Нифалем
Оковы судьбы
Вадим Масликов

У каждого живого существа в этом мире есть собственный путь, который он должен пройти в течение своей жизни. У кого-то он короткий, у кого-то длинный. У кого-то печальный, у кого-то счастливый. У кого-то малоизвестный, а у кого-то легендарный. Судьба есть. Она, как клеймо, как родимое пятно, есть у каждого. От нее не уйти, но ее можно корректировать. Задавать ей курс…

Юатель Фишенберг. Всеведение жизни (I том)

© Вадим Масликов, 2023

ISBN 978-5-0059-5930-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Примечания

• Все эпиграфы, использованные в книге, являются вымышленными и не имеют отношения к реальному миру. Все авторы и литературные произведения, указанные в подписях к ним, существуют лишь в мире данной книги.

• Иногда в диалогах некоторые слова могут быть умышленно написаны с ошибками. Это необходимо для подчеркивания неграмотности некоторых персонажей.

• Повествование истории в некоторых главах может идти параллельно в нескольких временных отрезках или от лица нескольких персонажей. Такие обособленные события отделяются друг от друга сплошной чертой.

• Все имена и события, описанные в книге, являются вымышленными. Любые совпадения с реальными историями или людьми недействительны.

Сделка с дьяволом

И он пошел навстречу смерти, ведь знал, кому он руку жал,

И знал прекрасно, уж поверьте, какой кошмар его там ждал…

Курт вар Лаус,

поэт и музыкант

Ночь. Хвойный лес. Было пасмурно. Легкий туман ложился на землю. Небо обволокли тучи, спрятав собой молодую луну и звезды. В глубине чащи мерцал свет огней, не исключено, что из какой-нибудь хаты. Конь, черный как ворон, месил передними копытами грязь, ожидая указания седока. А всадник не спешил с решением. Высокий мужчина, одетый преимущественно в черного цвета облегающие вещи и темный плащ с капюшоном, скрывающим голову, держал поводья своего скакуна, погрузившись в какие-то мысли.

________________________________________________________

– Что читаешь? – спросил вошедший в дом пожилой мужчина в шляпе, одетый в дешевый бежевого цвета кожаный плащ.

Сидевший в кресле человек с закинутыми на стол ногами и читавший «Хроники тысячелетия» не спешил с ответом. Несмотря на его полностью седые волосы длиною до шеи, старым его назвать было никак нельзя. Это был скорее зрелый светлокожий мужчина приятной внешности и среднего телосложения. На вид ему было не больше тридцати пяти, но в его глазах читался опыт множества прожитых жизней.

– Тебе не все равно? – ответил чтец, не отрываясь от книги.

Комната, в которой происходило сие действие, была довольно просторной, но не могла похвастаться обилием мебели или чем-то иным, что могло бы привлечь внимание посетителя. Разве что изящный, тонкий, слегка изогнутый меч без ножен, висевший на стене за его спиной, придавал обстановке некую изысканность и необычность. Хотя в целом дому не помешал бы хороший ремонт, поскольку стены выглядели так, что, казалось, штукатурка на них держится из последних сил.

– Опять не в настроении? – поинтересовался гость, проходя к протертому дивану, стоявшему справа от входа. Он сел на него, достал трубку и приготовился ее раскурить. У пожилого мужчины была смуглая кожа и густые черные усы. Его возраст выдавали морщины на руках и лице.

– А откуда ему взяться с такой работой? – произнес беловолосый, почесывая затылок.

Одет он был преимущественно во все черное с некоторыми элементами красного на кожаных штанах в паховой области и на рукавах облегающей рубахи, спрятанной под черной жилеткой. Рядом с его коричневыми кожаными сапогами, которые удобно расположились на углу стола, лежал конверт с подписью «От Эстер».

– Кстати, о работе, – начал разговор пожилой мужчина, покуривая трубку, – один клиент предлагает высокооплачиваемое задание, но он настаивает, что его необходимо обсудить с тобой лично.

Читавший книгу человек отложил ее в сторону и сказал:

– Ты ведь знаешь мои правила, Маркус. Я должен оставаться в тени. Я не встречаюсь с клиентами лично, для этого ты мне и нужен. В конце концов, за это ты получаешь свой процент.

Пожилой мужчина, названный Маркусом, сменил позу, выдохнул дым из легких и продолжил говорить:

– Я когда-нибудь тебя подводил? Я же не дилетант, я навел справки. Этот странный тип спрашивает об охотнике на демонов уже несколько лет почти повсюду. Я случайно услышал его разговор с трактирщиком, когда заходил вчера в таверну близлежащей деревушки.

Седой продолжал сидеть с закинутыми на стол ногами, теребя рукой амулет с красным камнем в серебряной оправе, висящий на шее.

– Тем более странно, – прокомментировал он, беспокоя черный толстый браслет на левой руке, – меня ищут, ты ведь знаешь.

– Он всего лишь человек, – настаивал Маркус, – просто любопытный и похоже богатый.

– Богатые не шатаются по постоялым дворам деревень, – подметил человек с пепельными волосами.

– Поверь моему опыту, парень. Это просто очередной зажравшийся мешок с золотом, считающий, что ему все можно, – пояснил Маркус. – Главное то, что он обещает большие деньги за работу, но только лично встретившись с охотником.

Беловолосый поднялся, посмотрел на меч, что висел на стене за его креслом, и задумался.

– И сколько он обещает? – спросил он.

– Сто золотых, королевских, – ответил мужчина, продолжая курить.

Охотник подошел к деревянному шкафу, стоящему у противоположной стены от дивана, и достал из него черный выцветший плащ.

– Он будет ждать тебя в таверне деревеньки Содден, что в десяти милях к югу, – сказал Маркус.

– Ты ведь знал заранее, что я соглашусь на это дело? – произнес человек с пепельными волосами, надевая плащ.

– Ради таких денег ты и к черту на рога полезешь, – подтвердил пожилой мужчина, докурив трубку.

– Дело не в деньгах, – пояснил охотник, отдаляясь к двери, – просто мое любопытство бунтует, когда поблизости есть кто-то еще любопытнее.

Он взял стоявший в ножнах у выхода из помещения меч, повесил его за спину и скрылся за дверью.

– Удачной охоты, – крикнул ему вслед усач.

________________________________________________________

Мороза на улице не было, но из ноздрей черного как ночь коня продолжал валить пар. Всадник ударил его ногами по бокам и спокойным шагом направился через лес в сторону огней. Много необычного таилось среди этих деревьев. Не было слышно никого и ничего – ни птиц, ни зверей. В воздухе почувствовался явный запах трупочины. Но конь не дрогнул. Видимо, был не из робких. Да и всадник не подавал вида, как будто знал, что так и должно быть. Вскоре он оказался на небольшой поляне, скрывавшейся за деревьями. Взору всадника открылась старая церковь, из окон которой лился свет свечей, одурманивающий путников. Но только не его. Он повидал много колдовства. Всадник остановил коня и слез на землю, наступив правой ногой во что-то липкое. Осмотрев сапог и пробормотав какое-то проклятие, он привязал скакуна к дереву и направился к дверям.

________________________________________________________

– Я чрезвычайно рад нашей встрече, – говорил богато одетый мужчина, сидевший за столом единственной в этой глухой деревушке таверны.

У него были темные волосы длиною до плеч, собранные сзади в аккуратный хвост, как это положено по этикету, а на лице красовалась ухоженная щетина. Голос выдавал его зрелый возраст, а темное-синее пальто из дорого льна говорило о его финансовой обеспеченности.

– Как вас зовут? – поинтересовался странный клиент.

Сидевший напротив в раскинутой по креслу позе беловолосый человек, скрывавший лицо капюшоном черного плаща, с ответом не спешил, измеряя собеседника взглядом.

– Зовите меня Крис, – произнес он в конце концов.

Подошедший на секунду корчмарь поставил на стол две кружки эля и тут же скрылся. Время было уже позднее, поэтому практически все столы, которых и так было не много, заняли местные пьянчуги. Гул от их разговоров стоял на все помещение.

– Я так понимаю, это псевдоним, – прокомментировал богатый мужчина, сделав первый глоток напитка из своего бокала.

– Вы ведь должны понимать, я не могу вам выдать своего настоящего имени, – ответил назвавшийся Крисом. – При моей работе осторожность никогда не помешает.

– Тогда зовите меня Тони, – сказал клиент, отхлебнув очередной добрый глоток из своей кружки. – Итак, Крис, теперь, когда эти мелкие формальности улажены, я предлагаю перейти сразу к делу. Я слышал, что вы не обычный наемник. Вы беретесь только за определенный круг заданий. Вас называют охотником на демонов.

Крис глотнул эля и сказал:

– Так говорят во многих местах, судя по вашим поискам, и вы наверняка в курсе того, что я не встречаюсь с клиентами и не веду с ними задушевных разговоров.

– Прошу меня простить, – поспешил извиниться Тони, – но я смею предположить, вы уже в курсе, что я готов заплатить огромную сумму за вызванные неудобства. Иначе вряд ли бы мы сейчас вели эту беседу. Мне приятно осознавать, что я первый клиент, который видится с вами лично.

– Не хочу вас разочаровывать, но это не совсем так. Скорее вы первый за последние несколько лет, – прокомментировал Крис, сделав еще глоток. – Откуда такой нездоровый интерес к моей персоне?

– Вы ведь только что сами ответили на свой вопрос, – пояснил богач, – я очень любопытный человек. Ничего не могу с этим поделать. А вы личность неординарная, я просто не смог устоять перед соблазном лицезреть вас воочию. Почему именно демоны? Личная неприязнь?

– Вы совершенно правы, – ответил Крис, – это личное, и говорить об этом я не намерен.

– Понимаю, – сказал Тони, – просто это необычно. Неужели у вас так много заказов?

Крис, осушив кружку, откинулся на спинку стула и спросил:

– Надеюсь, вы готовы отдать круглую сумму не только за вечер в моей компании за столиком таверны? Я так понимаю, у вас есть конкретное дело?

Клиент также допил свой эль и приступил к объяснению:

– В пятидесяти милях к западу от этой деревни есть небольшой хвойный лес. Недалеко от него находится одно из моих поместий. В последнее время мои лесорубы начали бесследно пропадать, и я очень сомневаюсь, что виноваты в этом голодные волки, ведь в таком случае от них должно было остаться хоть что-то. Тамошние кметы болтают, что в этом лесу есть старая халупа, и они верят, что люди пропадают именно там.

Крис, подумав какое-то время, сказал:

– И это все? Как-то маловато информации. С чего вы вообще решили, что за этим стоит какой-то демон?

– Может быть, я в таких делах и не спец, – оправдывался богатый мужчина. – Но позвольте уточнить. В ваших повседневных заказах часто фигурируют свидетели? Подозреваю, что это очень большая редкость.

Охотник одобрительно кивнул головой, поняв, что в чем-то его клиент прав.

– Что насчет оплаты? – поинтересовался он.

– Я заплачу вам сто золотых монет, – уверял его Тони. – За избавление от этой напасти и причиненные вам неудобства, в том числе за этот разговор.

– И когда вы планируете передать мне эту сумму? – спросил беловолосый.

– Я предлагаю поступить следующим образом, – говорил клиент. – Как я уже сказал, недалеко от этого гиблого места находится одно из моих поместий. Я буду ждать вас там вместе с оплатой, когда вы покончите с тем, кто убивает моих лесорубов. Вы согласны?

Он протянул Крису правую руку. Охотник пристально посмотрел на собеседника, обдумывая его план действий. Спустя несколько секунд он все же ответил ему крепким рукопожатием.

________________________________________________________

Двери распахнулись. Взору всадника открылась завораживающая картина, совсем противоположная ожиданиям. Маленькая деревянная церковь внутри была похожа на огромный каменный храм, украшенный множеством свечей, фресок и статуй. Он знал, что это иллюзия, эффект, созданный местным обитателем. Всадник убрал с головы капюшон, встряхнул своими пепельными волосами и направился к алтарю, за которым возвышался огромный крест.

– Есть здесь кто-нибудь? – крикнул Крис.

Послышались шорохи с разных сторон. Ничего более.

– Эй! – вновь воскликнул незваный гость.

Снова шум. Чуть позже еле слышно послышался дрожащий загробный голос:

– Убийца! Ты пришел убивать!

Беловолосый улыбнулся и сел на передний ряд.

– Ты слышал, что богохульство – страшный грех? – спросил он неизвестного.

– Я убью тебя! Мой хозяин будет очень рад!

Шорох послышался совсем близко. Крис спрятал правую руку под левую сторону плаща.

– Может уже начнем? А то эта обстановка навеивает на меня дурные воспоминания, – произнес охотник, оглядываясь по сторонам. В правом верхнем углу церкви появилось еле заметное существо, ужасно уродливое и похожее на огромного паука с человеческим туловищем, руками и головой.

– Привычное зрелище, – с безразличным выражением лица сказал Крис.

Вокруг существа появилась красная аура.

– Что ж, начнем, – произнес охотник и с невероятной скоростью сорвался со скамьи, уклоняясь от молниеносных клинков из красной ауры, летящих в его сторону.

Убегая к другой стене, он запускал в демона метательные ножи, ничуть не медленнее, чем его противник. Мерзкий человекоподобный паук, перебирая лохматыми лапами, уворачивался от атак, но не так быстро – пара-другая клинков все-таки попали в цель. Демон издал кошмарный вой от боли. Пока он приходил в себя, Крис достал из-за спины меч и бросился в атаку, но паук успел отбиться передними лапами. Охотник размахивал мечом с нечеловеческой скоростью, и демон еле успевал защищаться. Через какое-то время меч Криса и передние лапы паука столкнулись в серьезном противостоянии. Противники начали мериться силами, поочередно толкая друг на друга меч.

– Почему ты убиваешь нас? Кто дал тебе право? Чем ты лучше меня? – жалобно кричал демон, предчувствуя поражение.

Но прежде чем ответить, Крис, ловко вывернув меч, отрубил ему передние лапы и, вонзив лезвие в сердце противнику, пояснил:

– У меня есть душа, а тварям вроде тебя нет места в нашем мире.

Паук, издав протяжный предсмертный писк, повис у него на клинке. Беловолосый, толкнув его в грудь ногой, освободил оружие и, смахнув с него кровь, вернул меч за спину. Он собирался проверить, сколько метательных ножей осталось у него во внутреннем кармане плаща, как вдруг в его правой руке появился такой же, только из красного дыма. Крис внимательно осмотрел его, а после метнул в стену. Оставив в ней внушительное углубление, нож испарился, а в руке появился новый. Охотник на демонов сжал ладонь в кулак, и клинок исчез.

– Хм, – произнес беловолосый, – спасибо за подарок.

За спиной послышались чьи-то громкие аплодисменты. Он развернулся и увидел Тони.

– Браво, месье Крис, – говорил богатый мужчина, медленно шагая в сторону беловолосого. – Вы справились.

– Тони? Что вы здесь делаете? – недоумевал охотник.

– Я не смог устоять пред соблазном увидеть вас своими глазами во время выполнения задания, – пояснил внезапный гость.

Только в этот момент Крис обратил внимание на то, что иллюзия собора внутри маленькой лачуги все еще действовала, и решил подыграть обманывающему его собеседнику.

– Это ведь небезопасно, – сказал он.

– Что поделать, я ведь уже говорил, что чрезвычайно любопытен, – продолжал вешать лапшу на уши Тони, остановившись в метре от охотника на демонов.

– Ваше любопытство когда-нибудь заведет вас в могилу, – предупредил беловолосый.

Богатый мужчина рассмеялся.

– Из вас вышел бы отличный актер, месье Крис, – подметил он. – Или, быть может, мне стоит называть вас иначе?

– Я не удивлен, что ты знаешь мое настоящее имя, – ответил охотник. – У вас ведь начинают стучать зубы от страха, как только вы его слышите. Но мне хотелось бы знать, как зовут тебя?

Тони гордо поднял голову и представился:

– Я Агнус, сын Вельзевула, владыки подземного мира!

– О, князь тьмы, стало быть? – усмехнулся Крис. – Ты ведь не думал, что после твоих слов я встану перед тобой на колени или паду ниц?

– Ты так самоуверен, – удивлялся демон, – возомнил себя непобедимым?

– Учитывая мой возраст, у меня есть все основания так считать, – ответил беловолосый.

– Сегодня мой отец будет отомщен и мир избавится от знаменитого охотника на демонов! – воскликнул Агнус.

– Ну-ну, – без эмоций произнес Крис.

Агнус взмахнул рукой и отбросил седоволосого к алтарю, разбивая в щепки стоящие на пути скамьи. Свечи у стен вспыхнули невероятно сильно, стекла мозаичных окон мелкой крошкой посыпались на пол. Охотник поднялся, ощупывая затылок. Демон продвигался к нему, хрустя щепками и стеклами.

– Ты даже не используешь свою силу полностью, – говорил он, – ты слаб!

Крис начал запускать в него красные метательные ножи, но они испарялись, не достигая цели. Агнус рассмеялся:

– Ты действительно думал, что оружие моего слуги сможет мне навредить?

Беловолосый достал меч из ножен и напал на него. Демон с легкостью уходил от атак с той же нечеловеческой скоростью, с которой наносились удары. Охотник отступил.

– Что с тобой? – спросил он. – Деремся прямо как обычные люди.

– Что ж, ты сам напросился, – сказал Агнус и превратился в безобразного черного рыцаря. Глаза его стали кроваво-красными, зубы острыми, как у акулы, а на пальцах рук появились длинные когти.

– Таким ты мне больше нравишься, – произнес Крис, облизнувшись.

Начался жестокий бой. Противники нападали и защищались поочередно. Седоволосый размахивал мечом, а демон – когтями. В конце концов Агнус прижал оппонента к стене, сдавив ему горло правой рукой и держа лезвие другой. Охотник пытался вырваться, больше став похожим на добычу.

– И это тот самый клинок, которого все так боятся? – дьявольски смеялся демон.

– Нет, это не он, – хрипя, ответил Крис.

Мгновение спустя, влетев через одно из окон, тонкий, слегка изогнутый меч с крестом на рукояти оказался в его свободной левой руке, и так и не успевший ничего понять противник залил своей кровью алтарь. Хватка Агнуса ослабла, и он упал на спину, продолжая терять жизненные силы. Охотник вытер лезвие меча и спрятал его вместе с другим за спину.

– Не может быть, – говорил, харкая кровью, демон, – ты ведь даже не использовал свою силу.

– Чтобы убивать таких заносчивых выродков, она мне не нужна, – пояснил Крис, склонившись над поверженным соперником.

– Ты ведь не думал, что я стану рисковать жизнью, сражаясь с тобой в кулачном бою? – смеялся Агнус. – Без козыря в рукаве?

Земля задрожала. С потолка посыпалась штукатурка. Иллюзия начала разрушаться, а демон громко засмеялся.

– Сдохни! – крикнул он. – Я отомстил за тебя, отец…

Вибрации усилились. Беловолосый побежал к выходу, но не успел. Здание рухнуло, накрыв обломками и его, и тело уже бездыханного князя тьмы.

Осколки прошлого

Память дана смертным, чтобы не забывать о своих деяниях, как о хороших, так и о плохих. Она может поднять боевой дух воину, помочь решить трудную задачу мудрецу и даже направить сбившегося с пути в нужном направлении. Но нет ничего страшнее на свете, чем воспоминания о наших грехах, постоянно блуждающие по закоулкам нашего сознания, не дающие спать и порой толкающие нас на постыдные деяния.

Речь его святейшества отца Понтилиона II, главы церковной Епархии

Северные земли никогда не славились плодородностью или цветущими лугами. Чаще всего в этих краях царит холод, установивший свой жесткий порядок снегом и пробирающим до костей ветром. Солнце хоть и светит ярко, но лишь слепит, отражаясь от белого покрывала, а не греет, как ему и положено. По безжизненным ландшафтам в сторону большого старинного замка не спеша двигался седовласый мужчина в красном плаще. За его спиной висел меч с гравировкой креста на рукояти. На его пути лежала небольшая ферма, на которой старый кмет бережно собирал озимую пшеницу. Путник прислонился к забору и произнес:

– Доброго дня.

Крестьянин повернулся на голос и, направляясь к обнаруженному незнакомцу, ответил:

– Доброго в нем мало, но вам пожелаю того же. Что привело вас в эти богом забытые земли?

– Явно не Создатель. Я в поисках работы, – с легкой ухмылкой на лице пояснил беловолосый.

– Как и все в этих краях, только ищут ее в другой стороне, что поближе к югу, – посмеялся кмет, вытерев рукавом пот с лица.

– Мой род деятельности как раз наоборот чаще имеет популярность в отдаленных от королевского двора землях, – пояснил путник.

Крестьянин бросил взгляд на торчащую из-за спины незнакомца рукоять меча.

– Кажется, я понял, – сказал он, – вы из тех, что убивают за деньги.

– Не совсем, – отрицал седовласый. – Могу ли я попросить у вас воды?

– Конечно, этого добра у нас навалом, – говорил кмет, уходя к хижине. – Сейчас вынесу.

Пока его не было, мужчина в красном плаще обратил свой взор к замку. Лицо его не выдавало почти никаких эмоций, однако еле заметное подергивание его скул могло говорить о том, что голову его посетили не самые приятные мысли. Старик вернулся с кувшином ледяной воды. Путник сделал пару глотков, обжигающих горло, слегка поморщился и, вернув посуду, поблагодарил крестьянина коротким «спасибо».

– Чей это замок? – поинтересовался незнакомец.

– Графа Уолтера, владельца этих земель, – пояснил кмет. – Если собираетесь его посетить, не ждите радушного приема.

– Почему же? – удивился беловолосый.

– Над этим замком висит проклятие, – рассказывал старик. – Уже много лет граф с супругой не могут зачать ребенка. Говорят, это как-то связанно с демоном, обитающим на нижних уровнях. Дескать, и земли наши из-за него гниют и не приносят урожай.

– Значит, демон, – произнес путник.

– Так болтают, – подтвердил кмет.

– Вот и работа сыскалась, – обрадовался беловолосый.

– Так вы что, изгоняете демонов? – удивился крестьянин.

– Можно и так сказать, – ответил незнакомец.

– Тогда вам, стало быть, будет интересно, что граф уже давно ищет способы снять проклятие. Уж больно он хочет наследника, – оповестил кмет, – наверняка много заплатит.

– Спасибо тебе, добрый человек, – поблагодарил его мужчина в красном плаще и отправился в сторону замка.

________________________________________________________

Боль. Гул в ушах. Спазмы в мышцах. Все это Крис испытывал под обломками, завалившими его. Он не мог пошевелиться, чувствуя, как истекает кровью. Пыль застилала ему глаза. Неизвестно, сколько бы охотник еще так пролежал, пока не почувствовал, что давление уменьшается. Кто-то пытался вытащить его из-под обломков. Прошло несколько минут, прежде чем яркий свет ослепил его. Когда глаза привыкли к обстановке, Крис увидел лицо Маркуса. Солнечный свет свидетельствовал о том, что он пролежал под обломками несколько часов.

– Досталось же тебе, – произнес пожилой мужчина, увидев раны. – Черт тебя сюда понес. С самого начала было ясно, что это западня!

– Любопытство, – смог выговорить беловолосый, прежде чем снова отключился.

________________________________________________________

Зал был до невероятного огромным. Освещался слабо, окон почти не было, а свечи стояли только у дверей и на столе, который не уступал помещению в размахе – длинный, с резными ножками, весь заставленный разнообразной пищей, несмотря на тот факт, что в округе мало что росло и дичь почти не водилась. Стулья, к слову, тоже были изысканной работы, как и остальная мебель. Слуги пригласили гостя к столу. Не заставили себя ждать и хозяева. Граф Уолтер был высоким, крепким мужчиной. Нетрудно было догадаться, что зеленоглазый брюнет любил хорошо одеваться, о чем свидетельствовал его вкус. Красный сарафан с черными бархатными брюками смотрелся на нем идеально. Как и любой граф, он носил усы, но без бородки.

Однако все это стало таким жалким и непривлекательным, когда за ним показалась его супруга – высокая златовласая дама в изумрудном пышном платье с корсетом, подчеркивающим грудь. Она шла к столу легко и изящно, одарив гостя скромным секундным взглядом. Кончики ее кудрей касались талии, наряд, несмотря на форму, не скрывал округлости бедер и стройности ног. Но за всей этой юной красотой беловолосый смог разглядеть прикрывающуюся шармом зрелую женщину. Наконец они присоединились к мужчине в красном плаще.

– Прошу вас, отужинайте с нами, – произнес граф. – Гости в нашем замке – большая редкость. Признаюсь, нам с супругой не хватает общения с людьми.

Беловолосый начал трапезу скромно, положив в тарелку пару блюд, чтобы не показаться дикарем.

– Прошу простить бестактность моей стражи, – начал хозяин замка. – Думаю, вы догадываетесь, в чем причина. Эта проблема меня очень расстраивает. Соседние землевладельцы уже смеются надо мной. Но я слышал, что вы можете избавить нас от проклятия.

– Смотря что вы под этим подразумеваете, – ответил, пережевав пищу, гость. – Не уверен, что смогу помочь вам в зачатии потомства или в решении проблемы с плодородием ваших земель, но смерть демона, живущего в подземных тоннелях, гарантирую.

– Вы не представились, как ваше имя? – внезапно вмешалась графиня.

– Гэбриэл, сударыня, – немного опешив, произнес мужчина в красном плаще.

Он заметил, что она испытывала волнение в процессе беседы.

– Вы раньше сталкивались с подобного рода тварями, месье Гэбриэл? – поинтересовался ее супруг.

– Это моя специальность, граф, – подтвердил гость. – Я зарабатываю на жизнь их истреблением.

– Зовите меня просто Уолтер, – попросил хозяин замка. – Я спрашиваю потому, что у нас было много храбрецов, обещавших нам убить эту мерзость. Но либо они уходили ни с чем, либо вовсе не возвращались.

– Что вы можете рассказать мне о нем? – спросил Гэбриэл.

– Я приобрел замок и эти земли лет десять назад, – начал Уолтер. – Через пару лет женился на своей прекрасной супруге. Поначалу я не сильно заострял внимание на том, что она несколько месяцев не могла забеременеть. Но потом меня это обеспокоило. Сначала мы обратились к знахарю. Тот начал бормотать, что моя Эстер бесплодна. Я не хотел в это верить и был прав. Позже я услышал от кметов слухи, будто замок проклят, и подтверждением тому стала находка в подземелье. Когда мои стражники обыскивали замок, они обнаружили на нижних ярусах вход в тоннель. Первые двое из него так и не вернулись. Позже я отправил туда целый отряд. Из них вернулся только один, и тот успел лишь произнести «демон», прежде чем испустил дух от полученных ран. Тогда я приказал замуровать вход, чтобы эта тварь не вздумала выйти оттуда и сдохла там от голода.

– Это все, что вам известно? – уточнил беловолосый.

– К сожалению, да, – подтвердил хозяин замка.

Гость продолжал незаметно рассматривать графиню, но не только из-за ее красоты. Чем больше говорил граф, тем больше волнения выступало на ее лице.

– Я никогда не слышал, чтобы демоны насылали порчу, – сказал мужчина в красном плаще. – Вы не думали просто сменить место жительства?

– Месье Гэбриэл, большую часть своего состояния я вложил в эти земли, – объяснял Уолтер, – чтобы приобрести новый замок, мне не хватит того, что осталось, а продать этот тоже не получится. Слухи расползлись по всей округе очень быстро.

Графиня продолжала нервничать – опускала глаза, поправляла волосы, часто беспокоила свой нос.

– Может я в этом мало что понимаю, но ведь не обязательно покупать замок, – говорил Гэбриэл. – Вам нужно решить, чего вы хотите больше – жить в роскоши или в окружении наследников.

– В чем-то вы правы, – согласился граф, – но, как любой любящий мужчина, я хочу, чтобы моя жена и будущие дети ни в чем не нуждались.

– Как вам еда? – вмешалась графиня, покашливая.

– Очень вкусно, спасибо, – похвалил беловолосый.

– Мы приготовили для вас большую спальню, – продолжила она, – комната расположена первой по коридору справа.

– Благодарю вас, сударыня, но вряд ли она мне сегодня пригодится, – произнес гость.

– Зовите меня просто Эстер…

________________________________________________________

Очнулся он уже в повозке. Тело и голова были обмотаны бинтами. Чувствительность начала немного восстанавливаться. Первым делом он проверил, на месте ли амулет. Маркус, управлявший лошадьми, заметил возню.

– Лежи спокойно, раны глубокие, ты еще не скоро восстановишься, – говорил он. – Хорошо, что ты предупредил меня, куда поедешь.

– Надо было просить оплату вперед, – пошутил Гэбриэл.

Усатый помощник рассмеялся.

– Где мы сейчас? – поинтересовался беловолосый.

– До дома еще далеко, – ответил Маркус. – Отдыхай. Придется переезжать, как придешь в себя.

– Я больше не буду скрываться.

Пожилой мужчина снова засмеялся.

– Хорошо же тебя по голове стукнуло. Не знаю, что повлияло на твое решение, но явно не забота о моей безопасности, если тебе плевать на себя.

– Не волнуйся, если кто-то снова осмелится за мной прийти, они пожалеют об этом. Я устал от всех прятаться.

– Они все равно не успокоятся, пока не отправят тебя в могилу.

– Пусть попробуют, – произнес Гэбриэл, прежде чем снова погрузился в сон.

________________________________________________________

В подвале, как и положено, было темно, сыро и холодно. Спустившись вниз, охотник увидел следы замурованного отверстия. Он прислонил правое ухо к стене. Тишина. Устранив ударом ноги препятствие, Гэбриэл залез в тоннель, представлявший собой что-то вроде канализации, и оказался по щиколотки в вонючей воде. Если бы не факел в его руке, он бы вообще вряд ли что-то увидел. Беловолосый начал блуждать по лабиринту сточных тоннелей.

– Ну и вонь, – проворчал он, пытаясь устранить запах, закрывая нос плечом.

Где-то в глубине канализации послышалось грозное бормотание. Охотник направился в его сторону. Чем глубже он уходил, тем холоднее становилось вокруг. Ноги начали мерзнуть от ледяной воды, изо рта вырывался пар. Странный клокочущий звук был уже совсем близко. Под ногами беловолосый заметил кости и черепа бедолаг, которые уже встречались с местным обитателем до него. Гэбриэл повернул на развилке за угол и увидел стоящее к нему спиной существо. Было понятно, что оно слепо, так как давно бы заметило свет, исходящий от факела. Но тварь явно хорошо все слышала, так как отреагировала на всплеск воды резким разворотом.

Охотник замер, наблюдая за монстром. Это было худощавое жилистое темно-серое существо. Часть его головы выше носа отсутствовала напрочь. Чудовище оскалило острые уродливые зубы, учуяв постороннего. Беловолосый схватил свободной рукой рукоять меча, приготовившись его обнажить. Демон отреагировал молниеносно. Он бросился на чужака, выставив вперед острые когти. Гэбриэл не успел вытащить меч, но это ему и не было нужно.

Монстр, не учуяв запах гари, исходящий от факела, вскоре был очень удивлен, ощутив болезненный ожог в области груди. С боязливым визгом он отпрянул назад. Охотник достал меч. Демон рычал, пытаясь напугать чужака, но беловолосый был не из робкого десятка. Монстр начал атаковать, но на этот раз не с прыжка и с осторожностью. Это было похоже на паническое размахивание живого дерева своими ветвями.

Гэбриэл с легкостью отбивался, как будто играл с противником. Но когда демон выбил из его рук факел, стало не до игр. Повезло, что он не попал в воду, а приземлился на каменные плиты, идущие вдоль стен. Это разозлило охотника и теперь обороняться пришлось демону. Беловолосый оттеснял его все дальше вглубь тоннеля. Резко отпрыгнув, демон, болезненно крича, забился в угол. Теперь уже он испытывал страх.

– Ну давай! – злобно произнес Гэбриэл, приготовив меч.

Чудище в ответ сманеврировало в сторону и бросилось бежать.

– Нет уж, так просто уйти не получится! – закричал охотник и помчался за ним.

Только очутившись в темноте, он понял, что факел стоило бы прихватить, но возвращаться было уже поздно. Демон, воспользовавшись тем, что противник теперь тоже не видит, решил атаковать. С плеча беловолосого потекла кровь. Он тут же среагировал и приготовился к обороне. С трудом замечая движения монстра, Гэбриэл пытался отбивать атаки противника, получая все новые ранения. Он отступил. Демон тоже решил взять передышку.

Беловолосый отрезал кусок плаща от рукава и завязал им глаза. Собравшись и погрузившись в себя, через несколько секунд он уже мог слышать, как в другом конце тоннеля с потолка в воду срывались капли. Гэбриэл ощущал, как волны доходят до его сапог, как от движений демона резкие изменения потоков воздуха касаются его лица. Медленно и плавно он поднял меч, крепко схватив его за рукоять обеими руками. Всплеск воды, вызванный прыжком монстра, дал охотнику понять, что время пришло.

– Бинго, – произнес он и, шагнув вправо, со всего маху рубанул в пустоту.

Демон был убит. Об этом свидетельствовали встреченное мечом сопротивление, капли крови на лице беловолосого и два всплеска воды, говорящие о том, что монстра разрубило надвое. Гэбриэл снял повязку, сходил за факелом и, вернувшись, убедился в этом.

________________________________________________________

Проснувшись вновь, он понял, что повозка стоит на месте. Неподалеку кто-то вел диалог. Сколько Гэбриэл не старался прислушаться, разобрать слов так и не смог. Затем последовало ржание коня и топот отдаляющихся копыт. Вскоре лицо Маркуса появилось в повозке.

– Кто это был? – подозрительно спросил беловолосый.

– Лежи спокойно, – ответил тот, вытаскивая пробку из маленького стеклянного флянца с неизвестной жидкостью. – Вот, выпей.

– Что это? – недоверчиво произнес Гэбриэл.

– Это должно помочь, – пояснил Маркус, заливая содержимое посуды в рот охотнику на демонов.

У того начался заметный рвотный рефлекс. Вылив половину, Маркус вернул пробку на место и убрал флянец в сторону.

– Ну и гадость, – кашляя, прокомментировал Гэбриэл.

– Отдыхай, – сказал его спутник и покинул повозку.

Глаза беловолосого вновь закрылись сами по себе.

________________________________________________________

Стук в дверь спальни графа Уолтера в столь поздний час вывел его из себя. Он серьезно готов был полить «любезностями» нарушителя покоя, но, когда дверь открылась, подходящих слов у хозяина замка не нашлось. На пороге стоял беловолосый мужчина в красном плаще и с мечом за спиной. Он истекал кровью, держа в левой руке уродливую голову монстра. На скрип открывшейся двери проснулась графиня и поспешила выяснить причину шума. Увидев ночного гостя, Эстер первым делом произнесла:

– О боже, да вы кровью истекаете!

– Пустяки, это лишь царапины, – успокаивал ее Гэбриэл.

– Уолтер, не стой столбом, позови слуг, пусть наложат повязки! – продолжала паниковать графиня.

– Конечно, – поспешно согласился граф, придя в себя, – а ты ложись. Я о нем позабочусь.

Он вышел в коридор, закрыв за собой дверь.

– Идите в свою спальню, я скоро подойду, – обратился Уолтер к беловолосому.

Гэбриэл не посмел перечить хозяину замка и направился в комнату, которую для него выделили. Она также не уступала в роскоши остальным помещениям – кровать была двуспальной, помимо нее в комнате были диван и кресла, на стенах висели картины с пейзажами. Не успел он присесть, как к нему ворвались слуги. Они внесли два таза с горячей водой, чистые простыни и какие-то пузырьки. Вслед за ними вошел Уолтер. Слуги усадили Гэбриэла на диван, раздели по пояс и начали обрабатывать раны. Голова демона оказалась на полу. Граф сделал жест в сторону одного из слуг. Тот аккуратно взял не вписывающуюся в дорогой интерьер часть тела и вынес ее из комнаты. Один из тех, что помогал Гэбриэлу, снял с его шеи амулет и попытался снять черный браслет.

– Ничего не выйдет, – остановил его беловолосый. – Оставьте, я к нему уже привык.

Уолтер подошел поближе, разглядывая раны гостя.

– Я не представляю, как вам выразить всю свою благодарность, – начал он. – Мои слуги в вашем распоряжении, они поставят вас на ноги. Оставайтесь у нас столько, сколько потребуется.

– Благодарю, – ответил Гэбриэл.

– Что ж, а мне пора вернуться к своей супруге. Мы слишком долго с ней ждали этого дня…

________________________________________________________

На третий день все раны срослись на удивление всем, кроме самого беловолосого. Как только он смог ходить, то начал гулять по замку и окрестностям в одиночестве, рассматривая произведения искусства, читая пыльные книги из библиотеки. Граф все время отдавал слугам какие-то поручения, писал письма, а его супруга наблюдала за гостем все с тем же волнением. Ближе к ужину Гэбриэл решился.

– Завтра утром я вас покину, – произнес он, сидя за столом.

Первое, что бросилось ему в глаза, – это тревожный взгляд графини.

– Что ж, завтра вы получите свою награду, – убедил его граф.

– Как же ваши раны? – переживала Эстер.

– Мне уже намного лучше, я не смею вас больше стеснять, – пояснил Гэбриэл.

– Раз уж вы так решили, – говорил Уолтер, – все равно знайте – вы всегда будете званым гостем, если вам вдруг еще предстоит когда-нибудь посетить наши края.

– Благодарю, – ответил беловолосый, продолжая есть.

– Могу ли я поинтересоваться, как вы намереваетесь потратить такие немалые деньги? Чем планируете заняться? – спросил граф.

– Хочу пустить корни, купить домик где-нибудь на юго-западе. Найму себе помощника и продолжу свое дело, – рассказал беловолосый.

Графиня внезапно поднялась из-за стола и молча ушла. Мужчины проводили ее взглядом.

– Что ж, видимо, моей возлюбленной не терпится вернуться в постель, – сказал граф, поднимаясь. – Вынужден вас покинуть. Доброй ночи, месье Гэбриэл.

– Удачи, месье Уолтер, – ответил гость, оставшись за столом в одиночестве.

________________________________________________________

Глубокой ночью дверь спальни Гэбриэла распахнулась. В комнату вошла Эстер, абсолютно нагая. Беловолосый открыл глаза и замер от удивления. Графиня оказалась куда красивее, чем казалось под платьем. Ее грудь была столь же упругой, что и в корсете, а бедра поражали идеальными чертами. Она медленно подошла к кровати и, забравшись на Гэбриэла, потянулась к его губам.

– Сударыня, что вы, – пытался гость ее остановить, но замолчал, почувствовав на устах ее указательный палец.

Решив, что объяснения будут позже, он не стал ей мешать, даже наоборот, поспособствовал началу процесса. Гэбриэл усадил ее поудобнее. Они словно слились воедино, двигаясь в такт друг другу. Она сжимала его мускулистые руки, он проверял, так ли хороши ее бедра, как выглядят. Частые поцелуи способствовали приглушению ее стонов. Повезло, что кровать совсем не скрипела, что позволило им под конец значительно ускориться. Она вцепилась в его руки так, что Гэбриэл вновь почувствовал боль от ран, которые ему оставил демон…

Они пролежали несколько минут молча, отдыхая, восстанавливая дыхание, после чего графиня так же встала и покинула спальню, не проронив ни слова. Беловолосый проводил ее взглядом, пытаясь понять причины произошедшего, а потом еще полночи не мог найти покоя и уснуть.

________________________________________________________

– Это довольно внушительная сумма, – повторил Уолтер, протягивая беловолосому мешочек с золотыми монетами. – Но вы ее полностью заслужили.

– Еще раз благодарю вас, – произнес Гэбриэл, принимая награду, хоть и чувствовал себя паршиво перед графом после прошлой ночи. Но и отказываться было нельзя, это вызвало бы подозрение.

– Это вам спасибо, – сказала вышедшая в зал графиня.

Гость стыдливо опустил глаза.

– Я думаю, вам стоит дать наш адрес, – продолжила Эстер. – Вдруг вы захотите навестить нас или написать нам письмо.

Она протянула ему свернутый листок. Беловолосый молча принял его и спрятал во внутренний карман плаща.

– Что ж, время не ждет, – произнес он, – надеюсь, у вас все наладится.

– А мы надеемся увидеть вас снова, – ответила графиня, улыбнувшись.

Гэбриэл поклонился хозяевам и покинул замок. Добродушный граф, помимо прочего, настоял на том, чтобы охотник взял у них одну из лошадей для более комфортного путешествия. Беловолосый, желая как можно быстрее потерять из виду поместье Уолтера, гнал бедного коня так, будто его преследовал целый отряд наемных убийц. Только оказавшись за пределами владений графа, он вспомнил о листке и достал его из кармана. Развернув бумагу, Гэбриэл понял, что это не просто адрес, а целое послание.

«Дорогой Гэбриэл. Ничего, что я буду тебя так называть? Когда я впервые тебя увидела, то поняла, что влюбилась с первого взгляда. В наших краях давно не было гостей, к тому же таких привлекательных и храбрых. Меня поразил твой загадочный и мрачный магнетизм. Жаль, что ты нам вряд ли поможешь. Я сомневаюсь, что дело в демоне и его проклятии. Скорее всего, знахарь был прав, я бесплодна. Но я не смогла отказать своему соблазну побыть с тобой наедине. Надеюсь, что мы с тобой когда-нибудь еще увидимся, а если и нет, то я смогу общаться с тобой по почте. И не переживай, твой новый адрес я всегда найду. С любовью, твоя Эстер».

________________________________________________________

Проснулся Гэбриэл уже лежа у костра. Маркус сидел напротив, помешивая что-то в котле.

– Оклемался? – спросил он, заметив возню.

Беловолосый попытался подняться, но подлетевший агент остановил его.

– Подожди, дай тебя осмотреть, – произнес он.

Маркус внимательно изучил побитое тело наемника: раны почти затянулись, переломы срослись.

– Живучий же ты сукин сын, – диагностировал агент.

Гэбриэл сел у костра. Маркус вернулся на свое место.

– Что ты мне дал? – поинтересовался беловолосый.

– Какое-то целебное зелье, – ответил агент.

– Какое-то? Ты где его взял? – с опасением произнес охотник на демонов.

– Не важно.

Гэбриэл немного подумал, а потом спросил:

– Это ведь она дала тебе?

– Кто? – сделал Маркус вид, что не понимает.

– Не прикидывайся дураком, ты знаешь, о ком я, – злился наемник.

– Откуда ты узнал? – удивился агент.

Гэбриэл покрутил черный браслет на левой руке и сказал:

– Я всегда знаю, где она.

Внутренний голос I

Кто он, друг или враг? Тот, что нашептывает нам, что делать, а что нет? Тот, что одних толкает на безумие, а других на благодеяния? Быть может мы сами? Или Создатель? Или демон-искуситель? Как знать… Но сейчас, когда вы это читаете, в вашей голове звучит мой голос. Не ваш.

Трактат Люциуса Мардо, основателя гильдии «Хранители баланса»

Еще слегка хромая, Гэбриэл вошел в свое скромное жилище. Осмотревшись, он прошел к любимому креслу и сел в него, закинув ноги на стол. Чуть позже вошел Маркус, оставил меч в ножнах у входа, повесил свой плащ в шкаф и, направляясь со вторым мечом к стене, спросил:

– Как себя чувствуешь?

– Сносно, – еле заметно кряхтя, ответил беловолосый.

Агент повесил меч и подошел к нему, предложив:

– Дай посмотреть.

Охотник на демонов отмахнулся от него, изобразив нежелание испытывать тактильные ощущения.

– Как хочешь, – равнодушно произнес Маркус, направляясь к дивану.

Гэбриэл, заметив на столе старое письмо, убрал его в ящик стола.

– И что теперь? – поинтересовался агент, расположившись поудобнее.

– Пришло время выйти из тени, – ответил наемник, – напомнить миру о себе.

– Не нравится мне твоя идея, – говорил Маркус, приготовившись раскурить трубку. – Сильно видать тебя там по голове ударило.

– Нет-нет, я вдруг почувствовал, что сейчас для этого самое время. Там со мной произошло нечто необычное. Обстановка, которая меня окружала, напомнила мне о далеком прошлом, когда я, словно потерявшийся, блуждал в темноте в поисках выхода к свету.

Агент, смакуя табачный дым, заявил:

– Не узнаю тебя, парень.

– Мой внутренний голос подсказывает, что время пришло, только вот для чего именно, пока сложно сказать.

– И как давно ты говоришь сам с собой? – спросил Маркус.

Гэбриэл опустил на него злобный взгляд.

– Хорошо, прости, как давно ты слушаешь внутренний голос? – перефразировал агент.

– С того самого дня, когда к длинному списку тех, кто желает моей смерти, добавились охотники за головами, желающие предать меня королевскому правосудию.

Маркус с тревогой посмотрел на собеседника.

– Знаешь, я никогда не верил тому, что про тебя болтали…

– И я всегда буду тебе благодарен за оказанное доверие, – перебил его беловолосый, садясь поудобнее.

– И все же, позволь спросить, что там случилось на самом деле?

Персифальский мясник

В глазах толпы он стал убийцей вмиг,

Но был ли в чем-то он виновен?

Ребенка плач на то его сподвиг

И тот, что монстру был подобен.

Курт вар Лаус,

поэт и музыкант

На дворе стоял обычный летний день. Один из тех, когда путешествовать было довольно проблематично из-за невыносимой жары. Особенно в южной части материка. Но именно там находилось подавляющее большинство крупных городов королевства, в которых работы всегда хватало. Гэбриэл был в пути уже двое суток, ночуя в поле и мечтая о мягкой постели и кружке эля. К его счастью, на горизонте наконец-то показались высокие строения, свидетельствовавшие о приближении к крупному населенному пункту. Не то чтобы монеты в его кошельке приближались к исчезновению, просто беловолосому хотелось заработать побольше, чтобы наверняка осуществить задуманное. Поэтому, ни секунды не медля, он поскакал по тракту, ведущему к городским воротам. Оказавшись возле них, всадник остановился.

– Приветствую тебя, путник, в славном городе Персифале, названным так в честь…

– Да знаю я, в честь кого он назван, – перебил стражника Гэбриэл, – лучше скажи, нет ли у вас для меня работенки. Я, скажем так, избавляю беззащитных от всякого рода нечисти.

Солдат измерил мужчину в красном плаще сомнительным взглядом, ухмыльнулся и ответил:

– Простите, сударь, но вряд ли вам здесь что-то подвернется, ибо наш город оберегает Святая Церковь.

– Да как же, – посмеялся беловолосый, чем вызвал смущение у собеседника. – Ну а трактир у Вилли хотя бы все еще работает?

– Само собой, но вот бордель пришлось свернуть, ибо жить с таким грешным заведением поблизости – не богоугодно! – проинформировал стражник.

– Давно пора, – с нескрываемой иронией произнес Гэбриэл. – Да простит Создатель наши грехи.

Солдат одобрительно кивнул, не распознав насмешки, а всадник продолжил свой путь до трактира верхом. Город заметно изменился, приукрасившись и обновившись. Люди стали одеваться куда изысканнее, а их дома выглядели так, будто были отстроены еще вчера. Персифаль процветал, и в этом явно поучаствовали слуги Церкви. Хоть в чем-то от них была польза.

Добравшись до трактира, Гэбриэл спешился, привязал коня и вошел внутрь. Постоялый двор тоже успел преобразиться. По крайней мере, мебель точно была новой.

– Хозяин, будь так добр, налей мне своей фирменной похлебки и кружку эля, – произнес беловолосый, проходя к свободному столу, – остальное закажу позже.

– Простите, сударь, о какой фирменной похлебке идет речь? – спросил трактирщик.

Гость уж было поднял злобный взгляд, но тут же понял, что принял хозяина за другого.

– А где Вилли? – не понял беловолосый.

– Так ведь он давно помер. Я его сын, Рустер. Решил не менять название в память об отце.

– Прими мои соболезнования, – извинился Гэбриэл. – И как давно старины Вилли не стало?

– Так уж лет двадцать как, – ответил трактирщик.

Лицо гостя заметно сконфузилось.

– Что ж, тогда подай мне чего-нибудь на свой выбор, только чтоб свежее и посытнее, – сказал он, – и не забудь про эль!

– Сию минуту, сударь!

Пока трактирщик побежал на кухню, Гэбриэл продолжал разглядывать город через окно постоялого двора, сидя за столом. Как ни странно, кроме него в это время суток никого из посетителей не было. Оказывается, так много времени прошло с момента его прошлого визита и так многое изменилось. Но одна деталь более остальных бросалась в глаза – новое большое строение на окраине, напоминающее собор. Когда Рустер вернулся с подносом, беловолосый решил уточнить:

– А что вон то за здание, раньше его ведь не было?

Трактирщик взглянул вдаль, улыбнулся и пояснил:

– Это церковный приют для несчастных детей-сирот. Прихожане с радостью принимают их со всей округи и заботятся о них.

– И потом, небось, заставляют их убивать неугодных Церкви во имя Создателя, – пробормотал в сторону Гэбриэл.

– Что, простите? – не расслышал Рустер.

– Я говорю, как это благородно с их стороны, – вновь с иронией ответил беловолосый.

– О да, церковь и прихожане вдохнули в наш город новую жизнь, – радостно заявил трактирщик, возвращаясь на свое рабочее место.

Гэбриэл быстро осушил кружку эля и попросил еще, принявшись за еду. Рустер решил, что лучшее, что у него есть – это запеченный картофель с овощами и форелью в лимонном соке. Не самое любимое блюдо охотника, но долгая дорога с диетой из вяленой козлятины примирили в нем все разногласия с предоставленным блюдом. Он уже доедал, притронувшись ко второму бокалу эля, только что принесенному трактирщиком, и собирался спросить его о комнате на ночь, как в постоялый двор зашла странная женщина. Она явно была чем-то обеспокоена, ее выдавали небольшой нервный тик и постоянное озирание по сторонам. Встревоженная женщина подошла к его столику и произнесла:

– Прошу прощения, что прерываю ваш обед. Мне сказали, что вы помогаете беззащитным.

Гэбриэл оценил потенциальную клиентку взглядом. Женщина была уже в годах, возможно вдова какого-нибудь солдата, который, вероятнее всего, был сослуживцем того самого стражника у ворот. Вдовам обычно немало платят за смерть кормильца семьи, но, судя по ее одежде, либо она была очень экономной, либо денег у нее уже давно нет. Наемник доел картофель, сделал глоток эля и ответил:

– Только не бесплатно.

– Вы не подумайте, деньги у меня есть, я вам заплачу, сколько нужно, – поспешила убедить его женщина.

Звучало неубедительно, но Гэбриэл понимал, что возможно это его последний шанс хоть немного заработать в этом процветающем городе, в котором все так хорошо в последние годы благодаря опиуму для народа. А судя по поведению собеседницы, она была явно чем-то напугана.

– Ну и в чем заключается работа? – спросил он напрямую.

– Мы можем обсудить это не здесь? – сказала она, снова поглядев по сторонам. – Пойдемте ко мне домой, там я все вам расскажу.

Такое заявление насторожило беловолосого. Он прекрасно знал, что многие точат на него зубы, а она могла быть обычной пешкой, задачей которой является завести его в западню. Но выяснить, так ли это, он мог, лишь проследовав за ней.

– Хорошо, только расплачусь за обед, – ответил Гэбриэл.

Охотник допил эль, поднялся из-за стола и подошел к барной стойке.

– Возьми, сдачи не надо, – сказал он, кинув трактирщику пару золотых монет, и направился к выходу.

– Всегда будем рады видеть вас снова, сударь, – поблагодарил его Рустер.

Женщина повела его по улицам Персифаля. День был в самом разгаре, поэтому жизнь в городе кипела в прямом и в переносном смысле. Рынок был забит как торгашами, так и покупателями. Стражников было не так много: видимо, Церкви и впрямь удалось навести здесь порядок. Вера и не такое делала с людьми. Вскоре они остановились перед дверьми небольшого двухэтажного дома. Женщина открыла замок и пригласила наемника внутрь.

– Пройдите в гостиную, я скоро подойду, – произнесла она, запирая за собой дверь.

Это не могло не насторожить беловолосого снова, но он послушался хозяйку дома. Оказавшись в гостиной, охотник начал разглядывать висевшие в ней картины. На одной из них хозяйка была изображена с неким мужчиной, одетым в доспехи, предположительно с мужем. Пока он был занят изучением предмета искусства, то почувствовал сзади чье-то присутствие. Гэбриэл молниеносно достал из-за спины меч, развернулся и направил его в сторону неизвестного. Им оказался мальчишка лет десяти от роду, на лице и теле которого было множество старых ссадин и синяков. Мальчик смотрел на него со страхом и надеждой. Наемник поспешил убрать меч, поняв, что его тревоги были напрасны. Он наклонился к ребенку и сказал:

– Никогда больше так не подкрадывайся к человеку с оружием.

Мальчик продолжал на него молча смотреть. Вскоре в комнату вошла женщина.

– Он не разговаривает, – произнесла она, подойдя к нему и погладив мальчика по голове. – Поиграй пока, нам с гостем нужно поговорить.

Ребенок ушел в соседнюю комнату и сел на пол, взяв в руки фигуру рыцаря.

– Что с ним? – поинтересовался Гэбриэл.

– Как раз об этом я и хотела с вами поговорить, – ответила женщина, садясь в кресло. – Присаживайтесь.

Наемник сел в соседнее кресло.

– Меня зовут Гретта, – представилась дама.

– Гэбриэл.

– Тут такое дело, сударь… никто бы мне не поверил, расскажи я об этом в городе. Я нашла этого мальчика пару дней назад. На улице. Он был совсем один, в чем мать родила, исхудавший и голодный, весь в царапинах и синяках. Прятался в переулке, надеясь украсть с ближайшего прилавка яблоко. Когда он понял, что я его заметила, то было бросился бежать, но упал, обессилив, через пару метров. А когда я попыталась его поднять, он произнес лишь «Пожалуйста, только не ведите меня в приют». Я увидела в глазах ребенка такой страх, который не каждому взрослому довелось испытать. Безлюдными проулками я привела его к себе домой. Мой муж давно уж помер на службе, я живу одна, денег у меня достаточно, а детей мы так и не завели, вот я и решила о нем позаботиться. Но те его слова не давали мне покоя. Это какими же людьми надо быть, чтобы так обращаться с ребенком, что он предпочел бы умереть, чем вернуться в этот приют? Я пыталась его расспросить о подробностях, понять, что там с ним произошло, но с тех пор он не произнес ни слова.

Беловолосый бросил взгляд на ребенка через дверной проем. Мальчик продолжал молча играть с фигуркой рыцаря.

– Возможно, вы не так поняли, я помогаю людям избавиться от чудовищ, которые не дают им спокойно жить, – сказал Гэбриэл. – По вопросу правил содержания детей-сирот вам стоило бы обратиться в надлежащие органы.

– Я все понимаю, сударь, но и вы поймите. Этот приют в нашем городе в большом почете, все жители благодарны служителям церкви за оказанную поддержку и слепо верят всему, что они говорят, – рассказывала женщина, пока ее руки продолжали трястись. – Но в этом как раз и проблема. Что, если на самом деле они не те, за кого себя выдают. Я всякое слышала о колдовстве и монстрах, способных принимать человеческий облик. Что, если они, пользуясь нашим доверием, на самом деле изгаляются над бедными сиротками, до которых больше никому нет дела? Я слышала, как одна семья хотела усыновить девочку из того приюта, но ей отказали, объяснив это тем, что им не на что будет ее содержать. Дескать, в приюте о ней позаботятся лучше. Вы поймите, мне не к кому больше пойти, никто мне не поверит, а ребенка заберут назад, и только богу известно, что с ним там будет.

Мальчик подошел к женщине с карандашом в руках.

– Ты хочешь порисовать? Пойдем, я дам тебе бумагу, – произнесла Гретта, уведя ребенка за руку в другую комнату.

Когда она вернулась, наемник спросил:

– Я все равно не понимаю, чего вы от меня хотите?

– Вы ведь много чудищ повидали, наверняка разбираетесь в них. Просто навестите этот приют, присмотритесь к прислужникам, пообщайтесь с ними, взгляните на других детей. И если мои опасения не оправдаются, то я все равно заплачу за потраченное время, но зато мне станет спокойней.

Гэбриэл задумался. Работенка намечалась на редкость легкой. Если только не учитывать тот факт, что ему снова придется общаться с прислужниками Церкви. С демонами иметь дело и то приятнее, там хотя бы не нужно слушать их сладостные речи. Он был абсолютно уверен, что одинокая женщина преувеличивает и никаких чудищ в рясах в том приюте нет. Разве что святоши немного перегибают с воспитанием попавших к ним детей, а тут уже он ничего сделать не может.

– Хорошо, я согласен, – произнес беловолосый, – я посещу этот приют и удостоверюсь в том, что ваши опасения безосновательны.

– Храни вас Создатель, – обрадовалась женщина.

Наемник уже поднялся с кресла и направился к выходу, когда из комнаты выскочил мальчик с листком в руке. Он схватил его за плащ и протянул ему свой рисунок. Гэбриэл взял лист в руки. На нем был изображен какой-то курган, вдали виднелся город и тот самый приют.

– Пожалуйста, защитите их, – сказал мальчик, глядя на незнакомца все теми же испуганными глазами.

Гретта от удивления прикрыла рот ладонью. Ребенок тут же убежал обратно в комнату.

– Вам знакомо это место? – спросил Гэбриэл хозяйку дома.

Она внимательно изучила рисунок и ответила:

– Это похоже на холм неподалеку от города.

– Как туда добраться? – поинтересовался охотник.

– Сразу за приютом есть ворота, ведущие за стены города, – объясняла женщина. – Дорога поведет вас на кладбище, но этот холм будет чуть раньше, слева.

Беловолосый аккуратно сложил листок и спрятал его во внутренний карман своего красного плаща.

– Ждите меня здесь, я скоро вернусь, – произнес он и покинул жилище.

– Да хранит вас Бог, – сказала ему вслед Гретта.

Выйдя из дома, Гэбриэл решил первым делом наведаться в приют. Погода начала ухудшаться: солнце уже было за облаками, а на горизонте виднелись грозовые тучи. Пока беловолосый шел, его все не покидала мысль, что он совершенно не хочет общаться с прислужниками Церкви, но с чем только в его профессии не приходится работать. К тому же, слова мальчика до сих пор не выходили из его головы. Охотник знал, что рано или поздно его старая связь с Церковью ему аукнется, и, видимо, этот день настал.

Вблизи здание приюта еще больше походило на собор или большую церковь. Все-таки вкуса у служителей всевышнего не наблюдалось. Разнообразия им уж точно не хватало. Гэбриэл подошел к огромным дверям и распахнул их. Внутри обстановка и вовсе ничем не отличалась от любого собора. Главный зал копировал интерьер типичной церкви: свечи, фрески на окнах, алтарь в центре у дальней стены. Возле него на коленях стоял кто-то, похожий на священника. Услышав открывшиеся двери, он поднялся и повернулся.

– Что привело вас в наш приют? – произнес мужчина в рясе.

Он был уже довольно преклонного возраста. Его выдавали множественные морщины на руках и лице, а также седая бородка. Стоило Гэбриэлу подойти ближе, как священник тут же сменил тон с радушного на настороженный.

– Кажется, я вас знаю.

– Замечательно, не придется представляться, – ответил охотник.

Старик медленно шел ему навстречу, держа руки сцепленными на груди.

– Сомневаюсь, что вы здесь для того, чтобы покаяться в своих грехах, – говорил он.

– Да я бы может и задумался над этим, вот только все же они появились благодаря приказам одного очень старого главы вашей епархии, – с упреком произнес наемник, приближаясь к собеседнику.

– Избавьте меня от ваших насмешек, – разозлился прислужник, – само ваше существование – это плевок в лицо Создателю!

– Я мог бы сказать то же самое о вас, – ответил Гэбриэл, остановившись в пяти метрах от священника. – Забавный факт: пока я слепо исполнял волю таких, как вы, меня называли… как же там было?

– Дланью Божьей, держащей его меч и карающей нечистых, – перебил священник, тоже остановившись. – Мы хорошо знаем историю, поэтому мы также знаем, из-за чего вы были отлучены от Церкви.

– Сказал бы, что это был лучший день в моей жизни, но с детства не люблю врать, – продолжал насмехаться беловолосый.

Лицо старика покраснело от злости, которую он пытался сдерживать, а вены вздулись настолько, что, казалось, вот-вот прольется святая кровь.

– Оставим эти бессмысленные пререкания, – произнес он, успокоившись. – Вы же здесь не ради них?

– Да вот подумываю остепениться, осесть где-нибудь, завести семью, – с кривлянием говорил Гэбриэл. – Но вам же знакома природа моей натуры, а значит, вы понимаете, почему я не хотел бы заводить детей естественным путем. Ибо плодить таких, как я…

– Хватит! – не выдержал священник.

Шум услышали другие обитатели приюта. Несколько прислужников поспешили войти в зал и встали в нескольких метрах за спиной своего руководителя. Детей по-прежнему не было видно.

– Постыдились бы богохульствовать, это все-таки его храм! – продолжил повышенным тоном священник. – Мы не доверим вам ни одного из наших сирот!

– Может я просто на них взгляну? Вдруг желание само пропадет…

– Я вынужден вас попросить покинуть стены нашего приюта, – грозно перебил его старик.

Его прислужники подошли ближе с еще менее дружелюбным видом. Наемник ухмыльнулся:

– Вы чего это? Бить меня будете?

– Это не понадобится, нам достаточно позвать на помощь, как весь город тут же соберется у входа, – пояснил священник.

Улыбка тут же исчезла с лица Гэбриэла. Больше ему тут делать было нечего.

– Что ж, так и быть, – сказал он, развернувшись к дверям и направившись к выходу, – передавайте от меня привет вашему святейшеству.

Оказавшись на улице, беловолосый тут же попал под дождь. Пока он вел приятную беседу, тучи, что были на горизонте, достигли города. Судя по тому, что успел увидеть Гэбриэл в приюте, каких-либо конкретных выводов сделать было бы проблематично. Детей он так и не увидел, возможно они все спали в своих комнатах. Служители церкви были недружелюбны, но к нему они уже много лет так относятся. Наемник сунул руку в карман и вспомнил о рисунке. Он подошел к тем самым городским воротам, что были неподалеку от приюта, и посмотрел вдаль в поисках кладбища. Пешком до него путь предстоял бы неблизкий, поэтому Гэбриэл вспомнил о своей лошади и решил вернуться за ней к трактиру.

Когда он выехал за пределы города, дождь уже начал походить на небольшой ливень. Ветер усилился, видимость из-за нависших туч стала ни к черту, но по отблеску молний беловолосый мог отличить силуэт того самого холма. У его подножия Гэбриэл спешился, решив осмотреться. На первый взгляд, он не заметил ничего необычного, но обратил внимание на несколько нечетких следов от телеги, ведущих к дальней стороне холма. Пройдя по ним, наемник обнаружил необычное место, на котором еще не так давно кто-то орудовал лопатами. Из-за темноты и ливня мало что можно было разобрать, но, когда в небе сверкнула очередная молния, беловолосый с ужасом обнаружил тело мертвого ребенка.

Гэбриэл подошел ближе и, приспустившись на одно колено, принялся изучать труп. Одежды не было, поэтому в том, что несчастный был мальчиком, сомнений быть не могло. Тело лежало в земле лишь наполовину, но это не небрежность тех, кто пытался его скрыть. По рваным, относительно свежим ранам и следам от длинных когтей наемник сделал вывод, что мальчика нашли и откопали какие-то хищные животные. Но от чего же он умер? Судя по истощенному телу, ребенка морили голодом, а многочисленные ссадины и синяки ясно давали понять, как с ним обращались. На руке Гэбриэл также обнаружил след от хирургической иглы. Больше в таких условиях что-то разглядеть было невозможно.

Тело не было вздувшимся, а значит, пролежало здесь от силы день, но запах был настолько сильным, будто оно гниет уже далеко не первые сутки. Беловолосый вернулся к своему коню, достал из походной сумки небольшую лопату и начал копать землю возле мальчика. Не прошло и пары секунд, как он почувствовал, что упирается штыком не в грунт. Запах трупного яда стал еще более ощутимым. Гэбриэл продолжил копать.

Спустя несколько минут стало очевидно, что он стоит на целой яме из детских трупов. Некоторые из них еще догнивали, от других же остались лишь одни кости. Не вынося больше мерзкого запаха, наемник поспешил оседлать коня и убраться подальше. Его путь лежал обратно в Персифаль. Сперва он решил доложить о своей находке нанявшей его женщине, а уж потом придумать, что делать дальше.

Пока Гэбриэл занимался раскопками, дождь поутих, но времени это заняло больше, чем он думал. И хотя тучи по-прежнему скрывали солнце, по опустевшим улицам он понял, что наступил вечер. Оказавшись у дома Гретты, беловолосый спешился и постучал в дверь. К его удивлению, она оказалось приоткрытой. Охотник достал меч и медленно вошел внутрь.

– Есть кто дома? – произнес он.

В ответ наемник услышал лишь ветер за окнами. Обойдя весь первый этаж, он таки обнаружил Гретту. Женщина лежала в небольшой луже крови возле лестницы, ведущей на второй этаж. Прикоснувшись к шее, беловолосый убедился, что хозяйка дома мертва. Выглядело это так, будто она упала, спускаясь вниз, и ударилась головой. «Надо было брать деньги вперед», – подумал Гэбриэл. Вспомнив про мальчика, он решил поискать его на втором этаже, но ребенка в доме не было.

Наемник сел в кресло гостиной, чтобы собраться с мыслями. Самым разумным было сейчас же оседлать коня и отправиться прочь, пока не нашли труп несчастной. Когда стражники начнут копать, первым под подозрение попадет незнакомец, вышедший вместе с ней из трактира. Но Гэбриэлу не давала покоя та яма с мертвыми детьми, в которую теперь может угодить мальчик, давший ему рисунок. Беловолосый достал его из кармана плаща и, вглядываясь в нарисованный холм, обдумывал решение.

Прекрасно понимая, что, обратись он к стражникам, ему бы, как минимум, никто не поверил, наемник отправился к приюту один. На улице уже стемнело, ветер стих, а дождь практически прекратился. Привязав коня к столбу, он подошел к дверям. «Последний шанс. Разворачивайся и уходи», – сказал сам себе Гэбриэл. Подумав еще несколько секунд, он все же решился войти внутрь.

В главном зале на этот раз никого не было. В помещении было очень светло благодаря большому количеству свечей. Беловолосый медленно двинулся в сторону алтаря, закрыв за собой двери. На звуки шума в зал вошел священник. Увидев идущего к нему мужчину в красном плаще, он остановился у алтаря.

– Какой же ты все-таки тупой сукин сын, раз вернулся сюда, – произнес старик.

– Глупо было не довериться той женщине сразу, – говорил Гэбриэл, продолжая движение, – тогда она была бы еще жива.

– Говоря откровенно, не появись ты в городе и не обратись она к тебе, мы бы так и не узнали, что мальчик у нее, – сказал священник.

За его спиной снова появились еще с дюжину прислужников.

– Что с ним? – спросил беловолосый, остановившись в пяти метрах перед алтарем. – Его вы тоже убили, выкачав из него всю кровь?

– А ты не так глуп, как я думал, – ответил старик, – нашел наш курган?

– Да, и вам не сойдет это с рук, – произнес наемник, достав из-за спины меч.

– Ты задумал убить нас? – рассмеялся священник. – Подумай хорошенько, чем это может кончиться.

– Кто вы на самом деле? – задал вопрос Гэбриэл. – Зачем вам кровь? Вы ее пьете?

Старик рассмеялся.

– Пьем? За кого ты нас принимаешь? За монстров? Демонов, с которыми ты вечно борешься? Не-е-ет. Все же твоему узко мыслящему мозгу не понять весь наш замысел.

– Так поясни для недалеких.

– Эти дети никому не нужны. Мы здесь уже много лет, но поняли это не сразу. За все годы существования приюта к нам приходили лишь несколько горожан, которые хотели бы взять кого-нибудь из сирот под свое начало. Но даже среди них не было тех, кто желал бы сделать это бескорыстно. Одни видели в них потенциальных помощников по хозяйству, бесплатную рабочую силу, готовую трудиться ради приемных родителей за еду. Иные и вовсе надеялись получить от ратуши ежемесячное пособие, которое бы им выплачивали до достижения совершеннолетия. Никто на самом деле не хочет заботиться о них так, как мы.

– Как вы? Вряд ли бы фермерам или мошенникам пришла в голову идея высушивать их до последней капли крови, а потом выбрасывать в яму как сдохший скот!

– Когда мы поняли, что этих несчастных сирот не ждет ничего, кроме помоев на улице или бесплатного труда, то решили, что они могут послужить куда большей цели. Их кровь может спасти десятки жизней. Для медицины такие доноры просто незаменимы.

– Многие же у вас нуждаются в крови, раз вам приходится высасывать ее из них до последней капли…

– С каждым днем к нам поступает все больше бездомных детей. Мы не в состоянии содержать их всех. Но и раздать тех, кто уже послужил великой цели, тоже не в силах. Они могли проболтаться, и не все жители бы истолковали наши намерения верно.

– А избиения тоже входят в процедуру ваших методов?

– Я не обязан оправдываться перед тобой. Я служу высшей цели и обязан добиваться ее всеми средствами. Подумай о жизнях, которые нам удалось спасти благодаря тому, что мы здесь делали.

Гэбриэл сжал рукоять меча.

– Что с тем мальчиком, которого нашла Гретта? По-вашему, она тоже хотела использовать его в корыстных целях?

– Как я уже сказал, мальчик мог проболтаться. Но теперь этот вопрос улажен, благодаря тебе. К тому же, из-за тебя нам пришлось решить проблему и с остальными.

Наемник разозлился и сделал несколько шагов вперед. Прислужники поспешили окружить священника, но тот остановил их жестом и сам подошел к беловолосому.

– Прежде чем поступить так, как ты привык, советую подумать хорошенько, – произнес старик. – За этой стеной есть комната, застланная горой детских трупов. Мы еще не успели от них избавиться. Сегодня днем, сразу после твоего визита, я навестил начальника городской стражи, сообщив ему о подозрительном наемнике, который вел себя крайне недружелюбно. Именно от него я и узнал, по чьей вине ты оказался сегодня здесь. Возможно, уже сейчас стражники нашли труп той несчастной женщины и собирают отряд, чтобы поймать тебя. Пройдет какое-то время, прежде чем они додумаются прийти сюда, и от того, что они здесь увидят, будет зависеть твоя дальнейшая судьба.

Беловолосый немного успокоился и опустил меч. Прислужники отступили.

– Я даю тебе шанс уйти отсюда без каких-либо последствий, – продолжил священник. – Придя сюда и увидев всех нас в целости и сохранности, они успокоятся и решат, что та пожилая женщина действительно пала жертвой несчастного случая. К тому времени ты уже уедешь из города, и никто не станет тебя преследовать. Но если солдаты обнаружат здесь наши мертвые тела, а затем тела несчастных сироток… не найдется такого места, такой дыры, в которой ты спрячешься. Узнав о том, что здесь произошло, Корона и Церковь назначат за тебя такую награду, что тебе нигде не будет покоя. Гвардейцы, пастыри, охотники за головами, даже наемники вроде тебя – все они будут искать безжалостного убийцу. Я понимаю, что, будучи искусным бойцом, ты не боишься смерти, но и нормальной жизни тебе не видать. Можешь попрощаться со своим ремеслом, никто не станет нанимать кровожадного маньяка. Напротив, узнав, кто ты, любой кмет предпочтет выдать тебя за кругленькую сумму.

Гэбриэл склонил голову, тяжело дыша и стараясь усмирить свой гнев. Спустя несколько секунд он убрал меч в ножны.

– Так я и думал, – произнес старик. – Ты не герой, ты обычный наемник, убивающий за деньги. Но я рад, что ты все же способен мыслить здраво.

– Это все равно не сойдет вам с рук, – ответил беловолосый. – Вам никак не скрыть смерть всех этих детей.

– Не волнуйся на этот счет, – ухмыльнулся священник, – мы скажем, что отправили их всех в другой приют, к примеру, на север, который якобы недавно открылся. Этот город наш, никто не станет выяснять, что с ними случилось на самом деле. А теперь будь так добр, уберись отсюда до тех пор, пока не грянули стражники.

Беловолосый бросил на него полный ярости взгляд, но все же развернулся и направился к выходу. Однако стоило ему сделать всего три шага, как откуда-то из глубин приюта послышался громкий детский визг. Наемник остановился.

– Не волнуйся об этом, – сказал ему вслед старик. – Мы уже почти закончили с ними.

Гэбриэл развернулся и, глядя все теми же полными ярости глазами, произнес:

– Ты прав, я не герой. Я убийца! Для таких монстров, как вы.

Спустя секунду он уже стоял с окровавленным мечом в руке прямо перед священником. Глаза старика от удивления сильно округлились. Кровь, хлещущая из его горла, окропила лицо беловолосого. Поняв, что случилось, священник обхватил руками шею, медленно падая на колени. Стоявшие за ним прислужники сначала впали в ступор, но затем их охватила паника. Оттолкнув тело старика ударом ноги, Гэбриэл принялся за остальных.

Меч скользил по воздуху быстро и четко, всегда находя цель. Кровь струями разлеталась на пол и стены. Меньше чем за минуту главный зал храма преобразился в место массовой казни. Наемник действовал хладнокровно, не щадя никого, не внимая мольбам тех, кто от безысходности забивался в углы. Один из прислужников попытался выбежать на улицу, но беловолосый остановил его еще в нескольких метрах от входных дверей, вырвав и метнув в его спину крест, стоявший на алтаре.

Некоторым удалось улизнуть вглубь приюта, но не на долго. Гэбриэл последовал за ними. Он шел по коридору и нес смерть всем, кто попадался на пути – тем, кто бежал от него из зала, тем, кто выходил из комнат. Так продолжалось до тех пор, пока он не перебил всех прислужников, добравшись до конца коридора, упиравшегося в лестницу, ведущую в подвал, откуда до сих пор доносился крик ребенка.

Снизу послышались шаги. Из подвала в коридор поднялись двое, облаченных в легкие кожаные доспехи с кольчугой на рукавах. На груди были нашивки в форме креста, в руках мечи. Это были пастыри, воины Церкви, обученные сражаться с чудовищами.

– Легендарная Длань Божья убивает безоружных? – обратился один из них к Гэбриэлу.

– Ваше оружие вам не поможет, – ответил беловолосый.

– Сегодня ты ответишь за свои грехи! – произнес второй и бросился в атаку.

Другой пастырь тут же подключился к битве, заставив наемника попотеть. Гэбриэлу пришлось перейти в оборону, отражая удары двух хорошо обученных бойцов, которые постепенно оттесняли его от входа в подвал. Коридор был широким, но недостаточно для такой битвы. Мечи то и дело задевали стены и стоящие возле них статуи. Пастыри подбирались все ближе, но беловолосый успевал блокировать их атаки. Вскоре ему удалось выбить одного из равновесия, но, воспользовавшись его отвлеченностью, второй нанес еле заметный удар, ранив наемника в руку.

Гэбриэл отступил. Упавший на пол пастырь поднялся и вместе с напарником снова напал на противника. Беловолосый сменил тактику, начав использовать в бою все, что попадалось под руку – швырял в оппонентов предметы интерьера, опрокидывал на пол мебель и статуи, замедляя тем самым их наступление. Это помогло ему вскоре нанести одному из пастырей порез на ноге, пусть и не слишком глубокий, но достаточный, чтобы те на несколько секунд отступили для перегруппировки.

Переведя дыхание, они набросились на наемника с еще большей яростью, не давая ему шанса атаковать. Сил у Гэбриэла едва хватало на то, чтобы защищаться от ударов, летящих с обеих сторон. Вскоре это сыграло его противникам на руку, и один из них смог выбить у него из рук меч. Потеряв оружие, отлетевшее в сторону, беловолосый схватил за кисти рук пастыря, пытавшегося атаковать сверху, блокировал его мечом удар напарника и, оттолкнувшись ногами от них обоих, упал на пол.

Пока противники были дезориентированы, он сделал кувырок назад. Сидя на корточках, Гэбриэл раскрыл левую сторону плаща и достал из внутреннего кармана полутораметровую цепь с клинком на одном конце. Поднявшись на ноги, он тут же бросился в атаку, виртуозно размахивая новым оружием. Теперь его противникам пришлось уйти в защиту и отступать назад, поскольку казалось, что цепь с клинком разрезала воздух прямо возле их ушей.

Спустя несколько движений наемнику удалось обхватить цепью ногу одного из пастырей, после чего беловолосый, не задумываясь, дернул ее на себя, повалив тем самым противника на пол. Другой попытался атаковать Гэбриэла, но тот, уйдя от атаки, оттолкнул его корпусом к стене, затем освободил цепь от ноги поднимавшегося с пола пастыря и вонзил висевший на ее конце клинок в шею его напарника. Тот скатился по стене, забрызгав ее своей кровью.

Со вторым беловолосый расправился более жестоким образом. Поднявшись на ноги, оставшийся в живых пастырь попытался атаковать. Уклонившись от нескольких ударов, наемник сманеврировал и, оказавшись за спиной противника, сделал ему на шее удавку из своей цепи. Тот, беспорядочно взмахивая мечом и жадно глотая воздух, вскоре потерял силы. Вены на его голове вздулись, глаза покраснели. Гэбриэл ударил его ногой по внутренней части бедра, заставив тем самым опуститься на колени, и натянул цепь изо всех сил. Не прошло и пяти секунд, как пастырь испустил дух, а его тело рухнуло на пол.

Беловолосый убрал цепь обратно в карман, поднял с пола свой меч, спрятал его за спину и продолжил путь к источнику криков. Спустившись по лестнице, он уперся в запертую дверь, но один хороший удар ногой избавил его от препятствия. Впереди, в нескольких метрах, была еще одна дверь, ведущая в некое небольшое помещение. Детский плач доносился именно оттуда.

– Что там черт возьми происходит? – среагировал кто-то внутри на шум.

В это же мгновение крики утихли. Когда Гэбриэл подошел ближе, дверь открылась и из помещения вышел невысокий лысый человек в белом халате, больше похожий на алхимика, чем на прислужника. Последнее, что он увидел перед смертью – высокого беловолосого человека в красном плаще с окровавленным лицом. Наемник обхватил его голову руками и вдавил большие пальцы в глазницы.

Пока лысый садист корчился и кричал от боли, Гэбриэл бросил свой взор внутрь комнаты. Увидев в ней прикованную к столу девочку, он отбросил безглазое тело в сторону и подошел к ребенку. Судя по внешнему виду, она была еле жива, но в сознании. На ней было старое изношенное платье, множественные ссадины и синяки на руках и ногах, но лицо… лицо было нетронутым. И, приглядевшись к нему, беловолосый на какое-то время оцепенел. На вид ей было не больше шестнадцати лет, но черты ее лица и длинные темно-русые волосы напомнили ему о ком-то, кого он знал когда-то очень давно.

Он стоял над ней, с ног до головы в чужой крови, а она лежала и смотрела на него. Но в ее глазах не было страха, лишь слезы от боли и надежда, что все наконец-то закончилось. Гэбриэл достал из-за пояса небольшой нож, разрезал веревки, которыми она была привязана к столу, и поднял ее на руки. Девочка обняла его за шею, и он понес ее к выходу. По пути она видела все, что творилось вокруг, всю кровь и все тела мертвых прислужников.

Дойдя до главного зала, наемник на секунду остановился, затем подошел к одному из стоявших на полу высоких подсвечников, толкнул его ногой и продолжил идти. От него загорелась висевшая на стене занавеска. Оказавшись на улице, беловолосый усадил девочку на коня. Он понятия не имел, как ему поступить и что с ней делать, но точно знал одно – здесь он ее не оставит. На улице послышались крики. Огонь внутри приюта разгорался все сильней. Внезапно со стороны города вышел отряд стражников.

– Боже милостивый, что здесь случилось?

– Смотрите! Это он!

– Он же весь в крови! Взять убийцу!

– Он хочет похитить ребенка! Арбалетчики, открыть огонь!

Гэбриэл отвязал коня, запрыгнул на него и помчался к воротам, ведущим из города. Несколько выпущенных стражниками болтов все же попали ему в спину, но наемник, преодолевая боль, продолжил скакать и не останавливался до тех пор, пока не убрался от Персифаля настолько, что его перестало быть видно.

Внутренний голос II

Маркус сидел на диване с грустным и задумчивым взглядом, держа в руке стеклянный бокал с медовухой, бутылку которой наемник достал из стола еще на середине рассказа.

– Ну и дела, – произнес он.

Гэбриэл, медленно попивая тот же напиток из своей кружки, добавил:

– С тех пор я залег на дно, нашел себе этот небольшой домик вдали от любопытных глаз, но не слишком далеко от основных южных дорог и стал гораздо аккуратнее выбирать задания.

– Хорошо, что мы встретились, – подытожил агент, осушив свой бокал.

– Даже не знаю, что бы я эти десять лет без тебя делал, – задумчиво сказал охотник.

– А что стало с той девочкой? – спросил Маркус. – Она выжила?

– Выжила, – ответил беловолосый. – Я отвез ее к одному своему знакомому. У него большой отряд наемников в тридцати милях от Персифаля. Он был у меня в долгу, поэтому согласился выходить ее.

– Тебе не кажется, что оставлять девочку одну в лагере с наемниками – не самое разумное решение? – поинтересовался агент, приготовив очередную порцию табака для трубки.

Наемник осушил бокал, бросив на него гневный взгляд.

– И какое же решение, по-твоему, было бы разумным? – разозлился он. – Может, стоило отдать ее в другой приют?

– Я не это имел в виду…

– Или я должен был оставить ее себе?

Гэбриэл поднялся с кресла и скинул на его спинку свой черный плащ.

– Я больше доверяю тем наемникам, чем кому-либо еще, к тому же, там ей было бы безопаснее всего. Ты ведь не думаешь, что Церковь искала только меня?

Высказавшись, беловолосый уверенно подошел к своему шкафу. Маркус снова закурил.

– Хорошо, – произнес он, – давай сменим тему. Что ты планируешь делать теперь, когда подразумеваешь свое возвращение в мир?

Охотник задумался, открыв шкаф и глядя на его содержимое.

– Для начала нужно обновить арсенал, – пояснил он, копаясь на нижних полках. Переключив свое внимание на небрежно свернутый красный плащ, Гэбриэл добавил: – А затем напомнить всем, что я еще жив.

– Только не говори, что ты собираешься заявиться в столицу, – забеспокоился агент.