него мальчика-подростка, – прокомментировала бабушка и поставила кекс в духовку.

– Так они придут сегодня или нет? – вклинилась в их сплетни.

– Триша должна, потом она уйдёт к нему, – пояснила бабушка.

Отлично. Хоть с сестрой вживую нормально пообщаюсь.

Вышла из кухни, чтобы позвонить Таю.

– Тай, привет! С Рождеством тебя! – слишком весело поздоровалась с ним.

Мне было ещё неудобно за вчерашний поцелуй. Такой сногсшибательный поцелуй.

– Привет, Си. Спасибо, тебя тоже с Рождеством, – напряжённо ответил он.

– Как дома? – Я решила издалека зайти.

– Всё по-старому, – бросил он тут же.

Вот же чёрт!

– Какие планы?

– Никаких, Си. Что-то случилось? Грег и Бекка в порядке? – поинтересовался он. Со мной он моих родных называл по имени.

– Ничего не случилось, с ними всё в порядке, но они очень соскучились по тебе. Не хочешь приехать к нам? – аккуратно спросила его.

Рождество – семейный праздник. Но у него вместо семьи какая-то фигня непонятная.

– Си, отдыхай с семьёй. Со мной всё хорошо.

Почему-то сердце сжалось от его интонации.

– Тай, ну пожалуйста, – протянула я.

– Си, не начинай. Знаю я твою манеру меня уговаривать. – Я услышала его улыбку.

Значит, ещё немного и сдастся.

– Ну, Тай! Пожалуйста-пожалуйста!

– Нет, Си.

– Ты мне нужен! Без тебя будет совсем не то. Ну, пожалуйста, – умело уговаривала его. Он несколько раз проводил у нас праздники. С ним всегда так уютно рядом.

– Малыш, что ты делаешь со мной? – обречённо выдохнул он.

– Я тебя очень-очень люблю. Как друга, – как обычно ответила я.

Но я правда любила его всей душой. Такого друга, как он, найти не просто. Он всегда рядом, всегда поможет и защитит. Он лучший во всех смыслах. Он друг, настоящий друг.

– Да, я знаю, – тихо вздохнул он.

Что-то упрямился он дольше обычного.

– Хочешь, можешь у нас остаться? Ты так давно не ночевал со мной. Сколько прошло?

– Почти два года.

Бабушка всегда разрешала ему остаться. После последней ночёвки он, почему-то, стал отказываться.

– Ого! Видишь, как долго! Ты же помнишь, что кровать у меня большая и выдержит такого огромного мужика, как ты, – рассмеялась я.

– А как же Дэймон?

– Он не придёт, занят со своей семьей. Ну, пожалуйста, приходи!

Тайлер очень странно реагировал на Дэймона. Словно хотел всю душу из того вытрясти. Только за что?!

– Ладно, приду. Что купить домой? – сдался он.

– Ничего. Ба всё приготовила. Главное, сам приди, – радостно ответила ему.

– Си, я не приду с пустыми руками. Что им хотелось бы получить на Рождество?

– Так всё же закрыто! Как ты купишь?!

– Малыш, просто скажи. Я сам всё сделаю, – мягко, но требовательно произнёс он.

Я никогда в жизни не слышала, как он повышает голос. Он всегда, абсолютно во всех ситуациях, говорил очень спокойно. Порой это успокаивало, порой пугало. Всё зависело от ситуации, в которой звучал его голос.

– Как всегда. Для Бекки что-нибудь на кухню. Для Грега что-нибудь в его пикап. Для Триши блокнот для стихов.

– А для тебя?

– А для меня приходи сам! Правда, мне ничего не нужно.

Он вздохнул и сказал, что через пару часов приедет. Ура! Получилось! Мой друг будет рядом в этот праздник.

Через полчаса пришла Триша.

– Хэй, сис, привет! Хоть нормально пообщаемся несколько часов, а то ты вчера с дороги неуправляемая была, – пошутила Триша. Мы зашли в её комнату и уселись на кровать.

– И не говори. Полёт был слишком… будоражащим.

Она вскинула бровь и заправила розовую прядь за ухо. Любила она выделять одну прядь у лица. Уже года три так делала.

– Опять паника была?

– Да. Ты себе представить не можешь, как я испугалась. И что сделала в итоге!

– Давай, жги! – весело произнесла она, прислонившись к изголовью.

– Я поцеловала Тайлера! Взасос. Страстно! – пропищала я.

Триша округлила глаза, а потом рассмеялась.

– И? Каков он? Почему-то мне кажется, что он чертовски хорошо целуется. У него такие губы чувственные, – протянула моя глупая сестра.

Кинула в неё подушкой, вызвав у неё ещё больший приступ смеха.

– Дурочка! Это всё паника виновата! Честное слово! Я не хотела. Но его голос меня словно загипнотизировал, и я неосознанно прильнула к нему. А потом мы начали падать! Клянусь! И я решила не останавливаться, а спастись в его крепких и надёжных объятиях, – тараторила я.

– Ну-ну! Дурочка у нас – ты. Признавайся, понравилось?!

Я прищурилась, глядя на неё. Она моя сестра, я ей доверяла. Да я всем своим друзьям доверяла. Тай всегда говорил, что я слегка наивна. А иногда чересчур.

– Понравилось. Так меня ещё никто не целовал. Но повторять я не собираюсь! Есть вещи, которые нельзя повторять. Иначе дороги назад не будет. Так можно и дружбу потерять, – предельно честно ответила ей.

– Так я и думала. Говорю же, губы у него, что надо. Но решать тебе. Вам еще обратно лететь… – подмигнула она мне.

Бросила на неё предупреждающий взгляд, и она подняла руки в знак капитуляции.

– Нет, нет, и ещё раз нет! Это может всё разрушить. С другом нельзя целоваться! Ладно, если бы нам было по тринадцать, и мы вместо помидоров, учились бы друг на друге. Но нам по восемнадцать! Ни в коем случае нельзя повторять! Это было один раз, и я буду лучше контролировать себя. Неужели ты смогла бы повторить, если бы попала в такую же ситуацию?!

Триша распахнула глаза, глядя на меня, и нервно заелозила на своём месте.

– Нет. Ты права. Есть вещи, которые нельзя повторять, и нужно поставить жирную точку, как бы ни было сложно.

Я напряглась, потому что в её голосе я снова услышала беспросветную тоску. После её дня рождения в начале марта она очень странно себя вела. Очень странно. Потом она познакомилась с Шоном и теперь, вроде как, довольна своей жизнью.

– Ты была в похожей ситуации? – Я решила зайти с этой стороны. Я уже столько раз пыталась понять, что с ней тогда приключилось, но она молчала. Говорила только, что всё закончилось. Что закончилось, я так и не поняла.

– Не совсем, – она покачала головой.

– Ты мне ничего не хочешь рассказать, младшенькая?! Я же твоя сестра. Твой голос выдаёт тебя с потрохами.

Она мельком глянула на меня и опустила глаза.

– Голос… – тихо повторила она. – Это всё в прошлом, я поставила жирную точку и пошла своей отдельной дорогой. – И, видимо, показывая направление, куда она пошла, Триша махнула рукой.

Я судорожно пыталась понять, о чём она. Что я упускала? Кто её обидел?

– Триша! Ну поделись со мной! Я же тебе рассказала про свою выходку, – надавила я.

– Я тебе всего не расскажу, это уже не важно для меня. Но скажу, что это связано с Дэйвом. Только, пожалуйста, при встрече с ним никаких комментариев и двусмысленностей! Мне Майка хватает с его шуточками! – вскинула на меня свои карие глаза.

– Хорошо, обещаю. Вы что-то сделали, да? – аккуратно спросила, стараясь не спугнуть. Она впервые заговорила об этом, а я, чёрт побери, ничего не знала! Что я за сестра такая, которая не могла помочь своей младшенькой?

– Сделали. Но не закончили. Поэтому это всё глупости, которые остались в прошлом, – быстро ответила она.

И как это понимать?! Что они сделали, но при этом не закончили?!

– Триша, точно всё в порядке?

– В абсолютном! На самом деле я ему только благодарна, правда… – говорила она, как у меня опять закружилась голова.

– Си, ты чего?! – Триша вскочила и подползла ко мне на кровати.

Перед глазами всё поплыло, дышать стало сложно.

– Да фигня какая-то. Уже не в первый раз такое, – тихо призналась я и прилегла.

– Ты такая бледная, тебе поесть надо, – погладив меня по голове, тепло ответила она.

– Скоро Тай приедет и поедим, – вяло отозвалась я, прикрыв глаза.

Триша легла рядом со мной и, переведя тему, рассказывала, какие стихи она написала, потом про дрища Шона, про учёбу и планы на университет. Ей поступать скоро. Она тоже переедет в Калифорнию, поближе ко мне.

***

Через час приехал Тайлер, и мы спустились. Этот парень не понимал, что такое скромные подарки. Бабушке он подарил новую соковыжималку, которой можно управлять с телефона. Дедушке новую стереосистему в машину. Трише какой-то навороченный электронный блокнот, типа планшета. Мне же он подарил профессиональный набор из 126 предметов для рисования в деревянном чехле. У меня отвисла челюсть. Это ж сколько денег он потратил на нас, а мы всего лишь пригласили его на Рождество!

– Господи, Тай, мой хороший! Ну зачем ты на нас деньги тратишь? – запричитала ба.

– Мне приятно на вас тратиться, – улыбнулся он.

– Ты взломал кого-то и украл все его деньги?! – нахмурившись, пошутила я.

– Не угадала. Я давно и много работаю. Так что прекратите возмущаться, – ответил он, смотря в мои глаза.

– Тай, ты отличный парень. Хотя я бы сказал, что ты уже мужчина, судя по твоим поступкам, – сказал дедушка, сжав его плечо.

Тай улыбнулся ему и мы, наконец, прошли в столовую за праздничный обед. Из динамиков проигрывателя играла песня Will You Still Love Me Tomorrow группы The Shirelles. Мои родные обожали старый рок-н-ролл и порой даже танцевали. Веселые они у меня.

Мы расселись за накрытым столом. За непринуждённой беседой все принялись за еду. Бабушка очень вкусно готовила. В детстве она меня учила печь пироги. Но с тестом я не очень-то подружилась. Оно то не поднималось, то получалось резиновым, то я забывала соль или сахар добавить. Однажды муку забыла положить, и долго не могла сообразить, почему тесто такое жидкое. Поэтому она бросила это занятие, сказав, что в будущем мне лучше покупать готовую выпечку.

Тай, как всегда, сидел справа от меня и вечно что-то подкладывал мне в тарелку. Триша пару раз подмигнула мне, стреляя в него глазами. За что получила от меня гневный взгляд.

– Лампочка, ты совсем ничего не ешь, – заметила ба.

– Согласен. Что это с тобой, Си? Ты же так любишь индейку, – подключился Тай.

Да, люблю. Только аппетита у меня почему-то не было.

– Наверное, вчера перенервничала, – ответила им, на что Тай кашлянул в кулак.

Дедушка с бабушкой переглянулись.

– Но кекс же ты будешь, милая? – продолжила заботливая ба.

Я быстро закивала. Выпечку сейчас очень хотелось. Этот запах сводил меня с ума. Но пока все ещё уминали мясо и овощи, поэтому я пила воду и ковыряла еду в тарелке.

В кармане пропищал телефон, Дэймон:

Тебя тоже с праздником!

Извини, замотался, не сразу смог ответить.

Да уж, не сразу. Я ему написала ещё утром, а сейчас было ближе к пяти вечера.

Я:

Когда мы увидимся?

– Что там, жених твой пишет? – обратился ко мне дедушка.

– Дедуль, он не жених. Просто мой парень, – ответив, убрала телефон.

– Тай, ты видел этого парня? А то он от нас, видимо, прячется, – засмеялся дедушка.

– Видел, мистер Браун.

– Что скажешь? Я твоему мнению доверяю.

Тай замер с вилкой в руках. Да что с ним? Почему он так реагировал на Дэймона?

– Если Си с ним счастлива, значит он хороший парень, – после небольшой паузы ответил он.

Я улыбнулась. Говорю же у меня самый лучший друг в мире! Реакция, правда, у него странная иногда. Но это, наверное, потому что у него самого не было девушки. Он привык, что я всегда рядом, а тут появился Дэймон. Не думаю, что он завидовал мне, просто ему нужно время, чтобы привыкнуть.

– А у тебя появился кто-нибудь в университете? Или, может, есть кто-то на примете? – подключилась бабушка.

Вот обожают они всё про личную жизнь расспрашивать, честное слово! Хлебом не корми, дай посплетничать!

Тай закинул кусочек индейки в рот и ответил:

– Не появился. Но на примете есть.

Я удивилась, приподняв брови.

– Ты мне ничего не говорил, – толкнула его локтем в рёбра.

– Ну, ты занята Дэймоном, – парировал он, поймав мой локоть.

– Неужели ты решил начать с кем-то встречаться?! – воскликнула Триша.

Да, я тоже удивлена. Он никогда не с кем не встречался. Спал со многими, насколько я знаю, но не встречался.

– Я этого не говорил. Но время покажет.

– Кто она? – спросила у него.

– Тоже учится в Стэнфорде. Зовут Памела, – спокойно ответил Тай и стащил кусок индейки из моей тарелки, задев меня своим мощным плечом.

– А сиськи у неё как у Памелы Андерсон? – засмеялась Триша.

Не могла представить его с девушкой. Тогда наш поцелуй, должно быть, его совсем не смутил, раз у него на примете появилась девушка. Слава богу! Прям отлегло.

– Эй, электровеник, что за вопросы ты задаёшь? – рассмеялась в ответ ба.

Тришу так прозвали за её ураганный характер. Особенно за последний год. Она и раньше была неугомонной, но только дома. Теперь она свой характер показывала везде.

Вы поняли, да, какие у нас всех странные прозвища? Просто дедушка работал инженером-конструктором, поэтому в его лексиконе можно и не такое услышать.

– Так, давайте танцевать? Милый, я хочу танцы! Покажем им как мы ещё умеем зажигать? – перевела тему бабуля, обращаясь к дедушке.

Он задорно улыбнулся и встал из-за стола. Ему было шестьдесят пять лет, бабуле шестьдесят три. Включив их любимого Элвиса Пресли, они начали очень активно и бодро танцевать. Они потрясающие у меня. Аж слёзы навернулись. Что-то я совсем не могла совладать с собой последние пару недель. Взяла телефон и начала снимать их танец на видео. Я знала, кто оценит его по-настоящему. Тай, уперев правый локоть в стол и положив подбородок на кулак, наблюдал за ними. Облокотилась на него спиной, и он левой рукой приобнял меня. Триша кричала всякие подбадривающие слова и смеялась.

Наблюдать за ними было одно удовольствие. Они являлись для меня примером настоящей любви, пронесённой сквозь года и разные препятствия. Их танец был весьма профессиональным, поскольку они ходили на разные занятия и в молодости, и в зрелом возрасте. Всегда находили, чем разнообразить свою жизнь. Что самое главное, их глаза по-прежнему сияли, глядя друг на друга. Мои родители тоже любили друг друга, но я их видела крайне редко, чтоб почувствовать их тепло. А эти люди вложили в меня столько любви. Только я пока непутёвая у них какая-то.

Не могу сказать, что я сплошное разочарование. Но в личной жизни у меня была задница. Полная. Надеюсь, с появлением Дэймона всё наладится.

Песня затихла, и они начали обниматься и целоваться.

– Ну, конечно, куда ж без ваших поцелуйчиков, – засмеялась Триша.

– Смотри и учись, а то твой дрищ только с доской своей умеет обращаться, – ответил ей самый лучший в мире дедуля.

Мы с Таем прыснули от смеха. Он уткнулся в мои волосы, чтобы не заржать в голос.

Я, чтобы не рассмеяться, уставилась в телефон и отправила видео Майклу:

Чтобы так же танцевали с Грейс лет через пятьдесят! 

Майкл, красавчик, добился Грейс и теперь живёт вместе с ней, готовясь к свадьбе предстоящим летом. Правда они никак не могли договориться, как будут её отмечать.

Телефон пропищал, Тай оторвался от моих волос и заглянул в него.

Майкл:

Не сомневайся, так и будет.

Надеюсь, ты тоже пойдёшь по жизни с правильным партнёром.

Передавай им привет.

Я тоже надеялась, что в итоге обрету счастье и надёжность в личной жизни.

– Всем привет от Майка, – выполнила его просьбу, как раз когда бабуля поставила на стол кекс. У меня потекли слюни. Тай заметил, как я встрепенулась и, взяв большой кусок, поднёс его к моим губам.

– Наконец-то и ты поешь. Давай, кусай, – тихо произнёс он, продолжая обнимать меня левой рукой.

Откусила большой кусок, что весь в рот не поместился. Пытаясь собрать крошки с подбородка, начала смеяться.

– Совсем оголодала, малыш, – тепло улыбнулся он и продолжил кормить меня.

Помню однажды, когда в моей личной жизни случилась настоящая катастрофа, я очень мало ела. Тай тогда не знал, что случилось, но заметил, что со мной что-то не так. Пришёл ко мне домой и кормил меня пиццей. Потом уложил спать, обнимая меня. Он тогда неделю прожил у меня, будто зная, что мне нужна поддержка. Повезло мне с другом, что ни говори.

После обеда, плавно перешедшего в ужин, мы переместились на диван. Триша убежала к Шону, а мне вдруг стало так одиноко. Почему Дэймон так мало писал мне? Он до сих пор не ответил, когда мы увидимся. Я приехала, а он не стремился увидеться со мной, хотя говорил, что очень ждёт.

Мы смотрели фильм, Тай сидел рядом и задумчиво накручивал мои волосы на палец.

– Тебе бывает одиноко? – тихо спросила у него.

– Часто, – признался он.

– И что ты тогда делаешь?

– Иду в зал.

– Поэтому ты в такой отличной спортивной форме, – рассмеялась я, посмотрев на него.

– Да, везде есть свои плюсы, – низким вибрирующим голосом ответил он.

Его голосом можно было озвучивать фильмы, в которых главный персонаж опасный, но обаятельный преступник. Хлоя утверждала, что Тай похож на главного героя сериала «Острые Козырьки».

В чём-то я согласна. В сериале Томас Шелби опасный мужчина с загадочной аурой. Тай абсолютно такой же. Редко можно увидеть, что он пляшет, как Майкл. Я видела всего пару раз в детстве. Если он танцевал, то медленно и хищно. В нём была какая-то неописуемая сила. И стержень. И загадка. Никогда не знаешь, о чём он думает, глядя на тебя. Во внешности тоже были сходства с тем «главным козырьком». Скулы, чёткий овал лица и губы точно похожи. Но вот глаза у Тая стального оттенка. Вроде холодные, но в них столько тепла. И прическа не такая, волосы у него немного короче и светлее.

Было уже поздно, а Дэймон так и не написал больше.

– Пойдём спать? – спросил Тай.

– Да, я устала. Спасибо, что согласился остаться со мной. Почему-то мне сейчас слишком одиноко. Я рада, что ты рядом, – призналась я, потянулась и зевнула.

Он разглядывал моё лицо. Когда я была в его ауре, то ощущала себя самой защищённой.

– Я всегда рядом, ты же знаешь, – ответив, он встал с дивана и протянул мне руку. Мы пошли в мою комнату на втором этаже.

– Могу я воспользоваться твоим душем? А то мне кажется, я весь пропах индейкой и имбирными пряниками, – обратился он ко мне, когда мы зашли в спальню.

Дала ему чистое полотенце, а сама уселась на кровать и уткнулась в телефон, просматривая нашу с Дэймоном переписку.

Наше общение началось в баре, где я работала официанткой. Он оказывал мне знаки внимания практически постоянно, но я боялась подпустить его к себе. Думала, что лучше дружить. Но он понемногу ослабил мой контроль своими ухаживаниями и начал писать разные сообщения с намёками на продолжение. Я решила дать ему шанс. Мы начали гулять, ходить на свидания. Было много флирта, который перешёл в откровенный секс по смс, когда я уже переехала в Беркли. Мы созванивались каждый день, он говорил, что мечтает обо мне днём и особенно ночью. В итоге он не выдержал и приехал ко мне. Тогда мы впервые переспали с ним.

На тот момент (так говорю, будто это было сто лет назад, а прошло всего три недели) у меня секса не было почти два года. А тот, что был в первый и последний раз до Дэймона, я вообще вспоминать не хочу. Так вот с Дэймоном было всё как-то неуклюже, что ли. Вроде неплохо. Точно не ужасно. Но не было взрыва, не была фейерверка, не было химии, не было оргазма. Дэймон не возбудил меня до такой степени, чтобы я вообще соображать не могла. А мне всегда казалось, что именно так и должно быть. Чтобы ты не помнила, как тебя зовут.

Может, я не способна к такому феерическому сексу? Может, я фригидна?

Хотя, когда я думала несколько раз о том, какой Тай в постели, так из чистого любопытства, то у меня дыхание сбивалось от картинок. Они были настолько реалистичными, словно я со стороны наблюдала. Или сама в этом участвовала. Но я быстро прогоняла тогда эти мысли. Я была подростком, когда эти картинки начали всплывать в моём мозгу. Гормоны, наверное, шалили.

Наверное, со мной что-то не так, раз я не получала удовольствия в постели.

Наверное, в этом виноват мой первый раз. Может, у меня теперь психологический блок какой-то, и я не умею получать наслаждение?

Не везло мне в сексуальном плане, что ни говори. Может, когда-нибудь повезёт? Может, когда-нибудь я получу самый крутой оргазм? Может, когда-нибудь я смогу расслабиться, отпустить свой контроль и начать чувствовать?

Глава 3

Тайлер

Как мне сейчас лечь с ней в одну постель, чёрт подери?!Я два года с ней не спал. Знаете почему?

Во-первых, я тогда провёл у неё неделю, безмолвно утешая её. Она думала, что я ничего не знал о случившемся. Но я знал. И спал с ней неделю в обнимку. Мне было непросто смотреть, как она мучилась. Я корил себя за то, что не предусмотрел, не доглядел.

Во-вторых, всю неделю я просыпался с диким стояком, который упирался в неё. Да, это природа, и ничего не попишешь. Но я реально хотел её. С тех пор я больше не ночевал с ней. Потому что это слишком, мать его, сложно для меня.

Но и отказать ей я тоже не мог. Никогда не мог. Поэтому стоял сейчас в её душе, прогоняя из своего больного воображения разные картинки. Только вот моему члену не объяснишь, какого хрена он должен моментально упасть. Надо подумать о компах. Это работа. Хоть она мне и нравится, но не как Си. Или о лысых шарах…

Вроде помогло, упал.

Говорю же, бритые яйца – это не моя тема.

Обмотал полотенце вокруг бедер и вышел из ванной. Сидни сидела на кровати, поджав под себя ноги, и задумчиво смотрела в телефон.

Повернув голову в мою сторону, она распахнула глаза и начала разглядывать меня.

Вот же чёрт!

Я на автопилоте вышел в полотенце. Надо было хотя бы боксеры натянуть.

– Извини, я привык в полотенце выходить. Сейчас пойду оденусь, – ответил ей, но она быстро встала и направилась в мою сторону.

– Ничего, можешь тут переодеться. Мне нужно в ванную, – быстро пролепетала она и прошмыгнула мимо меня. Но уже через две секунды она вышла из ванной, держа в руках мои вещи, и взглядом задержалась на моём торсе.

– Ты явно часто чувствовал себя одиноко. У тебя такой пресс… Такой накаченный пресс, – нервно улыбнулась она, уставившись на мой живот.

Почувствовал, как мой член поднял голову, словно приговорённый к смерти, решивший посмотреть в глаза своему палачу.

Ну не сейчас же!

Отвернулся и подошёл к кровати.

– Да, часто, – ответил ей, глубоко дыша и представляя лысые шары.

Дверь в ванную закрылась, и я снял полотенце.

– Я забы… – начала она, но тут же осеклась.

Да чтоб меня!

Я стоял спиной к ней абсолютно, мать его, голый. Если бы мы встречались, то и проблем бы не было. Но меня ждала ночь с той, кто не видела во мне мужчину. А я, чёрт подери, мужчина! Со стояком!

Закрыл глаза, понимая, что прикрываться я не буду. Моя задница не самое страшное зрелище в этой жизни. Это же не лысые шары, в конце концов!

– Я… Прости… О… Господи… – сбивчиво залепетала она.

– Си, ты же видела обнаженных мужчин. Выключи свет, если совсем страшно, – ответил ей, не поворачиваясь.

Но вместо этого я сам потянулся и вырубил освещение в комнате. Осталась только прикроватная лампа, но её света было недостаточно, чтобы показать меня во всей красе.

– Так лучше? – уточнил я, потянувшись за боксерами на кровати.

– Да, то есть нет. То есть неважно, – в её голосе опять была паника.

Я тут же повернулся и учтиво поинтересовался:

– С тобой всё в порядке?

Только секунду спустя до меня дошло, что я всё ещё без трусов. Стою с волосатым членом прямо перед ней. Благо свет вырубил, может не заметит, что ему это нравилось.

– Ого. Ничего себе… Такой огромный…

Её широко распахнутые глаза уставились на мой член. Ему это понравилось ещё больше, – он креп с каждой секундой.

– Малыш, если будешь на него смотреть, он тебя не так поймёт, – тепло ответил ей и всё-таки натянул боксеры.

Сидни нервно облизала губы и подняла на меня свои растерянные глаза. Затем, быстро развернувшись, юркнула в ванную. Через минуту дверь опять открылась, пока я развешивал одежду на спинке стула. Повернулся к ней и остолбенел.

Сидни стояла в одном белье. Слишком сексуальном белье. Чёрное кружево облегало её грудь третьего размера и то место, которое я мечтал попробовать на вкус. Во рту моментально скопилась слюна. Эрекция усилилась.

Шарил глазами по её телу, пытаясь взять себя в руки, но одновременно с этим запомнить каждый её сантиметр. У неё очень аппетитная фигура с плавными изгибами.

– Тай, мне одиноко… Я не понимаю, что со мной… Ты мне нужен… – шептала она с испуганными глазами, которые также изучали моё тело.

Сердце подпрыгнуло от её слов. Кровь мгновенно забурлила. Но я не двигался. Сжал кулаки, чтобы не сорваться. Я же знал, что она всегда говорила мне, что я ей нужен. Но это не значило, что я могу сейчас наброситься на неё.

– Я рядом, – хрипло ответил единственное, что пришло на ум.

Она сделала неуверенный шаг в мою сторону и замерла, всматриваясь в мои глаза. Я видел, как часто и поверхностно она дышала, словно сейчас у неё начнётся паническая атака.

– Мне нужно ближе, – едва слышно проговорила она и бросилась ко мне. Успел подхватить её и прижать к себе. – Поцелуй меня, – следом тихо попросила она, смотря на мои губы.

Мне показалось, что я сейчас взлечу от счастья. Как же я мечтал услышать эти слова. Поэтому не ждал и не мешкал. Обхватил ладонью её за шею и накрыл своими губами. Тихо застонав в мои губы, она открыла рот. Также неуверенно, как и в самолёте, она провела по моему языку, отчего член вздрогнул.

Развернул её и прижал к столу. Сидни обняла меня за шею и прижалась ко мне. Сминая её губы и лаская языком, подсадил её на стол. Поцелуй становился всё более страстным и отчаянным. Своим языком ласкал её губы, язык, зубы. Перед закрытыми глазами словно фейерверк взрывался.

Встал между её ног и слегка наклонил назад, держа одной рукой за шею. Она опустила руку, пытаясь опереться на стол, но что-то задела, и оно с грохотом упало на пол. Схватил её за руку, положил обратно на свою шею и сильнее прижал к себе. Она застонала и стала расслабляться в моих руках. Отклонил её ещё немного назад, яростно вылизывая её рот, и она начала тереться о мой стояк своей промежностью. Стол заскрипел, и с него опять что-то рухнуло.

Чёрт!

– Сидни, у вас всё в порядке? – послышался тихий голос её бабушки, Бекки, за дверью.

Мы оторвались друг от друга, тяжело дыша.

– Да. Я уронила… учебник, – задыхаясь, ответила Си.

Смотрел на неё явно безумными глазами. Я хотел её до боли.

– Ага, поняла. Два раза уронила учебник. Ничего необычного, – рассмеялась её всепонимающая бабушка за дверью, и затем послышались её удаляющиеся шаги.

Немного склонил голову на бок, изучая её глаза. Она остановится или наконец позволит мне сделать то, что я так хотел?

Сидни тоже внимательно смотрела на меня. Её зрачки расширились, глаза потемнели, губы припухли.

Давай, малыш. Выбор за тобой.

– Мне нужно ещё ближе, – наконец сиплым голосом произнесла она.

В груди разгорелся пожар.

– Насколько ближе, малыш? – уточнил я.

Она замешкалась, опустив взгляд.

– Посмотри на меня, – попросил я, держа за шею и запрокинув её голову. – Просто скажи, что ты хочешь. Я всё сделаю.

Она сглотнула, смотря на меня голодными глазами.

– Я хочу близости. Настоящей. С тобой, – тихо призналась она.

Нащупал рукой на спинке стула свои джинсы и выудил из них презерватив, не разрывая зрительного контакта с ней.

– Попробую быть максимально близко к тебе, – хрипло пообещал в ответ и, сжав презерватив в руке, поднял девушку со стола.

Сидни мгновенно обвила мою талию ногами и прильнула к моим губам. Держа её одной рукой за шею, а другой за бедро, вжал в себя. Губами сминал её пухлую нижнюю губу. Полжизни мечтал припасть к этой губе. И вот уже второй раз мне вдруг повезло. Она такая манящая. Сидни застонала и зарылась пальцами в мои волосы.

Как охрененно.

Подошёл к кровати и, не выпуская её, лёг на неё, держа свой вес на руках. Просунул руку под её спину и расстегнул лифчик. Оторвался от её губ и снял чёрное кружево.

Боже. Вживую она ещё лучше, чем в моих мечтах.

Тёмные соски призывно смотрели на меня. Посмотрел в её глаза. Света от прикроватной лампы хватало, чтобы я заметил в них неуверенность. Почему она так смотрела?! Я же не насильник, в конце концов.

– Малыш, если ты не хочешь, то останови меня, – произнёс, скрестив пальцы на руках и ногах.

Не останавливай.

– Тебе, наверное, со мной не понравится… У меня мало опыта… Я никогда не получала оргазма от секса, – призналась она, а страх и паника в её глазах нарастали.

– Выбрось это дерьмо из своей прекрасной головы. Мне плевать, что твой Дэймон ни хрена не умеет в постели. Ты доверяешь мне? – хрипло спросил у неё и понял, что этот гандон мне не нравился ещё больше.

Он встречался с такой прекрасной девушкой и не мог довести её до оргазма?! Он либо ни хрена не умел, либо думал только о своём удовольствии. Поэтому он кто? Гандон!

– Я просто заранее предупреждаю, чтобы твои ожидания не рухнули сразу после. Лучше сейчас, – сипло произнесла она, и её дыхание стало поверхностным.

– Малыш, посмотри внимательно на это, – обратился к ней, встал и стянул боксеры. – Как ты думаешь, мои ожидания сейчас рухнут? – Я указал взглядом на колом стоящий член.

Её глаза распахнулись, и она облизала губы.

– Какой он толстый… Боже… – прошептала она.

Я ухмыльнулся.

Да, не веточка сирени.

Лёг обратно на неё и прошептал:

– А теперь выбрось всё лишнее дерьмо из головы. Здесь только ты и я. Я всё сделаю. Просто чувствуй, – и накрыл её губы своими.

Она обняла меня за шею и сильнее прижалась своим телом ко мне. Её тело затрепетало.

Умница, чувствуй.

Я точно в раю. Плавно опускаясь губами по нежной коже её шеи, я не мог поверить в то, что всё это происходило на самом деле. Мне хотелось запереть нас в этой комнате, а ключ от неё выкинуть. Хотелось остаться в этом мгновении навечно. Её тело чутко отзывалось на каждую мою ласку. С её губ то и дело слетали стоны, лаская мой слух. Разогревая её, я сам едва ли не сгорал от желания.

Давно мне не было так хорошо.

Хотя…

Мне никогда не было настолько офигенно прекрасно.

Сидни буквально горела.

Сердце готово было выпрыгнуть из заточения грудной клетки.

Она была влажная. Мокрая. Горячая.

– Малыш, ты прекрасна… – не сдержавшись абсолютно искренне произнёс я, наблюдая за её реакцией на мои неспешные ласки.

– Тай, так приятно… – сбивчиво промолвила она с закрытыми глазами.

– Умница моя, просто чувствуй.

Член болел от стояка и дикого желания, но мне нужно разогреть её как следует. Я хотел, чтоб она запомнила эту ночь на всю жизнь. В её жизни с сексом не заладилось с самого начала. Я хотел это исправить.

– Хочу ближе…

Я тоже.

Капелька пота скатилась по моему виску. Напряжение во всем теле нарастало. Пора.

Нащупал презерватив, зубами разорвал упаковку и надел его. Наши носы соприкасались, я смотрел прямо ей в глаза, нависнув над ней и держа вес на руках.

– Чувствуй, малыш, – прохрипел я.

– Тай, господи, – шокировано прошептала она, задевая мои губы своими.

– Громко не кричи, бабушку испугаешь, – улыбнулся ей и…

Да чтоб меня… Да чтоб вас всех…

Сидни перестала дышать и открыла рот, из которого вырвался чуть ли не крик. Быстро припал к её губам, пытаясь заглушить не то её, не то себя. Я запомню этот момент на всю жизнь. Как моя мечта оказалась в моих руках, как её роскошное тело с плавными и очень соблазнительными изгибами трепетало подо мной, как каждый миллиметр её шёлковой кожи реагировал на мои ласки. Это всё истинное наслаждение.

И, честно признаюсь, мне приходилось несколько раз думать о лысых шарах, чтобы не финишировать раньше неё. Хоть я и выносливый парень, но наблюдая за тем, как эта невероятная девушка по-настоящему чувствовала меня, возносило моё грешное тело на небеса.

От медленных и аккуратных ласк мы как-то очень незаметно перешли к более настойчивым.

Сидни закинула руку закинула наверх, за свою голову. Перенёс свой вес на правую руку, а левую поднёс к её и прижал к кровати, переплетя наши пальцы. Так мы были ещё ближе.

– Как хорошо… – в её голосе прозвучали нотки блаженства.

– Сейчас будет ещё лучше.

Сильнее прижал наши скрещенные ладони к кровати и попытался в каждое своё движение вложить всё то, что не мог сказать вслух. Каждая моя ласка буквально кричала о том, как сильно я нуждался в этой девушке, как бесповоротно и беспросветно я любил её.

– Тай! – почти прокричала она.

– Иди сюда, – прошептал ей. Она подняла голову, и я припал к её губам.

Мы буквально горели друг другом. В данную секунду всё казалось таким правильным. Словно мы и впрямь были созданы друг для друга.

– Кажется… – пробормотала она в мои губы, но замолкала, а в её глазах блеснуло что-то такое прекрасное. Зная, какой громкой натурой она была, я быстро зажал ей рот рукой, глядя в её глаза.

– Кончай, малыш, – хрипло приказал ей.

И…

Ах ты ж… Как хорошо…

Да…

Она мгновенно сдалась, отправив и меня не то в адское пекло, не то на райские облака.

В её глазах успел заметить шок и удовольствие, перед тем как она зажмурилась. Прижался губами к своей руке, чтобы самому не застонать, и наблюдал за прекрасным зрелищем. Она кусала мою ладонь и практически рычала.

– Малыш…

Всё тело затрясло от неописуемого кайфа. Сколько лет я мечтал о ней? Сколько лет я любил её?! Сколько ночей фантазировал о сексе с ней?

Я бы отдал всё, чтобы сейчас не останавливаться, мне хотелось так провести всю ночь. Закрыл на мгновение глаза от удовольствия и сжал её руку.

Сейчас она была моей.

– Боже, Тай… Я кончила, – с истерическими нотками в голосе прошептала она в мою руку, вынудив меня открыть глаза и встретиться с её удовлетворённым взглядом.

Отстранившись от неё, убрал руку ото рта. Ладонь немного болела от её укусов, но это была приятная боль.

– Я знаю. Поверь, я почувствовал, – улыбнулся ей.

– Значит, я не фригидна?!

– Малыш, что за глупости в твоей голове?! Конечно, ты не фригидна. Просто парень не тот, – спокойно ответил я.

Я всё ещё был твёрд как скала, готовый всю ночь напролёт показывать ей, какая она замечательная и чувствительная.

– Что же мы наделали?! Ты теперь будешь избегать меня?! Тай, прости меня! Я не понимаю, что со мной происходит в последнее время! Только не избегай меня после этого, – тараторила Сидни, и…

Да, член решил, что пора на боковую.

Нельзя извиняться за секс, когда парень ещё в девушке.

Охрененно просто…

Я молча встал, зашёл в ванную, стянул и выкинул презерватив. Оперся о раковину и, опустив голову, закрыл глаза. Ну что за говно долбаное?! Какого чёрта всё именно так в моей жизни?!

– Тай? Пожалуйста, не бросай меня! Твоя дружба так нужна мне! Я же не умею жить без тебя… – сипло произнесла Сидни, зайдя за мной в ванную.

Покачав головой, я открыл глаза.

– Я не брошу тебя, Си. Всё будет, как и прежде, – с плохо скрываемой тоской в голосе отозвался я.

– Точно?! Мы ведь переспали пять минут назад! Я всегда думала, что секс портит и разрушает дружбу! Кто-нибудь обязательно влюбится безответно и всё – конец дружбе! Бах и всё! А я не могу потерять такого друга, как ты, – продолжала добивать меня Сидни.

Да, кто-нибудь влюбится безответно. Показать пальцем на этого дебила?!

– Си, всё в порядке. Я сейчас умоюсь и приду, иди ложись, – ответил ей и открыл кран.

– Я тебя очень люблю, – добавила она и просто уничтожила меня.

Я тоже люблю тебя, малыш.

Всей душой и сердцем. Всем своим существом.

Умылся и вернулся в постель. Сидни уже в топе и шортиках лежала на кровати. Лёг рядом, закинув руку под голову.

– Если между нами ничего не изменилось, тогда обнимешь меня перед сном? – тихо спросила она, посмотрев на меня.

Что ещё она скажет, чтобы я почувствовал себя хуже некуда?

– Конечно. Иди сюда. – Я вынул руку из-под головы и пригласил её на свою грудь.

Она тут же прильнула ко мне, удобно расположилась и закрыла глаза. Начал накручивать её волосы на палец. В глубине души я всё же был счастлив. Я хотя бы узнал. Хотя бы раз почувствовал её. Вот и мой долгожданный подарок на Рождество.

А потом меня внезапно осенило: она ни разу не подумала о том, что, переспав со мной, фактически изменила своему гандону Дэймону. Она переживала, что потеряет меня, а не то, что Дэймон узнает. Сердце радостно подпрыгнуло в груди. Может, всё же надежда ещё осталась?!

***

Утром я проснулся раньше неё. Она лежала, как и всегда, свернувшись в позе эмбриона на боку, а я обнимал её сзади. Член упирался в её попку. Втянул запах её волос и аккуратно провёл рукой по её бедру. Надо вставать, иначе она сейчас проснётся и опять начнёт извиняться.

Умывшись, я спустился вниз.

– Тай, дорогой, там Грег с утра пораньше руки разминает и ждёт тебя в гараже, чтобы вы твой подарок установили в его машину, – обратилась ко мне миссис Браун.

Улыбнулся в ответ. Да, мистер Браун, обожал ковыряться в машине. Когда он понял, что в моей семье происходило какое-то необъяснимое говно, то стал частенько привлекать меня к подобному времяпрепровождению. Часто беседовал со мной, что-то вечно рассказывал. Я тоже тянулся к нему. Тогда отец ещё был в моей жизни, но чисто номинально. Мне не хватало мужского общества рядом. Поэтому Грег был для меня практически отцом. Я ему многим обязан. Он тот человек, который заботился обо мне очень тактично и аккуратно. Это я сейчас стал понимать, а тогда я смущался и иногда брыкался. Но он продолжал звать меня в гараж и во время починки его пикапа учил меня жизни.

Хороший мужик.

– Уже иду, – ответил ей.

– Стоять! – тут же бросила она мне и с игривой улыбкой продолжила: – А завтрак?! Вы, должно быть, усердно учились вчера, раз учебниками разбрасывались. Значит, тебе нужно подкрепиться. Марш на кухню, гений наш.

Я прыснул от смеха.

Да, мы учились… анатомию изучали.

Сев за стол, положил на него локти.

– Держи, как ты любишь кофе и панкейки. Я тебе двойную порцию сделала, ну раз ты помогал учиться Сидни, – подмигнула она мне.

Я с улыбкой отвёл взгляд.

– Ты бы почаще ей помогал…

Вернул свой взгляд на неё.

– Тай, у меня большой жизненный опыт. Такого парня, как ты, найти непросто. Ох как непросто. Ты рос на моих глазах. Я понимаю, что ты не монах и у тебя есть девушки. Ты не ждёшь в заточении и одиночестве, когда моя внучка-Спящая-красавица проснётся от летаргического сна и узрит реальность. Но, если есть возможность, не упускай её, – сев напротив меня, с такой теплотой в голосе произнесла Бекка.

Решил отпить кофе, пока обдумывал ответ.

– Вам тоже всё очевидно, да?

Она кивнула.

Всем, как оказалось, было очевидно, кроме Сидни. Даже Джею! Даже этот «бритоголовый» сообразил, в чём суть. Хотя, казалось бы, он не видит никого, кроме Хлои, и не понимает ничего, кроме музыкальных и экономических терминов.

– Поверьте, если бы дело было только во мне, то она уже была бы моей, – тихо признался я.

– Знаю, милый. Я не старая дура, как может показаться на первый взгляд, – подмигнула она.

– Что вы такое говорите?! Вы фантастическая женщина.

– Это я так на комплимент напрашиваюсь, – засмеялась она, опять подмигнув, и продолжила: – Если тебе нужна наша помощь, только скажи.

– Чем вы тут поможете? Раз вам очевидны мои чувства, то должны быть очевидны и её по отношению ко мне. Из френдзоны живым ещё никто не выбирался, – горько усмехнувшись, я наткнул на вилку блин и откусил.

– Ой не скажи. Самые крепкие браки основаны на дружбе. Страсть проходит, похоть проходит, увлечённость тем более. Что остаётся?! Дружба и любовь, милый.

Слушал её и думал, как, мать его, из дружбы перейти в любовь.

– Я не знаю, как подтолкнуть её переступить эту черту и увидеть во мне не просто друга.

– Ну, как я понимаю, черту вы успешно перешагнули. Остаётся ждать, когда она это осознает в полной мере и придёт за добавкой, – улыбнулась она мне.

Опустил глаза, понимая, что не могу обсуждать секс с её бабушкой. Закинул в рот блин и запил кофе.

– Ты же не жадный парень, угостишь её добавкой, когда она придёт?

Я поперхнулся и начал кашлять.

Она рассмеялась.

– Миссис Браун, я не могу это обсуждать с вами, – сквозь кашель ответил ей, но добавил: – Но я дам ей столько добавки, сколько понадобится.

Смеясь, она встала и обняла меня за плечи.

– Я даже не сомневалась. Если что, знай, мы с Грегом за тебя. Доедай, не торопись. Пойду своими делами займусь. – Она поцеловала меня в висок и ушла.

М-да. Охрененно. Я влюбился в спящую красавицу, и два моих поцелуя не пробудили её. Мой член тоже, видимо, не растормошил.

Доев завтрак, помыл посуду и пошёл в гараж. Там играла песня Lift U Up группы Gotthard. Оценил его выбор.

– Все блины съел?! – хитро прищурился мистер Браун. – Я уже заждался тебя, сынок, даже музыку для тебя включил, – пожурил он меня с озорной улыбкой.

– Ваша жена была слишком убедительна, предлагая мне завтрак, но за музыкальное сопровождение благодарю, – улыбнулся ему.

– Я тут распаковал всё и снял старую систему из машины. Но ты купил какую-то навороченную. Даже моих мозгов не хватает, чтобы разобраться, – почесал подбородок мистер Браун.

– Сейчас со всем разберёмся, там нет ничего, с чем бы мы не справились.

Обычно он меня всему учил, но есть вещи, где я более продвинутый, чем он.

– Сынок, ты сегодня какой-то слишком счастливый. У тебя даже выражение лица изменилось. Меня не обрадуешь? – поинтересовался мистер Браун, изогнув бровь.

Я сейчас должен сказать ему: «Я наконец трахнул вашу внучку»? Улыбнулся своим мыслям.

– Точно. Ещё и улыбаешься. Неужели Сидни прозрела?!

Я резко вскинул голову.

Да чтоб меня!

Всем вокруг реально всё очевидно?!

– Ха. Думал мы такие же слепые, как и она?! – рассмеялся он, видя моё изумление.

– Если честно, да. Я думал, что только Майк всё замечает. Как выяснилось, я глубоко заблуждался, – ответил ему и залез под капот, ища нужный провод.

– Так она прозрела или только минутная вспышка была? – не унимался он.

Вылез из-под капота и, проходя мимо него, бросил ему:

– Минутная вспышка.

– Надеюсь, ты её не пропустил?! Раз такой счастливый, значит…

Да, в этой семье никто не стеснялся обсуждать секс в завуалированной форме. Как говорится: что естественно, то не безобразно.

– Мистер Браун, подержите провод под капотом, пожалуйста, – попросил его, пока ковырялся в салоне автомобиле, мастерски проигнорировав вопрос.

– Не пропустил, – довольно заключил он, расценив моё молчание за положительный ответ. Я улыбнулся, зная, что он всё равно меня не видит.

– Отпускайте, – отдал ему команду.

Взял колонку и вставил её на нужное место, повторил с другой стороны машины. Затем залез в салон и стал устанавливать дисплей под стереосистему.

Грег залез на пассажирское сиденье и наблюдал за моими действиями.

– Если что, так на всякий случай, у нас в доме слишком хорошая слышимость, – задумчиво протянул он, смотря вперёд.

Я застыл на секунду, присобачивая дисплей.

– Мистер Браун, что вы хотите от меня услышать? Вы же и так всё видите. Только она не видит. Что я могу сделать, помимо того, что уже делаю для неё? – задал резонный вопрос и вернул своё внимание к дисплею.

– Исчезни из её жизни, – невозмутимо произнёс он.

– Что?! – удивился я.

С хрена ли, спрашивается?!

– То, что слышал. На время, разумеется. Исчезнешь навсегда – я сам тебя найду, – засмеялся он и сжал моё плечо. – Ого. Мышцы у тебя что надо, сынок, – прокомментировал он, продолжая сминать моё плечо.

Опять улыбнулся ему.

– Спасибо, стараюсь держать себя в форме. Так что значит «исчезнуть»?!

– То и значит. Женщины очень странные существа. Когда мы крутимся вокруг них, то они воспринимают это как должное и не ценят. Но! Стоит исчезнуть с их радаров, как начинается магия, – засмеявшись, он подмигнул мне и руками сделал какой-то жест, типа шар в руках крутит.

Надеюсь, что не лысый.

Разобравшись с дисплеем, завёл автомобиль и начал настраивать систему.

– Магия, говорите? – повторил я задумчиво, нажимая на сенсор и ковыряясь в настройках.

– Именно. До них внезапно доходит, что без нас как-то не очень-то живётся. Никто не починит кран, например. Не вкрутит лампочку. Не набьёт морду очередному хаму. Не поможет с работой или учёбой. Догадался, что они делают в таком случае?

– Ищут возможность вернуть всё на свои места?

– Молодца, сынок. Твой мозг явно создан для сложных задач, – рассмеялся он.

– Всё бы ничего, но в моём случае я не хочу возвращать всё на свои места. Я хочу поменять наши места, надоело быть в пешках.

– Говорю же, тебя ждёт большое будущее. А ты не думал, что, полностью потеряв твою поддержку и защиту, она задумается, кем ты был на самом деле для неё?

– Можно ваш телефон? – спросил у него, протянув руку и ответил: – Боюсь, что не задумается. Тем более после минутной вспышки нехорошо пропадать с радаров, не так поймёт.

Грег протянул мне телефон, и я подключил его к стереосистеме и проверил звук.

– Дай ей немного времени, и если она не сообразит, то исчезни. На месяц, например. Она сама начнёт искать возможность увидеться с тобой. А дальше ты уже подключай свой мозг и мышцы, – улыбнулся он, и я вернул ему телефон.

– Готово, мистер Браун. Принимайте работу, – ответил ему и включил радио. Звук отличный. Объёмный с мощными басами. Он заулыбался как маленький ребёнок. Всегда любил делать подарки людям и наблюдать за их эмоциями.

– Тай, это мощно! Спасибо, сынок. Мне кажется, эта система стоит дороже самой машины, – рассмеялся он. Я неопределённо покачал головой и пожал плечами.

– Система хорошая. У меня такая же, она надёжная.

Я любил слушать музыку. Делал это везде: на улице, в зале, за работой. Но особенно в машине. Свой Dodge Challenger я купил в семнадцать лет и первым делом установил в него качественную стереосистему. Мистеру Брауну взял такую же, только модель поновее.

Музыка расслабляла меня, поэтому я к парням постоянно приходил на концерты. Ну и естественно на Сидни посмотреть.

Исчезнуть, значит?

Мысль любопытная, записал пока на свою карту памяти. Вдруг пригодится.

***

После обеда у Браунов я вернулся в свой дом. Кстати, Сидни вела себя почти как ни в чём не бывало. Изредка только искоса поглядывала на меня.

Дома, как всегда, меня особо никто не ждал. Зашёл и споткнулся о пустую бутылку из-под виски.

Твою мать. Только вчера убрался же.

Нашёл мать в гостиной на диване. Как ни странно, она не была в алкогольной коме, как обычно.

– Какое сегодня число? – хрипло спросила она меня.

– Двадцать шестое декабря, – бросил ей, продолжая собирать мусор вокруг дивана. Она уже вконец скатилась и курила прямо в доме. Ненавижу этот запах. Ненавижу любую зависимость.

Моя мать, Джина, алкоголичка. Всё началось после гибели моего младшего брата. Сначала она выпивала немного перед сном, чтобы заснуть, как она говорила. Потом постепенно стала увеличивать дозу. Затем начала выпивать в обед. А потом начала опохмеляться с утра и пила весь день, не зная меры. Она не работала с тех пор, как убили брата. Мой отец обеспечивал нас. Мы жили достаточно бедно, но на всё самое необходимое хватало. В том числе и на алкоголь для матери.

Отец, Рассел, со временем стал чаще пропадать на работе. Когда мне было пятнадцать лет, он ушёл от нас и женился на другой женщине, с которой работал в магазине автозапчастей. Она – на кассе, он – в качестве консультанта.

Мать особо и не заметила его ухода. Чего не скажешь обо мне. За пару лет до его ухода он стал реже ночевать дома, постепенно отдаляясь от нас. Но я не ожидал, что он уйдёт насовсем. Со мной он не хотел больше общаться. Хрен знает почему. Я ему как-то задал этот вопрос, придя к нему на работу. Он сказал, что у него новая жизнь, и ему больно вспоминать о гибели моего брата. А глядя на меня, он видел его. Поэтому он, видимо, решил похоронить меня заживо. Для матери я тоже явно приведение, которое оплачивало её счёта и ежемесячно переводило деньги ей на карту. Этим, по большому счёту, наше общение и ограничивалось. Когда я жил здесь до переезда в Калифорнию, то видел мать трезвой… практически никогда. Со мной она почти не разговаривала. Иногда, до того, как с утра начать принимать на грудь, она могла что-то спросить и на этом всё. Поэтому в моей жизни считайте семья – понятие абстрактное и чисто номинальное. Вот такая вот жопа. Полная и беспросветная.

– Вчера было Рождество? А ты когда приехал? – пыталась сфокусировать на мне свой туманный взгляд, пока я собирал со стола окурки.

– Да, вчера было. Приехал двадцать четвертого числа, – спокойно ответил и посмотрел в её серые глаза. Цвет глаз мне достался от неё, а светло-русые волосы от отца. От кого достался мозг, я без понятия.

– Ты надолго здесь?

– После Нового года уеду.

Мать кивнула и закрыла глаза, откинув голову на подушку.

Выкинул весь мусор и поднялся в свою комнату. Я сам себя обеспечивал с тринадцати лет, именно тогда отец стал периодически отсутствовать дома. Начал с игр для компов, разрабатывал всю техническую сторону. Деньги переводили тогда на мамин счёт, поскольку я был мелким совсем. Потом с пятнадцати, когда все помешались на разных приложениях для телефонов и планшетов, я нашёл себе применение в этой сфере.

Параллельно я научился взламывать любую базу данных, искать нужную инфу или человека, прятать любую инфу или человека. Не подумайте, я никого не убивал. Я просто делал так, чтобы человек сам уезжал. Я не люблю, когда трогают моё и моих знакомых. И не дай бог, кому-нибудь придёт в голову их обидеть. Поэтому лучше не стоит шутить со мной.

Джей всегда называл меня хакером. Я не афишировал, но так оно и есть. Иногда я выполнял и такую работу, ведь за неё платили лучше. До сих пор иногда что-то делаю, что не совсем вписывается в рамки закона. Но без жёсткого криминала. Так, по мелочи. Но без следов. Работал я очень аккуратно, не хотелось бы потом, чтобы Дэйв вытаскивал меня за киберпреступления.

Включил комп и уселся напротив, размышляя о минувшей ночи.

Пожалуй, большего кайфа я не испытывал ещё. Даже прыжок с парашютом не сравнится. Реальность оказалась лучше в тысячи раз. Ни в одной самой смелой и детальной фантазии я не представлял, что она такая… Идеальная и чувственная. Я бы столько всего с ней сделал…

Я нарыл кучу бесполезной инфы на гандона Дэймона. Вообще ничего интересного. Вроде безопасный тип, но мне он всё равно не нравился.

Послезавтра парни и Хлоя выступают в баре. Гандон будет работать на Новый год, это я уже проверил.

Ладно, посмотрим, что будет дальше. Я столько лет мечтал о Сидни и получил роскошный подарок на Рождество. Так что жаловаться не буду.

Может и на моей улице ещё будет праздник длиной в целую жизнь?

Глава 4

Сидни

С утра боялась далеко отойти от туалета. Давно так плохо не было. Я, видимо, отравилась. Но я ела только дома, и все, кроме меня, чувствовали себя прекрасно. Сегодня Новый год, а я решила заболеть. Почему-то меня не тошнило, только когда я думала о свежей выпечке и о сексе с Таем. Парадокс, не иначе.

Я впервые получила оргазм, и это было вау! Просто бум, взрыв и вау! Искры из глаз и полное расслабление. У него такой толстый член, что я думала, он меня разорвёт, но нет, обошлось. А как искусно он двигался? Он так прижал меня своим телом, что я буквально слилась с ним. А ещё от него всегда очень вкусно пахло. Моим любимым парфюмом и его личным запахом. Он какой-то особенный, не могу его описать. Он опьянял, что ли. Боже, повезёт же его девушке!

Слава богу, он вроде не изменил своего отношения ко мне. Даже утром написал и поинтересовался, заехать ли за мной, чтобы отвезти в бар. Мы решили всей компанией ещё раз потусить там, только без концерта, поскольку там запланирована вечеринка. Дэймон тоже будет, так как у него рабочая смена. Наконец-то я его увижу, ведь послезавтра я уже улетаю обратно, а мы до сих пор не увиделись. Даже когда мы были на выступлении ребят, где Хлоя устроила шоу на танцполе, Дэймона опять не было. Он говорил, что у него бабушка приехала из другого Штата.

Боже, опять тошнит. Может, это ПМС такой дикий и беспощадный? У меня же как раз должны быть…

Стоп!

Сегодня тридцать первое декабря, месячные должны прийти… Были прийти… Были…

Нет!

Не может быть! У меня задержка на пять дней. Как? Какого хрена?! Какого, сука, хрена?! Я же пила таблетки. Но с Дэймоном мы не использовали презерватив. Он сказал, что ощущения «в резине» совсем не те и он здоров. Неужели я…

Забеременела?!

От него?!

О боги!

Быстро взяв себя в руки, оделась и побежала в аптеку за тестом. По пути купила себе круассан с карамельной начинкой, ужасно хотелось выпечки. Пришла домой и, пока бабушка была занята на кухне, прошмыгнула обратно к себе. Сделала тест и положила его на раковину. Нужно было подождать. Подождать…

Какого чёрта нужно ждать?!

Глядя на себя в зеркало, я начала осознавать, что в течение этой недели я вечно странно себя чувствовала. То тошнота, то головокружение, то слёзы неожиданно подступали, соски стали слишком чувствительными, я начала внезапно набрасываться на Тая.

Если я беременна, то это всё гормоны! Значит, я по-прежнему адекватно оценивала нашу дружбу. Только почему я захотела близости именно с ним, а не с Дэймоном?! Почему меня к нему так не влекло?

Чёртовы гормоны.

Опустила взгляд на тест и увидела… две полоски.

Вот же чёрт подери!

Дыхание сбилось, перед глазами всё потемнело. Возникло ощущение, что я падала с высоты. Жадно глотая воздух, вцепилась в раковину. Надо умыться холодной водой. Открыла кран и начала плескать воду себе в лицо.

Как Тай меня учил? «Глубокий вдох и медленный-медленный выдох». Надо сдуться как воздушный шарик. Не хватало сейчас ещё в паническую атаку удариться. Опять что-нибудь натворю. Боже, мне же всего восемнадцать. Ровно через месяц девятнадцать. Я стану мамой так рано?! Почему в моей сексуальной жизни всё было так сложно и через жопу?!

Мой первый секс случился за месяц до моего семнадцатилетия, на Новый год. Я тогда общалась с одним парнем из другой школы, Аланом. Мы нравились друг другу. Я так думала. На Новый год он напился и стал приставать ко мне. Сначала я не совсем поняла, к чему он клонил, и не отталкивала его. Но когда он затащил меня в туалет (мы были в клубе) и начал раздевать, до меня дошло, что именно он хотел. Правда не сразу. Надо было дёру дать, как только он завёл туда, но я отчего-то страшно тупила.

Тупая дура, потому что!

Я пыталась остановить его, но он не слушал. Он был сильно пьян и хотел продолжения. В итоге он грубо лишил меня девственности в этом сраном туалете. Я плакала, мне было больно. Ему было плевать, что я чувствовала. Даже когда я умоляла его остановиться, он словно не слышал и только повторял, что раньше никто не жаловался, и мне бы лучше заткнуться. Секс был очень грубым, без прелюдии, без ласки или тем более нежности. Когда всё закончилось, он просто ушёл, ничего не сказав.

С тех пор он буквально испарился. Я его никогда больше не видела. Он старше меня на два года, тогда ему было восемнадцать, и он должен был заканчивать школу. Но он её не закончил, насколько я знала. Просто испарился.

Магия, не иначе.

В ту ночь я приехала домой без сил и желая умереть. А через полчаса на пороге появился Тай. И неделю прожил у меня. Не знаю, как он почувствовал, что со мной что-то не так, но он не отходил от меня. Кормил пиццей, смотрел со мной мелодрамы, спал в обнимку, гладил по волосам перед сном. Мне было стыдно признаться ему, что я лохушка, что мой первый раз оказался ужасным. Я тогда долго приходила в себя.

Сначала я не думала, что это было изнасилование. Я была уверена, что сама спровоцировала его своими поцелуями. Но когда я поделилась с Хлоей, то она сказала, что он самый настоящий мудак и насильник. Если девушка говорит «нет», значит парень должен остановиться. Алан не остановился, он вообще был в алкогольном трансе. С тех пор я не перевариваю выпивших людей. Я их боюсь, никогда не знаешь, что они выкинут, находясь под градусом.

Мой второй раз случился почти через два года после этого случая. С Дэймоном. Теперь я беременна от него. А шесть дней назад был мой третий секс. С Таем.

Понимаете, да? Такая вот фигня в сексуальной жизни. Изнасилование. Беременность. Секс с другом. Класс. Вот так вот, бах, и вся жизнь резко перевернулась.

Мне абсолютно точно нельзя заниматься сексом зимой! Да и когда я теперь займусь им снова, неизвестно.

Выкинула тест и решила, что Дэймон должен знать правду. Я не собиралась скрывать это от него. Он принимал в этом непосредственное участие. Сегодня же расскажу ему всё. Поскольку секс был один раз, то я точно знала срок.

– Сис, ты собираешься? – спросила Триша, заглянув ко мне в комнату.

Фух, надо действительно собраться с мыслями. Меня воспитывали в любви. Этот ребёнок не виноват, что я такая тупая. Или что мои таблетки не сработали. В нашей семье, насколько я знала, никто не делал абортов. Я даже не представляла, чтобы пойти и убить ребёнка. Аж тошнить опять начало.

– Да. Ты с Шоном поедешь или там встретитесь? – ответила я, выходя из ванной.

– Там. Вместе с тобой поеду. Тай заедет?

– Да. Написал, что заказал такси на вечер.

Она довольно кивнула и скрылась из виду.

Ладно. Я со всем справлюсь. Я смогу. Как-нибудь, но справлюсь. Главное – не бросать учёбу. Что-нибудь обязательно придумаю. Но мой ребёнок не будет страдать от моей беспечности. А ведь отцом мог быть и Тай. Но он предохранялся со мной. Интересно, а как бы он отреагировал, если бы это был его ребёнок?!

***

Вечером за нами приехал Тайлер. Я чувствовала себя намного лучше, и тошнота меня не беспокоила.

На самом деле, такие странные ощущение, когда ты начинаешь понемногу осознавать, что в тебе растёт новая жизнь. Сразу на всё начинаешь смотреть как-то иначе. Это не объяснить словами. Только беременные меня поймут. Хотя я, конечно же, ещё не до конца поняла, что моя жизнь навсегда изменилась. Я в долбаном и глубоком шоке! Я стану мамой. Я навсегда теперь связана с Дэймоном.

– Ты очень красивая, Си, – поздоровался Тай, открыв мне дверь такси. Он всегда очень обходительный и внимательный.

– Спасибо.

Юркнула в машину на заднее сиденье вместе с Тришей. Мне казалось, весь мир теперь знал, что я беременна. Что живот уже виден, что у меня на лбу тату с надписью «Залетела». Но это всё моё воспалённое воображение. Все жили как обычно, только моя жизнь в одночасье изменилась навсегда. Пока об этом никто не знал.

Приехав в бар, я сразу же начала искать глазами Дэймона за барной стойкой. Нашла. Он работал, обслуживая многочисленных посетителей. Наверное, сейчас не самое удобное время, чтобы сообщить такую новость. Ладно, позже поговорим.

– Си, привет! Какая ты красотка, – подлетела Хлоя и обняла меня.

Я надела золотистое облегающее мини-платье на тонких бретельках и серо-бежевые высокие сапоги-ботфорты без каблуков. Мой рост 172 см, могу себе позволить не носить каблуки постоянно. Поверх накинула пальто карамельного оттенка. Хлоя, как всегда, во всём чёрном. Кружевной топ, джинсы и каблуки, на которых она со мной одного роста. А главный аксессуар – её улыбка, которая говорила о том, что она невероятно счастлива. Наконец-то они с Джеем вместе.

Пока мы обнимались, за спиной Хлои я увидела, что все уже собрались. Майк с Грейс о чём-то ворковали, Джей пожирал глазами свою девушку. Алекс с Мэттом ржали как обычно, Дэйв внимательно разглядывал Тришу. Она, кстати, сегодня выглядела особенно сногсшибательно. Надела в тон своей пряди волос неоново-розовое платье, которое как перчатка облепило её сексапильную фигуру, и тёмные ботильоны на каблуке. Волосы она завила и уложила на одну сторону. Сексуальная неформалка. Шон подскочил и крепко обнял её. Люка не было видно: может, ещё не приехал, а может, он со своей девушкой отмечал в другом месте.

– Привет! А ты зимой и летом одним цветом, – пошутила я, и она, кивая, рассмеялась.

– Посмотрите, кто пришёл! Тупица, как ты? – заржал Майк, глядя на Тая, как только мы подошли к столику.

Тупица?!

Раньше он так называл Джея по определённым причинам, вы знаете. Почему он теперь так обращался к Таю?

– Что-то ты подозрительно довольный в последнее время, – вклинился Джей, улыбаясь и усаживая к себе на колени Хлою.

Мы с ним подошли к свободному креслу, Тай сел в него, я, как и в прошлый раз, присела на подлокотник. Не привыкла здесь отдыхать, я ведь работала в этом месте в течение года.

– Новый год впереди, вот и радуюсь, – ответил он, улыбаясь.

– Да ну?! Серьёзно?! Новый год, значит, – подначивал Майк, внимательно рассматривая лицо Тая.

Грейс захихикала. Она очень красивая девушка. Натуральная блондинка с ангельским лицом. На ней была чёрная блузка с глубоким вырезом и тёмные брюки по фигуре. Майк в чёрной рубашке с закатанными рукавами и в джинсах.

– Слушай, купидон, может, тебе вместо семейного ресторана надо открыть свой сайт знакомств или курсы по соблазнению? – спросил Мэтт.

– Я ему предлагал, но будущая миссис Диас будет сильно нервничать, – ответил за него Джей с улыбкой.

Грейс засмеялась и ответила:

– Совершенно верно. Не хочу, чтобы он свой талант растрачивал на массу. Вас поженит и достаточно. Так что не упускайте шанс, ребята.

Майк обожающим взглядом посмотрел на неё.

– Малышка, я люблю тебя, – протянул он и прижал её к себе.

– О, давайте только без этого! А то сейчас Джей с Хлоей подключатся, и наши уши свернутся в трубочку от вашей романтической херни, – заржал Алекс.

– Завидуй молча, идиот, – бросил ему Джей и впился в губы Хлои.

– Началось… И это они ещё танцевать не пошли! – ржал Мэтт.

Джей не отлипая от Хлои, показал ему средний палец. Мы все рассмеялись.

– Ты что-нибудь хочешь? Поесть, попить? – тихо спросил Тай, пока все хохотали.

– Да, хочу картошку-фри и колу.

Он кивнул и начал взглядом искать официантку. Вообще, я колу не очень часто пью, но сейчас прям захотелось. Может, у меня уже вкусовые привычки начали меняться?!

– Джей, как там шары? Не мёрзнут без шубы? – не унимался Мэтт.

Он оторвался от Хлои и засмеялся.

– Меня начинает настораживать твоя обеспокоенность моими шарами. Ты точно за нашу команду играешь? – прищурившись, уточнил Джей.

Майк захохотал на весь бар, Алекс застонал от смеха.

– Господи, ну что за придурки, – сквозь смех прокомментировал Дэйв.

– Ты мне психологическую травму нанёс, придурок ты грёбаный! Мне твои шары сниться будут, – гоготал Мэтт, показав ему средний палец.

– Вот это и настораживает. Сны с его лысыми шарами так себе перспектива, – вставил Тай.

– О, ты у нас мастер фантазировать на эту тему. Ванную потом с лупой проверял?! – завопил Майк, вытирая слёзы.

Тай заржал, качая головой. Хлоя обмахивалась меню в истерике, Джей уткнулся в её плечо и трясся от смеха.

– Боже, вы, парни, только и можете о членах говорить! Для вас нет темы важнее, – рассмеялась я.

– Наши члены доставляют вам наслаждение. Думаю, для вас, девушек, они также важны, – не растерялся Тай.

Майк с Джеем вдруг перестали гоготать и уставились на нас.

– Но мы не обсуждаем наши вагины, Тай! А вас хлебом не корми, дай свои чупа-чупсы обсудить и померяться ими! – ответила ему, и Хлоя активно закивала головой в подтверждении моих слов.

– Это правда, мы ничего подобного не обсуждаем, – подключилась Триша.

– А я бы обсудил, – прыснул со смеху Мэтт.

– Да, устрицы тоже бывают разные, как и чупа-чупсы, – застонал Алекс и дал пять Мэтту.

Я лишь покачала головой, стараясь не заржать. Хлоя закрыла лицо руками и прислонилась головой к груди Джея.

– Ну вы и придурки, – заржал Дэйв.

– В этом деле главное, чтобы волшебная палочка идеально подошла к пирожку, – вдруг вклинился Шон, и Триша, округлив глаза, поперхнулась.

– Пирожку?! – сипло переспросила она у него.

Мэтт с Алексом согнулись пополам от хохота.

– Если это палочка, то тут уже мало что поможет, – заржал Джей.

Дэйв потёр глаза, давясь от смеха.

– Согласен. Хотя бы палка. Но лучше дубинка, – застонал Майк.

Я рассмеялась, посмотрев на Тришу, которая всё ещё в шоке поглядывала на Шона. Тот явно понял, что сморозил глупость.

– Вот опять вы о размерах! Мужчины, что с вас взять, – смеясь, вставила я, чтобы перевести тему.

– Конкуренция, вещь такая. У кого больше, толще, длиннее, тот более перспективный для спаривания с выбранной самкой, – сквозь смех ответил Тай.

– Да, титул тупицы определённо имеет волшебную силу, – тихо протянул Майк, играя бровями и смотря на Тая.

– Дело вовсе не в размерах. А в качестве процесса, – подключилась Триша, и парни, кроме Шона, снова расхохотались.

– Ты только что дала понять, что палочка твоего парня не такая уж и волшебная, – ответил ей Дэйв, красный от сдерживаемого смеха.

– Нет. Я только что дала понять, что процесс должен быть завершён. Желательно оргазмом, – едко ответила ему Триша, на что Дэйв сжал челюсти.

Майк, выгнув бровь, уставился на него.

– Я скоро вернусь, мне надо с Дэймоном поговорить, – прошептала Таю и пошла в сторону бара.

Я больше не могла сидеть и ждать. Мне необходимо вывалить на него эту новость.

– Привет, каштанка, рад тебя видеть, – улыбнулся Дэймон.

Да, так меня никто, кроме него, не называл.

– Привет. Ты совсем пропал, – произнесла я, встав около барной стойки. Он даже не потянулся поцеловать меня.

– Да, закрутился. Дома дел по горло. Как ты? Когда улетаешь? – Он облокотился о стойку с противоположной стороны напротив меня. Любопытно. Я, в принципе, недавно прилетела, а он уже спрашивает, когда я улечу.

– Послезавтра улетаю. Дела… Как бы тебе сказать… – замешкалась, не зная, с чего начать.

Как сказать об этом?!

– Что-то случилось?

– Да, мне нужно поговорить с тобой.

Он нахмурился.

– Обычно, когда девушка так начинает, то разговор будет не из приятных, – нервно хохотнул он.

Я заправила прядь за ухо и посмотрела в сторону нашего столика. Майк и Джей нависли над креслом Тая и что-то обсуждали. Хлоя с Грейс над чем-то смеялись, глядя в телефон.

– Это как посмотреть. Но разговор серьёзный, – ответила, повернувшись к нему.

– Тогда может, не здесь и не сейчас? Поговорим потом.

– Потом ты снова будешь занят.

– Ладно. Что случилось?

– Я…

Снова неосознанно повернулась к нашему столику. Майк дал пять Таю, Джей согнул руку и показывал на свой бицепс. Они втроём смеялись.

Мужчины…

– Я беременна. От тебя. У меня никого не было. До тебя, – на одном дыхании выпалила, вернув своё внимание к нему. Он распахнул от удивления глаза и немного отшатнулся от меня.

– Но ты же пила таблетки. Как такое возможно? – немного севшим голосом спросил он.

– Пила. Не знаю. Я сама этого не планировала, если что.

Он внимательно рассматривал моё лицо, явно обдумывая, что ответить. Я его не торопила, потому что сама не знала, что следует говорить в такой ситуации. Однако в груди теплилась надежда, что он сейчас перепрыгнет через стойку, обнимет меня и скажет, как он рад. Ну или хотя бы просто обнимет меня. Видимо, гормоны правда шалили, мне очень хотелось физического тепла и близости мужского тела рядом.

– Я… Чёрт, это всё очень неожиданно. Ты хочешь оставить ребёнка? – растерянно подбирал он слова.

– Да, в нашей семье не приняты аборты.

Он кивнул и опустил голову, уперев обе руки в стойку и продолжая думать.

– Хорошо. Значит, оставим его. Я не знаю, к чему это всё приведёт. Но раз ты так решила, то хорошо, – наконец произнёс он, и я улыбнулась.

– Я не заставляю тебя жениться на мне. Не бойся. Но ты должен был узнать первым, – ответила ему, и мне показалось, что он облегченно выдохнул.

В баре громче включили музыку, до Нового года осталось полчаса.

– Извини, мне надо работать. Народу полно. Я тебе напишу, – быстро проговорил он и метнулся к другому концу барной стойки.

Сердце внезапно защемило. Так пусто внутри, я бы даже сказала холодно.

– Хорошо… – в пустоту произнесла я, и повернулась к нашему столику.

Тай смотрел на меня. Улыбнулась ему, и он направился в мою сторону.

– Твоя картошка на месте. Сюда принести или к нам вернёшься? – на ухо спросил он, положив руку на мою талию.

В нос ударил его запах. Всё-таки как вкусно от него пахло. Запах его тела смешался с древесно-кожаным парфюмом с нотками уда и кедра. Неосознанно втянула его полной грудью. Он словно камин, который согревал и успокаивал. Тай не отстранялся, крепче взяв меня за талию. Он сегодня был в тёмно-серой футболке по фигуре с V-образным вырезом, чёрных джинсах и чёрных грубых ботинках. На бицепсе виднелась часть его тату. Рядом с ним так уютно и уже не так холодно.

– Пойдём обратно. Дэймон занят работой.

Он повёл меня к нашему столику, где ребята опять над чем-то ржали.

Я набросилась на картошку, едва моя задница коснулась кресла. Тай знал меня как облупленную и заказал три соуса к ней: кетчуп, сырный и тартар.

Пока жевала, продолжала думать о нашем мини-диалоге с Дэймоном. Я не знала, что ожидала от него услышать в ответ на новость о моей нежданной беременности. Также я не знала, хотела ли я замуж за него. Ведь логичным продолжением беременности была свадьба и семья. Во всяком случае, так принято в обычных семьях. Но я, как вы поняли, хоть и из обычной семьи, но в личной жизни у меня всё не клеилось. Я никогда не с кем даже не встречалась в полной мере. Вот с Дэймоном вроде начала и сразу забеременела.

Запила еду колой, наблюдая, как Тай схватил дольку и, обмакнув в кетчуп, быстро закинул в рот.

– Эй! Опять ты начинаешь?! – рассмеялась я.

Он тоже любил картошку, и мы всегда дрались с ним из-за неё. А Хлоя читала нам нотации о правильном питании и вреде фастфуда на сосуды. Бедный Джей, она скоро его на одном шпинате держать будет.

– Ты пей, не отвлекайся, – игриво ответил мне и стащил ещё одну.

– Ах ты гадёныш! Это моя картошка! – смеясь, завопила я и замахнулась на него.

Он моментально схватил меня за руку и потянул на себя. Я свалилась с подлокотника и упала ему на колени. Он накинул свою куртку мне ноги, поскольку я была в мини-платье и, хитро прищурившись и прижав меня к себе, потянулся за очередной долькой картошки.

– Ну ты и засранец! Дай мне тоже! – смеялась я, пытаясь выпутаться из его хватки, но он блокировал меня, крепко держа мои руки и прижимая к своей сильной груди. Его глаза излучали неимоверное тепло. Вроде стальные серые глаза должны быть холодными. Но у него горячая сталь.

– А волшебное слово? – продолжал издеваться Тай, лукаво улыбаясь и поедая мою картошку.

Вот же гадёныш!

– Тай, твою ж налево, ты сейчас всё съешь! – не унималась я, брыкаясь на нём. Пока я это делала, то задницей почувствовала, что в неё что-то уперлось. – Убери свой телефон, он мне в задницу упёрся, – добавила я, хохоча.

Тай закрыл глаза на секунду и опустил меня немного ниже.

– Телефон? Тай, ну что ты в самом деле. Сидни же неудобно сидеть на твоём телефоне, – насмешливо и игриво протянул Майк и засмеялся.

Джей что-то шепнул Майку, и тот заржал ещё сильнее.

– Не начинай, Майк, – стараясь не рассмеяться, ответил ему Тай, продолжая воровать мою картошку.

– Тай! Дай мне чёртову картошку! С соусом! – зарычала я.

– У вас тоже странная прелюдия какая-то, – подключился Мэтт.

Тай стрельнул в него глазами и покачал головой, улыбаясь. Затем взял самую большую дольку и, щедро обмакнув её в сырный соус, поднёс к моим губам.

– Открой рот, – тихо приказал.

– Она огромная! Не поместится в меня! – засмеялась я.

Тай вопросительно изогнул бровь, глядя на меня сверху вниз, и произнёс:

– Уверен, что поместится. Открывай.

Пытаясь не хохотать, открыла рот. Он засунул дольку мне в рот, но я не могла её целиком проглотить или откусить. Начала крутить головой и мычать, все вокруг заржали, а я и слова не могла произнести с картошкой во рту и блокированными руками.

Зрачки Тая расширились, он нагнулся ко мне и, смотря в мои глаза, откусил часть дольки, которую я не могла проглотить. Наши губы соприкоснулись. Меня словно током ударило.

– Оу, они всегда так едят?! – заржал Алекс.

– Теперь да. Дэйв, ты следующий на очереди. Скоро мой титул перейдёт к тебе, – довольно произнёс Джей и дал пять Майку.

Проглотила картошку и рассмеялась.

– Ну ты и гадёныш, Тай! Я тебе отомщу!

– Буду ждать, Си, – улыбнулся он и отпил мою колу.

Публика в баре веселилась. Все ждали наступления Нового года, а мне опять стало одиноко. Так странно. Мой парень работал в нескольких метрах от меня, а я ощущала себя совершенно ненужной ему. Как будто мы незнакомы. Сидя на коленях у Тая, мне было уютно, но словно что-то было не так. Опять вернулось чувство, что я что-то упускаю. Оно появлялось и раньше, но, когда Дэймон начал ухаживать за мной, только обострилось. Я до сих пор не могла понять, что же не так. Он не оттолкнул меня, узнав о беременности, но и не обрадовался. Я, конечно, тоже в шоке, но мне деваться некуда.

Тем временем начался обратный отсчёт. Тай протянул мне колу, отпустив мою руку. Весь бар громко считал, я продолжала сидеть на коленях Тая, который вроде и не собирался меня прогонять.

– С Новым годом! – разносились радостные вопли со всех сторон.

Хлоя запрыгнула на Джея и вцепилась в его губы. Майк подхватил на руки Грейс и закружил её. Алекс с Мэттом улюлюкали и свистели. Дэйв улыбался, глядя на них. Триша с Шоном целовались.

– С Новым Годом, малыш, – прошептал Тай, задевая моё ухо и подтянув меня повыше.

Волоски на теле встали дыбом, и побежали мурашки.

– И тебя! – радостно ответила ему на ухо.

Наблюдая за всеобщим весельем, я осознала, что скоро нам улетать обратно. Сердце замерло.

– Слушай, я уже нервничаю насчёт обратного полёта! Ты же будешь рядом, да? Будешь дышать со мной? А за руку возьмёшь? – обняв его за шею, перекрикивала ор толпы.

Он тепло улыбнулся, заглянув в мои глаза.

– Конечно. Будем вместе дышать, держась за руки, – ответил он, поглаживая мой живот под своей курткой.

В баре врубили песню Girls Got Rhythm группы AC/DC, и наш столик возбужденно заревел.

– Е-е-е! Давай, Хлоя, жги! – завопил Мэтт.

Она подскочила и начала орать песню, изображая руками игру на гитаре на радость Джею, который подпевал ей на бэк-вокале и активно барабанил ладонями по столу. Алекс с Дэйвом тоже подключились, подпевая им. Мэтт подорвался и начал изображать утиную походку Ангуса Янга. Майк взял Грейс и, подойдя к Хлое, начал с ними танцевать.

Веселая у нас компания, ничего не скажешь. Но среди них правда чувствуешь себя лучше. Раньше мне не доводилось так с ними отдыхать, потому что я работала здесь. Хотя, когда Хлоя пришла в группу, я частенько отплясывала с подносом на танцполе. Сейчас же мне было хорошо, даже одиночество отступило. А ведь говорят: «С кем Новый год встретишь, с тем и проведёшь его». Значит, мой год будет весёлым: в окружении ненормальных психов и на коленях у лучшего друга.

Не смогла усидеть на месте и, выпутавшись из объятий Тая, присоединилась к ненормальным танцам ребят. Почему ненормальным? Потому что Майк просто не умел грустно и уныло танцевать. От него всегда веяло настоящим праздником. Поэтому мы начали прыгать, задирая ноги, а он нас по очереди кружил и вращал за руки. Оторвусь хоть перед своим нежданным материнством.

***

Вот и наступило второе января, а значит, пора возвращаться в Лос-Анджелес. Вчера я сделала ещё один тест, на всякий случай. Опять две полоски. С Дэймоном увидеться не получилось. Попрощавшись с семьей, сели с Таем в такси и поехали в аэропорт.

– Малыш, у тебя всё в порядке? Ты слишком задумчивая, – вглядывался в мои глаза Тай, сидя рядом со мной на заднем сиденье машины.

– Боюсь перелёта. Ещё Дэймон меня словно динамит. Мы увиделись только в баре. Ты считаешь это нормально? – поделилась с лучшим другом.

Он парень, в конце концов. Может сможет подсказать мне что с Дэймоном. Но Тай пока не знает о моем интересном положении. Я никому не сказала пока. Сначала схожу к гинекологу, потом всем расскажу.

– Нет, я считаю это ненормально. Но я в ваши дела не лезу. Ты же выбрала его, значит, что-то в нём тебя привлекло, – задумчиво ответил он.

Да, хорошее замечание. Сама не понимала, что меня в нём привлекло. Он симпатичный. Веселый. Короче обычный, ничего выдающегося. С обычной палочкой, если вы поняли, о чём я. Не то, что у Тая. Господи, опять мои мысли перед полетом пошли не в ту сторону.

– Тай, а та девушка, Памела, про которую ты говорил, она тебя чем-то зацепила? Ты же ни с кем не встречался раньше. – Я решила узнать у него, чтобы отвлечься от своих мыслей.

– Она заинтересована во мне. Как в парне, – ответил он, посмотрев в окно. Мы подъезжали к аэропорту.

– И всё?! А ты в ней заинтересован? Я не понимаю, – нахмурилась я.

Что за странная логика?!

– Я заинтересован в постоянстве. Согласись, приятно осознавать, что тебя всегда ждут, – с лёгкой улыбкой ответил он, взглянув на меня.

Да, согласна. Может поэтому мне было одиноко, потому что Дэймон меня не особо ждал? На словах да, а на деле не стремился провести со мной хотя бы день. Может, родители не научили меня правильно выстраивать отношения? Как вызвать в парне желание ждать меня или желание увидеть меня. Они же всё время были заняты собой или своей работой. Но бабушка с дедушкой всем своим видом демонстрировали образцовую семью.

Что со мной не так?! Почему я не могу наладить свою личную жизнь?! Что я, чёрт подери, упускаю?!

Подъехав к аэропорту, Тай взял наши чемоданы и повёл нас к стойке регистрации. Хлоя с Джеем улетят только завтра, поэтому сегодня мы летели вдвоём.

Едва я оказалась в кресле самолета, меня опять накрыло. Мне физически было плохо, все мышцы напряглись настолько, словно я сделана из камня. Воздуха не хватало, руки и ноги были ледяными.

– Малыш, дыши. Помнишь, как это надо делать? – обратился ко мне Тай.

Мельком посмотрела на него и уставилась в кресло перед собой, судорожно дыша.

– Нет, так дело не пойдёт. Ты похожа на рыбу, выброшенную на берег. Чем меньше кислорода попадает в твой мозг, тем сильнее будет паника. В самолете и так ощутимое кислородное голодание, а ты только усугубляешь, – тихо и размеренно напутствовал меня Тай.

– Тебе легко говорить, гений. Ты ничего не боишься. Тебе не понять меня, – нервно огрызнулась я, вцепившись в подлокотник.

Он покачал головой и, немного подумав, ответил:

– Ты не права. Я боюсь. Боюсь вовремя не сгруппироваться и разбиться.

– Тогда зачем ты прыгаешь с парашютом? – задала резонный вопрос.

– А я не про прыжки сейчас, – ответил он, положив тёплую ладонь на мою.

– Тай, мне страшно. Почему мне так страшно? Все люди как люди, сидят, общаются, ожидая взлёта. А я словно псих неуравновешенный! Что со мной не так?! – сипло произнесла, ощущая, как слёзы подступили.

Он повернул на меня голову и внимательно посмотрел. Потом отпустил мою руку и убрал подлокотник.

– Иди сюда, – тихо приказал, приподняв свою руку, и я машинально облокотилась о него. Но расслабиться пока не получилось.

– Ты не псих. Все люди чего-то боятся. У всех свои слабости. Ты боишься потерять контроль или отдать его пилоту. Боишься доверить ему свою жизнь. Ты думаешь, что полностью управляешь своей жизнью. Но в жизни всегда есть место случаю. Даже когда я прыгал с парашютом, чётко выполняя указы инструктора, я осознавал, что есть вероятность несчастного случая. Но я доверился Вселенной. А ты боишься. Поэтому твой мозг рисует ужасные картинки того, что может произойти после взлёта. Заметь, все они про падения. Ты не боишься, что самолёт, например, взорвётся. Ты боишься упасть, не имея возможности взять контроль в свои руки, – размеренно говорил Тай, пока самолёт готовили к взлёту.

Заметила, что я немного расслабилась под спокойный тембр его голоса и удобнее расположилась под его рукой.

– Ты хочешь иметь контроль над ситуацией, но не знаешь всех тонкостей управления самолётом. Поэтому у тебя наступает паника. Ты отдала свою жизнь другому человеку, и он контролирует её на протяжении всего перелёта, – продолжал Тай, и я задумалась над его словами.

Он прав. Я люблю контролировать ситуацию, не люблю сюрпризы. Особенно после изнасилования. Боюсь доверить свою жизнь кому-то. Если я контролировала всё вокруг, то была уверена в себе. Значит и в самолёте всё так же? Но как мне довериться незнакомому человеку, который мог не выспаться или поругаться с женой? Он мог быть рассеянным, злым или уставшим и допустить ошибку, из-за которой пострадаю я.

Меня вдруг осенило, что после моего первого секса у меня появились панические атаки. До этого я просто боялась высоты. А с тех пор присоединились атаки и страх именно падения. Я тогда не могла контролировать процесс. Алан был сильнее меня, он был пьяным. Я не смогла противостоять ему. Я потеряла контроль и пострадала. Теперь по жизни так будет?! Теперь из-за этого ублюдка я буду всю жизнь мучиться из-за панических атак?!

Самолёт взревел, и нас вжало в кресла. У меня потекли слёзы, сердце стучало в горле, я начала задыхаться.

– Малыш, посмотри на меня, – быстро произнёс Тай и поднял мою голову за подбородок. – Глубокий вдох и медленный выдох. Выдыхай всем телом. Я рядом. Я контролирую ситуацию. Слушай меня и расслабляйся, – продолжил Тай с заботливым взглядом.

– Я боюсь, – прошептала я, когда самолёт оторвался от земли.

Сердце ухнуло вниз, все внутренности скрутило в тугой узел.

– С тобой ничего плохого не случится. Я же рядом. Я же твоя скала, – спокойно ответил Тай и большим пальцем вытер мои слёзы.

Кивнула ему, и он улыбнулся.

Положила голову на его плечо и начала глубоко дышать. Тай продолжил говорить, зная, как меня успокаивает его тембр.

А я начала осознавать реальные последствия единичного случая в сраном туалете небольшого клуба. Они куда глубже, чем физическая боль от потери девственности. С тех пор я перестала доверять парням. Друзей в расчёт не беру. Но новых знакомых я практически не подпускала к себе. Только Дэймона приняла, и то не сразу. Я в баре работала год. Весь этот год он был рядом и пытался приблизиться ко мне. Только после моего отъезда я поняла, что он мне уже не просто знакомый. И вот, я беременна теперь от него. Как же я смогу справиться с этим, если в своей жизни не могу разобраться? Опять всё перекладывать на плечи бабушки и дедушки? Это неправильно. Значит, буду справляться сама. Я подрабатывала в местном кафе в Беркли, чтобы были карманные деньги. Теперь придётся найти ещё подработку, чтобы копить деньги на ребёнка.

Тай поглаживал меня по талии и дышал вместе со мной. Правой рукой взял мою и переплёл наши пальцы. Он всегда так делал. Мне это безумно нравилось. Так мы словно ещё ближе, чем когда просто держимся за руки.

Он действительно был моей скалой с детства. Ловил меня, если я падала или оступалась.

Он всегда рядом.

Он лучший. Друг.

Глава 5

Тайлер

– Тупица, хватай быка за рога! Какого хрена ты до сих пор геморрой отращиваешь? Сидеть не больно? – ржал Майк в трубку, пока я совершенно безболезненно сидел в своей съемной квартире за компом и работал.

Сегодня суббота, с Нового года прошло почти две недели. По выходным я обычно работал над разными делами, в том числе и незаконными. В данный момент мне надо было наказать одного ублюдка, который украл чужие бабки и решил, что ему сойдёт это с рук. Меня часто привлекали для таких дел. Я даже не знал этих людей. Да мне и не надо было их знать. Главное платили, остальное меня не касалось.

– Майк, ты хочешь, чтобы я преследовал её как Джей Хлою буквально месяц назад? Я – не он, – ответил ему, пока взламывал счёт этого ублюдка.

– Она сама в твои объятия пришла. Какого хрена ты эти объятия разомкнул? – вопрошал гуру любви.

Они обо всём догадались во время их выступления после Рождества, но решили озвучить свои подозрения во время отмечания Нового года. Поскольку я не отрицал, то они подумали, что я на правильном пути. Только вот я в этом не уверен. Сидни слишком контролирует свои мысли и чувства.

– Я не сталкер в отношении девушек. Захочет – сама придёт ещё раз, – бросил ему и перевёл крупную сумму со счёта ублюдка на другой, подставной.

– Что ты там делаешь?! Дрочишь, что ли?! У тебя голос слишком задумчивый и сосредоточенный, – заржал он.

– А ты слишком задумчивый, когда сосредоточенно дрочишь? – рассмеялся я и зашёл в личное дело этого ублюдка в базе данных местной полиции.

Он расхохотался.

– Тебе палец в рот не клади. Нет, засранец, мне больше нет надобности этим заниматься, – хохотал он.

– Рад за тебя. И пальцы, действительно, класть в мой рот не стоит, – улыбнулся и сделал пару пометок в личном деле ублюдка, чтобы не расслаблял свои булки.

– Тупица, ты же умный хер. Ты же мозг нашей безрассудной компании. Ну какого чёрта ты до сих пор не с ней? – не унимался купидон.

– Потому что я умный хер и мозг нашей компании. Таким она и видит меня, – ухмыльнулся я и отправил отчёт о проделанной работе заказчику.

– Иногда с тобой просто невозможно разговаривать.

– Тогда прощаемся?

– Засранец, я к тебе Джея подошлю. Вы с ним отлично спелись.

Это правда. Мы с Джеем отлично ладим теперь. Мы и раньше неплохо друг друга понимали, но после его запоя у меня мы словно сроднились.

– Он теперь один не приедет. Пожалей мои уши, они же шумная парочка.

– Я до тебя доберусь, тупица! Ты следующий в моём списке! Никуда ты не денешься!

– А я и не прячусь. Только я не понимаю, почему ты до меня докопался, а не до Дэйва?

– Ты хоть иногда смотри по сторонам, а не только на Сидни. Ты явно не заметил, что Триша пока сильно увлечена своей палочкой. Поэтому наш дубина сосредоточенно сидит и задумчиво дрочит под Guns N’Roses, – хрюкая от смеха, ответил Майк.

Засмеялся в ответ. Это я как раз заметил. Не то, что он дрочит. А то, что Триша выбрала дрища.

– Ну, у дрища и не может быть дубины. Это ж не пропорционально. Короче, ты мне зубы не заговаривай. Хватит с меня разговоров про лысые шары и анаконду в кустах. – Я закрыл вкладку в браузере и откинулся на спинку кресла. Одно дело сделано.

Майк продолжал ржать в телефон, матерясь по-испански. Поскольку я умный хер, то знал, что сейчас он сказал: «Сукин сын, слишком, чёрт возьми, умный». Я только улыбнулся, не комментируя. Ну а что? Мы общались с восьми лет. Он постоянно в любой непонятной ситуации переходил на испанский. Я запоминал, а потом искал перевод. В итоге я всегда знал, что он говорил. Все остальные только догадывались. Надо же как-то оправдывать свой титул мозга компании.

– Всё сказал? Я могу дальше работать? – вставил я с иронией в голосе.

– Ты следующий. Готовь бритву. Мы с Джеем обратим тебя в свою веру, и ты будешь с Сидни, помяни моё слово, – стараясь успокоиться, заключил он.

– Вы сами побреете, извращенцы? Потому что я не собираюсь этого делать, – не уступал ему.

– Тебя Сидни побреет, засранец. Девушки не любят копаться в волосах. А отношения подразумевают компромисс, – парировал довольный Майк.

Покачал головой, представив себе эту сцену.

– Копаться надо, когда у тебя палочка в зарослях. В моём случае это не так, – засмеялся я.

– Dios mío! С тобой просто невозможно разговаривать! Тебе надо быть либо адвокатом, либо политиком.

– Вот и не разговаривай со мной об этом. Мне надо работать, – довольно протянул я.

– Ладно-ладно. Я доберусь до тебя, – засмеялся он.

Закончив этот высокоинтеллектуальный разговор, снова полез во всемирную паутину. Ещё пару заказов и приступлю к приложению, над которым работал последний месяц. Вообще забавно, я совмещаю тёмные дела с разработкой игр для детей от шести лет. Кайф получаю, кстати, от обеих сторон своей работы.

В первом случае я вершу справедливость. Любой, кто плохо поступил, получал по заслугам.

В случае с играми приятно что-то делать для детей. Я рано потерял брата, не успел вдоволь побыть защитником и не наигрался, видимо. В общем, я люблю свою работу и получаю достойное вознаграждение за неё.

Только собрался взломать очередной аккаунт, как с личного ноута раздался видеозвонок. У меня три компа. Два рабочих, один личный. Все свои дела я разделяю, чтобы ничего не пересекалось. Безопасность превыше всего.

Повернулся на кресле в сторону ноута, Сидни.

– Привет, Тай. Я тебя не отвлекаю? – появилась на экране Сидни с хвостиком на голове и в клетчатой рубашке.

Красивая такая…

– Привет, нет. Как ты?

Вид у неё уставший. Синяки под глазами появились. Она мне особо не писала и не звонила после нашего возвращения.

– Я нормально. Учусь, работаю в кафе. Нашла ещё одну подработку, в магазине музыкальных товаров. Хлоя уже бьет копытом, просит найти ей там хороший винил в её новую коллекцию. Ты же в курсе, что Джей на Рождество подарил ей коллекционный винил Deep Purple и Whitesnake? Так она теперь открыла охоту на него, – рассмеялась она. Её лицо сразу преобразилось, ей очень идёт улыбка.

– В курсе. А зачем тебе ещё одна подработка?! У тебя с деньгами проблемы? Почему ты мне ничего не сказала?

– С деньгами всё в порядке. Пока. Но мне надо сделать накопления, – ответила она, словно подбирая слова.

Что-то здесь было не так. Я не копался в её счетах. Всё, что касается моих друзей, я не трогал, пока их кто-то не тронет. Не хотел рыться в их делах. Поэтому я не отслеживал счета Сидни. Вру. Отслеживал раз в месяц. Но только на предмет достатка. Если видел, что денег не очень много, то переводил ей с анонимного счёта. Больше нигде не копался от греха подальше.

– Накопления? Для чего? – уточнил я, всматриваясь в её лицо.

Она поправила свой хвостик и нервно заелозила на стуле.

Что происходит?!

– Мне нужно кое-что тебе сказать. Я никому ещё не говорила, даже Трише и Хлое. Даже Бекке и Грегу. Пообещай, что тоже никому не расскажешь, – неуверенно произнесла она.

Я затаил дыхание. Чует моя жопа, что ничего хорошего я сейчас не услышу.

– Конечно. Ты же знаешь, я не болтун, – улыбнулся ей, всё ещё надеясь, что моя жопа ошиблась.

– Я… Я беременна, Тай, – запинаясь, выдохнула она.

Я замер. Сердце подпрыгнуло в груди и начало глухо биться о рёбра. Мы с ней переспали двадцать пятого декабря. Но я предохранялся. Значит…

– От Дэймона? – пытался говорить спокойно, но мне впервые захотелось заорать.

Обычно я был спокоен как удав. Почему? Потому что так лучше мозг соображал. Когда нервничаешь, то ошибаешься. Когда кричишь, то говоришь то, чего не хотел сказать. Вообще я лишь однажды закричал. Завопил, что было мочи. Когда узнал о гибели брата. Тогда я сделал глубокий вдох и медленный выдох и дышал так до тех пор, пока мне не стало немного легче. С тех пор прибегал к этому методу, когда накрывало и хотелось заорать.

– Да. Я узнала перед Новым годом и сообщила ему. Он вроде не отказался от ребёнка, – призналась она.

В голове моментально сложился весь пазл. Её бледность, перепады настроения, плохой аппетит.

– Вы хотели ребёнка или это случайность? – зачем-то решил спросить.

– Случайность, конечно. Я пила таблетки, но как сказал гинеколог, к которому я сходила на этой недели, у меня произошёл сбой, и они не сработали. Это совпало с единственным сексом с Дэймоном, который не хотел надевать презерватив. В итоге я забеременела.

Я сжал челюсти. Что, чёрт бы его побрал, значит не хотел надевать?! Я с ней предохранился, а он с ней нет. Прекрасно. Просто, мать его за ногу, прекрасно.

– Ты рада? Ты же оставишь его? – выдавил из себя, стараясь быть её лучшим другом.

– Я ещё до конца не осознала. Конечно, оставлю. Мне почему-то захотелось тебе рассказать сначала, а потом всем остальным, – улыбнулась Си.

Сглотнул, понимая, что теперь я потерял её навсегда. Она станет мамой. Ребёнок не мой. Дэймон не отказался. Слишком долго я выращивал геморрой.

– Поздравляю тебя, Си. Что гинеколог сказал? С ребёнком всё в порядке?

– Да. Сердечко бьётся, всё хорошо. Правда она сказала, что мне совсем нельзя нервничать, – нервно хохотнула она.

Сердечко… Твою ж мать! Моя Сидни беременна от другого! Вцепился одной рукой в стол, другой сжал карандаш. Глубокий вдох, медленный выдох.

– Но ты же нервничала. У тебя паника была в самолёте, – взволнованно напомнил я.

Я реально переживал за эту девушку. Потому что любил её всем сердцем. Я любил эти красивые каштановые длинные волосы, любил её небольшое личико с аккуратным подбородком, любил эти выразительные карие глаза, любил эти высокие скулы, пухлые губы, особенно нижнюю.

– Я ей рассказала. Она сказала, что выпишет мне успокоительные. Вроде я не навредила ему своими психами.

– Если тебе нужны деньги, ты только скажи. Тебе нельзя много работать. Ты учишься, в кафе постоянно на ногах. Может, уйдёшь из магазина? Я дам тебе денег, – предложил ей.

– Ты что, с ума сошёл? Я сама со всем справлюсь, Тай. Раз так всё случилось, значит, так должно быть. Учусь доверять Вселенной, – улыбнулась она.

– А Дэймон что? То, что он не отказался, ещё не значит, что он согласился, – заметил я.

В его же интересах согласиться. Раз мне она не досталась, значит, он должен сделать её счастливой.

– Мы пока не обсуждали, что делать дальше. Я не давлю на него. Хочу, чтобы он сам принял решение, – ответила она и отпила апельсиновый сок.

– Понятно. Моя помощь в чём-нибудь нужна?

– Нет, что ты. Всё хорошо. Я просто позвонила поделиться с тобой. Как у тебя дела с Памелой?

Памела. Видимо теперь дел с ней у меня будет больше. Я трахался с ней несколько раз до Нового года.

– С ней хорошо, но я не видел её пока. У меня работы и учёбы много, – честно ответил ей.

– Тогда не буду больше задерживать тебя. У меня тоже тут проект по дизайну. Пойду займусь им, – устало произнесла она.

– Отдыхай побольше, Си.

– А ты по-прежнему мой лучший друг? Ничего же не изменилось? – внезапно спросила она.

Моё сердце сейчас буквально истекало кровью. Что я должен был ей сказать? Будь моя воля, я бы взял её в охапку и привёз к себе. Кормил, поил и баловал. Любил бы. Но я, мать его, друг. Друг, который должен наступить на горло собственным чувствам и отпустить её навсегда. Надежды больше не осталось. В груди образовалась пустота.

– Конечно. Ничего не изменилось, – тихо ответил и зачесал волосы назад.

– Спасибо. Люблю тебя, Тай, – попрощалась она, и я сломал карандаш, который весь разговор держал в руке.

Я тоже люблю тебя. По-настоящему.

Всё рухнуло. Абсолютно всё. Планы, фантазии, желания, мечты.

Глубокий вдох и медленный выдох.

Включил песню Broken Sunday группы Saliva и охренел от действительности.

Кажется, вроде, чего такого, ну влюбился. Ну ждал. Ну надеялся. Фигня, правда?

Молодой же, перебесишься и забудешь. Как бы не так. Вы знаете, сколько я старался выкинуть её из головы и с утра встать новым человеком, когда она говорила: «Люблю тебя, мой лучший друг»?

А я знаю сколько. Каждую неделю. С двенадцати лет. А если подумать, то с восьми. Я ждал, что она отпустит свой долбаный контроль и упадёт в мои руки. Ждал, что она разрешит себе чувствовать, а не думать. Если до шестнадцати лет она была ребёнком, который просто не дорос ещё до глубоких чувств. То после того, как тот недоумок её изнасиловал, она запретила себе отпускать контроль и чувствовать. Она словно натянутая струна. Только дотронься, и она взорвётся.

Я долго винил себя, что упустил её тогда из виду в клубе. Мы же вместе были. Но она мне всё время говорила, что я отпугиваю всех парней вокруг неё. И я позволил ей общаться с полудурком Аланом. Наблюдал издалека. В ту ночь Майк отвлёк меня. Там случилась небольшая потасовка, и я пошёл помочь ему. Когда вернулся, её не было за столиком. Я подумал, что она ушла в туалет. Она действительно туда ушла, как потом выяснилось.

Спустя пятнадцать минут конченый отморозок вернулся из туалета и уселся за барной стойкой, где сидел я, общаясь с барменом. И начал рассказывать, как он только что присунул девственнице. Типа плюс один в его коллекцию. Я повернул голову за его спину и увидел взлохмаченную и заплаканную Сидни, которая стояла, прислонившись к стене. По её взгляду и виду было понятно, что она не хотела этого. Она быстро собралась и уехала домой. Начистив ему морду как следует, я поехал за ней.

На следующий день я принял решение устроить этому конченому тёмную. С его счетов совершенно «случайно» пропали все деньги, отложенные на универ, которые спустя полгода так же внезапно появились на счете у Сидни. Следом ему аннулировали водительское удостоверение (моя фирменная фишка, люблю, когда мудаки пешком ходят). Потом заблокировал все его банковские карты. Затем устроил ему проблемы в его школе. Поступить в универ ему было просто невозможно. К тому моменту ему фактически жить было не на что. Он не из богатой семьи. А потом ему от какого-то ревнивого психа стали приходить предложения покинуть территорию США навсегда. Этот ревнивый псих пообещал ему ад, если он не уедет. Он поверил и уехал.

Сейчас он жил в Мексике. Торговал наркотой. Откуда знаю? А у мудаков есть дурная привычка – они слишком ленивые. Он не менял учётную запись в телефоне. А по ней отследить человека для меня займёт десять секунд. Иногда для профилактики я с его счёта увожу бабки. Они всё равно грязные. Я их перевожу в детские дома, там они нужнее.

Сидни, разумеется, ничего об этом не знала. Она думала, что он чудесным образом испарился. Ну, фактически так и есть. Дорога в Штаты ему закрыта.

Сделав всё это, мне особо не полегчало. Я винил себя, что не досмотрел. Прям, как в ситуации с младшим братом. Тогда я был в школе и не смог предусмотреть беды. В клубе я отвлёкся и не смог предотвратить той ситуации. С тех пор я особенно тщательно смотрел за Сидни. И опять, чёрт бы меня побрал, не смог ничего сделать. Но я же не думал, что она забеременеет так рано! Я думал, у меня ещё есть время, и доверился Вселенной. Только вот что из этого получилось.

Я прекрасно понимал Сидни с её манией контролировать всё вокруг. Мы с ней в этом очень похожи. Она думала, что если чётко разделила всё на чёрное и белое, то так жить проще. «Вот этот парень – мой друг, значит с ним можно вести себя так. А вот этот парень мне нравится, значит с ним можно вот так». Всё чётко и ясно. И переубедить её, что я могу быть не только другом, не представлялось возможным.

Думаете, почему она так боялась, что потеряет меня? Контроль, мать его. Безусловно, она любила меня как друга, но ей важно знать, что я всегда окажусь рядом. Мол, так ей казалось, что всё идет своим обычным чередом. И я всегда давал ей эту уверенность. По первому звонку отвечал или приезжал.

Может Грег, её дедушка, был прав. Лишив её возможности знать, где я и что делаю, могло бы подтолкнуть к более решительным действиям. Она бы поняла, что теряет контроль надо мной, и пошла бы навстречу, не думая.

Чёрт его знает.

Я научился в некоторых ситуациях отпускать контроль. Прыжки с парашютом этому только поспособствовали. Она не научилась.

После гибели брата я маниакально контролировал всё. Пока не понял, что я всего лишь человек. Не всё зависело от меня. Есть его величество случай. Даже сейчас жизнь в очередной раз щелкнула меня по носу. Типа давай, покажи мне, как ты можешь всё предусмотреть. Да никак, мать его! Никак!

– Уилсон, я из-за твоей музыки не слышу собственные мысли, – вошла в мою комнату «анаконда в кустах» и вырвала из моих мыслей.

– Ну так значит, не думай, Пресли. Дай передышку своему процессору², – бросил ему, сидя в своём кресле и крутя пальцами обрубок от карандаша.

Он ко мне часто обращался по фамилии, я к нему тоже. Он же Элвис, мать его, Пресли.

– Не могу. Если я перестану думать, то начну чувствовать, – ответил он мне с серьёзным видом.

Интересная мысль. Прям на злобу дня!

Он, сука, очень умный.

– Если я сейчас вырублю музыку, то начну чувствовать. Поверь, ты не захочешь это увидеть.

– Будешь как твой друг Шварценеггер стонать?

– Типа того, – неопределённо покачал головой, слегка поворачиваясь туда-сюда в кресле на колесиках.

– Что у вас там за компания пиздострадальцев?! – спросил он, протирая очки.

Почему-то мне стало смешно. Улыбнулся ему.

Хороший вопрос.

Говорю же, умный парень.

– Круг по интересам.

– Понял. Что ж, ладно. С тобой лучше не спорить, – кивнул он и вышел.

Умный парень.

Джею он тоже понравился. Помню, как я с ним нажрался в первый день его запоя. Я вообще не перевариваю алкоголь. Он туманит мозг, и ты теряешь контроль. Но тогда мне нужно было потерять этот долбаный контроль. В тот день Дэймон приехал к Сидни. Я понимал, чем закончится эта поездка. Вру. Думал, что понимал, – обычным сексом. А вышло, что беременностью и крахом моих надежд. Тогда я этого не знал. Если бы знал, то пробухал бы с Джеем всю неделю. А может и месяц.

Песня закончилась, а мне надо еще. Повторно включил её же.

Не чувствовать. Нельзя.

Мне не давала покоя мысль, что она с ним спала, отпустив свой долбаный контроль. Его чёртов член был в ней без презерватива.

Стиснув челюсти, сделал глубокий вдох и медленный выдох. Что у неё в голове происходит? Почему я только друг? Что я сделал не так?

Помню лет в пятнадцать она как-то прижалась ко мне, обняв за талию, и призналась, что она выберет мужа, похожего на меня. Тогда она явно уже забыла, что раньше обещала выйти за меня. Она говорила, что ей необходим такой же надёжный парень с тёплым взглядом, как у меня. Я тогда подумал: «Ну так выбери меня! Оригинал же лучше копии!».

А когда нам было по тринадцать, она решила научиться танцевать. Её учителем, как вы догадались, был Майк. Однажды я пришёл посмотреть каким танцам он её учил. Увидев, как она крутила и вращала бёдрами, моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди, а подростковый гормональный фон только способствовал увеличению эффекта. Я глаз не мог оторвать. Буквально слюной брызгал. Майк это заметил и предложил научить меня основным движениям, чтобы я впоследствии был её партнёром по танцам и не только.

Как вы понимаете, влюблённый подросток – это печальное зрелище. Короче, я согласился. Вот так из закрытого и помешанного на контроле будущего айтишника Майк в одночасье сделал из меня готового на всё идиота. С Сидни он тогда перестал танцевать и отдал всё своё внимание мне. Мы прозанимались пару месяцев. Он мне показывал шаги, я повторял. До сих пор их помню. Только вот я не решился с ней потом танцевать. Какой-нибудь медляк под рок-балладу – не вопрос. Но бачату исполнять – увольте. Хотя я бы не отказался увидеть лицо Джея, если бы я затанцевал. Он меня Халком иногда называл. Наверняка, в его понимании, я не то чтобы танцевать, я вообще двигаться плавно не умею. Он уверен, что мы с ним в этом похожи. Но кое-что я всё-таки умею.

Ещё я помню, как постоянно утыкался носом в её длинные и мягкие волосы. Я их обожал с детства. Стоя на дереве за ней, чтобы она не боялась, нюхал, как больной. Когда фильмы смотрели у неё дома, я накручивал их на палец. Повзрослев, я мечтал схватить её волосы, накрутить их на кулак и откинуть её голову назад.

Также я знал, что одна из её мощных эрогенных зон находится на шее сзади, в месте, где заканчивается линия роста волос. Однажды я засмеялся и случайно уткнулся носом в ту точку. Она буквально подпрыгнула и задрожала. Потом я несколько раз делал так уже специально. Её дыхание всегда сбивалось, и она растеряно оборачивалась на меня. Всегда мечтал укусить за то место и провести по нему языком, особенно когда она с хвостиком на голове.

Обожал переплетать наши пальцы. У неё почти всегда холодные руки, так я их согревал.

Однажды она с Хлоей решила попробовать пиво. Их разнесло за пятнадцать минут. Майк тащил на себе Хлою и прикрыл от её родителей, оставив пьяную девушку у себя на ночь. Я же принёс Сидни к ней домой, потому что к себе отвести не мог из-за моей бухой матери. Грег тогда сказал мне, что если её будет тошнить ночью, то это мои проблемы. Поэтому я остался с ней и держал за любимые волосы, когда её полночи выворачивало наизнанку. С тех пор она не пила. В нашей компании вообще никто алкоголь не любит. Это для меня важно, мне матери хватает.

Всё, хватит воспоминаний, моему процессору тоже надо дать передышку. Иначе «материнка»³ скоро потечёт. Дела подождут, пойду в зал. Когда у Майка были проблемы с Грейс, я постоянно спарринговался с ним. Когда у Джея дерьмо случилось, я бухал с ним. Я отличный друг, правда?

Когда мне плохо, то я всегда оставался один. Одиночество для меня привычно. Только знали бы вы, как меня это достало. Как уже осточертело быть одному или на втором плане.

У меня есть тату на плече и бицепсе. Там набит феникс. Для меня, как и для многих, это символ возрождения и бессмертия. Набил в память о своём брате. А ещё в память о своей гордости, видимо. Мне всё время приходилось возрождаться заново. Мать напилась почти до смерти, откачали – возрождаюсь. Отец перестал общаться – возрождаюсь. Сидни продинамила – возрождаюсь и ищу свою долбаную гордость.

Интересно, есть в этом мире хоть что-то, что действительно зависит он нас? Порой мне кажется, что все мы дрейфуем в потоке жизни и ни хрена не можем сделать. Только подстраиваемся под обстоятельства. Когда наступает адовый конец, то мы возрождаемся. Или ломаемся. Кто что выбрал.

Я выбрал возрождаться. Снова.

Глава 6

Сидни

Сидя за столом, я работала над дизайн-проектом, который нам надо будет сдать в конце весеннего семестра. Взяв карандаши, которые Тай подарил на Рождество, тщательно выводила каждую линию, пытаясь сосредоточиться. Откусив круассан, запила апельсиновым соком. По утрам меня всегда тошнило, к обеду отпускало, и я сразу начинала есть.

С Дэймоном всё по-прежнему – неопределённо. Прошло почти три недели с Нового года, но он крайне редко выходил на связь. Писал раз в два дня, а то и в три. Не звонил. Что это могло означать? Только одно. Ему не нужен этот ребёнок. Что я могла сделать? Ничего. Может, надо уже поставить точку? Взяла телефон и написала:

Дэй, может ты уже скажешь правду? Ты не хочешь этого ребёнка?

Может я и наивная, как всю жизнь говорил Тай, но всё-таки не дура. Хотя и это не точно. Но смысл тянуть кота за яйца, если конец неизбежен?

Я справлюсь.

Конечно, из-за гормонов я слишком эмоциональна сейчас, но умолять его принять нас с ребёнком я не стану. Поплачу тихонько, жуя карамельный круассан, и продолжу жить. Мне некогда распускать сопли. На выходных я делаю домашние дела, занимаюсь, изредка выхожу на рабочие смены, а в будние дни после учёбы работаю на двух работах посменно.

Вчера пришло оповещение из банка, что мой счёт пополнен на две тысячи долларов. Какие-то отчисления по вкладу, который бабушка оформила. Раз в месяц получала такие выплаты в течение года. Я у неё как-то спросила, что это за вклад такой волшебный. Она отмахнулась от меня, сказав, что они с дедом накопили приличную сумму и положили в банк. Вот и капали проценты. Мутная история как-то. Но деньги мне и правда нужны, особенно сейчас.

Дэймон:

Что ты, каштанка! Я просто занят. Как самочувствие?

Занят. Я тоже занята и что? Неужели сложно найти тридцать секунд в сутках, чтобы написать смс?

Я:

Так же. Утром плохо, вечером хорошо.

Опять вернулась глазами к проекту. Моя задумка масштабная. Я хочу сделать приложение на телефон, где будут реальные предметы мебели и интерьера, но с заданным дизайном помещения. Пользователю только нужно определиться с ним и выбрать соответствующее наполнение. Вот сейчас я и рисовала разные дизайны. Впоследствии я надеюсь, что это приложение, возможно, сможет приносить мне доход. Сначала оно будет бесплатным. Если оно будет пользоваться популярностью, то со временем сделаю платным. Поэтому работы предстоит ещё много.

Была только одна проблема: я не дружу с компами. От слова совсем. Придётся потом просить Тая помочь мне. А это уже не просто сдать за меня пустяковый тест. Это долгая работа над разработкой и последующим отслеживанием. Потом постоянные обновления, доработки.

Тай.

Я ему сообщила о своей беременности неделю назад. С тех пор он не писал и не звонил. Я тоже закрутилась на учёбе и работах. Так соскучилась по нему. Мне так одиноко по вечерам. Вы не представляете, как мне хочется плакать по ночам.

Чёртовы гормоны.

Это так странно. Во мне растёт человек, а мне кажется, что я одна на всей планете. Я пока никому ещё ничего не рассказала. Не знаю почему. Наверное, мне нужно время, чтобы самой до конца принять новую реальность, а потом уже поделиться этим с семьей и друзьями. Только Таю я всецело доверяла. Так было всегда. Мне иногда было сложно чем-то поделиться с Тришей или Хлоей, но с Таем не так.

Единственное, чем я не поделилась с ним, – это история про моё изнасилование. Всё остальное он знал. Тогда мне было стыдно ему это рассказать. Мне казалось, что он, как парень, не поймёт меня и моих переживаний, поэтому рассказала только девочкам и взяла с них слово, что они не проболтаются.

Решила позвонить Таю.

– Привет, я тебя не отвлекаю?

– Привет. Нет. Всё в порядке? – быстро спросил он.

– Да. Только мне так одиноко опять, – призналась я дрожащим голосом.

Ох уж эти гормоны!

– Что такое, Си? Тебя Дэймон обидел? – обеспокоенно, но тихо спросил он.

– Нет. Он в своём репертуаре. Занят.

– Поэтому тебе одиноко?

– Не знаю. Внутри меня жизнь растёт, а я словно опустошена, – призналась ему, и слёзы потекли из глаз.

– Эй, ты чего, малыш? Рассказала Бекке и Грегу? – поинтересовался он.

– Пока нет. Почему-то пока не могу никому рассказать.

– Ясно. Я могу чем-нибудь помочь?

На минуту задумалась. Тай всегда чем-нибудь да помогал мне. Я была в нём уверена больше, чем в себе. У него всегда всё под контролем. Он всегда уверен и сосредоточен. Он надёжный.

– Можно я к тебе приеду? Я не могу сосредоточиться на своём проекте. Ни на чём не могу, – сквозь слёзы произнесла я.

Услышала, как он вздохнул.

– Я тебе помешаю, да? Тогда не надо, забудь.

– Малыш, разве ты когда-нибудь мне мешала? – тихо спросил он и продолжил: – Конечно, можно. Но может я за тобой приеду?

Нас разделял час езды. У него была машина. Но мне хотелось самой добраться до него, побыть в своём долбаном одиночестве и пострадать от души.

Беременные женщины – странные создания.

– Я сама приеду, не волнуйся. Точно не помешаю?

– Точно. Только, малыш, перестань плакать.

– Перестану, когда к тебе приеду, – улыбнулась я, вытирая слёзы.

– Тогда я жду тебя, – с улыбкой голосе ответил он.

Какой же у меня отличный друг!

Быстро собралась и выехала в его сторону. Он жил недалеко от своего универа и снимал квартиру с двумя другими айтишниками. Я была у него пару раз, когда мы переехали. Я, в свою очередь, жила в общаге. Комнату со мной делила смешная девчонка по имени Мери. Она всё время рассказывала какие-то идиотские истории. Откуда она их брала, я не знаю. Порой мне казалось, что она специально искала их в Интернете. Но зато с ней не соскучишься.

Пока ехала к нему, вспоминала, сколько раз он меня выручал. А сколько раз я его?! Ни разу. Ну, почти. Несколько раз я помогла ему с литературой, потому что он всю ночь убирал за своей матерью, либо ждал скорую, чтобы её откачали, и не успевал прочитать заданное. Но это всё равно не сравнится с его поддержкой.

Поднялась к его квартире и позвонила в дверь.

– Ты кто? – в лоб спросил парень в очках, открыв дверь.

– Пресли, тебя здороваться не учили? – послышался голос Тая.

– Уилсон, она к тебе? – Он повернулся на голос, и в дверном проёме появился Тай. На нем была спортивная майка, которая облепила его торс, и спортивные штаны.

– Эту девушку зовут Сидни, Пресли. И да, она ко мне, – ответил ему Тай и протянул руку ко мне.

Схватилась за неё и зашла в квартиру. Парень в очках подвинулся и уставился на меня в задумчивости.

– Я тебя раньше не видел. Ты из его компании, да? – прищурившись, спросил он.

Улыбнулась ему.

– Да. Я тебя тоже раньше не видела, хотя была здесь пару раз.

– Я Элвис. – Он протянул мне руку.

– Пресли? – засмеялась я, пожав его ладонь, и он закатил глаза.

– Интересно, кто-нибудь придумает мне новое прозвище? – задумчиво пробормотал он себе под нос и пошёл в сторону кухни.

Тай завёл меня к себе и закрыл дверь. В комнате играла песня Enter Sandman группы Metallica. На меня вдруг опять нахлынула слёзная волна. Только что я улыбалась, а в следующую секунду ревела белугой.

– Эй, ну что такое? – тихо спросил Тай и заглянул в мои глаза, держа за руку.

– Мне так одиноко, Тай, – расплакалась я, и он притянул меня к себе.

Обняла его за талию и втянула такой родной запах. Да, он стал для меня родным. С восьми лет нюхаю его и уже не могу себе представить жизни без него.

– Я всегда рядом, малыш, – ответил он, поглаживая меня по пояснице.

– Ты был в зале? – поинтересовалась я, заметив, что он слишком горячий, от него в буквальном смысле исходил жар.

– Да, когда ты позвонила, я туда шёл. Ты голодная? Нормально питаешься? – поинтересовался он, продолжая гладить меня.

Вновь вдохнув его запах, стала расслабляться. Слёзы перестали течь, сердце стало биться размеренно в такт его, которое я чувствовала под своей щекой.

– Питаюсь как придётся, если честно. Но я не могу есть по утрам, Тай. Только во второй половине дня.

Он отстранился и серьёзно посмотрел на меня.

– Сейчас как раз вторая половина дня. По случайному стечению обстоятельств я купил пиццу. Пойдём на кухню, накормлю тебя. Как ты понимаешь, в холостяцкой берлоге другого ты не найдёшь, – тепло улыбнулся мне.

Пиццу я могла есть круглыми сутками, для меня это лучшее лекарство от любых переживаний.

Кивнула ему, и мы пошли на кухню. Даже здесь слышалась музыка из его комнаты.

– Пресли, освободи пространство. Пожалуйста, – тихо приказал он своему соседу.

Клянусь, он вроде попросил, но прозвучало как приказ. Он всегда так разговаривал. Поэтому я и говорю, вы никогда не поймёте, что у него на уме. Он сейчас вежливый или хочет прибить вас.

Парень вскинул на него голову и прищурился, потом повернулся ко мне.

– Он со всеми такой или только нам повезло? – спросил он, жуя пиццу.

– Со всеми. Кроме меня, – уточнила я.

Тай улыбнулся, пока открывал упаковку пиццы.

– Значит, надо было родиться девушкой, чтобы он был похож на человека в общении, – задумчиво заключил Пресли.

– Нет. Надо было родиться ею. Пресли, возьми пиццу и иди восвояси, – бросил ему Тай и полез в холодильник.

Бедный парень положил себе ещё пиццы на тарелку и, качая головой, вышел.

– Садись и ешь, – теперь приказал он мне и поставил бутылку моего любимого апельсинового сока передо мной.

Уселась за стол и схватила кусок ароматного теста с огромным количеством сыра наверху. Я обожала пиццу. Чем больше сыра, тем лучше.

Откусила и от блаженства закрыла глаза и застонала. На душе стало тепло, словно я дома. Любимая пицца, любимый сок, любимый друг. Красота!

– Вкусно? У тебя поменялись пищевые привычки из-за беременности? – спросил он, сидя справа от меня и наблюдая за мной.

– Очень вкусно. Лучшая пицца в моей жизни, – засмеялась я и продолжила: – Меня мутит от одного вида мяса. От запаха выворачивает наизнанку. Клянусь, оно воняет трупом! Я, видимо, стану вегетарианкой на время беременности. От запаха выпечки проходит тошнота. Но я не могу просто нюхать её и начинаю есть. Так что, скорее всего, я сильно поправлюсь через восемь месяцев.

Тай рассмеялся.

– Ничего страшного. Главное, что помогает.

– Ага. Ещё меня тянет на кислое периодически. Поэтому апельсиновый, по-прежнему, мой любимый сок. А! Забыла! Ещё каждый день не могу без попкорна! Представляешь? Не усну, пока не съем, – рассмеялась я, доев первый кусок. Потянулась за вторым.

Тай подпёр подбородок кулаком и смотрел на меня тёплым стальным взглядом.

– Ты чего не ешь?! Ты же после тренировки! – спросила, пока откусывала кончик треугольника пиццы – самого вкусного места.

– Если что-нибудь останется, то я доем. Главное – тебя накормить, – тепло ответил он, поглядывая на мои губы. Облизала их, чтобы убрать соус. Его зрачки расширились.

– Как твоя учёба? Ты наверняка самый умный во всём Стэнфорде.

– Учёба отлично. Поверь, есть и поумнее. Вон Пресли, к примеру. Слишком умный, засранец, – рассмеялся он.

В коробке осталось два кусочка, и я подвинула её к нему.

– Наелась или это благотворительность? Ты обычно не уступаешь мне, – изогнул он бровь, лукаво улыбаясь.

– Я сегодня добрая. – Я показала ему язык и присосалась к соку.

Стрельнув в меня озорным взглядом, он всё-таки взял пиццу и начал есть.

– Кстати, я на днях разговаривала с Грейс и Хлоей. Мы решили все вместе в марте полететь на день рождение Триши. Поедешь? – спросила у него, пока он за минуту приговорил один кусок и взялся за второй.

– Си, ты уверена, что тебе надо лететь? Ты же опять запаникуешь, а в твоём положении это опасно, – нахмурился он.

– Поэтому я и спрашиваю, полетишь ли ты с нами. Если да, то мне будет намного спокойнее. Если нет, то напьюсь успокоительных, которые мне выписали, – пояснила я, посмотрев на него с надеждой, что он всё же поедет.

Таблеток я всё равно напьюсь перед вылетом. Будет двойная поддержка, авось прокатит, и я не запаникую.

– Полечу. Я тебя один на один с этим не оставлю, – тихим голосом пообещал он и встал, чтобы убрать коробку.

Я радостно захлопала в ладоши, на что он только покачал головой.

– Тай, а можно я останусь на ночь? Завтра воскресенье, мне на работу не надо.

Он замер около столешницы. Заметила, как напрягалась его натренированная спина. Затем он убрал коробку, сок, вытер стол и только потом ответил:

– Можно. Только мне сейчас поработать надо.

– Я буду вести себя тихо, как мышка. Может посплю, это я очень люблю делать в последнее время, – засмеялась я.

– Хорошо. Пойдём тогда. Ты поспишь, я поработаю. Вечером можем фильм посмотреть. – Он протянул мне руку и повёл обратно к себе.

Я улеглась в его огромной постели. Зачем ему такая здоровая кровать?! Наверное, для жарких свиданий с его Памелой. Передёрнула плечами от своих мыслей, что не осталось незамеченным с его стороны.

– Всё в порядке? – задал он вопрос, сев за стол, где стояли два компа.

– А ты часто в этой постели занимаешься сексом?

Он немного прищурился, смотря на меня, и откинулся на спинку кресла.

– Периодически.

Почему-то меня это разозлило. Парням вообще проще живётся. Даже сейчас, я в положении от секса с парнем, с которым не планировала семьи. Во всяком случае, пока. А ему всё равно. Он может дальше спокойно жить и может даже спать с кем-то. Странно, что от этой мысли мне никак. Но вот от мысли, что Тай, пока я беременна, спит с девушками, мне становится не по себе. Меня это, чёрт побери, бесит!

Отвернулась от него, обняла подушку и постаралась успокоиться.

– Отдохни, Си, – едва слышно произнёс он, а его пальцы тихонько застучали по клавиатуре.

Начала глубоко дышать, как он меня учил. Сразу же почувствовала его запах. Он был везде в этой комнате. Особенно в кровати. Уткнулась носом в подушку и, как больная, начала глубоко вдыхать. Стало тепло и спокойно. Расслабившись, я провалилась в сон.

***

– …нет, сегодня не могу. – Сквозь сон услышала, как Тай с кем-то говорил. Я не слышала другого голоса, значит, разговаривал по телефону. Я по-прежнему лежала, отвернувшись от него, в обнимку с его подушкой.

– Ко мне подруга приехала, я не оставлю её здесь одну, – продолжил он.

– Нет. Не хочу. Пэм, давай в другой раз? Спасибо за приглашение, но сегодня я пас, – тихо отвечал, очевидно, Памеле.

– Обещаю. В следующий раз приду. Если что – звони, – попрощался он, и я повернулась к нему.

– Я тебя разбудил? – Положив телефон на стол, он посмотрел на меня.

– Нет. Сама проснулась. Тебе надо куда-то идти? – уточнила я, потерев глаза, пытаясь снять сонливость.

– Не надо.

– Сколько я спала?

– Пару часов.

Заметила на столе какую-то большую миску.

– Что это? – Я указала взглядом на неё.

– Принёс тебе попкорн, – пожал плечами Тай, и я мгновенно проснулась.

– Ты купил мне попкорн? Что же ты молчишь?! Дай его скорее, – взвизгнула я, встрепенувшись и усевшись на его кровати.

Он рассмеялся и подошёл ко мне с миской хрустящей радости для меня.

– Под фильм или просто?

– О, да мне всё равно! Дай его уже сюда! Быстрее! – нетерпеливо завопила я, протянув руки к нему.

Тай отдал мне миску и сел рядом со мной. Накинулась на попкорн, как будто никогда в жизни не ела. Боже, как же вкусно!

Повернув голову, Тай с улыбкой посмотрел на меня.

– Если что, на кухне есть добавка.

Покосилась на него.

– Это ты зря сказал. Я могу здесь поселиться с таким отношением с твоей стороны, – рассмеялась в ответ.

Прислонившись головой к изголовью кровати, он задумчиво смотрел на меня.

– Живи сколько хочешь, – тихо ответил мне.

В его голосе было столько тепла и заботы, что я снова разозлилась на внезапные мысли о его сексе в этой кровати, пока я беременная хожу. Это же несправедливо! Так друзья не поступают!

– Нет. Ты здесь трахаешься с многочисленными девушками! Я здесь жить не буду! – огрызнулась на него, быстро закидывая себе горсть попкорна в рот.

– Не понимаю связи.

– Связь очень проста. Ты трахаешься, я нет. Уловил?! – начала говорить громче, чтобы он точно понял.

Чем громче говоришь, тем понятнее. Разве нет?!

– Да, трахаюсь. Это противозаконно?! – с улыбкой в голосе поинтересовался он, и я повернулась к нему, метнув взглядом злые стрелы.

– Да! Как ты не понимаешь?! Ты продолжаешь жить как ни в чём не бывало, а я словно замерла, – с истерическими нотками в голосе произнесла я, продолжая набивать рот попкорном.

Он изогнул бровь, внимательно смотря в мои глаза.

– Значит, я тоже должен замереть?

– Конечно! Так ведь друзья поступают! – мой голос чуть не сорвался на крик.

Наконец до него дошло! Боже, мужчины такие глупые иногда! Ну что тут непонятного?!

Мужская логика отстой. Вот женская – сила!

– Си, мне кажется, я не обязан брать целибат. Мне же сперма в мозги бить начнёт, – тихо хохотнул он.

Я прищурилась, стараясь дышать глубоко. Но, чёрт бы его побрал, это было сложно. Какие мужчины эгоисты!

– А мне что прикажешь делать?! – почти завопила я.

Меня прям бесило его спокойствие и то, что он жил! А я вся такая одинокая и беременная! Ну что за несправедливость?!

– А кто тебе запрещает заниматься сексом? – не ответил на мой вопрос бесячий Тай.

Я распахнула глаза, глядя на него. Он был абсолютно спокоен и расслаблен, прислонившись головой к изголовью кровати и с тёплой улыбкой на устах. Его руки были сложены на груди, отчего его бицепсы казались ещё больше.

– А с кем?! Дэймон за две тысячи миль от меня и не стремится приехать! Ты что, совсем тупой?! – заорала на него и, забросив в рот попкорн, принялась яростно жевать его.

Он на секунду прикрыл глаза и сжал губы. Его тело немного завибрировало. Он что, ржал?! Надо мной?! Над беременной?! Ну, держись, гадёныш!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Стэнфордский Университет – частный исследовательский университет. Один из самых авторитетных ВУЗов в США, расположенный близ города Пало-Альто. Здесь и далее примечания Автора.

Вернуться

2

Процессор – это главная микросхема, которая занимается обработкой и управлением основными процессами в компьютере. Сленг программистов.

Вернуться

3

Материнская плата – главная плата в устройстве компьютера, куда подключаются все элементы. Сленг программистов.

Вернуться