Элис Райт
Потанцуй со мной

От автора

Привет!

Ты держишь в руках вторую книгу из серии «Роковая дружба», куда входят:

Непрошеный шанс

Потанцуй со мной

Второй шанс

Просто чувствуй

Поспорь со мной

Каждая история в цикле является самодостаточной, но тем не менее неразрывно связана с остальными. Поэтому рекомендую начать именно с книги «Непрошеный шанс», чтобы получше познакомиться с героями.

Для меня музыка является главным источником вдохновения, поэтому в каждой истории есть свой плейлист. Слушая эти композиции во время прочтения, вы сможете лучше понять и прочувствовать настроение героев.

Наслаждайтесь!

Плейлист

Luis Fonsi & Daddy Yankee – Despacito – Главная тема Книги

Matoma & Enrique Iglesias – I Don’t Dance (Without You) – Главная тема Майкла

Britney Spears – Overprotected – Главная тема Грейс

Britney Spears – Baby One More Time

Nazareth – Love Leads To Madness

Enrique Iglesias feat Sean Paul, Descemer Bueno & Gente de Zona – Bailando

Paul Cless – Suavemente

Nicky Jam feat Daddy Yankee – Tu Hombre

Eric Carmen – Hungry Eyes

Camila Cabello feat Young Thug – Havana

Aerosmith – Crazy

Luis Fonsi & Demi Lovato – Échame la Culpa

Justin Timberlake – Rock My Body

Daddy Yankee – Coraza Divina

Jay Sean – Ride It

Airbourne – Blonde, Bad and Beautiful

Bloodhound Gang – The Bad Touch

Enrique Iglesias feat Bad Bunny – El Baño

Ricky Martin & Maluma – Vente Pa’Ca

Nirvana – The Man Who Sold the World

Fergie – Quando Quando Quando

Bon Jovi – Runaway

Annie Lennox – I Put A Spell On You

Rammstein – Du Hast

Poison – Your Mama Don’t Dance

Все описываемые события, места, персонажи и ситуации являются вымышленными. Любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.

Глава 1

Грейс

В моей жизни для дружбы никогда почётного места выделено не было. Так уж получилось, что я не особо-то умела налаживать общий язык с людьми, постоянно чувствуя себя недостаточно раскрепощенной для этого. Так было до того момента, как я познакомилась с Хлоей, которая, к слову, улетела в Лос-Анджелес на этой неделе. Единственный человек, который протянул мне руку, когда я переехала сюда, теперь за две тысячи миль от меня.

Одиннадцать классов я проучилась в Майами, думая, что моя жизнь устроена и предопределена наперёд, но отцу предложили место в штаб-квартире Harley Davidson, и мы переехали сюда, в Милуоки. Папа – успешный маркетолог и занимался рекламой. Мама – педагог, но уже несколько лет не работала. Папиного дохода хватало с лихвой и, видимо, поэтому мама решила посвятить себя домашним заботам. Хотя, по правде говоря, она прирождённый педагог и отрывалась на мне. Собственно, наверное, именно с лёгкой руки моей мамы я везде чувствовала себя пятым колесом и неспособной к обычной подростковой жизни. Где-то лет с тринадцати мама всегда следила за моим свободным временем, старясь свести его к минимуму, чтобы я не дай бог не попала в какую-нибудь передрягу. Поводов для беспокойства я не давала, поэтому никогда не могла понять, почему мне нельзя гулять с ровесниками и заводить друзей. Мама везде видела угрозу и была уверена, что рано или поздно со мной обязательно что-то приключится. В основном её заботила моя личная жизнь, которой, естественно, и не было.

В последнее время мама стала слишком сурова. В Майами, конечно, тоже было не сладко, но сейчас она превзошла саму себя. Сначала я подумала, что она так переживает из-за моего выпускного класса и поэтому шагу не даёт мне ступить. Но у меня отличные оценки, и я не даю ей повода для волнений. Поэтому её озабоченность моим свободным временем несколько озадачивала меня. Мама старается сделать всё, чтобы после школы я была дома под её присмотром. Она буквально ходит за мной по пятам и держит в ежовых рукавицах. На пороге восемнадцатилетия я чувствовала себя самым настоящим подростком с рвущимися наружу гормонами, а не взрослеющей девушкой с огромными перспективами впереди.

Пока Хлоя не уехала, я несколько раз ходила с ней на концерт группы Stream, где она играла на гитаре. Я даже успела потоптаться на танцполе в день Святого Валентина (ведь танцевать в привычном понимании я не умею). Теперь же из-за маминого тотального контроля и отсутствия Хлои мне ничего не оставалось, как сидеть дома, выходя только в школу.

Стоит ли говорить, что я чувствую себя ущербной? В моём возрасте все девчонки встречаются с парнями, гуляют, ходят на вечеринки, остаются ночевать друг у друга. Да и вообще ведут вполне понятный для подростков образ жизни. А у меня и парня-то никогда не было! Я даже не целовалась ни с кем. Мама вечно говорит, что от мужчин одни проблемы. Не понимаю, с чего такие умозаключения, ведь мой папа её обожает. Сколько себя помню, папа всегда делал абсолютно всё для мамы. Любой каприз, любое пожелание, всё что угодно. А она принимала эту любовь, особо ничего не отдавая взамен. Ещё мама ненавидит музыку, фильмы про любовь, книги про любовь и вообще всё, что как-то связано с романтикой. Для неё это пустой звук или ложь. Как вы понимаете, именно поэтому я скрывала от неё свои похождения на концерты в баре. А ещё там был Майкл.

Майкл…

Этот парень настолько открытый и энергичный, что порой это обескураживает. В течение месяца он периодически писал мне с предложением научить меня танцевать. В его понимании танец – это язык тела. А мой язык тела ему говорил, что я чересчур строга к себе и зажата. Поэтому он захотел помочь мне раскрепоститься и привлечь внимание Тома, моего одноклассника, который мне очень нравился. После долгих и мучительных раздумий я согласилась, а потом… испугалась. Я с трудом представляю, что смогу незаметно сбегать для танцев, когда мама бдит каждый мой шаг. Не удивлюсь, если на моём телефоне окажется установлен GPS трекер, с помощью которого мама отслеживает мои передвижения в школе, куда её глаза не могут проникнуть.

Только вот Том мне правда нравится. Высокий, светловолосый, занимается бейсболом. Мне кажется, мы с ним даже внешне похожи, что лично я воспринимаю, как хороший знак. Но он замечает меня только тогда, когда ему нужно что-то по литературе или истории.

Так и живём.

Взяв в руки телефон, выбрала песню Baby One More Time моей любимой Britney Spears, чтобы немного помечтать. Почему-то именно подобная музыка всегда настраивала меня на оптимистичный лад. Хотя девчонки посмеиваются над моими музыкальными предпочтениями, сами увлеченно слушая рок-музыку. Однако наши музыкальные пристрастия никоим образом не отражаются на нашем общении. На самом деле я безумно признательна Хлое, что однажды она затащила меня на концерт в бар. Сама бы я в жизни туда не дошла. Да я даже не знала о его наличии, в конце концов!

Мы с Хлоей познакомились ещё до начала учебного года, но потом у неё в семье случилась трагедия, и она на полгода буквально выпала из жизни. Насколько я знаю, она была очень близка со своим отцом и его смерть выбила её из колеи. Она только приходила на уроки, выполняла какие-то рутинные дела по дому и всё. Она словно замерла. Но потом благодаря своим друзьям смогла преодолеть непростое время. До сих пор помню, как она позвонила мне чуть больше месяца назад, в феврале, с предложением немного развеяться. Почему-то именно тогда я решилась и, соврав матери, отправилась с ней и Тришей в бар. И должна признать это было потрясающе. Ничего подобного я не видела, не слышала и не ощущала. Чистой воды безумство, что дыхание захватывало от невероятной энергии, царящей там.

После того концерта мы с девчонками стали общаться ещё ближе и каждый день в школе был ознаменован обсуждением последних сплетен или новостей о парнях. Мы наблюдали за развитием отношений Хлои и Джея, обсуждали Дэймона, который ухаживал за Сидни. Только Триша особенно ничего не рассказывала про свою личную жизнь. Ну и я. Ну, у меня и нет этой жизни, поэтому я с радостью и замиранием сердце всегда слушала истории девчонок.

Кроме того, мне нравится наблюдать за ними и учиться у них новому. Они другие. Смелые, дерзкие, открытые новому и умеют постоять за себя. С парнями они тоже умеют общаться, в отличии от меня. Во всяком случае, я не замечала, чтобы они постоянно краснели, как я, когда на них обращают внимание или делают двусмысленные комплименты. А по моему лицу всегда можно понять, что меня смутили, поскольку румянец обычно вспыхивает моментально и окрашивает не только щёки, но и шею. Хотя Майкл как-то сказал, что ему нравится эта моя особенность, так как тогда он точно понимает, что происходит со мной. Но лично меня именно эта моя особенность и раздражала. Я не хочу давать людям повод прочитать меня, когда сама себя порой не понимаю.

Именно поэтому, общаясь с девчонками, я старалась научиться у них вести себя так же непринужденно в компании парней, только прогресса я пока не заметила.

Если честно, мне очень хочется быть похожей на Хлою. Хоть немножечко, хоть капельку. Самую малость. Так же, как и она, не стесняясь, танцевать. Так же уметь отвечать парням. Одеваться поинтереснее. И ругаться. Матом. Не то чтобы она много матерится, но иногда без этого предложение выглядит невыразительным или недостаточно полным. И у неё получалось всегда к месту что-то ляпнуть. А я же вечно молчу, боясь сказать что-то невпопад или привлечь к себе лишнее внимание. В общем, уроки с Майклом, возможно, смогли бы мне помочь раскрепоститься хоть немного, но я трусиха.

Из размышлений меня выдернул телефон, завибрировавший на кровати. Подняв его, увидела сообщение от Майкла:

Привет, малышка! Как твои дела? Ты не надумала потанцевать со мной?

Вот что я ему скажу? Раз в неделю он стабильно писал и спрашивал одно и то же. Не давил, но давал понять, что ждёт моего решения. Другого, а не то, что я выдаю ему каждый раз.

Я:

Привет, Майк. Пока не надумала. Настроения нет.

Подумаешь, немного соврала. Хотя настроения и правда нет. Но дело не только в этом. Дело в моей матери. Я живу в клетке и признаться в этом мне стыдно. Судя по всему, он ничем и никем не ограничен и живёт в своё удовольствие, как и остальные ребята, а я на их фоне выгляжу барышней из XIX века, которую без сопровождения никуда не отпускают. Это унизительно.

Майкл:

Скучаешь по Хлое? Малышка, я всегда рядом.

Майкл хороший, очень хороший. Только я его боюсь. Мне такие парни всегда казались ветреными и легкомысленными. Если в дружной компании такой человек создаёт настроение, то при более близком контакте это может принести проблемы. Ну, так мне кажется.

Я:

Да, очень скучаю. Спасибо за поддержку.

Мне кажется, я и общаться с парнями толком не умею. Хотя, что значит «мне кажется»?! Так и есть. Ни флиртовать, ни заигрывать, ни вызывать интереса. Ничего. Наблюдая за Хлоей и Джеем до их разрыва, мне порой хотелось записывать в блокнот их диалоги или случайно брошенные фразы, которыми они друг друга цепляли, чтобы научиться вести себя подобным образом. Боже, как же это жалко звучит…

Майкл:

Когда ты согласишься, ты не пожалеешь. Обещаю.

Когда?! Он так уверен, что я соглашусь?! Мне нравится идея потанцевать с ним, правда. Даже сердце каждый раз замирает в предвкушении чего-то неизведанного, но потом включается голова и тоненький мамин голосок звучит откуда-то из подсознания с назиданием сидеть дома и не высовываться.

Я:

Откуда такая уверенность, что я соглашусь?

Майкл:

Просто уверен. Ещё я уверен, что Том будет бегать за тобой.

Том… Неужели он так уверен, что его танцы помогут мне обратить на себя внимание первого красавчика нашего класса? Что за странная логика?!

Я:

Он не обратит внимание только из-за танцев.

Майкл:

Предлагаю спор. Если Том обратит на тебя внимание, ты мне заплатишь, допустим, сто баксов.

Господи, какой в этом смысл?!

Майкл очень настырный парень. Что я там говорила?! Что он не давит?! По-моему, я погорячилась и поспешила с выводами.

Я:

А если всё-таки не обратит?!

Майкл:

Ты выйдешь за меня замуж. Так что в твоих интересах вылезти из скорлупы ради Тома.

Что?!

Замуж?!

Он с ума сошёл, что ли?!

Господи, это же смешно. Какой в этом споре смысл?! И почему у меня такое ощущение, что я в любом случае проиграю?! Или выиграю… Это как посмотреть. Майкл получит либо деньги, либо меня. А я получу либо Тома, либо его.

Что ж. Такое только Майку в голову могло прийти.

Я:

Я подумаю.

Майкл:

Я подожду. Но потом ты никуда не денешься.

Фыркнув на его самомнение, переключила песню и уставилась в учебник по праву. Я мечтаю стать адвокатом и в скором времени подам документы в Нью-Йоркский Университет¹, где отличная программа подготовки. Папа очень поддерживает меня в этом решении. Мама не очень. Оно и понятно, ведь она хочет, чтоб я всегда была у неё на глазах и далеко не уезжала. Но я мечтаю о большом городе и свободе. Мечтаю наконец почувствовать себя самостоятельной и хоть капельку независимой.

Порой я задыхаюсь в собственном доме и стены давят на меня со всех сторон, норовя погрести меня заживо. Понимаю, что мама не желает мне зла, но тем не менее, общаясь с ровесниками и видя, как их родители не душат их своей опекой, становится совсем не до смеха. Я очень хочу вырваться из этого кокона и увидеть настоящую жизнь. С проблемами, задачами и преодолением. Хочу прочувствовать разную гамму чувств, а не только позволенную и одобренную мамой. Хочу принимать свои собственные решения без оглядки на мнение окружающих или в ожидании их одобрения. Хочу начать жить. По-настоящему.

Надеюсь, у меня всё получится. Когда-нибудь.

Глава 2

Майкл

– Сын, тебе пора двигаться дальше. Ты достаточно поработал официантом. Я в этом году должен помотаться немного по стране, так как веду переговоры об открытии ресторанов в нескольких Штатах. Не уверен, что хочу этого, но решил съездить. Ты мне будешь нужен в качестве администратора в некоторые выходные. Готов? – обратился ко мне мой отец, доедая завтрак.

– Любимый, ты уверен, что это необходимо? У него выпускной класс, ему надо готовиться, – вклинилась мама, настороженно посмотрев на папу.

Молча слушая, я наворачивал завтрак. Я не против, давно хотел углубиться в наш семейный бизнес. Я ведь и в университет поступаю в Нью-Йорке, чтобы бизнес изучать. В дальнейшем хочу открыть филиал папиного ресторана в Калифорнии.

– Я готов и согласен. Мам, не волнуйся. В школе у меня всё схвачено, – ответил сразу обоим родителям.

Мой папа владелец ресторана пуэрториканской кухни в Милуоки. Мама ведёт бухгалтерию в нём.

– Видишь, дорогая, у твоих мужчин всё схвачено, – улыбнулся папа и, ловко приобняв маму, усадил её к себе на колени.

С кухни доносился старый хит Enrique Iglesias, пока я любовался этими людьми, подарившими мне жизнь.

Каждый раз глядя на своих родителей, я мечтал о такой же семье. Хотя, наверное, смотря на меня многие так не подумают.

В обществе, почему-то, принято считать, что если ты весёлый, громкий и любишь повеселиться, то значит ты несерьёзный и ненадёжный оболтус, не умеющий сосредоточиться на одной мысли дольше одной секунды. Я привык, что на меня вешают подобный ярлык малознакомые люди. Но на самом деле я мечтаю встретить достойную девушку и жениться на ней.

Серьёзно! Я хочу семью. Хочу детей в будущем. Хочу смех и игры в прятки. Хочу брызги в бассейне по выходным. Хочу устраивать им праздники и видеть радость на их лицах. Хочу баловать их. Хочу радовать свою жену. Любить её каждый день, если вы понимаете, на что я намекаю. Хочу танцевать с ней. Хочу видеть её улыбку перед сном и сразу после пробуждения. Хочу быть причиной этой улыбки.

С теми девушками, с которыми я имел сексуальные отношения, я старался оставаться в хороших отношениях. Не бросал их после бурной ночи как Джей, а продолжал непринуждённое общение. Но без продолжения. Дело в том, что все эти девушки не подходили на роль моей жены. Они хорошие, правда. Просто не слишком глубокие для меня. И я сейчас не про секс, если что.

Да, я помимо сисек и прочего, ещё и в душу их заглядываю. Представьте себе! Узнаю, чем они живут, чем интересуются, о чём мечтают. И всё не то. Порой бывают очень поверхностные девушки, порой слишком увлечённые весельем и деньгами. Порой с ними вообще не о чем поговорить. С такими я тогда и не разговариваю, сразу перехожу к делу. Порой бывают очень закрытые, застенчивые, скромные. Как Грейс.

Грейс…

Когда увидел её в баре, меня словно молнией поразило, а над головой зажглась лампочка. Такого со мной ещё никогда не было, и что-то мне подсказывает, что не будет.

Папа как-то рассказывал, что, когда он увидел мою маму, то сразу понял, что во что бы то ни стало женится на ней. У меня случилось нечто похожее. С того дня я думал только о Грейс. Я, конечно, спал с несколькими за это время. Я же мужчина в самом расцвете гормонов, в конце концов. Но перед глазами была она.

Я уже сбился со счёта сколько раз писал и предлагал ей потанцевать со мной. Согласен, повод наитупейший. Но она настолько зажата, что я просто не представляю, как к ней подобраться. Преследовать её в школьных коридорах?! Я же не Джей, который похож на сталкера. Хотя сейчас он похож на тупицу, который феерично просрал своё счастье. Литературу с ней поделать?! Да она сразу поймёт, что мне это не интересно.

А танцы – это совсем другое дело. Это моя стихия, и я мечтаю увлечь Грейс в эту пучину страсти и вытащить её из скорлупы. До того мечтаю, что неделю назад предложил ей ещё одну дебильную идею, спор. Не трудно догадаться, что сразу она не согласилась.

– Сын, ещё я в апреле поеду в Пуэрто-Рико, надо заключить договор на поставку некоторых ингредиентов в ресторан с новым подрядчиком. Если хочешь, можешь поехать со мной. На четыре дня, – прервал мои размышления папа, внимательно изучая меня своими глубокими карими глазами.

Он из Пуэрто-Рико и в США переехал, чтобы получить хорошее образование, но встретил мою маму и остался навсегда. Даже переехал на её родину, в Милуоки. Хлоя всегда говорила, что мне от моих родителей досталось всё самое лучшее, особенно цвет глаз, которые она называла коньячными.

Хлоя, моя малышка.

Чёрт возьми, я так скучаю по своей неродной сестрёнке. Мы ведь с детства с ней не разлей вода и всем своим видом опровергали бытующее суждение, что между мужчиной и женщиной дружбы быть не может. Может. Если вы – это мы с Хлоей. Или мы с Сидни. Или мы с Тришей. В общем, это дружба, проверенная годами, в которой ни разу не возникало сексуального притяжения. В противном случае я согласен, подобной дружбы не бывает. Пример Тая и Сидни тому лишнее доказательство. Хотя о чём это я?! Тайлер ещё один тупица, который утверждает, что они дружат. Ну да, ну да. Все вокруг реально слепые и не замечают очевидного?! Один я по взгляду человека могу многое рассказать о его мыслях?! Видимо, да. Даже Джей смотрел на Хлою, как на свой оазис, но в итоге повёл себя как трусливый урод. До сих пор бесит меня.

– Думаю, что смогу. С удовольствием съездил бы, – ответил по пути на кухню за кофе.

– Мальчики мои, вы наелись или хотите добавки? – ласково спросила мама.

– Любимая, я очень хочу добавки, – проворковал папа, уткнувшись губами в её шею и положив руку на её бедро.

– Хорхе! Не за столом же, – смеясь, мама обняла папу и поцеловала.

Вот я так же хочу. Многим покажется странным, что восемнадцатилетний парень уже хочет жениться. Но я правда готов взять ответственность за девушку и отдать ей всего себя. Я не буду изменять. Не буду задерживаться в командировках или на работе. Не буду избегать домашней рутины или, наоборот, буду стараться добавить в неё ярких моментов. Не буду оставлять её в одиночестве, сам при этом развлекаясь с парнями. Не буду заставлять её сомневаться в себе и своей привлекательности. Потому что я буду любить свою жену.

Опять мыслями вернулся к Грейс. Внешне она чем-то похожа на мою маму.

Вообще, моя мама имеет немецкие корни, что, наверное, и отражается в её внешности. Светло-голубые глаза, похожие по цвету на небо в Пуэрто-Рико, светло-золотистые волосы, алебастрового оттенка кожа. Её родители переехали в Америку из Германии молодыми, и моя мама, Кристин, родилась уже здесь, в Милуоки. Кстати, наш город считается самым немецким в Штатах. То ли за любовь к пиву, то ли за уютно устроенные улочки. С папой мама познакомилась гостя у тёти в Майами перед учёбой. Оба родителя закончили Нью-Йоркский университет, куда и я собирался поступать.

Так вот про Грейс. Я бы назвал её ангелом. С белокурыми волосами до лопаток, пухлыми губами и бездонными голубыми глазами, наивно смотрящими на тебя, она точно сошла с какой-то картины времен эпохи Возрождения. Взяв мобильник, погуглил эту самую эпоху.

Чёрт возьми, нет. Что-то я загнул. Моя малышка куда красивее.

Короче, она невероятной красоты. Черты её лица аккуратные и плавные, словно Творец особенно постарался над её созданием, чтобы мой глаз радовался каждый раз, когда я её видел. Золотистая гладкая и бархатистая кожа, всегда заливающаяся очаровательным румянцем, когда я его смущаю. Глаза настолько чистые и наивные, что невольно задумываешься, что мои танцы могут показаться ей слишком развратными и порочными.

Чёрт, но мне хочется немного испачкать её, если честно. Самую малость.

А про фигуру я вообще молчу… Она далеко не ангельская, а пробуждающая моих демонов, которые мечтают обхватить её грудь третьего размера и припасть к ней до конца своей жизни. Тонкая талия, стройные ноги, идеального для меня роста…

В общем, если бы я был поэтом или художником, то она была бы моей музой.

Снова обратив своё внимание на мобильник, пробежался глазами по нашей с Грейс последней переписке.

Она была неделю назад.

Малышка так больше и не писала. Я тоже.

Я и девчонок попросил подтолкнуть Грейс ко мне, но, видимо, это всё не помогло. Сначала она согласилась, а потом внезапно передумала. Потом ещё этот отъезд Хлои, который выбил нас всех из колеи и вот пожалуйста. Ни черта не происходит, а я не люблю находиться в подвешенном состоянии, не имея возможности повлиять на ситуацию. По жизни был активным и целеустремлённым, а сейчас словно в ленивца превратился по принуждению.

Парни шутят, говоря, что я со своими танцами если не добьюсь Грейс, то добью её. Типа слишком уж я помешался на этой идеи. Ну-ну. Это мне говорят те, кто, во-первых, сами помешаны на музыке; во-вторых, порой в их головах рождаются идеи похлеще (взять того же Джея); в-третьих, они тупицы, поэтому я их не слушаю.

Может, дать Грейс побольше времени? Может, я слишком давлю на неё? Чёрт возьми, вот никогда не испытывал никаких трудностей в общении с девушками, но с Грейс приходиться каждый раз тормозить себя или контролировать, чтобы окончательно не спугнуть. У меня, конечно, достаточно терпения, но так уже хочется раздвинуть рамки нашего общения.

Я безумно хочу официально прикасаться к ней под предлогом танцев. Хочу чувствовать тепло её тела. Её дыхание. Я хочу раскрыть её.

Что-то подсказывает мне, что за этой скорлупой скрывается маленький чертёнок. Вот его я и хочу увидеть и познакомиться с ним.

Dios, dame paciencia 2 …

Глава 3

Грейс

Сегодня мой день рождения. Сегодня мне восемнадцать. Сегодня пятница, а я снова сижу дома. Опять. В который раз.

В баре ребята будут выступать, пока я, как самое жалкое создание на планете, сидела в своей комнате, слушая на повторе песню Overprotected певицы Britney Spears. Как же мне хочется глотнуть свободы, кто бы знал.

– Грейс, спускайся вниз, папа пришёл, – позвала мама, и я послушно спустилась вниз.

– Солнышко моё, с днём рождения! – улыбаясь, папа поцеловал меня и вручил какую-то коробочку. – Пойдём ужинать.

В его взгляде читалась безграничная любовь. Внешне я копия отца. Овал лица, цвет волос и глаз мне достались от него. Мягкостью и покладистостью характера определённо тоже пошла в него.

Сидя за столом, открыла коробочку. В ней была подвеска из белого золота в виде ангела. Вместо глаз у него сапфиры.

– Спасибо, пап. Очень красиво, поможешь надеть? – поблагодарив, повернулась к нему спиной, чтобы он застегнул цепочку.

– Ну что, моя маленькая девочка уже совсем взрослая. Моя радость и гордость, – проворковал папа, поцеловав меня в висок.

– Ты её избалуешь, Чэд, – с упрёком заявила мама. Её серые глаза укоризненно взглянули на папу.

Началось. Мне порой казалось, что мама органически не переваривала любое проявление человеческого тепла. Словно все вокруг должны быть запрограммированными роботами с чётко установленными разрешенными эмоциями, в которые точно не будут входить смех, радость, возбуждение, интерес или азарт. Всё должно быть шаблонно и предугадываемо. Никаких телячьих нежностей или громких разговоров. Всё тихо, чинно, благородно. Мёртво.

– Лив, она моя девочка и у неё сегодня праздник. О чём ты говоришь, дорогая? Я всего лишь люблю нашу девочку, – улыбаясь, папа подмигнул мне.

Мама лишь всплеснула руками, закатив глаза, и села за стол.

Чувствуя, что я почти на грани, повернулась к папе и, затаив дыхание, спросила:

– Пап, можно я после ужина схожу с друзьями немного погуляю?

– Конечно, можно, – моментально ответил папа, и моё сердце от предвкушения подскочило к горлу.

– Что?! Будет уже поздно. Сейчас шесть вечера. Пока мы поедим, пока ты соберёшься, будет уже темно и опасно. Я против, – тут же возразила мама.

Вот поэтому я и спросила у папы, потому что у мамы всегда один ответ на мои пожелания – нет. И дело не только в том, что я хочу гулять и развлекаться как обычная восемнадцатилетняя девушка. Мама считала, что я должна соблюдать определенный моральный облик в обществе. Для чего – я не понимаю. Зачем носить маску, которая жмёт и совершенно не отражает моего внутреннего состояния? Хоть я и сама не знаю, какая я на самом деле, но чувствую, что мамины рамки буквально лишали меня последнего кислорода.

Собрав остатки своей воли, я срывающимся голосом попыталась воззвать хоть к чему-то человеческому в маме:

– Но сегодня мой день! Хоть сегодня могу я пойти погулять?! Один раз в году!

Мне кажется, у меня скоро истерика начнётся. Слёзы обожгли глаза, голос задрожал, а всё тело покрылось холодным потом.

В последнее время я каждой клеточкой чувствовала, что скоро взорвусь. Ещё немного и я сорвусь с катушек и… и не знаю, что я буду делать!

Я никогда не слетала с катушек, но сейчас мне так этого хочется…

Хочется сотворить что-то такое, чего никогда не сделала бы моя мама. Хочется выйти за рамки. Хочется вляпаться во что-то, чтобы потом судорожно искать пути выхода из ситуации. Хочется стать такой, какой меня видит моя мама в своих кошмарах. Да что угодно, лишь бы почувствовать себя живой!

– Я сказала: нет! – гаркнула мама.

– Лив, ты слишком строга к ней.

– Я её мать. Я женщина. Я знаю, что такое жизнь. Молоденькая, хорошенькая, одинокая пойдёт гулять вечером и отмечать своё восемнадцатилетние. Понимаешь к чему я клоню? – с ехидством обратилась мама к отцу.

– Дорогая, я всё понимаю. Но ты её держишь на слишком коротком поводке. Ты хочешь, чтобы, поступив в Университет, она забыла дорогу домой?! – воззвал к разуму мой папа.

Господи, у меня лучший папа на свете!

Я с силой сжала кулаки под столом, впившись ногтями в нежную кожу ладоней. Внутри меня разрасталось отчаяние, и я буквально чувствовала, как ком в горле перекрывал мне трахею. Если бы я сейчас захотела крикнуть, получился бы только сдавленный писк. Но я не хочу давать волю слезам перед мамой. Я хочу победить в кои-то веки в этой бессмысленной борьбе.

– Я… Нет! Конечно, нет. Я просто беспокоюсь, вот и всё! – оправдывалась мама, скосив взгляд на меня.

– Ты чересчур строга к нашей девочке. Она взрослеет. Она уже взрослая. Она дружит с головой и ведёт себя прилично. Может, отпустишь немного поводок, а? – Откусив кусок мяса, папа внимательно посмотрел на маму.

Я затаила дыхание. Обычно наши с мамой незначительные перепалки происходят без папы. Но сейчас он на моей стороне и явно способен повлиять на неё. Я всего лишь хочу вырваться и погулять в свой день рождения. Неужели я так много прошу?!

Мама нервно переставила бокал на столе и покосилась на меня. Заправив русую прядь за ухо, она обратилась ко мне:

– Ладно, только скажи мне куда ты пойдёшь, с кем и когда вернёшься, – строго произнесла мама.

О боже! Я свободна!

Не веря своему счастью, быстро закивала и выдала ей необходимые подробности, что буду с Сидни и Тришей гулять в центре. Но не стала упоминать, что пойду прямиком в бар. Хотя девочки там тоже будут. Жизнь под таким гнётом учит тебя юлить, искажать информацию, а иногда и откровенно лгать. Не скажу, что злоупотребляю этим, но маме часто не договариваю всего. Например, когда мне удавалось улизнуть на концерты в бар, я всегда прикрывалась Хлоей и нашими занятиями.

Папа подмигнул мне и продолжил ужинать. Я же попыталась удержать в себе рвущееся наружу желание завизжать от восторга.

– Кстати, я в середине апреля уеду в Чикаго, на пару недель. По работе, – вспомнил папа и сделал глоток пива.

– Но я же должна поехать в это время в Майами, к родителям. Я им обещала! – повысила голос мама, отчего он стал похож на скрип закрываемой старой деревянной двери.

– Так и в чём проблема?! Поезжай, – непринужденно ответил папа, пожав плечами.

– Как это в чём?! А Грейс? Одна здесь останется?

Мне показалось, мама сейчас задохнётся от возмущения. Я предусмотрительно помалкивала, но скрестила пальцы под столом.

– Дорогая, Грейс – взрослая. И несколько дней справится сама. В Университете она будет предоставлена сама себе. Не нагнетай, пожалуйста, – попытался он урезонить мать.

Сжав челюсти, она внимательно посмотрела на меня, прожигая своим взглядом насквозь. Я уверенно подняла голову, не желая ей уступать.

– Школу не прогуливать. Домой приходить вовремя. Мальчиков не водить, – строго наставляла мама.

Закусив щёку, чтобы не улыбнуться, я кивнула, но внутри меня словно петарду взорвали. Сердце яростно колотилось в груди от невероятности происходящего.

Мало того, что сейчас пойду гулять, так ещё и через пару недель смогу пожить в доме одна, без контроля!

Господи, это лучший подарок на день рождения!

***

После ужина я быстро переоделась и, не помня себя, понеслась в бар, поскольку каждая минута свободы на счету и мешкать в подобной ситуации совершенно кощунственно.

Через десять минут, зайдя в него, почувствовала прилив адреналина. Я впервые пришла сюда одна и мгновенно ощутила себя неловко. Словно маленький ребёнок, которому родители запрещали смотреть телевизор в их отсутствие, а он всё-таки тайком включил его и попал на фильм для взрослых. Глупый пример, наверное. Но зато точно описывает моё состояние, граничащее с раздвоением личности. Вроде адреналин толкал вперёд, но, с другой стороны, хотелось провалиться сквозь землю.

Похоже, мне не танцы нужны, а психолог.

Оглядевшись по сторонам, увидела Сидни около барной стойки. Она беседовала с тем самым барменом – Дэймоном, симпатичным, высоким, светловолосым парнем, который явно оказывал ей знаки внимания.

– Привет, Сидни, – поздоровалась, подойдя к ним и стараясь унять бешеную дрожь в своих конечностях.

– О мой бог! Ты как сюда попала?! Я не верю своим глазам, – завопила он, и облетев барную стойку, кинулась меня обнимать. – Ещё раз с днём рождения, красавица! Дэймон, сделай ей коктейль, пожалуйста!

– Представляешь, меня отпустили погулять. Правда я не сказала, что пойду сюда, – затараторила я и, обняв подругу, посмотрела за её спину на сцену.

Ребята уже вовсю выступали. Сейчас они исполняли какую-то песню группы Whitesnake, которую обожает Хлоя.

– Пойдём, провожу тебя за столик. Там Триша, какой-то её новый знакомый и Майкл, – произнесла Сидни, подтолкнув меня вглубь бара.

Сделав пару шагов, я увидела эту троицу за столиком. Триша что-то говорила этому парню на ухо, пока Майкл внимательно смотрел на сцену, но внезапно повернулся в мою сторону.

И застыл.

Я увидела, как у него даже рот немного приоткрылся от удивления, а потом он очень нежно улыбнулся и встал мне навстречу.

– Вот так сюрприз, малышка! Давай помогу раздеться, – радостно произнёс он, стараясь перекричать музыку, и тут же начал стягивать с меня куртку.

– Привет, Грейс. Это Шон, мой друг, – представила Триша своего знакомого, как только я заняла место рядом с Майклом.

Кивнув ему в знак приветствия, посмотрела на сцену и увидела, как Дэвид отсалютовал мне, но потом быстро перевёл взгляд на Тришу. Или на Шона. Так и не понятно.

Позади Дэвида увидела Джея.

Если честно, я в бешенстве из-за той ситуации, что он учудил. Из-за этого уехала моя подруга, которая первая в этом городе протянула мне руку и помогла влиться в коллектив. Но глядя на него сейчас, мне стало жаль его. Он внимательно смотрел на меня и едва заметно дёрнул головой в знак приветствия, пока стучал на своих барабанах. Но я даже отсюда видела его грустные глаза. Пока он был с Хлоей, его взгляд был живым, хоть и опасным. Но сейчас…

С момента их расставания и побега Хлои прошло две недели, и я несколько раз видела Джея в школе. Он скорее похож на приведение, чем на пышущего невероятной энергией молодого мужчину. Ему явно одиноко.

Я склонила голову набок и легко улыбнулась в ответ, пытаясь поддержать. Мне кажется, он хороший парень. Просто оступился. Возможно, испугался чего-то. Может, у него огромные тараканы в голове, которые надоумили его на подобное. Кто знает, верно?! Не в моих правилах судить людей, поскольку сама живу не так, как хотела бы. И ведь тоже, по сути, ничего толком сделать не могу. Так, может, и Джей так же?! Ну не вижу я в нём плохого человека, хоть убейте меня. Даже хорошие люди совершают некрасивые поступки, но это не делает их демонами. Я очень надеюсь, что у них с Хлоей всё наладится. По-моему, они созданы друг для друга. И несмотря на то, что сейчас они далеко и не общаются, я верю в лучшее.

Мэтт, Алекс и Люк тоже заметили меня и помахали.

Сидни принесла коктейль и что-то шепнула Майклу. Он дёрнулся и удивлённо посмотрел на неё.

– Малышка, так мы сегодня отмечаем твой день рождения?! Почему же ты мне не сказала? Я бы подарок приготовил! – перекрикивая музыку, изумился он и приблизился ко мне.

Пожав плечами, сделала глоток коктейля. А что я ему скажу? Разве я должна была сказать об этом?

– Значит, тебе восемнадцать сегодня, да? – поигрывая бровями, поинтересовался он.

– Да. Я наконец повзрослела, – попыталась пошутить в ответ, чтобы снять с себя оцепенение.

Мы впервые оказались с ним так близко друг к другу. Да чего уж там. Моё жалкое существование не подразумевало тесный контакт с парнями, а Майкл в наши предыдущие встречи соблюдал определенную дистанцию, но сейчас что-то изменилось. Он серьёзно посмотрел в мои глаза, словно пытаясь там что-то найти.

Боже мой, какие у него живые глаза. В них словно золотистые огоньки пляшут.

– Взрослая, значит, – тише промолвил он, склонившись ещё ближе и задев губами моё ухо.

По телу побежали мурашки, и я вздрогнула.

– Друзья, давайте потанцуем немного, а то вы засиделись, – заговорил со сцены Дэвид. – Мы много поём о любви, и следующая песня Love Leads To Madness от известной, надеюсь, всем вам группы Nazareth не исключение.

Начался проигрыш песни, и Майкл встал, протянув мне руку.

– Потанцуй со мной, пожалуйста, – искренне, как мне показалось, и даже с отчаянием в голосе попросил он.

Я столько раз отказывала ему в этих танцах, что сейчас уже неловко.

Вздохнув, поставила коктейль на столик, взялась за его руку и позволила отвести себя на танцпол.

Притянув к себе, Майкл положил правую руку на мою спину, левой держа мою правую ладонь. И начал неспешно покачиваться из стороны в сторону. Я уставилась на его грудь, ноги словно приросли к полу. Я буквально чувствовала, как басы от песни вкупе с моим колотящимся сердцем, сотрясали всё тело.

– Расслабься, – прошептал он, взяв двумя пальцами мой подбородок и подняв его, чтобы поймать мой взгляд. – Я тебя не обижу, не укушу, не подведу. Просто расслабься.

Я смотрела в его безумно красивые глаза, которые излучали неимоверное тепло, и начала переступать ногами в такт его шагам. От касания его рук по моему телу пробегали мурашки, и мне хотелось прижаться плотнее, но вместо этого я как завороженная смотрела в его глаза, пока он аккуратно поглаживал меня по спине.

Танцуя практически на месте, он словно давал мне время привыкнуть к себе, но не успела я адаптироваться, как он начал наступать на меня, крепко держа и управляя моим телом. Неотрывно смотря в мои глаза, он, подобно грациозному хищнику, загонял меня в угол и не давал возможности сбежать. Поспешно переставляя ногами, поймала себя на мысли, что мне нравится происходящее. Казалось, что вокруг нет никого, и ребята поют только для нас. Доведя нас до барной стойки, Майкл ловко развернулся и повёл обратно, только теперь я наступала на него. Точнее он сделал так, что мне пришлось это сделать. С игривыми искорками в глазах, он слабо улыбнулся и медленно облизал губы, посмотрев на мои. Если бы мне сейчас сказали, что в баре появилась моя мать, то я бы с трудом сообразила, о чём вы говорите. Моё внимание было приковано к Майклу, и я фактически растворилась в нашем танце.

Не могу сказать, что я никогда не танцевала с парнями. Однажды с папой на Новый год было дело. Мне тогда было около одиннадцати. В Майами на школьном балу однажды тоже засветилась. Но тот танец… Как бы его назвать. Это была катастрофа. Парень отдавил мне все ноги, и с тех пор я решила, что мама права и подобные занятия не для меня.

Однако то, что происходило сейчас с Майклом разительно отличалось от всего, чтобы я могла себе вообразить. Я понимала, что танец был самым обычным и приличным, но для меня он казался космическим.

Такая я жалкая, правда.

Под моей рукой была его мощная спина и под пальцами ощущались крепкие мышцы. Наши соединенные ладони придавали мне уверенности и, выдохнув, я стала расслабляться. Почему-то мне показалось, что если я оступлюсь или начну падать, то эти руки обязательно меня поймают.

И я сейчас не только про танцы.

Вдруг он резко оттолкнул меня, держа за правую руку, и так же стремительно прижал обратно к себе, и начал двигаться быстрее, кружа меня по танцполу.

– «Do you feel alright?»³, – пропел он слова звучащей песни, и я засмеялась.

Следом он опять повторил свой манёвр, но когда прижал меня, то сразу отклонил назад, что я почти достала волосами до пола. Вернув меня обратно, я увидела его задорную улыбку и тёплый блеск в глазах. Сердце ушло в пятки, и всё вокруг начало вращаться с сумасшедшей скоростью. Однако мне понравилось ощущение парения над танцполом и какой-то странной лёгкости во всём теле, хотя ещё минуту назад я была скованна. Мне казалось, что я пластилин в его руках. Физически он явно силён, но при этом очень гибкий и подвижный.

Не то что я – деревянная.

Кружась в танце, он положил наши соединённые руки себе на грудь и медленно покачивался, глядя в мои глаза.

– Почему ты так на меня смотришь? – не удержалась я от вопроса, поборов свою стеснительность.

– Как «так»?

– Так внимательно. Как будто что-то ищешь или ждёшь, – пояснила я, не зная какие слова подобрать.

Но его взгляд правда был странным.

– Я уже нашёл. Но ты права, я жду, – нежно прошептал мне на ухо.

Стало щекотно и так приятно, что я невольно прижалась ухом к его губам. А он, словно почувствовав это, немного задержался в этой позе. Его дыхание опалило меня, что мне мгновенно стало жарко и захотелось стянуть с себя блузку и остаться в одном топе.

– Чего же ты ждёшь? – почти пропищала в ответ.

– Когда ты скажешь «да», – честно ответил он и, отпустив одну мою руку, положил свою ладонь на мою спину и сильнее прижал к себе.

Я подняла на него глаза, он выше меня и приходится задирать голову, чтобы смотреть в его глаза.

Господи, как сейчас хорошо и спокойно.

– Почему ты так хочешь научить меня танцам?

– Потому что я смогу видеть тебя, прикасаться к тебе, видеть твою улыбку, смотреть в эти небесно-голубые глаза и радоваться каждому дню, проведённому с тобой, – на одном дыхании признался он.

Я опешила.

Это прозвучало как признание в нечто большем, чем просто танцы.

– Но при этом ты поможешь мне привлечь внимание Тома? – удивилась я.

Это ж нелепо. Или я чего-то не понимаю?!

– Чертовски верно. Он обратит на тебя внимание, – уверенно заявил он.

Я задумалась. Почему у меня такое ощущение, что я попала в ловушку?!

Прищурившись, я посмотрела на него.

– Ты что-то задумал, да?

Он лукаво улыбнулся и неопределённо покачал головой.

– Я солгу, если скажу, что нет. Я просто хочу танцевать с тобой.

Его рука опустилась на мою поясницу, и по позвоночнику прошла дрожь. Нежно водя пальцами по ней, он продолжал рассматривать моё лицо. Мне стало тяжело дышать.

Все танцы такие?!

Почему так жарко?!

– Но, если он не обратит на меня внимание, я должна выйти за тебя замуж?! В чём смысл?!

– У тебя должна быть мотивация научиться и раскрыться, чтобы не попасть в мои руки. Если выиграешь ты, то получишь своего Тома. Но если ты проиграешь, то выиграю я, – последние слова он прошептал, опять касаясь моего уха.

Господи, как приятно…

Я задержала дыхание и прижалась к нему сильнее.

Песня закончилась, он обхватил ладонью мою правую щёку и с надеждой и мольбой посмотрел в мои глаза, большим пальцем нежно водя по скуле.

Как же трудно дышать, боже…

– Я согласна, – скорее пропищала, чем сказала я, и его глаза в момент зажглись.

Он опустил руки на мою спину, крепко схватил и, оторвав от земли, начал кружить вокруг.

– Она согласилась! Да! Спасибо! – завопил он.

Люди в баре уставились на нас, а я глупо захихикала, держась за его плечи, пока он кружил меня.

Через пару мгновений поставив на место, он взял моё лицо обеими ладонями так, что большие пальцы оказались на щеках.

– Спасибо, малышка! День рождения у тебя, а подарок получил я. Ты не пожалеешь, я обещаю, – и прислонился губами к моему лбу.

Такой интимный жест.

И почему-то я действительно сейчас чувствовала себя его маленькой малышкой.

Как странно.

Мы вернулись за стол как раз в тот момент, когда у ребят начался перерыв, и все были уже на своих местах.

– Привет, Грейс! С Днём рождения! – хором поздравили Мэтт и Алекс, торжественно вскинув кулаки.

Я им кивнула и улыбнулась, вновь потянувшись за коктейлем, до сих пор до конца не осознавав, на что я подписалась, но Майкл меня буквально заворожил. Если те танцы, которым он будет меня учить, хоть немного похожи на сегодняшний, то я готова заниматься круглосуточно.

– Я так понимаю, Майк дождался и будет играть в учителя танцев? Прям как Патрик Суэйзи! – хохотнул Мэтт.

– Я лучше. Хотя он шикарен, конечно, – довольно проворковал Майкл.

Я повернулась в сторону Джея, который неотрывно смотрел в одну точку на столе, совершенно не участвуя в беседе и не обращая ни на кого внимания.

Почему у меня такое стремление ему посочувствовать, если он виноват в произошедшем?!

– Джей, ты в порядке? – спросив, я наклонилась к нему. Он сидел там, где обычно сидела Хлоя, слева от меня.

Он повернул голову ко мне и посмотрел печальными глазами.

Нет, не в порядке.

– Они специально играют её любимые песни, да? – пристала я к нему, разглядывая его лицо, которое сейчас уже было в норме после того, как его кто-то избил.

Девчонки сказали мне, что это сделал Майкл. Честно говоря, не представляла, что он на такое способен, но он очень любит Хлою, поэтому, наверное, всё возможно.

– Видимо, да, – хрипло ответил он, пожав плечами. – Это моё наказание, – грустно ухмыльнулся он.

– Тупица, как ты? – встрял Майкл.

Тупица?!

Джей только покачал головой и посмотрел на меня.

Понятно, они действительно наказывают его за содеянное.

С одной стороны, они хорошие друзья для Хлои. Но с другой, он же не железный.

– Скучаешь по ней? – спросила я.

– Безумно… Каждую. Грёбаную. Секунду.

– Она запрещает говорить о тебе. Стоит только поднять эту тему, она сразу же огрызается. Ей очень плохо сейчас. Прошло всего две недели. Может, у вас ещё будет шанс всё наладить когда-нибудь? – попыталась его поддержать, в глубине души понимая, что мои вопросы, наоборот, бередят его раны.

Что ему, что Хлое сейчас плохо. Тут ничего не поможет, пока не пройдёт достаточно времени.

– Ты правда думаешь, что может быть шанс для такого, как я? Почему ты вообще разговариваешь со мной? Она же твоя подруга, ты должна меня ненавидеть.

– Джей, конечно, она моя подруга. Но я желаю ей счастья. И если это счастье связано с тобой, то я буду поддерживать и тебя, – совершенно искренне ответила я, поймав его удивленный взгляд.

– Малышка, тебе заказать ещё что-нибудь? В твоём коктейле уже весь лёд растаял. – Майкл наклонился ко мне и аккуратно коснулся моей руки.

– Можно мне ещё один такой же?

– Тебе можно всё и всегда, – ответил он, не сводя своих тёплых глаз с моих.

Я сглотнула. От его такого близкого присутствия мне постоянно жарко и дышать нечем.

– Триша, ты нас больше не снимаешь на видео? Теперь всё твоё внимание принадлежит Шону, – подмигнул ей Алекс.

Триша довольно улыбнулась и положила голову на плечо этого Шона. Он не такой широкоплечий, как остальные парни. Более жилистый, с татуировками на руках и пирсингом в брови.

Она явно любит всё неформальное. У неё все время одна прядь волос фиолетового цвета, ярко подведённые глаза, в ухе несколько серёг-колец. Она похожа на скейтершу, но вроде не катается на нём.

– Да, я решила, что больше не за чем это делать, – ответила ему Триша, мельком глянув на Дэвида.

Он, в свою очередь, сидел со сжатыми зубами, играя желваками и смотря на эту парочку.

Забавная реакция. Такое ощущение, что он присматривает за ней, и ему не нравится, что с ней этот парень. Даже сама Триша мне как-то сказала, что Дэйв «опекает её честь и достоинство», о чём она его не просила.

– Да, она решила, что теперь всё её внимание будет сосредоточенно на новых развлечениях, – буркнул себе под нос Дэвид, на что Майкл тихо засмеялся, что-то шепнув Тайлеру, который присоединился к нам, пока мы танцевали.

– Грейс, какая твоя любимая песня? Может, мы её сейчас сыграем? – обратился ко мне Мэтт, поправив свою бейсболку.

– Не думаю, что в этом баре такое исполняют, – улыбнулась я. – Мне нравится Britney Spears, Christina Aguilera, Katy Perry, Shania Twain, Shakira и всё в таком духе.

Ребята прыснули от смеха.

– Может, Katy Perry споём, I Kissed A Girl, – с задором спросил Мэтт, толкнув плечом Алекса.

Дэвид округлил глаза и уставился на них.

– Может, ты тогда и споёшь? – ответил он с иронией в голосе.

– Я могу спеть любую попсу, – подключился Майкл. – Но здесь, правда, помидорами закидают, – потерев лоб, он хохотнул.

– Ребята, не стоит. Правда. Мне приятно ваше внимание, но играйте по вашему списку. Я рада уже от того, что нахожусь здесь, – с улыбкой ответила всем.

Любопытно, что после танца с Майклом, моя привычная стеснительность отступила. Я даже чувствовала себя более-менее органично в этой компании, ощущая всеобщее внимание. Я привыкла находиться в тени и быть незаметной для окружающих, но в данный момент мне комфортно. Только вот почему, я не могу понять.

– А я-то как рад, – еле слышно прошептал справа от меня Майкл.

Я внимательно посмотрела на него. От него веет добротой, уверенностью и силой. Но это мягкая сила, а не грубая и жёсткая, как у Джея.

Ему хочется доверять.

– Малышка, когда начнём? Может, завтра? Ты сможешь?

Казалось, ему не терпелось начать.

– Думаю, завтра смогу. Пришлёшь мне адрес танцевальной студии?

– Конечно. Могу заехать за тобой, если хочешь.

– Нет, я сама доберусь.

– Тогда всё пришлю попозже. Спасибо за танец. Спасибо, что согласилась. Спасибо, что доверилась, – мягко проговорил Майкл и поднёс мне к губам коктейль с трубочкой. – Пей, а то тут жарко сегодня, – и приставил трубочку к моим губам.

Я обхватила её губами и сделала глоток, глядя в его глаза. Его зрачки резко расширились, и он прищурился. От неловкости я опустила глаза на его губы.

Боже, какие губы у него…

Он зажал нижнюю губу между зубами и, медленно отпустив её, улыбнулся. Я чуть не поперхнулась и буквально почувствовала, как краска залила моё лицо.

Господи, могу я быть ещё более жалкой?!

– Расслабься, малышка. Я тебя не обижу, – хрипло произнёс он и поставил коктейль на стол.

Я, не зная куда деть глаза и руки, схватила этот коктейль и присосалась к трубочке, уставившись на стол.

Фух. Жарко-то как.

И этот парень будет меня учить танцам и раскрепощению.

Ощущение, что я попала в ловушку, не пропало.

Глава 4

Майкл

Сегодня суббота, посетителей достаточно много, поэтому я с утра крутился в ресторане.

Я подрабатывал в нашем ресторане официантом с шестнадцати лет. Папа сказал, чтоб лучше понять функционирование любого предприятия, необходимо начать с самой обычной работы, а не хвататься сразу за управление людьми, логистику и финансирование. Я не спорил и с течением времени понял, что он прав.

Мне нравилась моя работа, но пора двигаться дальше. И теперь, по выходным, я периодически буду в роли администратора. Встречать гостей, развлекать и следить за атмосферой в заведении. Ну, это я умею.

Наш ресторан подавал пуэрториканскую кухню, с несколькими позициями типичных латиноамериканских блюд. У нас вы найдёте Bacalaitos, Pinchos, Tostones, Mofongo, Asopao, Tres Leches⁴ и многое другое.

Музыкальное сопровождение в нашем заведение соответствующее. Пронзительные, зажигательные, чувственные, страстные хиты играли каждый день. Я слежу за этим, поверьте. Музыка создает правильное настроение и располагает гостей к приятному времяпрепровождению.

Вот и сейчас звучала песня Bailando от Enrique Iglesias feat Sean Paul, Descemer Bueno & Gente de Zona.

Обед прошёл, посетителей стало поменьше, и я смог наконец-то присесть за бар.

– Ну как тебе, Майк, в роли развлекающего администратора? Не скучаешь по тарелочкам? – подшутил наш бармен, Хулио.

Да, персонал у нас тоже по большей части из разных стран Карибского бассейна и Латинской Америки.

– Знаешь, мне нравится. Я вообще люблю это место. В него вложено много души, – задумчиво ответил, отпив воды с лимоном.

– Ух ты! Это ещё кто?! Какая chica,⁵ – вдруг присвистнул он, глядя за мою спину.

Я повернулся и увидел её.

Пришла.

Вцепилась в ремешок своей сумки, нервно оглядываясь.

– Не по твоим зубам, Хулио. Расслабься, она ко мне, – бросил ему и пошёл в её сторону.

Она меня заметила и неуверенно улыбнулась.

Какая же она красивая…

– Привет, ангелочек! Рад, что ты не передумала, – сдерживая себя, чтобы не закричать от радости, игриво произнёс, подойдя к ней.

– Привет. Мы что, тут будем танцевать?! Это же ресторан, а не зал, – тихо проговорила она, недоумённо оглядываясь.

– Нет, здесь мы не будем заниматься. Танцевальная студия находится за углом, у нас одно здание, и её владелец хороший друг моего отца. Он отдал мне ключи от одного пустующего зала, где нам никто не помешает. Хочешь перед этим что-нибудь выпить или перекусить?

– Эм. Можно мне воды?

– Тебе можно всё, пойдём. – Я приобнял её за плечо и повёл к бару.

Она, как обычно, была скованна и напряжена, но я твёрдо решил аккуратно выпутать её из этого кокона. Мне просто нужно немного времени и моей любимой музыки, чтобы увлечь её.

– Хулио, налей этой красотке воды, пожалуйста, – бросил ему, подойдя к барной стойке, на что он расплылся в своей типичной улыбке и кивнул. – Присаживайся, малышка. – Я указал на пустой барный стул.

– Какое красивое заведение. Я здесь никогда не была, – внимательно осматривая наш ресторан, проговорила Грейс.

Да, дизайном занималась мама. Хоть она отвечала за финансы, но решила, что со всем справится сама. Стены выкрашены в песочный оттенок; на потолке, оттенка кофе с молоком, выделяются шоколадного цвета балки из дерева венге; столы и стулья также из дерева шоколадного цвета со светлой обивкой. На диванчиках и стульях лежат яркие, разноцветные, маленькие подушки. Горшки с неизвестными мне растениями расположены практически по всему периметру. Аккуратные тёмные матовые потолочные светильники не слепят, скорее дают мягкую подсветку. Здесь светло, но создаётся ощущение камерности. А подушки придают игривое настроение. Ну, так мама сказала. Я с ней не спорил.

– Спасибо, приятно слышать.

– Это твоё заведение?! – воскликнула она.

Я засмеялся и откинулся на спинку барного стула. Хулио поставил ей стакан воды с зонтиком и долькой ананаса.

– Не моё, малышка. Но моей семьи. Я здесь работал официантом, теперь администратором, – пояснил ей.

Она очень мило покраснела.

– Прости. Я почти ничего не знаю про тебя. Здесь так приятно и спокойно.

– Не извиняйся. Но я рад, что тебе здесь хорошо.

– Как же мы будем заниматься, если ты работаешь? – поинтересовалась она, сделав глоток воды.

– Сейчас послеобеденное время, людей немного. Если что, они справятся без меня, – спокойно ответил ей, склонив голову набок и наблюдая за ней.

Грейс взяла ананас и откусила от него кусочек, закрыв глаза.

– Ты точно не голодная? Могу попросить что-нибудь приготовить для тебя, – учтиво уточнил, глядя с каким удовольствием она доела дольку.

– Точно. Просто люблю фрукты, – словно извиняясь, пояснила она, опустив свои бездонные голубые глаза.

Запомню.

Она мне сама напоминала спелый фрукт. Под кожицей которого спелая, мягкая, сочная, сладкая мякоть.

Попробовать бы её…

– Если ты готов, то я тоже. Спасибо за воду, – вырвала из моих мыслей Грейс своим мягким тембром, и я усилием воли вернулся в реальность.

Кивнув, сказал Хулио что делать, если вдруг буду нужен и, взяв Грейс за руку, вывел из ресторана и повёл за угол здания.

Мы зашли в студию, поднялись на третий этаж и подошли к нужной нам двери.

– Проходи, красотка. – Я как истинный джентльмен открыл перед ней дверь и пропустил её вперёд.

В помещении были высокие окна, пропускающие дневной свет, молочного цвета деревянный пол, зеркала в пол занимали целую стену и находились напротив другой – белой и кирпичной. Также имелась небольшая раздевалка с душем. В общем, уютное и очень светлое помещение. В углу лежали гимнастические маты, какие-то мячи и резинки. Иногда тут вели группы по растяжке или что-то в этом роде.

Я подошёл к столу, где стояла док-станция и бутылки с водой, снял куртку и достал свой телефон.

Грейс стояла посреди зала, смотря на своё отражение в зеркальной стене.

– Итак, начнём с того, что латиноамериканские танцы бывают бальными и клубными. Бальные – это ча-ча-ча, самба, румба, пасадобль и джайв. Они выражают, скажем, элегантную страсть. Клубные – это сальса, меренге, бачата, мамбо. В них страсть более открытая и кипучая. Все эти танцы могут научить чувствовать своё тело и не стесняться его. Самые чувственные, на мой взгляд, бачата и меренге. Ча-ча-ча выглядит очень игривым. Джайв самый энергичный. Каждый из них несёт свой посыл и свою энергию… – перечисляя, я осёкся, заметив испуганный вид Грейс.

Я стоял за её спиной, смотря на неё через отражение в зеркале, и отчетливо увидел, как её глаза расширились, и она начала нервно кусать губы.

– Малышка, что случилось? – Положил руки ей на плечи, и она вздрогнула.

– Я ничего из этого не знаю и не видела. Я вообще не понимаю, о чём ты говоришь, – прошептала она.

Ок.

Пойдём другим путём.

Я развернул её, включил на телефоне одну из песен Britney Spears и положил руки на её спину.

Удивлены моим выбором? Ну, я подумал, что, услышав любимую исполнительницу, она расслабится. А танцевать я могу под любую музыку. Танец – это состояние души, а не удобная музыка.

– Я тебе сейчас покажу идею парных клубных танцев, которые нравятся мне. Расслабься, превратись на минуту в желе, чтобы я мог лучше продемонстрировать, – проинструктировал её.

Она кивнула, и я просунул ногу между её, немного присел, поднял руки повыше к плечам и начал пружинить ногами, плавно двигая корпусом. Грейс замерла.

– Расслабься, малышка, – прошептал ей.

Прижал посильнее к себе и буквально посадил её на свою правую пружинящую ногу. Она неуверенно положила руки на мою грудь.

Dios mío 6 … Как хорошо…

Повёл руками по спине вверх, потом вниз и перевёл на её бёдра. Мягко начал покачивать ими в такт своим. Грейс покраснела как помидор и опустила взгляд на мои бёдра.

Чёрт возьми, это плохая идея.

Член моментально дёрнулся в джинсах.

– Посмотри на меня, – прошептал я.

Она робко подняла глаза. В них был испуг, смешанный с интересом.

– Ты меня боишься? – озвучил свои мысли и немного замедлился, но руки с её бёдер не убрал.

Ещё чего. Ни за что не отпущу!

– Я… ничего подобного в жизни не делала… – еле слышно прошептала она, облизывая губы.

Надо сбавить обороты, не спугнуть бы.

Я остановился и всё-таки отпустил её бёдра.

– Малышка, в этом танце основное внимание устремлено к движениям бёдрами. В основном – партнёрши. Шаг здесь простой. Я тебе его потом покажу. Но это парный танец, поэтому ты выучишь шаги, а отрабатывать их будешь со мной, – объяснил, глядя в её напуганные глаза. Они сейчас были цвета весеннего неба.

Она еле заметно кивнула и обхватила себя руками.

– Помнишь, как в фильме «Грязные Танцы»? Сначала шаги в одиночку, потом со мной. Ты начнёшь чувствовать свои бёдра и поймёшь, что надо делать. Бачата не самый сложный танец из всех латиноамериканских, – пояснил я и провёл по её плечам.

– Я не смотрела этот фильм, – пропищала она.

Это как?! Как такое возможное?!

– В смысле не смотрела?! Ни первый, ни второй? – опешил я.

Отрицательно покачала головой.

– «Шаг вперёд»?

Опять отрицательно.

– «Давайте Потанцуем»? «Ла-Ла Лэнд»?

Снова отрицательно и опустила голову.

– Эй, ну ты чего? – Приблизился и поднял её голову за подбородок.

В её прекрасных глазах стояли слёзы.

Вот чёрт!

– Я тебя чем-то обидел?

Моё сердце сейчас остановится от этого взгляда.

– Нет, что ты. Просто, я совершенно никудышная, – прошептала она, и слеза покатилась по её щеке. – Мне стыдно признаться, но я не видела ни одного из этих фильмов и уверена ещё много чего. Мама не давала мне ничего такого смотреть. Я даже с парнем ни разу не целовалась! – пропищала она и, закрыв лицо руками, разрыдалась.

О.Мой.Бог.

Я нашёл клад!

Я моментально притянул её к себе и крепко обнял. Прижал её голову к своей груди и нежно поглаживал поясницу. Она что-то бормотала себе под нос, и её рыдания усилились.

– Малышка, ты не никудышная. Ты клад. Ты золото. Ты сокровище. Ты даже не представляешь, какой потенциал есть в тебе. – А я, чёрт возьми, вижу его. – Тебе просто надо расслабиться и довериться своему телу и мне. Мы не будем спешить. Предлагаю начать с просмотра фильмов и видео-уроков в интернете. Будем двигаться потихоньку. Хочешь, я тебе сейчас сам покажу основные движения, а ты просто посмотришь? – старался говорить спокойно, но, чёрт, это далось мне сложно.

Единственное, что я действительно хочу сейчас, – это прижаться к её губам и поцеловать, чтобы успокоить. Я не могу смотреть на её слёзы. Она моя ожившая мечта. И она плачет в моих руках.

– Посмотри на меня, малышка, – нежно произнёс, убирая руки с её лица. – Ты – сокровище. Запомни это, пожалуйста. Остальное предоставь мне. Идёт?

Они кивнула, вытирая глаза.

Какая же она сейчас красивая. Такая нежная и ранимая.

Я взял гимнастический мат и положил около зеркальной стены, подвёл её к нему и усадил.

– Постараюсь поднять тебе настроение. Заодно, покажу несколько движений, – сказал я и включил песню Suavemente в исполнении Paul Cless.

По залу разнесся голос певца, я зачесал волосы назад и начал двигаться, не сводя с неё глаз. Делал самые простые движения, известные мне чуть ли не с рождения. Базовые шаги на месте на счёт четыре, затем вперёд-назад с характерными движениями бёдер. Руки тоже задействовал, немного крутя ими в воздухе или проводя по телу.

Я никогда не стеснялся танцевать. Многие думают, что мужчина должен быть суровым и могучим викингом, напрочь лишенным чувства ритма. По мне это бред, придуманный мужчинами, не умеющими танцевать. Поверьте, наши танцы – это лучшее признание в любви. Иногда они прекрасны для прелюдии, иногда для примирения, иногда для поднятия настроения. Но все они про чувства. И я, пожалуй, пока промолчу про то, что исполняют мои бёдра в постели…

Постепенно перешёл к боковым движениям и начал хлопать руками в такт, словно я играю на кастаньетах. Подключил повороты с движением восьмёркой. Той самой, что свела с ума Джея в исполнении Хлои. В своё время она быстро схватила базовые шаги и использовала их везде.

Грейс вроде немного расслабилась и заинтересованно наблюдала за каждым моим движением. Я видел, как она рассматривала меня с головы до ног, задержавшись в районе моих бёдер.

Я, в принципе, не против, но мой член уверен, что она смотрит с желанием, раз он решил опять пошевелиться в джинсах.

Чёрт, не сейчас!

В танце обычно партнёрша вращает бёдрами активнее мужчины, но сейчас я показывал всё, что мог, лишь бы она не плакала.

Глядя на Грейс и приближаясь к ней, я начал подпевать. На её губах заиграла лёгкая улыбка, а голова медленно покачивалась в такт.

– «Suavemente», – пропел я ключевое слово в песне, опускаясь перед ней на колени.

– А что значит «suavemente»? – с интересом спросила Грейс.

– В данном контексте – «нежно», – хрипло ответил, не сводя с неё взгляда.

– О-о-о. То есть песня про нежность? – Её зрачки немного расширились.

– Песня про то, что парень умоляет девушку поцеловать его нежно и не останавливаться. – Мой пульс подскочил то ли от танца, то ли от её близости, то ли от желания поцеловать эти пухлые губы сию же секунду. Нежно, чёрт возьми.

– А как будет: «поцелуй меня нежно?»

– Bésame suavemente, – мой голос начал подводить меня, став слишком надрывным и хриплым.

– Мне очень понравился танец, спасибо!

– Всегда пожалуйста.

– Майкл, прости, что я дала волю слезам. Я обычно не плачу на людях, – едва слышно произнесла она и снова опустила глаза.

Я сел рядом с ней на мат и приподнял её аккуратный подбородок.

– Малышка, не стесняйся меня. Если хочешь плакать – плачь. Но я не хотел бы, чтобы ты плакала от огорчения. Лучше от радости. – Она натянуто улыбнулась, а я, затаив дыхание, задал главный вопрос на сегодня: – Придёшь завтра ко мне домой фильм посмотреть? Я бы хотел освежить его в памяти вместе с тобой. Если боишься идти ко мне, то можем встретиться здесь, я возьму ноутбук.

– Лучше здесь, если ты не против, – покраснев, ответила она.

Слава богу не отказалась!

– Где скажешь. Тогда завтра встречаемся здесь, – я встал и протянул ей руку, чтобы помочь подняться.

Она встала и вдруг спросила:

– А как будет по-испански «малышка»?

– Есть несколько вариантов, но мне больше всего нравится «Niña», – нежно ответил я и погладил её скулу.

– В твоём родном языке всё звучит так мягко и нежно.

– Так и есть. Даже все наши песни и танцы о любви и страсти. Ну и нежности, разумеется, – рассмеялся я, и она наконец-то улыбнулась.

Первый шаг сделан.

Надеюсь, у меня получится не сбиться с ритма и дальше.

Шаг за шагом. Нежно. Медленно. Но я доберусь до её сердца.

Глава 5

Грейс

Ночью я не могла уснуть. Всё представляла, что я когда-нибудь смогу двигаться как Майкл и не стесняться себя и своего тела.

Господи, какие глупости! У него это в крови. А в моей что? Какая-то чопорность и нескладность.

С фигурой, наверное, мне повезло. Я не самая высокая, но и на карлика не похожа (рост около 168см), у меня хорошая грудь третьего размера, даже талия есть. Бёдра обычные, ничего выдающегося. Но несмотря на это, я чувствовала себя обычной. Разве что внешность похожа на ангела. Это мне с детства все говорят.

Но мне надоело быть ангелом. Мне хочется иногда быть чертёнком, танцевать подобные танцы и чувствовать себя раскрепощённой. Хочу получать удовольствие от процесса, а не смущение и стыд.

Майкл хороший учитель. У него столько терпения, раз он после моих слёз и осознания, какая недотёпа к нему попала, не бросил это дело.

Я подошла к залу и толкнула дверь. Майкл уже на месте.

– Привет, малышка! Как настроение? – поздоровался он и тут же подошёл помочь мне снять куртку.

Такой обходительный. Складывается ощущение, что он ждал меня и рад видеть.

Как бы не так. Он просто воспитанный.

– Я взял на себя смелость и принёс немного еды нам из ресторана. Вдруг, ты захочешь попробовать нашу кухню.

Время шло к вечеру, поэтому идея неплохая. Вот только я почему-то растерялась, и слова благодарности застряли в горле. Однако Майкл как будто и не ждал от меня ответа, продолжив говорить:

– Здесь есть маракуйя, ананас, манго. И взял ещё Quesitos – это слоёные пирожные из сливочного сыра с ванилью. Попробуй их, пальчики оближешь.

– Откуда ты знаешь, что я люблю сладкое?! – не удержалась я, пребывая в шоке.

– Вчера ты сказала, что любишь фрукты. Я подумал, что скорее всего ты любишь сладкое, но следишь за фигурой. Поэтому взял только эти пирожные. Но если тебе понравится, то в другой раз возьму что-нибудь ещё, – пояснил он, раскладывая угощения на столе.

Какой он внимательный и проницательный. Я действительно слежу за фигурой, но без сладкого жизни не представляю. Не то чтобы я не знаю меры и могу смести весь холодильник, но в вопросе сладкого мой внутренний контролёр вечно прикидывается спящим, поэтому приходиться за волосы себя оттаскивать от булочек.

– Это очень мило с твоей стороны. Ты очень внимателен, – озвучила свои мысли, рассматривая содержимое контейнеров.

Он лишь пожал плечами и предложил расположиться на матах. Я помогла перенести туда еду и пару каких-то напитков.

– Давай начнём с «Грязных Танцев»? По мне это классика. И фильм очень хороший, – предложил он.

– Я абсолютно доверяю тебе в этом вопросе, поэтому как скажешь.

Он улыбнулся и начал искать фильм на ноутбуке.

Я удобнее уселась на мате, прижалась спиной к зеркалу и попробовала напиток.

Боже, как вкусно!

– Господи, Майк, что это за вкуснятина?! – воскликнула я.

Он рассмеялся и озорно посмотрел на меня.

– Нравится вкус Пуэрто-Рико? Это фраппе. Там маракуйя, манго, немного мороженого и сока от фруктов, – подмигнул он и отвернулся к ноутбуку.

Определённо нравится!

Такой сладкий с лёгкой кислинкой. И холодный. Вкуснятина.

Майкл включил фильм и устроился рядом со мной. Сидя плечом к плечу, мы завороженно наблюдали за прекрасной парой на экране. А какой там главный герой!

Мама дорогая!

От него исходила сила и уверенность. Прям как от Майкла. И сюжет там похожий на нашу жизнь. Девушке надо срочно научиться танцевать, чтобы заменить постоянную партнёршу. Мне правда не срочно и не профессионально, но всё же.

– Как тебе Патрик Суэйзи? Скажи, он бесподобен? – поинтересовался Майкл, жуя манго.

– Он невероятен! Так танцует, будто и впрямь умеет, – восторженно прокомментировала я.

Майкл от души рассмеялся.

– Малышка, он реально умел танцевать. Он закончил две балетные школы и выступал в качестве ведущего танцора на Бродвее. Но он повредил коленную чашечку, поэтому с танцами пришлось завязать. Во всяком случае, с профессиональными. Кстати, у него ещё чёрный пояс по кунг-фу был, представляешь? Офигенный мужик, – с восторгом в голосе поучал меня Майкл.

– Откуда ты всё это знаешь?!

– Мы с Хлоей в детстве раз пятьсот пересмотрели все фильмы с ним, особенно этот. Она его обожает, поэтому я в своё время изучил его биографию. – Он пожал плечами и откусил ещё манго.

Я в момент отупела, зависнув на его губах. Мне показалось, что он откусил манго как в замедленной съёмке, и его полные и чувственные губы сомкнулись вокруг ярко-жёлтой мякоти так… так… призывно, что ли.

Вот же ж блин!

– Хочешь манго? – тут же непринуждённо поинтересовался он, видимо заметив, что я подвисла.

Я реально отупела, не в силах вымолвить и слова. Не дожидаясь моего ответа, Майкл поднёс кусочек к моим губам и едва заметно коснулся им. Я почувствовала нежный аромат фрукта.

– Малышка, открой рот, пожалуйста… – охрипшим голосом попросил Майкл, смотря на мои губы.

Послушно открыла рот и откусила небольшой кусочек.

Как вкусно…

Я закрыла глаза от удовольствия. Манго спелое, ароматное и сочное. Любопытно, что те фрукты, которые я обычно покупала домой, не такие вкусные.

– Кхм. Ты сейчас весь фильм просмотришь, – откашлялся Майкл, и я открыла глаза, заметив, как расширились его зрачки и замедлилось дыхание.

– Да, прости. Просто очень вкусно, – улыбнулась я и уставилась в экран.

– Вот видишь, как он учит её двигаться. Обрати внимание, как он работает бёдрами, вот это я и хотел вчера тебе показать, – прокомментировал Майкл, указав подбородком на экран ноутбука.

Мы смотрели сцену, где героиня пришла в заведение, где все танцуют… очень тесно танцуют. Очень-очень близко. Аж жарко стало. И главный герой, Джонни Кастл, приглашает потанцевать Бэби. И действительно, Майкл вчера точно также просунул ногу между моих и двигался именно в той же манере.

– Ты хочешь, чтобы я так научилась танцевать?! Именно такие танцы?! – опешив, выпалила я, а моё сердце ухнуло в пятки.

Одно дело представлять в своей голове, но совсем другое видеть на экране воистину горячий и интимный танец двух людей, которые бёдрами выполняют такое… такое… слов не подобрать. В баре мы не так танцевали. Совсем не так.

– Да, что-то типа того. Это самый простой танец. Несколько базовых шагов и хороший партнёр и ты будешь танцевать такие грязные танцы, – невозмутимо ответил он, доев свой кусочек манго и мельком посмотрев на меня, словно оценивая мою реакцию.

Эм. Что-то верится в это с трудом.

– Не уверена, что у меня получатся даже такие «простые» танцы, – с горечью произнесла, покосившись на экран.

– Малышка, всё получится. Поверь мне, – нежно проговорил он.

Я задумалась. С виду кажется ничего сложного, крутишь бёдрами и трёшься о партнёра. Но я не представляю, чтобы я такое смогла вытворять.

– Слышишь? Считаешь раз, два, три, четыре, делаешь определённые движения на каждый счёт, подключаешь руки, бёдра и готово, – воодушевленно комментировал он процесс обучения в фильме.

– Господи. Это потрясающе! Правда так можно чувствовать музыку?! – воскликнула я, наблюдая сцену, где Джонни держит руку на своём сердце и считает. – А песня! Майкл! Что это за песня?! Она потрясающая!

Это теперь мой любимый фильм!

Майкл рассмеялся.

– Hungry Eyes, малышка. Песня правда роскошная.

– А можно мы под неё в следующий раз потанцуем?! Точнее попробуем потанцевать? – не унималась я.

Восторг меня переполнял.

Как я могла не смотреть этот фильм?!

Майкл очень внимательно посмотрел на меня и поднёс ещё манго к моим губам.

– Можно. Для тебя можно всё. Кусай, – опять хрипло произнёс он, едва заметно проведя сочащимся кусочком по моим губам.

Почему-то стены вокруг меня начали сжиматься, дыхание сбилось, но я послушно приняла угощение, случайно зацепив губой его палец.

Взгляд Майкла внезапно загорелся, он поднёс свои пальцы ко рту и аккуратно облизал их, не сводя с меня своих удивительных карих глаз.

Да, манго определённо очень сочное.

– Ещё? – спросил он.

Я молча кивнула.

Он поднёс небольшой кусочек и я, обхватив его губами, вновь коснулась его пальцев.

– Ты невероятная, малышка … – прохрипел Майкл.

Я нервно облизала губы, слизывая сок от манго. Что-то изменилось в окружающей обстановке или это мне уже мерещилось, но всё вокруг перестало существовать, как и тогда на танцполе. Я видела только его сияющие глаза, и у меня внезапно вырвалось:

– Bésame suavemente.

Я не поняла, почему именно эти слова слетели с губ, почему сейчас, почему с ним, но это произошло само собой.

Не успела я их произнести, Майкл резко придвинул своё лицо к моему, и большим пальцем левой руки нежно провёл по моей скуле. Я ощутила его обжигающее дыхание на своих губах, и весь мир остановился. Звуки из фильма затихли, хотя там шло выступление пары, к которому они готовились. Я видела только его и слышала только собственное сердце, громыхающее в моём горле.

– С удовольствием, niña, – едва слышно прошептал он и нежно коснулся губами моих губ.

Я задержала дыхание. Касание было легче пёрышка. Мягкое, нежное, аккуратное.

Он заглянул в мои глаза, словно искал там что-то, и спустя мгновение провёл кончиком языка по моей верхней губе. Я не выдержала и застонала, цепляясь рукой за край мата. Было ощущение, что я сейчас упаду от переизбытка неизвестных мне чувств, нахлынувших одномоментно.

– Какая же ты сладкая… – лёгкий шёпот вырвался из его уст.

Он продолжил вести языком по нижней губе, поглаживая моё лицо. Я приоткрыла рот и застонала, чувствуя, что сейчас упаду в обморок.

Майкл нежно провёл своим носом по кончику моего и снова заглянул в мои глаза.

– Майкл… – прошептала я.

– М? Хочешь ещё? – нежно спросил он.

Я медленно кивнула.

Тогда он обхватил моё лицо обеими ладонями и поцеловал мою нижнюю губу. Сначала мягко коснулся губами, затем немного прикусил её и оттянул, и снова нежно поцеловал.

Господи боже!

Затем подарил своё внимание верхней губе, повторив свои действия. Я застонала, и тогда он припал к моим губам, нежно, но настойчиво проведя языком по моим зубам. Я инстинктивно открыла рот шире и почувствовала его язык внутри себя.

О-о-о… Боже…

Голова закружилась, студия начала вращаться вокруг меня, я закрыла глаза и схватилась за его рубашку. Он сильнее прижал меня к себе и продолжил кружить своим языком в моём рту, лаская нёбо. Я аккуратно коснулась его языка своим и перед глазами начали плясать яркие вспышки. Майкл, по-моему, застонал. Я почувствовала дрожь его тела, пока его мягкие губы ласкали меня. Продолжая удерживать моё лицо своими ладонями, он немного отстранился, чтобы посмотреть на меня.

– Dios mío, niña⁷… – прохрипел он на своём языке.

Я задыхалась, мои лёгкие, как и щеки, как и всё тело, горели. Я крепко держала его за ворот рубашки, словно он мой спасательный круг. Майкл выглядел словно час танцевал без остановки: на лбу выступила испарина, глаза блестели, влажные приоткрытые губы немного припухли.

И его запах… боже, у него безумно вкусный парфюм, который смешался с запахом его кожи. У меня свело низ живота.

Какой он притягательный и манящий…

– Иди ко мне, – прохрипел он и, снова не дожидаясь моей реакции, взял меня подмышки и перенёс на себя. Затем упёрся спиной в зеркало, придерживая меня. Я сидела сверху на нём, всё ещё держа за рубашку.

– Посмотри на себя в зеркало, – тихо приказал Майкл, и я подняла глаза над его головой, уставившись в собственное отражение. – Посмотри, какая ты красивая. Посмотри в эти невероятные глаза. Посмотри на эти пухлые губки. Посмотри, какая у тебя нежная кожа. Ты словно нектар, от которого невозможно оторваться. В тебе спрятано истинное сокровище, малышка.

Я разглядывала себя под его тихий голос и видела незнакомую мне девушку с диким блеском в глазах. Никогда не видела себя такой разгоряченной. Мой вид буквально кричал о том, что я повзрослела и созрела. Я отпустила его рубашку и расслабилась. Пытаясь сесть поудобнее, я немного дёрнула бёдрами и ощутила внушительную выпуклость под бёдрами, которая упиралась в мою промежность. Майкл едва слышно простонал, упёрся затылком в зеркало и закрыл глаза.

– Прости, я сделала тебе больно?! – быстро спросила я.

Опыта в подобных вещах у меня абсолютный ноль.

Он открыл глаза, положил руки на мои бёдра и с доброй и грустной улыбкой произнёс:

– Пожалуй, такую боль я готов терпеть всю жизнь.

Я сжала бёдра, ощутив спазм в промежности, и уселась прямо на его твёрдую выпуклость.

– Малышка, ты меня убиваешь… – хрипло прошептал он.

Я не понимала, что за ощущения охватили каждую клетку моего тела. Но инстинкты подсказывали, что лучше не останавливаться, поэтому я начала легонько тереться о него.

Господи, как приятно…

– О боже… это… – сбиваясь, одними губами произнесла я.

– Это танцы, малышка. Грязные танцы, – и с этим словами он оторвался от стены и снова прижался к моим губам.

Одна его рука оказалась на моей шее, другая на бёдрах раскачивала меня. Я увереннее ответила на его поцелуй, лаская его язык. Майкл застонал мне в рот и крепче прижал к себе. Мне казалось, что мы сейчас воспламенимся. Было так жарко и душно. Но боже как прекрасно…

Майкл оторвался от моих губ и принялся целовать подбородок и шею. Видимо, моё тело знало, что нужно делать. Я выгибала шею ему навстречу, положив руки на его плечи.

– Малышка моя, ты сокровище, – шептал он, прерываясь от поцелуев. – Ты невероятная, невозможная, сладкая, вкусная.

– Боже, Майкл… Это ведь плохо то, что мы делаем? – вырвалось у меня.

Он застыл.

Вот блин!

Нет, правильнее сказать: «Вот чёрт»! Пора начинать материться, как мне кажется. Это ж надо было такой момент испоганить, точнее просрать, своей неопытностью!

– Почему плохо? – серьёзно спросил он, нахмурив брови.

Господи, зачем я это ляпнула?! Ведь мне никогда в жизни не было так приятно.

– Я… не знаю. У меня нет никакого опыта в этом, – честно призналась я. – Понимаешь, я ни с кем не спала, ни с кем не целовалась, ни с кем не танцевала подобных танцев или вообще любых танцев.

Внезапно слёзы появились в глазах. Я чувствовала себя такой уязвимой рядом с ним, хоть и защищенной. Что странно, ведь я его практически не знала. Но из-за своего пуританского воспитания и нахождения наедине с таким сексуальным и опытным парнем, который почему-то смотрел на меня, как на восьмое чудо света, мне показалось, что я совершенно голая перед ним.

Что со мной такое?!

Я уже второй день подряд плачу перед ним, хотя он не обижает меня. Скорее наоборот. Своими комментариями он взывал к моей спящей уверенности в собственных силах. Он почему-то старался помочь мне и ни разу не дал повода усомниться в нём.

– Тебе сейчас не понравилось? – обеспокоенно спросил он, поглаживая моё лицо.

– Понравилось, – призналась я, наверняка краснея.

– Тебе было хорошо?

Я кивнула.

– Я тебе приятен?

Закрыв глаза, кивнула.

– Тогда почему ты решила, что это плохо? – с такой нежностью спросил он, что слеза сама выкатилась из-под опущенных век. – Малышка, ты меня убиваешь… Я тебя второй день до слёз довожу, – горько произнёс он.

– Дело не в тебе, а во мне. Я ничего не знаю и не умею. И при этом решила привлечь внимание самого популярного парня в классе! Это всё бред какой-то! И попросила тебя поцеловать меня! Да я такого никогда не делала! – с отчаянием в голосе выпалила я.

Майкл внимательно изучал моё лицо, держа в своих крепких объятиях. Фильм тем временем, кажется, подходил к концу.

– Ты начала открываться. Не бойся этого. Это и есть ты. То, что ты сделала и попросила – не плохо. Это естественно. Ты почувствовала себя в безопасности и доверилась мне, чему я несказанно рад. Я тебя не осуждаю. Ты прекрасна, Грейс, – искренне прошептал он, впервые назвав меня по имени. И моё имя из его уст прозвучало как-то по-особенному мягко.

Я попыталась улыбнуться. Но мне нужно время и пространство, чтобы обдумать, что я творю и нужно ли мне продолжать это обучение. С ним я правда чувствую себя защищённой. Но ведь мне нравится другой парень.

Как такое возможно?

– Я, наверное, пойду домой. Спасибо за… фрукты и фильм. И всё остальное, – неловко пробормотала, сползая с его бёдер.

Он спокойно разжал объятия, выпустив меня. Но его взгляд больше не горел.

– Ты продолжишь учиться или больше не хочешь? – с печалью в голосе поинтересовался он.

– Я подумаю.

Встала и начала быстро собирать свои вещи, стараясь не смотреть на него. Голова кружилась, мне было ужасно жарко. Хотелось на свежий воздух. Как-то всё вышло из-под контроля. Я же не могу целоваться с одним и быть тайно влюблённой в другого! Знала бы моя мама, что творится в моей жизни, она бы цианида напилась. Или меня заставила выпить.

– Возьми, пожалуйста, пирожные. Ты их так и не попробовала, – едва слышно произнёс Майкл и протянул мне пластиковую упаковку.

Я кивнула, схватила их и выбежала из танцевальной студии.

Господи, мой первый поцелуй состоялся в восемнадцать лет с парнем, который решил научить меня двигаться под музыку и раскрепощаться, чтобы привлечь внимание другого парня!

Вот это поворот.

Глава 6

Майкл

Я влип по самые уши. Мне не выбраться из этого. Да и не хочется, если честно.

Грейс идеальна для меня. Она настолько невинна, что это сбивает с толку. Но я чувствую, какой пожар горит внутри её. Я нутром чую, что она тот самый тихий омут с чертями в нём. И я жажду познакомиться с ними, подружиться и поиграть.

Только давить на неё я не могу, не хочу и не имею права. Она и так подарила мне свой первый поцелуй, что я чувствую себя выигравшим в лотерею, чёрт возьми. Так что надо притормозить и дать ей свободу. Я не писал и не звонил ей эти два дня.

Она мне тоже, естественно.

Боже, её губы сводят меня с ума. Никогда в жизни не испытывал такого дикого удовольствия от обычного поцелуя, а опыт у меня в этих делах присутствует. Не хочу хвастаться, но многим девушкам нравятся латиноамериканские мужчины, поэтому от дефицита внимания я никогда не страдал. Однако мне нужна моя невероятная Грейс.

Только вот она вбила себе в голову, что поступает плохо из-за этого грёбаного Тома! Да где он и где она! Он будет счастлив от внимания какой-нибудь чирлидерши, а не от моей малышки. Я ничего против чирлидерш не имею. Они хорошие девчонки, как раз для Тома.

Грейс же птица совсем другого полёта. И подход к ней нужен совсем другой. А у таких парней, как Том, подход ко всем одинаковый. Они уверены в своей охеренной крутости и не удостаивают достаточным вниманием девушек. Грейс, ввиду своей неопытности, этого не понимает. Но как я могу ей это объяснить, если мне нужно заманить её?! Да к тому же она не поверит мне. Поэтому придётся подыгрывать.

Вся фишка в том, что я уверен, что он обратит на неё внимание. Иначе просто быть не может. Она уже начала открываться. Скоро это и все остальные заметят.

– Ты забыл назвать меня тупицей, – ворвался в мой мозг голос Джея.

Тайлер, сидя напротив, фыркнул.

Мы пришли на обед в столовую. Мы все учились в одном классе и за последний год стали общаться ещё ближе. Точнее, Джей стал ближе с Тайлером. Со мной он давно дружил, но всегда держался в стороне от других. В последнее время он стал подпускать к себе и других людей. В нашей компании бытовало мнение, что благодаря мне все держатся рядом, и если бы не моё неуёмное стремление сплачивать вокруг себя людей, то никто бы так близко не общался друг с другом. Ну что я могу сказать?! Я люблю общение и смех, а ещё люблю, когда люди вокруг меня счастливы. Мне нравится наблюдать за всеми и замечать то, что другие упускают из виду. А таких мелочей, поверьте много, вагон и маленькая тележка.

Например, я точно могу сказать, что Тайлер сходит с ума по Сидни, хотя он отрицает это. Притом очень давно. А Сидни в упор этого не замечает, считая Тая лучшим другом и доверяя ему больше, чем мне. Я, естественно, ничего против не имею, но мне порой становится обидно за парня, который задницу свою рвёт, чтобы у его подруги не было проблем в школе. Он порой ночами не спит и делает за неё какие-то проекты или, сидя рядом со мной на уроке, сдаёт тест за неё. И это притом, что из-за харизмы Тайлера по нему сохнет половина школы. Он, конечно, не брал целибат и одаривал своим вниманием некоторых девушек, чтобы сперма в голову не била, но мечтал только об одной что бы он ни говорил.

Или к, примеру, Дэвид. Наш роскошный баритон, который каждый концерт поёт, не сводя своих зелёных глаз с Триши. Вот скажите мне, в какую задницу надо засунуть глаза, чтобы не заметить этого?! Только Дэвид утверждает, что он всего лишь присматривает за ней. Ну-ну. А Триша, которую я знаю практически с пеленок, с недавних пор начала встречаться Шоном. Они на ровном месте создают себе проблемы, а потом тратят драгоценное время на их решение.

Всё, я их раскусил. Расходимся.

Ну а Джей…

Повернул голову к нему и улыбнулся на его комментарий, что я забыл произнести сегодня его новое прозвище.

Однако он правда тупица, вам так не кажется?! Не увидеть очевидного, что он по уши влюбился в Хлою, и так всё смачно просрать!

Тупица!

– Соскучился что ли?! Скажи, что это прозвище за три недели стало твоим вторым именем? – саркастично пошутил я.

– Да, это не даёт забыть мне, что у меня есть настоящий друг, который никогда не забудет, что я сделал, – выдал он с таким же сарказмом.

– Ты делаешь успехи, тупица. Смотри какие длинные предложения стал говорить! Молодец, тупица, так держать! – смеясь, похлопал его по плечу.

Тайлер улыбаясь, покачал головой.

Тупица покосился на меня и закинул в рот кусок мяса.

– Тайлер, осталось тебя разговорить и дело сделано, – обратился я к нему.

Он и раньше не был болтливым, но сейчас стал совсем немногословным. Только в качалке мог поболтать, что кстати не всегда вовремя. Ну или с Сидни.

Что-то подсказывает мне, что передо мной сидит тупица номер два. Сколько он ещё будет тупить, мне не понятно. Словно яйца свои высиживает. Но он же не курица, в самом деле! Значит, тупица.

– А зачем меня надо разговорить? Я человек дела. Лучше поступками докажу и покажу, кто я такой, – бросил он и тупица номер один ударил кулаком тупицу номер два.

Они невыносимы.

–Ты чего тут кулаками стучишь, тупица?! Твой поступок мы все оценили, – пошутил я, метнув в Джея свой красноречивый взгляд. Он мгновенно побледнел.

Чёрт…

Обидеть его я не хотел. Я и так ему морду начистил, что он был похож на пугало после конца света. Этого вполне достаточно. Я не собираюсь тыкать его лицом в это дерьмо до конца наших дней, само вырвалось. Но получилось не очень.

– Извини, брат. Само вырвалось, я не хотел задеть тебя, – искренне извинился я, посмотрев на него.

Вот же чёрт! Вы бы видели его взгляд сейчас – он словно затравленный зверь. Перестав жевать, он смотрел мне прямо в душу, и я отчётливо видел страдания и невыносимую боль, с которой ему сейчас приходится жить изо дня в день.

– Джей-тупица-брат, прости! Правда. Я после выходных сам не свой, вот и сорвалось с языка. Обещаю, кроме своего прозвища, я больше ничего не ляпну, – толкнул его плечом, старясь разрядить обстановку и загладить свою вину.

Я помню, как он выл, сидя в коридоре и прислонившись ко мне.

Честно? Тогда я хотел выть вместе с ним. Никогда его таким не видел. Ему реально было больно. Не от моих ударов, а от своего поступка. И после этого, я ему и слова на эту тему не сказал. Он всё-таки мой друг. Правда пару недель между нами всё же ощущалась нетипичная для нас прохлада, а мы ведь с пяти лет знакомы и многое прошли вместе.

Если честно, для меня Джей образец настоящего воина. Его детство было одним сплошным, кромешным и беспросветным адом. Никто, кроме меня, не знал его историю, и я всегда был готов подставить своё плечо и полезть вместе с ним в любую драку, затеянную им. Именно поэтому, зная его непростой путь, мне так обидно, что он своими же руками испортил своё будущее, которое у них с Хлоей могло получиться.

– А что у тебя случилось на выходных? – после небольшой паузы поинтересовался Джей, то есть тупица.

Я покосился на него, потом на Тайлера. Я им доверял. Конечно, подробности им знать не обязательно, но поделиться хотелось.

– Я начал танцевать с Грейс, – на одном дыхание выпалил я. – Наш танец плавно переходит в то русло, которое я хочу. Безумно хочу.

– Ну, так это ж хорошо, разве нет? – спросил тупица.

– Безусловно. Но она мечтает о другом. Помнишь этого зализанного, который вечно всех подрезает на дороге, показывая своё плохое воспитание и неуважение?

Он кивнул, а Тайлер тихо рассмеялся.

– Вот он предмет её воздыханий. И она мечтает, чтобы он её заметил, – пояснил я, ощутив прилив адреналина и желания надрать задницу этому Тому, чтобы он даже не думал смотреть в сторону моей малышки.

– Ни хрена себе. На кой чёрт ей этот дебил?! – в свойственной ему манере, произнёс тупица.

Но я с ним солидарен.

– Хрен знает. Хлоя говорила, что Грейс никуда не ходит, а этого упыря видит каждый божий день на занятиях. Вот, видимо, и пересмотрела, – обреченно ответил я, но от моего внимания не ускользнуло, что при упоминании имени Хлои, тупица резко перестал жевать и замер.

– Прерывая ваши бабские сплетни, скажу, что предмет твоих воздыханий сидит в другом конце столовой с Сидни и Тришей и каким-то придурком. А зализанный за соседним от них столиком, – вклинился Тайлер, выдав вести с полей.

Я обернулся. Мои глаза сразу нашли её затылок. Она сидела с идеально прямой спиной и высоким хвостом, который волной спускался по позвоночнику.

Красавица…

– Ты серьёзно запал на неё, да? – спросил тупица, проследив за моим взглядом.

– Что, так заметно?

– Учитывая, что я только учусь всё замечать, даже мне это видно, – усмехнулся он.

– Майк, ты из нас самый общительный и проницательный. Не думаю, что у тебя возникнут проблемы с ней. Это нам с Джеем всё приходится познавать по ходу дела, а у тебя в крови очаровывать, – произнёс самую долгую речь Тайлер, который реально редко говорит, но до фига времени проводит в компе.

Я улыбнулся. Хорошие у меня друзья. Засранцы, но, чёрт возьми, хорошие!

– Здорова, еле нашёл вас. – Подошёл ещё один друг, Дэвид.

– Здорова, а мы без тебя ведём себя как курицы, сплетничая о девушках, – хохотнул я.

Он улыбнулся и сел рядом с Тайлером.

– Значит, наша группа поспособствовала налаживанию и твоей личной жизни тоже?! – прищурившись, поинтересовался Дэйв.

Я покосился на тупицу, он опять застыл. Да, слово «тоже» было обращено в их с Хлоей сторону.

Дэвид тоже это заметил, но не отреагировал. Он устроил ему бойкот, игнорируя любые дружеские проявления. Мучал бедолагу Джея не по-детски. Например, специально изменил их репертуар в последнее время, что теперь они преимущественно исполняли любимые песни Хлои. Я ему как-то сказал, чтобы он не переусердствовал, на что Дэвид пообещал мне скоро закончить. Как он сказал, что просто хотел его немного проучить. По-моему, Джей и так уже осознал, что он сделал, и подобные нравоучения лишь больше загоняли его в тупик.

– Да, спасибо за выступление и песни. Всё как-то удачно совпало… – не успел я договорить, как меня перебил Тайлер.

– Майк, я не знаю, что за херня там творится, но тебе, наверное, надо вмешаться, – напряженно проговорил он, смотря за мою спину.

Я резко обернулся и увидел, как этот придурок, который сидел с Грейс за столиком, обнял её, что-то говоря ей. Но поза Грейс говорила о том, что ей это неприятно. Она упёрлась рукой в его грудь, пытаясь оттолкнуть его.

Зализанный, сидящий за соседним столиком, молча наблюдал за этим.

Естественно.

Боится причёску испортить, видимо.

Не раздумывая, подорвался и направился к ним. Подходя, я услышал робкий голос Грейс, которая просила его убрать свои руки. Сидни и Триша тоже говорили ему, но он не слушал, пытаясь приблизить своё рыло к этому милому личику.

Кровь забурлила в моих венах, что в голове появился характерный шум.

Подошёл к нему и, вцепившись в его толстовку, поднял за грудки.

– Ты, мать твою, глухой или тупой?! – прогремел я на всю столовую. – Ты не слышал или не понял её слов?!

Не отпуская его, хорошенько тряхнул и прижал к стене.

Все затихли. Каждый мой мускул напрягся, взгляд сосредоточился на его бегающих глазах.

– Какого хрена ты распускаешь свои клешни?! Проблем захотел?! Зубов много отрастил?! Я могу это исправить! – прорычал ему в лицо и ещё раз тряхнул его.

– Я… не… это она, – пробормотал этот кусок дерьма.

– Что ты сказал?!

Он серьёзно решил обвинить Грейс?!

– Я…

– С этого момента ты даже не смотришь в её сторону. Если я узнаю, что ты посмотрел или, не дай бог, коснулся её, тебя будут ждать большие проблемы. Гигантские. А теперь подошёл и извинился перед ней, – отпустил и подтолкнул его к Грейс, которая сидела, чуть приоткрыв рот, и смотрела на меня со смесью волнения и облегчения.

Малышка.

– Грейс… и-и…и-извини меня… пожалуйста, – проблеял этот кретин и покосился на меня.

– Свободен, – рыкнул я, и он рванул с места.

Ссыкун хренов.

Hijo de puta!⁸

Грейс едва заметно улыбнулась, заливаясь краской и опустив глаза.

Подошёл к ней и присел рядом на корточки, пытаясь поймать её взгляд.

– Ты в порядке? – тихо поинтересовался, положив ладонь на спинку её стула.

– Да, спасибо тебе, – также тихо ответила она и робко взглянула на меня.

– Не за что.

Не дави на неё!

Если бы я только мог себе позволить сделать то, что так хотелось, то поверил бы в существование инопланетян. Но нельзя. Хоть её глаза и смотрели на меня несколько иначе, чем в нашу последнюю встречу, когда она спешно убежала из танцевальной студи. Тем не менее я не мог давить или манипулировать ею.

Немного помедлив, встал и пошёл обратно к своему столику, на ходу бросив взгляд на зализанного. Он ухмылялся.

Спорим, он теперь начнёт бегать за ней?!

Вот увидите. Мы, мужики, стадные животные. Куда один, туда и все.

– Майк, теперь она точно твоя, – слегка улыбнулся Джей. То есть тупица. Но когда он улыбается, то сразу становится похожим на человека.

– Ибо не хрен свои клешни из карманов доставать, – усмехнулся я и отпил воды.

– Майк, можно тебя на минутку? – раздался тихий голосок слева от меня.

Повернул голову и увидел её прекрасные глаза и нервно закусанную губу.

– Я же сказал, – пробубнил себе под нос тупица.

Поглядите, он теперь мастер в делах сердечных!

– Тебе можно всё, – ответил я с улыбкой и пошёл за ней, проигнорировав комментарий новоявленного гуру любви.

Мы вышли из столовой и пошли куда-то по коридору. Она остановилась около шкафчиков и повернулась ко мне лицом, но глаза опустила в пол.

– Я хотела ещё раз поблагодарить тебя. Он сегодня весь день донимал меня, – еле слышно говорила Грейс, и я стиснул зубы. – Я ему говорила, что мне неприятно, но он не слушал. Ты не должен был заступаться, но спасибо.

Мы, мужчины, всегда чуем, когда девушка начинает расцветать и сразу летим опылить этот цветочек. Поэтому я не удивлён, что она стала привлекать внимание посторонних ублюдков.

– Мал… – осёкся, вовремя вспомнив, что подобное обращение также может восприняться неправильно. – Грейс, не стоит меня благодарить. Любой нормальный парень заступился бы за девушку, когда подобное отродье распускает руки.

Она подняла глаза и устремила на меня голодный взгляд. Я прищурился, чтобы точно разглядеть. Но взгляд и вправду был голодным.

О чём она думает сейчас?!

Из её хвоста выбилась прядь, и я непроизвольно протянул руку, чтобы убрать её за ухо. Хотя мне и так нравится, но ужасно захотелось прикоснуться к ней. Грейс прижалась к моей руке, и её веки затрепетали.

Так вот, о чём ты думаешь!

Моя малышка…

Решив испытать судьбу, я быстро перевёл руку на её затылок, второй упёрся в шкафчик за её спиной и, прижав её к ним, поцеловал. Она застонала и быстро обняла меня за шею.

Моя.

Углубил поцелуй, чувствуя вкус манго. Я знаю, что она его не ела сейчас, но это был её вкус. Сладкий, спелый, сводящий меня с ума.

Член моментально проснулся и начал увеличиваться в размерах.

– Майк, – выдохнула она мне в рот.

– М? – промычал в ответ и продолжил изучать её рот. Такой желанный рот.

Мял её губы своими, покусывал нижнюю губу, оттягивал, затем нежно целовал место укуса. Её язык играл с моим, и она тихо постанывала. Прижавшись ко мне всем телом, девушка страстно отвечала на поцелуй.

Она быстро учится.

Опустился к её подбородку и аккуратно укусил, она вскрикнула и подставила шею. Провёл языком по ней от ключицы до мочки уха, обвёл её языком, перешёл на челюсть и вернулся к подбородку. Она задрожала всем телом и вжалась в меня. Приподняв её за попу и обвив ноги вокруг своей талии, я прижал её к шкафчику. Грейс всхлипнула и потянулась языком к моему уху.

Ух чёрт.

Это моё слабое место, чуть ниже под ухом одна из моих эрогенных точек. Она провела там языком, и я зарычал, крепче сжимая её бёдра.

– Грейс, ты меня убиваешь…

 Она схватила меня за волосы и начала усерднее лизать эту чувствительную точку.

– Малышка, если продолжишь, то я не смогу быть джентльменом, – простонал я, и вжал её в себя, ощущая жар её лона.

Она отстранилась и засмеялась, тяжело дыша. Её глаза сияли, личико было румяным, губы припухли от моих поцелуев, волосы выбились из хвоста. Она была потрясающа.

– Я не понимаю, что творю, но мне нравится это делать, – тихо призналась она.

– Тогда не останавливай себя, не останавливай меня и ничего не бойся. Доверься мне. Я не собираюсь давить на тебя. Просто продолжай танцевать со мной, ладно? – почти взмолился я.

Она кивнула и прильнула к моим губам. Такая лёгкая, такая изящная, такая… моя.

Моя ожившая мечта.

Глава 7

Грейс

Я не смогла устоять, и сама предложила Майклу потанцевать сегодня. После вчерашнего случая и его поцелуя, я обрела какую-то уверенность. Меня немного удивило, что на помощь с тем парнем, имя которого я даже не помню, мне пришёл именно Майкл, а не Том, который тоже был рядом и мог заступиться. Может, он просто не заметил происходящего или не придал этому значения?! Наверное. А Майкл так смотрит на меня, словно я всё, о чём он мечтал. Это придаёт мне смелость и желание продолжать.

Вечером и ночью я пересмотрела кучу обучающих роликов в интернете с базовыми движениями и шагами в бачате. Возможно, всё это вылетит из моей головы, как только он включит музыку и посмотрит на меня, но я честно старалась и подготовилась.

Мы встретились после уроков в студии и даже моё небольшое опоздание из-за непредвиденной встречи с преподавателем, с которым я должна была обсудить школьный проект, его никак не разозлило. Порой мне кажется, что Майкл святой.

Увидев его, я в очередной раз засмотрелась. Майкл имеет очень эффектную внешность. Шатен, высокий, широкоплечий, подтянутый с красивым рельефом мышц, которые виднелись даже через одежду. Кожа, явно благодаря его генам, имела красивый оттенок загара, а лёгкая щетина приятно покалывала, когда он меня целовал. Тёмно-янтарные глаза с золотистыми вкраплениями абсолютно всегда искрились жизнелюбием. Угловатая челюсть, волевой подбородок и прямой нос придавали ему мужественности. И совершенно обворожительная улыбка, которая на его в меру пухлых губах выглядела очень соблазнительно.

Да, учитель у меня настоящий сердцеед. О таких обычно поют в моих любимых песнях, что он внезапно появился, свёл с ума своей харизмой, очаровал, влюбил в себя и пропал.

Но мы с ним танцуем.

Это совсем другое.

Правда же?!

Майкл очень странно осмотрел меня с ног до головы и в задумчивости потёр свой подбородок.

– Что-то не так? – нервно спросила я, проходя в студию и стягивая куртку.

– Тебе нужны небольшие каблуки, для правильного движения бёдер, так удобнее будет, – объяснил он.

– Хорошо, в следующий раз возьму с собой.

Подойдя к нему, я повесила куртку на спинку стула и нервно поправила свои волосы.

– Готова? Как ты хочешь, чтобы мы начали? Мне показать тебе, или ты что-то посмотрела и хочешь сама попробовать?

– Посмотрела немного. Давай попробую показать, что я запомнила. Только ты, пожалуйста, танцуй со мной, – неуверенно обратилась к нему, посмотрев в его глаза.

– Поверь, я мечтаю об этом. Вставай перед зеркалом, я встану сзади для начала и буду повторять твои движения. Потом будем уже танцевать друг напротив друга, – дал инструкции Майкл и подошёл к док-станции.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь расслабиться.

Он включил песню Tu Hombre, Nicky Jam feat Daddy Yankee.

О Господи.

Почему у них все песни такие чувственные?!

Майкл повернулся и начал медленно подходить ко мне сзади, ловя мой взгляд в отражении. Положил руки мне на плечи и, наклонившись, прошептал касаясь моего уха:

– Расслабься, малышка.

Его руки опустились на мою талию, он слегка присел и начал пружинить на ногах.

Я прижалась к нему спиной, тоже слегка присев. И начала плавно двигать бёдрами влево-вправо-влево-тэп.⁹ Спиной почувствовала вибрацию от Майкла.

Немного отстранившись, чтобы лучше увидеть его глаза в зеркале, заметила, как он улыбался, но взгляд полыхал.

Ух!

Я продолжила двигать бёдрами на месте, его руки опустились на них, и он медленно повёл меня вправо. Сделав два шага, повёл влево. Я тёрлась о него бёдрами, спиной прижалась к груди, затылком упёрлась в его плечо и практически слилась с ним в этих чувственных движениях. В какой-то момент мы остановились на месте, продолжая плавно двигать бёдрами. Внезапно он резко встал напротив меня, притянул к себе и продолжил танцевать напротив меня.

Я расслабилась в его руках и почувствовала, что значит, когда партнёр ведёт тебя. Мне оставалось лишь крутить бёдрами в такт и делать шаги. Музыка, в принципе, с её чёткими битами этому способствовала. Майкл очень эротично двигал бёдрами и телом. Складывалось впечатление, что мы не танцевали, а занимались чем-то совершенно другим. Его правая рука направляла мои бёдра, от его тела исходил жар и потрясающий экзотический запах с нотками древесины. Этот запах я теперь ни с чем не спутаю. Он какой-то особенный. Ощущение, что он окружает тебя и убаюкивает, но при этом возбуждает.

Он внимательно смотрел в мои глаза и нежно улыбался. Не знаю почему, но мне показалось, что я давно его знаю и то, что мы сейчас делаем, – это абсолютно естественно и правильно.

Но я ведь его почти не знаю!

Когда я вчера смотрела ролики в интернете, то там говорили, что самое важное в этих танцах – это взаимоотношения между партнёрами. Если нет контакта, то танец не получится. Нужно чувствовать партнёра и доверять ему. Сейчас я понимаю, что доверяю ему. И, кажется, чувствую его.

Что странно, ведь я знаю о нём только сухие факты, рассказанные либо им, либо девчонками. Вчера, кстати, за обедом мне Сидни многое рассказала о Майкле и их детстве. Я узнала, что он ненавидит лук. Везде, где он есть, Майкл его обязательно вытащит. Ещё он терпеть не может, когда кто-то учит его жизни. Как отметила Сидни, это никак не связано с гордыней или чувством превосходства над другими. Нет. Майкл просто очень доверяет своей интуиции и всегда действует согласно своему внутреннему голосу, поэтому не понимает, как кому-то может прийти в голову лезть в его жизнь, не зная его самого и всех обстоятельств. Однако сам он обожает давать напутствия своим друзьям, которые не всегда к ним прислушиваются, отчего Майкл всегда бесится. Как добавила Триша, обычно, его интуиция никогда не подводит, и он любит акцентировать на этом внимание окружающих.

Исходя из сказанного, я понадеялась, что он опирался на свою интуицию, пообещав мне внимание Тома. Поэтому я совершенно не прочь прислушаться к нему и научиться тому, что поможет мне стать более интересной в глазах окружающих. Да и в своих собственных, если уж на то пошло.

Опустив глаза, сосредоточилась на его шее, на которой отчетливо пульсировала жилка. Вчера я позволила себе изучить это место языком и сейчас эти воспоминания вызвали невероятное тепло и трепет внизу живота.

Вообще, насколько я успела заметить, Майкл почти всё время носил джинсы и футболки с V-образным вырезом, сидящие по фигуре. Иногда он надевал однотонные рубашки, которые плотно облегали его мускулистый торс. А две пуговки около ворота всегда были расстёгнуты, демонстрируя тёмную растительность на груди. Вот и сейчас его открытая шея почему-то манила меня. Чем больше я общалась с ним, тем больше меня начинали пугать собственные мысли и желания. Я понимала, что в них нет ничего ужасного, но меня озадачивало, что они были направлены на него, а не на Тома.

Вот только сам Майкл, очевидно, ничего против не имел. Во всяком случае, вчера в школьном коридоре или в прошлый раз в этом зале он не пристыдил меня за мой порыв, а, наоборот, подхватил его. Возможно, он так общался со всеми девушками. А может, не хотел обидеть меня, видя мою никчёмность. Кто знает…

Песня закончилась, но заиграла следующая Hungry Eyes в исполнении Eric Carmen из фильма «Грязные Танцы». Невольно улыбнулась, а в груди разлилось тепло. Значит, он запомнил, что я хотела под неё потанцевать.

– Не останавливайся, – прошептал Майкл.

Я и не хотела!

Темп был умеренный, хотя я видела на видео-уроках, что для бачаты берут более быстрые композиции. Видимо, Майкл специально выбрал спокойный темп для начала. И это помогало не думать о шагах, а начать наслаждаться танцем.

Господи, какая же это потрясающая песня!

Как?! Просто как я раньше не слышала её?! Словно пещерное животное, вылезшее на свет божий, я познавала то, что люди давным-давно знали.

Мы, не останавливаясь, соприкасались бёдрами. Его руки стали поглаживать мои, и он резко отклонил меня от себя держа за одну ладонь, крутанул меня и снова прижал, продолжая держать темп и вести меня. Я сбилась и опустила глаза на ноги.

– Смотри на меня. Просто танцуй, – подняв мою голову за подбородок, наставлял он.

Я послушно уставилась в его глаза.

Какие они красивые. Они цвета тёмного янтаря с вкраплениями золотистого. Глаза удивительной красоты. Помню Хлоя называла их коньячными.

Пока я разглядывала его, Майкл водил правой рукой по моей спине и сильнее прижал к себе, просунув ногу между моих. Это очень эротично.

Вдруг он опять отклонил меня от себя, держа левой рукой, и я сделала поворот вокруг своей оси, но он не прижал обратно. А держал меня на расстоянии за руку и танцевал. Я подхватила и продолжила двигаться, глядя в его глаза. Он довольно улыбнулся и прижал меня к себе.

– Чувствуешь музыку? – поинтересовался он, не переставая двигаться.

– Кажется, да… – неуверенно пробормотала я.

– Тогда позволь своему телу делать то, что оно хочет, – сказал он и немного отстранился, но продолжая держать мою руку.

И я закрыла глаза. Плавно вращая бёдрами, подключила плечи. Мне показалось логичным танцевать всем телом. Расслабила шею и позволила голове двигаться в такт, улетая куда-то в свои мечты. Я почувствовала, что он отпустил мою руку и переместил её на бедро. Тогда я обеими руками плавно и медленно провела по бокам, поднялась к шее и откинула волосы назад, словно они мне мешали. Очевидно, я запомнила движения из «Грязных Танцев», потому что танцевала сейчас практически как главная героиня. Затем подняла руки над собой, расслабив кисти, сделала «змейку» ими. Его вторая рука присоединялась к моему бедру, он аккуратно держал меня, и я немного откинула плечи назад, делая плавные волнообразные движения, проводя руками по шее.

Мне захотелось быть ближе к нему, поэтому я сделала шаг вперёд и опустила сложенные руки за его шею.

Как хорошо…

Открыв глаза, увидела, что Майкл выглядел потрясённым и восхищённым. Его сияющие глаза излучали тепло.

Он прижался ко мне и, подняв руки с бёдер, обнял меня и слился со мной в танце. Его нос касался моего, я чувствовала его обжигающее дыхание и, клянусь, мне казалось, что я чувствовала вкус его губ! Как такое возможно – не знаю. Однако облизнув свои губы, я точно почувствовала Майкла. Он посмотрел на мои губы и вновь устремил свой ласкающий взгляд в мои глаза.

Кстати, вчера мы ещё созвонились с Хлоей, и она, узнав о наших танцах, поделилась забавной историей из их общего прошлого. Оказывается, однажды Хлоя с Сидни решили попробовать пиво и их с непривычки развезло после одной банки на двоих. Им было четырнадцать лет. Тайлер позаботился о Сидни, а Майкл на руках донёс пьяную Хлою к себе домой и прикрыл от её родителей, сказав, что они будут заниматься школьными заданиями. Хлое было плохо всю ночь, и Майкл просидел рядом с ней на полу в ванной, пока она избавлялась от содержимого желудка, рассказывая про красивые места в Пуэрто-Рико. Теперь она шутит, что пиво у неё ассоциируется с красотами этой страны, но пить она с тех пор не любит.

В итоге я смогла сделать один единственный вывод, что Майкл отличный друг и надёжный парень, который точно не бросит в беде близких людей. Таких, на самом деле, очень мало в наше время и мне было приятно, что я с таким парнем познакомилась. Особенно учитывая тот факт, что я в принципе редко с кем-то знакомлюсь.

Песня закончилась слишком быстро, а мне хотелось, чтобы мы не останавливались. Мне было так спокойно с ним, так безопасно.

– Малышка, ты способная ученица, – подмигнул он мне. – Хотя я тебе толком ничего и не показал.

Я рассмеялась, откинув голову назад.

– Я хочу ещё.

– Как скажешь. Под какую песню? Я тебе поставил не с быстром темпом, чтобы ты слышала музыку. Теперь можешь сама выбрать, – предложил он, указав он на док-станцию.

Я оторвалась от него и подошла к столу. Включила композицию Havana от Camila Cabello feat Young Thug, которую как-то слышала у Хлои в плеере.

Разулась и сняла кардиган, оставшись в джинсах и простом топе.

– Хм, это ты к чему такому готовишься? – пошутил Майкл, скользя взглядом по моей фигуре.

– Мне жарко и эта обувь не самая удобная для танцев, – улыбнулась ему.

– Ок. Я тогда тоже сниму обувь. Не дай бог на ногу наступлю тебе, ты же потом не вернёшься сюда, – пробубнил он, рассмешив меня.

Майкл довольно кивнул и поманил меня пальцем к себе. Я плавно подошла к нему и оказалась снова в самых сильных руках.

Третий танец стал ещё более интимным, но в то же время более уверенным с моей стороны. Я плавно скользила бёдрами в заданном темпе, а Майкл водил меня из стороны в сторону, делая по паре шагов влево и вправо. В какой-то момент, когда я оторвала ногу от земли и сделала красивое движение бедром навесу, он поймал эту ногу и задрал её повыше, вжимаясь в меня своим телом. Крепко держа меня, он начал на месте двигать бёдрами, и я быстро подхватила ритм. Тогда он отклонил меня немного назад, я послушно поддалась, подметая пол своим хвостом. Майкл провёл рукой по моей шее, между грудей и по животу, а затем поднял меня назад. Я встретилась с его глазами и перестала дышать.

Почувствовала выпуклость около своих бёдер и качнула бёдрами навстречу, не отрывая взгляда от его янтарных глаз. Он что-то сказал, но из-за музыки или моего грохочущего сердца я ничего не услышала.

Майкл подхватил меня на руки, обвил мои ноги вокруг своей талии и продолжил танцевать. Я тоже не остановилась. Он аккуратно отклонил меня назад, и я, выгнувшись в спине, повисла на нём. Совершенно расслабленная, держалась только ногами за его торс. Переместив одну руку мне на спину и придерживая, он медленно описал полукруг моим телом, продолжая двигать своими бёдрами.

Господи!

Такие штрихи в танцах самые сексуальные.

Затем поднял меня, и в его взгляде читалось удовольствие.

Наши лбы соприкасались, я обняла его за шею и начала сильнее тереться о него.

– Мне остановиться? – вдруг хрипло уточнил он.

– Нет, – шёпотом ответила ему.

И он тут же приник к моим губам, прошёлся языком по ним, затем зубами оттянул, укусил и поцеловал мою нижнюю губу. Он так делал и все три предыдущие поцелуя, и это самое приятное, что я испытывала в своей жизни.

Застонала в его губы и, осмелев, запустила руки в его волосы и кончиком языка провела по его приоткрытым губам.

– Малышка, ты невероятная, – простонал он и пошёл в сторону матов.

Аккуратно опустив меня на них, склонился надо мной и устроился между моих ног. Нежно поглаживая меня по скуле, он внимательно разглядывал моё лицо. Мне показалось, что он совершенно не собирался торопиться и ждал от меня знака. Грохочущий пульс в ушах, бешеное сердцебиение в груди, тянущая боль внизу живота – каждая клетка моего тела тонко намекала, что я хотела продолжения. Хотела нырнуть в неизвестность.

– Поцелуй меня, – взмолилась я.

Довольно улыбнувшись, словно именно этого от меня и ждал, Майкл приник к моим губам и наши языки встретились.

Внизу живота словно образовался горячий бетонный груз, я сжала бёдра и подалась ими вперёд. Майкл опустил руку к ним и вжал в себя ещё сильнее.

О да…

Я слышала только наши стоны, громкое дыхание и своё сердцебиение. Он гладил моё бедро, но мне было мало.

– Я, кажется, хочу чего-то большего, чем просто поцелуй, – задыхаясь, шёпотом призналась я.

Он изогнул бровь и легко улыбнулся.

– Ты мне доверяешь? – тихо спросил он.

Я кивнула.

– Если что-то будет не так, останови меня сразу же, хорошо? – серьёзно, но мягко попросил он, всем своим видом показывая, что ему можно доверять.

Опять кивнула.

Понятия не имела, что он задумал, но я правда хотела освободиться от этой ноющей боли внизу живота.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Нью-Йоркский Университет расположен в Нью-Йорке и считается одним из старейших и крупных исследовательских ВУЗов США. Здесь и далее примечания Автора.

Вернуться

2

Боже, дай мне терпения (исп.)

Вернуться

3

Всё хорошо? (англ.)

Вернуться

4

Блюда пуэрториканской кухни.

Вернуться

5

Девушка (исп.)

Вернуться

6

Боже мой (исп.)

Вернуться

7

Боже мой, малышка (исп.)

Вернуться

8

Сукин сын (исп.)

Вернуться

9

Акцентная точка при движении бёдер, когда его немного поднимают наверх. При этом вес с этой ноги убирают.

Вернуться