# Поспорь со мной

Элис Райт

Дэвид. Собранный и основательный. Или в нём всё-таки есть искра, зажигающая остальных? Может, он способен на бесшабашные поступки? Особенно, когда рядом она. Та, кто верит в него. Достаточно ли этой веры, чтобы он начал двигаться дальше?

Триша. Взбалмошная и творческая. Какая несправедливость, что основным источником вдохновения для неё служит тот, кто сильно обидел её в прошлом. Тот, кто постоянно затыкает ей рот. Только для некоторых поступков слова и не нужны.

## От автора

Привет!

Ты держишь в руках пятую книгу из серии «Роковая дружба», куда входят:

Непрошеный шанс

Потанцуй со мной

Второй шанс

Просто чувствуй

Поспорь со мной

Каждая история в цикле является самодостаточной, но тем не менее неразрывно связана с остальными. Поэтому рекомендую начать именно с книги «Непрошеный шанс», чтобы получше познакомиться с героями.

Для меня музыка является главным источником вдохновения, поэтому в каждой истории есть свой плейлист. Слушая эти композиции во время прочтения, вы сможете лучше понять и прочувствовать настроение героев.

Наслаждайтесь!

Плейлист

The Rasmus – In The Shadows – Главная тема Книги

Guns N’Roses – Don’t Cry – Главная тема Дэвида

Avril Lavigne – Girlfriend – Главная тема Триши

P!nk – U + Ur Hand

Eva Simons feat Sidney Samson – Bludfire

Bon Jovi – You Give Love a Bad Name

Van Halen – (Oh) Pretty Woman

Queen – I Want To Break Free

Whitesnakе – Is This Love

AC/DC – Are You Ready

The Cars – Magic

Black Stone Cherry – Burnin’

Maluma feat Don Omar & Wisin – Sin Contrato (Remix)

Def Leppard – I Wanna Touch U

Black Stone Cherry – Stay

Avril Lavigne – Complicated

AC/DC –Thunderstruck

Bon Jovi – I’d Die For You

Ken Hensley – I Don’t Wanna Wait

Bobaflex – Home

Avril Lavigne – Sk8er Boi

Metallica – The Unforgiven

Guns N’Roses – This I Love

Warrant – Cherry Pie

Fastball – The Way

The Rasmus – Guilty

P!nk – Get The Party Started

Guns N’Roses – Since I Don’t Have You

Whitesnake – Here I Go Again

Def Leppard – Two Steps Behind (String/ Acoustic Version)

Van Halen – Can’t Stop Lovin’ You

Enrique Iglesias – Hero

Nazareth – Love Leads To Madness

Juanes & Sebastian Yatra – Bonita


Все описываемые события, места, персонажи и ситуации являются вымышленными. Любое совпадение с реально живущими или когда-либо жившими людьми случайно.


## Глава 1

Триша


Ну вот и лето пришло. Все мои друзья вернулись в город. Через несколько месяцев начнётся моя учёба в университете в Калифорнии. Откладываю ручку в сторону, закрыв блокнот. Ребята на днях встречались в баре после того, как Тайлер и Сидни наконец-то разглядели друг друга, но меня там не было. У меня было другое важное дело. Просто очередная бесшабашная идея пришла в голову, и я её воплотила. Это абсолютно в моём духе. Поэтому сейчас язык ещё немного опухший и шевелить им, как и говорить, не очень просто.

Дэвид в городе. Я его особо не видела с отмечания моего дня рождения в этом году. Но знаю, что за это время он сделал татуировку. Представляете?! Этот хмырь, оказывается, умеет совершать подобные поступки! Сначала я подумала: «Какая красивая тату». А потом вспомнила, что он сделал со мной больше года назад на отмечании моего семнадцатилетия и решила, что она отвратительная, ужасная и безвкусная.

День рождение… Когда я возвращаюсь в тот день, то запрещаю себе анализировать или копаться в этом. Но порой это сложно. Так всё непонятно и обидно. Так всё нелогично как-то. Но иногда, очень редко, мысленно улетаю в прошлый год…


На весь дом гремит музыка, вечеринка в самом разгаре. Бабушка и дедушка уехали к друзьям, чтобы дать мне отметить день рождения как следует.

– Триша, пойдём танцевать, – тянет меня за руку моя сестра, Сидни.

– Я уже не могу, у меня ноги отваливаются. Я и так отплясываю половину вечера! Иди с Хлоей потрясись, – смеюсь, сдувая фиолетовую прядь со лба. Жарко блин, надо окна открыть. Я не присела с тех пор, как пришли ребята.

– С Хлоей?! Посмотри повнимательнее вон туда, – она кивком головы указывает в угол комнаты. – Ты думаешь, она отлипнет от него?! Или он от неё?! – смеётся сис, глядя, как Джей зажал Хлою и явно не собирался выпускать из своей хватки.

Он ей в пятницу спел песню In These Arms группы Bon Jovi и, надо признать, это было захватывающе. Попозже скину им видео, у меня, как обычно, всё записано. Вроде как они вместе, хотя точно нельзя сказать, ведь они не заявили об этом во всеуслышание. Когда они рядом, то вечно подкалывают друг друга, дерзят. А потом Джей зажимает её. Поэтому думаю, всё-таки они вместе. Глядя на них, можно подумать, что это такая прелюдия. Хотя, скорее всего, так и есть.

– Скоро присоединюсь, иди пока с Таем или Майком потанцуй, – ответив, прохожу мимо этой горячей парочки на кухню.

Сегодня мой день. Сегодня мне исполняется семнадцать. Но для кого-то я вечно «мелкая» и «глупая». Хотя по моей фигуре, не скажешь, что я «мелкая». Разве уверенная троечка – это мало?! Но для одного персонажа я не слишком взрослая и не слишком зрелая. Мой пирсинг в ухе, драные джинсы, цветные волосы лишь убеждают его в этом. Но разве внешность может говорить о внутреннем наполнении в полной мере?! Я не спорю, что мой внешний вид отражает меня, но не на сто процентов, в конце концов! Может, я таким образом, наоборот, прячу что-то? Может, мне просто нравится выделяться?! Может, мне просто насрать на чужое мнение?! Но нет, для него – я, чёрт бы его побрал, мелкая. Бесит прям.

Захожу в кухню, и, конечно же, по тупому стечению обстоятельств, он стоит там. Интересно, он пришёл, чтобы пошутить, что я стала на год взрослее, но внешне это незаметно? Что мой рост теперь пойдёт только вширь, ведь мои 165 сантиметров его явно не впечатляют.

– Как ты, мелкая? – началось! – Может, замерим твой рост? Вдруг выросла за ночь? – шутит Дэйв, хотя это он так думает, мне не смешно, поэтому я лишь закатываю глаза и лезу в холодильник за банкой колы. Но в последний момент передумываю и достаю алкогольный коктейль из вина и фруктового сока.

– Слушай, если ты пришёл, чтобы испортить мне настроение, то зря стараешься. Ты настолько серьёзный, сдержанный и обстоятельный, что с тобой можно только научные книги обсуждать, но никак не веселиться. Поэтому можешь не стараться, юмор не твой конёк.

После своей пламенной речи я отпиваю коктейль, прислонившись к столу. Мы одни здесь, он стоит, оперевшись о столешницу и уперев в неё руки по бокам от себя. Мы с ним постоянно спорим. По теме или нет. Не важно. Главное спорить и препираться.

– Твой язык слишком длинный для такой коротышки, как ты, – лукаво улыбается этот придурок.

Но моё ненормальное сердце всегда замирает, когда видит эту улыбку. Он не часто это практикует, он же серьёзный и деловитый весь такой. Он же будет учиться на юриста. Он же поёт только для того, чтобы занять время, ну и немного, совсем немного, кайфануть. Он же относится ко мне как к младшей сестре. Это он сам сказал, если что. А мой интерес к нему не совсем сестринский. Ха. Не совсем… Он совсем не сестринский. Какой там!

Он же невозможно красив! Шатен, зеленоглазый, высокий (чуть выше 185 сантиметров), спортивный. Волосы длиной до подбородка, которые он, когда он поёт или думает о чём-то, всё время зачёсывает назад. Прямые, графичные, тёмные брови, которые только подчёркивают зелёный оттенок его потрясающих глаз. А скулы?! Острые, чёткие, мужественные. А вкупе с волевым подбородком создается впечатление, что его лицо словно высечено из камня. А губы – это просто что-то с чем-то. Скульптурные, фактурные, чётко-очерченные.

Но самое главное в Дэвиде – это его голос. Вибрирующий, бархатный, тёплый, наполненный, богатый баритон. Он невозможно красив. Захватывает тебя в плен и уносит куда-то. Он такой глубокий и приятный, что мурашки сходят с ума и носятся по телу, как ненормальные. Он окутывает и согревает. Забирается в самую глубь сердца и остаётся в памяти навсегда. Его голос… Я его про себя называю «шоколадным». Почему? Не знаю, просто такая ассоциация. Когда пьёшь горячий шоколад, он обволакивает тебя, принося истинное наслаждение. Вот и его голос такой же. Его нельзя прятать. Им необходимо гордиться и делиться с людьми. Мне кажется, он мог бы стать одним из лучших вокалистов на сегодняшний день. Дэвид невероятно талантлив, это надо признать.

В общем, он очень хорош собой. И мой интерес к нему совершенно не как к брату. Дэйв мне нравится. На самом деле давно нравится. Однажды, я его увидела на игре в бейсбол за нашу школьную команду, куда нас с Хлоей позвал Майкл. Ему тогда было пятнадцать. Я его увидела и влюбилась. Дурочка, знаю. Мне было четырнадцать лет. Что я могла с собой поделать?

Потом изредка видела его в школе, но он особо не замечал меня. А я писала стихи, думая о нём, засыпала с мыслью о нём. Короче, я прям дура! Прямо настоящая такая дура, которая влюбилась в местного красавчика-спортсмена-певца. Как вы понимаете, таких, как я, у него вагон и маленькая тележка. Поэтому я тщательно скрываю свои чувства. Постоянно спорю с ним, чтобы не показать свои истинные эмоции.

– Слушай, Дэйв, можешь пытаться задеть меня сколько твоей душе угодно, это всё бла-бла-бла, – для убедительности на руках показываю его пустой трёп. – Сегодня мой день, и ничего мне его не испортит. А мой язык кому-нибудь может очень даже понравиться, – и показываю ему этот самый язык, для наглядности.

Прищуриваясь, он улыбается.

– Не сомневаюсь. Но ты слишком мелкая, чтобы демонстрировать его, – парирует этот важный и довольный своим остроумием тип.

Отталкиваюсь от стола и подхожу к нему. Приходится задирать голову, ведь я, чёрт подери, мелкая.

– Поёшь ты лучше, чем общаешься с девушками, – шиплю на него.

– Поверь, никто не жаловался, – улыбается, придурок.

– На меня твои чары не действуют, – довольно улыбаюсь и отпиваю коктейль.

Провожу языком по губам, слизывая капельки жидкости. Дыхание Дэйва сбивается, грудь начинает высоко вздыматься.

– Тебе рано ещё пить алкоголь, – более низким, чем обычно, голосом произносит он, смотря на мои губы.

– Тебя забыла спросить, братик, – сладко улыбаюсь и ещё отпиваю.

Много так отпиваю, показывая ему, что могу делать всё, что хочу. Он неотрывно смотрит, но в итоге не выдерживает и выхватывает у меня коктейль.

– Хочешь ночь около унитаза провести? – сдвинув брови к переносице, рявкает он и убирает мой напиток себе за спину.

Ну уж нет! Я буду веселиться!

– Да пошёл ты! – разворачиваюсь и, прихватив из холодильника ещё один коктейль, вылетаю из кухни и иду в гостиную, где все танцуют.

Хлои и Джея нигде не видно. Сидни что-то воодушевлённо на руках объясняет Таю, а он с улыбкой смотрит на неё. Моя школьная подруга Вивиан танцует с моим одноклассником Говардом. Алекс и Мэтт над чем-то ржут. Люк со своей девушкой воркует на диване. Майкл заинтересованно наблюдает за мной.

Подойдя к проигрывателю, включаю песню U + Ur Hand моей любимой Pink. Он не испортит мне мой день!

– Давай, младшенькая! Давно пора побеситься! – вопит Сидни, подскакивая ко мне. Мы начинаем прыгать и орать песню. Тай тихо смеётся, глядя на нас.

У входа в комнату замечаю вошедшего Дэйва. Стоит и неотрывно смотрит на меня, прислонившись к дверному косяку и засунув одну руку в карман. В его взгляде читается интерес. Но он словно не хочет позволить себе немного расслабиться и побеситься. Хоть капельку. Даже на сцене он обычно стоит и мало двигается. Это так нелогично для меня, ведь он молодой парень, который поёт рок-музыку. Вы когда-нибудь видели стоящих как истукан рок-певцов?! У меня вот есть тут один экземпляр из Красной Книги.

И особенно странным этот факт делает его взгляд, в котором частенько мелькает игривость, наслаждение, эйфория и даже восторг.

– «I’m not here for your entertainment,

You don’t really wanna mess with me tonight» [1] , – орём мы с сестрой, пока Майк ржет над нами, но подключается к нашему безудержному веселью. Вот уж кто любит отрываться и танцевать.

А мне почему-то очень хочется смотреть на Дэвида. Он едва заметно покачивает головой, смотря исподлобья, словно наблюдает за проделкой своего ребёнка. Да хрен тебе! Я взрослая!

Вижу, как ко мне подлетает Говард и кладёт руку на мою талию.

– «It’s just you and your hand tonight» [2] , – довольно кричу я, пока Говард прижимает меня ближе к себе, встав позади.

А я кидаю свои огненные стрелы в сторону Дэйва. Очевидно, он недоволен. Стиснув челюсти, он пристально наблюдает за мной и этим парнем. Начинаю извиваться и тереться спиной и попой о него, не переставая петь. Видишь, какая я взрослая, придурок?! На меня обращают внимание парни! Со мной танцуют! Я нравлюсь им, чёрт подери! Хватит опекать меня, козёл!

Честно? Меня бесит, что он постоянно указывает, что я младше его. У нас разница в год. Год! Но он считает себя охренеть каким взрослым по сравнению со мной. А всё почему? Потому что я люблю повеселиться и не скрываю этого.

– «I was fine before you walked into my life»[3], – подпеваю и делаю ещё глоток коктейля.

Голова уже кружится, перед глазами небольшая пелена. Хочется улыбаться и беситься. Вдруг руки с моей талии исчезают, и в нос ударяет знакомый парфюм, который всегда вызывает у меня мурашки. У Дэйва роскошный парфюм. Словно стоишь в лесу, где помимо кедра цветут апельсины и розмарин. Сложный, серьёзный, но с ноткой озорства. Да, ему бы не помешало разрешить себе хоть немного озорства или капельку безрассудства.

– Тебе пора остановиться, – шепчет мне на ухо, задевая своими губами.

– Тебе пора отвалить, – огрызаюсь я, на что он сгребает меня сзади в охапку и сообщает:

– Ты нарвёшься когда-нибудь, мелкая.

От его шепота, а может от алкоголя, по всему телу проходит мелкая дрожь. Спиной ощущаю его мускулистое и крепкое тело.

– Ты меня достал со своей тупой опекой. Ты только мешаешь мне, – выныриваю из его хватки и выбегаю из гостиной.

Мне надо привести себя и свои мысли в порядок. Я слишком нервничаю, когда он рядом. А из-за того, что он воспринимает меня как сестру, мне приходится держать себя в руках и не показывать виду, как он на самом деле влияет на меня и моё тело. Проходя мимо ванной, слышу странные звуки. По-любому там Джей с Хлоей. Зайдя в свою комнату, свободно выдыхаю. Он не знает, даже не догадывается, что я в него влюблена. Так и должно оставаться впредь. Не хочу выглядеть ещё более глупо в его глазах. И так всё более, чем печально.

– Я просто сказал, что тебе надо остановиться. Прятаться совсем не обязательно, – своим глубоким баритоном оправдывается Дэйв, заходя следом за мной.

Да что он прицепился?!

– Слушай, мне конвоир не нужен. Хочешь ты этого или нет, но я взрослею. Что ты привязался ко мне?! – нападаю в ответ, ведь так больше шансов, что он не поймёт, как нравится мне. Логично? По-моему, очень.

– Я всего лишь забочусь о тебе, – невозмутимо отвечает он, прислонившись спиной к комоду и немного расставив свои длинные ноги.

– А я не прошу этого, понял? Мне это не надо! Хочу – пью. Хочу – общаюсь с разными парнями. Хочу – говорю то, что вздумается. Ясно? – подойдя к нему, чеканю каждое слово и тыкаю пальцем в его грудь. Слишком мускулистую, чёрт подери, грудь.

Дэйв словно задерживает дыхание, опустив немного подбородок. Я же продолжаю стоять между его ног и смотреть на него.

– Ясно. Только будь аккуратна, когда пьёшь, – он резко наклоняется ко мне. – Общаешься с разными парнями, – опускает голову ещё ниже. – Говоришь то, что вздумается, – его лоб упирается в мой. – От этого могут быть последствия. Разные последствия, Триша.

Я чувствую его дыхание, но отойти или отодвинуться не могу. Я буквально стою в оцепенении и дышу им.

– Какие? – сипло спрашиваю, смотря в его зелёные глаза.

– Парни могут воспользоваться ситуацией, а ты совсем неопытная. Совсем мелкая. Совсем глупая, – шепчет он, не отодвигаясь.

– Это я-то глупая?! Что ты себе позволя… – Не успеваю договорить, как он притягивает меня к себе и впивается в мои губы.


Ух… Я была такой глупой и наивной. Такой мелкой. Такой дурой. Знаете, даже стыдно говорить об этом, насколько я была влюблена в него, что не замечала очевидных вещей. Этот парень не способен на что-то серьёзное, если мы говорим об отношениях и таком понятии, как любовь. Так-то он более, чем серьёзный. Он скучный. Он сухой, как пустыня. Или как рот после пьянки. Поэтичное сравнение, не правда ли? Но зато правдивое.

Интересно, он всё так же быстро бегает? После всего, что тогда произошло, он для меня больше не существует как парень. Он для меня только знакомый, который имеет слишком потрясающий голос и безумно-красивые глаза. Всё.

Он меня унизил. Он меня использовал. Он растоптал мою самооценку. Он разбил все мои мечты и надежды.

Больше я не фантазирую о нём по ночам. Больше не мечтаю. Больше не примеряю его фамилию на себя. Больше не представляю наших детей. Да и может ли он сделать этих детей, если он ни на что не способен?!

Хороший вопрос.

Но, всё, что ни делается – к лучшему. Ведь я потом познакомилась с Шоном. Он очень вовремя появился в моей жизни. Очень…


– Триша, ну пожалуйста! Хватит дома сидеть! Пойдём сходим потанцуем в клуб? –  уговаривает меня моя подруга Вивиан.

Я уже неделю не выхожу из дома. Ни в школу, ни на концерт в пятницу. Никуда. После ухода Дэйва из моей спальни (и, естественно, из моей жизни) меня накрыло волной отчаяния. Я спустилась к ребятам, которые продолжали отмечать мой день рождения, и делала вид, что всё хорошо. Не думаю, что кто-то заметил наше с Дэйвом исчезновение, разве что Майкл странно смотрел на меня, но обнимал и прижимал к себе, сидя на диване и вспоминая наши проделки из детства. Так и закончилась та вечеринка. Так и закончились мои мечты. Так и закончилось блаженное неведение.

Я решила, что Дэйв умер для меня. Ну как умер, он жив, конечно. Но как парень он для меня умер. Теперь он просто знакомый, который поёт в группе «Stream» в баре «Рок-Зона». Никаких больше фантазий. Однако мне нужно было время, чтобы собраться с новыми силами и продолжить жить, как ни в чём не бывало. Поэтому я дала себе неделю для стенаний и оплакивания своих разбитых грёз. Неделю я молчала, ревела в подушку, страдала, рвала волосы от отчаяния. Но кому будет интересно слушать про это, правда же? Мы же девочки сильные.

Считайте, что я сейчас вскинула кулак в торжествующем жесте и подмигнула вам!

– А куда ты хочешь пойти? – сдаюсь, даже не сопротивляясь.

Пора. Пора начинать жить. Пора взрослеть и больше не подпускать к себе мерзавцев.

– Помнишь тот клуб, недалеко от скейт-парка? Там неплохая музыка и публика.

– Тогда там через час, – договариваюсь с ней и отключаю звонок.

Я готова. Я хочу. Я должна.

В указанное время захожу в клуб, где молодёжь вовсю увлечённо танцует, пьёт и сходит с ума под очередной трек. Удивительно, но меня пропускают в подобные заведения, хотя я несовершеннолетняя. Может, я не такая мелкая?! Определённо нет, моя роскошная фигура тому доказательство и пропуск в подобные заведения.

За неделю моего затворничества отвыкла от такой движухи и большого количества людей.

– Эй, Триша! Я здесь! Выглядишь обалденно, – буквально вопит Вивиан. Согласна с ней. Я надела ярко-розовое неоновое платье по фигуре и грубые ботинки, сверху накинув пальто.

– Спасибо, Вив, что вытащила меня! Я хочу танцевать! Мне просто необходимо сейчас начать двигаться! – кричу ей на ухо.

В этот момент один трек плавно переходит в другой и начинает звучать Bludfire от Eva Simons feat Sidney Samson.

Вот оно! Вот это мне и надо! Сбросив пальто и повесив его на барный стул, иду прямиком на танцпол. Я люблю танцевать. При этом я просто двигаюсь, как хочет тело. Ничего заученного и отработанного. Только порыв тела и души.

Закрываю глаза, подняв голову, и начинаю двигаться под мощные биты и басы. Подняв руки над головой, медленно опускаю их и провожу по волосам, шее, груди и бёдрам. Моё тело не то плавно изгибается, не то ритмично дёргается. Улетаю куда-то очень далеко. Я не на танцполе, а в своём мире. Никого вокруг нет. Я одна. Кайф. Я молодая девушка, у меня всё ещё впереди. В какой-то момент начинаю ощущать, как вырываюсь из этой пелены отчаяния, что накрыла меня неделю назад. Я словно просыпаюсь и оживаю. Мой чертёнок, сидящий внутри меня, просится наружу и хочет поиграть. Ему надоело показываться только дома, теперь он хочет показаться всему миру.

– «Blud, blud, blud, bludfire» [4] , – ору припев, ощущая себя обновлённой и, я бы даже сказала, освобождённой от этого зеленоглазого наваждения.

Всё выходит наружу, исцеляя меня. Хрен всем мерзавцем! Меня не сломаешь! Я сильная! Я бойкая! Я классная! Думаешь иначе? Иди в жопу!

В этот момент ощущаю чьи-то руки на своей талии. Открыв глаза, вижу достаточно высокого и жилистого парня с татуировками на руках и пирсингом в брови. Он улыбается и смотрит прямо в глаза. Приблизившись ко мне, подхватывает мой ритм и начинает танцевать. При этом ведёт себя более, чем прилично. Не лапает, а скорее аккуратно придерживает и смотрит с абсолютным восхищением. На меня ни один парень так не смотрел. Его улыбка мягкая и естественная.

А почему бы и нет? Сцепляю руки на его шее и продолжаю двигаться в своём собственном темпе, захочет – подстроится. Его пальцы крепче сжимают меня, а я разглядываю его и понимаю, что он очень даже ничего. Симпатичный, кареглазый, со стильной стрижкой, словно он немного взъерошил свои русые волосы, и теперь они лежат в абсолютном хаосе.

Черты его лица плавные, разве что, нижняя челюсть достаточно остро очерчена. Прямой нос и брови, высокий лоб, в меру полные губы. Смазливая внешность, как бы сказала Сидни.

Мы танцуем вместе, изучая лица друг друга. От него пахнет морским прибоем около хвойного леса. Мне комфортно рядом с ним. На меня смотрят как на девушку, а не как на маленькую глупышку.

– Если ты скажешь, что у тебя есть парень, то разобьёшь мне сердце, ещё даже не зная моего имени, – говорит он мне на ухо, поглаживая мою спину.

– Нет, парня у меня нет, – улыбаясь, отвечаю ему, вдыхая его парфюм.

А что, мне нравится. Очень даже. Он более понятный, что ли, менее таинственный, чем у Дэйва. И это плюс. Хватит с меня серьёзных мерзавцев. Хочу обычного парня с обычным парфюмом.

– Я Шон. И надеюсь, что впоследствии ты станешь моей девушкой, – произносит он и улыбается с игривыми искорками в глазах.

– Триша.

Пора начинать жить настоящей жизнью, а не грёзами по тому, кто никогда этого не оценит. Я не игрушка, которой можно поиграть, а потом выбросить. Я человек. Я девушка.

Пора взрослеть.

Пора умнеть.

Пора жить.


Так вот я и начала свою новую жизнь. И продолжаю наслаждаться ею несмотря ни на что. Да, моя самооценка тогда пострадала. Да, я тогда была на грани. Да, все мечты тогда рухнули. Да, если мы оказываемся рядом, то вечно спорим и пререкаемся. Да, я его любила. Раньше любила.

Да, всё так.

Но я девочка сильная. Плюнула и пошла дальше.


## Глава 2

Дэвид


Завтра первое летнее выступление в баре. Снова все вместе, снова тёплый приём публики, снова кавер-группа «Stream» к вашим услугам, снова друзья рядом, снова воспоминания, снова недоумения, почему я не пою профессионально. Вот как им объяснить это? Как донести, что я не имею на это никакого права?

Мой голос, а он правда у меня есть, достался мне от моей мамы. Так же, как и характер. Она была очень весёлой и жизнерадостной женщиной, при этом могла вмиг стать серьёзной и очень сосредоточенной. Я был таким же, раньше. Хотя вы, наверное, сейчас в это не поверите. Уверен, что вы наслышаны о том, какой я, мать его за ногу, серьёзный, суровый, сухой, тупица и жираф. Всё перечислил или что-то упустил?! Классные у меня друзья, правда? Но истина в том, что сейчас я показываю миру только одну свою грань, а другая оживает лишь изредка. Вроде и посмеяться могу и пошутить, но теперь я крайне основательно отношусь к своему будущему и не разделяю мнение о лысых шарах. Куда уж без упоминания о них, верно?! Кто знает, тот поймет. Это всё мои друзья, придурки. Скажите им «спасибо».

Когда-то я был самым обычным подростком, который жил в счастливой семье, где царила любовь и гармония. Когда-то я был безрассудным, с неукротимым желанием творить и петь, открытым ко всему новому. Просто поверьте на слово, я правда таким был. Но в один момент, в одно мгновение, всё изменилось. Навсегда.

Дело было летом, был адский ливень. Мы с мамой шли из магазина, где купили винил Guns N’Roses для нашего проигрывателя. Они мне с самого детства нравились, если что. А мама, в свою очередь, поддерживала меня в моём увлечении музыкой. Папа, юрист по профессии, всегда говорил, что надо быть серьёзнее, а музыка для мужчины – это отличное хобби. Я не питал особых надежд сделать карьеру музыканта, мне просто очень нравилась музыка, поэтому все были довольны, и мы не спорили на тему, кем я стану, когда вырасту. Я хотел изучать историю искусства, либо стать архитектором. Серьёзно! Мне всегда было любопытно узнать, откуда взялось то или иное направление в искусстве и как оно повлияло на человечество, равно как и интересно разглядывать разные сооружения и представлять, какие я мог бы спроектировать самостоятельно. Короче, в общем и целом, мне хотелось оставить свой след в истории, наверное. Но это не точно. Хотя…

Так вот, обсуждая с мамой, как будем сейчас слушать мою любимую группу, мы собирались переходить дорогу, выглядывая из-под зонта. Навстречу шла пожилая женщина, которая уронила сумку с продуктами посреди дороги. Мама решила ей помочь. Я стоял рядом, когда увидел несущуюся машину. Дождь буквально лил стеной, я не знал, видел ли нас водитель. Начал тащить маму в сторону, но она говорила, что он притормозит перед нами. Когда до нас оставалось метров десять, а скорость у него не падала, я заорал, что есть мочи, пытаясь сдвинуть маму, которая поднимала рассыпавшиеся яблоки, будь они не ладны. Мама, наконец, обратила внимание на автомобиль и в следующий миг вытолкнула меня с дороги. А машина налетела прямо на неё. До сих пор помню этот звук и свой то ли визг, то ли крик.

Мама спасла меня, а сама умерла. Моментально. Прямо посреди яблок этой пожилой женщины, которая, кстати, поспешно удалилась после аварии. Я остался наедине с водителем и мёртвой мамой, у которой местами торчали кости. Мне было тринадцать. Я был в шоке и оцепенении. Водитель что-то говорил, но я не помню. По-моему, что это моя мама виновата, а он просто не увидел или не справился с управлением. Потом он сел в автомобиль и уехал. Я так и сидел на дороге, прижимая маму к себе и умоляя её встать и пойти дальше. Спустя какое-то время другой автолюбитель остановился и вызвал службу спасения. Но было уже поздно. Врачи сказали, что смерть была мгновенной. От удара её позвоночник был переломан в двух местах.

Впоследствии началось разбирательство, и папа, подняв все свои связи, нашёл этого водителя. Его посадили за убийство по неосторожности вследствие превышения скоростного режима, а также дальнейшее бегство с места преступления. Вроде до сих пор сидит.

Но с тех пор моя жизнь изменилась. Какое-то время я не пел. Мне даже говорить было сложно. Я не смог оттащить свою маму с дороги. А она меня спасла, толкнув в сторону. Почему я тогда не спас её? Почему не схватил за руку и не оттащил, приложив больше силы? Я же видел, как он несётся на нас! Почему я тогда словно тормозной жидкости обожрался? Почему это всё произошло со мной? Почему мама была такая отзывчивая и решила помочь женщине, которая потом буквально сбежала с места преступления? Почему водитель жив, а моя мама нет?

Моя мама работала учительницей в школе, где я учился. Преподавала музыку. После этой трагедии папа сказал, что я там больше учится не буду, потому что это слишком для меня и перевёл в другую школу. Так я попал в класс к Майклу, Джею и Тайлеру.

Майк сразу же решил познакомиться поближе. Я особо не возражал, мне было одиноко. Он же мне тогда предложил начать играть в бейсбол, мол, там весело и спортивные парни больше нравятся девчонкам. Не сразу, но всё же пошёл и втянулся. А Майк спустя год ушёл, сказав, что это не его. С Таем мы общались сначала только в классе, но потом начали и вне её стен пересекаться.

Но самую главную лепту в моё возрождение внёс, как ни странно, Джей.

Однажды, когда мне уже исполнилось четырнадцать, мы тусили у нашего знакомого перед Новым годом, и Джей решил поиграть на акустике. Я не знаю, что тогда двигало мной, на тот момент я не пел около полугода, но вдруг открыл рот и запел. До сих пор помню лицо Джея и остальных парней. Джей замер тогда и, в шоке повернувшись ко мне, сказал, что я: «Грёбаная будущая звезда и просто обязан петь». Я ничего не ответил. Но вы же знаете Джея. Если он что-то вбил себе в голову, то проще сразу сдаться. Но тогда я этого ещё не знал. С того дня он каждый день подходил ко мне и говорил: «Ты будешь грёбаным идиотом, если откажешься. Давай создадим группу. Не зарывай свой талант. Хотя бы попробуй».

Майк тоже наседал, но не так сильно. Он просто шутил, что я и спортсмен, и музыкант и, что отбираю у него всё женское внимание. Тай молчал и не лез ко мне. Этим он мне нравился ещё больше.

Спустя пару месяцев ежедневных приставаний Джея я сдался. Рассказал отцу, и он счёл это неплохой идеей. Нашёл нам репетиционную базу, мы нашли остальных ребят и начали играть. Репертуар у нас с первого дня был определён. Все хиты классического и хард-рока. Guns N’Roses мы тоже пели. Мне было тяжело, но я через силу, закрыв глаза, пел и посвящал каждую песню моей маме, вспоминая, как я тогда стоял около дороги с их пластинкой в руках, видя, как она подлетела от удара. Но она любила эту группу. Я тоже. Поэтому по сей день пою их. Так она ближе ко мне. Так я чувствую её присутствие и поддержку.

На репетициях, кстати, всегда было очень весело. Майкл просто не давал нам спокойно играть и расходиться по домам. А в компании Алекса и Мэтта каждая наша встреча превращалась в спектакль с шутками, танцами и ором. Это было неплохо, правда. Благодаря этим придуркам я начал вновь улыбаться. До сих пор в памяти всплывает момент, когда я весь такой серьёзный пел песню Radio Ga Ga группы Queen, а Майк, придурок, начал танцевать ча-ча-ча, пытаясь перекричать меня. Ему эта песня в то время очень нравилась. Короче, он орал без микрофона и танцевал, и я не выдержал. Я начал ржать, не в состоянии продолжать петь. Следом за мной со смеху покатились Алекс с Мэттом. Потом и Джей перестал стучать. Только Люк продолжал лабать[5] ритм на басу. Даже Тай ржал как ненормальный.

Кстати, песню мы допели хором, но не играя. А капелла[6], так сказать.

С тех пор я стал чаще улыбаться в окружении этих засранцев. Наверное, стал им больше доверять, не знаю. Мы сдружились и стали поддержкой друг для друга в разных жизненных ситуациях. Каждого из них я уважаю. Каждому из них всегда готов протянуть руку. Каждого готов вытащить из любой передряги. Они действительно важны для меня. Вот только не лезли бы они со своими советами из области отношений, цены бы им не было.

Кстати, бейсбол тоже остался со мной и даже в универе, где я сейчас учусь, я продолжаю играть. Я пошёл по стопам отца и поступил в Чикагский Университет изучать право. Это основательно и серьёзно. Как вы поняли, с историей искусства или архитектурой я попрощался. А музыка и спорт – это хобби. Честно? Если музыка со мной по жизни и вдохновляет меня, то бейсбол уже не радует, как раньше. В команде я на позиции питчера. Я тот чувак, который бросает мяч. Тот, кто должен просчитать стратегию и бросить так, чтобы заработать максимальное количество очков. Но если быть абсолютно откровенным, то мне надоел бейсбол. Реально надоел. В школе это было нужно, чтобы занять себя и свою голову. Но сейчас, в универе, мне хватает забот с учёбой, я там буквально головы не поднимаю от учебников. Короче, я пока в раздумьях, что мне с этим делать. Но для протокола, как будущий юрист, скажу, что меня, охренеть как радует моя жизнь, и я доволен тем, как я живу. Я будущий юрист. Юрист.

После гибели мамы я разрешил себе радоваться только иногда, в основном на репетициях. Когда перед выпускным классом нам предложили выступать в баре, то Джей сразу же сказал, что мы будем это делать. В тот раз я уже не спорил, ведь знал, что он всё равно своего добьётся. Мой отец опять помог нам.

Когда я впервые вышел на сцену перед публикой, то понял, что я всё ещё, мать его за ногу, живой. Я всё ещё чувствую. Только на сцене я позволяю себе тихую радость. Почему тогда я не пою профессионально, если я так люблю это дело? Потому что голос мне достался, так сказать, по наследству. Я ничего для этого не сделал. А тот человек, который передал мне его, умер. Точнее трагически погиб из-за того, что я не смог спасти его. Поэтому я не хочу петь на огромную публику. Поэтому моя жизнь теперь подчинена строгому графику, где есть место только учёбе и игре в бейсбол. Всё как по протоколу –чётко, предсказуемо, шаблонно, без неожиданностей и потерь. Поэтому я пошёл учиться на серьёзную профессию, чтобы своим умом чего-то достичь. Чтобы самому чего-то добиться, а не покорять тем, что мне просто досталось. Глупо? Может быть. Но для меня это слишком больная тема. Я хочу доказать, что помимо голоса, я и сам что-то могу. Хочу потом помогать людям, которые попадают в сложные ситуации. А это уже точно не глупо, согласитесь.

Вообще глупости разные позволительны только девушкам. Мелким оторвам всяким. Красивым оторвам. Сумасбродным и ярким девушкам с очень длинным языком. С обалденной фигурой, цветными прядями…

– Дэйв, кофе остынет. Ты где витаешь? – врывается голос отца, Хантера, в моё сознание.

Поднимаю глаза и вижу взрослого и пышущего здоровьем мужчину с добрыми серо-зелёными глазами. Цвет глаз мне достался от него, только у меня оттенок насыщеннее.

– Да так… Задумался, – улыбаюсь ему и отпиваю кофе.

– Красивая татуировка, – указывает он взглядом на моё левое предплечье.

Да, я сделал татуировку пару месяцев назад. Никогда не догадаетесь, что я набил. Ваши варианты? Меч? Архангел? Паутина? Две полосы, опоясывающие предплечье? Крылья? Пасть животного? Череп? Какой-нибудь орнамент? Ха, не угадали! Знаете, что? Крест, увитый розами. Рисунок выполнен в чёрном цвете и занимает всё предплечье, от сгиба в локте до запястья и выглядит очень реалистично. Удивлены? Я – нет. Крест, это как напоминание о том, что мы все смертны. Розы… Это для меня символ жизни, расцвета, красоты. Это моя мама. И это никак не связано с группой Guns N’Roses или кем-нибудь ещё. Хотя вы мне не поверите, я знаю.

– Спасибо, самому нравится. Давно думал, и вот решил, что пора.

– Понятно. Значит, всё лето ты будешь в баре?

– Да.

– Слушай, я хотел поговорить с тобой о Нэнси. – Отставив свою кружку, отец внимательно смотрит на меня.

Он уже некоторое время, чуть больше года общается с мамой Хлои. Ну как общается, они встречаются. Буквально на днях они сделали следующий шаг, отец переехал к ней, оставив мне наш дом. Сейчас он заехал, чтобы поговорить. Очевидно, именно об этом.

– Я слушаю.

Его взгляд сосредоточен, но в то же время кажется, что он волнуется.

– Я знаю, как тяжело тебе далось пережить смерть мамы. Поверь, мне тоже. Я её очень любил, – признаётся он, опустив глаза и сжав челюсти. – Я её до сих пор люблю и всегда буду, сын. Всегда. Этого не изменить. – Он поднимает на меня глаза, в которых стоят слёзы. Сглатываю ком в горле. – Но я принял решение, спустя пять лет, двигаться дальше. Поэтому переехал к Нэнси. Так и тебе будет больше пространства для манёвра, так сказать. Ты же тоже молодой мужчина, который захочет приводить девушек к себе, – слегка улыбаясь, говорит он.

Качаю головой и отвечаю ему:

– Пап, я не собираюсь никого приводить. Мне не нужны отношения. А насчёт вас с Нэнси я только «за».

– Правда? Ты не злишься на меня? – уточняет он, а я непонимающе смотрю на него. – Ну знаешь, обида, что я предаю память твоей мамы? Или что я должен быть один всю жизнь?

Ты – нет. Я – да.

– Перестань. Конечно, нет. Живи и наслаждайся. Ты видный мужик, она, судя по всему, невероятная женщина. Так почему бы и нет? – вяло улыбаюсь, думая о своём.

– Сын, правда, нельзя сравнивать твою маму и Нэнси. Они обе прекрасны. Но Нэнси совершенно невероятная, – с искренней улыбкой мечтательно произносит отец.

Да, я догадываюсь. Если она хоть немного похожа на Хлою, то отцу точно не скучно.

– Пап, я не против. Свадьба будет? – сделав глоток, интересуюсь я.

Мой вопрос явно озадачил его. Выражение его лица говорит громче любых слов. Когда-нибудь он решится на новый брак. Хотя я не люблю это слово. На новую семью.

– Свадьба? Я пока не знаю… Нам хорошо просто быть рядом. Она сама не так давно потеряла мужа. Поэтому с этим мы точно не торопимся.

– Хорошо. Но ты меня заранее предупреди, если вдруг решишься. Но я счастлив, что у тебя всё налаживается, – искренне улыбаюсь и допиваю свой кофе.

– Так у тебя, значит, никого не появилось? В университете, например? Или здесь? – прищуриваясь, улыбается он.

– Нет. В универе общался с разными. Но мне не нужны постоянные отношения.

Отец тяжело вздыхает, водя пальцем по ободку кружки и изучая моё лицо.

– Может, тебе тоже пора присмотреться к кому-нибудь? Одному совсем грустно жить.

– Мне одному нормально и привычно, пап. Не начинай. Мне друзей хватает, – раздражённо усмехаюсь я, вспоминая вечные подколы Майкла.

– Ну насколько я наслышан, у твоих друзей всё отлично в личной жизни. А настоящие друзья плохого не посоветуют… Может, прислушаешься? – подмигивает мне ещё один купидон.

– Хватит, – закатываю глаза я. – Это их жизнь и их выбор. Я свой тоже сделал. Мне не нужны постоянные отношения.

– Рано или поздно до тебя дойдёт, что без женщины всё в этом мире не имеет значения. Всё как-то слишком рутинно, уныло, серо и однообразно. А они своим появлением меняют всё. Ты начинаешь на привычные вещи смотреть под другим углом. Начинаешь жить и радоваться. Начинаешь стремиться к новым вершинам. Привыкаешь к их ласке и любви. Привыкаешь к заботе…

– А я как раз не хочу привыкать к этому, – перебиваю отца и его воодушевлённую речь в пользу отношений. Встав из-за стола, убираю грязную кружку в посудомойку. – Давай закончим на этом? Мне надо подготовиться к завтрашнему выступлению. Ладно?

Отец наблюдает за мной, но не комментирует.

– Ладно, – наконец отвечает, когда я поворачиваюсь к нему.

Но его взгляд говорит мне о том, что этот разговор не окончен и абсолютно точно ещё продолжится. Как обычно.

И друзья, и отец периодически лезут в мою личную жизнь. А этой жизни, считай, и нет. Секс на одну ночь нельзя назвать той самой личной жизнью, которую я себе представляю. С сексом проблем у меня нет. А остальное не имеет ко мне никакого отношения. Мне это не надо. Это всё прекрасно, но…

Всегда есть «но».

Кстати, раз уж я тут веду протокол свой жизни, как будущий юрист, добавьте в него: у меня очень насыщенная сексуальная жизнь. Ну прямо охренеть какая.

Вы даже не представляете, какая она. Уверен, если бы узнали, то сильно удивились. Разрыв шаблона просто. Короче, вы поняли. Хотя я знаю, что ни хрена не поняли. Но я ж юрист в будущем, как никак. Путать я умею.

Чёрт, на что я подписался больше года назад…


## Глава 3

Триша


– Ты ненормальная, клянусь! Ты что, просто шла такая и бах?! Решила это сделать?! Тай, скажи ей, что она ненормальная! – восклицает Сидни с пассажирского сиденья его машины. Ребята заехали за мной перед пятничным концертом.

– Малыш, вы обе ненормальные, – улыбается Тай, поглядывая на меня в зеркало заднего вида.

– Сис, а мне нравится! Тем более это не первый пирсинг в моей жизни и, может быть, не последний, – отвечаю ей, перекатывая металлический шарик во рту.

Да, я проколола язык неделю назад. Зачем? А фиг его знает. Захотелось. Пошла и сделала. Как говорит Сидни: «Бах и ого». Приблизительно так и было.

– Больно было? – не унимается она.

– Терпимо. А почему ты не в баре? Сегодня же твоя смена? – перевожу тему, разглядывая её профиль.

– Сегодня последняя смена одной девчонки, поэтому я там буду на подхвате. Но со следующей недели буду уже полную смену работать.

– Малыш, много смен не набирай, ладно? – улыбаясь, обращается к ней Тай.

Хоть я и вижу только их профили, но между ними такие импульсы бегают. Прямо ух! Они теперь живут вместе и не отходят друг от друга дальше, чем на пару метров. Честно? Я удивлена, что они раньше не разглядели друг друга. Хотя не так. Что моя сестра раньше его не разглядела. Ну, она просто тормоз. Думаю, вы это заметили. Она вечно что-то упускает и не догоняет. Тай же явно давно сходил с ума по моей сестре. А теперь он буквально сияет от счастья, много улыбается и всё время поглядывает на неё.

– Не буду. Хотя… Может, тогда ты меня накажешь? – игриво тянет Сидни.

О боже! Они ещё и наказывают друг друга?!

Тай смеётся и с любовью смотрит на неё.

– Только дай повод, – подмигнув, он тянется рукой к её ладони.

– Боже, вы такие милые, что противно! – кривлюсь, глядя на их переплетённые пальцы.

– У тебя есть Шон! Кстати, где он? – парирует Сидни, на что Тай лишь качает головой.

– Сегодня не сможет прийти, у него дома какие-то дела.

– Ну и отлично, – поглядывает на меня Тай.

– В смысле?! – нахмурившись, смотрю в его глаза через зеркало заднего вида.

– Концерт послушаешь внимательно.

Сидни качает головой в такт музыки, звучащей из проигрывателя, и ни на что обращает внимания.

Как обычно.

Мне кажется, моя сестра самая последняя заметит, что начался конец света. Она всегда на своей волне. Это правда иногда очень забавно. А иногда бесит, что она ничего не видит. Смешная она у меня.

Подъехав к бару, паркуемся рядом с тачкой Джея. В баре уже достаточно много посетителей, и Сидни сразу же идёт в подсобку, чтобы переодеться. Тай, обречённо вздохнув, смотрит ей вслед.

– Триша, как ты? – смеётся Майкл, обнимая сидящую на его коленях Грейс. За столом уже сидят Джей с Хлоей, Алекс, Мэтт, Люк.

– Отлично, Майк, – улыбаюсь я, и он прищуривается.

– Что за хрень у тебя во рту?!

Показываю ему язык, и он начинает ржать.

– Ты решила добить его, да? – улыбается Джей.

– Кого?! – непонимающе смотрю на него, пока сажусь за своё место.

– О, как круто! Покажи ещё раз, – восклицает Хлоя, и я опять высовываю язык.

Она меня всегда поймёт, мы с ней на одной волне. Только вот она ничего, кроме ушей, не прокалывала. Но ей всё это нравится на ком-то другом.

– Кого? Точно не твою «волшебную палочку», – хохочет Майк.

– Только не начинайте, – стонет Тай справа от меня.

– Да ну бросьте, тема палочек и пирожков очень интересна! А с проколотым языком, так это ж вообще другие ощущения, – играя бровями, подключается Мэтт.

Пирожок. Боже, только не надо обсуждать эту муть! Как вспомню, так хочется покраснеть, как Грейс, и провалиться сквозь землю. Ну какой пирожок, в самом деле?! Кто называет вагину подобным образом?! Почему именно мой Шон выдал подобную нелепость? Теперь в нашей компании слово «пирожок» ассоциируется со мной! Представляете, каково это? Не очень, скажу я вам!

– Тукан, просвети нас, – обращается к Джею Алекс, давясь от смеха. – Как в твою голову вообще закралось сравнение члена с клювом?!

Хлоя начинает истерически ржать, а Джей, уткнувшись ей в спину, трясётся от смеха.

– Джей здесь ни при чём! Это всё моё больное воображение, – хрюкает от смеха Хлоя.

Все разом поворачиваются к ней.

– Так это с тебя началось?! И лысые шары тоже? – восклицает Мэтт, вытирая глаза от подступивших слёз.

– Да, виновата я, – хохоча, кивает она.

Майкл и Тай заливисто смеются.

Да, забавные у меня друзья, ничего не скажешь.

– Но Майк же тоже бегает без шубки, – вставляет Алекс.

Тут все устремляют ошарашенные взоры на Грейс, которая начинает краснеть.

– В отношениях важен компромисс, – защищается Майк, прижимая к себе смеющуюся и красную, как помидор, Грейс.

– Придурки, опять над клювами ржёте? – вдруг раздаётся глубокий баритон за моей спиной. По коже тотчас проносятся мурашки.

– О, явился! Какой ты проницательный сразу стал! Говорю же титул тупицы творит чудеса, – гогочет Майк.

Дэйв обходит моё кресло и садится на своё место чётко напротив меня.

Отворачиваюсь, чтобы не разглядывать его. В прошлом году у него были более длинные волосы. В универе он явно решил стать ещё более взрослым, скучным и серьёзным и состриг их. Теперь у него очень стильная, но короткая стрижка. Ему идёт. Ему всё подойдёт, потому что лицо очень красивое. Но мне нравилось с длинными волосами. В этом что-то было. В этом был характер и темперамент, наверное. А сейчас он просто чертовски симпатичный парень с короткой стрижкой и обалденной, но уродливой, татуировкой. Ну и по хрен на него.

– Готов? Все слова повторил? Главное не забудь, что точно после перерыва ты поёшь Don’t Cry[7], – не унимается Майк, делая какой-то жест рукой и стреляя в него озорным взглядом.

Дэйв лишь обречённо качает головой, поглядывая на меня. Я не смотрю. Не хочу. Не буду. Но ладони предательски потеют. Они будут выступать всё лето. Каждую пятницу. Я и не хочу этого, и безумно предвкушаю. Непонятное чувство.

– Боже, у меня адреналин зашкаливает! Как же я скучала по нашим выступлениям! – визжит Хлоя.

– Детка, а я так скучал по тебе на этой самой сцене, – хрипло отвечает ей Джей, обнимая её.

Они теперь тоже живут вместе, сняв здесь небольшую квартиру. Выглядят они абсолютно счастливыми. Красивая пара. Очень харизматичные ребята.

– Пожалейте мои уши, – театрально завывает Алекс.

– За всё лето ты столько романтической херни услышишь, что либо твои уши отвалятся, либо ты поверишь в единорогов, – ржёт Майк.

Все смеются, даже Люк.

– Триша, ты будешь нас снимать? И вообще, где весь архив? Ты нас столько раз записывала и ни разу не показала, – обращается ко мне Мэтт.

Ох, да… Есть у меня архив. Но я стараюсь его не пересматривать.

– Архив дома. Но снимать вас не хочу. Смысл? – спокойно отвечаю ему, чувствуя взгляд Дэйва.

– Смысл есть всегда, – улыбаясь, вставляет Тай.

– Вот именно! Сними нас! Мы же год вместе не играли. Потом посмотрим как-нибудь, как мы все изменились, – подмигивает Алекс.

Чёрт… Ну а с другой стороны, это же всего лишь видео.

– Ладно, но не весь концерт! – сдаюсь я, на что они довольно улыбаются.

– Пора. Готовы? – обращается к ним Дэйв, и все радостно подскакивают и буквально бегут на сцену, толкая друг друга.

Боже, вот же придурки!

Дэйв поднимается на сцену, и публика начинает визжать и орать. Он улыбается им, смотря исподлобья. Вечно так делает, когда ему что-то нравится. Но при этом, он не разрешает себе радоваться на полную катушку. Суровый и важный будущий юрист, чтоб его.

Хлоя с гитарой наперевес стоит справа от него. Мэтт, Алекс и Люк слева. Джей позади.

– Добрый вечер, дорогие друзья, – начинает он, и все вокруг сходят с ума. Наш столик, особенно в лице Майкла, возбуждённо кричит. – Мы невероятно скучали. Целый год без вас – это, знаете ли, не просто. Мы вас, конечно, подразнили на Рождество, чтобы вы про нас не забывали. Надеюсь, вы соскучились, потому что мы планируем три месяца маячить перед вашими глазами и кричать в ваши уши. Если вдруг вы забыли, то я напомню: танцпол в вашем распоряжении. И мы очень любим, когда вы подпеваете вместе с нами. Готовы? – Зал вопит и аплодирует в ответ. – Тогда поехали, – даёт отмашку он, и ребята начинают играть You Give Love A Bad Name группы Bon Jovi.

Моё сердце предательски замирает. Они иногда играли эту песню до появления Хлои. Ребята с задором и восторгом начинают играть.

– Иди, снимай, – тыкает меня в плечо Майк.

Закатывая глаза, всё же беру телефон и подхожу поближе к сцене. Дэйв следит за мной взглядом, немного улыбаясь. Я просто буду снимать. Просто снимать.

Дыши. И. Снимай. Всё хорошо. Он меня больше не унизит.

– «An angel’s smile is what you sell…»,[8] – поёт Дэйв, смотря прямо на меня.

Его глаза сияют буквально, как два изумруда. Ему нравится петь, это очевидно. Я стою с камерой, покачивая головой в такт. Публика восторженно завывает с ним. На танцполе уже яблоку негде упасть, а ведь они только начали. Джей активно подпевает ему, яростно отбивая бит на барабанах. Хлоя орёт песню без микрофона.

– «Oh, you’re a loaded gun, yeah»,[9] – очень красиво тянет Дэйв. Алекс увлечённо играет на синтезаторе. Джей почему-то особо выделяет все междометия в песне, поглядывая на Хлою.

На припеве песню орут абсолютно все и на сцене, и на танцполе.

– «Shot through the heart and you’re to blame,

You give love a bad name,

I play my part and you play your game,

You give love a bad name…»,[10] – орём вместе с ними, а Дэйв указывает пальцем в камеру моего телефона.

Смотрю на ребят на сцене, и создаётся такое впечатление, что им этого реально очень не хватало. От них идёт сумасшедшая энергия. Помню, как год назад я узнала, что они будут здесь выступать, и пришла. Сидни тогда устроилась сюда официанткой.

С самого первого их выступления они влюбили в себя публику. Каждый посетитель этого заведения смотрел на них с восхищением. Хотя это всего лишь были восемнадцатилетние выпускники школы. Но они так выкладывались, так общались с публикой, что не влюбиться было невозможно.

Ну а про уровень профессионализма самой игры я вообще молчу. Тут каждый абсолютно точно на своём месте и делает всё чётко и с душой. Каждый из них настолько увлечён процессом, что это подкупает даже тех, кто не любит рок-музыку. Например, Грейс. Она ведь попсовая у нас. Была. Теперь она не прочь послушать старый рок в их исполнении. А значит, ребята хороши. Чертовски хороши. Прям готовая группа для собственного репертуара.

Дэйв, по сравнению с прошлым годом, стал больше двигаться по сцене и активнее петь руками, если можно это так назвать. Словно он пытается не только голосом, но и движениями что-то донести. Дирижёр прямо-таки. Видимо, и впрямь соскучился и меньше сдерживает себя.

Хлоя так отчаянно сейчас исполняет своё небольшое соло, что Джей, по-моему, готов сорваться с места, чтобы утащить её в подсобку. Да, определённо они все по-настоящему кайфуют от процесса, и это очень заразительно. Поэтому я решаю снимать их дальше. Ну а что?! Шона нет, телефон есть. Всё логично.

Глядя на Дэвида, опять невольно улетаю в свои воспоминания.

После того, что случилось, я старалась избегать его. Но Сидни притащила меня на их очередное выступление. Тогда я пришла с Шоном. Хлоя как раз уехала в Калифорнию. Обстановка была накалена до предела. Ребята в группе устроили Джею бойкот. А на нём лица не было. В прямом и переносном смысле. Он пришёл весь синий от побоев. Насколько я знаю, это Майк его тогда так разукрасил. Дэйв тогда всё время поглядывал на меня и Шона с недовольным видом, но особо не комментировал.

А мы с моим новым знакомым тем временем изучали друг друга, сближались и в итоге уже больше года вместе. Он очень внимательный и добрый парень. Впоследствии мы вместе приходили на каждое выступление ребят, и иногда Шон даже вытаскивал меня потанцевать под какую-нибудь рок-балладу. Хотя, глядя на него, вы не подумаете, что он умеет двигаться. Его жилистые руки покрыты татуировками, в брови пирсинг, ходит всё время в узких джинсах, растянутых футболках и кедах, но при этом он чувствует музыку. Представьте себе!

Ещё он заядлый скейтбордист и обожает всё, что с этим связано. Даже на мой день рождения подарил мне абонемент на уроки по скейтбордингу. Как-то раз он сам пытался научить меня, но понял, что мы можем поругаться, так как я задавала слишком много вопросов. В итоге он бросил эту затею, дабы не рисковать нашими отношениями. А потом поступил вместе со мной в Калифорнию, в Беркли[11]. Он хорошо рисует. Картины пишет редко, но тем не менее может, если захочет. Его мечта – открыть свой тату салон. В общем, Шон – отличный парень. Правда.

Особенно на контрасте с Дэйвом.

В общем, у меня прекрасный парень, который очень старается ради меня. Жизнь Шона, в основном, крутится вокруг меня. Иногда, правда, становится душновато от повышенного внимания, но я привыкла. Он же так проявляет свою заботу, поэтому мне грех жаловаться.

Кстати, насчет моего дня рождения в этом году. Как вы знаете, он прошёл так же странно, как и прошлый. В этот раз Сидни с Дэймоном расстались как раз на отмечании, потом Тай его избил и, в довершении всего, припёрся Дэйв, которого я не звала и видеть совершенно не хотела. Но он, по неведомой мне причине, решил, что без него мой праздник будет неполным. Я ему тогда многое высказала. Что я его видеть не хочу. Что ему надо проваливать. Что он напыщенный индюк, который и веселиться толком не умеет. На всё это он просто улыбался. Понимаете, да? Нельзя улыбаться, когда тебе говорят подобные вещи.

Тогда я решила ударить побольнее и вспомнила, что он сделал, назвав его трусом, придурком и имбецилом, который не умеет обращаться с девушками. Ну а что?! Разве я не права? Он разозлился, буравя меня своими зелёными глазами, но молчал. Тогда я выдала, что он, наверное, просто ни на что не способен в постели. Зато Шон просто гигант и знает, как довести всё до конца. На это Дэйв наконец ответил: «Я бы продемонстрировал, что я могу и умею, если б ты не была такой мелкой и глупой».

Короче, я была готова его поколотить и взорваться от негодования. Мне уже восемнадцать! Сколько мне должно исполниться, чтобы он перестал считать меня маленькой?! В общем, каждый мой день рождения проходит с огоньком, так сказать. Без приключений никуда. Но в этом вся я. В этом мой характер. Поэтому, видимо, это всё само ко мне притягивается.

Дэйв и мои чувства к нему в прошлом. Абсолютно точно. Даже сейчас смотрю на него, пока он поёт и смотрит на меня, и нигде ничего не ёкает. Разве что, улыбаюсь как дура. Но это только потому, что я искренне рада, что они так самозабвенно исполняют песню. Не более. Серьёзно, он меня так унизил, что я не хочу даже вспоминать о своей прошлой влюблённости.

Мои чувства к нему были детскими и глупыми. Как может ребёнок по-настоящему любить? Как можно в четырнадцать лет встретить свою настоящую любовь?! Да никак! Это всё подростковые розовые сопли. И я рада, что он так резко разбил мои грёзы. Иначе сколько бы я так сохла по нему, не зная, какой он трус на самом деле? Поэтому всё, что ни делается, – к лучшему. Я ему благодарна за этот опыт и за то, что он дал мне пинок двигаться дальше и не ждать, когда же он обратит на меня своё внимание. Теперь я счастлива, встречаясь с идеальным парнем. Теперь я точно уверена в своём выборе. А он пусть дальше сводит с ума своим голосом глупых дурочек.

– Друзья, давайте ещё больше потанцуем, что скажете? Ещё пару песен перед нашим перерывом, и мы хотим, чтобы вы все оказались на танцполе. Кто не танцует, то поёт с нами. Без вас мы не такие громкие, – улыбаясь, произносит Дэйв в микрофон, пока все пьют воду и вытирают пот.

Когда они начинают исполнять один из хитов группы AC/DC, все сходят с ума, особенно Хлоя. Видели бы вы её сейчас, кажется она готова воспарить над сценой от счастья и восторга. Мэтт, подойдя поближе к ней и, словно заигрывая, начинает играть. Джей, довольно улыбаясь, отбивает бит. Дэйв отходит немного в сторону, чтобы дать этим ненормальным и безбашенным гитаристам больше места для их танцев. Моё сердце возбуждённо подпрыгивает в такт от этого зрелища. Они крутые музыканты. Как же жаль, что никто из них, кроме Алекса, не пошёл профессионально заниматься музыкой.

– «Are you ready?We are a guitar band…»,[12] – поёт Дэйв, поглядывая на этих взбесившихся гитаристов на сцене. Клянусь, они сейчас струны порвут от остервенения, с которым играют.

– Они невозможно крутые и горячие, – кричит мне на ухо Сидни, размахивая пустым подносом. В этот момент к ней подходит Тай и увлекает за собой, прижимая к себе и держа за шею. Да, эти двое тоже кипяток.

В баре действительно становится слишком жарко от их игры, поэтому я стягиваю рубашку и остаюсь в одном топе, который закрывает только мою пышную грудь, и джинсовых шортах. Дэйв внимательно наблюдает за моими действиями, продолжая петь. Интересно, он всегда смотрит на меня со сцены. Изредка оглядывая весь бар, но потом взглядом всегда возвращается ко мне. Не понимаю, почему он так делает. Сначала я, наивная и глупая дура, думала, что нравлюсь ему. Часто вставала около сцены, снимая их и думая, что рано или поздно он признается в своих чувствах ко мне. Но как-то не сложилось. Как-то он вообще не думал обо мне. Как-то он вообще не собирался даже начинать что-то со мной, не то чтобы заканчивать.

Придурок.

Глядя на них, я прям вижу, как они выступают где-то в другом месте, возможно даже со своим репертуаром. Почему бы и нет, правда же? Как-то я озвучила эту идею Дэвиду, в ответ он заткнул мне рот, как обычно. Сказал что-то вроде: «У меня нет своего личного репертуара, мелкая. А во-вторых, это не твоего ума дело». Вот и поговорили, называется. Но с ним так всегда было. Поэтому чему тут удивляться.

Сейчас он увлечённо орёт песню, на самых пронзительных звуках закрывая глаза и откидывая голову назад. Все вокруг подпевают ему и танцуют. Да, давно здесь такого не было. Пока они все учились первый год в Универе, тут выступала другая группа. И было совсем не то. От слова совсем. Мало кто танцевал и уж тем более так кричал. Сейчас бар больше похож на живой организм, который вибрирует самой драйвовой энергией.

Жаль, что Шон сегодня не смог прийти. Ему тоже нравится рок-музыка. Без него я себя сейчас ощущаю как-то слишком неуверенно, словно голая стою под пристальным взглядом этого зеленоглазого придурка. За год я привыкла, что Шон всегда рядом. Я ему нужна, и это самое главное для меня.

А с Дэвидом после случившегося я просто общаюсь по мере необходимости. Спорю с ним и пререкаюсь. Я решила, что лучше не менять манеру общения, чтобы никто не догадался, что случилось на самом деле, и не засыпал меня вопросами. Было бы странно, если бы я вдруг резко перестала перечить ему. Меня и так Сидни тогда донимала. Она и сейчас может периодически что-то выдать, но уже не так настырно.

В конце песни Мэтт и Хлоя подходят прямо ко мне, к краю сцены, и играют, кривляясь и дурачась перед моей камерой. От этого зрелища хочется самой потанцевать, но, чёрт подери, и поснимать их охота. Пусть потом когда-нибудь оценят свои изменения. Ну разве что Люк не сильно-то изменился. Он всегда молча играет. Хороший парень, немногословный. Не выбешивает лишний раз. Его девушке повезло.

– Отлично, ребята! Продолжаем в том же духе и дальше. По просьбе нашей Хлои мы сейчас исполним кавер на песню (Oh) Pretty Woman группы Van Halen. Кто с нами давно, тот знает, что сейчас будут танцы. Поэтому девушки приготовьтесь, – пытаясь отдышаться, произносит Дэйв, и они начинают играть.

Да, я помню, как Хлоя зажгла на четырнадцатое февраля в прошлом году. Это был её первый концерт тогда.

– Отдай телефон и иди танцуй, – командует радостный Майк и буквально толкает меня в толпу.

К нам с гитарой в руках спускается Хлоя. Грейс и Сидни тоже уже здесь. Мы встаём рядом с ней и подхватываем её незамысловатый танец. А Майк с моим телефоном поднимается на сцену и начинает снимать нас, а не группу. Джей довольно улыбается ему, Дэйв показывает большой палец вверх. Тай тоже поднимается на сцену и, приобняв Майка за плечо, улыбаясь, смотрит на нас. Точнее, на Сидни. Все парни с такой любовью и восхищением смотрят на своих девушек. А мы танцуем и подпеваем слова песни.

– «No one could look as good as you…»,[13] – поёт Дэйв, и я, по какому-то совершенно неясному порыву, глядя на него, который буквально мурлычет в микрофон вместе с Джеем, решаю показать ему язык.

Я всегда так делала, когда он меня бесил или раздражал. Дэйв в ответ на это всегда говорил, что когда-нибудь откусит мне его. И вот сейчас я снова ему показываю, а его взгляд вспыхивает. Он слегка прищуривается, а потом, улыбаясь, качает головой. Почему-то мне сейчас необъяснимо хорошо. Так хорошо давно не было. Сердце радостно подпрыгивает в груди, по всему телу растекается тепло и бегают мурашки. Майк начинает подтанцовывать, Тай ржёт над ним, отбирая у него телефон. Тогда наш купидон под припев исполняет свой зажигательный танец, занимая собой всё свободное пространство сцены, чем вызывает истерику у Мэтта и Алекса. Мы смеёмся, глядя, как этот довольный болван падает на колени и поёт для Грейс. Хлоя чуть не сбивается, хохоча от этого спектакля.

– «Pretty woman, give your smile to me

Pretty woman, yeah, yeah, yeah

Pretty woman, look my way

Pretty woman, say you’ll stay with me…»,[14] – со слишком довольным видом продолжает Дэйв.

Только я больше слышу наше с девочками завывание. Но нам правда очень весело. Создаётся впечатление, что эту песню они действительно поют для нас. Хотя раньше я всегда так думала, как, наверное, и каждая здесь девушка, что все песни посвящены им. Особенно, когда Дэйв что-то говорил со сцены перед исполнением, то я буквально слышала их возгласы и стенания, какой он красивый и сексуальный и что он будет её или, на худой конец, в её постели. В итоге Дэйв частенько уходил с какой-нибудь девушкой после концерта, но никогда не повторялся. Прямо как Джей до Хлои. Но последний год я запрещала себе думать, что он поёт для меня. Поэтому очевидно, что все поют для своих девушек, а Дэвид просто… Это просто Дэвид. Он просто поёт. И просто бесит меня тем, что продолжает всё время пялиться.

– Что ж, благодаря нашему танцору-диско и видео оператору, этот момент мы все запомним надолго, – смеётся Дэйв после песни. – Спасибо парни, девушки вам отдельная благодарность. Танцуйте почаще, на вас очень приятно смотреть, – улыбается нам этот зеленоглазый соблазнитель. – А сейчас мы немного отдохнём и вернёмся.

Все синхронно оставляют свои инструменты и спускаются к нам. Джей буквально впивается в губы Хлои. Равно как и остальные наши сладкие парочки. Мы рассаживаемся за столом.

– Ты нарвёшься когда-нибудь, мелкая, – шепчет мне на ухо Дэйв, проходя мимо к своему месту.

Ну, что я вам говорила?! Он меня вечно бесит и раздражает! Не зря ему язык показала. Авансом, так сказать. Сидни тут же прилетает с подносом воды и коктейлей.

– Ребята, вы офигенные! – воодушевлённо вскрикивает она, пока расставляет им напитки, а Тай следит за каждым её движением.

– Триша, всё сняла? – улыбается Мэтт.

Киваю ему и отпиваю ягодный коктейль.

– Будет чем заняться по ночам, – подмигивает мне Майк.

– Мне есть чем и кем заняться по ночам, – отвечаю ему приторно сладким тоном и поправляю топ, который слегка сполз вниз от моих танцев. Он без бретелей, поэтому периодически приходится следить за ним.

Дэвид почему-то ёрзает на месте. Вшей что ли подцепил от очередной швабры?!

– Дэйв, всё в порядке? – улыбаясь, спрашивает его Тай, одновременно хватая Сидни и усаживая на свои колени.

– В полном, – бросает он ему.

Смотрю на него и думаю: какой же я и впрямь была глупой и маленькой, наивно полагающей, что такой красавчик поёт для меня. Раньше я ждала, когда он заметит меня. Раньше я верила, что его опека, – это способ быть ближе ко мне. Раньше я надеялась, что он осмелеет и сделает следующий шаг. Что ж, он его сделал. Теперь он меня не интересует.

У меня есть Шон. И будет. А этот зеленоглазый пусть дальше сбегает от глупышек, не закончив начатое.


## Глава 4

Дэвид


– Ребята, привет, – вдруг раздаётся писклявый голос около нашего столика.

Поворачиваю голову и вижу Луизу со своей подругой, Кэмерон. Я с ней как-то занимался сексом. Ну а Луиза всем известна по истории Джея. Та самая, с кем он изменил Хлое. Та самая, кто навешала лапши про свою беременность, и Хлоя в это поверила.

Джей, в свою очередь, замер, сжав челюсти. Всё веселье вмиг улетучивается, и мы переводим взгляд на Хлою, которая сидит на коленях у Джея. Его руки крепче сжимают её. Даже Люк напрягся.

– Мы просто подошли поздороваться и сказать, что очень рады снова вас видеть и слышать. Мы очень соскучились и надеемся видеться почаще, – томно тянет Луиза, бросая недвусмысленные взгляды на Джея.

Она совсем тупая, да?!

– Как ты, красавчик? – сев на подлокотник моего кресла, шепчет Кэмерон.

Триша в ответ на это скрестила руки на груди, отчего она приподнялась. Член опять предательски вздрогнул. Хватит уже трогать свою грудь!

– Нормально. Вам лучше уйти, – отвечаю ей, наблюдая, как Хлоя еле держит себя в руках, а Джей готов сорваться в любой момент.

– Почему?! Мы же ничего такого не делаем, – шепчет она и тянется рукой к моей груди. – Тебе очень идёт короткая стрижка. Ты такой сексуальный, – продолжает Кэмерон, поглаживая мою грудь.

– Как дела, Джей? – встревает Луиза.

– Чёрт, – выдыхают все парни.

Джей даже не смотрит в её сторону, сжимая Хлою так, словно хочет переломать ей рёбра, Майкл начинает что-то говорить на испанском, из-за чего Тай нервно смеётся. Но в следующее мгновение с абсолютно спокойным выражением лица вступает Хлоя:

– У тебя либо нет мозгов, либо инстинкта самосохранения. И я даже не знаю, что из этого страшнее. – Она поворачивает к ней голову, испепеляя взглядом. – Если тебе дороги волосы и лицо, уйди с глаз моих. В противном случае я за себя не отвечаю.

Все парни давят смешки, Джей жуёт свою щёку. Видимо, чтобы не заржать.

– Так вы помирились? Не думала, что он способен на моногамию, – довольно тянет эта тупая.

– Ты не способна думать и анализировать. Не напрягай свою черепную коробку, – в той же манере передразнивает её Хлоя.

Джей прикрыл глаза, Алекс с Мэттом кашляют в кулаки. А все девчонки буквально вонзились в Луизу остервенелым взглядом, явно желая накостылять ей.

– Не твоего ума дела, что происходит в моей жизни. Но, всё же одну вещь я тебе скажу: я безумно люблю Хлою. Всегда любил и всегда буду. Даже трахая тебя, я представлял её. Если ты ещё раз подойдёшь к ней или ко мне, то не думаю, что ты получишь тёплый приём. Не проверяй наше терпение. Мы быстро взрываемся. Оба. А теперь молча ушла отсюда. И захвати свою подругу, ей здесь не место, – спокойно отвечает ей Джей, прижимая к себе Хлою. Она явно довольна его ответом, как и Триша. Впрочем, как и все остальные. В том числе и я. Не хочу я сейчас общаться с этой Кэмерон.

Меня больше волнует то, что я заметил со сцены. Язык. Проколотый язык Триши.

Луиза, распахнув глаза, нервно теребит свой хвост.

– Ты совсем тупая, да? Тебе по слогам объяснить? – подключается Сидни, сидя на коленях у Тая и видя, что Луиза не двигается с места.

– Ты бы не возникала, мы тебе чаевые не оставим, – презрительно произносит Кэмерон. Я аккуратно отталкиваю её от себя, садясь прямо в своём кресле.

– Ты бы не возникала, а то потом долго будешь пытаться понять, где все твои деньги и почему тебя отчислили из универа, – прищурившись, спокойно отвечает ей Тай.

Майк и Джей прыскают от смеха.

Прячу улыбку, понимая, что Тая лучше не злить. Хотя после этой фразы он уже может что-то сделать. За Сидни он может раздавить любого, как клопа. Ему, по сути, даже повод не нужен. Косого взгляда на неё будет достаточно, чтобы Тай тихо, планомерно и очень аккуратно разрушил жизнь этому человеку.

Кэмерон вскакивает и, недовольно фыркнув, подходит к Луизе.

– Луиза, это и тебя касается, – спокойно продолжает Тай, не смотря на них. – Не дай бог, я увижу вас здесь рядом с нашими девочками. Моё терпение ещё меньше, чем у Джея. Не проверяй его.

Они продолжают таращиться на нас.

– Dios mío, maldita putas![15] – театрально вздыхает Майк. Тай начинает смеяться, явно понимая испанский. Умный хрен. Но и Джей очевидно что-то понял, раз довольно кивает. – Вас не вызывали. Свободных членов здесь нет и не будет, – бросает им, потянувшись за газировкой на столе и даже не смотря в их сторону.

– Пойдём отсюда, никогда не любила этот бар. Здесь одни отморозки ошиваются, – произносит Кэмерон, уводя Луизу.

За нашим столом сначала повисает тишина, а потом все начинают ржать.

– Хлоя, я думал, ты сейчас её повалишь и задушишь к чертям этим её конским хвостом, – смеётся Мэтт.

– Честно? Я бы с удовольствием это сделала, – хохочет она.

– Детка, ты точно в порядке? – Джей поглаживает её по пояснице, заглядывая в глаза.

– Да. У меня сейчас столько адреналина, что мне даже жаль, что они ушли.

– Тупые овцы, – фыркает Триша. – Что непонятного в том, что их не хотят?! Нет, надо напрашиваться, залезать на колени, унижаться, тереться! Это ж надо быть такими глупыми, – сдувая ярко-розовую прядь, размахивает рукой Триша, из-за чего её топ немного сползает.

Член опять вздрагивает, напоминая о себе. Какого чёрта я продолжаю так реагировать на неё?! Она мелкая. Она не моя. Между нами ничего не может быть.

– Именно! Нельзя быть такими тупыми, это уже ни в какие рамки не лезет, – восклицает Сидни, тоже размахивая руками. Тай довольно улыбается, любуясь своей девушкой.

– Я бы тоже не отказалась им вмазать, – вдруг подаёт голос Грейс, и мы все переводим взгляд на неё. – Нет, ну а что?! Парни заняты, особенно Джей! Какого хрена они себе позволяют?! – вопрошает она и даёт пять Хлое.

– Вот это да! Что танцы делают с человеком?! Майк, ты красавчик! Скоро Грейс любого уложит хуком справа, – ржёт Мэтт.

– Учитесь! Пока вы тут яйца свои высиживаете, мы растём и развиваемся. Открываемся и двигаемся вперёд. Создаём семьи или планируем… Короче, мы красавчики, – улыбается довольный Майк, поглядывая на Джея. Тот в свою очередь, всё своё внимание отдал Хлое.

– Эта ваша романтическая херня прямо фонтанирует из вас! Прям воняете ею, – смеётся Алекс.

– Лучше фонтанировать этой, как ты говоришь, хернёй. Зато сколько удовольствия от этого фонтана, – парирует Тай, стараясь не заржать.

– Особенно с лысыми шарами, – подключается Джей, оторвавшись от Хлои, и они начинают гоготать.

– Ну и придурки же вы все, – стону я, запрокинув голову.

– Может и так. Но помяни моё слово, ты нам потом «спасибо» скажешь, – подмигивает мне Майк.

– Насчёт чего?! Насчёт херни или лысых шаров?! – уточняю у него.

– О, да прекратите вы! Мне правда они снятся уже, – вопит Мэтт, откинувшись на спинку.

– Чьи?! – в один голос орут Майк, Тай и Джей. Алекс вытирает слёзы, косясь на Мэтта.

– Откуда я знаю чьи?! Я же ваши не видел! Ой, да хорош! Вы мне нанесли психологическую травму, идиоты, – стонет Мэтт.

– А ты опиши, и мы тебе скажем, чьи это, – сквозь смех отвечает Грейс, и все девчонки в голос вопят от смеха.

Мэтт только открывает рот, видимо, чтобы всерьёз начать описывать то, что никто не захочет услышать, как я прерываю его.

– Так, придурки, завязываем! Нам ещё выступать дальше, – пытаюсь воззвать к здравому смыслу. – Пьём и идём, – командую я, поглядывая на Тришу.

Она смеётся и выглядит радостной. Странно, что тут нет её «волшебной палочки» рядом. Я не ревную, если что! Просто мне кажется, что она достойна лучшего. Ей нужен более спортивный, серьёзный, уверенный и сильный мужчина рядом. Она же такая сексуальная красотка. Такая соблазнительная. Миниатюрная, но с формами. Слюни текут прям. Не у меня. Я так, образно говорю. Короче, пора на сцену, а то мысли идут вообще не туда.

Но для протокола добавлю: у меня вообще ничего не течёт и не капает на неё. Ну, вы поняли, да?

Махнув «бритоголовому», Хлое и нормальным парням, мы вновь выходим на сцену.

Как я же я рад сюда вернуться. Оказывается, я дико скучал по этому. Оказывается, мне не хватало криков и визгов публики. Оказывается, я невозможно скучал по танцам Хлои и той энергии, что она привнесла в нашу группу. Оказывается, я безумно рад, что у меня есть такие друзья, как эти придурки.

– Друзья, – начинаю я в микрофон, – мы снова с вами. Давайте ещё немного потанцуем или попоём, кому что больше нравится. Но на месте не сидим, здесь штрафуют за это. Следующая песня I Want To Break Free группы Queen одна из любимых вами. И нами. Поэтому подключайтесь к нам. Поехали, – даю отмашку ребятам, и мы начинаем.

Триша опять с телефоном недалеко от сцены. По какой-то совершенно необъяснимой причине я всё время пою, глядя на неё. Может, это не совсем профессионально, я должен уделять внимание каждому в этом небольшом заведении. Но я ведь не профессиональный певец, верно? Поэтому пою, смотря в эти карие глаза. Они достаточно тёмные, но в них есть золотые прожилки. С такого расстояния их, естественно, не видно. Но я-то это знаю. Когда она злится, то её глаза чернеют. Когда она радуется, то они становится более светлыми и с золотистыми лучиками. Её в меру пухлые губки сейчас улыбаются. Аккуратные прямые тёмные брови немного приподняты. Личико в форме сердца с заострённым подбородком обрамлено копной тёмно-каштановых волос с ярко-розовой прядью волос, раньше была фиолетовая. В ухе три кольца, помимо обычных и привычных серёг. И пирсинг в языке. Чёрт, опять мысли не туда. Хорошо, что я знаю все слова наизусть, не собьюсь.

– «I want to break free…»,[16] – пою, держа стойку микрофона одной рукой.

Раньше я другую вечно в карман засовывал, сейчас почему-то не хочется. Я ей то машу в воздухе, то тыкаю в камеру Триши, то стойку придерживаю. Короче, натуральный дирижёр, мать его за ногу.

Вообще, я люблю петь. Когда я открываю рот и начинаю, то весь мой организм буквально оживает. Я реально готов взлететь над сценой от этих ощущений, это невообразимый кайф. Ну и, конечно же, приятно видеть реакцию посетителей. Не скрою, поначалу мне очень льстило внимание девушек, которые с разбегу запрыгивали на мои колени, отталкивая друг друга. Сначала я этим упивался, тщательно выбирая, с кем проведу время. Потом просто уходил с той, кто больше приглянулась. Затем просто с той, кто первая села на меня. К моменту отъезда в универ в Чикаго, мне было уже глубоко фиолетово, как их зовут, что они хотят и что я им очень, ну очень-очень, нравлюсь.

Каждая из них говорила одно и то же, словно эти слова где-то бесплатно раздавали: «Дэйв, твой голос такой классный. Я поняла, что хочу тебя, как только ты запел…». Ещё практически каждая вторая, уверена, что песни я посвящаю именно ей. Бывали и такие, кто после секса приходили на следующее выступление в ожидании продолжения. И потом очень обижались, когда я уходил с другой. А в какой-то момент девушек стало больше, потому что Джей выбыл из игры из-за появления Хлои. А когда она уехала от него, то вообще печально стало. Он же тогда в собственную тень превратился и никого к себе не подпускал, тогда все эти хищницы вешались на меня одного. Ну и на Алекса с Мэттом, разумеется. Они у нас самые весёлые, поэтому к ним в принципе всегда все липнут. Периодически, правда, ещё на Тая вешались. Он нехотя, но соглашался осчастливить кого-нибудь. Короче, мы молодые парни. Что хотим, то и делаем. Только вот они теперь хотят быть в отношениях, поэтому отдуваться за всех буду я, Алекс и Мэтт.

Кстати, ребята, раз уж вы тут со мной и слушаете мой вечный монолог, то у меня есть к вам предложение. Вы же знаете, как меня называют мои друзья-придурки? Не то, что вы подумали. Я не про тупицу сейчас. Я про то, что люблю общаться с публикой, словно дирижирую ею. Это само собой происходит. Так вот, поскольку вы здесь со мной, а я вообще-то стою на сцене сейчас и пою, то разумным будет слушать эти песни, а может даже и петь со мной. А если хотите, то и танцевать. Поэтому предлагаю вам подключаться, если вы ещё этого не сделали. Когда я буду давать отмашку, не стесняйтесь, слушайте и пойте со мной! Договорились? Находите эти песни у себя в плеерах и вперёд! Так мы с вами точно будем на одной волне, и мне будет приятно знать, что я не просто так тут выкладываюсь на полную катушку.

– «I can’t get used to living without you

Living without, living without you by my side…».[17] – Успеваете за мной? Надеюсь, что да. Песня хорошая, да? Прямо жизненная такая…

Бог точно знает, как я хочу быть свободным, е-е-е-е-!

Ну, хоть мысленно могу позволить себе чуточку озорства, поговорить сам с собой, помечтать немного, пофантазировать. Классно же? По-моему очень. Ладно, пора возвращаться в реальность. Далеко плееры не убирайте.

– Отлично! Спасибо за вашу поддержку, ребята, – произношу после песни, обращаясь ко всем. К вам в том числе! Я вам ещё подмигнул, если что. – А теперь пришла пора тесных танцев. Танцор-диско, милости просим на танцпол. Покажи всем, как надо танцевать, чтобы пожениться потом, – улыбаюсь ему со сцены, он ржёт и ведёт Грейс на танцпол. – Эту песню вы все знаете. Но она имеет большое значение для некоторых из нашей группы, поэтому он её и споёт для своей девушки. Впрочем, как и все остальные песни, которые он теперь постоянно голосит на бэк-вокале, – тихо смеясь, поворачиваюсь в сторону Джея. Он показывает мне средний палец, но сам весь светится. Публика смеётся и свистит. – Хлоя, ты же знаешь, что он всё для тебя поёт? – Она кивает на мой вопрос, искренне улыбаясь. – Тогда я думаю, ты будешь рада услышать Is This Love твоей самой любимой группы Whitesnake в его хриплом исполнении. Я буду на бэк-вокале, как и вы друзья. – Я поворачиваюсь к залу. – Помогите этому бруталу, который теперь больше похож…

– На романтического пони, – перебивает меня Алекс в свой микрофон, и весь зал начинает ржать. Джей трёт глаза, но весь трясётся от смеха. Мэтт матерится за моей спиной, заходясь в истерике.

– Да, в общем, романтический брутальный пони и мы поём для вас, – пытаясь успокоиться, озвучиваю я, и все в зале аплодируют. Отхожу с микрофоном немного в сторону. Алекс начинает, следом Джей, Люк и Мэтт.

Эта их песня, поэтому я буду только на припеве. Можно немного перевести дух и осмотреться. На танцполе уже и Тай вытащил Сидни. Такое ощущение, что он её сожрать готов. Взгляд голодного хищника. Майк и Грейс смотрят друг на друга, как на самый драгоценный подарок. Джей начинает петь, смотря на Хлою.

Как же он изменился. Вы не представляете. По сравнению с прошлым годом это абсолютно два разных человека. Тогда я тоже давал ему возможность спеть именно эту песню, точнее припев от неё. Он спел. Хорошо спел, но явно не понимал, что с ним тогда происходило. Сейчас же даже интонация другая. Он старается, тянет каждое слово, словно смакуя. Он действительно признаётся в своих чувствах этой композицией. Красавчик, что тут скажешь? Рад за них.

Вообще наша группа сделала своё дело ещё и в личной жизни Майкла. Вы же помните, как Грейс согласилась танцевать с нашим танцором-диско во время нашего прошлогоднего выступления? Вот так-то! Можем, когда хотим. Музыка вообще многим помогает. В этом её сила, на мой взгляд.

– «Is this love, that I’m feeling?

Is this the love, that I’ve been searching for?»,[18] – подключаюсь я, покачивая в такт головой.

Хлоя, как и в прошлый раз, слушая эту песню, смотрит на него со слезами в глазах. Она тоже изменилась. Стала ещё более жизнерадостной и энергичной. Джей молодец, вернул её и явно делает счастливой. Смотрю на танцпол, а там Триша медленно покачивается, снимая нас. Её стройные ножки обтянуты чёрными джинсовыми шортами. Плоский животик ничем не прикрыт. Грудь спрятана под ярко-розовым топом без бретель. Она яркая девушка. Но не моя. Нельзя на неё постоянно смотреть.

Только мне всегда сложно отлепить свои глаза от неё, особенно когда я на сцене. Смотря в эти глаза, я чувствую себя полноценным, что ли. Не знаю, как это описать. Она меня бесит иногда, злит, провоцирует, дерзит, выводит из равновесия. Но вместе с тем даёт мне заряд энергии и глоток кислорода. Это странно, правда? Я много раз пытался понять, почему так происходит. Ответа не нашёл. Поэтому перестал думать. Знаю только одно. Мне нельзя быть с ней. Равно как и с любой другой девушкой.

Почему? Давайте поговорим об этом как-нибудь в другой раз… Это сложно рассказать в двух словах, пока я стою на сцене. Да и настроение для подобных откровений должно быть соответствующее. Просто знайте, за всё в этой жизни нужно отвечать и нести ответственность. Это по-взрослому и по-мужски.

На своём соло Хлоя встаёт напротив Джея и играет ему. Точно розовый пони и его девушка. Алекс, глядя на это, только качает головой, улыбаясь. Да, мы все их подкалываем, но очень горды за них. Думаю, что если бы у Джея не получилось вернуть её до лета, то тут мы бы все подключились и толкали бы Хлою в его распахнутые объятия. Но Джей продемонстрировал, что всё возможно, если ты этого отчаянно хочешь. Во всяком случае, в их истории жизни это сработало. В моей нет. У всех разные судьбы, что тут можно ещё сказать? Ничего, поэтому продолжаем петь.

– Ну что, все всплакнули? Мы да, – произношу после песни, глядя на влажные глаза Триши. – Тогда продолжаем в том же духе и теперь я спою…

– Don’t Cry, – вопит Майк с танцпола, перебивая меня. Все мои друзья и на сцене, и на танцполе начинают ржать.

Ну что за придурки?!

– Какой ты догадливый, – улыбаюсь ему со сцены. – Надеюсь, творчество группы Guns N’Roses вам тоже близко, как и мне. Поэтому, танцор, не отвлекайся от своей будущей жены. Остальные тоже, отставили свои подносы, напитки, еду и прилипли к своим любимым, – руковожу со сцены, ощущая себя абсолютно в своей стихии. – Телефон не убирай только, – уже тише обращаюсь к Трише.

В ответ она что делает?! Правильно, показывает язык. С пирсингом. Мой член опять вздрагивает от этого жеста.

Как бы я хотел… Стоп! Нельзя!

Я знаю, вы тоже ждали эту песню. Я прав? Вам наверняка интересно, что же в ней особенного? Тогда поехали, не отставайте, включайте её, и я вам расскажу.

Мэтт вступает, следом Люк и Джей.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, начинаю петь.

– «Talk to me softly, there’s something in your eyes,

Don’t hang your head in sorrow and please don’t cry…»,[19] – тихо пою, глядя в глаза Триши.

Сердце предательски замирает каждый раз от этой песни. Почему?

Ох, причин несколько. Во-первых, композиция очень красивая.

Во-вторых, её очень любила моя мама. Это была её любимая, наравне с Knockin’ On Heaven’s Door.

В-третьих, после маминой смерти я мог слушать только её, веря, что во время прослушивания или по мере того, как я пою, мама где-то рядом. Но при этом, она почему-то ассоциируется у меня с жизнью и надеждой, а не смертью и забвением. Поэтому, закрывая глаза, я вижу маму, а, открывая, вижу Тришу. И это меня балансирует, возвращая в настоящее. Хотя, с другой стороны, от этого ещё сложнее, если честно. Но ничего не поделаешь. Так надо. Так будет лучше. Почему? Об этом расскажу как-нибудь потом.

– «Give me a whisper and give me a sigh,

Give me a kiss before you tell me goodbye…»,[20] – практически шепчу, стараясь дышать глубоко и размеренно.

Сердце стучит в горле, сильнее обхватываю стойку микрофона, неотрывно смотря в карие глаза.

– «I’ll still be thinking of you

And the times we had, baby…»,[21] – тяну, наблюдая, как глаза Триши наполняются слезами.

Каждый раз такая реакция у неё на эту песню. У меня тоже, но я свои сдерживаю. Когда становится совсем тяжело, я просто закрываю их, продолжая петь. Слава богу, голос меня не подводит и не дрожит. Вроде бы.

Все медленно танцуют и подпевают, мои друзья плавно покачиваются со своими девушками, Хлоя начинает играть соло. Но во время исполнения этой песни я практически никого не вижу. Я между небом и землёй. Между смертью и жизнью. Между прошлым и будущим. Между воспоминаниями и реальностью. Между серыми глазами мама и карими Триши. Между верой и надеждой. Между потерянными мечтами и несбыточными мечтами. Между тем, чего я лишился, и тем, что никогда не обрету. Между чувством вины и его последствиями. Между памятью и фантазией. Между утраченной заботой и приобретённой опекой. Между болью и наслаждением. Между слезами и трепетом. Между отчаянием и счастьем. Между страхом и желанием. Между одиночеством и единением. Между грустью и радостью. Между криком и шёпотом. Между любовью и…

– «And please remember, that I never lied,

And please remember, how I felt inside now, honey…».[22] – Чёрт, тяжело становится, Джей помогает мне на бэк-вокале. Обхватываю стойку второй рукой и смотрю вперёд перед собой. Вкладываю всю душу в каждое слово. Пою о ней, для неё, ради неё. Каждое выступление. Кто это, спросите вы? Я уже всё сказал…

– «And don’t you cry tonight,

And don’t you cry tonight,

And don’t you cry tonight, there’s a heaven above you, baby,

And don’t you cry…»,[23] – закрыв глаза, тяну любимые слова. Когда-нибудь. Может быть…

– «Baby, maybe, someday…»,[24] – открыв глаза, нахожу её, карие.

Сердце замирает, но всё равно стучит. Всё равно бьётся. Всё равно жизнь продолжается. Всё равно через неделю всё повторится. Всё равно всё будет идти своим чередом. Всё равно никто, кроме меня, не виноват, в том, что произошло в моей жизни, и я не могу это исправить. Это жизнь…

Допев, на секунду прикрываю глаза, чтобы собраться с мыслями и словами. Зрители начинают бурно аплодировать. Глубокий вдох и продолжаю:

– Спасибо, друзья. Вместе мы отличная команда. Танцорам отдельный респект, я всё вижу, если что, – подмигиваю Майку и Таю. Они в ответ довольно улыбаются. – Поскольку мы с вами не плакать сюда пришли, поэтому дальше будем поднимать настроение любимыми хитами. Парочка таких у нас как раз наготове. – Я отпиваю воды и ловлю взгляд Триши. – Мелкая, не нажми случайно на паузу, – улыбаюсь ей, в ответ она опять показывает мне свой язык. Откушу же, когда-нибудь, ей-богу.

Как же хочется… Стоп.

– Поехали, – даю отмашку, прерывая свои мысли или фантазии, и мы начинаем играть один из хитов группы Bon Jovi.

Обычно творчество этой группы со мной радостно исполняет Алекс, что не удивительно. Ведь он их обожает.

Вообще, он отличный парень и играет офигенно. Я очень рад, что он решил профессионально заняться музыкой. Прям искренне и тихо радуюсь. Он не побоялся. Он верит. И у него точно всё получится, потому что он фантастически талантливый. Поэтому специально для него мы всегда исполняем песни, где он активно работает своими длинными пальцами.

Ребята сходят с ума на танцполе. Настроение с минорного меняется на мажорное. Вот это я очень люблю в музыке. Ты можешь мгновенно менять настрой публики. Ещё две минуты назад все плакали и думали о своём, как сейчас все прыгают, явно ни о чём грустном не вспоминая. Это ж волшебство, не иначе.

Жаль, я не имею таланта писать стихи. Хотел бы я сам попробовать так влиять на людей. Это, несомненно, смелая идея. Но, а почему бы и нет? В своих мечтах я могу быть кем угодно, где угодно и с кем угодно… Так вот, если бы я умел ещё и стихи писать, то очень хотел бы попробовать положить их на музыку. Потому что писать музыку я немного умею. Точнее, я представляю, какой она может быть, слушая стихи. Короче, возможно, я мог бы стать неплохим музыкантом. Если бы… Много этих «если бы». Назову несколько:

Если бы моя мама была жива. После этого пункта уже можем расходиться, ребята. Но я продолжу.

Если бы я был более смелым. Хотя думаю, что, если бы моя мама была жива, то я был бы смелым. Я бы не спрятался в свою раковину. Я бы жил, как все. Я бы не боялся. Ничего не боялся…

Если бы отец не настоял на получении более основательной профессии. Не то чтобы он меня из-под палки гнал, но его аргументы были вполне убедительными. К тому же голос мне просто так достался. Я к этому никаких усилий не прилагал, а значит…

Если бы мой талант, как многие считают, достался мне потом и кровью, а не путем прямого наследования, то я бы пел профессионально, потому что это справедливо, как мне кажется.

Короче, в моём мозгу слишком много условий, выполнить которые не представляется возможным.

Так, в своих мыслях мы подошли к последней на сегодня песне: Are You Ready группы AC/DC. Как вы поняли, на первый концерт мы выбрали самые любимые песни каждого из нас. Кто еще не слушает рок, тот скоро начнёт. Я прослежу за этим.

Ну что, вы готовы? Тогда поехали, ребята!

Хлоя буквально в экстазе сейчас, качает головой в такт, слегка раскачиваясь. Джей, небось ликует, глядя на свою любимую девушку, которая ни минуту не стоит, а кружит по сцене, то заигрывая с публикой, то с ним. Иногда и нам перепадает. Мы не жалуемся. Она нам всем нравится. Хоть и, каюсь, сначала я был против этой идеи. Нет, не против. Я просто сомневался, что она потянет. Но я ошибся. Признаю. Придурок, засомневался в её способностях. Но она умница. Потрясающе играет. Классная девчонка. Да ещё и Джея оживила. Как после этого её не любить? Как сестру. Нет, это сравнение на моей практике ни к чему хорошему не приводит… Но, чёрт подери, она мне правда может стать сводной сестрой! Поэтому она классная, и это не обсуждается.

– «Are you ready?»,[25]– начинаем, ребята.

Особенно забавно выглядит, как они с Мэттом, подражая великим гитаристам, встают рядом и начинают синхронно раскачиваться либо вперёд-назад навстречу друг другу, либо вперёд-назад, стоя рядом друг с другом. У них в этом плане полное взаимопонимание. Практически весь проигрыш они танцуют по сцене и бесятся, на радость публике.

– «Sweet apple pie standing in the street,

Hands outta line, looking for some heat,

She’ll take you high, when you feel her sting …»,[26] — пою, смотря, как Триша немного пританцовывает на месте.

А у меня закрадывается смутное подозрение, что песню ребята выбрали неспроста. Я только что спел про пирожок, мать его за ногу! Или это у меня уже паранойя? Мы же все принимаем участие в обсуждении, я сам согласился. Но песня настраивает на горячее и продуктивное лето.

– «Who all need it?!»,[27]– тычу пальцем в её камеру, немного улыбаясь. Триша закатывает глаза, но улыбается. А её глаза буквально сияют. Давно я не видел в них такого блеска, и меня это, если честно, радует. Моё мужское самолюбие довольно.

– «Are you ready for a good time?

Then get ready for the night line…».[28] – Подхожу ближе к краю сцены с микрофоном и нагибаюсь в её сторону, смотря в камеру.

Она явно удивлена, но довольно кивает в такт песни. Всё же меня не покидает ощущение, что песня будто специально была вставлена в наш сегодняшний концерт. Смысл у неё своеобразный. Да ну и фиг с ним, с этим смыслом. Я ж не тот самый Пресли, друг Тая, в конце концов, чтобы везде его искать.

Народ на танцполе активно танцует и прыгает в такт. Сидни носится с подносом, поглядывая на Тая. А он, словно масло на солнце, тает. Ещё один романтический пони, чёрт подери. Определённо Майк всех укусил и заразил своей романтической хренью.

– «It ain’t a crime when she makes you pump heat…»,[29] – продолжаю петь, неотрывно смотря в эти глаза.

Судя по всему, ей нравится наше представление. Она даже подпевает, отчего этот металлический шарик во рту то и дело поблескивает, посылая совсем неправильный сигнал моему бедному члену. Нельзя, мать его за ногу! Просто нельзя. Остановись.

– «You all breathe it, We all need it…».[30]

Я надеюсь, вы там ещё не устали от моих завываний?! Вам нравится то, что вы слышите? Вам, надеюсь, понятны мои описания того, что происходит рядом со мной на сцене? Очень уж хочется, чтобы вы всё это переживали со мной. Также смею надеяться, что вам нравится, как сказала Хлоя, «стариковская музыка». Но это же классика рока, мать его за ногу! Ну, камон, ребята! Такие вещи надо знать. А ещё лучше слушать их и продвигать в массы, чем мы и занимаемся.

Хлоя, как обычно, воодушевлённо исполняет соло, стоя рядом со мной и поглядывая в камеру. Классная, всё-таки, у нас группа. Каждый любит своё дело и получает несказанное удовольствие от происходящего. Надеюсь, что это лето пройдёт мирно и без вечных подколов в мою сторону насчет Триши. Но, чёрт бы меня побрал, я уверен, что меня не обойдёт эта участь. Майкл уже дал понять, что не слезет с меня. И вот что мне делать?! Ну нельзя же. Как им это объяснить?!

– Ребята, друзья, спасибо вам за такой тёплый приём! – начинаю прощаться с публикой. – Не зря мы вернулись, правда? – В ответ слышу визг и свист. – Ок, мы вас услышали. Через неделю снова здесь. И, пожалуйста, не забудьте прихватить хорошее настроение и желание побеситься с нами, – салютую им двумя пальцами, и спускаюсь со сцены, аплодируя отзывчивой публике.

– Красавчик! Отлично спел, – комментирует Майк, пока мы рассаживаемся.

– Дэйв, мне кажется, твой голос стал ещё лучше. Такое возможно? – смеётся Грейс.

– Не думаю. Но спасибо, – улыбаюсь ей.

Тоже классная девчонка. Была такой скромной. Помню, как Майкл по ней с ума сходил, нервничая, что никак не может уломать её начать танцевать с ним. А потом ещё та история с их родителями. И вот, пожалуйста, через пару месяцев свадьба. Охренеть можно. Женится! Правда он у нас самый романтический пони из всех представленных. Думаю, последним будет Джей. Себя я вообще в расчёт не беру. Я никогда не женюсь. Но вот из этих товарищей, наверное, Джей будет дольше всех ждать. Хотя… Он ведь очень упрямый парень. Кто знает, кто знает…

– Триша, всё сняла? Каждую песню? – ржёт Майк.

– Каждую. Не волнуйся. На пенсии будете пересматривать, – ехидно тянет в ответ, а во рту мелькает металлический шарик. Член опять вздрагивает.

Да что ты дёрганый такой?!

Это всего лишь пирсинг. На языке. На её языке.

Как бы я… Стоп!

– Хлоя, ты, как всегда, огонь! Спасибо за твои танцы, – смеётся Мэтт.

– На здоровье! Надеюсь, теперь у вас нет сомнений, что девушки могут здорово справляться с игрой на гитаре, – улыбается явно ему, но смотрит на меня.

– Нет, я был не прав, – наконец вслух при всех признаю я.

Она расплывается в ещё большей улыбке.

– Детка, ты лучше всех. И играешь, и танцуешь, и поёшь, – улыбается ей Джей, обнимая и прижимая к себе, сидя в кресле.

– О, хотите могу спеть?! – восклицает она.

– Нет! – вопим все хором, начинав истерически ржать.

Да, лучше не стоит. Хотя это очень забавно, но всё же лучше с подстраховкой Джея и Алекса.

– Попей коктейль лучше, – тянет ей напиток Джей, давясь от смеха. Она закатывает глаза, ударив его по руке, но всё же петь не начинает.

– В среду репетиция, – напоминаю всем.

– Будем, – хором отвечают и продолжают обсуждать наш концерт.

Наблюдаю за Тришей, которая не отлипает от телефона. Почти не слушаю трёп ребят, изучая её. Я украдкой видел её в течение года. То на Новый год, то на её день рождения, на который я приехал без приглашения. Тогда Тай озвучил, что все собираются ехать, а я был и не в курсе. И почему-то решил, что просто обязан приехать. Тем более, от Чикаго до Милоуки около двух часов на машине. Я совсем недалеко от неё был весь этот год. Но я не специально поступил в Универ, который так близко к ней, правда. Так просто сложилось. Для протокола моей жизни: это чистая случайность. Тем более она скоро уедет в Калифорнию. С Шоном.

Она повзрослела. Похорошела ещё больше. Хотя она всегда была красоткой. Взгляд стал более смелым и пронзительным.

– Дэйв, подвезёшь Тришу до дома? Я подожду Сидни со смены, – вырывает из моих мыслей Тай.

Я непонимающе перевожу на него взгляд.

– Да, нам с Хлоей тоже надо срочно уезжать, – кивает Джей.

– Точно, у нас с Грейс тоже планы. Манго ждёт в холодильнике, – улыбается Майк.

– Там вечер, Дэйв. Пятница, пьяные мужики… Достроишь сам логическую цепочку? – продолжает Тай, смотря мне в глаза.

Да, небезопасно, согласен.

– Вообще-то, я взрослая и могу сама добраться до дома, – вклинивается Триша.

– Не встревай, мелкая. Мы сами разберёмся, – отвечаю ей. Вот любит она встревать в наши разговоры, чтобы поспорить. – Отвезу, – обращаюсь к Таю.

Он довольно кивает, поглядывая на Майка и Джея.

– Тогда мы поехали, – подскакивает Хлоя, таща Джея за собой.

– И мы. Всем пока и до встречи, – щебечет Грейс.

Парни дают пять Таю и всем остальным и уходят.

– Мы тоже поедем, потусим у школьных приятелей, – встают Алекс, Мэтт и Люк.

Тай, улыбаясь, смотрит на меня.

– Не тупи, говнюк. Вперёд и с песней, как говорится, – подмигивает мне довольная рожа айтишника.

Смотрю на Тришу, которая явно не довольна таким поворотом событий.

– Поехали, мелкая. Довезу тебя в целости и сохранности. – Я встаю и подхожу к Таю, чтобы попрощаться.

– Ты бы не совсем в сохранности довёз, что ли, – смеётся он, пожимая мне руку и хлопая по плечу. – Но только так, чтобы она потом за добавкой пришла, – наставляет очередной последователь нашего гуру.

– Тай, при всём уважении, выкинь эту розовую чепуху из своей головы. Будь серьёзнее, – отвечаю ему, отстраняясь.

– Ни за что. Я и так был долгое время слишком, мать его, серьёзный. Задолбало, сил нет. Когда, если не сейчас? Жизнь коротка. Поэтому не тупи. Ну, или не тормози, – улыбаясь, он садится на место.

Вздыхая, кивком головы указываю Трише следовать за мной, и мы выходим на улицу. Подходим к моей тачке Chevrolet Chevelle 1969 года. Представляете, она ещё на ходу! Правда в том году начала чихать, пришлось отдать её в ремонт, и я какое-то время ездил на кадиллаке Джея. Классная тачка. Я про свою сейчас, если что. Чёрная, в меру агрессивная, классическая.

– Я с тобой никуда не поеду, – начинает возмущаться Триша, встав около водительской двери, скрестив руки и вздёрнув подбородок.

Остановившись около неё, упираюсь рукой в стойку авто около её головы.

– Триша, я тебя просто подброшу до дома, – примирительно произношу я, глядя в карие глаза с золотистыми лучиками.

Значит не злится, а просто выпендривается.

– Не хочу, чтобы ты подбрасывал. Ты вообще вечно не вовремя возникаешь в моей жизни! – восклицает она и её глаза начинают чернеть. – Взять даже мой день рождения в этом году. Да можно и в прошлом, зачем мелочиться, правда?! Так что отвали и не подходи без весомой причины, – рычит на меня, положив свою ладонь на мою грудь.

А я, почему-то стою и улыбаюсь, как конченый придурок. Она так забавно злится. Мне нравится, когда она рычит на меня. Мне нравится заряжаться от неё её энергией. Уже взрослой энергией.

Какая же она аппетитная, так бы и…

– Ну и чего ты улыбаешься, идиот?! Я тебе говорю «отвали», а ты можешь только улыбаться? – недовольно качает головой она, упираясь взглядом в мою грудь.

– Всё или ещё повозмущаешься?

Побурчи ещё, мне так нравится…

– Ну ты и придурок! Отойди и не мешай! Я пешком дойду. Мне тут идти пятнадцать минут! – напирает она и толкает меня в грудь, а я невольно смотрю на её грудь. Точнее, в щель между топом и грудью. С высоты моего роста это выглядит чертовски сексуально.

– Мелкая, проблем хочешь найти поздно вечером одна на улице в пятницу?

– Да какая я тебе мелкая?! Ты достал меня! – Она вскидывает голову и устремляет на меня свои тёмно-карие глаза, в которых я вижу всё её недовольство.

– Покажи язык, – почти шёпотом внезапно прошу.

Нет, я фактически умоляю её. Надеюсь, она этого не слышит.

– Что?! Я не хочу! – вскрикивает она, нахмурив брови.

– Пожалуйста, мелкая. Покажи язык, – улыбаюсь ей, не сводя глаз с неё.

Член уже стоит, хотя я всего лишь нахожусь рядом с ней и дышу этим до боли знакомым запахом. Лёгким цветочным парфюмом, который смешался с запахом её тела, и мощно бьёт по моим рецепторам, вызывая дикое желание впиться в её губы.

Её грудь начинает быстро вздыматься. Значит, бесится.

– Нет.

– Да.

– Ты придурок! Нет!

– Знаю. Да.

– Да пошёл ты! – и показывает мне язык. А там металлическая бусинка манит меня.

Как же хочется…

Один раз! Только один раз и всё…

Хватаю её за шею, большим пальцем начинаю нежно поглаживать скулу и нависаю над ней. Её дыхание сбивается, она облизывает губы, а там опять этот, мать его за ногу, шарик!

Один раз…

Накрываю её губы своими и мягко целую. Сердце готово остановиться прямо сейчас. Я неимоверно скучал. Ведь целовал её только в тот раз. Но так потом нуждался. Да и до того поцелуя так хотел этого. Её нежно-розовые пухлые губы приоткрываются, и она проводит языком по моим губам. Со стоном блаженства крепче прижимаю к себе второй рукой, и своим языком провожу по её с этим несчастным металлическим шариком языку, отчего мощный импульс резко бьёт по всем моим нервным окончаниям. Впиваюсь в её рот, словно хочу съесть. Триша стонет и обнимает меня за талию, а я не могу остановиться. Прижимаю её к своей машине, теряя над собой контроль. Лижу её шарик во рту, губами захватывая её такие податливые губы. Пальцем поглаживаю скулу, другой рукой провожу по её телу и останавливаю на талии. Она словно пластилин сейчас. Даёт мне свою женскую силу и энергию. Она вдыхает в меня жизнь. Даёт мне шанс на новый день. Целую её всё глубже, не давая возможности отстраниться от меня. Триша отвечает на поцелуй, покусывая мою нижнюю губу и дразня своим языком. Захватываю верхнюю губу и оттягиваю, потом нижнюю и прикусываю. Ловлю её язык и аккуратно кусаю его. Я готов целовать её всю ночь, если не больше…

– Дэйв, остановись, – задыхаясь, шепчет она.

Меня словно по голове ударили. Чёрт!

Остановись… Нельзя…

Отстраняюсь от неё, облизывая свои губы. Что со мной творит эта девушка?! Член слабо пульсирует в джинсах, пульс шарашит на полную, по спине течёт пот.

– Не знаю, что вдруг тебя дёрнуло это сделать, но больше так не делай. Ясно? – не смотря на меня, пытается казаться серьёзной, но она явно сконфужена не меньше моего.

– Ясно. Сам не понял, что на меня нашло. Наверное, во всем виноват твой язык, – выдаю я, пытаясь найти хоть какое-то внятное объяснение своему поведению.

– Что?! Ты сам попросил его показать! – вскрикивает она и поднимает свои глаза. Сейчас они тёмные. Очень тёмные.

– Вот и я про то же. Сам попросил, сам не понял зачем, потом всё само получилось, – тихо произношу абсолютную чепуху, разглядывая её и продолжая по инерции поглаживать её скулу.

Что со мной?! Какого чёрта я творю?!

– Дэйв, мой язык только зажил, а ты набросился на него. Впредь держи себя в руках. – Она резко отстраняется от меня и одёргивает голову от моей ладони. В пальцах сразу пробежал холодок.

Значит, Шон её ещё не целовал с этой хреновиной во рту?! Почему меня это так радует?!

– Поехали, отвезу тебя и твой длинный язык домой, – придерживая её за спину, чтобы не сбежала, провожаю до пассажирской двери. Она больше не сопротивляется, но я чувствую, как она теперь напряжена.

Всё! Нельзя!

Один раз поцеловал, зарядился и можно жить дальше. Так вот, урывком получить немного долгожданной ласки именно от неё, для меня почему-то сродни подарку на Рождество в детстве.

Почему так? Я ведь далеко не девственник, но ничего подобного не чувствовал ни с кем. Тем более от обычного поцелуя. Хрень какая-то. Это всё пирсинг виноват. Хотя кого я обманываю? При чем здесь пирсинг, правда?! Я же не совсем тупой придурок, чтобы на это списать.

Это всё адреналин после концерта виноват!


## Глава 5

Триша


– Любимая, ты прекрасна, – шепчет Шон мне на ухо, рукой проводя по моим бёдрам. Его губы целуют шею, мочку уха.

Какого чёрта Дэйв на меня набросился? Такое же было на моё семнадцатилетние. И закончилось, не успев начаться.

– Какая же ты красивая, – продолжает Шон, целуя меня.

Какого чёрта я сейчас ничего не чувствую?! Почему в постели со своим парнем я думаю о Дэйве?! Это такая глупость, ей-богу! Пока Шон пыхтит и старается, я вспоминаю поцелуй с другим! Кто я после этого?! Нехорошая девочка. Очень нехорошая. Плохая!

– Я хочу тебя. – Он кусает меня за мочку уха.

Физически я ощущаю, что он во мне, но я ничего не чувствую.

Интересно, зачем Дэйв поцеловал меня? Ему просто захотелось или что? Как вообще можно просто так накинуться на другого человека с таким страстным поцелуем?! Он на всех так кидается? Стоп! Хватит. Год назад я запретила себе даже думать о нём. Он умер, как парень, для меня. А сейчас я из-за него не могу нормально заниматься сексом со своим парнем! Как так-то?!

– Ты скоро, любимая? – задыхаясь, шепотом спрашивает мой парень.

– Да, – решаю не расстраивать его, пусть он хотя бы кончит.

Я ведь даже не возбудилась, значит, оргазма ждать не приходится. Как же это всё несправедливо! До приезда Дэйва всё было отлично. Секс был хорошим. С оргазмами. Без посторонних мыслей. Без ненужных фантазий. Мы были вдвоём в постели, а сейчас нас явно трое. И этот третий настырно лезет в мою голову, где ему не место. Выкинуть. Надо выкинуть его оттуда.

– Я сейчас кончу, – стонет Шон. Прекрасно, а я нет.

Шон быстро двигается, что кровать поскрипывает. По его лицу течёт пот, жилистые руки напряжены, дыхание щекочет мою шею. А я лежу, не ощущая хоть что-нибудь. Хоть капельку желания. Вообще ничего.

А ведь когда Дэйв поцеловал меня, я буквально воспылала. Мне дышать было нечем. Мне не хотелось отрываться от него. Я была готова целоваться около его машины всю ночь. Он очень приятно целуется. Да какой там приятно… Он крышесносно целуется! У меня было ощущение, что он сам кайфует и наслаждается, растягивая момент. Я дура, да? Это же Дэйв! Это же местная звезда. Красавчик и профессиональный спринтер из чужих постелей. Он не умеет растягивать момент. Момент – это ключевое слово, описывающее его поведение. Раз и всё.

– Боже, любимая…

– Да… – протяжно тяну я, обнимая его, чтобы не догадался, как всё печально на самом деле.

Так теперь всё время будет?! Нет! Ни в коем случае! Это просто минутное помутнение рассудка, и моё тело немного сошло с ума. Я обязательно буду снова испытывать желание вместе с Шоном. Определённо буду.

– Я так тебя люблю, – шепчет Шон, укладываясь рядом со мной и поглаживая мой живот.

– И я тебя, – отзываюсь я, повернувшись к нему.

Он очень хороший парень, а я позволила другому поцеловать меня.

– Ты какая-то задумчивая. Всё хорошо? – изучая мои глаза, Шон прижимает меня ближе к себе.

Признаться ему? Нет. Это плохая идея. Если он узнает, то походы на выступления ребят сразу же прекратятся. А я люблю бывать там, участвовать в этом и проживать с ними эти мгновения. И Дэвид тут вообще ни при чём.

– Да, всё хорошо. Как тебе мой пирсинг? – Я зажимаю шарик между зубами, смотря на него.

– Обалденно! Когда ты проводишь им по моему, то ощущения просто космос, – улыбается он и целует меня в губы.

Прячу язык, почему-то не хочется сейчас задействовать его.

Может, Дэвид тоже хотел ощутить, что такое поцелуй с пирсингом? Неужели у него не было девушки с проколотым языком? Поэтому он так отчаянно целовал меня? Поэтому он так стонал от удовольствия? Да сколько можно думать о нём?! Я его тогда остановила и остановлю ещё раз, если он вдруг снова решит наброситься на мой язык. Придурок несчастный, пусть только попробует прикоснуться ко мне! Пусть только попробует что-то засунуть в меня!

– Мне сейчас надо уйти, родители дома затеяли небольшой ремонт. Но скоро я буду посвободнее, обещаю, – продолжает он, поглаживая пальцем мои губы и задумчиво смотря на меня.

– Конечно. Без проблем, – выдыхаю я.

Меня реально вдруг накрыло волной облегчения. Сейчас хочется побыть наедине со своими мыслями. Может, написать пару строк. Может, просто полежать и подумать. Хочется какого-то кокона и личного пространства.

Шон встаёт и одевается, я тоже натягиваю на себя шорты и топ. Между нами вроде всё хорошо, но я ощущаю недосказанность. И причина в Дэвиде. Какая же я дура! Он просто захотел и сделал это, а я, идиотка, позволила ему. Опять! Больше такого не повторится. Больше не дам ему застать меня врасплох.

Спустившись вниз, натыкаемся на моего дедушку, Грега.

– О, вы здесь? В доме было так тихо, что я подумал мы тут одни с Беккой, – произносит он по пути на кухню, где моя бабушка опять что-то печёт.

Запах доносится просто умопомрачительный. Жаль, что Сидни нет, она бы совершила налёт сначала на миску с сырым тестом, а потом на готовую выпечку.

– Да, но я уже ухожу. До встречи, мистер Браун, – прощается Шон с ним и со мной.

Закрыв за ним дверь, захожу в кухню, где играет песня Magic группы The Cars. Прислонившись к дверному косяку, наблюдаю за этими двумя людьми, которые вложили в нас с Сидни столько любви и заботы. Мне всё детство казалось, что их терпение безгранично, ведь мы с сестрой не самые спокойные девочки. Но если с Сидни они были спокойны из-за присутствия Тайлера в её жизни, то со мной они явно переживали. Конечно, Майкл и Тайлер за мной тоже приглядывали. Пару раз дрались из-за меня, когда кто-то обижал. Помню, однажды Тайлер сказал, что когда я вырасту и начну встречаться с мальчиками, то у него должны быть стальные яйца, иначе с моим характером не совладать. А Майкл говорил, что мой будущий парень будет творческим, и мы создадим прекрасный тандем.

Если честно, то я периодически чувствовала себя пятым колесом в их компании. Я везде увивалась за их компанией, потому что с ними было очень весело. Но у них было больше общего друг с другом, хоть и разница в возрасте у нас всего год. Тайлер всегда тянулся к Сидни, а Майкл вечно ржал с Хлоей и вытворял с ней разные безумства. Мне тогда тоже хотелось, чтобы в нашей компании появился ещё один парень, чтобы и я могла с кем-то развлекаться и дурачиться. Но потом парни с четырнадцати лет стали чаще где-то пропадать, не беря нас с собой. Говорили, что там «чисто мужская компания» и девочкам там не место. Позднее я узнала, что тогда начались репетиции группы, поэтому всё свободное время они проводили там.

Приблизительно тогда же на бейсболе я впервые увидела Дэвида. Помню, как у меня голова закружилась, когда он прошёл мимо меня. Я застыла и смотрела ему вслед, пока Хлоя что-то увлечённо мне рассказывала, не замечая вокруг никого и мою реакцию в том числе. А я всю игру просидела, подбирая слюни и всматриваясь в его силуэт. После игры они с Майклом скрылись в раздевалке, а первым вышел Майк и увёл нас.

Потом я увидела его в школе. Он шёл в наушниках в тёмно-серой толстовке и чёрных джинсах. Я тогда опять застыла, а он, проходя мимо меня, посмотрел исподлобья мне в глаза. До сих пор помню этот взгляд. Его зелёные глаза излучали грусть и одиночество. Он не отводил взгляд, пока не поравнялся со мной. А когда он пошёл дальше, то я, как самая настоящая идиотка, повернулась и мечтательно смотрела ему вслед, он не обернулся.

Естественно.

Периодически видела его в столовой. Несколько раз с Майклом, несколько раз с Джеем. Но с ним я в то время была незнакома. Джей тогда, как мне кажется, вообще ни с кем, кроме парней, не общался. Помню однажды проходила мимо них с подносом, и Дэвид опять посмотрел на меня, что-то продолжая говорить Джею. Когда я села недалеко от них, Дэвид поглядывал в мою сторону. Но не подошёл. Естественно. А когда он подвис своим взглядом на мне чуть дольше, то Джей щёлкнул пальцами у него перед лицом и разрушил всю магию. Придурок.

Хотя не такой он уж и придурок, если честно. Не думаю, что Джей это помнит, но однажды была ситуация, когда ко мне прицепился один парень на улице около школы. Я была в короткой юбке, и он пытался залезть под неё своей рукой. Я отмахивалась от него учебником, пытаясь ускорить шаг. Но он продолжал преследовать меня. Вдруг из ниоткуда появился Джей. Он схватил этого парня за шиворот и поднял над землёй, сказав ему, что если он не хочет проблем в школе, то ему лучше живо убраться с моей дороги и не распускать свои клешни. Потом он бросил его на землю и просто ушёл, правда оглянувшись, чтобы убедиться, что парень его услышал. Я обомлела, ведь мы не были знакомы. Но Джей просто помог и молча ушёл.

Когда, спустя пару лет, я увидела его в баре за установкой, то, если честно, обрадовалась. Хоть он и тогда продолжал играть в сурового молчуна, но моё расположение он получил авансом. Я знала, что если в баре что-то случится, то наш столик будет в безопасности. Особенно учитывая тот факт, что там всегда ещё были Майкл и Тайлер. С этими парнями правда ощущаешь себя абсолютно защищенной, словно под огромным крылом находишься. Вот честно, хоть конец света начнётся, эти ребята спасут нас, спрячут, накроют собой. В них есть какая-то неведомая сила.

Ладно, вернёмся к зеленоглазому. Помню, как однажды я столкнулась с ним в школьном коридоре. Знаете, как в фильмах показывают, ты идёшь, никого не замечая, и тут, бах, и врезаешься в красивого парня? Вот так и у нас произошло. Только я специально в него врезалась. Я очень сообразительная, если что! Я всё просчитала и ждала его за углом. Когда столкновение произошло, то я забыла, что нужно делать дальше. Уронив пару учебников к его ногам, я остолбенела, смотря в его глаза. Он тоже. Прищурившись, он молча изучал мои глаза. Не знаю, сколько мы так простояли, но спустя какое-то время, он едва заметно усмехнулся и пошёл дальше. Не помог собрать учебники, не спросил всё ли в порядке. А просто ушёл.

Естественно.

Был ещё случай, когда я стояла в очереди в столовой, а за мной оказался Дэвид. Я его узнала по парфюму, он уже тогда любил древесно-цитрусовые композиции. Всё бы ничего, но с ним был Майкл. Увидев меня, он начал шутить и вспоминать все мои проделки, коих было не мало, всё время акцентируя внимание на том, что я самая маленькая в их компании. Я вежливо ему улыбалась, но внутри меня разворачивалась третья мировая война. Мне не хотелось, чтобы Дэвид считал меня маленькой. Но, видимо, именно тогда он и решил, что я на всю жизнь останусь мелкой. А Майкл в красках, как он это умеет, описывал разные приколы из нашей жизни. Дэвид слушал его, не отрывая взгляда от меня. Он всё время смотрел прямо в глаза, словно пытался их запомнить. Не сиськи мои разглядывал, которые к тому моменту уже были немаленькими, а глаза. Это так странно.

А потом мы встретились в баре, когда начались их выступления. Я очень нервничала, но пришла. Сидни усадила меня за столик группы. Поскольку там был Майкл и Тайлер, то мне было спокойнее, и моё нахождение там было логичным. Всё выступление Дэвид опять смотрел мне в глаза, а когда оно закончилось, то сел напротив меня, изредка бросая взгляды в мою сторону. К нему быстро уселась какая-то девица. Потом пришла ещё одна и села с другой стороны на подлокотник. В итоге он ушёл со второй. Перед этим посмотрев на меня. Естественно. Тогда я поняла, что ни в коем случае нельзя показывать ему свою симпатию.

Где-то спустя месяц мне надоело быть молчаливой в их компании, и я стала высказываться в их разговорах. И вот тогда, впервые, Дэвид заговорил со мной. Назвав «мелкой», он пытался заткнуть меня, чем вызывал смех Майкла. Что бы я ни произносила впоследствии, Дэвид всегда старался первым высказаться и закрыть мой рот. Тогда я начала показывать ему язык. Это его злило ещё больше, и он грозил, что откусит его. Майкл тогда ему постоянно говорил, что лучше от слов к действиям переходить и не тупить. Но к действиям он перешёл только спустя полгода на моём прошлом дне рождении. Наверное, лучше дальше не продолжать…

Но после того случая и до его отъезда в Чикаго мы пересекались на концертах. Поскольку Хлоя тогда уже сбежала, а Грейс появлялась не стабильно, то я частенько оказывалась одна среди парней. Сидни не в счет, она работала. Мы постоянно пререкались, вызывая смех остальных. Мы просто не могли спокойно разговаривать. Никогда. Такая манера у нас. Я ему говорила одно, он совершенно противоположное. Даже появление Шона его не особо остановило. Порой казалось, что его нахождение рядом со мной, наоборот, провоцировало Дэвида.

Вы, наверное, многое уже о зеленоглазом знаете. Каждый в нашей компании дал ему свою характеристику. Но кое-что упустили. Мне есть что добавить. Просто знайте, он спринтер и импотент.

Вот это поворот, да? Сама в шоке. Но это суровая правда жизни.

– Ну и как дела, электровеник? Как твой дрищ поживает? – улыбается дедушка, подмигнув мне.

Бабушка качает головой, не поворачиваясь, и проверяет нечто ароматно пахнущее в духовке. А я сажусь напротив дедушки и закидываю в рот пару орехов.

– У меня всё отлично. И у Шона тоже.

– Нет, ну вот объясни мне, на кой чёрт он носит такие узкие джинсы? Ему не жаль свои бубенцы? – не унимается мой дед.

Клянусь, они у нас самые лучшие. И для них нет такой темы, которую они не могут с нами обсудить. С детства говорили нам, что с ними можно и нужно говорить обо всём. Если к нам кто-то пристаёт, то сразу сообщить. Если кто-то обижает, то назвать имя. Если кто-то сделал что-то совсем нехорошее, то назвать адрес.

– Дедуль, за его бубенцы не переживай. С ними всё нормально, – заверяю его и закидываю в рот ещё пару орешков.

– Грег, ну что ты в самом деле?! Если Триша вместе с ним, значит её всё устраивает, – защищает меня бабуля.

– Ты сама слышишь, что вы говорите? «Нормально», «Всё устраивает». Разве так должно быть в молодости?! Должно быть: «Ого! Ничего ж себе! А тебе эта штука ходить не мешает?!» – смеётся дедуля, на что мы с бабушкой начинаем хохотать.

– Грег! Перестань! – Она шлёпает его полотенцем по плечу.

– Дедуль, у нас правда всё в порядке, – сквозь смех отвечаю ему, а сама думаю: а в порядке ли?!

Почему я последний час даже во время секса со своим парнем думаю о Дэвиде?!

– Да у вас так тихо было в комнате, что я подумал, что вас дома нет! А вы молодые, лето на дворе! А я не из тех старых пердунов, кто считает секс постыдным и грязным, – фыркает дедуля, тоже закидывая в себя орехи.

– Ты в принципе не из старых пердунов, – подмигивает ему бабуля.

– Может, мы учёбой занимались?! – парирую я.

Секс и впрямь был дерьмовым в этот раз. Но я не хочу признаваться в этом. Тем более говорить об этом дедушке. Во-первых, я всё равно не привыкла с ними всё обсуждать. Во-вторых, если это вслух не обсуждать, то этого как будто и нет. Правда же?!

– Учёбой?! Да, помнится мне Сидни с Таем тоже на Рождество решили «поучиться». Так там учебники с грохотом падали, – хохочет бабуля.

– Именно, – дедушка с довольным видом поднимает указательный палец вверх. – Вот так надо заниматься! Так, чтобы всё к чёрту падало и ломалось. А не так, что услышишь мимо пробегающую мышь, – смеётся он.

Да, мне кажется, я бы услышала мышь сегодня, если бы она у нас тут была.

– Ну, Тай другой, – продолжаю защищаться до последнего. – Их нельзя сравнивать.

– Неужели в вашей компании нет свободного мальчика, который такой же серьёзный, но при этом живой, драйвовый и … активный?! – повернувшись, спрашивает бабуля, вытирая руки полотенцем.

Прищуриваюсь, глядя на неё. Вот и она теперь туда же.

– О, серьёзный есть! Поверьте мне, есть самый серьёзный из всех, кто не позволяет себе и минутки бесшабашности. И он очень активно бегает, – фыркаю, сложив руки на груди.

Дедушка внимательно смотрит на меня, откинувшись на спинку стула.

– Значит, именно он тебе и нужен, – невозмутимо заключает он.

– Что?! Да никогда!

– Дорогая, судя по твоей реакции, он именно тот, кто будоражит тебя, – подключается бабуля.

Они же это не серьёзно, правда?! Знали бы они, на что толкают меня. Ходить вечно неудовлетворённой из-за спринтерства Дэвида так себе перспектива.

– Будоражит?! Да он бесит меня! Дэвид самый серьёзный, сухой и непонятный для меня тип! – восклицаю, взмахнув руками.

– Дэвид, значит? Красивое имя, – улыбаясь, бабуля лезет в духовку.

– С таким именем точно узкие джинсы не поносишь, – задумчиво трёт подбородок дедушка.

Я лишь закатываю глаза на их догадки и комментарии.

– Мне плевать, какие джинсы он носит. Вообще на него плевать.

– А он симпатичный? В хорошей форме? – не унимается бабуля.

– Ну, он играет в бейсбол и ходит в зал, поэтому думаю, что с формой проблем у него нет. Ещё он поёт.

– Отлично! Нам не нужна новая шпала, нам нужен мужик. С хорошей формой и отличным наполнением. И чтобы так любил тебя, что ты продолжала зажигать, а не тухла на глазах, – добавляет дедуля.

– Нет! Хватит! Этот человек мне безразличен. А вот Шон мой парень. Самый лучший на свете. И прекратите уже высмеивать его, – распаляюсь всё сильнее.

Хотя чего я так злюсь?! Ах да, потому что меня унизил этот придурок! Оставив мне комплексы и отчаяние!

– Поверь моему богатому опыту, ты будешь в итоге с парнем, который тебя бесит и раздражает. Почему? Потому что тебя это вдохновляет. Ты пишешь, творишь и порхаешь. А с «лучшим парнем» ты становишься обычной. Не горишь и не отрываешься, – выдаёт свою мудрость бабуля, ставя перед нами пирог с фруктами.

Боже, как вкусно пахнет. Мы с дедушкой, закрыв глаза и склонившись над ним, вдыхаем этот божественный аромат. Но перемирие длится недолго.

– Вот-вот. Вдохновение для такого творческого человека, как ты, – это всё. А с дрищом можно нечаянно уснуть в самый неподходящий момент, – говорит дедуля.

– Нет, нет и ещё раз нет. Дэвида для меня не существует.

Клянусь, я скоро взорвусь от их внезапной атаки.

– Ну, посмотрим. С Сидни мы не ошиблись. Мы знали, что рано или поздно она будет с Таем. Мы знали, что этот мальчик создан для неё, а она для него. Ему нравится её переменчивый характер, и он позволяет ей быть разной. Правильнее сказать, он тащится от её переменчивости, подбирая к ней ключики. А ей нравится, что он всегда подстрахует её. Она не боится быть собой рядом с ним. А рядом с тобой должен быть тот, кто будет злить тебя, но зная, когда остановиться. Тот, кто будет серьёзным, но иногда позволяя себе бесшабашные поступки. Тот, кто будет видеть в тебе свой источник вдохновения. Тот, кто будет оберегать тебя, – напутствует бабуля.

Из всего я запомнила только слово «оберегать». И это меня взбесило вконец. Я устала от опеки Дэвида, которая ни к чему в итоге не привела.

Закончив диалог и взяв кусок пирога с морсом, поднимаюсь в свою комнату, чтобы заесть свой стресс.

Телефон на кровати запищал, Сидни:

У парней «групповуха» на этих выходных.

Поэтому предлагаю через неделю посиделки с девочками.

Что скажешь?


А что я скажу? Я всегда только «за».

Я:

Буду. А у кого?


Сидни:

Скорее всего, у Хлои в квартире.

«Групповуха» ребят будет у нас с Таем.


Улыбаюсь, глядя на экран. Они теперь живут вместе. Обалдеть. Столько лет дружили, а теперь настоящая пара со своими планами на будущее. Совместными планами.

Здорово, когда люди всё-таки находят дороги друг к другу. Здорово, когда они не боятся и рискуют. Здорово, когда оба тянутся. Здорово, когда обстоятельства сами их подталкивают друг к другу.

Но у меня же тоже всё хорошо, правда? Просто мой парень не совсем вписывается в их «групповуху». У него своя тусовка скейтеров, где он, между прочим, очень даже популярный парень. Может, не такой, как Дэвид среди наших знакомых, но тоже очень даже ничего. И не нужен мне этот спринтер и импотент! Детская влюблённость прошла.

Навсегда.


## Глава 6

Дэвид


Вчера был второй концерт, и всё прошло, как всегда, потрясающе. Триша старалась не смотреть в мою сторону, обнимаясь со своим дрищом. А сегодня у нас с парнями очная «групповуха». Решили собраться у Тая дома, в том, что он снял для них с Сидни.

– Здорова, говнюк, заходи, – улыбается Тай, открыв дверь и пропуская меня. В доме играет песня Burnin’ группы Black Stone Cherry.

– О, а вот и он! Здорова, тупица! Как ты? – вопит довольный Майк, сидя на столе в кухне и жуя яблоко.

– Раз он тупица, то дела у него явно бурные и непонятные, – смеётся Джей, наливая себе колу в стакан.

– Или он охренивает от действительности и думает: «А что, всегда так было?! Или это я сейчас прозрел?!», – подхватывает Тай, роясь в холодильнике.

Смотрю на них и даже не знаю, что ответить. Эти придурки любого допекут, ей-богу.

– Вы же с меня не слезете, да? – зачёсывая волосы назад, озвучиваю неприглядную истину.

– Да ты гений, чёрт возьми! – хохочет Майк.

– Грёбаный Эйнштейн, – подхватывает Джей, отпивая свою любимую газировку.

– Да ты не стесняйся, проходи, присаживайся, – Тай театрально взмахивает рукой в сторону большого стола. – Что будешь? Сок, вода, лужа во дворе? – продолжает гостеприимный Тай.

Придурки начинают хохотать.

– Лужа подойдёт, – усмехаюсь в ответ.

– Какой ты непритязательный, – улыбается Тай и протягивает мне воду, не из лужи. – Могу ещё и накормить, если что. Опыт дружбы у меня большой, ты же знаешь, – подмигивает он, пока моет руки.

– Почему у меня такое ощущение, что вы заманили меня в ловушку? – прищуриваясь, оглядываю каждого из них. Джей, усмехнувшись, идёт к столу и толкает с него Майка.

– Слезь со стола, оболтус, – в шутку рычит на него, садясь на стул.

Майк, подняв руки в знак капитуляции, слезает со стола и садится рядом с ним. Оба теперь, вальяжно расположившись на своих стульях, смотрят на меня оценивающим взглядом. Тай, вытирая руки полотенцем, стоит, прислонившись к раковине.

– Потому что ты долбаный параноик, – отвечает он мне. Затем берёт стакан с соком и садится напротив парней.

– Тут есть ещё места, не стой в проходе, – откусив яблоко, бросает Майк, не сводя с меня взгляда.

Клянусь, у меня ощущение, что они готовятся затянуть петлю на моей шее. Их взгляды не сулят ничего хорошего. Они буквально рассматривают и что-то ищут во мне. Либо уже нашли и думают, что с этим делать.

Вам же тоже так кажется, да?

– Ладно, пока он свой ручник отпустит, расскажу вам про свадьбу, – выбросив огрызок в мусорное ведро за спиной, говорит Майк. – Короче, семнадцатого августа у нас роспись, а затем отмечание в баре. Спасибо Тай, за идею, – и даёт ему пять, перегнувшись через стол. Я подхожу и сажусь рядом с Таем. – Это будет суббота, с Холлисом я на днях поговорил, он согласен закрыть бар для нас, поэтому будут только свои. Родители Грейс как раз вернутся. Их всё лето не будет. Друзья и семья, как я и мечтал, – довольно и мечтательно улыбается наш купидон.

– Отлично! Поздравляю, – толкает его в плечо Джей.

– Спасибо. Так что ничего не планируйте на этот день. И да, я жду вашего выступления. Помнишь, Дэйв, что я тебе однажды сказал?

– Помню, что я спою на твоей свадьбе, – улыбаясь, киваю ему.

– Красавчик! Репертуар на ваше усмотрение. Только не совсем слёзный, ладно? У нас свадьба, а не похороны, – ржёт этот конь.

– То есть без Don’t Cry?! – вставляет Джей, посматривая на меня.

– Нет, её можно оставить. Не представляю Дэйва без этой песни, – хохочет Майк.

– Моя помощь нужна? – спрашивает Тай, отпивая сок.

– Да. Я хотел сделать сюрприз для Грейс. У меня собралась куча совместных фоток, и я хотел это красиво оформить в виде фильма. Музыку наложить, может спецэффекты там всякие. Сможешь помочь? У меня есть идея, мне нужно качество.

– Без проблем. В любое время.

– Кажется, он расслабился, можем начинать, – вставляет Джей с довольной улыбкой.

И тут я понимаю, что слушал их, ни о чём особо не думая, просто переводя взгляд с одного на другого. И реально расслабился. Но моя задница чувствовала подвох! И вот он, пожалуйста! Они точно заманили меня, чтобы учинить допрос с пристрастием.

Тай тихо смеётся рядом со мной, Майк, сидящий напротив, играет бровями.

– Тупица, объясни нам, пожалуйста, какого чёрта ты тормозишь?! – задаёт свой любимый вопрос гуру любви.

Смотрю на свой стакан с водой. Что я должен им сказать. Правду?! Да она, как бы это сказать, совсем неприглядная. Даже самому неприятно.

– Молчать не вариант, ты же знаешь, – нарушает тишину Тай.

Продолжаю смотреть на стакан, пока кручу его на столе.

– Дэйв, просто скажи, что за грёбаная хрень творится в твоей голове, и мы отстанем, – подключается Джей.

Поднимаю на него глаза. Он внимательно смотрит на меня, ожидая моей исповеди. Чёрт, они мои друзья. Может, и впрямь стоит уже озвучить всё, что в моей башке и то, что я сделал, чтобы они отстали?!

Сделав глубокий вдох, решаюсь начать:

– Это долгая и давняя история. Но вам ведь интересно именно про Тришу, верно?

– Не совсем. То, как ты себя ведёшь с ней, явно связано с твоим прошлым. Но ты расскажи хоть что-нибудь, – отвечает Майк без подколов и шуток.

Кошусь на него, думая, как это всё облечь в слова. Сердце истерически ускорилось, как бы намекая, что сейчас я признаюсь, что являюсь конченым придурком.

– Я плохо поступил с ней.

– Не как с сестрой, – подхватывает Майк. – Я помню, ты мне как-то это сказал. Так что конкретно ты сделал?

Чёрт, тяжело это вслух сказать, потому что со стороны эта ситуация выглядит в высшей степени омерзительно. Тру глаза, чтобы собраться с мыслями.

– Я лишил её девственности, – на одном дыхании признаюсь я.

– Ну и? Многие мечтают быть первым у девушки, – улыбается Майк.

– Согласен, – кивает Тай справа от меня.

Я молчу, готовясь продолжить.

– А ты чего не комментируешь, тукан? – толкает его плечом Майк.

– А я жду, когда он скажет «но…». Иначе мы бы здесь сейчас не сидели, – отвечает ему Джей.

Майк, откинув голову, начинает ржать.

– Сукин сын, каким ты умным стал! Прям гордость берёт, – и, схватив Джея за голову, начинает тереть его макушку костяшками пальцев.

– Продолжай, не обращай на них внимания, – обращается ко мне улыбающийся Тай.

Парни быстро успокаиваются и вновь выжидательно смотрят на меня.

– И я ушёл сразу после этого, – продолжаю я.

– Насколько сразу? Через час? Два? – уточняет Тай.

Да уж, у всех своё понимание «сразу».

– Нет. Сразу же.

Они непонимающе переглядываются.

– Закончил и ушёл? А она хотела, чтобы ты остался, так что ли? – спрашивает Майк.

Отрицательно качаю головой.

– Вы не поняли. Чёрт. – Я закрываю на секунду глаза. Озвучивая это, я понимаю, какой я мудак. – Я… Я…

– Скорострел, что ли?! – перебивает меня Джей, и парни нервно усмехаются.

– Что?! Нет! – вскрикиваю, глядя на него, и он быстро кивает, ожидая продолжения. – Короче, я не закончил то, что начал. Просто вышел из неё и ушёл. Это было на её прошлом дне рождении. И не смотрите так на меня, – вскидываю руку, видя их изумлённые взгляды. – Я сам не знаю, что со мной тогда произошло. Вру. Знаю. Но я не понял, какого чёрта я вообще оказался в ней.

– И здесь ты тоже врёшь. Всё ты знаешь. Ты хотел и хочешь её, – произносит Майк, откинувшись на спинку стула.

– Хотел. Я просил её остановить меня, но она не хотела останавливаться. А потом… Потом я сам остановился. Очевидно, в самый неподходящий момент, – горько усмехаюсь, в отчаянии запустив руку в волосы.

– Да уж. Худшего момента ты придумать не мог, – задумчиво соглашается Джей.

– А какого чёрта ты вообще остановился? Ты же хотел её, она хотела тебя. Идеально, мать его. Что не так? – удивлённо смотрит на меня Тай.

А вот это и есть моё прошлое, которое так влияет на меня.

– Я не могу быть с ней. Как и с любой другой. Обычный секс да, но не более.

– Тогда какого чёрта ты не закончил то, что начал с ней?! Это же обычный секс! – восклицает Джей.

Поднимаю взгляд на него.

– Потому что это не обычный секс для него. Она для него не обычная девушка, – отвечает за меня Майк, и я обречённо киваю.

Да. Вот она правда-матка. Не адреналин после концерта виноват в том поцелуе.

Триша. Мне. Нравится.

– Твою мать, я тебя совсем не понимаю. Она тебе нравится, ты её хочешь, она хочет тебя, она девственница. Чёрт подери, идеальнее картины сложно представить. А ты, берёшь и сливаешься в самый неподходящий момент! Какого чёрта?! Что за тараканы в твоей голове?! – продолжает напирать Джей.

– Ты чего-то боишься, да? – подключается Тай.

Киваю ему.

– Боюсь. Вы же знаете, что я потерял маму в тринадцать. – Они синхронно кивают. – Так вот, это я виноват в том, что моя мама погибла. Я потерял самого близкого человека по своей тупости, нерешительности и ещё бог знает чего. Я больше не хочу потерять. Я больше не хочу чувствовать ту боль. Я больше не выдержу того отчаяния, – признаюсь я и закрываю глаза, чтобы взять себя в руки.

Сердце долбит в груди, по телу прошла волна жара, сменившись волной холода.

– Погоди. С чего ты взял, что виноват в гибели твоей мамы? – наклоняется ближе Майк, упираясь локтями в стол.

– Я не смог оттащить её с дороги. А она оттолкнула меня, спасая мою никчёмную жизнь. Это всё произошло так быстро, но в то же время кажется, что я тупил целую вечность, видя, как несётся машина и ничего не сделав, чтобы спасти маму. А она среагировала в секунду, – тихо признаюсь своим друзьям в самых потаённых переживаниях. Я ни с кем это не обсуждал.

Я буквально ощущаю, как атмосфера на кухне меняется. С недоумения, на поддержку и сочувствие. У меня хорошие друзья. Придурки правда, но хорошие.

– Дэйв, я уверен, что ты предпринимал что-то, пока на вас неслась машина, – аккуратно комментирует Джей.

– Предпринимал. Просил уйти, но мама не слушала. Надо было схватить и оттащить её, но я этого не сделал. Точнее, я тащил её, но она выдернула руку, чтобы собрать грёбаные яблоки с дороги. Почему я не схватил её посильнее и не оттащил?! Вместо этого я начал словесно уговаривать, но ничего не вышло, – срывающимся голосом говорю я и закрываю глаза, сжав кулаки.

– Глубокий вдох и медленный выдох, – произносит Тай своим тихим голосом. – Дыши. Здесь все свои. Мы хотим тебе помочь. И мы это сделаем. Не знаю как, но сделаем, – положив мне руку на плечо, он сжимает его.

Дышу, стараясь успокоиться.

– Поэтому ты боишься подпустить Тришу ближе, чтобы потом не было больно? – предполагает Тай.

Киваю ему, не открывая глаз и глубоко дыша.

– А с какого хрена что-то должно случиться?! Почему ты сразу думаешь в негативном ключе? – спрашивает Джей.

– Потому что это жизнь. Никогда не знаешь, что ждёт тебя завтра. Я не хочу вновь ощутить тот ужас и уязвимость. Проще жить так, – с горькой усмешкой отвечаю я, взглянув на него.

– Ты не живёшь, Дэйв. С такой логикой проще вообще из дома не выходить. А вдруг кирпич на голову свалится? – парирует Майк.

– Ты не понимаешь. Я знаю, что такое любовь. Знаю, что такое нежность, забота, ласка. Я это потерял. По своей вине. И это не вернуть, – продолжаю я.

– Согласен. Маму ты не вернёшь. Но девушка может дать тебе другую любовь, нежность и ласку. Ты заживёшь. Ты начнёшь по-настоящему творить, – не унимается купидон.

– Значит тогда, год назад, ты дал слабину, испугался и убежал. Теперь ты её избегаешь, трахаясь с другими. Но сохнешь по ней. При этом сам же толкнул её в щуплые объятия этого скейтера. И всё это потому, что произошёл несчастный случай? Ужасный, грёбаный, дерьмовый несчастный случай, в котором нет твоей вины. Я ничего не упустил? – изучает меня своими чёрными глазами последователь Майка.

– Джей, тебе легко говорить. Ты не пережил того ада, что пережил я. Тебе кажется, что ты всё можешь преодолеть и всего добиться, но это не так, – начав раздражаться, выдаю я.

Джей распахивает глаза.

– Чёрт, – тихо произносит Майк, потирая переносицу. Тай справа от меня замер.

– Серьёзно?! – напряжённо спрашивает Джей. – Тебе рассказать, что я пережил в своей грёбаной семье? Тебе рассказать, каково это, когда негде искать убежища? Рассказать, каково это, когда твоя собственная мать отправляет тебя к растлителю каждое лето? Рассказать, как при этом она дубасит тебя ремнём, начиная с четырёх лет и до шестнадцати? – его взгляд буквально буравит меня, а у меня отвисает челюсть. – Рассказать, сколько слёз я пролил в детстве из-за собственного бессилия? Рассказать, сколько шрамов на душе у меня осталось? Рассказать, сколько драк я затеял просто так, лишь бы выплеснуть внутреннюю боль и отчаяние? Рассказать, как это дерьмо тянуло меня вниз по наклонной? Рассказать, как из-за подобного дерьма я чуть не потерял своё счастье?! Рассказать, как мне было плохо, когда до меня дошло, что я натворил?! Рассказать, как моя мать придумала план, чтобы моё счастье всё увидела?! Рассказать, что потом моя мать припёрлась к моей девочке и хотела её отвадить от меня во второй раз, угрожая ей?! Рассказать, что мой отец мне не отец?! Рассказать, что значит пережить всё это и при этом не сломаться?! Рассказать, почему я, сука, такой упрямый?! Да потому что я никому не позволю отобрать у меня то, что я люблю всей душой! Да, это жизнь и дерьмо случается! Но всё, что зависит от меня, я сделаю! Клянусь, я землю жрать буду, но сделаю всё, чтобы Хлоя улыбалась! И не отпущу её. Ни за что. Поэтому я не понимаю, какого чёрта ты упускаешь то, что так нужно тебе! – Толкнув стол, он встал, отошёл к столешнице и упёрся в неё руками, опустив голову. Вижу, как напряжена его спина и как тяжело он дышит.

В кухне повисает гробовая тишина.

Майк и Тай переглядываются. Я сижу в глубоком шоке, не дыша. Я ни хрена не знал, что у него было такое детство. Судя по всему, один я не знал.

Но тут же в памяти всплывает случай, когда мой отец вытащил его из-за решётки за драку, а он потом спрашивал про видео доказательства и дневниковые записи, подтверждающие истязание ребёнка. Он тогда прямо не сказал, что это имело отношение к нему, а я особо не придал этому значения, не желая совать нос куда не просят. Вот же чёрт! И какой из меня юрист, если я упускаю такие важные и ключевые моменты?!

– А моя мать пьёт с моих восьми лет из-за гибели моего младшего брата, Дарена. Ему было четыре, когда его застрелили наркоманы. Отец ушёл, когда мне было пятнадцать. И с тех пор со мной не общается. Почему? А видите ли, я ему напоминаю о смерти его младшего сына, поэтому можно и старшего заживо похоронить. Мать всё время в отключке и срать она хотела на живого сына. Несколько раз её возвращали с того света. Несколько раз я сам промывал ей желудок, спасая от передоза алкоголем. Я работаю с тринадцати, чтобы вылезти из собственного ада. Сидни, малыш мой, стала для меня тем светом, на который я шёл. Она стала для меня всем. Абсолютно всем. Без неё я вообще не представляю, как бы я справился с тем одиночеством. Ты прав, Дэйв, жизнь, сука, суровая. Но иногда нужно доверять Вселенной, держа при этом руку на пульсе. Ты не можешь всего предугадать, но в твоих силах творить свою собственную жизнь, умело маневрируя между жизненными обстоятельствами. А без любимой девушки нет в этом смысла. Вообще никакого долбаного смысла. Ради кого мы поём, танцуем, стучим на барабанах, взламываем учётки обидчиков, учимся, готовим, продумываем своё будущее? Ради них. Ради их улыбок. Ради их объятий. Иногда ради их спокойствия и безопасности. Без них нет смысла вообще что-то делать. И я не понимаю, какого чёрта ты так просто сдаёшься, – тихо произносит Тай, задумчиво смотря куда-то перед собой.

Джей поднимает голову и оборачивается, сложив руки на груди и оперевшись о столешницу.

Слушаю его и понимаю, что мои друзья пережили не меньше моего. Я вижу только свои проблемы, но ведь у каждого из нас своя история. И они только что выложили их. Хотя раньше мы так откровенно не разговаривали.

– Мне повезло больше вас, – подключается Майк. – Я рос в счастливой семье, как ты Дэйв. Меня любили, обо мне заботились. И знаешь, какой главный урок я усвоил, наблюдая за своими родителями? – Я отрицательно качаю головой, глядя ему в глаза. – Что никогда нельзя сдаваться. Нужно искать до тех пор, пока не найдёшь. Нашёл? Не отпускай. Отпустил? Верни. Вернул? Держи. А главное – люби. А если любишь, то ты живёшь. Тебе сразу становится как-то по хрен на вечные жизненные обстоятельства, потому что ты знаешь, что тебя ждут. И ты, как сказал Джей, будешь землю жрать, чтобы положить к её ногам всё, что она хочет. Эти обстоятельства будут всегда. Но, если рядом есть та, ради которой ты поёшь, то какая к чёрту разница, что происходит?! Как сказал Тай, ты будешь умело маневрировать между этими чёртовыми обстоятельствами, прикрывая её, чтобы доставить вас туда, куда вы стремитесь. Да, порой, может быть, будет страшно от неизвестности, но чёрт возьми, кто из вас двоих мужик?! Собрался и пошёл напролом, либо огибая углы. Неважно как, главное с ней. Твоё чувство вины тебя погубит. Лет через пятнадцать ты однажды проснёшься и охренеешь от действительности. Один, в холостяцкой квартире где-нибудь в Чикаго, с полным кошельком бабла и с полным непониманием, что со всем этим делать. Куда тратить это бабло?! Кто оценит ремонт в навороченной квартире, которую ты купил на приличную зарплату престижного юриста, который ни хрена не счастлив? Никто не шуршит на кухне, что-то подпевая себе под нос. Не бурчит на тебя, что ты не убрал за собой грязную посуду. Постель пустая и холодная, а даже если там и лежит очередная puta[31], то вспомнишь ли ты её имя? Ты не узнаешь все прелести ПМС, когда твоя девушка резко пропадает и вместо неё появляется нечто, отдалённо напоминающее твою любимую. Но ты терпишь, зная, что всё это временно. А терпишь почему?! Да потому что любишь! Потому что срать ты хотел и на ПМС, и на её тараканов, и на жизненные обстоятельства. Главное – она рядом. Всё. Остальное второстепенно, либо вообще не заслуживает твоего внимания. Поэтому возникает вопрос: какого чёрта ты сам себя лишаешь этого счастья?!

Джей усмехаясь, качает головой.

– Про ПМС чётко подмечено.

А я продолжаю в оцепенении сидеть и смотреть на своих друзей, которые открылись передо мной в ответ на мои откровения.

– Чёрт, парни, – нервно зачёсываю волосы назад, смотря по очереди на каждого. – Я в шоке, мать его за ногу. Я не знал, что вам пришлось пройти через такое. Джей, – перевожу взгляд на него, – я даже подумать не мог. Я чувствую себя чёртовым эгоистом. Теперь я понимаю, почему ты так любил подолгу репетировать и не хотел уходить домой. Ты мега стойкий. Ты просто стальной. Чёрт, Джей, прости, правда, – смотрю на него, а он, склонив голову набок, внимательно изучает моё лицо.

– Тебе не за что извиняться. Не ты со мной это сделал. Ты мой друг. Теперь ты знаешь, что не один пережил дерьмо. Нас таких в этой комнате минимум трое и один счастливчик, который помогает нам обрести своё счастье, – улыбаясь, отвечает он.

– Да, но… Парни, я же не знал. А вы столько дерьма хапнули. Тай, – поворачиваюсь к нему, он смотрит на меня своими серыми глазами. – Ты тоже прости. Мы же все в одной компании, а я ничего не замечал, купаясь в своей боли. Может, я был нужен вам, но не видел этого. Что я за друг тогда, если ни хрена не видел?! Тай, ты несгибаемый, ты просто глыба, мать его за ногу.

– Я хакер. Истинный хакер, – улыбаясь, он толкает меня плечом.

– Не вини себя ни в чём. Ни в смерти матери, ни в том, что ничего не замечал. Поверь, никто из нас ничего не видел. Мы все крутились каждый в своём дерьме, не обращая внимания на проблемы окружающих, – подключается Джей. – Кроме одного индивидуума, который всегда оказывался вовремя. То кулаками помахать, то уломать Тая пойти поржать на репетицию, то тебя подколоть, чтобы рассмешить. – Он подходит к Майку со спины и, схватив его за голову, начинает тереть костяшками пальцев его макушку. Майк ржёт, схватив его за предплечье.

– Сукин сын, это ты так в любви мне признаёшься?! Не выйдет! Я жду три волшебных слова, засранец, – вопит он.

Мы с Таем начинаем ржать. Нет, всё-таки мои друзья настоящие придурки.

– Видишь, близкие люди просто жизненно необходимы рядом. Да, мы все из себя серьёзные, бронебойные и охренеть какие независимые. Но без друзей и любимой девушки ты – один, – тихо произносит Тай, глядя на парочку придурков.

Майк вскочил из-за стола, выкрутившись из хватки Джея, и начал боксировать с ним.

– Но ведь есть вещи, которые невозможно контролировать, – не сдаюсь я.

Тай поворачивает голову и внимательно смотрит мне в глаза.

– Есть. Тогда сделай так, чтобы обстоятельства играли в твою пользу, а не против. Будь хитрее. Поверни их в свою сторону. Поверь, это сделать ты в состоянии, – улыбается мне Тай. – Запомни, у медали всегда две стороны. Ты пока видишь только одну. Загляни на другую, и ты охренеешь. Всё в твоих руках.

– Засранец, я тебя уложу на лопатки, – ржёт Майк, пока Джей виртуозно избегает его ударов.

– Господи, какие же мы придурки… – тихо смеюсь, когда телефон Тая внезапно оживает.

– О! Анаконда из кустов звонит, – смеётся Тай и отвечает на звонок: – Да, здорова, Пресли.

Мы все прыскаем от смеха, парни замирают, фактически обнимаясь и тяжело дыша, и смотрят на Тая.

– Так, и в чём вопрос? – продолжает он, улыбаясь всё шире и шире. – Погоди, ты попал как раз на нашу «групповуху». Не против, если я тебя на громкую включу, услышишь сразу четыре мнения?

Мы все переглянулись.

– Ок, включил. Мочи, – произнёс Тай, положив телефон на стол.

– Привет, парни, – произнёс Пресли из динамика телефона.

– Здорова, Пресли, – радостно поздоровались с парнем, которого даже не знаем. Видели только однажды во время видеозвонка. Но он нам всем запал в душу. Классный придурок.

– У меня очень важный вопрос. Поскольку вы все очень опытные по части девушек, мне нужен совет, – говорит он, пока мы все, улыбаясь, переглядываемся. Парни садятся на свои места, практически не дыша и внимательно слушая. – Я познакомился с девушкой, но не знаю, как продолжить наше общение. Ведь по логике вещей, я должен сделать первый шаг. Но какой? Что я должен сделать? – искренне вопрошает нас ботан-айтишник.

Тай довольно улыбается, явно радуясь за него.

– А где ты с ней познакомился? – первым, как всегда, влезает Майк. Он же гуру, сейчас всё быстро по полочкам разложит.

– На автозаправке. Она не знала куда воткнуть заправочный пистолет.

– И ты ей воткнул?! – хрюкая от смеха, влез Джей, давая пять Майку.

– Джей, привет. Узнал тебя по голосу. Да, конечно, воткнул.

Мы стараемся не заржать в голос.

– Считай дело сделано. Осталась самая малость, – комментирует Майк, трясясь от сдерживаемого смеха.

– Но я же всего лишь воткнул ей! Что дальше делать? Как подойти? Что сказать?

Тай, закрыв глаза, сжимает губы.

– Воткни ещё раз! А там и поговорите, – смеётся Майк.

– Отвезти её опять на автозаправку?! – уточняет, всё буквально воспринимающий, Пресли.

Качаю головой, глядя на моих друзей, которые готовы взорваться от истерики.

– Нет, лучше воткни ей свою «кустистую анаконду» дома, где нет свидетелей и не пахнёт топливом, – хохочет Джей.

– Джей, я вас и спрашиваю, как мне перейти от автозаправки до моего дома! – как для дебила объясняет он ему.

– Пешком, мать твою, – шепчет Джей нам, и мы начинаем ржать как кони.

Тай призывает нас к спокойствию своими жестами, указывая на телефон.

– А ты узнал, пока вставлял, чем живёт эта девушка? Что ей нравится? Номер телефона взял? – задаёт свои вопросы Майк, вытирая глаза от слёз.

– Немного узнал. Она обожает книги. Номер взял.

– Чёрт возьми, айтишник и библиотекарь – это будет долгий променад от автозаправки до кровати, – стонет Майк. – В ритме вальса в замедленной съёмке.

Мы опять ржем.

– Своди её на книжную ярмарку, – выдаю я.

Парни, смеясь, кивают.

– А потом? – не унимается наш горе соблазнитель.

– А потом воткни свою «анаконду» в тёплое местечко, – смеётся Джей.

– Прямо так сразу?! Должно же быть несколько свиданий! Я не хочу её спугнуть, понимаешь? – в голосе Пресли столько надежды и отчаяния, что даже жаль смеяться над ним. Кажется, он серьёзно запал.

– Слушай, пригласи её потом в кафе. Узнай, какую кухню она любит и своди пообедать. Нет, лучше поужинать. Потом проводи до дома. Перед домом поцелуй её. Только не в щёку, Пресли. А прямо в губы. По-взрослому. Прижми к себе и сожри её рот, – наставляет его Джей, давясь смехом.

– А потом намекни на продолжение банкета. Мол, ты не против увидеть рассвет из её окна, посчитать звёзды на небе или устроить ей самой звёздное небо перед глазами. Только в глаза ей смотри и лицо попроще сделай. А слова лучше шёпотом произносить, либо очень тихо, задумчиво и с придыханием. Но сделай всё это так, словно ты и хочешь к ней попасть, но в то же время не особо расстроишься, если она откажет. Дай её воображению сделать свою работу, – продолжает Майк и опять даёт пять Джею.

– А потом не тормози. Лучше с порога прижми и не отлипай до самой кровати. Не дай ей соскочить. Но и не дави чересчур, держи баланс. Поиграй с ней немного, разожги аппетит. Ну а в постели, я думаю, ты сам знаешь, что делать, – подключаюсь я, давая пять Майку и Джею.

– А если она откажет после ужина и поцелуя? – вдруг спрашивает он.

Мы все озадаченно нахмуриваемся.

– Обычно не отказывают, – улыбается Майк.

Вот именно. Обычно пару свиданий с ужином достаточно, чтобы зайти переночевать. Хотя я никого не водил на свидания, но Майк точно знает, о чём говорит. Так что поверю ему на слово.

– Ну а если всё-таки откажет?

– Если откажет, – наконец подключается Тай, – то повтори все те же действия, что тебе только что сказали ещё раз. Только целовать можно и нужно чаще. Если и после этого откажет, то исчезни.

Мы все замираем и смотрим на Тая.

– Какого хрена?! – тихо спрашивает его Джей. Майк озадаченно разглядывает Тая.

– В смысле?! Какой смысл исчезать после всего сделанного?! – вопрошает Пресли. Мы синхронно киваем, согласные с ним.

– Смысл есть всегда, да, Пресли? – улыбается наш хакер. – Женщины – сложные существа. С ними иногда надо быть хитрее. Надавить – отпустить. Прижать – оттолкнуть. Но всё время держи в поле зрения. Присматривай и выжидай момент. Но я уверен, что она сама пойдёт на контакт. Но, если вдруг затормозит, то помаячь на её горизонте и опять затаись. Тогда точно придёт прямиком в твои объятия, – заключает Тай, а мы все сидим с отвисшими челюстями.

– Ах ты ж умный хрен! Хакер, чёрт возьми! – вопит Майк.

– Так вот какая тактика была, да?! – смеётся Джей.

Тай неопределённо качает головой с улыбкой на губах.

– Понял, спасибо парни, – произносит Пресли.

– И ещё, лучше не трать времени зря и побрей свои кусты! Удиви её. Тогда она потом не слезет с тебя! – ржёт Майк. Я лишь качаю головой на это.

– Ни за что. Смысл брить мои кусты? Вдруг ей нравится джунгли? – серьёзно спрашивает он.

– Джунгли зовут! – вопит Майк.

– Твою мать, Пресли! Откуда ты взялся?! – хохочет Джей.

– Пресли, главное ты ей джунгли устрой, а не пустыню Сахару. Намёк понял? – встреваю я, и парни сгибаются пополам от хохота.

– Понял. Оросить её как следует, – серьёзно отвечает он, а мы вопим как ненормальные.

Тай держится за стол, чтобы не рухнуть. Майк, вскочив со своего места и согнувшись пополам, ржёт как конь. Джей, откинувшись на спинку стула, орёт в голос. А я, смотря на них, думаю, какие же мы придурки, ей-богу.

– Если что, я вам ещё позвоню. Спасибо за помощь, – прощается Пресли из джунглей.

– Тай, у тебя очень классные знакомые, – сквозь смех комментирует Джей.

– Согласен. Но я бы посмотрел на их свидание, – хохочет Майк, возвращаясь на своё место.

– Да, это должно быть забавно. Прикиньте, она – книжный червь, он – долбаный компьютерный гуманоид и их первый секс. Нет, даже думать об этом не хочу, – ржёт Тай.

– Ну что, тупица, тебе полегчало? – возвращает меня в реальность Майк. – Высказался, снял с души груз. Легче?

А ведь и правда легче. На плечах словно нет плиты, придавливающей к полу, с которой я привык жить с тринадцати лет. Конечно, я не всё выложил им, но основную часть – да. И да, я понимаю, что Трише тогда только исполнилось семнадцать, а тут я со своим членом полез туда, куда, по-хорошему, рановато ещё было входить. Я всё понимаю.

– Легче. Спасибо, парни. Правда. Сам не ожидал, что поделюсь всем дерьмом с кем-нибудь, но, чёрт, я рад, что поговорил с вами, – искренне отвечаю, глядя на их довольные рожи.

– Я же говорю, мы те ещё латентные сплетники, – смеётся Джей.

– Уже открытые, чёрт возьми, – хохочет Майк и продолжает, обращаясь ко мне: – Дэйв, дай себе шанс. Именно себе. Попробуй пожить по-другому, по-новому. Ты столько лет живешь с чувством вины, что, небось, уже разучился чувствовать по-настоящему. Только на сцене живёшь, я же вижу. А сцены у тебя было мало в последнее время. Сейчас лето, выступления. Поживи. Разреши себе это. Ты ни в чём не виноват. Ты отличный парень и друг, – улыбается он мне.

– Именно. Не зацикливайся на негативе. Старайся больше искать позитива везде, – кивает Джей.

– И помни, только в твоих руках твоя собственная жизнь. Не опускай их. Я раньше был фанатиком контроля, да и сейчас особо булки не расслабляю. Но тебе полезно отпустить контроль и пожить. Дай случиться тому, что должно случиться, – толкает Тай меня в плечо и отпивает сок.

– Спасибо, парни. Есть над чем подумать. Не факт, конечно, что я сразу же начну что-то предпринимать в своей жизни, но постараюсь меньше зацикливаться, – задумчиво отвечаю, смотря на стол.

– Dios mío, чёртов жираф! Как же ты сопротивляешься очевидным вещам! Чтобы к моей свадьбе был с Тришей! Понял?! Меня не волнует как. Без Триши не приходи. Я сейчас серьёзно. Я заставлю тебя раскрыть глаза и сделать этот шаг! Потом «спасибо» скажешь. Но чует моя жопа, что без неё ты как раз-таки и сдохнешь. А вот с ней заживёшь. Поэтому делай, что хочешь, пой любые песни, неотрывно смотря на неё, продолжай отрицать, но докажи ей, что не импотент хренов, – смеётся этот чёртов купидон.

Парни прыскают от смеха.

– Какого хрена?! Импотент?! Вы считаете, она так думает?! – вдруг озаряет меня не самая приятная мысль.

Парни пожимают плечами, отводя взгляд. Вот же чёрт!

– Я не импотент! – ору я.

– А ты докажи! – довольно тянет Майк, сидя напротив меня.

Парни давят смешки, а у меня внутри ураган. Какой к чёрту импотент?! Я могу! Много чего могу! Долго при этом! Не уставая, я же спортсмен. Выносливый – моё второе имя, чтоб вы понимали! А фамилия моя – Гигант! Да-да. Дэвид-Выносливый Гигант. Приятно познакомиться!

Неужели Триша считает меня импотентом после того случая?! Ведь причина в моих убеждениях, а не в проблемах с потенцией. Чёрт! Я и не думал, что в её голову могла закрасться подобная мысль.

– Смотри-смотри, видишь, как до него доходит? У тебя было такое же выражение лица, когда я тебе сказал, что ты в Хлою влюбился и испугался, – толкая в плечо Джея, тихо произносит Майк.

Стоп.

Что?!

Влюбился?!

Она мне нравится, конечно. Ладно, она безумно нравится. Она для меня особенная девушка. Не знаю почему, но это так. Она очень красивая. Она невозможно красивая, если честно. До одури просто. Но вот, чтобы влюбиться…

– Тсс, не спугни, – заговорщически шепчет ему Тай.

Нахмурившись, смотрю на него.

– Думай, не отвлекайся, – издевается Майк, хитро улыбаясь.

– Какие же вы придурки, – обречённо качаю головой.

У меня такое чувство, что меня скоро накроет волной осознания.

У вас бывает такое? Словно вот-вот что-то случится, ты что-то нащупал, скоро ухватишь это за хвост и тебя разорвёт от осознания. Вот у меня сейчас такое чувство. Только вот что я осознаю?!

Но Триша мне нравится, это правда. Ведь я тогда и сбежал, понимая, что не смогу остановиться с ней. С другими могу, а с ней нет. Не знаю только, откуда у меня такая уверенность в этом. Но смотря в её глаза, я понимаю, что не смогу насытиться после одного раза. Мне захочется ещё и ещё. А тогда я привяжусь к ней и станет совсем опасно, если вдруг что-то случится, и я потеряю её. И что мне тогда делать? Я уже однажды подобное пережил и больше не хочу.

Она правда думает, что я импотент?!


## Глава 7

Триша


Разглядываю квартиру-студию в стиле лофт, пока Хлоя, танцуя и подпевая под очередную песню группы AC/DC, накрывает своеобразный перекус для нашего девичника, пока Сидни снимает её танцы на телефон.

Неделю назад парни устроили свою «групповуху», теперь наша очередь. Всё время с того нападения на мой язык, я старательно избегаю Дэвида. Тот поцелуй решила просто стереть из памяти, как и всё, что с ним связано. Шон занят своим ремонтом, но иногда находит время и для меня.

Мы собрались у Хлои и Джея, но все ребята куда-то уехали. Вроде как, помогают Майку перед свадьбой. Обалдеть, он скоро женится! А его невеста тусит тут с нами и, вроде, особо не переживает. Она вообще не хотела пышную свадьбу, но идею отметить в баре оценила и согласилась. Так что скоро мы все будем отмечать первую свадьбу в нашей компании. Так необычно, такие молодые, но совершенно уверенные в своём решении. Я как-то спросила у Грейс, не сомневается ли она и не боится ли так рано выходить замуж. Она же приняла предложение всего через несколько месяцев после их знакомства! На что она ответила, что нет ничего более правильного и желанного в её жизни, чем семья с Майклом. Меня этот ответ тронул до глубины души.

– «Yeah you, shook me all night long…»,[32] – вопит Хлоя, танцуя и указывая пальцем в камеру телефона, пока Сидни, давясь смехом, снимает её.

Она очень забавная. Всегда такой была. В ней столько энергии, что она мёртвого поднимет, ей-богу.

– Мне кажется, она следующая выйдет замуж, – вдруг тихо комментирует Грейс, стоя рядом со мной.

– Почему? – поворачиваю к ней голову, и вижу в её руках совместное фото ребят. На нём Хлоя в футболке с эмблемой группы Scorpions смеётся, закрыв глаза, а Джей смотрит на неё. Но смотрит с такой любовью, словно она – единственное, что ему необходимо в этой жизни.

– С них всё началось в нашей компании. Майк их опередил, конечно. Поэтому не думаю, что упрямый Джей отступит. Мне кажется, он хочет, чтобы все знали, что она его. Чтобы носила его фамилию, называла своим мужем. Она для него весь мир, – задумчиво произносит, разглядывая их фото.

Согласна. Я тоже думаю, что несмотря на образ брутала, в душе он чрезвычайно трепетно относится к Хлое. Если честно, то я вообще не представляю его рядом с другой девушкой. Они словно пазл, который идеально совпал. Как же хочется так же. Мы с Шоном, вроде совпадаем. Но нет ощущения, что на сто процентов. Как будто есть моменты, которые просто отсутствуют. Короче, в нашем пазле есть дыры. И я не понимаю, как их заполнить, ведь, по большей части, у нас всё отлично.

– Я сейчас это видео Джею отправлю, он же коллекционирует твои танцы, – смеётся Сидни, уткнувшись в телефон.

– О да, у него уже внушительная коллекция, – смеясь, отвечает Хлоя и ставит на стол кувшин с каким-то ягодным коктейлем.

– Отправила, – довольно озвучивает Сидни и поворачивается к нам. – Девочки, давайте за стол. Хлоя в ритме танца уже всё приготовила.

– Ты Джея ещё не посадила на шпинат? – улыбаясь, сажусь за стол напротив Хлои.

Она усмехается и отвечает:

– С чего вы решили, что я буду издеваться над ним?! Нет, конечно! Шпинат присутствует, но он мясоед. Поэтому он не голодает, не волнуйтесь.

Мы смеёмся, зная, как Хлоя любит читать лекции про правильное питание, и всё детство доставала нас нотациями про вред фастфуда.

Её телефон вибрирует, и она с улыбкой смотрит на экран.

– Что, Джей ответил, да? – подключается Грейс.

– Да, написал цитату из этой песни «You’re just mine, all mine»,[33] ну и ещё кое-что, – светясь от счастья, отвечает наша пацанка.

– М-м-м, какие же вы горячие, – улыбаюсь ей.

– А у тебя как с Шоном? Последние два концерта ты больше не снимаешь ребят, всё время сидишь около него, – спрашивает моя сестра.

– Да, когда он приходит, я всегда сижу с ним. Поэтому всё отлично, – пожимая плечами, тянусь за сэндвичем с лососем. – О боже, как вкусно! К этому прям просится какой-нибудь лёгкий алкогольный коктейль! – восклицаю я, попробовав его.

– У меня есть просекко. Мама подарила, когда мы заехали в эту квартиру, чтоб мы отметили. Но мы пока так и не открыли бутылку, – отвечает Хлоя.

– Давайте бахнем, девочки? В твой коктейль нальём, будет вкусно! – хлопая в ладоши, подключается Сидни.

– Чувствую, наши мальчики нас на себе повезут домой, – хихикает Грейс.

– Блин, жалко я у себя дома. Не отказалась бы, чтобы Джей прокатил на себе, – смеётся Хлоя, доставая бутылку из холодильника.

– Сейчас Таю напишу, что я буду пьяная, – хохочет Сидни, уже печатая в телефоне.

– Он тебя потом накажет, да? – подмигиваю ей.

– Очень на это надеюсь, – мечтательно тянет моя сестра-извращенка.

А мне почему-то не хочется написать Шону. Странно как-то всё складывается. Смотрю на девочек – они сияют. А у меня нет такого чувства эйфории. Конечно, Сидни только начала встречаться с Таем, но она знает его больше половины своей жизни. Грейс больше года с Майком. Хлоя тоже. И я с Шоном встречаюсь год. Только они все предвкушают вечер со своими парнями, а я нет. Что за фигня?!

Вдруг все телефоны девочек одновременно оживают.

– Господи, им Тай сказал, – смеётся Грейс, читая сообщение от Майка.

– Судя по всему, они не против нашей пьянки, —прочитав смс, игриво улыбается Хлоя и выливает бутылку в кувшин с ягодным коктейлем.

– Не против? Да они, как мне кажется, только «за», – хохочет Сидни.

– А у вас не бывает такого, что вы хотите отдохнуть от них? Ну не знаю, целый день не видеть и не слышать? – спрашиваю, пока Хлоя разливает нам по бокалам.

– Целый день? Нет, такого не бывает, – тут же отвечает она. – В универе мы иногда могли не видеться полдня, так Джей меня сообщениями закидывал. Иногда звонил. Иногда я ему.

– Аналогично. Мы с Майком в универе тоже всегда были на телефоне. Иногда он меня караулил и затаскивал в пустующие аудитории, чтобы… Ну, вы поняли, – краснеет Грейс.

– Потрахаться, – подсказывает ей Хлоя, и Грейс быстро кивает.

– А мы только обрели друг друга по-настоящему, поэтому дольше чем на пару часов не расстаёмся. Сейчас в процессе переговоров, как будем жить после лета, – подключается Сидни. – А ты от Шона хочешь отдохнуть, да?

Отпиваю сногсшибательный коктейль. Он явно с ног сшибёт, потому что Хлоя вылила целую бутылку.

– Да, в последнее время бывает иногда, – задумчиво отвечаю я, крутя в руках бокал.

– Это началось летом, да? – подмигивает мне Хлоя.

– Ага. Странно так. До этого мне бывало иногда душно рядом с ним, но не критично. А сейчас иногда дышать нечем, я буквально задыхаюсь и хочу больше пространства, – признаюсь им.

– Дело в Шоне или ком-то другом? – аккуратно спрашивает Грейс, сидящая справа от меня.

– Не знаю. Наверное, дело во мне.

– С тобой всё так. Дело в нём, – сделав большой глоток, заключает Сидни.

– Или в Дэвиде, – игриво тянет Хлоя.

– А при чём тут он?! – восклицает Сидни. Хлоя закатывает глаза, Грейс хихикает.

Я лишь качаю головой. Но комментарий Хлои заставляет меня задуматься. Может, его появление действительно спровоцировало меня на отдаление от своего парня. Плюс, тот поцелуй. Но я с тех пор две недели игнорирую Дэвида. На концертах вообще не смотрю на сцену, но чувствую устремлённый мне в висок взгляд со сцены. Но не поворачиваюсь, не разговариваю с ним. Ничего не делаю. Я же больше не мелкая глупышка! Да и к тому же, на фиг он мне сдался, спрашивается?! Он меня унизил и растоптал.

– Ты правда ничего не замечаешь, Си? – смеётся Хлоя.

– А что я должна заметить?!

– Хотя бы то, что Дэвид все концерты поёт, смотря на твою сестру. Постоянно. Неотрывно. Мечтательно. Задумчиво, – перечисляет Грейс.

Сидни, хмурясь, смотрит на меня. Пожимаю плечами в ответ. Не хочу комментировать, не хочу рассказывать про поцелуй. И уж тем более про спринтерский забег из моей постели годичной давности. Я уверена, что девчонки поддержат меня, но почему-то не хочется выносить это на всеобщее обозрение. Это и стыдно, и очень больно вспоминать. А вслух это произнести просто язык не поворачивается.

– Хм. Триша, между вами ничего же нет? – спрашивает Сидни, отпивая коктейль.

– Нет и быть не может.

Хлоя и Грейс переглядываются.

– А вот если помечтать. Скажи, такой, как Дэвид мог бы тебе понравиться? Внешне и внутренне. Или всё же больше мечтала о таком, как Шон? – повернувшись ко мне, спрашивает Грейс.

Конечно Дэвид!

Только вот почему эта мысль моментально появилась в моём мозгу? Это не очень хорошо. Это совсем не хорошо! Может, я не всё ему высказала за свою пошатнувшуюся самооценку, поэтому он до сих пор возникает в моей голове? Хотя я же вообще ему почти ничего тогда не высказала… Я его прогнала. Ха! Прогнала?! Его и не надо было прогонять, он сам сбежал. Я только успела в спину крикнуть, что он ублюдок и мерзавец. Может, мне надо ему всё высказать, и мне полегчает?! Делаю ещё один глоток, раздумывая над этим.

– Раз задумалась, значит, есть о чём помечтать, – смеётся Грейс.

– Ну как вам сказать, – вздохнув, я возвращаюсь в реальность. – Дэвид в отличной физической форме. Более спортивный, высокий, харизматичный, в сравнении с Шоном. Но вот внутреннее наполнение меня не устраивает. – Я откидываюсь на спинку стула, держа в руке бокал.

– Кажется, ты много алкоголя налила. У меня уже голова кружится, – смеётся Сидни.

– А ты не только пей, но и ешь. Иначе вместо романтического вечера, будет свидание с туалетом, – парирует Хлоя, закидывая себе в рот салат.

– Значит, всё-таки Дэвид, чисто теоретически, мог бы привлечь тебя? – не унимается Грейс.

Кошусь на неё, обдумывая свой ответ.

– В теории – мог. На практике – нет.

– Скажи, а Шон тебя во всём устраивает, или есть что-то, что прям бесит? – подключается Хлоя.

– Всё устраивает. Кроме одного. Он мне не противоречит, – улыбаясь, смотрю на подруг и сестру. Они понимающе кивают. – Он всегда во всём согласен со мной. Абсолютно во всём. За год мы практически не ругались, а ведь это самое время для узнавания друг друга и притирки. Не могу сказать, что мы очень похожи и поэтому не ругались, нет. Просто, если были разногласия, то он сразу уступал и соглашался со мной. А меня это бесит. Я больная, да?

# Примечания

1

Я здесь не для того, чтобы развлекать тебя,

Сегодня вечером тебе лучше не связываться со мной (англ.); Здесь и далее примечания Автора.

2

Сегодня ночью тебе поможет твоя рука (англ.)

3

У меня всё было отлично, пока ты не появился в моей жизни (англ.)

4

Адское, адское, адское, адское пламя (англ.)

5

Лабать – играть. Музыкальный сленг.

6

Пение без инструментального сопровождения.

7

Не плачь (англ.)

8

Ангельская улыбка – вот твой товар (англ.);

9

Ты как заряженный пистолет, да (англ.)

10

Ранен в сердце, и это твоя вина,

Ты опозорила любовь,

Я сыграл свою роль, а ты свою игру,

Ты опозорила любовь (англ.);

11

Калифорнийский Университет в Беркли – государственный исследовательский университет США. Входит в пятерку лучших ВУЗов мира.

12

Вы готовы? Мы банда гитаристов (англ.)

13

Ни одна не сравнится с тобой (англ.);

14

Красотка, подари свою улыбку,

Красотка, да, да, да,

Красотка, посмотри на меня

Красотка, скажи, что останешься со мной (англ.)

15

Боже мой, шлюхи тупые (исп.)

16

Я хочу быть свободным (англ.)

17

Я не могу привыкнуть к жизни без,

К жизни без, жизни без тебя рядом со мной (англ.)

18

Это любовь, то, что я чувствую?

Это та любовь, что я так долго искал? (англ.)

19

Поговори со мной нежно, в твоих глазах появилось что-то новое,

Не опускай печально голову, и, пожалуйста, не плачь (англ.);

20

Шепни мне что-нибудь на ухо и подари свой вздох,

Подари мне поцелуй, прежде чем скажешь: «Прощай» (англ.);

21

Я буду думать о тебе

И о времени, что мы были вместе, детка (англ.)

22

И, пожалуйста, помни, что я никогда не лгал

И, пожалуйста, помни, что я чувствую, милая (англ.);

23

И не плачь сегодня,

Не плачь сегодня,

Не плачь сегодня, ведь над тобой рай, детка

Не плачь сегодня (англ.);

24

Детка, возможно, когда-нибудь (англ.)

25

Ты готова? (англ.)

26

Сладкий яблочный пирожок стоит на улице,

Хитрая бестия, ждёт свою добычу,

Она доставит тебя прямо в рай, когда ты почувствуешь её жало (англ.);

27

Кому всё это надо? (англ.);

28

Ты готова хорошо провести время?

Тогда готовься к ночному приключению (англ.)

29

Ну разве это не преступление,

Когда она доводит тебя до кипения (англ.);

30

Ты дышишь этим, это нужно нам всем (англ.)

31

Проститутка (исп.)

32

Да ты, не давал мне спать всю ночь напролёт (англ.)

33

Ты только моя, вся моя (англ.)