Ден Ковач
Да, товарищ майор

Вечность. Это такое долгое слово. Длинное и громкое. Неловко даже говорить о вечности рядом с человеком, который за последние двое суток спал всего четыре часа. Тише. Не будите его.

Совсем тихо. Шепотом… Ты знаешь, что шепот в наше неспокойное время подозрителен? Шепот стал заметным. А что заметно, то опасно. Только враги шепчутся по углам. Затевают. Замышляют. Таятся…

Майор госбезопасности N. (фамилию его я называть не буду, по понятным причинам) проснулся от того, что почувствовал рядом движение. Никакого особого чутья на опасность у майора не было, но беззаботный сон для него давно стал несбыточной мечтой. Годы безупречной службы сказывались. Несчетное количество ночных допросов, обысков, арестов.

Майор открыл глаза. Сквозь тщательно задернутые шторы в спальню пробивался серый полусвет летней ночи. В белые ночи он всегда мучился от бессонницы особенно сильно. На краю постели майора кто-то сидел. Черный силуэт на фоне едва видимого квадрата окна. Терпеливо ожидал момента, когда майор откроет глаза.

«Опять явился. На белку не похоже… хотя, кто способен узнать собственную белку?» – майор закрыл глаза и повернулся к ночному гостю спиной. Сон пропал. Благословенная тишина в голове майора снова наполнилась мыслями, голосами, криками, обрывками обвинительных заключений…

Последние месяцы выдались нелегкими, и не было впереди никакого просвета. Враги государства не заканчивались. Их становилось все больше. Майор чувствовал себя последним рубежом, последней стеной, о которую разбивались волны ненависти и предательства. Он держался. Родина за спиной.

Спать приходилось урывками, совсем мало. На пару часов он вчера прилег в кабинете, измотанный двумя десятичасовыми допросами. Вечером сумел вырваться домой. Домом была квартира, ключи от которой он выторговал неделю назад у лейтенанта в отделе вещдоков. Что получил взамен лейтенант тебе лучше не знать. Майор не был брезглив, но и ему цена лейтенанта показалась высоковата. Подозрительный товарищ лейтенант, но полезный.

Тревожные мысли не давали заснуть даже дома. Только коньяк помогал. Старый верный и единственный друг – коньяк всегда помогал. Хорошо, что у арестованного театрального художника в буфете стояло несколько бутылок еще довоенного. Хорошо, что его не прихватила с собой опергруппа при аресте художника. Наверное, было что-то получше… Или молодежь просто не разбирается и хватает любые бутылки с иностранными этикетками? Сейчас хороший коньяк не купить. А то, что продается – сивуха. Этикеткам верить уже нельзя. Никому и ничему нельзя, а уж тем более тому, что в наше время пишут на бумаге…

Черный силуэт, сидевший в ногах майора, не обратил внимание на его размышления, высказанные вслух. Скорее всего, ночного гостя не интересовал коньяк. Беззвучно черный призрак поднялся и выскользнул из комнаты через закрытую дверь. Майор снова попытался заснуть, но сон окончательно оставил его. Половина четвертого утра. Майор поднялся с кровати. Сунул ноги в мягкие войлочные тапки, доставшиеся от старого хозяина квартиры. Отперев дверь комнаты, вышел в коридор. В далекой кухне в конце коридора луна заглядывала в окно и сине-серым холодным светом отражалась от глянцевой антрацитовый поверхности квадратного стола. Майор с непривычки ударился плечом о невидимый выступ шкафа в коридоре. Выругался. Без злости, но многословно. Потирая плечо, дошел до кухни. Гость сидел за столом. Черным силуэтом, словно вырезанным из тени острым макетным ножом.

Майор выдвинул из-под стола табурет, взгромоздился на него, помянув десяток лишних килограммов, набравшихся незаметно и необратимо.

– Пью твой коньяк, сволочь. Ты же не против? Ладно, не напрягайся. Приличный человек пьет твой коньяк. Офицер пьет. Цени, предатель.

Майор плеснул коньяку в заляпанный жирными следами пальцев стакан и опрокинул внутрь себя. Раскаленный след, таявший во рту, вероятно, будет единственным приятным ощущением наступившего дня.

– Так, чего же тебе нужно? Что ты бродишь ночами? Вызову завтра отца Варраву, он здесь все быстро откадилит и тебя заодно, тень Макбета, б*-ть…

Где-то в столе были папиросы и зажигалка. Майор потянулся почти сквозь черный силуэт, достал папиросы и чиркнул бензиновой зажигалкой. Усмехнулся небрито и зло:

– Думаешь, ты один ко мне такой ходишь? Но мне плевать. Я же помню, как ты обделался, когда первый тик-ток пошел. Я помню как ты ныл, как сдавал всех подряд. Трясся как баба, когда мы контакты к тебе цепляли. Ты и живой был г**вном, и мертвый им будешь…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.