Sabrina Morgan
Вендетта. Хрупкое доверие и обжигающее предательство

Глава 1.

Шотландия. Эдинбург

Проснулась от назойливого будильника, что не прекращал трезвонить на протяжении десяти минут. Первую половину банально не слышала, а вторую ленилась оторвать зад от мягкой постели. Когда нервы сдали окончательно, а голову посетило осознание, что никто, за исключением меня, не заставит мобильный умолкнуть, я перекатилась на другую половину кровати и, неуклюже рухнув на холодный пол, как самая настоящая змея, поползла на мерзостный звук.

Стефано – редкостный паразит, раз уж умудрился поставить на будильник столь отвратную, раздражающую слух мелодию. Мужчина словно специально решил испытать мои нервы на прочность. Нет, практика, конечно, неплохая, но, по-моему даже черти в аду не поднимают мучеников в такую рань. Эспозито не бес, он предводитель всей этой богадельни. Пыток хуже, чем выдумывает он, не в состоянии додумать даже сам Сатана. Не удивлюсь, если он является личным секретарём Стефа в аду.

В кои-то веки, отыскав ненавистный гаджет, я зажала кнопку питания, вследствие чего он временно вышел из строя.

Облокотившись о прохладную стену, я медленно сползла на пол, засыпая прямо на ногах.

– Твой хозяин – сущее зло. Ты знал об этом? – как ненормальная обратилась к телефону я, размыкая слипшиеся веки и понимая, что в правой ладони покоится мой мобильный. – Вот же идиотка. Выходит, дьявол воплоти – это я? Не помню, чтобы ставила столь «энергичный» рингтон.

Поняв, что сидеть в углу не вариант, я переместилась на кухню. На столе стоял свежеприготовленный завтрак и ароматный кофе.

С чашкой в руках обошла всю квартиру, но так и не обнаружила своего сожителя. Стефано словно испарился.

Не удивительно. А что ему делать, если я сплю до четырёх часов вечера? Наверняка решил немного проветриться.

На столе лежала миниатюрная записка в которой были каллиграфическим почерком выведены ровные буквы. Звучала она примерно так:

«Ушёл по делам. Не скучать, пальцы в розетку не совать и взрослых дядек в квартиру не пускать. Как вернусь, проверю лично. Обожаю тебя, крошка.

P.S Стефано».

Я недовольно закатила глаза, представляя выражение лица, с которым он строчил столь «замысловатое» писание.

Очередная шутка-издёвка. Уже привыкла. Иногда даже посмеяться могу и бросить аналогичную колкость в ответ. Как-никак мужчина со своеобразным чувством юмора куда лучше, чем с его общим отсутствием.

Осушив чашку до последней капли, я помыла тару и спрятала в верхний шкафчик. Если быть точнее, то самый верхний – это тот, до которого в состоянии дотянуться без чьей-либо помощи.

Через полчаса томительного ожидания я не дождалась и, собравшись с мыслями, тоже решила выбраться на внеплановую прогулку. Тухнуть в пустующей квартире хотелось меньше всего на свете. Как-никак главный шут и клоун куда-то сбежал при этом не предупредив, куда именно.

Я на скорую руку натянула джинсы и коротенькие носки, попутно накинув на плечи излюбленную чёрную куртку, на шею – шарф, а на голову – самый ценный подарок.

Если бы Стефано завидел такой молодёжный прикид, то сморозил бы что-то вроде: «Хочешь ходить с битой задницей? Почки ведь отморозишь! Это не шутки, Вивьен. Я не собираюсь мучить тебя уколами. Боюсь, что ты быстрее прирежешь меня, чем подпустишь хотя бы на два метра с острой иглой в руках».

В такие моменты поначалу начинаю противиться, иногда язвить, затем закипать и в конечном итоге лишённая выбора, соглашаюсь. Но вся прелесть в том, что Стефано здесь нет, и никто не вправе вынудить меня надеть шубу до пяток и чудноватую шапку-ушанку.

Закинув ключи в правый карман, а кошелёк и мобильный в сумочку, я спустилась лифтом на первый этаж, к счастью, не встретив ни единого соседа, который наверняка доложил бы «мужу», что я вышла на улицу без шапки.

Решение, куда конкретно пойти, само посетило мою голову. Засунув руки в карманы, я неспешно поплелась вдоль широкой аллеи, время от времени наблюдая за прохожими и спешно проносящимися машинами. Все куда-то торопятся. Такая же суета, как в нашем родном Лондоне…

Сколько времени мы провели в Эдинбурге? Неделю? Возможно, три, а может, практически месяц? Как-то не задумывалась на эту тему. Со Стефано теряю счёт времени и забываю о его существовании. Знаю лишь, что оно протекает быстро, незаметно и жутко приятно.

После неудачной поездки в Финляндию и не менее скорбного письма я на пару дней выпала из жизни. В один момент Стеф принял решение сменить обстановку и купил билеты с целью продолжить путешествие, но из-за подавленного состояния я не соизволила уточнить рейс. Откровенно говоря, мне было глубоко плевать. Плевать абсолютно на всё. Прибывала в коматозе, забывая о банальных вещах: поесть, переодеться, принять душ и всё в этом духе.

Эспозито видел мою отрешённость и обособленность, но всячески пытался подбодрить. Иногда мне казалось, что он уж слишком навязчивый, что его слишком много. Но сейчас понимаю, что мужчина просто-напросто испытывал переживание и огорчение. Почему так уверена? Просто я его знаю.

Стеф всегда предстаёт перед обществом позитивным весельчаком, хотя на душе у него очень даже паршиво и не менее сумрачно. В такие моменты мужчина всё равно продолжает обаятельно улыбаться и излучать непринуждённость. Люди верят ему, но не я. Хотя бы потому, что слишком много времени провела в компании этого индивида. Его улыбка – фальшивая маска для глупых и наивных людей.

Искренен ли Стеф со мной в плане эмоций? Думаю, что да. Не может же человек так длительно и искусно играть конкретную роль при этом не допустить ни единой ошибки в выдуманном образе.

Честно говоря, искренне благодарна Стефано за то, что в тяжёлые моменты жизни он находится рядом и не позволяет мне в полной мере погружаться в своеобразный астрал. Не знаю, что делала бы, если бы мы были порознь. А я ведь так и не сказала ему спасибо за очередную поездку и необходимую поддержку.

Неблагодарная? Эгоистка? Да, так и есть. Я обязана поблагодарить его именно сегодня и примерно предполагаю, каким образом. Но, чёрт возьми, куда он, мать вашу, делся?! Чтобы готовить сюрприз, я должна быть уверена, что тот, для кого он, собственно, затевается, точно явится. А что я? А я понятия не имею, где запропастился мой кавалер.

Да, это в стиле эксцентричного Эспозито. Даже злиться на него не могу. В последнее время мы настолько сблизились и породнились, разделяя общее ложе и обязанности между собой, что мне и вправду иногда кажется будто мы супруги, но без штампа в паспортах. Да и вообще, нравится ли Стефано делить со мной одну территорию? За последние три недели мужчина ясно дал понять, что является своеобразным перфекционистом и чистюлей. Нет, я понимаю, что в наше время мужчина должен уметь обслуживать себя самостоятельно, но какого дьявола Стеф умудряется погладить рубашку за одну минуту?! Он робот? Я бы рассмотрела данное предположение на более серьёзной основе, если бы он не зависал по часу в ванной, плескаясь в кипятке. С такими успехами и черти в аду позавидуют. Боюсь, что в Чистилище ему будет немного морозно.

Со всеми этими размышлениями и не заметила, как подошла к крупному торговому центру. Да, за прошедший декабрь можно хотя бы немного свыкнуться и приловчиться ходить по переулкам с интернет-картой.

После «прогулки» в Дублине, стараюсь не шататься по вечерам в одиночку. Возможно, в редких случаях, когда отсутсвует Стефано, но это происходит крайне редко.

На улице скоро стемнеет, но, думаю, успею справиться и благополучно добежать до дома.

Я по привычке задрала голову вверх, как обычно делаю, дабы заглянуть язвительному Эспозито в глаза, и устремила взор на высокое сооружение.

По большей части моё внимание приковано к одному-единственному человеку, поэтому я банально могу не замечать тех или иных вещей. Временно усыплённая бдительность связана с чувством безопасности. Прибывая под крылышком у Стефано, я ощущаю полную неприкосновенность и покой. Как ни странно, но когда нужно, Эспозито способен резко перемениться в злобного монстра и разорвать оппонента на мелкие кусочки.

Немного помечтав о возлюбленном, я всё же двинулась к главному входу. Умные двери впустили внутрь, где было значительно теплее. Первым делом я избавилась от куртки, а затем предпочла получше рассмотреть окрестности: на первом этаже располагалось кафе, огромный продуктовый магазин и лавки с нелепыми сувенирами.

Я решила обойти всё стороной и разведать обстановку, что царит этажами выше. Медлительный эскалатор доставил меня сначала на второй, затем на третий и пятый этажи. Далее подниматься не хотелось. Зачем тратить время на осмотр игровых автоматов и детских игрушек? Хотя, если бы со мной был Стефано, то непременно заскочил бы за какой-нибудь детской соской.

Я неспешно двигалась вдоль отделов с одеждой на выходе из которых красовались привлекательные вывески брендов. Не могу назвать себя поклонницей и ярым ценителем. Точнее, совсем не имею перечисленных качеств. Да, знаю логотип, название, но не более. Казалось бы, девушки отлично разбираются в последних коллекциях новых туфель от «Dior», дорогой парфюмерии вроде «Shumukh» от бренда «Nabeel» и главная вишенка на торте: сексуальное нижнее бельё, что соткано из лучшего шёлка.

Не сказать, что я сильный знаток, но уверена, что для работы, которой у меня уже нет, лучше покупать что-то более закрытое и менее сексуальное. В идеале – на восьми замках, дабы никакой мужик не смог расправиться с ненавистной застёжкой с первой попытки.

Я заскочила в один из отделов и присмотрела довольно неплохое платьице от «Armani». Оно было выполнено в бельевом стиле, имело ярко-красный оттенок, а шёлк приятно прилегал к телу. На левой ноге имелся глубокий вырез. Длина изделия достигала начищенного мрамора и слегка сметала невидимые пылинки. Судя по всему, в качестве модели меня бы не взяли даже на единичную ставку в Китай.

– Вам к лицу ализариновый, мисс, – одобрительно кивнула девушка-консультант.

– Скольким покупателям вы уже сказали столь избитую фразу? – не отрываясь от собственного отражения в зеркале, полюбопытствовала я. – Совсем необязательно стоять у меня над душой. Можете присесть и отдохнуть. Я не нуждаюсь в помощи.

– Оу, дело не в этом, – сконфуженно усмехнулась она. – Так уж сложилось, что ни одна предшественница не смогла влезть в столь крохотный размер. Вы единственная, кому удалось благополучно надеть потрясающий наряд. Без излишней лести считаю, что красный определённо ваш. Он очень гармонирует с блендой кожей и тёмной причёске.

– Вы прекрасно справляетесь со своей работой, мисс, – я бросила мимолётный взгляд на её бейджик, – Айли.

– Благодарю, – учтиво кивнула продавец, вопросительно уставившись на меня. – Прошу прощения, как я могу к вам обращаться?

– Вивьен, – сказала как отрезала я, рассматривая глубокое декольте и откровенный вырез.

– У Вас имеются конкретные требования, Вивьен? – уточнила шатенка. – У нас довольно богатый ассортимент. Каков повод? Возможно, я смогу предложить вам что-то ещё?

– Повода нет, – я усмехнулась.

– Решили порадовать себя любимую? – ответно улыбнулась девушка. – Тоже верно. Женщина всегда должна быть ухоженной и иметь в запасе десять пар туфель.

– Нет, мужа, – резво выдала я, в сию же секунду прикусывая собственный язык. – И женщина никому ничего не должна. У вас устарелые понятия, что строятся на стереотипах. Пересмотрите собственные взгляды на жизнь.

Чёрт, идиотка! Какой в задницу муж?! У меня и в помине его нет.

– Вы замужем? – изумилась она.

Мне не хотелось выглядеть лгуньей и вешать лапшу на уши тоже. Как-никак передо мной совершено чужой человек.

– В перспективе, – я приняла нейтральное положение, ненавязчиво переводя стрелки на изумительный наряд. – Как думаете, ему понравится?

– У вас отличные данные. Фасон сел как вторая кожа, – восхищённо лепетала она. – Оу, вы похожи на породистую змею!

Меня перекосило. Глаза невольно поползли на внутреннюю сторону плеча, где красовалось отчётливое тату змея.

А ведь Даймонд когда-то предупреждал насчёт столь серьёзного решения. Возможно, он спланировал всё с самого начала? Ох, не знаю. В любом случае эта метка может стать для меня как защитой, так и губительным признаком. Все заклятые враги Мориса прекрасно знают эту эмблему и ни в коем случае не спутают данное тату. Думаю, в скором времени я избавлюсь от него лазером, а если не выйдет, то вырежу самостоятельно. Не хочу ходить с уродским клеймом. Не хочу иметь ничего общего с предателями.

– Упакуйте, – бесцветно шикнула я, скрываясь за дверью в примерочную и буквально выбрасывая дорогостоящий костюм, как ненужную старую тряпку. Айли поспешила на кассу, а я застыла напротив зеркала, внимательно рассматривая ненавистное тату и едва заметные последствия после жёсткой подставы. На бедре красовался заметный рубец от недавно снятого шва, а вывихнутый палец практически избавился от отёка, отчего и вовсе было тяжело завидеть, что месяцем ранее с ним приключилась неприятная история.

Недаром Стефано когда-то сказал, что я набила самое настоящее гадство. Оказался прав. Жалею не о самом наличии, а о значении.

Одевшись, я поплелась на кассу. Там уже ждала немного взволнованная Айли. Девушка бросила на меня многозначительный взгляд, словно спрашивая, чем так задела тонкие струны души.

– Скажите, у вас какие-то проблемы? Я видела шрамы на запястьях и рубец на ноге. Муж избивает вас? Мой брат сотрудник полиции. В случае чего, я могу помочь. Только намекните…

– Он сущее зло, дорогая, – шепнула в ответ я.

– Какой кошмар, – шатенка прикрыла губы ладонью. – Я сейчас же свяжусь с Денвером!

Стоило ей потянуться к мобильному, как я бесцеремонно перехватила чужое запястье и, сжав его до хруста кости, прошипела:

– Хочу дать вам совет, Айли, – я подалась навстречу девушке, остановившись в сантиметре от озадаченной физиономии. – Не суйте свой слишком длинный и любопытный нос в совершенно чужую семью. Когда-то излишняя заинтересованность сыграет с вами злую шутку.

– Что? – захлопала ресницами она. – Что вы хотите этим сказать?

– Не лезь в мою личную жизнь, – тихо прорычала я. – Иначе сгонит тебя не мой муж, а я лично. Усекла?

После того, как ослабила хватку, она панически отшатнулась, потирая покрасневшее запястье.

– В-вы не в себе, – испуганно цыкнула дама. – Вам лучше уйти.

– Хорошего вечера, – резко сменила гнев на милость я.

– Взаимно, – кивнула она. – Приходите когда…

– Давай начнём с «никогда»? – перебила я, на что Айли забилась в дальний угол, лицезрея дикую улыбку, которая больше походила на оскал. Демонстративно помахав ей ручкой на прощание, я пошла дальше.

Вторым по посещаемости местом оказался магазин нижнего белья. Да, предпочла заскочить в девчачье царство и довольно быстро нашла то, что искала. Здесь не было назойливых консультантов, отчего дышалось гораздо легче.

Рассматривая кружевной комплект белоснежного оттенка, я невольно поёжилась от непривычных ощущений. Ранее никогда не задумывалась над покупкой презентабельных трусов в целях удовлетворения и одобрения со стороны мужчины, оттого и чувствовала некий диссонанс.

С чего вдруг решила устроить внеплановый праздник для Стефано? Да чёрт его знает. Не имею ни малейшего понятия. Идея родилась двадцатью минутами ранее, а ноги сами понесли на кружева и сексуальные чулки.

Перебрав весь ассортимент, я отобрала наиболее, как мне показалось, выгодный вариант. Тот, который имеет больше шансов на победу и завоевание крепости в виде Эспозито.

Впервые в жизни чёрный цвет показался довольно мрачным для подобной процедуры, поэтому я снова отдала предпочтение красному оттенку. Воспринимаю его как цвет страсти, похоти, любви и, как бы странно ни звучало, смерти.

– У тебя хороший вкус, – послышался незнакомый голос за спиной. Обернувшись, я завидела молоденького парня. На вид ему было не больше двадцати пяти. Незнакомец был одет в хорошую и немного нестандартную одежду, но по бейджику стало ясно, что он здешний консультант. На пластиковой карточке красовалось мужественное имя «Арчибальд».

Удивилась? Самую малость. Обычно парни не разбираются в разновидности женских трусиков.

– Думаешь? – усмехнулась я, подмечая отсутсвие формальности между нами. Признаться честно, мне понравилась его решительность и простота. Когда незнакомый человек начинает набивать тебе цену и льстит, это выглядит довольно абсурдно.

– Я знаю, – подмигнул молодой человек, сокращая дистанцию. – Как-никак ты положила глаз на последнюю коллекцию от «Victoria's Secret». Довольно ярая модель. В данном комплекте тебя будут воспринимать как сексуальную, свободную, притягательную и в какой-то степени опасную девушку. Погляди, этот наряд так и кричит: «Я накажу тебя, грязный мальчишка».

Меня перекосило от сказанных слов. Люблю откровенных людей, но столь тщательные подробности показались лишними.

– Никогда не встречала столь прямолинейных консультантов, – натянуто улыбнулась я.

– Оу, извини, – тихо посмеялся он. – Иногда бываю немного нетактичным.

Присмотревшись, я подметила излишнюю ухоженность: подщипанные брови, аккуратные пальцы, на которых имелось лёгкое покрытие, гладко выбритый подбородок и тщательно уложенные волосы.

Не знаю, почему, но по-моему мужчины довольно редко уделяют столь пристальное внимание своему образу.

Узкие джинсы с завышенной посадкой облегали упругий зад и изящные ноги, а сетчатая футболка открывала прекрасный вид на худощавое телосложение. Прищурившись, я заглянула в лицо новому знакомому и, завидев едва заметное чёрное пятнышко под левым глазом, указала на миниатюрную помарку.

– У тебя, кажется, тушь потекла, – улыбнулась собственным словам я. Парень молниеносно обернулся к зеркалу и внимательно посмотрел на собственное отражение.

– Действительно, – нелепо посмеялся Арчибальд и смахнул осыпавшиеся остатки туши. – Ты довольно внимательная.

– Самую малость.

– Расслабься, я привык к подобным реакциям незнакомых людей, – беззаботно залепетал собеседник. – И да, я гей.

– Для меня это не имеет никакого значения, – заверила я. – Ты волен сам решать с кем тебе жить и спать.

– А ты мне нравишься, – заинтересованно повёл бровью молодой человек. – Не хочешь…

– Нет, у меня самолёт, – перебила я, улавливая главную мысль.

– Понял, – учтиво кивнул он, ловко перехватывая сексуальный комплект. – Оплата картой или наличными?

– Карта, – сухо ответила я.

Расплатившись, слабо помахала ему рукой на прощание и пошла на выход.

– Удачи тебе, красотка, – бросил напоследок он, а я лишь мимолётно кивнула и пошла прочь.

Естественно, заскочила в продуктовый, где приобрела бутылку неплохого, как мне показалось, вина. Вредная женщина на кассе битые десять минут отказывалась продавать злосчастный алкоголь, аргументируя это тем, что мне нет восемнадцати, хотя я предоставила паспорт. В конечном итоге на возмущённые крики и конфликт откликнулся администратор, и мне всё же продали желанный товар.

Улица встретила морозным ветром, пробирающим до мозга и костей холодом. Закутавшись в коротенькую куртку, я неспешно поплелась домой, тихо шурша пакетами. Не знаю сколько времени потратила, шастая по магазинам, но на улице изрядно стемнело.

Стефано так и не позвонил. Могу сделать вывод, что он всё ещё не вернулся домой. Раз уж не соизволил позвонить мне, значит, это сделаю я.

Отыскав в кармане новенький мобильный, который, к слову, подогнал Эспозито, я открыла телефонную книжку, где красовался один-единственный номер, и нажала на иконку вызова. Гудки тянулись долго и изрядно нервировали.

Он не брал трубку. На кой чёрт записывать свой номер, если не отвечаешь на звонки?

Глядя на экран мобильного, я машинально завернула на очередную мрачную улочку, мысленно выдумывая пламенную речь по поводу долгого отсутствия своего сожителя.

Вынесу мозг? Естественно. Я же девушка, как-никак. Кроме того, мы официальная пара. Стефано должен иметь хоть какое-то уважение и оповещать о своих неожиданных отъездах.

В один момент острый слух уловил отдалённые шаги позади. Нахмурившись, я немного ускорилась, тем самым убедившись в собственных догадках. Этот тип намеренно свернул конкретно на эту улицу и следует за мной. Какая ирония судьбы…

Совершено другая страна, а ситуация та же. Вот только я не совсем идиотка, чтобы после жёсткой подставы ходить по улицам с совершенно пустыми руками. Опять же, женская сумочка – довольно загадочная вещица. Никогда не знаешь, что конкретно в ней может оказаться: губная помада или же металический кастет. В моей же как минимум бутылка красного полусладкого, которая в любой момент может превратиться в острую «розочку».

Ухмыльнувшись собственным мыслям, я притормозила и, демонстративно приложив телефон к уху, заговорила сама с собой, устраивая спектакль для настойчивого преследователя.

– Да, дорогой, – беззаботно залепетала я, извлекая продолговатую бутылку из чудо-сумки и внимательно рассматривая её. – Я уже на полпути, буквально десять минут и буду дома. Ты приготовил ужин? Неожиданный поворот событий. А в честь чего, позволь поинтересоваться? Дабы порадовать любимую жену? У меня тоже есть то, что потешит твоё мужское достоинство и самолюбие.

Почувствовала, как он приближается, буквально наступает на пятки, дышит в затылок и тихо шуршит, доставая из кармана, вероятно, острое лезвие. В сию же секунду мужчина крепко подхватил меня под локоть, вынуждая остановиться и развернуться в противоположную сторону. Как такового волнения и уж тем более страха не испытала, поскольку была в полной готовности.

– Куда же ты убегаешь, краля? – мерзко зашипел он, видимо, ожидая увидеть полные паники и слёз глаза. – Как погляжу, не боишься ходить по ночам в полном одиночестве. А где же твой остроумный хахаль? Небось развлекается с какой-нибудь пышногрудой малышкой. Тебе-то порадовать его нечем. Ну же, не молчи. Скажи хотя бы слово, иначе я начну думать, что ты впала в некий транс.

– Не волнуйся на этот счёт. Я просто жду, когда ты начнёшь говорить по делу, – злобно усмехнулась я, снимая маску милой девушки и сноровисто перехватывая чужую ладонь, тем самым выламывая один из пальцев. – Ах да, сделай мне одолжение, прекрати распускать руки, иначе в скором времени я затолкаю их в твой жирный зад!

Мужчина выкрутился, тихо шипя от боли, и демонстративно оголил передо мной острое лезвие.

– Слушай меня внимательно, дерзкая ты сука, – рыкнул ублюдок, грубо вжимая в холодную стену. – Я знаю, кто ты, откуда родом и с кем связана. Если хочешь остаться целой и невредимой, то сейчас прикусишь язвительный язычок и молча сядешь в машину, после чего мы прокатимся в одно очень интересное место. В случае если будешь паинькой, то я не стану прибегать к более радикальным методам воспитания и успокоения.

Я лишь оскалилась, демонстративно оголяя острые зубки, как самый настоящий хищник.

Стефано ясно дал понять, что мы самостоятельно выбираем свою позицию. И я, как ни странно, прислушалась. Я – хищник, а все люди, которые желают мне зла и пытаются навредить физическому и психологическому здоровью – банальные жертвы. Во мне живёт гораздо больше, чем кто-либо может представить. Я – Вендетта. Она моя неотъемлемая часть.

Сжав в руке тару из плотного стекла, я медленно, без лишних движений поднялась на носочки, дабы хоть немного сравнять рост, и тихо шепнула, глядя в его омерзительные глаза:

– А не пойти бы тебе на хер своего хозяина, милый? – изогнула правую бровь тем самым высказывая видимое недовольство. – Представляю, насколько жёстко он будет долбить тебя в задницу после позорного провала.

– Дрянь, – цыкнул нападающий, замахиваясь колюще-режущим орудием. Я не растерялась. Среагировала мгновенно и мощно ударила противника в кадык, вследствие чего он невольно закашлялся.

Немедля ни секунды я безжалостно огрела его по голове бутылкой вина, которую накануне приобрела для внепланового романтического вечера. Мужчина отпрянул, хватаясь за окровавленную голову. Багровая жидкость залила ему и до того неточный обзор, благодаря чему я незаметно выскользнула из под руки и спешно помчалась вдоль тёмной улицы.

– Он найдёт тебя и твоего ублюдка! – кричал нападающий. – Найдёт! Сгноит! Сожжёт заживо! Ему не удастся выбраться живым! Передай этому стервятнику, что он уже живой труп!

Я бежала, не оглядываясь. Миновала приличное расстояние меньше чем за две минуты, и, в конце концов, выбралась на хорошо освещённую улицу, которая вела прямиком к высокому зданию. Полное успокоение пришло лишь в тот момент, когда покинула лифт и переступила порог квартиры. Как ни странно, она по-прежнему пустовала.

Часы показывали 19:45. Первым делом я, конечно же, немного посидела и отдышалась. Не помню, когда последний раз курила сигарету, но это явно было не в Шотландии. Потребление ядовитых табака и дыма дали о себе знать. Пробежав около двухсот метров, я уже начала задыхаться, а сейчас не могла перевести дух.

Если раньше Стефано был рад выскочить со мной на перекур, то сейчас, словно вовсе позабыл о пристрастии, начав навязывать своё «не хочу» и «нельзя». Двоякое мнение на этот счёт. Хотя, это же Эспозито. Он за считаные секунды может сменить десяток образов и мнений. Больше склоняюсь к тому, что наши отношения перешли на новый уровень, и он банально почувствовал большую власть.

После практически ежедневного подъёма в четыре утра и убийственной тренировки курить хотелось меньше всего на свете. Полагала, что Стеф занимается спортом, но что так заядло и упорно явно не думала.

Радовали поездки за город, где мы придавались общему любимому пристрастию. Стреляли, истребляя мишень, и иногда отрабатывали приёмы рукопашного боя. Эспозито оказался довольно крепким и сильным противником. Пару раз всё же удалось уложить его на лопатки. Не знаю, связано ли это с тем, что мужчина пошёл мне на уступки и ради поднятия духа великодушно поддался, но меня данный факт не особо волновал. На первой ступени по значимости стояла цель поскорее восстановиться и наверстать упущенное. Когда-то нам всё же придётся вернуться в Стратфорд и моё тело должно быть в отличной форме.

Я ещё не определилась, хочу ли возвращаться к прошлому занятию, но что-то подсказывает, что не смогу оставаться в стороне и не вмешиваться в авантюрные дела нового босса. К слову, о этих самых делах и махинациях. Что за очередного недо-налётчика повстречала получасом ранее? Мужик утверждал, что знает, кто я такая и с кем связана. О ком конкретно шла речь? Мы прибыли сюда не так уж давно и совершенно не привлекали внимания кого-либо. Значит, речь всё же идёт о Морисе. Этот ублюдский предатель известен не только в Лондоне. Список всех этих стран слишком велик, и даже я не смогла его запомнить. Вражеские люди в приделах страны – совершенно обычное дело. Ранее меня не засылали в чужую страну, дабы порешать какого-нибудь назойливого и невыгодного компаньона. Возможно, бывший босс банально переживал за успешность операции, но никак не за сохранность любимых сотрудников. Единственное, чего не могу понять, так это за что он так со мной поступил. Почему ребята не попытались встать на мою защиту? На самом деле они такие же люди и умеют чувствовать. Это какая-то загадка. Ещё одна нерешённая задачка в моей «копилке».

Поразмышляв на больную тему, пришла к решению не заморачиваться и отдала предпочтение приготовлению ужина. Хотелось чего-то простого, лёгкого и не особо замысловатого.

Зачастую Стефано выдумывает, что приготовить на завтрак, обед, полдник и ужин. Задача автоматически стала средней сложности, так как с фантазией у меня, мягко говоря, туго.

Первым делом я залезла в холодильник, дабы оценить обстановку. Как ни странно, полки были доверху забиты разновидностью продуктов. Эспозито тот ещё шеф-повар…

Следующие полчаса я гуляла на просторах интернета в поисках интересного рецепта. Но ни к чему, как говорится, душа почему-то не лежала. Искренне не понимаю, как Стеф умудряется не повторяться в собственных произведениях искусства.

«Что может понравиться не особо привередливому итальянцу?» – каждые три секунды задавала себе один и тот же вопрос, перебирая в голове варианты ответов. Я ещё раз заглянула в холодильник и завидела печенье, которое величают «Савоярди». Озарение посетило мою светлую голову мгновенно. Ну конечно, тирамису! Вот что оценит любой итальянец!

Отыскав все необходимые ингредиенты, а именно: яйца, сахар, какао, печенье савоярди и сыр маскарпоне, я вывалила всю эту кучу на широкий стол и, бегло пробежавшись по рецепту, приступила к приготовлению. Предварительно взбив желтки с сахаром, я добавила к ним сыр, затем приступила к белку, смешав его с щепоткой соли. Далее, как говорила темноволосая женщина на видео, необходимо выложить массу с белками к желткам и маскарпоне, аккуратно перемешав всю эту кашу до однородной консистенции. Я, как временно бывший снайпер, проделала данную манипуляцию с особой точностью, вследствие чего крем получился практически как на указанном снимке в телефоне, а далее дело оставалось за малым. Я выложила печенье в приготовленный контейнер, залила его приготовленным кремом и убрала в холодильник, понадеявшись, что десерт застынет довольно быстро. Хотя, учитывая внезапное исчезновение Стефано, могу не переживать, что он не застынет до его возвращения.

Делать было нечего. Дабы не тратить время впустую, я решила примерять новый наряд. Как ни странно, но платье действительно село как влитое, как вторая кожа. Невольно засмотрелась в зеркало на саму себя, подмечая лямку от приятного кружева, что ярко выделялась на блендой коже. Никогда не считала себя светской сексуальной львицей, но в подобном одеянии выглядела величественно. Да что уж скромничать, я была похожа на Мисс Вселенную! Даже решила запечатлеть образ и сделала пару фото на телефон.

Открыв галерею, я довольно просмотрела сделанные снимки и невольно наткнулась на фотографию с ребятами. На ней был изображён недовольный Шон, ухмыляющийся Алан, который наставил приятелю так называемые «рожки», скромно улыбающийся Дом и застенчивый Генри на пару с серьёзным Марком.

Помню этот день. Белл пригласил нас отметить свой день рождения. Все знатно напились до состояния нестояния, а на утро слушали нравоучительные речи от Даймонда, какие же мы все безответственные свиньи.

Стало грустно, а на душе неприятно заныло. Накатила злость, дикий гнев…

Размахнувшись, я зарядила телефоном в висящее на стене зеркало, вследствие чего стекло предательски потрескалось.

– Мерзостные изменники! Прибежники старого козла! – взревела я, но в один момент ощутила на плече чью-то тёплую ладонь и панически обернулась, заехав появившемуся прямо в челюсть.

– Вот, значит, как ты встречаешь любимого мужчину, – утирая перебитую губу, прошипел Стефано. – Что за внезапные приступы бешенства, Вивьен?

– Извини! – воскликнула я. – Больно?

– Нет, что ты, я же робот и не чувствую боли, – тихо посмеялся молодой человек, поднимая потрескавшийся мобильный. – Что тебе сделал этот замечательный гаджет? Не буду говорить, что я жадный или бедствую, но эта игрушка обошлась мне далеко не в две тысячи долларов. Не имею ничего против, но тебе не кажется, что если я каждый день буду снабжать тебя новыми телефонами, то кошелёк малость похудеет и значительно уменьшится в размере?

– Я немного не в себе, – в полтона отозвалась я, рухнув на диван.

– И кто же тебя так расстроил, крошка? – он присел рядом и приобнял меня за плечи. – Назови имя или примечательные детали, и я проломлю ему череп.

– Где ты был? – резко перевела тему я, отчего Стефано немного застопорился.

– Отъезжал по делам, – сухо отозвался брюнет.

– С чем связаны эти дела?

– Меньше знаешь – крепче спишь, негодница, – замурлыкал молодой человек.

– Эспозито, не зли меня, – я нахмурилась.

– Иначе что? – насмешливо вскинул тёмные брови он, тем самым высказывая своё превосходство и демонстрируя предварительный победный взгляд.

– Иначе не узнаешь, что скрывается за бархатным шёлком, – кокетливо шепнула я, оголяя стройную ножку и приближаясь к его уху. Губ мужчины коснулась ехидная ухмылка, а рука машинально потянулась к манящему телу. Уловив желание и нездоровую заинтересованность, я ловко перехватила чужую ладонь и впилась в нежную шею.

– Признавайся, – недовольно рыкнула я.

– В чём? – удивлённо захлопал ресницами брюнет, откидываясь на мягкую спинку. – Оу, признаться честно, меня заводит проявление садизма с твоей стороны. Почему ты не набрасывалась на меня ранее?

– Не заговаривай мне зубы, – прищурилась я, заглядывая в серебристые глаза. – Где ты, мать твою, был?

– Встречался с хорошим знакомым, – заявил Эспозито. – Дункан Гамильтон любезно пригласил меня на внеплановую и не менее неожиданную встречу, дабы оповестить о возникновении проблем и возможном покушении.

– О чём ты? – я отстранилась.

– У меня довольно много недоброжелателей, – тихо посмеялся Стефано. – Видимо, один из них вспомнил о старых грехах и готовится нанести ответный удар. Насколько мне известно, действо будет происходить в Стратфорде.

– Но мы в другой стране.

– Верно, но моя команда по-прежнему прибывает в городе, не имея должного руководителя, – его голос резко похолодел. – Не хочу расстраивать, но нам необходимо возвращаться обратно, Вивьен. Я не могу оставить своих людей и буквально заслать их на верную смерть. Если кому-то из них и придётся сгинуть, то произойдёт это от моей руки. Я скорее сам пристреляю своего работника, чем позволю кому-то урезать годы его жизни.

– Весьма странное заявление, – я немного помедлила с ответом. – Сегодня на меня в переулке напал незнакомый мужчина.

Стефа перекосило. Он заметно помрачнел и переменился из милого котёнка в хищного тигра, подавшись мне навстречу.

– Деньги, мобильный требовал? – холодно цыкнул он.

– Нет, – качнула головой я. – Приставил нож и приказал, чтобы прошла с ним в машину.

– И? – у него на лбу запульсировала жилка.

– И ничего, – дополнила я. – Я ведь здесь, перед тобой.

– Раздевайся, – рыкнул Эспозито, грубо потянув за шёлковую ткань.

– Угомонись. Я разбила ему голову и благополучно сбежала, – толкнула его я.

– Хах, на самом деле я рад, что у тебя имеются маниакальные способности, – Стефано потрепал меня по волосам.

– Платье, к слову, я оплатила твоей кредиткой, поэтому не смей портить кровные деньги.

Эспозито молчаливо извлёк телефон и довольно усмехнулся, всматриваясь в тусклый дисплей.

– А у вас губа не дура, мисс Нэри, – едко протянул он. – Армани? Прекрасный выбор. Но куда сильнее меня интересует…

– Не торопи события, – оборвала его я.

– Не хочешь выпить?

– Глупый вопрос, – тихо хихикнула ему в ответ. – Если самую малость.

Стеф неспешно поднялся на ноги и скрылся за приделами кухни, откуда вернулся с двумя бокалами и бутылкой вина. Ха, как в воду глядел! Ведь свою я трагично разбила, дабы спасти собственный зад.

Мы выпили по бокальчику, затем ещё и ещё, вследствие чего осушили полбутылки. Тело заметно расслабилось и обмякло. Я лежала на плече у любимого, слушая меланхоличное биение сердца. Его ритм успокаивал всю ту бурю эмоций, что бушевала внутри. Рядом со Стефано я не вспоминала ни Даймонда, ни парней из «Ripper-Snake». Они словно исчезли, не существовали. Не было ничего помимо Нас.

– Ты потрясающая, – шепнул мужчина, поглаживая меня по костлявому колену.

– Мы идентичны, – ответно шепнула я.

– Потанцуешь со мной? – завывающе кивнул он, и я молниеносно подорвалась на ноги, погружаясь в медленный танец. Эспозито вёл себя спокойно, осторожно и аккуратно. Новое платье обворожительно разлеталось во время того, как делала оборот вокруг оси и возвращалась к партнёру. Улыбка не сходила с лица. Мне нравились столь банальные, но романтичные жесты. В такие моменты Стефано чертовски обаятельный.

Вино ударило в голову, а непрерывное движение только усугубило ситуацию, но в лучшую сторону. Мужчина ловко расправился с молнией на платье, а я и не была против. Сбросив не особо интересующий наряд, я предстала перед ним в сексуальном нижнем белье. Мягкие кружева едва заметно просвечивали, тем самым оголяя бархатную кожу, а стройные ноги украшали кожаные портупеи, отчего серебристые глаза загорелись ярким пламенем. Я не спешила прибегать к желанным ласкам. Хотела разнообразить вечер сюрпризом в виде манящего танца.

Эспозито был дико заинтригован и внимательно наблюдал за каждым моим движением. Я двигалась плавно, неспешно, вызывающе, но в то же время не открывала ему сокровенные места.

Приблизившись, я разместила колено меж его ног, едва ощутимо прикусывая мочку уха. Стефано нервно и нетерпеливо сглотнул. Ухмыльнувшись собственной женственности, я неспешно отстранилась, намериваясь вернуться на исходное положение, но стальная хватка заковала тонкие запястья, вынуждая упасть к нему на колени. Обхватив за талию, мужчина прильнул к нежной шее и начал осыпать её жадными поцелуями.

– Ты сводишь меня с ума, – прорычал он, подминая меня под себя.

Боялась ли я? Скорее нет, чем да. Внизу живота приятно ныло, и с каждой секундой это чувство усиливалось, обострялось. Руки блуждали по широкой груди, изучая каждый сантиметр кожи. Эспозито буквально горел, обжигал жаром кончики моих пальцев.

Внезапно лежащий на столе телефон тихо зазвонил, но Стефано никак не отреагировал на его зов. Мужчина был слишком сильно увлечён нашей близостью.

Со временем меня начал изрядно раздражать этот навязчивый человек. Поняв, что я, мягко говоря, не в духе, мужчина, хоть и нехотя, но отстранился. Стоило ему взять в руки мобильный, как тот мгновенно умолк.

Стеф внимательно уставился на дисплей. Выражение его лица не излучило ни капли радости. Напротив, мужчина помрачнел. Тёмные брови поползли к переносице, отчего лицо приобрело озлобленный вид. Я устремила взор на тусклый экран и завидела СМС, которое звучало так:

«Время настолько скоротечно, выборы влиятельны, а ошибки и решения так губительны. Достаточно одного жеста, и ВСЁ становится явью, безвозвратной реальностью. А всё за счёт наших ошибок и принципов.

Все мы люди и имеем свои слабости. И даже такой, как ты, имеет потайные переживания. Я знаю все твои слабые места, грехи и страхи. Знаю о твоих опасениях, знаю, какой ангел следует с тобой ногу в ногу, предпочтительно с левой стороны, потому что так ближе к твоей почерневшей душе. Не так ли? Признай, я угадал.

Время пошло, Эспозито. Часики тикают. Тик-так, тик-так…»

Я непонимающе захлопала глазами, неосознанно хмурясь от странного сообщения. К нему было прикреплено несколько файлов, один из которых бесстыдно открыла и завидела собственное фото. На первом была изображена я в аэропорту, а на втором – Стефано, который любезно надевал на тонкий палец миниатюрное колечко.

Я не стала томить и перешла к следующему файлу. На фото был изображён какой-то документ, но я не успела его разглядеть. Стефано в сию же секунду сжал гаджет до громкого треска, вследствие чего тот мгновенно померк.

– Зачем ты это сделал?! – я возмутилась. – А что, если там что-то важное?!

– Эти фото не имеют никакого значения, Вивьен, – бесцветно протянул он.

– Ты в своём уме?! Тебе прислали прямую угрозу!

– Я получаю с десяток аналогичных СМС каждый день, но не вижу смысла уделять внимание каждому из них, – рыкнул он. – Если бы я остро реагировал на подобные заявления, то уже давно слёг бы в больницу или гроб.

– Ты слишком беспечный.

– Нет, я отдаю отчёт абсолютно всем своим действиям и решениям.

– Тогда почему не удосужился дочитать до конца?

– Потому что мне хватило полсекунды, чтобы всё понять! – взревел брюнет.

– Не повышай на меня голос! – возмутилась я.

– Не делай мне нервы! – крикнул Стефано и нервно зашагал на кухню. Я подорвалась и поспешила за ним, предполагая, чего можно ожидать. Эспозито отыскал в одном из до блеска начищенных шкафов бутылку и без всяких на то усилий открыл её, прильнув к плотному стеклу губами. Естественно, мне не понравился резкий порыв к выпивке, и я бесцеремонно врывала её из рук.

– Верни чужое, негодница, – зловеще посмеялся он. – Эта штучка вдвое старше тебя.

– Прекрати заливать проблемы.

Не выдержав, брюнет толкнул меня, грубо прижав к холодной стене.

– Не указывай мне, что делать, крошка, – сквозь зубы процедил Эспозито. – Я люблю свободу во всех её проявлениях и не намерен покоряться указаниям мелкой девчонки.

– Если ты запамятовал, то мы уже как месяц делим одну постель, и я имею полное право ставить условия, – с вызовом посмотрела на него я. – Забыл, как у тебя крыша едет? Ты становишься невменяемым!

– Я нормальный! – взревел Стефано. Его ладонь сжалась в крепкий кулак, который через секунду замер в сантиметре от моего лица, оставив заметную вмятину на когда-то идеально ровной стене.

– Тебе нужно в больницу, – в полтона шепнула я.

– Пошла вон! – рявкнул Эспозито. – Катись с глаз долой, пока я не убил тебя!

Я отреагировала мгновенно и пулей выскользнула в другую комнату, а после заперлась в спальной. За её пределами, на кухне, слышался грохот и характерный звук битого стекла, треск мебели, который притих минут через десять. Данная тишина показалась достаточно подозрительной, отчего я высунулась в коридор, но входная дверь громко захлопнулась с противоположной стороны. Эспозито ушёл.

Интерес взял верх, и я решила оценить обстановку: стеклянный стол был украшен огромной трещиной. Пиала, в которой ранее лежали фрукты, разлетелась на мелкие осколки, что мало выделялись на фоне мраморного пола. Новые шкафчики, которые, вероятно, только повесили хозяева, были разбиты вдребезги. Где-то имелись остатки стекла, но ремонту мебель явно не подлежала.

Хах, Стефано разнёс целую комнату за какие-то десять минут. Я заволновалась. В таком возбуждённом состоянии он может натворить глупостей.

Поспешно натянув джинсы и накинув на голые плечи куртку, я вылетела из квартиры и, не дожидаясь лифта, побежала по ступенькам в надежде, что всё ещё успею его нагнать. Стоило миновать порог просторного здания и сделать пару шагов, как кто-то сноровисто подхватил меня под локоть и напористо потянул назад. Попятившись, я уселась на колени незнакомцу. Сердце пропустило два тревожных удара. Приятный, до боли знакомый шипровый аромат ударил по нюховым рецепторам, отчего к груди подступило внезапное спокойствие.

– Я обидел тебя? – шёпотом обратился ко мне Стефано.

– Нет, – уверенно заявила я.

– Напугал?

– Я уверена, что ты неспособен сделать мне больно.

– Надеюсь…

– Сомневаешься?

– Впервые в жизни, – зарываясь в шелковистые локоны, одними губами молвил он.

Глава 2.

Эспозито разбудил меня в самую рань. На улице только начало светать, а мы уже во всю метались по квартире, собирая чемоданы с вещами, коих за последний месяц накопилось достаточно много. У меня вообще возникала мысль оставить половину здесь, сдать в какой-нибудь центр помощи либо детский дом.

Не понаслышке знаю, как жизненно необходима одежда в столь жадном и прогнившем месте. К сожалению, когда я прибывала в приюте, нас мало снабжали одеждой и прочими вещами. Да что уж скрывать, у каждого было не больше пары трусов и носков.

Вот так, отсортировав две огромных кучи, я загрузила лишнее шмотьё в габаритные пакеты и бросила у входной двери.

– Ранее занималась неофициальной благотворительностью? – накидывая куртку, усмехнулся Стефано.

– Нет, но я, как не кто иной, знаю, какой дефицит игрушек, обуви и одежды в подобных местах, – кутаясь в тёплый шарф, уточнила я.

– Было бы весьма иронично проспонсировать заведение, выходцем которого являешься ты сама.

– А это мысль, – причмокнула я, вспоминая тот гадюшник, где приходилось не жить, а выживать.

Любопытно, как дела обстоят сейчас? Возможно, что-то изменилось? Например, набрали нормальных сотрудников и учителей. Нормализовалась дисциплина, дети чувствуют себя в большей безопасности и не нуждаются в ночном воровстве, дабы полакомиться куском засохшего хлеба.

Так как искать местные интернаты и детские дома времени не было, я приняла решение тащить весь этот груз в Стратфорд. А если быть точнее, то его доставка легла на плечи Эспозито, который, как истинный мужчина, вызвался любезно помочь мне донести сумки. В итоге я шла практически налегке, имея на плече сумочку, в которой покоились: нож, мобильный, кошелёк и прочие мелочи.

Благо в самолёте выпала возможность немного отдохнуть и даже подремать. Так уж исторически сложилось, что мы снова не спали до двух часов ночи, мило болтая и занимаясь всякой ерундой.

Большую часть перелёта Эспозито висел на телефоне, выслушивая от Джозефа, какой он эксцентричный и изредка безответственный босс. После мужчина, конечно, смягчился и признался, что они все дико скучают и жаждут поскорее встретиться со своим руководителем. Стефано лишь украдкой улыбался, немо радуясь доброте и искренности своих сотрудников, а я с доброй завистью поглядывала в его сторону.

Хорошо, когда есть верные люди. Но, опять же, никто не застрахован от предательства. Неужели Эспозито уверен в своих сотрудниках на все сто? Очень сомневаюсь. Вероятно, он больше уверен в самом себе и внушительной властности. Убеждён в том, что никто банально не осмелится пойти против него. Весьма самоуверенно, не так ли? Но это-то мне и нравится. Мне жутко нравится самоуверенный Эспозито.

Из аэропорта мы первым делом заехали домой, забросив сумки с нажитым добром, после чего направились прямиком в Стратфорд.

– Почему именно такое расположение? – поинтересовалась я. – Неужели нельзя было подыскать здание в Лондоне? По-моему в столице выбор более обширный и разнообразный.

– Я жил в Стратфорде, когда только начинал развивать собственный бизнес, – усмехнулся брюнет.

– А когда поднакопил деньжат, то решил перебраться в более оживлённое место? – выдвинула предположения я. – Ты не похож на любителя шумных компаний и активной суеты.

– Ты права, – кивнул он. – У меня имелись свои причины.

– Я тебя внимательно слушаю, – скрестила руки на груди я.

– Мой бывший дом сгорел, – заявил Эспозито.

– А если подробнее? – я нахмурилась, подавшись ему навстречу.

– Я горел вместе с ним, – дополнил он, отчего я замерла, потеряв дар речи.

Эспозито довелось пережить возгорание? Довольно интересное заявление. На нём ведь нет ни единого признака! Никаких шрамов, ожогов, свидетельствующих о случившемся. Как так вышло? Что произошло, и, главное, кто является виновником? Как Стефано умудрился нажить столь жестоких и безжалостных врагов? Как стал таким же, как они? Неужто после умышленного поджога он тоже начал доводить своих недоброжелателей до состояния полусмерти, а затем сжигать дотла? Это чертовски странно. Даже мне тяжело его понять.

– Как так вышло?

– Тебе действительно интересно выяснить причину? – лукаво ухмыльнулся брюнет.

– Не отвечай вопросом на вопрос.

– Я совратил его жену, – резко выпалил Стефано. Я уловила нотки незначительной лжи. Эспозито врёт? Тоже что-то за гранью понимания. Он не переносит лживых людей.

– Мне кажется, ты что-то недоговариваешь.

– У тебя талант, крошка, – причмокнул мужчина. – Я назвал одну из самых незначительных и безобидных причин. Наш мир достаточно циничный и жестокий, в особенности криминальный. У людей, которые ступили на тропу беззакония, нет ни единого права на ошибку. Здесь, как ни странно, имеется большая конкуренция и борьба за первенство на рынке. Так уж сложилось, что я перешёл дорогу очень влиятельному человеку. Признаться честно, в полной мере даже не осознавал этого до определённого момента, поэтому не давал слабину и не стеснялся проворачивать задуманные махинации. В момент, когда я истребил весь состав сотрудников и оставил его без единого гроша в кармане, ублюдку банально не осталось выбора, как избавиться от настырного конкурента. Вот так, в один из зимних вечеров Итан Дуглас заслал ко мне пару-тройку крепких ребят и, перебив всёвозможное электричество на котором, собственно, держалась так называемая «оборона», зажёг миниатюрную спичку после чего всё вспыхнуло ярким пламенем. До поры до времени не подозревал о поджоге, так как спал, но когда услышал запах гари, всё понял. Вот только было уже совсем поздно. Система вышла из строя, отчего я не мог выйти через запасной выход. Огонь охватил всё здание. Фактически я оказался заперт в одной из комнат без возможности выйти за её пределы.

– Но ведь…

– Да, я выжил, – перебил Стефано, заранее предугадывая очередной вопрос. – Благо хватило серого вещества не установить электрические замки на окна. У меня не было времени на долгие размышления и уж тем более выбора, поэтому я отчаянно распахнул окно и пустился камнем вниз.

Я молчала, внимательно вслушиваясь в его слова. Подметила, что речь идёт не о квартире, а о частном доме. Если бы Стефано спрыгнул вниз с пятнадцатого этажа, то у него действительно не осталось ни единого шанса ни то что на дальнейшую здоровую жизнь, а даже на банальное существование.

– Как долго восстанавливался? – я скривилась, ощущая все чувства и эмоции, которые он испытал в ту злосчастную ночь.

– Около месяца, возможно, двух, – беззаботно залепетал он.

– И ты вот так просто об этом говоришь?

– Ровно также как и ты рассказываешь мне о своём не особо лучезарном прошлом, – подмигнул брюнет, сворачивая на парковку. – Разве я не прав?

– Выходит, ты возвращаешься к началу?

– Предполагаю, что да, – кивнул Эспозито. – Но мои ряды пополнились новыми и очень перспективными сотрудниками.

– Всё ещё питаешь надежду на моё согласие?

– Именно, – ехидно ухмыльнулся он. – И я чую твои колебания, которые вскоре перерастут в чёткий, положительный для меня ответ.

– Ты весьма самоуверенный, – я улыбнулась.

– Уверен прежде всего в тебе, крошка, – уточнил Стефано, покидая машину и помогая мне выбраться на улицу. Холодный ветер неприятно обжигал холодом чувствительную кожу, отчего она мгновенно покрылась ярким багровым румянцем. Укутавшись в пушистый шарф, я последовала за мужчиной, который, переступи мы порог, мгновенно станет для меня не только возлюбленным, но и начальником.

Да, Эспозито угадал. Я уже согласна. Согласна только по той причине, что узнала одну из не самых радушных ситуаций из его жизни. Ранее я без зазрения совести истребляла конкурентов Мориса. Сейчас же у меня не дрогнет ни единый мускул при спуске чувствительного курка. Я готова выстрелить в человека, который будет представлять угрозу для меня и моего мужчины.

На пороге нас встретила толпа высокорослых мужчин. Каждый улыбался широкой улыбкой, тем самым навеивая хорошее настроение. Даже я слабо улыбнулась всем присутствующим. Эспозито едва заметно кивнул в знак приветствия и, крепко удерживая меня за талию, поплёлся к себе в кабинет.

Ребята подтянулись минут через пять. Я по привычке хотела присесть на свободный стул, но Стеф лишь самодовольно усмехнулся, вальяжной походкой обогнул стол и подтолкнул меня в самый центр, вынуждая занять более комфортное место во голове, то есть его место.

Парни заинтересованно повели бровью, прекрасно понимая, что происходит. Кто-то тихо прошептал: «Всегда мечтал поработать на какую-нибудь статную женщину».

«Она вдвое младше тебя, Кай. Но, признаться честно, мне нравится наша новая начальница», – дополнил второй.

– Мне тоже, – язвительно протянул Стефано с лёгкостью разобрав чужой шёпот. Я демонстративно закатила глаза, не проронив ни слова. Как-никак это новое для меня общество. Приходится постепенно привыкать. Со временем свыкнется – слюбится.

– Неужто решил понизить меня в должности? – саркастично поинтересовался Джозеф, занимая своё место.

– Не волнуйся, Кларк, – поспешил успокоить Эспозито. – Я не дурак, чтобы так безжалостно опрокидывать своих же людей.

– В твоих словах имеется скрытый подтекст, – завидел правая рука.

– Верно. Я не собираюсь грузить хрупкую девушку бумажной волокитой. Ты и сам отлично с ней справляешься. Можешь расслабиться и не волноваться по поводу того, что кто-то будет отбирать у тебя возможность ставить поддельные подписи и связываться с нотариусом. Твоё остаётся при тебе.

– У тебя весьма своеобразный юмор, – ухмыльнулся Джозеф, бросив на меня многозначительный взгляд. – Огласи же должность, на которую предпочёл взять столь юную девочку.

Эспозито уловил скрытую насмешку со стороны своего заместителя, но не подал виду. От моих глаз не скрылся его едва заметный оскал. Назревает что-то очень интересное…

– Ваша сослуживица – снайпер, напыщенные «интеллектуалы», – не стал томить он. В кабинете поднялся негромкий гул, который оборвался, стоило боссу демонстративно поднять левую руку вверх и элегантно взмахнуть пальцами.

– Зачем нам очередной стрелок? – встрял Феликс, с которым у меня была возможность познакомиться в отсутсвие Стефано. – По-моему парни и так отлично справляются с обоймой патронов. Девушке же, напротив, будет намного тяжелее носить с собой громоздкую сумку, оружие и прочие принадлежности.

– Для того, чтобы в случае чего прикрыть твой неудачливый зад, Брукс. Не стоит недооценивать людей, которые имеют меньшие габариты, нежели у тебя самого. В любой ситуации важны не только физические данные, но и мозг, сообразительность и быстрая реакция на принятие того или иного решения, – объяснился Эспозито. – А насчёт излишней тяжести ты, конечно, прав. Поэтому, дабы так сильно не переживал насчёт того, что юная мисс Нэри надорвётся, будешь её личным беллбоем, портье, носильщиком, называйся кем угодно.

– Это же абсурд, – закатил глаза шатен. – Я не нанимался обслуживать других недо-сотрудников.

– Не принижай женский пол, приятель, – возмутился Рейф, с которым я познакомилась в тот же не менее странный день. – Никогда не слышал историю Амелии Дайер? Эта женщина считается самой кровожадной детоубийцей всей Великобритании. Поэтому не стоит недооценивать на первый взгляд безобидную и хрупкую девушку.

– Я не вдаюсь в истории столетней давности, Рейф, – отмахнулся парень.

Я неосознанно нахмурилась, чувствуя подступившее негодование. Даже здесь все мужчины считают, что девушка не создана для стрельбы. Глупые идиоты. А ведь из-за собственных суеверий они рискуют получить пулю в лоб. Самое смешное то, что никто даже и не подумает, что проходящая мимо блондинка является тем самым снайпером, который уверенно жмёт на курок, не жалея чужой головы.

– Ты сомневаешься в моих доводах и категоричном выборе? – изогнул левую бровь Стеф, отчего Брукс немного замялся.

– Я сомневаюсь в способностях новой сотрудницы, – неуверенно уточнил Феликс. Стефано резво поднялся на ноги, отчего парень машинально сделал шаг назад, словно чувствуя подступающую к нему опасность.

– В таком случае выметайся на улицу и жди меня там, – приказал Эспозито, но парни лишь непонимающе захлопала глазами. – Я сказал, все на выход!

Ребята заметно заметушились, и только Джозеф умиротворённо откинулся на спинку стула, выжидая, когда нас оставят наедине.

Как и велел Стефано, парни покинули кабинет. Кларк самодовольно ухмыльнулся, одарив присутствующих проницательным взглядом.

– Я буду краток, – понимающе кивнул мужчина и приступил к вещанию собственных мыслей. – Накануне ты получил очень странное и не менее замысловатое письмо от анонимного пользователя на почту. Поначалу я не придал ему значения, посчитав, что по возвращению в Стратфорд ты сам разберёшься с глуповатыми посланиями. Но меня заинтересовал один примечательный факт, а именно: стиль написания. Некоторые буквы изменены на символы, которые мне практически не удалось разобрать. Единственное, что понял, так это то, что в скором времени нас ждут крупные неприятности.

Стефано уже во всю погрузился в ноутбук, панически просматривая входящие сообщения. Наткнувшись на желанное, его зрачки сузились до микроскопических размеров, а на лбу запульсировала тоненькая венка. Видимо, он понял, о чём идёт речь, но явно не собирается посвящать в подробности остальных.

– С очередными идиотами я разберусь самостоятельно, – процедил сквозь зубы он. – Спасибо за излишнюю внимательность и дотошность.

Многозначительно кивнув, Джозеф покинул кабинет, оставив нас одних. Стоило ему переступить порог, как Стефано рухнул в кожаное кресло, глухо выдыхая.

– Я видела твою телефонную книжку, – спокойно молвила я. – Неужели у тебя настолько близкие и душевные враги? У вас такие идентичные привычки и предпочтения. Ничего не хочешь мне рассказать?

– Я не первый, кто пишет замысловатые сообщения. Письмо рассчитано конкретно на мою персону, дабы даже мозговитые люди не в состоянии были разобрать все те бредни, – устало потирая переносицу, уточнил брюнет.

– Значит, этим «некто» является старый «приятель» Дуглас? – изогнула правую бровь я.

– Маловероятно, – качнул головой собеседник. – Я оставил его ни с чем, что автоматически является признаком бедности.

– Не знаю сколько прошло времени с того момента, но думаю, тебе стоит пересмотреть собственные взгляды и не убеждать себя в том, что бывший дилер не смог вновь подняться с колен и начать с нуля.

– Этот город жутко крохотный. Если бы он начал промышлять оружием, я бы узнал об этом одним из первых.

– Возможно. Но ты не имеешь никаких гарантий, что он не отдал предпочтение совершенно другой точке Великобритании или и вовсе стране.

– Ты достаточно сообразительная, Нэри, – тепло улыбнулся Стефано. – Я учту твои предположения, но порядком позже.

Брюнет галантно протянул мне свою ладонь и зазывающе кивнул в сторону выхода. Я лишь молчаливо покорилась и последовала вслед за боссом, который в конечном итоге привёл нас в какую-то подсобку, что походила на мини-склад.

Осмотревшись, в конце концов догадалась, где нахожусь. Стефано привёл меня в комнату с оружием. Ничуть не удивительно, ведь он является поставщиком данного сокровища. Да и с такими-то чудноватыми врагами было бы весьма странно не иметь пару-тройку запасных патронов.

Я бросила взор на обильное разнообразие и с огромным интересом затаила дыхание. Здесь было всё: пистолеты, револьверы, карабины, ружья, винтовки и даже пистолет-пулемёт! Я, как истинный любитель, оценила десятки различных моделей.

– Выбирай любое, крошка, – Эспозито ненавязчиво подтолкнул меня к самой дорогостоящей стойке. – Какое тебе наиболее комфортно удерживать своими изящными ручками?

– Здесь её нет, – покачала головой я.

– Что именно ты искала?

– Я хочу CheyTac M200 «Intervention», – заявила я. Стефано лишь кровожадно улыбнулся и скрылся в кромешной тьме.

Я нетерпеливо зашагала то в одну сторону, то в другую, мысленно молясь, чтобы он вернулся с излюбленной игрушкой. Минута казалась целой вечностью. Уже было ринулась в сторону уходящего, как Эспозито шагнул ко мне навстречу, поддаваясь свету тусклой лампы. При таком освещении его волосы переливались мрачным чёрно-синим оттенком, а кожа, напротив, приобретала более светлый и блестящий.

Дух перехватило, когда завидена, что он удерживает ту самую чёрную красавицу. Я жадно выхватила любимое орудие, внимательно рассматривая его со всех сторон. Всё тот же материал, покрытие, прицел, рукоять и даже курок. Поразительно!

– Нравится? – довольно улыбнулся молодой человек.

– Ты лучший мужчина! – воскликнула я. – То есть босс…

– Опустим формальности, – едко протянул он, чмокнув меня в макушку. – Этот факт действует только в том случае, если ты прибываешь на важной операции, Вивьен. Исключительно в этой ситуации ты обязана беспрекословно покоряться моим указаниям, временно выбрасывая из своей головы звание, которым величаешь меня за пределами этих стен.

– Помнится, ты утверждал, что тебе больше по душе более смиренные девушки.

– Да, но заводят меня дерзкие стервы вроде тебя, – шепнул он, направляясь к выходу. Закатив глаза, я последовала за ним. Мы вышли на задний двор, где нас ожидал Феликс и большая часть ребят. Вид у него был весьма озадаченный и немного напуганный, что юноша тщательно старался скрыть. Завидев меня с габаритной винтовкой, парень округлил глаза до размера пяти копеек и умоляюще посмотрел на стремительно приближающегося босса. Я начала догадываться, зачем мы выбрались на улицу, а если быть точнее, то для чего.

– Готовься, Брукс, – насмешливо отозвался Рейф. – Сейчас тебя пристрелят, как скудоумную старую шавку.

Приблизившись, Стефано влепил подстрекателю смачный подзатыльник, отчего тот немного опешил, выронив бутылку из рук, которую Эспозито ловко подхватил и поднёс к губам, делая пару уверенных глотков. Скривившись от отвратного привкуса, он демонстративно сплюнул содержимое и огорчённо вскинул тёмные брови вверх.

– Бражничать будешь у себя дома, а сейчас ты на работе, – рыкнул брюнет. – Если уже пьёшь, то покупай что-то более качественное. Я плачу тебе достаточно, чтобы ты мог позволить себе бутылку отборного виски. Да и тебя не учили делиться? Возможно, я тоже хочу расслабиться и немного пригубить? Эгоист ты, Кантуэлл.

Эспозито опрокинул сосуд, избавившись от всего горючего, после чего напористо притянул к себе слишком разговорчивого Феликса и торжественно вручил ему честно отобранную тару.

– И что это значит? – непонимающе изогнул правую бровь Брукс.

– И так, мои многоуважаемые зрители, сегодня вам выпала возможность лицезреть феерическое и самое уникальное представление, главными участниками которого являются: категоричный в своих взглядах мистер «Ф» и юная мисс «В», – дружелюбно приобняв нас за плечи, театрально огласил Эспозито. – В связи со сложившимися разногласиями в нашем дружном коллективе, я, как благоразумный и ответственный руководитель, просто обязан развеять все неурядицы.

– Стефано, что за цирк ты устроил? – шепнула я, но он лишь загадочно повёл бровью, посылая мысленные импульсы, чтобы доверилась ему.

– Поэтому, дабы ваши сомнения насчёт нового участника команды развеялись по ветру, я решил наглядно показать и доказать, что действительно принял в наши ряды достойного сотрудника, – не прекращал свой театр Стефано. – Попрошу участника «Ф» вместе со своим реквизитом отойти на тридцать метров, а участника «В» оперативно подготовиться.

– Что?! Нет-нет-нет! Я против! – возмутился Брукс, готовый вот-вот сбежать. Стефано грубо притянул его обратно за ворот куртки и, склонившись к уху, прошептал:

– Я не переношу на дух людей, которые, работая на меня, сомневаются в правильности моих же решений. Своей болтовнёй ты неосознанно навязываешь большинству собственное мнение, из чего следует пренебрежительное отношение к малышке Виви, – недовольно молвил он. – Не желаю ни видеть, ни слышать каких-либо обсуждений за спиной. Дабы доказать коллегам и прежде всего тебе на что способна эта хрупкая девочка, я, собственно, и развёл весь этот спектакль. Ты сам подтолкнул меня к столь радикальному для тебя методу, поэтому, будь добр, прими выбор достойно, как мужчина, без излишних слёз и невнятного пищания. Сейчас ты подберёшь свои яйца и вместе с потенциальной мишенью минуешь тридцать метров, остановишься и поставишь её на свою дурную башку, после чего перестанешь двигаться и даже дышать. Ты меня понял?

– Это безумство, – шикнул шатен. – Она ведь убьёт меня!

– Убьёт только в том случае, если ты сделаешь одно неверное движение, – ехидно ухмыльнулся Стефано. – А теперь не заговаривай мне зубы и дуй отсюда.

Ошарашенный Брукс молчаливо побрёл в противоположную от нас сторону. Его шаги казались мне жутко тяжёлыми. Он едва перебирал ногами, словно следовал на смертную казнь.

– Что здесь происходит? – возник из ниоткуда Джозеф и все машинально обернулись на его занудный тон.

– Босс решил проучить вредного Филю, – заявил один из присутствующих.

– Совсем из ума выжил? – буркнул Кларк. – Я уже не сомневаюсь в твоём профессиональном подборе новых сотрудников, но тебе не кажется, что стрелять по своим людям слишком жёсткие методы, Стеф?

– Угомони таланты, – его тон резко похолодел. – Если кого-то не устраивают здешние правила, то пусть катится на более «адекватное» предприятие.

Я слушала меж фраз, так как была занята настройкой оптики. На улице была не самая прекрасная погода. Миниатюрные снежники каждые пару секунд слепили весь обзор, размывая его в мутное пятно, отчего мне приходилось тщательно протирать стекло снова и снова.

Спустя минуту Брукс остановился, разместив у себя на голове пустующую тару. Не знаю каким образом, но я чуяла его невидимый трепет и переживание.

За секунду до выстрела люди, в конце концов, понимают, что их ждёт. Признаться честно, у Стефано довольно услужливые сотрудники. Не каждый осмелится выступить в качестве мишени для едва знакомой девушки, будучи неуверенным в её способностях.

Вскинув винтовку, я плотно прижала приклад к правому плечу и устремила один глаз на оптический прицел, а второй – на побледневшего Феликса. Все замерли в предвкушении кульминационного выстрела. Ощущала, каким пронзительным и поистине прожигающим взглядом Стефано испепеляет мой затылок.

Глубоко вдохнув, я затаила дыхание и начала неспешный обратный отсчёт: «Десять…девять…восемь…семь…шесть…пять…четыре…три…два…»

– Один, – резко выпалил Эспозито. – Стреляй!

Я без колебаний нажала на курок после чего тишину разрезал глухой выстрел. Опустив оружие, устремила бесстрастный взгляд на участника «Ф». Парень по-прежнему стоял на своих двух, едва заметно покачиваясь из стороны в сторону. Явно перенервничал. Но, думаю, это вполне нормально.

В сию же секунду все громко захлопали, а кто-то присвистнул явно находясь под хорошим впечатлением.

– Вы ненормальные, – обратился к нам Кларк и, махнув рукой, ушёл прочь придаваться разбору каких-нибудь документов.

– Я же говорил! – воскликнул Рейф. – Девчонка уделала всех!

– Никогда бы не подумал… – отозвался кто-то из толпы.

– С такими союзниками все недоброжелатели либо залягут на дно, либо сгниют, как удобрение для плодовитой земли, в которой будут закапываться их последователи, – подхватил третий.

– Выдохни, Брукс! – крикнул Стефано, и участник сего представления рухнул в белоснежный сугроб, изображая небесного ангела. Я едва заметно улыбнулась маленькой победе. Парни лицезрели мои способности лично, что автоматически вызвало доверие и подняло своеобразный авторитет.

После мини-представления мы вернулись обратно в кабинет, но ненадолго. Эспозито задержался буквально на минуту, дабы забрать ключи и попрощаться с Джозефом.

Полагала, что мы вернёмся обратно в Лондон. Да, уже привыкла употреблять слово «мы» и смело заявлять, что мой дом там, где обитает Стефано. Не помню, когда последний раз посещала тот, на который заработала сама. Не знаю, почему, но в какой-то момент меня и вовсе перестало тянуть к нему. Я словно забыла о его существовании. Но, как ни крути, продавать всё же не собираюсь. Жизнь такая сложная штука. Никогда не знаешь, повернётся она к тебе лицом или задницей.

– Отличный выстрел, крошка, – выезжая на главную дорогу, одарил похвалой Эспозито. – Надеюсь, в дальнейшем результаты будут не менее впечатляющие. Не хочу «подчищать» твои ошибки и погрешности.

– А кто сказал, что я согласна истреблять твоих врагов? – демонстративно вскинула тёмные брови я.

– Если бы ты категорически отказывалась, то не взяла бы в руки орудие, дабы показать собственное превосходство моей команде, – заключил брюнет. – Следовательно, из этого я и сделал вывод, что ты негласно дала добро.

– Ты такой жутко остроумный и догадливый, – едко протянула я, улыбаясь очередному самоуверенному заявлению. Стеф буквально прочёл мои мысли.

– Не волнуйся, – поспешил успокоить мужчина, – со временем они свыкнутся.

– Знаю. Не впервые в подобной ситуации, – выдала я, тут же прикусив развязный язык.

Чёрт! А вот это было явно лишним.

– Верю, что тебе не чуждо доказывать что-то напыщенным индюкам.

У меня как от сердца отлегло. Я не могу напрямую признаться в роде бывшей и, как оказалось, будущей деятельности. Когда Стефано всё же узнает правду, вот тогда и объяснюсь. Он поймёт меня. Он всегда понимает с полувзгляда.

– Мы только что должны были свернуть на правый съезд, – подметила я, оборачиваясь назад. – Куда ты меня везёшь?

– Ну ты же хотела избавиться от ненужных вещей, – усмехнулся Эспозито. – Мы держим путь на Juniper Row*** – street. Этот адрес тебе о многом говорит, верно?

– Когда ты успел вынюхать его? – я нахмурилась. – Никогда не упоминала название помойки, где прожила полжизни.

– Во время перелёта ты только и бормотала о детском доме и милосердии. Я сопоставил сказанное с фактами, копнул немного глубже и выяснил, что в Стратфорде критическая нехватка «милосердных» и благотворительных учреждений. Как бы прискорбно ни звучало, но милосердной оказалась только Мария. Вот ты бы назвала детский дом своим именем, дополнив его столь громким словом, как «милосердие»? Я бы не стал врать самому себе и не вводил в заблуждение людей.

– Не знаю. Никогда не задумывалась на этот счёт, – в полтона молвила я, устремив взгляд в окно.

Весь оставшийся путь мы провели в полном молчании. Стоило заехать на территорию ненавистного приюта, как я заметно помрачнела. Стефано завидел, как стремительно упало моё настроение, поэтому попытался немного развеселить, предложив мятную конфетку, но даже она мне не помогла.

Шествую по до боли знакомому тротуару, невольно бросала взгляд то в одну, то в другую стороны. За последние два года здесь не изменилось абсолютно ничего. Всё та же парковка, то же место, которое мы заняли и где когда-то стояла серебристая «Audi» Даймонда, те же старые окна, побитые временем скамейки и усыпанные снегом клумбы, которые мне никогда не нравились, те же массивные двери, через которые проскользнуть незамеченным практически нереально. Это предприятие напоминало тюрьму для самых опасных, неуравновешенных преступников, нежели дом милосердия для осиротевших детей.

В какой-то момент затея и вовсе показалась провальной. Это место навеивало на меня лишь отрицательные эмоции. Эспозито же, напротив, шёл весьма уверенно, удерживая в обеих руках по два набитых с горкой пакета. Не припоминаю, чтобы собирала столь габаритное приданое для чужих деток.

– Если ты решил избавиться от ненужных вещей, то поспешу огорчить, – усмехнулась я. – К сожалению, среди детей нет амбалов вроде тебя.

– Ты немного прогадала, негодница, – едко усмехнулся брюнет, открывая для меня входную дверь. – У меня банально не хватило бы сил перебрать весь тот хлам, что успел насобирать за последние годы жизни. Поэтому я нашёл более упрощённый выход из ситуации и пока ты доказывала коллегам своё превосходство, отослал профессионала Честера в магазин за покупками. Думаю, имея трёх детей, он точно не допустил ни единой оплошности.

– На тебя работает отец троих детей? – изумилась я.

– Да.

– Что, если его убьют? Будешь пожизненно выплачивать вдове компенсацию?

– Я не обязан, – качнул головой Эспозито. – Как ни крути, но он взрослый здравомыслящий мужчина, который отдаёт отчёт собственным действиям. Естественно, принимая Честера на работу, я засомневался, ровно также как и ты. Понимал, что в случае неудачной сделки его банально могут пристрелить, вследствие чего дети останутся без отца и добытчика. Но он убедил меня в обратном. Мы не можем быть уверенны в чём-либо на все сто процентов. У каждого человека своя голова на плечах, и если он пошёл на тот или иной поступок, значит, взвесил все «за» и «против». Вот уже пять лет Честер служит мне верой и правдой.

– Ты прав. Мы сами делаем выбор, исходя из ситуации.

Подняв взгляд, я встретилась с мерзостным морщинистым лицом. Напротив стояла женщина, которая изо дня в день сживала меня со свету. Ида узнала меня с полувзгляда, ровно также как и я её.

– Какими судьбами? – не удосужившись поздороваться, хрипло протянула она.

– Решила проведать бывший гадюшник, – холодно шикнула я. – Как погляжу, здесь ничего не изменилось.

– Боюсь, обратно тебя уже не примут, дорогуша, – едко усмехнулась Ида.

– Расслабься. Я предпочла бы есть из мусорного бака, чем находиться на одной территории с тобой, – не обращая на неё никакого внимания, я стремительно направилась дальше, прекрасно зная, где конкретно прибывают все «заключённые» данного заведения.

Доски под ногами предательски скрипели, но я словно не слышала никого и ничего. В голове стоял сильны гул, а перед глазами проносились флэшбэки из прошлого. В груди мерзостно ныло. Вся эта атмосфера угнетала. Становилось дурно.

В какой-то момент мой взор упал на самый дальний угол. Поодаль от всех сидела темноволосая девочка. На вид ей было не больше шести лет. Кроха в гордом одиночестве прижимала к груди старую мягкую игрушку, словно кто-то намеривался её отобрать. Внутри что-то ёкнуло. Ноги сами понесли меня к ней. Когда-то на том же месте сидела и я…

Остановившись в полуметре от ребёнка, я присела на корточки и тихо шепнула:

– Привет, – попыталась быть более дружелюбной я. Девочка уверенно подняла взгляд и грустно улыбнулась.

– Здравствуйте, – ответно кивнула она в знак приветствия.

– Как тебя зовут?

– Силиция, – представилась она. – А вас?

– Вивьен, – натянула фальшивую улыбку я, чувствуя, как неприятно ноет в груди. Внезапно на макушку легла тёплая массивная ладонь. Я подняла взгляд и встретилась с серебристыми глазами. Стефано с нотками обеспокоенности разглядывал моё лицо.

Кивнув в сторону массивной двери, что вела прямиком в кабинет директора всей этой богадельни, он потянул меня за руку, вынуждая подняться на ноги. Миниатюрная Силиция помахала мне рукой, и мы удалились.

Как ни странно, но хоромы «главнокомандующего» были обставлены поистине в царском стиле. Время идёт, а ничего не меняется. Деньги выделяются на осиротевших детей и в конечном итоге внаглую кладутся в карман заправляющему, который тратит их в своё удовольствие. Не сказать, что я являюсь праведной особой, но подобный расклад всё же задевает за живое.

– Добро пожаловать в центр «Милосердная Мария», – сходу начал пороть заготовленную речь директор Гудман. – Наша организация всегда рада видеть столь добродушных людей, которые готовы внести пожертвование на благо осиротевшим деткам. Всеми любимая воспитательница Ида уже сообщила, что к нам пожаловали двое молодых людей с до жути щедрым багажом. Полагаю, это вы. Прибыли с целью волонтёрства или же желаете подыскать меньшего члена в свою дружную семью? Как я могу к вам обращаться, мистер и мисс…?

Меня перекосило от порции того вранья, которое он уверенно вбивал в наши головы. Циничный, ничего не стоящий ублюдок…

– Эспозито, – уверенно заявил Стефано, по-хозяйски усаживаясь напротив собеседника и вальяжно закидывая ногу на ногу.

– А как же юная мисс…?

– Моя жена Вивьен, – оборвал брюнет.

– Отлично. Кто конкретно вас интересует, мистер и миссис Эспозито?

– Твоя голова, старый козёл, – процедила сквозь зубы я, плотно упираясь ладонями в красное дерево стола. – Скольких детей ты успел обобрать за последние годы жизни?

Гудман опешил и артистично округлил карие глаза.

– Кажется, ваша супруга не в себе, – нелепо усмехнулся мужчина, машинально попятившись назад.

– Разберись с ним самостоятельно, Нэри, – махнул Эспозито и вышел, громко захлопнув дверь кабинета.

– А ты повзрослела, – резко сменился в лице Райян. – Возмужала, стала больше походить на взрослую женщину, так ещё и жениха завидного нашла. А где же твой горе-папаша? Морис в скором времени объявится с целью приютить ещё одну дочурку? Или же на этот раз он отдаст предпочтение сыну? Насколько мне известно, ты единственный ребёнок в семье. Никогда не хотелось иметь брата или сестру, милочка? Я видел, какими глазами ты смотрела на ту девочку. А ведь вы настолько похожи, не так ли? Если бы передо мной поставили вас обеих, то я, вероятно, подумал, что вы кровные сёстры.

– Какой же ты отвратный, Гудман, – я скривилась. – Вроде бы взрослый и здравомыслящий мужик, а используешь всё те же методы давления. Не хочу огорчать, но подобное со мной не пройдёт. Если двенадцатилетних девчонок ты и можешь вынудить заткнуться, то меня уж точно нет.

– Какой у тебя длинный и развязный язык, – причмокнул мужчина, обогнув стол, разместившись за моей спиной. – Поубавь пыл, милая. Я не собираюсь с тобой ругаться. Вижу, что ты поднялась из самых низов и дерёшь неплохие бабки с этого олуха. Не осуждаю, могу и хочу войти в положение. Ты всегда была до жути смышлёной и, когда необходимо, хитрой. Рад, что ты не забываешь добра и решила помочь нуждающимся детям.

– Именно, – оскалилась я. – Ключевое в данной фразе – это «дети». Не забывай, что я провела в этом аду целых шесть лет. Я как никто другой, знаю, куда ушли все те деньги, которые выделяли милосердные люди.

– Они тратились на тебя и тебе подобных, – самоуверенно заявил он.

Неспешно поднявшись на ноги, я развернулась к собеседнику лицом и едко протянула:

– Неужели ты действительно считаешь меня такой идиоткой и думаешь, что я позолочу тебе ручку? – иронично вскинула брови я, сноровисто подхватывая острые ножницы с гладкой поверхности стола и значительно сокращая дистанцию, тем самым вынуждая оппонента попятиться назад. – Ошибаешься, старик. Я сделаю всё, чтобы тебя с позором вышвырнули отсюда. А далее пеняй на себя…

– Это угроза? – нервно сглотнул он, таращась на ножницы, которые мёртвой хваткой сжимала в ладони.

– Это предупреждение, Гудман. Не преследую цели образумить тебя, а лишь даю шанс собрать весь свой мусор и написать заявление об уходе по собственному желанию, – шикнула я, вогнав орудие в один из шкафов, буквально в сантиметре от его лица. – Иначе я сгною тебя, уничтожу. Ты понял?

Мужчина молчал, ошарашенно хлопая глазами.

Не ожидал? А ведь именно они взращивают в этой тюряге таких, как я. Эти неквалифицированные люди растят самых настоящих диких зверей, которые в будущем превращаются в опасных хищников. Когда-то кто-то всё же урежет годы жизни этому подонку. И это будет весьма заслуженно.

Отстранившись, я молча покинула кабинет и направилась на поиски Стефано. Найти здорового дядьку среди крошечных деток и подростков оказалось проще простого. Эспозито носился с той самой девочкой. Силиция громко хохотала, сидя на плечах у незнакомого мужчины, и крепко обхватывала его за голову левой рукой, дабы не упасть, а правой удерживала подаренную мятную конфету.

Впервые в жизни мою душу окутало совершенно непонятное, сомнительное тепло. Никогда не испытывала столь необъяснимое чувство. Не могу растолковать его даже сейчас.

Наблюдая за ними со стороны, внутри что-то непроизвольно сжималось, отдавая приятные импульсы в подсознание.

На удивление его улыбка была искренняя, неподдельная и живая. С этой девочкой Стефано был настоящим, самым обыкновенным, душевным молодым человеком. Никогда бы не подумала, что Эспозито любит маленьких деток. Точнее, даже не задумывалась на тот счёт, что мужчина в принципе хорошо ладит с мелкими карапузами. Как ни странно, но данный факт грел охладевшую душу. Стефано был бы прекрасным отцом. Он настолько бережно, трепетно и ласково обращался с этой девочкой, словно она приходится ему родной дочерью. От данной манеры у меня сжималось больное сердце. Эспозито напомнил мне моего отца…

Только сейчас уловила это тонкое сходство. Именно в данную секунду поняла, по какой причине так потянулась именно к нему. Мне жизненно необходим был тот, кто смог бы стать защитой и опорой, тот, за кем я могла чувствовать себя, как за каменной стеной, тот, на кого могла бы положиться в трудную минуту, поплакать и банально пожаловаться на сложную жизнь. Я не получила необходимой поддержки, будучи ребёнком, поэтому неосознанно начала искать альтернативу, замену и, повстречав Стефано, завидела в нём подобие отца, защитника.

Нормально ли это? Не знаю. Вопрос спорный. Да и мнение двоякое.

– Я упаду-упаду! – воскликнул ребёнок, опрокидываясь назад. Но Эспозито вовремя подхватил неугомонное дитя одной рукой.

– У меня хорошая реакция, малышка, – тепло улыбнулся мужчина, потрепав девочку по тёмным шелковистым волосам.

– Хочешь, загадаю тебе загадку?

– Валяй, – качнул головой он.

– Что слаще всего на свете? – озвучила головоломку Силиция. Завидев меня, Стеф довольно ухмыльнулся, одним только взглядом призывая подойти к нему. Я без колебаний миновала жалкие пару метров, поравнявшись с единственным союзником в этом месте.

– Слаще всего на свете аромат этой девушки, – уверенно заявил он, не сводя с меня глаз.

– Сон, – выдала я, кокетливо подмигивая возлюбленному.

– Правильно! – захлопала в ладоши Силиция. – Жаль, что ты не угадал, Стефано. Это ведь самая простая задачка в мире!

– У каждого своя правда, – шепнул он.

– Вивьен твоя подруга? – не испытывая ни капли смущения, поинтересовалась девочка.

– Да.

– Ты похож на принца, – заявила брюнетка. – Когда я выросту, то хочу стать твоей принцессой.

– Боюсь, в мире уже есть королева, которая покорила моё сердце, малышка, – тихо посмеялся молодой человек.

– Правда? – изумилось дитя. – Познакомишь меня с ней?

– Ты уже с ней знакома, – Стефано властно приобнял меня свободной рукой. – Вивьен и есть та девушка голубых кровей.

– Вы так похожи, – задумчиво протянула Силиция. – А у вас есть дети?

– Нет, – утвердительно мотнул головой Эспозито.

– Значит, вы пришли, чтобы забрать меня? – радостно залепетала она. – Мои мама с папой сказали, что скоро меня заберут незнакомые дядя и тётя. Это ведь вы, да? Я скучаю по ним. Очень хочу увидеть маму и крепко-крепко обнять её. Хочу, чтобы папа сыграл со мной в шахматы. Они сказали, что мне нужно чуть-чуть подождать. Вы отведёте меня к ним?

Я замерла, не в силах проронить хотя бы слово. Поперёк горла встал тугой ком, а лицо исказила невидимая для детских глаз гримаса боли и горечи. Эту светлую девчонку бесстыдно бросили на произвол судьбы. Бросили ровно также как и меня…

Силиция даже не подозревает, что мама и папа не вернутся. Не допускает масли , что они без зазрения совести предали её, избавились, как от ненужной игрушки.

Как можно бросить кровное дитя? Что люди при этом ощущают? И главное, зачем создавать новую жизнь, если не собираешься доводить её до ума? Должно быть, мне не дано это познать.

– Этого не будет…

– Ты ошиблась, крошка, – перебил Стефано, в конце концов поставив ребёнка на пол. – Тебя заберут другие дядя с тётей.

Предпочла отмолчаться. Тонкий голосок созвал всех детей на полдник, вследствие чего Силиция шустро помчалась в столовую.

– До свидания! – крикнула девочка на прощание, смешавшись с толпой.

Как и задумывалось, мы раздали предварительно собранные вещи, игрушки и прочие принадлежности всем нуждающимся и незаметно покинули детский центр, пока ребята были увлечены новыми подарками.

Сидя в машине, я не прекращала думать о несчастной Силиции. От одной только мысли кровь холодела в жилах. Мне становилось тошно от осознания будущего этой невинной девочки. Кем она станет? Возможно, будет скитаться, не зная, куда ей податься. Или же от безысходности подцепит какого-нибудь старого дядьку и будет сидеть на шее, время от времени удовлетворяя его потребности. Имеется вариант, что запьёт или подсядет на наркоту. Предпочтительно начнёт с безвредной травки, а далее, не получив должного удовольствия, приступит к более тяжёлому арсеналу вроде ЛСД и метамфетвмина. Что дальше? Её либо убьют, либо она сама убьёт себя, перебрав с дозой.

– Это реальность, Вивьен, – прервал тишину Стефано. – Мы не в состоянии дать каждому ребёнку достойную, полную радости жизнь. Ты не виновата в том, что горе-родители отказались от собственного чада, и уж тем более не обязана предпринимать какие-либо действия. Вдумайся, сколько таких детей во всём мире. Посмотри на себя. Ты являешься наглядным примером того, что осиротевший ребёнок может самостоятельно встать с колен и добиться в жизни неплохих высот. Главное – иметь конкретную цель и желание. Поэтому ни в коем случае не вини себя в чужих грехах.

– Почему ты соврал? – заглянула в серебристые глаза я. – Требуешь от людей особой искренности и честности, а сам умудрился обвести вокруг пальца маленькую девочку.

– Я не смог опровергнуть детские надежды, – гулко выдохнул Эспозито. – Порой правда может очень сильно ранить, в особенности, если в главной роли выступает маленькая девчушка. Ты права. Я ненавижу лживых людей, но не имею ничего против вранья во благо. Всё зависит от степени преступления. Данный перечень имеет в себе два пункта, а именно: простительно и непростительно. Люди врут себе подобным, боясь потерять то, что имеют. По большей части в качестве чего-то очень важного выступают самые близкие. Я способен прощать, но данное великодушие распространяется на очень узкий круг.

– И кто же эти счастливчики? – грустно улыбнулась я.

– Ты и моя мать, – меланхолично прикрыл глаза Стеф.

– Тебе есть за что её прощать?

– Да, – кивнул он. – Но на это нужно слишком много времени. Возможно, я могу банально не успеть. Может стать слишком поздно.

– Значит, остальным предначертана высшая кара?

– Она действует в случае с педофилами, насильниками и недоброжелателями, которые как-либо угрожают моей жизни, – констатировал он. – Либо ты, либо тебя. Я уже давно принял для себя одну-единственную позицию, благодаря которой по сей день уверенно стою на своих двух.

– Чего бы ты не смог мне простить?

– Предательство и измену, – категорично заявил мужчина.

– Какова плата?

– Смерть, – бесцветно молвил он.

Глава 3.

Утро началось несладко. Я, как обычно, намертво присосалась к мягкой подушке, словно самый заядлый паразит, наотрез отказываясь подниматься раньше восхода солнца.

С момента переезда к Стефано чудесным образом переменилась в кошку, которая способна спать по двенадцать часов в сутки. Резкая перестройка и своего рода сбой в конкретных процессах жизнедеятельности организма порядком удивляли. Ранее я могла свободно подорваться ни свет ни заря и сломя голову мчаться на очередной заказ в совершенно другой конец города, а сейчас ленилась подняться к восьми утра.

Стеф каждый вечер заваривает мне чашечку терпкого чая, от которого язык скручивается в тонкую трубочку пытаясь спрятаться от отвратной гадости. И причём мужчина так настырно и принудительно вынуждает его употреблять, отчего закрадываются некие сомнения. Думаю, Эспозито определённо имеет какой-то секрет и подмешивает успокоительное, благодаря которому сплю как убитая. Да мне даже сны не снятся! Настолько спокойно проходит ночь. Но во всей этой, казалось бы, счастливой истории не обходится и без подводных камней. Весь подвох заключается в том, что сплю я как убитая, но на утро оторваться от тёплой постели практически нереально.

Обычно Стефано дарит мне дополнительные полчаса понежиться на мягких перинах, но сегодня этого не произошло. Эспозито резко сменил тактику, прибегнув к тяжёлой «артиллерии» и окатил меня водой, вследствие чего подорвалась как на пожар.

– Совсем из ума выжил?! Что за идиотские шутки, Эспозито?! – рыкнула я, чувствуя, как прохладные капли стремительно катятся за ворот шёлковой рубашки, вынуждая тело покрываться мелкими мурашками.

– А как иначе мне поднять заядлую спящую красавицу вроде тебя? – удерживая в левой руке габаритный графин, ехидно ухмыльнулся он. – Собирайся, у нас сегодня тренировка.

– На улице минус, – нахмурилась я. – Хочешь слечь с воспалением лёгких? Я не собираюсь терпеть командование нудного Кларка.

– Не волнуйся. Если же у меня всё-таки проявится пневмония, то тебе не придётся выслушивать монотонные речи Джозефа, – Эспозито крепко приобнял меня за плечи. – Сама подумай, кто же будет меня лечить?

– Твой приятель Брент, – толкнув его, я неспешно направилась к шкафу, доставая с одной из полок тоненькие джинсы и плотную водолазку под горло.

– Прихвати сменную, – бросил напоследок Стеф. – Как-никак я всё же не имбецил, чтобы принуждать тебя заниматься на холоде.

Эспозито ушёл, оставив меня одну собирать сумку. Перебирать особо не приходилось, так как внешний вид беспокоил меня в последнюю очередь.

Когда ты уставший, мокрый и изнеможённый, то как-то перестаёшь думать об опрятности самого себя. Мне же приходилось копаться и не в таком дерьме, избавляясь от свежих трупов. Тренировка на износ не так страшна, какой может казаться.

Забросив в сумку обтягивающий костюм, который, к слову, выбирал Стефано, я закинула мини-чемоданчик на плечо и поспешила на парковку, где уже ожидал мой спутник.

Мужчина завёл мотор, и мы в сию же секунду рванули в неизвестном для меня направлении. Из-за сонного состояния не было ни сил, ни желания выпытывать, куда именно мы едем, поэтому, пользуясь случаем, я дремала, надеясь, что дорога займёт не двадцать минут, а полдня.

Когда разлепила уставшие очи, то заметила, что машина не двигается. Оглянувшись, не обнаружила в салоне своего кавалера. Единственной компанией на тот момент было собственное отражение в зеркале, которое использовала лишь по одному назначению, а именно: дабы подкрасить губы или избавиться от остатков осыпавшейся туши.

Надежда, что Эспозито всё же позволит мне когда-то сесть за руль своего автомобиля и как следует погонять, не угасала по сей день. Да чего уж врать, если бы этот вредный мужчина оставил ключи, то я бы, не раздумывая, завела мотор и пустилась во все тяжки.

Никогда не понимала манеры смываться под шумок, пока я сплю. Это привычка? Если да, то мне интересно выяснить историю, из-за которой она появилась. Стефано, конечно, тот ещё экзотический «фрукт». Из-за его неожиданных исчезновений начинаю нервничать и изредка накручивать себя.

Внезапно в окно кто-то постучал. Не медля, я обернулась в противоположную сторону и завидела незнакомую девушку. Она жестами попросила меня выйти на улицу, а я, будучи в умиротворённом состоянии, не стала противиться и выкарабкалась на холод. Благо выбравшись за пределы салона, появилась возможность получше рассмотреть её: на вид около тридцати пяти лет, но думаю, что порядком меньше, из-за обильного количества косметики трудно понять её реальный возраст. Пухлые губы явно не свои, накрашенны просто отвратной помадой ярко-морковного оттенка. Глаза украшены пышными ресницами, за которыми едва заметны зелёные глаза, а на лице не один слой тонального крема, который зафиксирован выбеленной пудрой. Длинные пушистые рыжие волосы водопадами спадают на белоснежную шубку из норки. Сама же незнакомка в морозный зимний день предпочла надеть короткую юбку и ботфорты на высокой шпильке.

Я на её фоне выглядела подростком, которому прежде всего важен комфорт и уют. Этот её «фантастический» прикид вызывал лишь одну эмоцию: стыд. Дамочка не понравилась мне с первого взгляда. Обычно в первую очередь людей судят по внешнему виду. Да, расфуфыренная краля весьма впечатлила. Но, к сожалению, в обратную сторону. Уж с каким животным могу сравнить её, так это с обезьяной.

– Ты заняла моё место, – возмутилась рыжеволосая на что я непонимающе вскинула тёмные брови вверх, размещая руки на бёдрах.

– Где указано, что эти три метра принадлежат именно тебе? – демонстративно изумилась я. – Возможно, на асфальте под слоем снега имеются твои инициалы?

– Сейчас же убери свою консервную банку, иначе…

– Иначе что? – я перебила.

– С минуты на минуту сюда подойдёт Джон, и у тебя будут проблемы, – нахмурилась она.

– И что с того? – насмешливо выпучила глаза я. – Я понятия не имею, кто такой Джон. Отчего вдруг ты решила, что данный факт магическим образом подействует, и я уступлю тебе место?

– Для своего возраста ты слишком много говоришь, – над ухом послышался незнакомый хриплый голос. Обернувшись, я завидела высокорослого молодого человека. Ничем непримечательный: волосы глубокого каштанового оттенка, глаза цвета древесины с золотистым отливом, тонкие губы, заострённый нос. И вишенка на торте – это, конечно же, квадратная башка!

– Я говорю с людьми так, как они того заслуживают, – шикнула я, резко переключившись на Джона. По крайней мере, предполагала, что передо мной тот самый «устрашающий» Джон, о котором говорила рыжая бестия.

– У кого ты угнала такую крутую тачку? – мужчина подался мне навстречу и, склонившись, недовольно прищурился. – Такая молодая простачка не могла в столь юные годы заработать огромные бабки. Возможно, мне стоит вызвать полицию? Как давно ты сидела за решёткой?

Какой всё-таки напыщенный у неё кавалер. Будь на месте этой девушки я, даже под дулом пистолета не согласилась дать бедолаге шанс и сходить с ним на свидание.

– Если меня и посадят, то явно не за угон автомобиля, – едко усмехнулась я.

– Оу, ты способна на более крупный грабёж? – изогнул правую бровь шатен. – Как насчёт банка «HSBC»?

– Я сяду не за крупное ограбление, а твоё убийство, умник, если вы оба сейчас же не прекратите трепать мне нервы из-за столь мелочной проблемы, – рыкнула я.

От слова совсем не считала данный конфликт проблемой. Как обычно угодила на петуха с завышенным эго и его крашенную курицу.

– Прикуси язык, мелкая паршивка, – цыкнул оппонент и толкнул меня на капот автомобиля. – Давай, катись отсюда, пока другая организация не вывезла тебя насильно.

– Пустой трёп, – не отступила я.

Если Эспозито выбрал конкретное место, я буду отстаивать его до конца. Да и что это за идиотизм? С каких пор люди начали присваивать себе парковку? Боюсь представить, что будет дальше. Забьют ногами? Искромсают ножом? Подстрелят? Всё может быть.

– А ты с характером, – тихо посмеялся Джон. – Я был таким же в твои годы. Но единственное, чем для меня заканчивалась подобная дерзость, были сильные побои и длительная реабилитация в клинике.

– Видимо, даже самые лучшие врачи всё же не смогли вправить мозг в черепную коробку, – с вызовом посмотрела на него я. – И подружку твою явно обделили красотой. Многочисленные пластические операции не в состоянии исправить всё то безобразие, что творится на её физиономии. Хотя это не столь значительная проблема, ведь природа обделила её мозгом и способностью адекватно мыслить.

– Хамка! – мерзко заверещала дама. – Котик, сделай что-нибудь!

От одной только фразы меня чуть не стошнило. Что за мода такая величать свою вторую половинку зайчиками, котиками, птичками, рыбками? Словно в зоопарк попала.

Мужчина стремительно направился в мою сторону, но я не сдвинулась ни на сантиметр. Всё также держала осанку, гордо запрокинув подбородок к верху.

– Прикуси язык, мелкая. Ты начинаешь меня изрядно нервировать, – прошипел он.

– Какие-то проблемы? – возник из ниоткуда Стефано, и я поняла, что сейчас начнётся самый настоящий спектакль, ведь на «арену» вышел лучший актёр.

– Всё в порядке, – поспешила успокоить незнакомка. – Эта девушка заняла наше место, и мой молодой человек пытается убедить её мирно уступить.

– Вот оно как, – причмокнул брюнет, неспешно обогнув рыжую бестию и остановившись в двадцати сантиметрах от нас. – Ваши «убеждения» походят на скрытую для чужих глаз угрозу.

– Иди куда шёл, парень, – отмахнулся Джон.

– Начнём с того, что это я посягнул на ваши излюбленные пару метров, – Стефано демонстративно достал минималистичный брелок, и после нажатия аккуратной кнопки машина издала характерный звук сигнализации. Оппонент малость удивился, но в сию же минуту надел привычную бесстрастную маску.

– Чего уставился? – выпучил глаза он.

– Боюсь, вы малость просчитались, – едко ухмыльнулся Эспозито, указывая на свободное место чуть левее от нас, – парковка для инвалидов находится десятью метрами дальше. Я бы ни в коем случае не стал отбирать желанное место у таких немощных людей.

– Так вот кто научил её так интересно разговаривать, – хрипло прошипел мужчина. – Яблоко от яблони недалеко падает, верно? Ещё бы, чему удивляться? Имея такого придурковатого старшего брата из девчонки ничего путного уж точно не выйдет.

– Эта девушка – моя жена, скудоумный имбецил, – бесцветно заявил Эспозито, без особых усилий оттолкнув его на метр и крепко приобняв меня за плечи. – Я сегодня добрый, поэтому даю тебе и твоей пассии шанс уйти безнаказанными.

– Кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать? – закипел Джон.

– Тот, кто по окончанию месяца платит тебе немалые деньги, Джон. И если ты запамятовал, то я напомню, что эти бумажки называются «зарплата», – нервно выдохнул брюнет.

Мы все непонимающе захлопали глазами и украдкой переглянулись. Больше всех, конечно же, был удивлён мужчина, к которому обратились по имени.

Они всё же знакомы? Но зачем этот тип косит под идиота и делает вид будто впервые видит Стефано?

– Что за бредни больного? – до последнего сомневался он.

– Как же так вышло, что работая в крупной финансовой компании, ты не знаешь своего руководителя в лицо? – огорчённо причмокнул Стеф.

Джон был ошарашен. У мужчины буквально отвисла челюсть. Он не знал, что сказать и как оправдаться.

– У тебя что, память отшибло? – шепнула его спутница.

– Ты уволен. Как-нибудь заскочи в отдел кадров, – без особого интереса бросил Эспозито и, галантно усадив меня на пассажирское сиденье, погрузился следом. Только когда мы отъехали, я обернулась к своему кавалеру и одарила его полным энтузиазма взглядом. Естественно, мне интересно, почему Стефано не рассказывал о том, что является хозяином крупной финансовой компании. Но если мыслить более узко, то как этот человек успевает заниматься тремя делами одновременно?

Почему тремя? А потому что первое – это я, второе – сбыт оружия и третье – система займов для частных и коммерческих лиц. С такими-то успехами Стефано нужно переименовать себя на Юлия Цезаря.

– Ты денежный магнат? – вопросительно вскинула тёмные брови я.

– Смотря с какой стороны посмотреть, – усмехнулся брюнет.

– Не ёрничай. Мы знакомы достаточно времени, но ты так и не удосужился сообщить мне, что занимаешься займом.

– Ты забыла добавить частицу «не», крошка.

Мы переглянулись, обменявшись понимающими злорадствующими улыбками.

– Обдурил? – я тихо посмеялась.

– Именно, – кивнул Эспозито. – Я сразу понял, что передо мной самый обычный горделивый мужик, который любит набивать себе цену и казаться лучше, чем есть на самом деле.

– Как ты догадался, что он является работником предприятия?

– Иначе его бы банально не впустили на территорию, – заявил Стефано.

– А как же имя? – не прекращала сыпать вопросами я.

– Этот идиот забыл снять бейджик, – закатил глаза мужчина, сворачивая с главной трассы на совсем неоживлённую улицу.

– Значит, тот факт, что он не удосужился запомнить лицо начальника – банальное везение?

– Возможно. Но главное, что физиономию его босса помню я, – Эспозито припарковался у двухэтажного здания. – Будет весьма забавно, если слишком пафосный и расфуфыренный Джон действительно рассчитается с места работы. Не знаю какую должность он занимает, но полагаю, что не самую статную.

– Ты жутко хитрый и артистичный мужчина, Стеф, – заключила я, покинув автомобиль.

Напротив стояло высокое здание из белого кирпича к которому была выложена аккуратная дорожка. По габаритному названию стало ясно, что мы прибыли в спорт-клуб. Признаться честно, и подумать не могла, что на столь заброшенной, как мне показалось, улице, имеется какое-то стоящее спортивное заведение.

Взяв меня за руку, Стефано неспешно направился в сторону главных дверей, после чего мы встретились с приятным теплом отопляемого помещения. Не успела замёрзнуть, минуя жалкие десять метров, но едва заметный румянец на кончике носа говорил о довольно низкой температуре. Я походила на куклу, которой в глубоком детстве разукрасила нос цветным фломастером.

Хотя кукла относится к самому незначительному и безобидному, что пострадало от моего внезапного творческого порыва. Когда мама увидела, что стены на кухне разукрашены в зелёную травку, жёлтое солнышко и пышные красные розы, то пришла, мягко говоря, в ярость. После содеянного ещё около недели я сидела дома, отбывая наказание. Только когда папа предложил подать «аппеляцию» и прийти к маме с ходатайством, я получила «освобождение».

У стойки стоял крупногабаритный бородатый мужчина с янтарными глазами, густыми бровями и буквально начищенной до блеска головой. Как бы странно ни звучало, но в его лысине видела собственное отражение.

Невольно захотелось потрогать, но я обуздала нездоровое желание и попыталась вести себя более адекватно. Бородач вручил каждому отдельный ключ, дабы мы имели возможность оставить все вещи и переодеться.

– Возьми, крохотулька, – внимательно рассматривая меня, умилённо залепетал здоровяк, протягивая ключ от раздевальной комнаты. – Прямо по коридору и налево.

Такой грозный и на вид серьёзный мужчина, а в душе безобидный добряк. Наглядный пример того, насколько внешность порой бывает обманчива.

– Спасибо, не заблужусь, – усмехнулась я.

– Рад, что ты нашёл себе компанию, Стефано, – не прекращал улыбаться он. – Девочка просто заглядение.

– Ты плохо её знаешь, Грэг, – ухмыльнулся Стефано.

– Очень смешно, – закатила глаза я.

А чему удивляться? Эспозито – один сплошной тягучий ком язвительности и ироничности. Жду не дождусь, когда все свои «остроумные» высказывания он будет направлять в свою сторону.

На удивление женская зона полностью пустовала. Я была совершенно одна. Хотя если учитывать время, то отсутсвие кого-либо вполне ожидаемо. В начале восьмого люди либо собираются на работу, либо спят, так как у них выходной день. И только такой, как Стефано пашет в спортивном зале, ведь лучшего времени, чем семь часов утра для занятия спортом просто не сыскать.

Чудноватый? Если скажу, что самую малость, то, скорее всего, совру. Но с другой стороны, с кем-то более спокойным и уравновешенным мне было бы скучно.

Переодевшись в облегающий эластичный костюм цвета слоновой кости, я покрутилась напротив габаритного зеркала, подмечая, что благодаря интенсивным тренировкам в Шотландии моя задница заметно подтянулась. Любопытно, Стефано тоже заметил изменения? Или же он, как и все мужчины, видит разницу лишь тогда, когда девушка превращается из блондинки в Мальвину, волосы которой имеют оттенок морской волны?

После истории с бейджиком, который не заметила даже я, полагаю, что Эспозито уловил увеличение бедренных мышц. Когда никто не видит, он не упускает возможности, дабы лишний раз провести «ревизию». Ревизию меня. Думаю, это вполне нормальное явление, когда люди в отношениях.

Захлопнув дверь с другой стороны, я направилась в главный холл, где уже ожидал Стефано.

– Удачи, ребята! – воскликнул любвеобильный Грэг.

– Взаимно, – махнула ему я. Так как помимо нас и администратора в здании никого не было, Стеф предварительно взял у знакомого ключ.

Свет неприятно слепил глаза, отчего привыкать пришлось около минуты, возможно, немногим больше. Как оказалось, Эспозито приволок меня не в тренажёрный, а сразу в боксёрский зал. Я полагала, что мы займёмся хорошей разминкой, которая постепенно перерастёт в долгую теорию о том или ином боевом искусстве и тактике. Но нет. Стоило переступить порог, как мужчина приказал дать около десяти кругов, затем принять упор лёжа и сделать несколько подходов на турнике. Нет, мне не было в сильную тяжесть выполнять его указания, так как банально привыкла к сильной физической нагрузке. Как ни крути, но всегда нужно выходить из зоны комфорта, иначе о лучшем результате можно и не мечтать.

Радовало то, что я занималась не одна. Стефано выполнял всё в одном тандеме со мной. Не сказать, что ему сильно необходимо нарастить мышцы. Точнее, они ему не нужны, поскольку он уже добился нужного результата. Но видеть наглядную поддержу, чёрт возьми, как приятно! Лучшего тренера для меня не сыскать. Эспозито идеально подходит на эту должность.

– И так, крошка, надеюсь, я не сильно тебя загонял, поскольку сегодня ты должна выложиться на все сто, – Стефано по привычке обнял меня за плечи. Он всегда так делает, когда хочет смотивировать на достижение новых высот. Всегда, но именно сегодня я уловила какой-то скрытый подтекст. Конкретно этим утром он говорит совершенно с другой интонацией, которую мало кто может отличить от обыденной. Естественно, мне не составило труда уловить нотки какой-то загадки. Прожив с этим ненормальным месяц под одной крышей, видала более дикие вещи.

– У тебя странный говор, – подметила я.

– Да неужели? – изобразил удивление брюнет. – И с чем это связано?

– Не заговаривай мне зубы, Стеф, – значительно понизила тон я, состроив серьёзное лицо. Люди всегда чувствуют некий контраст, когда собеседник в начале диалога мило лепетает, а после резко холодеет. В таких случаях всё начинает трещать по швам. Вот и Эспозито определённо должен сболтнуть что-то лишнее, завидев мой угрюмый настрой. – О чём ты хотел поговорить?

– Хочу пригласить тебя в кино, – резко выпалил он.

– Ты отроду не ходил в кинотеатр.

– Что насчёт ресторана?

– У нас дома каждый божий день покруче, чем в любой забегаловке.

– Возможно, ты хочешь в театр? – Эспозито натянул широкую лучезарную улыбку до самых ушей. Нет, с ним точно что-то не то. – Или же на каток?

– Да чёрт возьми, я наблюдаю за театральными сценами всякий раз, когда ты, словно артист, выходишь из ванной и начинаешь пороть бредни больного, – гулко вздохнула я. – Мне хватает наших забегов по квартире, когда, скользя по мраморному полу, падаю похлеще, чем фигурист, которому не удалось выполнить ройной аксель.

– Какая ты злопамятная, негодница, – Стефано потрепал меня по шелковистым волосам тем самым испортив конструкцию из туго затянутого хвоста на макушке.

– Что ты натворил?

– Какие конкретно сроки тебя интересуют?

– Эспозито, – начала нервничать я, – ты нарываешься на неприятности.

– Да, ты та ещё заноза в заднице, – едко протянул он.

– Ты говоришь, иначе я…

– Иначе что? – склонился ко мне он, демонстративно приподнимая подбородок указательным пальцем и вынуждая заглянуть в серебристые глаза. – Что ты мне сделаешь, мелкое отродье?

Глаза налились кровью, бледная кожа покраснела от злости, окрашивая белёсые щёки в багровый оттенок, ладони сжались в крепкие кулаки до побеления костяшек, а васильковые глаза загорелись ярким пламенем. Не выдержав сильного наплыва ярости, которая, как лава извергается из Каракатау, я без колебаний, жалости и сожаления, заехала слишком язвительному Эспозито в челюсть, автоматически принимая боевую позицию.

Мужчину немного повело в сторону, но он быстро оклемался, ловким движением ладони смахивая багровые капли. Не помню, когда последний раз Стеф ходил с целым подбородком. Складывается впечатление будто он мазохист и ему нравится ощущать привкус метала во рту. Нравится видеть багровые кровоподтёки, царапины и ссадины, что имеют оттенок индиго. Весьма странное влечение. Но кто я такая, чтобы судить Эспозито за его скрытые страсти и желания, верно?

Его глаза сузились, демонстрируя опасный хищный прищур, губы вытянулись в тонкую нить, а тёмные брови поползли к переносице, образовав миниатюрную морщинку меж глаз. Резко и тихо выдохнув, Стефано сделал выпад в мою сторону, вынуждая отскочить на полметра назад. Крепкий кулак прошёл в пяти сантиметрах от лица, но мне удалось увернуться. Не медля ни секунды, я сделала аналогичный выпад, намереваясь дать противнику под дых, но тот блокировал удар, бесцеремонно оттолкнув руку в правую сторону. Левой же он выкрутил тонкое запястье, умело заламывая его за спину. Не растерявшись, я пнула Эспозито по суставу, вследствие чего он ослабил хватку, и мне удалось выкрутиться.

Наш бой продолжался около двадцати, возможно, даже тридцати минут. Мы не брали перерывов, дабы отдышаться и перевести дух, не пытались щадить друг друга, поскольку, ступив на ринг, все те чувства, что нас связывают, мгновенно переходят на второй план, ведь здесь мы ярые противники.

Конечно, соблюдаются определённые меры, поскольку если бы мы пренебрегали осторожностью и безопасностью, то наша схватка переросла бы в кровавую бойню.

Если говорить чисто и без излишней гордости, то да, я бы в конечном итоге раскололась и с позором проиграла. Если бы мы были злейшими врагами, то Стефано ни то что избил меня до потери сознания, он бы убил, уничтожил, стёр в микроскопический порошок.

Я понимаю, что он сильнее, но не всегда важна физическая сила. Если не можешь одолеть соперника мускулами, то необходимо прибегнуть к хитрости.

В очередной раз выкрутив запястье, Стеф вынудил меня практически пасть на пол, применяя удушающий захват. Буквально на три секунды обмякла, терпеливо выжидая, когда молодой человек расслабится, поняв, что соперник повержен.

Когда мужчина попустил хватку, я кое-как выровняла спину и запустила левую ногу в сторону, а правую руку и ногу вовнутрь, тем самым подсекая его и перенося вес тела на оппонента, который в конечном итоге рухнул на пол.

Даже прибывая в горизонтальном положении, Стефано не отпускал меня. Впившись в чужое лицо, я попыталась закрыть весь обзор и, перекатившись на другой бок, забралась поверх Эспозито, после чего в сию же секунду встретилась с серебристыми глазами. Они блестели, словно бриллианты, словно звёзды в сумрачном небе, отчего мне вспомнился осенний вечер, когда произошёл наш первый поцелуй. Вспомнились его тёплые влажные губы, горячее мятное дыхание, бархатистые руки, длинные пальцы, которые осторожно пропускал через смоляные прядки шелковистых волос, и трепетные прикосновения, что вызывали предательские приятные мурашки.

Одним рывком приподнявшись, Стефано прижал меня вплотную, впиваясь в желанные губы. Я едва заметно улыбнулась. Обхватив его за шею, поудобнее разместилась у него на руках, отвечая пылкой страстью.

Языки двигались в бешеном ритме, голова предательски закружилась от подступающего удовольствия. Эспозито является тем, кто так бесстыдно украл мой первый поцелуй. Ощущение, что он первый и последний, дурманит голову. Не знаю, найдётся ли ещё кто-то такой же безбашенный, как он. Такой же пленительный, вожделенный…

Отстранившись на долю секунду, я тихо прошептала:

– Что ты скрываешь, мерзавец?

– Завтра у меня не особо деловая сделка,– на выдохе прошептал он.

– Да? – я ухмыльнулась. – Буду твоими ушами и глазами?

– Ты останешься дома, – заявил Эспозито, и улыбка мгновенно пропала с моего лица.

Так вот оно что! Этот гад пытался красиво и незаметно слить меня! Вот же засранец! Какого чёрта я трачу своё время на усердные тренировки, выжимая из себя последние силы, если он даже не собирается пригласить меня в качестве негласного разведчика?

– Очень смешно, – я попыталась увернуться от конфликта.

– Это не шутка, Вивьен, – серьёзным тоном молвил брюнет. – Я не хочу рисковать.

– Ты?! – я выпучила глаза, чувствуя, как в груди разливается кипящее бешенство. – Да ты самый чокнутый, непредсказуемый и рискованный человек, которого я знаю! Какого чёрта я каждый божий день извожу себя? Для чего? Ребята только приняли меня в свой коллектив, и теперь ты говоришь, что я должна вот так просто слиться?

– Я переживаю за тебя, Нэри, – нахмурился Стефано. – Это не обычная стрелка, где ребята потолкаются, как подростки и разбегутся по своим норкам зализывать неприятные ссадины.

– Ты ненавязчиво принижаешь меня и пытаешься аккуратно избавиться.

– Я не телепат, чтобы предугадать последовательность действий противника, в особенности, если в его роли выступает Итан Дуглас, – рыкнул Эспозито.

– Ах, вот как? – наигранно изумилась я. – Значит, вы всё-таки обменялись парой-тройкой милых СМС и договорились о свидании?

– Угомонись, – приказал мужчина, но было поздно. Я уже покрылась толстой коркой ярости и негодования, всыпав возлюбленному в его смазливую мордашку.

Вот так страстные ласки резко перетекли в новое противостояние. Мы даже на ноги не поднялись и начали грызть глотки друг другу прямо на полу. Эспозито всячески пытался уворачиваться и лишний раз не хватать меня за руки, но в конечном итоге у мужчины сдали нервы, и он грубо скрутил меня так, что едва могла пошевелить мизинцем.

– Я вынесу твои мозги, ясно?! – недовольно шипела я.

– Убавь пыл, – рычал он. – Я всё равно не возьму тебя с собой, Вивьен. Какими бы угрозами ты не сыпала, моё решение останется неизменным.

– Ты наглый лжец! Сначала даёшь надежду, а потом с корнем вырываешь её!

– Я не могу поступить иначе! – до хруста сжал тонкие запястья Стефано. Кости предательски затрещали, вследствие чего я издала тихий звук, что походил на стон. – Пойми, что это слишком опасно!

– Да плевала я на твою излишнюю осторожность! – крикнула я.

– Какого чёрта ты вообще так рвёшься прикрывать мою задницу?! – брюнет едва сдерживал подступающее бешенство. – В чём причина твоего желания?!

– Да потому что я люблю тебя, придурок! – заявила я, и в помещении повисла гробовая тишина. Стеф резко отпрянул и с полминуты внимательно смотрел на меня, не моргая.

О чём он думает? Я была слишком резка? Возможно, мне не стоило говорить столь громкие слова? Но ведь он сам вывел меня на эмоции! Что мне оставалось делать, как не возмутиться решению возлюбленного? Я ведь тоже переживаю. Мы оба переживаем, но пытаемся всячески скрыть это волнение друг от друга.

Я ушла первой, не проронив ни слова. Переоделась, вернула ключ Грэгу, который, ничего не выясняя, лишь понимающе кивнул в знак прощания, и я поплелась на парковку.

Стоя у чёрной фурии, не прекращала думать о завтрашнем дне. Почему Стефано умолчал о столь «грандиозном» событии и никому ничего не сказал? Если даже Джозеф не в курсе, то остальные члены его команды уж точно. Каким образом Эспозито собирается проворачивать так называемую «сделку»? Да и сделка ли это вообще? Времени катастрофически мало, а я не знаю совершенно никаких подробностей. Возможно, стоит позвонить Кларку? Может, Стефано всё же удосужился оповестить его? С другой стороны, у нас не такие тёплые отношения, чтобы он вещал мне о планах собственного босса.

– Садись в машину, – послышался низкий голос за спиной. Он был настолько холодным, металическим и неживым, словно ко мне обратился не человек, а запрограммированный робот.

Молчаливо заняв своё место, я отвернулась к окну, обдумывая план действий. Даже если Эспозито не желает впутывать меня в личные разборки с человеком, которого толком в глаза не видела, это ещё не значит, что я по его приказу буду сидеть дома за чашкой кофе и томиться в ожидании.

Мужчина не в курсе, что я не единожды участвовала в подобных перестрелках, поэтому наводит на себя лишнюю панику. Но ведь я уверена в себе и своих способностях на все сто.

С момента последнего приступа прошёл целый месяц. У меня давно не дрожат пальцы, не мельтешат «мошки» перед глазами и не тревожит внезапная мигрень. Даже забыла о приёме таблеток, которые когда-то выписал врач, дабы уменьшить резкие порывы внезапных спазмов.

Да, я заглядываю немного в будущее и ношу миниатюрный пузырёк практически везде, но не прибегаю к употреблению. В какой-то момент в препаратах пропала какая-либо необходимость. Не знаю с чем это связано.

Всю дорогу я молчала, активно ведя дискуссию у себя в голове. Лучшего варианта, чем дождаться, пока Стефано перегорит, к сожалению, не нашла.

Эспозито высадил меня у дома, а сам уехал невесть знает куда. Не задавала вопросы, так как знала, что как только он минует порог квартиры, устрою самый настоящий допрос.

– Здравствуй, дочка! – окликнул Лоуренс, и я на радостях поскакала в его сторону. Седоволосый мужчина с яркими голубыми глазами и добродушной улыбкой всегда поднимал даже самое разбитое настроение. Он светился как летнее солнце, независимо от того, какой сегодня день, погода и прочей ерунды по типу недовольных обитателей этого небоскрёба.

– Здравствуйте, – на автомате протянула ладонь я, и мужчина охотно пожал её. – Как ваши дела?

– Оу, всё как у всех. Живу не тужу, предвкушая приезд любимой дочки. Неделями ранее слёг в больницу из-за высокого давления, а когда вышел на пост, то не обнаружил никого с кем люблю подолгу болтать, – активно начал рассказ он. – Сосед Пол, что живёт восьмью этажами ниже вас, сказал, что вы словно сквозь землю провалились. Я даже заволновался, но в полицию идти не стал. Сама понимаешь, что обращаться в правоохранительные органы с заявлением о пропаже такого человека, как Стефано, довольно смешно. Да и сомневаюсь, что наши горе-полицейские действительно взялись бы за расследование столь интересного дела.

Лоуренс только что тонко намекнул, что в курсе рода деятельности этого несносного мужчины…? Удивлена? Ещё как! Но поражает не сам факт того, что старик прекрасно осведомлён о не самом законном бизнесе, а его отношение к Стефано. Дедуля не ровняет всех под одну гребёнку тем самым даёт человеку шанс открыться по-настоящему. Для него неважно, чем занимается Эспозито, он смотрит на его отношение к людям и себе в целом. Даже не верится, что такие люди всё ещё существуют в нашем прогневившем насквозь мире.

– Мы решили устроить внеплановый отпуск, – грустно улыбнулась я.

Возможно, прибывание в Шотландии ещё можно величать отпуском, но Финляндия данного звания явно не заслуживает. Единственное, что отпечаталось в моей памяти белым пятном – это признание Стефано и кольцо с красным рубиновым камнем, которое с тех пор так ни разу и не снимала.

– Отпуск дело хорошее, – причмокнул старик.– И куда же вы ездили?

– В Шотландию, – потирая глаза от едва ощутимой усталости, молвила я. Усач прищурился, внимательно всматриваясь в моё лицо. Его васильковые глаза, что немного похожи на мои, заблестели неподдельным интересом.

– Не люблю лезть в чужую личную жизнь, – усмехнулся Лоуренс, – но ты могла хотя бы намекнуть, что этот озорник в конце концов образумился и предложил тебе руку и сердце.

– Что? – мои глаза округлились до размера пяти копеек. Предложение? Да, поначалу тоже так подумала и была, мягко говоря, шокирована. Но после выяснилось, что кольцо не призывает к женитьбе, а подарено в знак нашего союза. – Нет, вы не так поняли. Мы не планировали никакую свадьбу!

– Не хочешь раздувать пышный балл на всю столицу? Понимаю, – качнул головой мужчина. – Расписаться и отметить помолвку в кругу друг друга тоже неплохое решение. Рад, что вы так породнились.

– Да нет же! – воскликнула я. – Я не собираюсь выходить за него замуж!

– Рад слышать, – в полтона отозвался Стефано, что по закону подлости наверняка всё это время стоял за моей спиной. У меня дар речи пропал. Была в неблагоприятных ситуациях, но эта оказалась высшей степени идиотизма.

Подумает, что не люблю его? Не питаю взаимных чувств коими он готов одаривать меня сутками напролёт? Подумает, что мне неприятны его прикосновения, поцелуи, объятия и компания? Именно! А как иначе всё сказанное выглядит со стороны? Выходит, что я фальшивка. Неблагодарная тварь, которая цинично воспользовалась чужой добротой. Как объясниться? У меня ведь и в мыслях не было как-либо огорчить Стефано и уж тем более использовать в свою корысть.

Я далеко не ангел, скорее выходец из Чистилища. Но разве демоны не могут любить…?

– Всё не так, как кажется…

– Иди, – холодно бросил брюнет. – Я догоню тебя.

Поняв, что выяснять отношения на глазах у других – не самое лучшее решение, я покорно поднялась на нужный этаж и, миновав длинный коридор, рухнула на стул на кухне.

Вероятнее всего, после неверно трактованных слов, вылечу отсюда, как пуля. Быстро и безвозвратно. И, возможно, даже не через дверь, как положено, а прямиком из окна.

– Ну всё, я точно труп. Как можно быть такой идиоткой? – упав на столешницу, пробубнила я, невзирая на характерный стук о плотную поверхность.

Надежда, что при ударе что-то перевернулось и встало на своё место, не угасала. Может, меня в роддоме роняли? Или соседский мальчишка Брэд не рассчитал силу и после того, как всыпал мне железным прутом по затылку, какая-то важная функция прекратила работу, отчего я стала немного отставать в развитии? Хотя, учитывая то, сколько раз получала по морде, это вполне ожидаемо.

– Ты слишком самокритична, – по комнате, словно утренний туман, развеялся меланхоличный баритон.

Я не поднялась. Продолжала сидеть в таком же положении, по-прежнему не зная, что сказать.

– Ты ведь не поверишь, если я скажу, что не хочу выходить за тебя замуж не потому что не люблю, а потому что ещё не готова? – буркнула я.

– Почему же? – тихо посмеялся молодой человек, шурша в холодильнике. – У нас вполне взаимное нежелание.

– В смысле? – я резко подняла голову.

– В прямом, – обернулся Стефано, надкусывая миниатюрный банан.

– То есть ты представляешь меня всем как свою невесту, но теперь утверждаешь, что не собираешься на мне жениться? – я нахмурилась, демонстрируя недовольство.

– Именно, крошка.

– Ты в край обнаглел, – зашипела я. – И знаешь что…

Не успела окончить фразу, как Эспозито заткнул мой рот второй половиной почищенного фрукта. Видит, как закипела, но всё равно довольно ухмыляется, дабы лишний раз позлить. Вот же засранец!

– Я разделяю твои взгляды. Ты ещё слишком юна и неопытна, но при этом не обделена умом и прекрасно осознаёшь, что спешить и полагать, что любовь с одним-единственным раз и на всю жизнь – весьма устарелое и поистине глупое понятие, – ровно молвил он, наблюдая за моим пристальным взглядом. – Я не тот человек, который будет торопить события. Тебе ровно также как и мне, необходимо время, дабы удостовериться в собственном выборе и понять, что заключённый брак не обернётся в катастрофическую ошибку. Всегда искренне удивлялся людям, которые при первой возможности женятся спустя месяц знакомства, а после, сталкиваясь с бытовыми проблемами, понимают, что банально не уживутся и возвращаются в ЗАГС, но уже по причине развода. И самое интересное то, что в большинстве случаев пара готова разорвать друг друга на мелкие кусочки. Настолько они не переносят общую стирку и уборку квартиры. Естественно, не исключены измены, домашнее насилие и пьянки со стороны мужчины или женщины. Но здесь тоже имеются свои нюансы. Кто-то понимая, что нормальной жизни не будет, уходит молча и с гордо поднятой головой. Кто-то отвечает агрессору тем же, и молодожёны превращаются в подпольных бойцов, которые метелят друг друга похлеще, чем сегодня ты меня. И есть ещё один тип, который я не переношу на дух – это терпилы. Люди, которые не говорят о своей проблеме, а молча терпят, считая, что такое отношение вполне нормально и приемлемо.

– Тебе нравится жить со мной?

– Чертовски, – закатывая глаза, шепнул Стефано. – Обожаю наблюдать за твоим беспечным сном, за тем, как щеголяешь практически с голой задницей в моей одежде, как не даёшь выспаться, оккупировав практически всю кровать, за тем, как тихо напеваешь и пританцовываешь под любимую песню с чашкой кофе в руках, как мурлыкаешь, словно кошка, выгибаясь от приятных мурашек, что предательски бегут по твоей коже, за тем, как злишься из-за моих шуток. Мне нравится видеть и чувствовать, что в этой квартире есть ещё одна живая душа. Мне нравится твой терпкий и в то же время сладостный аромат, мелодичный голосок, как у самой талантливой пташки, лучезарная улыбка, при демонстрации которой виднеются острые зубки. Меня заводит твоя застенчивость, решительность в действиях, инициативность и податливость конкретно к моей персоне. Я бы не пустил на порог девушку в компании которой мне некомфортно находиться. Ты нравишься мне как личность, Вивьен.

У меня челюсть отвисла от столь развёрнутого и откровенного ответа. Стефано перечислил такие мелочи, о которых я даже не задумывалась. Он подмечаете мои быстрые перебежки, танцы, которые не замечаю даже я, и не подозреваю, что он молча наблюдает со стороны. Эспозито помнит абсолютно всё! Любимого исполнителя, кофе, манеру поведения, привычки…

– Извини, что вспылила и вынесла тебе мозг, – закусывая нижнюю губу, отозвалась я, почувствовав некую вину, что неприятно обжигала грудную клетку, стремительно разливаясь где-то очень глубоко внутри.

– Я не держу зла, крошка, – тепло улыбнулся мужчина, нежно коснувшись моей щеки. – Надеюсь, ты поймёшь, почему я отказал тебе, и не станешь принимать данный факт близко к сердцу.

– Ты сомневаешься в моих способностях? – я заглянула в серебристые, поблёскивающие белоснежным светом глаза.

– Нет, – сказал как отрезал он.

– Тогда в чём причина твоего отказа? Я недостаточно хороша? Клянусь, что не буду делать тебе нервы, а лишь усовершенствую навыки, дабы соответствовать всем ожиданиям и необходимым стандартам.

– Тебе нет равных. Ты лучшая, – бархатисто замурлыкал Эспозито, опаляя ухо горячим дыханием. – Обещаю, что непременно найду для тебя подходящее задание, но уже в следующем году, малышка Виви.

– Как в следующем?! – возмутилась я. – Предлагаешь мне ждать ровно триста шестьдесят пять дней?

– Триста шестьдесят можешь смело откинуть, а вот оставшиеся пять придётся потерпеть, – потрепав по волосам, тихо посмеялся Стефано. – К слову, как ты смотришь на то, чтобы отметь Новый год в моей компании?

Я закатила глаза, понимая сказанную тупость. На улице конец декабря, а я и вовсе забыла о таком масштабном для всех празднике. Забыла абсолютно обо всём с этой чёртовой вылазкой!

Признаться честно, предложение Стефа стало для меня полной неожиданностью. Последний раз отмечала этот праздник в кругу семьи, а после кончины матери и вовсе перестала придавать ему какое-либо значение. Всё потому, что у меня банально нет самого главного для провода уходящего года, а именно: семьи.

В груди что-то непроизвольно ёкнуло. Сознание во всю кричало: «Не тормози! Соглашайся!»

Но я сомневалась.

– Ты вольна отказать мне, – спокойно молвил мужчина. – Я взрослый человек и не стану держать обиду. Как-никак у тебя могут быть свои планы.

– Нет, – слабо качнула головой я. – У меня не было никаких планов. Да и я уже как восемь лет не праздную Новый год.

– Почему? – вопросительно вскинул угольные брови Эспозито.

– Это семейный праздник, а у меня не осталось ни единого родственника, – я отвернулась, испытывая неприятную горечь и досаду.

– В таком случае я могу побыть твоей неофициальной семьёй, крошка, – Стефано крепко-крепко обнял меня и невесомо чмокнул в бархатистую щёчку.

– Ты? – грустно улыбнулась я.

– Верно, – бодряще встряхнул меня он. – Ну же, соглашайся. Я ведь знаю, что ты хочешь этого.

– Хочу, – неуверенно согласилась я.

– Отлично, – одобрительно кивнул брюнет. – Какой подарок ты хотела бы получить?

– Это уже лишнее, – я нелепо усмехнулась. – К тому же у меня уже есть абсолютно всё для комфортной жизни, но…

– Но? – приблизился Стефано.

– Я хочу ёлку. Красивую, пышную с душистым сосновым запахом и миниатюрными шишками.

– Я тебя понял, – одобрительно кивнул брюнет.

Страшно представить, что уже сообразила его больная фантазия. Но, думаю, что ничего сверхъестественного, и я не получу кота в мешке.

Большую часть дня мы провели довольно обыденно, а именно: поедали конфеты, которые так полюбились за время проживания со Стефано, смотрели по телевизору излюбленные психологические фильмы ужасов, что воспринимаются слишком остро обыкновенными людьми, и банально нежились в объятиях друг друга.

Под окончание я по традиции задремала. Но полудрём продлился недолго, поскольку его потревожила яркая вспышка. Резко распахнув глаза от ослепительного света, я завидела перед собой камеру мобильного и довольную ухмылку моего скрытого папарацци.

– Как часто ты фотографируешь меня, пока я сплю?

– Практически всегда. За исключением случаев, когда поднимаюсь на пару минут позже, – подмигнул брюнет. – Все твои фотографии поистине уникальные, но конкретно та, что сделал только что, неповторима. Как только появится время, сделаю фотопечать и повешу её прямо над кроватью.

– Покажи, – я заинтересовалась, заглядывая в его телефон, но экран мгновенно погас из-за манипуляций пользователя.

– Как-нибудь в следующий раз,– отмахнулся Эспозито.

Мы переглянулись, метнули пару молний в сторону друг друга, после чего я навалилась на него всем телом, намереваясь отобрать гаджет. Стеф всячески упирался, развалившись вдоль всего дивана, но в какой-то момент мне удалось добраться к мобильному и буквально выдернуть из чужих рук. Далее дело оставалось за малым – успеть подорваться на ноги и бежать.

Успела ли я? Естественно, что нет. Стоило сделать шаг, как Эспозито бесцеремонно ухватил меня под локоть и усадил обратно, конфисковав честно отобранный телефон. Я обиженно выпучила губы и, скрестив руки на груди, откинулась на мягкую спинку кожаного дивана, сдувая с лица мешающие обзору прядки.

– Не дуйся, – слегка толкнул меня он.

– Смотри, как бы сам не лопнул от переизбытка скрытности.

– Какая же ты обиженка, – тихо посмеялся потенциальный обидчик и протянул мне желанную игрушку. – Возьми, а то ещё заплачешь. И что мне тогда делать…?

Вопрос был риторический, но я на автомате выпалила ответ, не глядя, выбирая необходимую иконку на дисплее:

– Главное, чтобы ты всегда радовался жизни, – буркнула я, устремив взор на экран телефона. Заявление о том, что фото неповторимо, оказалось весьма оправданным. Должна признать, что Стефано даже немного приуменьшил.

На снимке я вывернулась так, словно не имела абсолютно никаких костей. Меня можно было сравнить с главной героиней из фильма «Звонок». Она точно так же выкручивала свои суставы, приобретая нечеловеческий облик. На голове было чёрт знает что. Вероятно, пока спала, птицы свили самое настоящее гнездо для дальнейшего обитания. Рот был слегка приоткрыт, откуда стекала слюна, как у пса, который пытается освежиться в жаркий летний день. Итог: я заняла большую часть дивана, лежала на подушке, забросив ногу чуть ли не за голову, и обильно пускала слюни.

Покосившись на ухмыляющегося Эспозито, я толкнула того в бок, тонко намекая, чтобы он не смел насмехаться надо мной. Все девушки – принцессы, но иногда можно позволить себе немного побыть болотной жабой.

Мне стало любопытно взглянуть на остальную коллекцию. Если Стефано действительно щёлкает меня всякий раз, когда сплю, то у него определённо собрался целый альбом.

Поначалу было интересно, и я даже немного посмеялась с комичной себя, но когда количество просмотренных снимков перевалило за триста штук, то стало уже не до смеха. Единственное, что хотела – это выяснить общее количество.

Таким образом, я потратила около пятнадцати минут и получила довольно кругленькое число «3600». В шоке? Не то слово!

– У тебя фетиш, – изумилась я, пролистывая очередную партию практически идентичных фотографий.

– Нет, просто мне нравится смотреть на тебя.

– Это и есть фетиш, – уточнила я, задерживаясь на очередном фото. Нет, на нём была изображена далеко не я, а маленький мальчик. Он стоял на зелёной поляне, которая была усыпана белоснежными ромашками, а по левую сторону сидел породистый пёс. Получше разглядев его, подметила, что это величественная порода, которая носит название «Доберман». Снимок был плёночный, поэтому не сразу удалось рассмотреть всю композицию.

Отстранившись, я перевела взгляд на Эспозито, который уже как минуту не светился от радости, а напротив, заметно помрачнел.

– На фото твой брат? – аккуратно поинтересовалась я, стараясь не затронуть тонкие струны его души. – Вы очень похожи.

– Нет, – бесцветно молвил Стефано. – Этот ребёнок и есть я.

Сознание пронзила молния озарения. Действительно. Как сразу не догадалась? Очевидный факт налицо.

– А собака?

– Её звали Вита.

– Красивое имя, – улыбнулась я, но мужчина не проронил ни единой эмоции. Он был похож на статую. Неподвижное изваяние из камня, которое не имеет никаких мимических мышц. – Что оно значит?

– То же самое, что и твоё, – заявил Стефано, внимательно всматриваясь в моё лицо. – Жизнь.

Его глаза словно угасли, утратили свой яркий свет. Они покрылись непробиваемым металлом. Кололи ровно так же как острое лезвие ножа. По всей видимости, я затронула ещё одну больную тему, о которой он не посчитал нужным рассказать.

– Поделишься со мной? – я мягко обхватила длинные пальцы, надеясь, что отказа не последует.

– Её не стало, когда мне было десять лет, – уточнил Стеф.

– Все рано или поздно умирают, – попыталась успокоить я. – Это ведь ты сказал мне эти слова.

– Её пристреляли по моей вине.

– Кто?

– Мой отец, – одними губами шепнул он. – Я сжёг важные бумаги, а он в порыве собственного бешенства лишил меня верного друга.

На душе болезненно заныло. И нет, не от самого факта, а от того, что почувствовала всю ту боль, которую испытывал маленький мальчик в тот момент. Стефано давно вырос, но старая рана от первой тяжёлой утраты всё ещё кровоточит, опустошая избитое сердце. Выходит, сначала он потерял любимую собаку, затем лишился родного брата, а месяцем ранее от него отрёкся родной отец…

Уверена, что это всего лишь капля в море из того, что Эспозито довелось пережить за всю свою жизнь.

– Больно? – шепнула я.

– Да.

– Невыносимо?

– Терпимо, – Стефано улыбнулся слабой безумной улыбкой и крепко обнял меня, рухнув на диван. Я обняла его в ответ, стараясь поделиться собственной энергией и перенять часть его боли.

– Я люблю тебя, – прижимаясь к широкой груди, заявила о чувствах я, а он лишь хрипло посмеялся и поцеловал меня в макушку.

Глава 4.

Стефано уснул спустя десять минут нашего молчания. Мне не хотелось тревожить его покой, так как он и так катастрофически мало спит. Изредка недосып проявляется в виде тяжёлых синяков под глазами, но они чудесным образом исчезают к середине дня, когда обладатель серебристых глаз окончательно приходит в себя и улавливает ритм суетливой жизни.

Пока Стефано, спал я успела завидеть абсолютно всё, что было доступно человеческому глазу: миниатюрная царапина на стеклянном столике, опавшая ресничка из правого глаза на его щеке, седой волосок, но уже на своей голове, и даже знаменитую книгу Данте Алигьери под названием «Божественная комедия».

Стефано любит читать? Почему-то не особо удивлена. Человек, который сходу может сочинить замысловатое четверостишье, определённо откуда-то черпает вдохновение и необходимую информацию для пополнения словарного запаса. Насколько мне известно, Данте Алигьери являлся чистым итальянцем. Так они ещё и земляки со Стефано. Оба родились во Флоренции. Вот только Данте малость обогнал моего рифмоплёта, на полвека так точно. Возможно, родись они в одно время и в одном и том же месте, то Стеф наверняка попытал бы силы и потягался талантом с великим поэтом-мыслителем.

Внезапно телефон на столике тихо зазвонил. Стефано никак не отреагировал на его зов, а я практически бесшумно выскользнула из под его руки и, подхватив гаджет, уставилась на тусклый дисплей. Благо номер был подписан, и я даже умудрилась разобрать большую часть символов, которыми Стеф подписал его.

Звонил Викторьен Лаперье. Довольно знакомое имя, не так ли? Это тот ненормальный мужчина, который напоил меня отвратным чаем и дал напутствующий совет. Могу полагать, что этот человек в курсе последних событий, иначе просто-напросто не стал бы тревожить Эспозито. Вот только в качестве кого он работает, к сожалению, не знаю. Джозеф не говорил, что он является коллегой. Хотя, будь оно так, думаю, сообщил бы. Значит, этот человек не является членом команды. Но тогда кто он? Чёрт его знает…

Я поднялась и на цыпочках побежала в ванную, предварительно захватив свой мобильный. Стоило тихо захлопнуть дверь и упасть на широкую тумбу, как он сбросил звонок.

Чёртов псих! Как можно было нажать на кнопку в самый неподходящий момент?! Уже было хотела перезвонить, но он опередил меня и прислал краткое СМС:

«Я сделал всё, о чём ты просил, и ближе к ночи пришлю материал на почту. Никаких проблем возникнуть не должно. Но, зная всех твоих врагов, нужно искать свои подводные камни. Уверен, они определённо имеются. Желаю удачи, Эспозито».

Значит всё-таки очередной работник или выгодный человек. Сомневаюсь, что Стефано стал бы контактировать с этим ненормальным по зову сердца.

На скорую руку я открыла его почту, поспешно пролистывая сообщения, коих оказалось немало. Приходилось открывать каждое из них, просматривая на наличие странноватых символов.

Я спешила. Жутко спешила, так как Стефано мог в любой момент проснуться и обнаружить мою пропажу. Чую, если он узнает, что роюсь в его личных вещах, то нехило получу по заднице.

Секунды сменялись минутами, отчего я начинала нервничать. За дверью послышались характерные звуки пробуждения и медленные шаги, что стремительно двигались в сторону ванной. В мою сторону. Чёрт! Я влипла по полной!

Машинально вскрыв очередное СМС, украдкой взглянула на дисплей и…О боги, это было то, что искала! По крайней мере я понадеялась, что это то самое послание, которое так огорчило Эспозито.

Панически отыскав в кармане свой мобильный, я сняла код блокировки и за долю секунды сделала один-единственный снимок, раскидав оба гаджета по левому и правому карманам своих джинс. Дверь тихо заскрипела, и на пороге показался сонный Стефано. Поначалу он не заметил меня, что дало фору, и я сделала вид будто зашла, дабы немного освежиться.

Демонстративно провернув вентиль, я поднесла лицо холодным потокам прохладной воды и опалила ими собственное лицо.

– Обычно, когда дамы спали, сбегал именно я, – тихо посмеялся мужчина, рыская в поисках чего-то в навесном шкафчике.

– В жизни рано или поздно всё возвращается, – натянула улыбку я.

– Не знаю, где я так нагрешил, что сам Бог послал мне такую «ангельскую» девушку, – едко протянул брюнет, извлекая пузырёк без этикетки и опрометчиво засыпая содержимое в рот.

– Что ты употребляешь? – нахмурилась я.

– Витамины, – без колебаний ответил он.

– Без этикетки, состава и способа применения? – приблизившись, я сноровисто выхватила прозрачный пузырёк, внимательно рассматривая белоснежные таблетки.

– Именно, – кивнул Стефано. – Брент посоветовал.

– Вот оно как, – я усмехнулась, откупорив тару и как следует принюхалась к аромату. Препарат оказался совершенно без запаха. – Я возьму?

– Конечно, – тепло улыбнулся мужчина, – но не больше двух.

– То есть ты заглотнул полбанки, а моей дозой на сегодня являются всего две пилюли?

Что это за таблетки такие, которые посоветовал Брент? От чего они и как часто Стеф их принимает? Никогда не замечала за ним употребления каких-либо медикаментов. Он практически всегда бодрый, энергичный и моторный.

– Ты слишком крохотная для большой порции, – беззаботно залепетал Эспозито, выделяя мне положенные две штуки.

Одарив его напряжённым взглядом, я забросила аскорбинки в рот и одним заходом проглотила, даже не запивая какой-либо жидкостью.

– Это что, действительно детские витамины? – удивилась я.

– А ты думала, что я долблю наркоту? – басисто рассмеялся Стеф. – Идём на кухню, Вивьен. Я ведь не кормил тебя с самого утра.

– Ты так говоришь, словно я твоя годовалая дочь.

– Ты девушка, о которой я обязан заботиться.

– Ты не обязан.

– Я взял на себя ответственность, Виви.

Мне вспомнился тот кошмар, в котором Стефано утверждал, что боится этой самой ответсвенности. Да, это был всего лишь сон, но почему-то он показался вполне правдивым. Эспозито был искренним как никогда. Мы оба в моём подсознании были таковыми.

Пока мужчина нагружал тарелки съестным, я незаметно проскользнула к столешнице и оставила на ней его мобильный. Благо удалось остаться незамеченной.

Как и полагалось, мы полакомились острым ризотто, а на десерт сочной шоколадной панна-коттой. Я не прекращала восхищаться фантастическому таланту. Стефано умеет готовить те блюда, о существовании которых я даже не подозреваю. Честно говоря, изредка меня посещают смешанные чувства по этому поводу. Да, стереотипы, что женщина – это хранительница домашнего очага, которая обязана уметь готовить, стирать и убирать, давно устарели.

Естественно, меня волнует тот факт, что Эспозито умеет печь вкусные торты, а я нет. Что он думает на этот счёт? Как относится к моему не самому активному участию во время приготовления того или иного блюда? Что, если его не устраивает подобный расклад, но он из вежливости держит язык за зубами? Да и вообще, способен ли Эспозито не трепать им, когда его что-то не устраивает? Думаю, что да, но только в тех случаях, когда имеет собственную выгоду.

– Как ты считаешь, в семье должна готовить женщина или же мужчина? – я решила задать вопрос напрямую.

– В быту должно быть равноправие. Женщина должна оставаться прежде всего женщиной, а не ломовой лошадью, которая тащит весь груз обыденности на своих хрупких плечах, – меланхолично протянул он. – Относительно твоего вопроса по поводу готовки могу сказать лишь одно, что должен готовить тот, у кого это лучше получается. В противном случае все члены семейства рискуют либо отравиться, либо передохнуть.

– Значит, ты переживаешь, что я по случайности отравлю тебя? – хихикнула я.

– Нет, – отрицательно качнул головой собеседник. – Просто я привык обслуживать себя самостоятельно. А когда в моей жизни появилась молодая неопытная девушка, посчитал нужным особо не грузить её домашними хлопотами. Думаю, ты ещё успеешь насладиться всеми прелестями семейной жизни, в особенности, когда на свет появится первый ребёнок.

Я нервно сглотнула и отвела взгляд в сторону, стараясь смотреть куда угодно, но только не в серебристые глаза. Семья и дети – жутко больная тема. Я уже растеряла самых близких мне людей на этой планете.

Когда-то Даймонд пытался принудить меня к зачатию новой жизни, дабы в будущем он имел наследника. Но все манипуляции были проделаны в пьяном бреду и возможно, после протрезвления это желание вернулось глубоко-глубоко в недры подсознания.

Я же и вовсе не горю желанием заводить детей. Возможно, в силу юности или банального страха. Боюсь оставить родное чадо один на один с этим жестоким миром, как когда-то оставили меня. Боюсь, что в один прекрасный день могу лишиться собственной жизни, так как имею тьму тьмущию врагов, которые питают дикую жажду мести за совершённые грехи. Но самое ужасное в данной ситуации то, что за мои ошибки может поплатиться самое дорогое, что у меня есть, то есть мой ребёнок. Я сама подписала себе приговор, согласно которому не имею права давать жизнь новому человечку. Я сама ступила на кривую тропу криминала, альтернативой которой является тонкое лезвие ножа, сорвавшись с которого уже не смогу подняться и сделать очередной вдох.

– Ещё не время спать, малышка, – практически неощутимо толкнул меня Стефано. Веки действительно стали жутко тяжёлыми из-за чего не смогла удержаться, чтобы не закрыть глаза. Как бы ни старалась, но нежеланный сон оказался сильнее, и я погрузилась в царство морфия.

****

Я стояла среди домов, что возвышались высоко-высоко к небу, затрагивая свинцовые серые облака, которые оккупировали когда-то чистый небосвод. Поблизости не было ни единой души, но я чувствовала каждой клеточкой тела чужое присутствие. Кто-то словно пристально наблюдал со стороны, прожигая затылок нездоровым заинтересованным взглядом. На плече висела чёрная кожаная сумка, в которой мирно покоилась заряженная чёрная красавица.

Не переживала и уж тем более не паниковала. Напротив, чувствовала превосходство и власть над ситуацией. Неизвестный даже не подозревает, насколько я опасна в секунды, когда удерживаю в руках оружие. Чувствую его всеми рецепторами. Ощущаю невесомый курок, массу, что уже давно не является несусветной тяжестью. Чую запах, холодный метал, от которого на морозе приятно покалывают пальцы. Вижу больше, чем способен человеческий глаз благодаря фантастическому оптическому прицелу, и самое главное – чую чужую тревожность. 

Острый слух едва уловил отдалённые мужские голоса, которые доносились невесть знает откуда. В этот момент ноги сами вынудили следовать вверх по ступенькам, тем самым поднимаясь всё выше и выше, пока, в конце концов, не остановилась на конечном, самом последнем, восьмом этаже. 

По привычке я извлекла излюбленное орудие и на автомате перепроверила его на наличие патронов. Полный магазин заставил уголки губ невольно поползти вверх, изобразив подобие улыбки. На душе стало внезапно очень легко.

Я в своей стихии. От начала и до конца контролирую всю ситуацию, что не может не радовать.

Осматривая территорию через предварительно начищенную оптику, невольно задержала взгляд на крыше здания, что находилось напротив. У самой окраины неподвижно стоял человек. Он походил на живую статую, изваяние, и если бы на улице были сумерки, то я бы не придала этому значения. Но, чёрт возьми, в какой-то момент он сделал полшага назад, что невольно заставило сердце содрогнуться.

Сорвавшись с места, я за считаные секунды миновала хрупкую лестницу, что ведёт на самую высокую точку всего здания. Увиденное заставило застыть на месте…

На краю стоял тот, кого я так яро готова защищать, тот, кого так сильно люблю и кроме которого у меня больше никого не осталось. В нескольких сантиметрах от пропасти стоял Стефано, который от одного неугодного движения рискует сорваться и пуститься камнем вниз! 

Мозг отказывался верить в реальность происходящего, но глаза твердили об обратном, лишний раз доказывая, что это именно Он! Я не могу ошибиться, не могу спутать его с кем-то другим! Даже если передо мной поставить десятки тысяч копий, всё равно выберу настоящего Стефано!

Голова внезапно начала сильно раскалываться, перед глазами замельтешили «мошки» и в конечном итоге меня накрыла белая пелена осознания, что он не один. Их двое…Там, на другом конце два мужчины. Первым является мой возлюбленный, а второй – совершенно незнакомый человек, который порядком старше Эспозито.

Темноволосый мужчина крепко удерживал в руке пистолет, направляя его в голову противника. А он… Он безоружный! Впервые в жизни Стефано не имеет при себе излюбленного пистолета, который не раз спасал его жизнь. 

По телу побежали ужасающие мурашки, ноги стали ватными, пальцы задрожали, а глаза неприятно защипало. 

Я на автомате сделала шаг к обрыву, невзирая на то, что могу по собственной неаккуратности упасть и разбиться. Мне было плевать. Плевать абсолютно на всё. Желание и чувство долга куда сильнее всевозможных чувств. Я говорила, что в случае чего без колебаний нажму на курок, дабы устранить угрозу, дабы подарить ему ещё один шанс. И вот этот миг настал…

Глаза налились кровью, сузились, приобретая опасный прищур, брови поползли к переносице, а руки крепко обхватили плотную рукоять. Я вскинула винтовку, плотно прижимая приклад к плечу и целясь ублюдку прямо в сердце. Я была уверена в себе и своих силах. Вендетта, которая так долго скрывалась глубоко внутри, решила выйти из тени и показать величественную себя во всей красе. Хрупкая и романтичная Вивьен осталась там, в тёплой постели, плотно прижимаясь к мужской разгорячённой груди. 

– Последнее желание? – послышался отдалённый хриплый голос, что разрезал невыносимую гробовую тишину. 

– Хочу, чтобы ты сдох от самой изощрённой пытки, – в привычной для себя манере шикнул Эспозито. 

– Ты уверен? – уточнил оппонент. Ровно так же всегда переспрашивает Стефано, когда имеется скрытый подтекст. 

– Более чем, – кивнул брюнет. 

– Ты так жаждешь отобрать у меня самое дорогое, что я имею… – усмехнулся мужчина. – Я не стану тебя убивать. Это будет слишком просто. Ты недостоин такого щедрого подарка. В качестве платы я заберу самое ценное, что есть у тебя, сынок. Хочу, чтобы ты страдал, мучился всю оставшуюся жизнь…

Сознание болезненно резануло острое лезвие ножа. Мне хватило секунды, чтобы нажать на курок, после чего меланхоличную тишину разорвал оглушительный залп вылетающего патрона. Плечо повело в левую сторону, отчего подалась назад и, не удержавшись на ногах, рухнула на холодный бетон. Резкая жгучая боль начала стремительно разливаться где-то глубоко внутри, отчего я тихо застонала, в конце концов отбросив винтовку в сторону и схватившись за окровавленную рану на груди. С каждой секундой пятно расползалось всё дальше и дальше, окрашивая одежду в яркие винные оттенки. Было жутко больно, но я старалась держаться и до последнего не терять сознание.

Противник по другую сторону баррикад лежал неподвижно и не подавал признаков жизни. Значит, я всё же опередила его на мгновение.

Я выиграла, но в то же время и проиграла. Какая ирония судьбы…

****

Резко распахнув глаза, я панически оглянулась по сторонам и гулко выдохнула, осознав, что лежу в постели, хорошенько укутанная в белоснежный пушистый плед.

С полминуты поразмышляв на тему жуткого сна, я в очередной раз поёрзала на месте, подмечая слишком подозрительную тишину и тщательно заправленную кровать. Озарение пришло моментально. Путаясь в массивном одеяле, кое-как подорвалась на ноги и пулей вылетела из комнаты, меньше чем за тридцать секунд обогнув всю квартиру.

Стефано нигде не было. Я даже проверила запретную комнату, но и там его не оказалось. Отыскав мобильный, сразу же набрала необходимый номер, но абонент был вне зоны действия.

Тогда-то я удосужилась посмотреть на дату и обомлела…

«14:44. Вторник, 28 декабря».

Оу, нет! Чёрт меня дери! Я отключилась на целые сутки, потеряв драгоценное время, которое могла бы потратить на расшифровку идиотского послания! Дура-дура-дура!

Уже через две минуты я сидела на диване и переписывала замысловатое сообщение, которое успела сфотографировать за секунду до того, как Стефано засёк меня в ванной.

Какой имбецил вообще умудрился объединить то, что априори несовместимо? Что за идиотский микс? Каким же нужно быть мега-мозгом чтобы расшифровать всю эту писанину? Ах, ну да, достаточно просто быть Стефано.

Битые два часа я подбирала, как мне казалось, необходимые буквы на смену цифрам и другим символам. Несчастная ручка была безжалостно искусана, а когда-то белоснежный лист сотню раз разукрашен выдуманными узорами, которые моя рука выдавала в моменты подступившего гнева.

Единственное, что смогла разобрать – это некоторые отрывки из полноценных фраз:

«Личные подробности твоей жизни»

«Нарыть информацию»

«Заметаешь следы»

«Сил, крови и денег»

«Обострённого чувства»

«Плясать под чужую дудку»

«Деловое предложение»

«Жду тебя на Shadow Row*** – street к 18:30. Не опаздывай».

Последнее из перечисленного было главной составляющей. То, ради чего, собственно, затеяла всё это расследование. Потраченные два часа жизни не прошли даром. По крайней мере, я имела на руках адрес, где, вероятно, будет происходить встреча.

Не теряя драгоценные минуты, быстро переоделась в самую лёгкую и комфортную одежду, затянула на голове тугой хвост, шнурки на ботинках и, забросив бумажку с адресом в карман, пулей вылетела из квартиры, поспешив на улицу, где успешно уловила такси.

К Стратфорду добралась довольно быстро, минут за тридцать, не больше. Но это не меняло курс дела. У меня по-прежнему оставалось катастрофически мало времени.

В очередной раз перечитав адрес, я перешагнула порог и, глядя исключительно под ноги, по памяти, направилась в сторону лестницы. Но подняться на этаж выше было не суждено. На полпути я уткнулась в широкую грудь и в конце концов подняла взгляд вверх, встретившись с серебристыми глазами.

– Здравствуй, крошка, – тепло улыбнулся Стефано, приобнимая меня за талию. – Какими судьбами?

Я мгновенно включила внутреннюю актрису и, натянув лучезарную улыбку, мило залепетала:

– Твой телефон был вне зоны действия, поэтому я начала беспокоиться и приехала сюда, предположив, что ты на работе.

– Вот оно как, – загадочно повёл бровью Эспозито. – Убедилась в своих доводах?

– Да, – я по-прежнему улыбалась, сжимая за спиной расписной лист с расшифрованным адресом.

– Отлично. К сожалению, у меня критически мало времени, поэтому домой тебя подбросит Бонни, – Стеф кивнул в сторону русоволосого парня с глубокими зелёными глазами. Тот неуверенно помахал мне в знак приветствия, на что я никак не отреагировала. На вид юноша выглядел достаточно щупло, застенчиво и поистине безобидно. Более чем уверена, что ранее в этих краях не встречала «божьего одуванчика». Если бы Бонни действительно работал на Стефа, то я непременно выявила бы этого светлого птенчика на фоне громоздких чёрных воронов.

– Это новый сотрудник? – изогнула правую бровь я.

– Именно, – ухмыльнулся мужчина, склонившись к моему уху. – Думаю, ты уже поняла, что паренёк достаточно тонкая натура. Если ребята присвистнут на твои резвые действия, то этот поначалу может лишь ужаснуться и забиться в угол. Будь добра, не пугай малого Бонни своим буйным нравом. Не хочу, чтобы он сбежал в первый рабочий день.

– Как скоро ты вернёшься?

– Постараюсь как можно скорее, малышка, – одарив поцелуем на прощание, прошептал Стефано.

– Ты ведь не собираешься соваться в логово зверя в одиночку?– обернулась вслед уходящему Эспозито я.

– Всё в порядке, Вивьен, – сказал как отрезал брюнет, обернувшись к новому члену команды. – Отвезёшь её домой и проводишь вплоть до квартиры. Понял?

– Будет сделано, – учтиво кивнул парень, после чего Стеф ретировался на улицу.

От его улыбки меня невольно перекосило. Этот тип излучал уж слишком много позитива, отчего становилось порядком не по себе.

– Как я могу к вам обращаться?

– На «ты», – буркнула я, выглядывая на парковку, дабы убедиться, что навороченные автомобили начинают понемногу убывать. – Ты один или на вахте оставили кого-то ещё?

– Один, – как по указке ответил он.

– Уверен? – я переспросила.

– Да, – уточнил Бонни. – Мистер Эспозито сказал, что сегодня я за старшего.

Мне захотелось истерически рассмеяться. Посади Стефано сторожить добро маленькую Силицию, и то было бы намного больше толку! Выражение «Мистер Эспозито» говорит само за себя. Бонни не в курсе здешних правил и порядков. Боюсь, что его могут банально заклевать в этом месте. Да и вообще, чем довольствовался этот наивный парень, когда устраивался на работу к такому человеку, как Эспозито? И чем довольствовался этот крутой работодатель? Стефано не стал бы принимать в своё общество кого попало. Значит, вероятнее всего, Бонни всё же может похвастаться если не физической силой, то другими умениями, которыми обделены члены команды.

– Пройдёмте на парковку, мисс…?

– Зови меня просто Вивьен, – отмахнулась, словно от назойливой мухи я, провожая взглядом чёрную фурию.

– У вас довольно необычное имя.

– Знаю, – сказала как отрезала я, мысленно ликуя собственному везению. Стефано совершил огромную ошибку, оставив меня один на один с этим мягкотелым слюнтяем.

– Возможно, вы хотите согреться? Я был бы рад поухаживать за прекрасной девушкой и заварить чашку ароматного кофе, – любезно предложил он.

– Да, буду очень благодарна, – быстро отчеканила я. – Я отойду буквально на пять минут…

– Да, конечно. Уборная прямо и направо, – заявил Бонни.

«Бог ты мой, а то я без тебя не знала…» – подумала я и неспешно направилась вдоль длинного коридора. Очевидно, что и подавно не испытывала никакой нужды. Мне всего лишь нужен был предлог на время избавиться от недо-надзирателя и пробраться на склад с оружием.

Свернув налево, я практически бесшумно спустилась вниз по ступенькам и, отыскав необходимую кнопку, включила свет. Комната озарилась яркими лучами лампы, прекрасно освещая всё помещение. Далее дело оставалось за малым – отыскать излюбленную чёрную красавицу среди её дальних сородичей.

Часики тикали, время поджимало. Я старалась шевелиться быстрее, но, перебирая четвёртый десяток различных пушек, поняла, что дело гиблое. Здесь нет той винтовки, которую я ищу. Стефано определённо отложил её в более укромное место на случай, если на неё позарится кто-то ещё.

Дабы найти ответы на интересующие вопросы, я должна мыслить так, как делал бы это он.

Куда Стефано спрятал бы самую дорогостоящую вещицу, что у него есть? Какое место выбрал бы для бережного хранения своего «бриллианта»?

Губ коснулась ехидная улыбка, а уголки невольно поползли вверх, куда направились и глаза. Я подняла взгляд, внимательно рассматривая потолок и идеально ровные плиты. Интерьер выглядел достаточно аккуратно и соответствовал тому, кто его придумывал, но если включить тумблер дотошности и придирчивости, то можно завидеть единственный неровный «шов» в левом углу над стойкой со штурмовыми винтовками. Свет едва добивает в эту часть помещения, отчего маленькое безобразие практически незаметно.

Стефано – ярый поклонник возвышенности. Высота – это его стихия. Именно поэтому он поселился в самом высоком здании. Именно по этой причине по привычке складывает продукты на самую последнюю полку, до которой мне тяжело дотянуться. Именно поэтому отдаёт предпочтение морозному Валь-Торансу, а не летним Канарским островам. Именно поэтому хочет посетить Йосемити Вэлли в США. Именно поэтому он спрятал её от чужих глаз здесь, прямо у меня над головой…

Забравшись на высокую стойку, я прощупала гладкую плитку и тихо посмеялась, понимая, что это самый обыкновенный муляж, что сделан из пластика.

– А вы намного продуманнее, чем я думала, мистер Эспозито, – едко протянула я, извлекая оружие из потайного отсека. – Смотреть немного в будущее – твой конёк, Стефано. Неужто пропускал мысль о том, что я всё же ослушаюсь твоего приказа? И всё равно так опрометчиво оставил её здесь…

Ловко спрыгнув на пол, я активно зашагала по комнате в поисках сумки. Благо её мужчина забросил в шкаф с прочей ерундой, будучи уверенным в том, что не догадаюсь о замысловатом тайнике.

Обычно люди делают специальный отсек в полу, но никак не на потолке. Здесь Стефано, конечно, выделился и блеснул оригинальностью, коей ему не занимать.

На скорую руку я собрала весь комплект: полный магазин, запасные патроны, триногу и оптический прицел. Установив всё на свои места, перепроверила прицел на отсутсвие каких-либо царапин и общую исправность всего механизма.

Чёрт возьми, как же мне этого не хватало…! Поверить не могу, что ещё задумывалась на тот счёт, стоит ли вступать в новую команду, едва перегорев от предательства старой. А ведь по большей части я всегда работала в одиночку и обходилась без помощи парней. Иногда складывалось впечатление, что командная работа – это действительно не моя стезя. Но, поработав в одном тандеме со Стефано, поняла, что она может быть не только прибыльной, но и весёлой. В компании этого мужчины я готова идти против целой армии, что вооружена до кончиков пальцев.

Надеюсь, после излишнего самовольства Эспозито не будет на меня злиться. А если и будет, то хотя бы не длительное время. Как бы он не желал моего временного отстранения от службы, я не могу позволить, чтобы кто-то подстрелил его авантюрный зад.

Я уже придумала, какой подарок хочу подарить ему. А это значит, что он просто обязан вернуться целым и невредимым. Не хочу проводить ещё один Новый год в полном унынии, а ещё хуже – в больнице, сидя над душой у раненого Стефано.

Часы показывали 17:37. У меня оставалось меньше часа, чтобы подыскать транспорт и добраться на место назначения. Было бы весьма комично приехать на яркой жёлтой машине с шашечками, но боюсь, что увидев эту картину, Стефано засмеют его же недоброжелатели. Он сгорит от стыда, а дома, если нам удастся выбраться живыми – от негодования.

Забросив сумку на плечо, я удовлетворённо прикрыла глаза и развернулась в противоположную сторону, намереваясь двигаться на выход. Холодное дуло пистолета уткнулось в центр моего лба, вынуждая распахнуть васильковые глаза и посмотреть на этого отчаянного человека, который осмелился направить на меня оружие.

Я обомлела, завидев кислотные, ядовитые зелёные глаз…

Глава 5.

Его лицо было мрачное, холодное и непоколебимое. Непослушные прядки с пшеничным отливом, словно собранные на позолоченных полях, спадали на глаза, прикрывая едкие зелёные радужки, губы вытянуты в тонкую нить, ладони сжаты до побеления костяшек, а прожигающий взгляд направлен в мои глаза цвета морской волны.

Он не улыбался и не светился от счастья, как раньше, излучая позитив и несусветную доброту. Напротив, теперь-то холодное дуло пистолета плотно прилегало к моей голове.

Зная, каким чувствительным может быть курок, я пропускала мысль, что у этого имбецил по случайности может дрогнуть рука и в конечном итоге пуля подарит мне аккуратную дыру во лбу.

Удивлена? Словами не передать как! Уж от кого, но от этого человека точно не ожидала подставы и удара в спину. Даже не задумывалась на тот счёт, что он в принципе способен взять в руки оружие и встать у меня на пути.

– Опусти оружие, дурень, – холодно процедила я, не ощущая должного беспокойства. – Ты рискуешь совершить самую крупную ошибку, которая обернётся для тебя последним, что ты успел сотворить за свою недолгую жизнь.

– Зачем вы так гнусно подставляете себя и своего возлюбленного? Мистер Эспозито великой души человек, а вы пользуетесь его добротой в качестве достижения собственных целей, – нахмурился Бонни, видимо, не собираясь следовать моим указания. – Кто вас подослал, Вивьен?

Меня перекосило от сказанных слов. Великой души человек?! Возможно и так, но добродушный, как мне ранее казалось, Бонни, видимо, не знает, как Стефано расправляется со всеми, кто пошёл против него. Если бы юноша действительно имел хоть малейшее представление о том, что Эспозито в прямом смысле сжигает всех оппонентов дотла, то ни то что не направил бы на меня оружие, а вынес отсюда на руках, как истинную королеву.

– Я такой же сотрудник, как и ты, Бонни, – не сводя глаз с приставленного ко лбу пистолета, заявила я. – Опусти ствол и уступи дорогу. У меня катастрофически мало времени.

– Именно поэтому вы обманули меня и пробрались на склад? – грустно усмехнулся он. – Мне очень жаль, но, к сожалению, я не могу отпустить вас, Вивьен, иначе вся операция пойдёт к чертям. Вам стоит дождаться мистера Эспозито. Уверен, что он простит вам маленькую пакость.

– Они все отправятся в Чистилище, если я прибуду минутой позже, придирок! – рыкнула я.

До острого слуха донёсся тихий щелчок снятого предохранителя. Бонни крепко обхватил рукоять, принимая полную боевую готовность.

– Не двигайтесь, иначе я… – приказал юноша, готовый в любой момент выпустить пулю, которая оставит в моей голове аккуратную кровоточащую рану.

От нервов у меня запульсировала миниатюрная венка на лбу, зрачки сузились до микроскопических размеров, а зубы предательски заскрипели. Он препятствует, тратит драгоценное время тем самым лишая возможности спасти авантюрный зад Стефано.

– Иначе что?! – сделала полшага навстречу ему я, невзирая на то, что рука может в один момент предательски дрогнуть. – Выстрелишь?! Стреляй! Жми на курок!

Время словно остановилось. Я будто наблюдала за каждым его действием в замедленной съёмке, улавливая невидимые для обычных глаз мелочи.

В момент, когда парень положил палец на спусковой курок, намереваясь надавить на него подушечкой пальца, я со скоростью света схватилась левой рукой за чужое запястье, а правой сноровисто выбила смертельную пушку.

Теперь-то мы находились по разные стороны баррикад. Я ощутила привычное превосходство и власть над ситуацией. Бонни больше не представлял какой-либо угрозы, что не могло не радовать.

– А я ожидала больших колебаний, – рассматривая пистолет в руках, выдвинула доводы я, смерив его недовольным взглядом. – Доставай всё, что у тебя есть.

Парень судорожно порыскал по карманам и, вытащив из них кошелёк, мобильный и пачку сигарет, бросил весь этот комплект к ногам. По лбу скатилась миниатюрная капелька холодного пота, глаза нервозно забегали из стороны в сторону, стараясь не встречаться с моими, слюна смочила высохшее, словно пустыня Сахара, горло, а руки предательски задрожали, не в силах усмирить сильный тремор.

– Это всё? – изогнула правую бровь я, подавшись ему навстречу. – Ты действительно искренен со мной?

– Да, – попытался выровнять тон он, но вышло совсем неубедительно.

– Ты, должно быть, не расслышал? – звонко рассмеялась я, оголяя острые белоснежные зубы, как у самого опасного хищника на планете, демонстративно выстрелив в сантиметре от его колена. – Ты уверен в честности своих слов, Бонни?!

– Вы не в себе! – озадаченно воскликнул парень.

– Именно! – рыкнула я. – Ты начинаешь действовать мне на нервы. А знаешь, что я делаю с неугодными мне людьми?! Я их убиваю!

Юноша судорожно залез в правый карман джинс и достал связку ключей, которые агрессивно врывала из рук, словно они были волшебным амулетом удачи.

Держа его на мушке, я достала мобильный, подмечая, что наша беседа длилась целых шесть минут. Часы показывали 17:44.

– Какой из этих ключей принадлежит транспорту, на котором ты добрался сюда? – холодно бросила я.

– Третий от левого конца, – немного успокоившись, поведал Бонни, должно быть, немо радуясь, что я всё же не убью его накануне Нового года.

– Отлично, – ухмыльнулась я, крепко сжимая в ладони заветную «отмычку».

– Я могу… – парень не успел окончить фразу, так как я бесцеремонно схватила засранца за шиворот и поволокла в отдалённую часть помещения. Спустя две минуты юноша сидела на холодном полу, прикованный к батарее, как когда-то была пристёгнута я. Дабы Бонни не выбрался, перетянула тонкие запястья так, что у него немного посинели конечности. Процедура не особо приятная, но жить будет. В конце концов, я всё ещё вернусь, дабы отпустить его с временного «цепка».

– Не скучай, парень, – махнула на прощание я, но он не мог ответить из-за самодельного кляпа во рту.

В два счёта одолев лестницу, я миновала длинный коридор и выскочила на парковку. Не трудно было догадаться, какой конкретно транспорт является именно моим. Спортивный мотоцикл стоял в гордом одиночестве среди пустующих парковочных мест.

Признаться честно, сидела на железном коне всего единожды, но думаю, что управлять им не так уж и сложно. Работая на Даймонда, с машиной я справлялась на ура.

Ноги едва доставали до земли. Даже немного пожалела, что отдала предпочтение обуви на низкой платформе.

Убедившись, что байк на нейтральной передаче, я провернула ключ зажигания и дала по газам, предварительно прокручивая в голове маршрут, по которому должна двигаться в течении определённого времени. Знала, где находится теневая улица, но искренне не понимала почему выбор пал конкретно на неё. По сути, Дуглас отдал предпочтение окраине города, где практически не обитают люди. Это я могу понять. Но с другой стороны, место совершенно не предназначено для выяснения гангстерских отношений.

Выкрутив ручку газа, я разогналась практически до двухсот километров. В сознании отголоском тикал воображаемый маятник. Я не слышала ничего: ни рёв мотора, ни свист колёс, когда сбавляла на очередном повороте, и даже собственного голоса. Перед глазами флешбэками проносились отрывки из сновидения: стоящий на краю пропасти Стефано, лик его отца с такими же ледяными металическими глазами, пистолет, который он мёртвой хваткой сжимал в собственной ладони, болезненно пульсирующее сердце, винтовка, что внезапно стала невесомой, дрожащие пальцы, сбивчивое дыхание, решительный выстрел, поверженный противник, собственное падение, кровоточащая рана и родные серебристые глаза, которые внезапно потемнели и превратились в потрескавшиеся, блистающие в тусклых лучах солнца стёклышки.

Взор застелила белая пелена. На заключающем повороте байк начало клонить в левую сторону из-за жутко скользкой дороги. Я попыталась выровнять его и вернуть на прежнюю траекторию, но транспорт всячески отказывался повиноваться манипуляциям.

В какой-то момент опомнилась, понимая, что падения не избежать, но было слишком поздно. Мотоцикл вышел из под управления и рухнул на левый бок. Я попыталась взобраться на его вторую сторону, удерживаясь за руль, но байк защемил правую ногу габаритным весом, вследствие чего я рухнула на скользкий асфальт, нехило приложившись головой, и покатилась вдоль широкой дороги.

Сумка, что до этого покоилась у меня на плече, слетела, оставаясь где-то позади. Разложившись пластом от потемнения в глазах, я попыталась прийти в себя, но на то, чтобы сложить картинку воедино, потребовалось около пяти минут.

Приложив к побитой голове ладонь, тихо зашипела, поднимаясь сквозь сильную боль.

– Сукин ты сын! – рявкнула я, представляя то ли Стефано, то ли его недруга Дугласа, которого в глаза даже не видела, но уже ненавижу, то ли байк, который не удержался и так бесцеремонно доставил мне лишние проблемы.

Кое-как добралась до сумки и, перепроверив её содержимое, облегчённо выдохнула, понимая, что оптический прицел остался цел и невредим. Телефону повезло намного меньше, но благо он ещё подавал признаки жизни, и на тусклом дисплее светилась синяя точка, в роли которой в реальной жизни выступала я. Идея прогуляться пешком не казалась абсурдной, поэтому, прихрамывая, я поплелась вдоль трассы, прислушиваясь к потусторонним звукам.

До поры до времени вокруг стояла гробовая тишина, и лишь когда миновала целый километр, где-то вдали показались едва видимые силуэты. Я плохо видела, отчего не решалась высовываться, так как не была уверена, что эти люди приходятся мне союзниками, а не врагами.

Свернув на какую-то тропу, я побрела вглубь лесного заснеженного массива, мысленно проклиная себя за то, что всё это время обесценивала абсолютно все цвета, помимо чёрного. Мрачная куртка слишком сильно выделялась на фоне поблёскивающих миниатюрными блинками сугробов, отчего моя персона становилась слишком приметной для чужих глаз.

Когда до меня начали доноситься чужие голоса, я заметно притихла и постаралась двигаться как можно тише, ступая на снег, словно дикий зверь, который готовится к нападению на свою добычу и старается лишний раз не шуметь.

Моя винтовка уже давно была подготовленная для ожидаемой борьбы. Предварительно достала её из сумки и крепко сжала в руках, дабы воспользоваться в необходимый момент.

И этот момент настал.

Вскинув оружие, я посмотрела в до блеска начищенную оптику, завидев совершенно чужие лица. Здесь не было ни единой машины, которая немногим ранее покидала парковку, ни единого знакомого человека, из чего могла сделать вывод, что противник приехал раньше, дабы разложить скрытые «сети».

Почему именно такие доводы? А всё до банальности просто. Даймонд поступал так же, засылая людей, и в частности меня, на своего рода разведку. Всегда приезжала на час раньше, дабы оценить всю обстановку и в случае чего сообщить о возникших проблемах.

– Который час? – поинтересовался у приятеля темноволосый мужчина.

– Ещё десять минут, Стив, – уточнил второй.

– Предполагаю, что он слился, – выдвинул доводы некий Стив. – Дуглас утверждал, что тип очень скользкий.

– Оу, ошибаешься, – усмехнулся выбеленный блондин. – Эспозито не тот человек, который отказывается от уже забитой стрелы. Он слишком напыщенный и претенциозный, чтобы так позорно струсить и не явиться на назначенную встречу. Таким образом, он понизит себя в глазах Итана, а тот, в свою очередь, не оставит данный факт без внимания.

– Ты уже встречался с ним? – изумился мужчина.

– Да, – одобрительно кивнул его собеседник.

– И с кем же мы имеем дело, Джош? – насмешливо выдал Стив.

– Эспозито – жуткий позёр, не менее талантливый актёр, знающий, когда необходимо включить дурака, а когда вскрыть карты и продемонстрировать всем игрокам свой «флеш-рояль», – причмокнул Джош.

Я невольно усмехнулась чужим словам. А этот парень знает, что говорит. Стефано действительно тот ещё самовлюблённый артист.

– Сколько таких идиотов мы уже перестреляли… – закатил глаза шатен.

– Все те олигофрены были мнительными людьми, которые неспособны восстать против сильного противника. Но этот… – он заметно нахмурился. – Ты даже не представляешь с каким изощрённым психопатом имеешь дело, приятель. У Стефано поистине кошмарный и выдающийся мозг. Этого человека невозможно вот так сходу прочитать по глазам и обвести вокруг пальца. Он заставит тебя видеть и верить в то, что будет выгодно исключительно ему. Начнёт с малого, затем плавно перейдёт на личности, доведёт тебя до пикового состояния и затем нанесёт единственный решающий удар.

– То есть Итан выслал нас для выловки психолога? – Стив рассмеялся.

– Эспозито – отличный психиатр, когда ему это выгодно. Но ни для кого не секрет, что таким людям необходим другой мозгоправ, – отстранённо выдал Джош. – Он самый опасный человек, которого я знаю, Стив. Недооценивать его способности равно подписанию контракта своей смертности. Эспозито – роковой, устрашающий душегуб с невероятной психологической выдержкой. Он отлично умеет скрывать эмоции. Страшен не тот, кто действует решительно и агрессивно, а тот, кто хладнокровно и умиротворённо наблюдает за каждым твоим телодвижением со стороны. Люди, которые держат эмоции в узде, являются самыми разрушительными личностями. Таких невозможно прочесть и понять их истинные намерения, отчего ситуация автоматически выходит из под контроля.

– Да ладно, ты преувеличиваешь, – отмахнулся темноволосый. – Жутко интересно посмотреть на этого устрашающего «умника».

– Твоя задача не трепать языком, а при необходимости стрелять на поражение, Питерсон, – рыкнул блондин. – Переговорами буду заниматься я. Тем более у меня имеется свой козырь в рукаве, который магическим образом подействует на нашего расчётливого друга и не оставит его равнодушным.

– Понял, – кивнул он. – Значит, действуем по избитому временем плану?

– Именно, – умиротворённо согласился мужчина.

Так, стоп! О каком, мать вашу, плане идёт речь?! Где ублюдок Дуглас и почему эти имбецилы столь беспечны, зная, кто с минуты на минуту прибудет, дабы изрешетить их дурные головы?

Я судорожно отыскала в кармане мобильный и дрожащим от холода пальцами начала строчить СМС о том, что никаким Дугласом здесь и не пахнет, что это подстава. И, чёрт возьми, стоило нажать на кнопку «отправить» как гаджет мгновенно померк, оповещая об отсутствии заряда!

Мысленно обратилась то ли к Господу, то ли к Сатане, дабы СМС было доставлено, и забросила телефон в карман.

Завидев движение на безлюдной трассе, крупные бойцы оппонента выгрузились из крутых тачек, обогнув главного предводителя Джошуа, который вызвался выступать в роли переговорщика.

Бегло пересчитав всех присутствующих, я подметила, что их больше дюжины, не считая главаря. Довольно внушительная цифра.

Знает ли об этом Стефано? Предугадал заранее, что к нему на «светскую» беседу явится около трёх десятков крупных бугаёв? Как ни крути, но если бы он был один, то у него не осталось никаких шансов.

Я бросила взор в сторону дороги и завидела около шести чёрных, как смоль машин. Они остановились напротив ряда автомобилей, которые перекрывали дальнейший путь.

Затаив дыхание, я в предвкушении уставилась на двери, которые неспешно распахнулись, и на горизонте замаячил темноволосый угрюмый мужчина. За ним подтянулись остальные десять человек, но я не обратила на них совершенно никакого внимания, так как оно было приковано к Стефано.

Его лицо не выражало привычной игривой улыбки, которую он привык дарить мне всякий раз, когда мы садились обедать. Глаза не блестели, как блестят, когда лежу у него на коленях, довольно мурлыкая от приятных ласк. Тело приняло напряжённую позицию, осанка была ровной, как у натренированного солдата, тёмные брови сдвинуты к переносице, тем самым придавая лицу недовольный вид, а челюсть напряжена, вероятно, от стиснутых зубов.

В один момент мне захотелось выйти из укрытия и выложить всё как есть, всё, что успела подслушать за недолгие десять минут чужого диалога. Но я не могла. Не могла выдать свой тайник, так как моё появление вызовет шквал ненужных эмоций и в конечном итоге кровавую бойню. Если высунусь, то буду первой, кто получит пулю в лоб. Хотя бы потому, что в моих руках оружие и я не являюсь этим людям союзником. Покажись на глаза Джошу, он тут же поймёт, на чьей я стороне.

– Помнишь правила, Стеф? – подал голос Джош, неспешно направляясь в сторону Эспозито и демонстративно извлекая полную обойму патронов из своего пистолета. – Никакого оружия. Доставай все свои игрушки. Я уверен, они у тебя определённо имеются.

Эспозито молчаливо достал из-за пояса излюбленный пистолет и отбросил его в сторону, тем самым показывая свою безоружность.

Оу, мать вашу! Всё уже катится к чертям, как говорил Бонни.

– Я всегда держу своё слово, – бесцветно заявил мужчина, когда они поравнялись, остановившись в метре друг от друга, – чего нельзя сказать о вашем предводителе. Мы договаривались о личной встрече без посредников, а в конечном итоге ко мне прислали гонца.

– На то имелись свои причины. Сегодня с тобой буду говорить я, – уверенно поставленным тоном заявил блондин. – Но при условии, если твои люди опустят оружие.

Склонившись, Стефано прищурился, внимательно заглядывая в чужие глаза. По неудовлетворённому лицу я поняла, что он сделал выводы и, судя по всему, они не такие-то утешительные.

– У тебя пять минут, – сказал как отрезал брюнет, грациозно взмахнув пальцами, отчего ребята сделали два шага назад и сложили пушки. Тому же примеру последовали бойцы оппонента.

– Я прибыл с целью вернуть былую власть. Думаю, большинство из присутствующих прекрасно понимают, о чём конкретно идёт речь, но не все жаждут восстановить справедливость, – неторопливо начал мужчина, невзирая на требования соперника. – Несмотря на твои деяния, Дуглас всё же предпочёл дать тебе второй шанс и право выбора, Стефано.

– Ближе к делу, – буркнул Эспозито, не желая слушать занудные речи сноба.

– Ты слишком рассудителен и наверняка уловил главную мысль задолго до того, как выдвинулся в путь, дабы встретиться с давним знакомым, который, к сожалению, не удосужился снизойти к тебе, – меланхолично тянул Джош. – Прежде чем перейду к самой сути, хочу уточнить, просмотрел ли ты весь тот материал, который прислали на твою почту?

– Не заговаривай мне зубы, шакал, – прошипел он.

– Вижу, что определённо просмотрел. Рад слышать, – удовлетворённо кивнул посредник. – Ты невероятной скрытности человек. Даже не представляешь, сколько времени, сил и денег понадобилось, чтобы заглянуть в закрома твоего мрачного и поистине страшного прошлого.

На лбу запульсировала венка. Стефано напрягся ещё сильнее, но до последнего не подавал виду, соблюдая полное спокойствие.

Да, ему есть что скрывать. Тайны имеются у каждого. У кого-то скелеты мелкие и безобидные, а у кого-то достигли таких размеров, что не помещаются в специально выделенный шкаф. Хорошо наслышана о деятельности Эспозито и его прошлом, но если говорить откровенно, то ничего из ряда вон выходящего я для себя не выделила.

– Не хочу тебя огорчать, но вся та шушваль, которую ты так долго и тщательно собирал, мягко говоря, не впечатлила меня, – без особого интереса отозвался Стеф.

– Я ожидал подобного ответа и вижу твой отменный блеф, дорогой друг, – усмехнулся блондин, – поэтому не стану ходить вокруг да около. Я предлагаю тебе сделку.

– На все вопросы и предложения «нет», – едко протянул Эспозито. – Ты свободен. Желаю более продуктивной работы и посоветую тратить своё драгоценное время с умом.

– Я бы не был так уверен на твоём месте, – качнул головой Джош и, переняв у какого-то мужчины папку с бумагами, демонстративно помахал ею перед носом собеседника. – Это развёрнутое досье на твою персону. Впечатляет? Думаю, что да. Обычно подобным сбором информации занимаешься ты сам, поэтому я посчитал честным сделать аналогичный «доклад» относительно тебя. Желаешь ознакомиться?

– Я не скрываю своего происхождения и имени, Джош, – тихо посмеялся брюнет, сноровисто принимая тонкую папку из чужих рук.

Первые пару страниц Стефано читал без особого энтузиазма, но в какую-то секунду резко помрачнел. Серебристые глаза мгновенно поникли. Эспозито начал судорожно переворачивать страницы, со скоростью света пробегаясь по чёрным строкам, содержание которых было известно только двум людям.

– Это достаточно убедительно, чтобы ты пропустил мысль о продолжении нашего диалога? – изогнул левую бровь Джош.

– Какие условия? – оторвавшись от так называемого «досье», дерзновенно задал вопрос Стеф.

– Я предлагаю тебе честное соглашение, – с вызовом заглянул в его глаза светловолосый. – Ты прекращаешь торговлю на рынке, подписываешь контракт, собираешь все свои манатки и покидаешь страну без возможности вернуться обратно. Взамен я уничтожаю всю ту информацию, что предоставил тебе в качестве ознакомления, и даю гарантию на то, что весь тот перечень никогда и нигде не всплывёт. А если и всплывёт, то контракт будет автоматически расторгнут, и ты в своей привычной манере поквитаешься со мной, как делаешь это на протяжении долгих лет жизни.

У меня дар речи пропал от того, как быстро и невозвратимо Стефано перешёл из привычной для себя манеры превосходства в стадию равенства. Теперь-то отчётливо видела его сомнения. Ставки слишком высоки, чтобы вот так просто ответить чёткое «да». Джошуа показал нам одну сторону медали и чётко разъяснил свою позицию. Но что насчёт второй? Он не может быть уверен на все сто процентов, что Эспозито даст положительный ответ. Во что обернётся ситуация в таком случае?

Стефано тихо и зловеще засмеялся. Его лицо украсила довольно живая безумная улыбка, стеклянные глаза налились кровью, а папка с бумажной волокитой неприятно затрещала от неспешных, но в то же время резвых действий мужчины. Он разорвал её на мелкие кусочки, которые демонстративно опрокинул перед своим оппонентом.

– Я по-твоему идиот? – вопросительно изогнул левую бровь Стеф.

– Ты сам вешаешь на себя клеймо, Эспозито, – едко протянул блондин. – К слову, то, что ты только что уничтожил, является одной из сотни копий.

– Дуглас в самом деле пропускает мысли, что я откажусь от всего, что имею? Разве я похож на человека, который вот так просто отдаст какому-то старику кровный бизнес? Я похож на руководителя, который так бесстыдно предаст собственных людей? – оскалился брюнет, подавшись в сторону недруга и склонившись к его уху. – Я не продаюсь.

– Это твоё окончательное решение? – уточнил мужчина.

– Ты можешь хоть целую вечность шантажировать меня этими бумажками, но я никогда, слышишь? Никогда не опущусь до высшей степени уродства, как когда-то сделал это ты, – рыкнул Эспозито. – Даже если на кону будет стоять целый мир. Такова моя натура.

После этих слов Стеф развернулся в противоположную сторону и неспешно зашагал к своей команде.

– А что, если на кону будет стоять чужая жизнь? – окликнул его Джош. – Например, жизнь ещё совсем юной и крохотной девочки?

В эту же секунду Стефано резко остановился и медленно обернулся обратно, прожигая противника убийственным взглядом.

– Не буди во мне дикого зверя, – холодно молвил он.

– Что бы ты выбрал, Эспозито? – не прекращал язвить мужчина. – Чувство собственного достоинства, целый мир или Её жизнь?

– Пошёл к чёрту! – взревел Стефано, стремительно сокращая дистанцию. Обе стороны мгновенно среагировали и подняли пушки, направляя их в сторону друг друга.

– Я хочу услышать либо чёткое «да», либо чёткое «нет», – в очередной раз заявил оппонент.

– Я официально заявляю, что мой ответ «нет», – ядовито зашипел Стефано. – Я предельно ясно выразился? Передай своему маразматическому боссу, что если с её головы упадёт хотя бы один волос, я уничтожу его! Я сожгу весь род и не смилуюсь даже над женщинами и детьми! Я сгною вас всех!

В груди предательски закололо. Его слова болезненно впились в мою душу, оставляя на ней пожизненные следы. Никто и никогда не пытался так яро защитить меня и мою жизнь. Никто не говорил столь трогающих душу слов. Стефано готов убивать за меня ровно также как и я готова убивать за него…

Из-за обострённых ощущений уловила тихий щелчок снятого предохранителя. Мужчина, что стоял позади всех и ничем не выделялся из толпы, незаметно для взвёл оружие, переходя в стадию готовности.

Руки непроизвольно сжали толстую рукоять, вследствие чего я вскинула винтовку, плотно упираясь прикладом в правое плечо. Нет, уже не боялась быть замеченной, поскольку дело подходило к ожидаемому завершению.

Положив палец на курок, я затаила дыхание в ожидании того, что возможно и не произойдёт. Голова по-прежнему сильно ныла, но мне было просто-напросто наплевать. Руки не дрожали, дыхание было под полным контролем, а глаза смотрели в оптический прицел и на цель, отчётливо видя область поражения, а именно: сердце.

– Что ж, – развёл руками блондин, предварительно делая шаг назад. Благодаря отменной оптике, я уловила мимолётный и совсем неприметный жест в виде двух оттопыренных пальцев, что автоматически запустил в сознании обратный отсчёт, – ты прокололся, Стефано.

Секунда… Вторая… И выстрел! Тишину разрезал оглушительный залп. Меня немного повело в сторону от отдачи оружия, а снег под ногами предательски захрустел. Джошуа упал замертво, не подавая ни единого намёка на жизнь, а его прибежники ошарашенно уставились на только что убитого командира.

На асфальте стремительно разбегалась багровая жидкость, окрашивая белёсую поверхность в яркие красные тона. Стоило отстраниться от чудо-оптики как в сантиметре от лица со скоростью света прошла пуля. Я инстинктивно упала на землю, перекатываясь на другую сторону, как истинный солдат.

Началась бойня. Выстрелы эхом металась со всех сторон, смешиваясь с порывами холодного ветра. Кое-как я выбралась на трассу, панически бегая глазами по всей этой толпе, пытаясь отыскать лицо одного-единственного человека. И, чёрт возьми, его нигде не было! Эспозито словно исчез, развеялся по ветру будто его не существовало!

Ринувшись в сторону разъярённых парней, что после моего решительного выстрела устроили друг другу кровавое месиво, я бросилась защищать своих.

Прицелившись в уже знакомую морду по имени Стив, я нажала на спусковой крючок, но в последний момент оружие повело вверх, и пуля ушла в никуда из-за резкого и не менее неожиданного рывка за продолговатый ствол. Лихорадочно подняв взгляд, встретилась с металическими радужками.

Живой! Прирождённый везунчик!

– Уходим, – Стеф сгрёб меня в охапку и бросился к машине, изредка отстреливаясь от напористых преследователей.

– Нет! – воскликнула я, всячески упираясь. – Им нужна помощь!

– Ты сделала своё дело, парни справятся без тебя, – быстро отчеканил он и, затолкав меня в машину, погрузился следом, ловко выкрутив руль и выдавив газ до отказа. Колёса мерзко завизжали, словно тормозные колодки не меняли лет сто, и мы рванули в неизвестном для меня направлении, подальше от этого места.

Сердце бешено колотилось, намереваясь вот-вот выскочить из груди, виски пульсировали, дыхание сбилось. Я почувствовала прилив адреналина, которого мне, чёрт возьми, так не хватало всё это время!

Стефано светился дикой звериной улыбкой, которую привыкла величать оскалом, и гнал невесть знает куда.

Только когда мы добрались до необходимого места, и мужчина, подхватив меня на руки, вынес из машины, посадив на капот, я поняла, куда мы прибыли. Это было то место, где произошёл наш первый поцелуй. Солнце уже зашло за горизонт, а на небе начали появляться проблески мерцающих звёзд, что словно жемчуг, были рассыпаны по всему ночному небосводу.

– Я ведь приказал тебе сидеть дома! – шикнул он, размещая руки по правую и левую стороны тем самым загоняя меня в своеобразный тупик. – Какого чёрта, Вивьен?! Ты хоть понимаешь, какой опасности подвергла себя?!

– И что с того? – возмутилась я. – Ты прекрасно осознавал, что я не стану покоряться твоим указаниям. Да, я залезла в твой телефон, содрала всю необходимую информацию, расшифровала идиотское СМС, заявилась в офис, вычислила, где конкретно ты спрятал то, что должно принадлежать мне, угнала байк и самостоятельно добралась на назначенное место, подслушав весьма интересный диалог… А потом объявился ты и всё, что мне оставалось делать – это выжидать, когда подонок подаст знак для твоего публичного расстрела!

– Я запретил тебе соваться на поле боя! – не прекращал рычать Стефано, опаляя лицо горячим дыханием. – Я заранее предполагал в какую трагедию может обернуться данная встреча, и имел запасной план на случай неудачных переговоров. Я всё продумал, и в этих планах не было ни единого намёка на твоё участие. Каково бы мне было, если бы тебя засекли раньше времени? Дуглас и его умственно отсталые работники не щадят абсолютно никого. Ровно также они не пощадили бы и тебя! Хотя бы потому, что Джошуа прекрасно знает, как выглядит твоё смазливое личико. Первой, кто получил бы пулю в лоб, была именно ты! Ты это понимаешь?!

– Но ведь я хотела защитить тебя! Признай, что я отлично справилась с ролью наёмной убийцы!

– Да у меня сердце в задницу ушло, когда в сторону, откуда прогремел выстрел, полетел огромный шквал пуль, – недовольно шикнул он, вжимая меня в холодный капот. – За эти пару секунд я сотню раз проклял себя за то, что не сумел уследить за тобой и твоим фантастическим умением искать приключения на пятую точку.

– Что ты так тщательно скрываешь? – резко сменила тему, отчего Эспозито немного опешил.

– Я не хочу об этом говорить, – отстранённо буркнул он.

– Почему ты такой скрытый? – схватила за запястье я, но Стефано одёрнул руку.

– Я такой, какой я есть, Вивьен.

– Так откройся же мне! – потребовала я, крепко обнимая его за талию. – Я приму всё как есть и никогда не буду упрекать тебя за какие-либо ошибки.

– Я виноват в смертях множества людей, крошка, – в полтона отозвался брюнет, глядя куда-то вдаль. – Некоторые из них не заслуживали жестокой расправы, но я всё равно пошёл на поводу у собственных демонов, зверски избавившись от всех неугодных мне людей при этом обрывая всевозможные ниточки, которые могли бы подвести конкурентов, следствие и самых обычных людей к разгадке личности этого самого душегуба, коим являюсь я. Жалею ли? Да, но, к сожалению, я не тот, кто может даровать убитому новую жизнь. Если бы у меня была возможность воскресить хотя бы одного человека при этом пожертвовав годами своей жизни, то я непременно пошёл на столь серьёзный шаг и отдал своё драгоценное время тому, у кого так по-скотски его отобрал.

На протяжении всего откровения я молчала, внимательно вслушиваясь в каждое слово, что лилось из чужих уст. Стефано говорил сквозь ком в горле. Очевидно, что он до сих пор жалеет и не может простить себя за страшные деяния. Но ведь ужасен не тот, кто уже совершил какую-либо ошибку и с горечью признаёт свою вину, а тот, кто всячески отрицает её, вешая собственные грехи на тех людей, коим они априори не принадлежат.

Крепко сжав его в объятиях, я ласково погладила Стефано по спине, пытаясь успокоить и поддержать.

– Всем нам свойственно ошибаться, и это нормально. Да, ты совершил много плохого, за что теперь не можешь себя простить, но не стоит забывать и хорошее. Ты ведь не такой ужасный человек, каким привыкли изображать тебя твои враги. Они не знают, какой ты на самом деле. Не знают, каким добрым, заботливым, искренним и весёлым ты можешь быть. Они не знают настоящего тебя, Стефано, – я ткнула указательным пальцем в грудь, где располагается сердце, и подняла на него полные нежности глаза, – а я знаю. И с уверенностью могу заявить, что ты просто протрясавший друг и мужчина. У меня ещё никогда не было настолько близкого душе человека…

– А у меня не было девушки-следователя, которая за столь короткий промежуток времени раскрыла запутанное дело и умудрилась искусно обвести вокруг пальца две опасных группировки, – тепло улыбнулся брюнет, крепко прижимая меня к своей груди и зарываясь в ломкие от холода волосы. – Ты удивительная…

Словами не передать, как была счастлива в этот момент. Счастлива, потому что он здесь, цел и невредим. Такой родной и, что самое главное – живой. Стоит рядом, по привычке перебирая выбившиеся прядки моих волос.

– Поцелуй меня, – требовательно потянула за рукав куртки я, дабы мужчина опустил свой взгляд на несколько десятков сантиметров ниже.

Довольно ухмыльнувшись, Стеф жадно прильнул к устам, опаляя губы сладким мятным дыханием, что мгновенно вскружило голову. Подавшись навстречу страсти, я крепко ухватилась за широкую шею, что Эспозито воспринял как зелёный свет, и ловко подхватил меня на руки, впиваясь в округлые бёдра.

– Ты даже не представляешь, как сильно я возжелал тебя в момент, когда ты начала повышать свой прелестный тонкий голосок…

Глава 6.

Канун Нового года

Я проснулась рано-рано утром по зову неугомонного будильника. Он магическим образом подействовал на сознание, отчего поднялась в первые секунды, словно солдат, который обязан успеть одеться и заправить постель без единой складки, пока горит огонь миниатюрной спички.

Стефано ушёл несколькими часами ранее, предварительно прошептав мне ласковые, греющие душу и хрупкий сон слова.

Я не тревожилась, так как понимала, что сегодня он волей-неволей, но всё же вернётся домой, так как не сможет придумать весомое оправдание своему отсутствию. Да и, откровенно говоря, у меня не было времени и желания на навязчивые звонки с вопросом, куда на этот раз его занесли черти.

Несмотря на ранний час, оживлённо бегала по квартире с чашкой ароматного кофе и телефоном в руках. Ровно через полчаса я должна быть у торговой лавки с душистой выпечкой.

Не теряя ни минуты, я допила остатки терпкого кофе, натянула джинсы на отъеденную задницу и укуталась в массивный свитер Эспозито, который без особых усилий отжала ещё в Финляндии. После чего накинула тёплую куртку, пушистый шарф и выскочила на лестничную площадку. Спускаться лифтом не захотела, так как предположила, что он и так будет забит до отказа в столь знаменательный для всех день.

У Лоуренса выходной, поэтому на смене была совершенно незнакомая женщина, которая, откровенно говоря, не жаловала мою персону. Она в принципе никого не жаловала. Молча провожала недовольным взглядом, словно все должны ей долг ценою в миллион долларов. Эта бабуля как раз таки из разряда тех вредных старух, которые требуют уступить им место в метро, аргументируя это тем, что дряхлые ноги не смогут выдержать пятиминутную поездку. Ну не абсурд?

Мама всегда твердила, что старших нужно уважать и при необходимости помогать пожилым людям. Но после случая в автобусе, когда одна такая «немощная» женщина бесцеремонно уселась на меня своим толстым задом и чуть ли не на голову забросила габаритную сумку, я начала перебирать, и с тех пор не предлагаю занять своё честно выдранное зубами место кому попало.

Вся ирония в том, что эти «слабые» люди строят из себя тяжелобольных, но на своей остановке слишком оживлённо вылетают за пределы транспорта и, как заядлые спортсмены, бегут на рынок, попутно подбирая подол платья, дабы ненароком не наступить на него и не покатиться по тротуару, как шар в боулинге.

Невзирая на напыщенную старуху, я прошла мимо и живо побежала на улицу, громко захлопнув дверь из плотного стекла.

Погода оказалась в действительности новогодняя. На улице с самого утра шёл сильный снег, отчего холодные хлопья застилали пышные ресницы и перекрывали половину обзора. Вокруг бурно метушились люди, бегали радостные дети, требуя у родителей заскочить в ближайший продуктовый за желанными сладостями и подарками. Мужчины почёсывали затылки от списка длинною в два метра, а женщины наверняка во всю гоняют на кухне, колдуя над праздничными шедеврами и традиционными блюдами. Повсюду играла новогодняя музыка, звенели мелодичные колокольчики и нередко встречались красные шапочки с белоснежными пышными бубонами.

Я же сломя голову неслась целый квартал, не желая опоздать на назначенную встречу.

К кому так спешила? К некому Честеру. Нет, это не тайный любовник, а верный работник Стефано, которого он загрузил и отправил за покупками перед поездкой в детский дом.

Даже не догадываюсь, как он выглядит, но как только увижу самого затурканного человека среди огромной толпы, то стазу же пойму, что он тот, кого ищу. Думаю, не трудно выявить отца троих детей. Наверняка у него в правом кармане список продуктов, в левом аналогичный перечень, но уже подарков, а на лице огромные синяки под глазами от вечного недосыпа.

К огромному сожалению, в связи с недавними событиями Стеф практически всегда пропадает в офисе, разгребая потоки доставленных проблем. В тот вечер полегло немало людей, отчего на место перестрелки нагрянула полиция, и Эспозито пришлось не хило попотеть, дабы замять столь громкое и крупное массовое убийство. Даже не спрашивала сколько он заплатил за всё это удовольствие, но могу предположить, и цифра будет поистине внушительной.

Я же всего раз приезжала его навестить и поболтать с ребятами, которые после моего неожиданного и не менее феерического выстрела чуть ли на руках меня не носили. Парни были приятно удивлены и не скрывали своего восторга. Стефано отмалчивался, лишь украдкой глядел в мою сторону и удовлетворённо кивал головой. Даже категоричный Феликс восторгался моему ювелирному выстрелу, решительности и неподдельной смелости. Меня же не особо беспокоило чужое мнение, ведь при желании я могла самостоятельно выяснить конкретику той или иной ситуации и явиться на назначенное место без всякого на то предупреждения.

Видели бы вы лицо Эспозито, когда он обнаружил на складе обмякшего Бонни, прикованного к батарее с кляпом во рту. Во всей суматохе я и вовсе забыла о том, что связала его по рукам и ногам, отчего несчастный паренёк просидел в подвальном помещении не меньше пяти часов. После того, как ребята дружно освободили его, я, естественно, извинилась, но он на удивление не стал таить обиду и лишь неловко улыбнулся, видимо, смущаясь тому, что его отделала девчонка.

После случившегося Стефано хотел уволить парня, что в первый же день не справился с поставленной задачей – доставить меня домой. Но я вступилась за него, и в конечном итоге Эспозито пришлось оставить мягкого Бонни на прежней должности. Иначе я бы ещё долгое время медленно и мучительно выедала ему мозг самой маленькой воображаемой ложечкой, которую только можно представить.

Даже сегодня Стефано ни свет ни заря помчался в Стратфорд явно убеждённый в том, что я буду спать минимум до обеда. Но не тут-то было! Я вскочила через два часа после его отъезда и уже во всю мчала по заснеженному скользкому тротуару на встречу к Честеру.

Каким образом умудрилась добыть его личный номер телефона? Ох, лучше не спрашивайте… Со скоростью света перерыла телефонную книжку Эспозито и с божьей помощью отыскала зашифрованные инициалы.

Поначалу он даже удивился, услышав на том конце провода совершенно незнакомый женский голос. Но стоило мне озвучить своё имя, как мужчина резко подобрел, но переступить тонкую грань формальности всё же не решился. Я попросила его о личной встрече на что мужчина, возможно и нехотя, но согласился.

Для чего оторвала его от дел накануне праздника? Здесь всё банально просто. Честер – единственный человек, который может помочь мне в таком сложном деле, как выбор подарка. За день до встречи с ним я ненавязчиво выпытала у Стефано поверхностные подробности его личной жизни и поняла, что не ошиблась. Молодой человек оказался примерным и ответственным семьянином, отчего уверенности весьма прибавилось. Я не прогадала. Да и по сути, обратиться мне больше не к кому.

С некоторых пор у меня не осталось ни единого приятеля, ведь все ребята из «Ripper-Snake» гнусно предали меня, за что по сей день не могу их простить. Новые коллеги точно также загружены работой и пашут в одном тандеме со своим боссом. Единственным, кого освободили от этих «мучений» является Честер. Стефано посчитал, что у него и так достаточно хлопот с семейством, поэтому без каких-либо колебаний дал приятелю отгул в честь огромного праздника. Мне же это было только на руку. Не звать же на шопинг нудного Кларка, верно? Да он мне все уши прожужжит со своими советами и поучительными нотациями.

Перебегая дорогу, я ловко перепрыгнула небольшой бордюр, ступив на скользкий тротуар. Как назло, ноги разъехались в разные стороны, отчего неуклюже попятилась назад, опрокидываясь, как корова на льду. Чья-то массивная рука ловко подхватила меня в момент падения, но я даже не успела ничего сообразить и оказалась прижата к крепкому плечу.

Устремив взгляд вверх, завидела темноволосого мужчину лет тридцати пяти. Он глядел на меня своими серыми, как пасмурное небо, глазами, излучая нотки беспокойства.

– Вам стоит быть немного внимательнее, юная леди, – тепло улыбнулся он, позволяя мне выпрямиться в полный рост. Как ни крути, но я едва достигала его плеча. Брюнет был на несколько сантиметров ниже моего возлюбленного, но как такового различия не чувствовала, если не считать конкретно нашей разницы.

– Прошу прощения, но я очень спешу, – отстранилась я, не желая испытывать сильную близость с совершенно незнакомым мужчиной и собираясь поскорее сбежать.

– Верно, вы спешите ко мне, Вивьен, – подмигнул молодой человек, и я вновь обернулась к нему лицом, чувствуя некую неловкость.

Да, бежать на встречу чёрт знает к кому, то ещё дело…

– Оу, я и вовсе не узнала вас, – озадаченно почесала затылок, понимая, в какой глупой ситуации оказалась.

– Это вполне нормально, – усмехнулся Честер. – Мы виделись всего единожды, но вы не придали этому никакого значению, так как были увлечены своим мужчиной.

– Видимо, у меня весьма скверная память, – я усмехнулась.

– Со временем вы свыкнитесь и начнёте запоминать новые лица. А сейчас, пользуясь случаем, – брюнет протянул мне свою ладонь, – рад знакомству.

– Взаимно, – на автомате ответно пожала руку. – Надеюсь, я не оторвала вас от важных дел? Возможно, вы могли подумать, что отказ как-то повлияет на нынешнюю должность, но…

– Я всё понимаю, – перебил он, зазывая взять себя под руку. – Вам не стоит переживать по этому поводу. Я привык к постоянной загруженности и не чувствую должной усталости. К тому же Стефано дал мне отгул, хотя я искренне не хотел отлынивать от работы, когда все остальные вкалывают, как черти в аду. Сочтём нашу встречу, как единичную смену в обязанностях.

– Просто хотела сказать, что у вас было полное право отказаться, – дополнила я, нерешительно взяв его под руку.

– Я не мог отказать девушке в помощи, – заявил Честер, неспешно шествуя вдоль скользкой аллейки, крепко удерживая меня, дабы не поехала и в худшем случае не разбила нос.

– Спасибо, – слабо улыбнулась в ответ я, глядя куда-то вдаль.

Честер в действительности оказался довольно уравновешенным и воспитанным человеком. Будь я немного другого поля ягода, порядком поспокойнее, хранительницей домашнего очага, то с уверенностью могу заявить, что положила бы глаз на этого мужчину. Возможно, после столь откровенных мыслей многие забросают меня камнями, но, по крайней мере, я честна с самой собой. Честер понравился мне не только как человек, но и как мужчина. Увидев и немного пообщавшись с ним, любить Стефано, конечно, я не перестала, но как женщина оценила чужую обаятельность.

– Я понимаю, что данный вопрос прозвучит весьма некорректно, но интерес душит меня с того самого дня, как впервые увидел вас в деле, – спокойно начал он. – Скажите, Вивьен, как вы пришли к решению вступить в наши ряды? Мне ни разу не доводилось видеть девушек в подобных группировках.

Я замялась. А что сказать? Что целый год прислуживала кровожадному наркодилеру, безжалостно спуская курок по щелчку пальцев за приличные гроши? О столь масштабном факте не в курсе даже наш общий босс.

– Я не могла оставаться в стороне и молча наблюдать за проблемами возлюбленного, – предпочла недоговорить толику правды. – Так уж исторически сложилось, что я просто обожаю острые авантюры. Возможно, таких достаточно много, просто вы не наслышаны.

– Почему же? Наслышан, – усмехнулся брюнет. – Но опять же, это всего лишь слухи.

– О чём конкретно? – полюбопытствовала я, испытывая дикий интерес.

– Видите ли, годом ранее криминальный мир облетело известие о появлении неизвестного снайпера-убийцы, – начал издалека Честер. – Лично мне не приходилось сталкиваться с этим человеком, но я искренне восторгаюсь его дьявольской удачливости, умению не оставлять совершенно никаких следов и при этом соблюдать полную анонимность.

Лицо перекосило. Перекосило так, словно меня принудительно заставили съесть три кислых лимона.

Годом ранее, снайпер, полная анонимность…? Да это же, чёрт возьми, моя негласная биография! Не особо вдавалась в подробности, существуют ли в Стратфорде аналогичные наёмники, но всякое бывает. Не стоит забегать наперёд, недослушав человека до конца.

– Личность по сей день не установлена?

– Именно, – кивнул он. – Никто не имеет ни малейшего понятия, кто так искусно владеет огнестрельным оружием. Люди делятся на два лагеря: мужчина, либо всё-таки женщина. Вы мало знаете о преступном мире, поэтому вряд ли в курсе того, что анонимат держится не больше месяца-двух. Здесь же совершенно другой случай. Прошёл год, а этот неизвестный стрелок всё ещё не обнаружен. Поразительно, не правда ли? Я знаю многих, кто жаждет выяснить её или его личность, но никому этого сделать так и не удалось.

– Неужели нет совершенно никакой информации, тонкой ниточки, за которую можно ухватиться?

– Мне известно лишь прозвище, но оно может являться ложным. Мы не можем бать уверены в правдивости на все сто процентов.

– Поделитесь?

– Этот некто зовёт себя «Вендеттой», – заявил Честер, и у меня перехватило дыхание.

Каково же будет его удивление, узнай он, что этот неуловимый хладнокровный убийца сейчас держит его под руку. Как бы мужчина отреагировал на новость о том, что Вендетта шагает с ним ногу в ногу? Удивился? Думаю, он был бы шокирован столь феноменальным открытием.

Я и есть та самая анонимная личность. Беспощадный стрелок – это я. Я и есть та самая неосязаемая Вендетта, которая не удосужилась оставить ни единой зацепки собственным врагам для дальнейшего поиска и в конечном итоге желанной кончины.

Хотелось провалиться сквозь землю. Поток совершенно несуразных мыслей накрыл с головой, отчего я отключилась от реального мира.

– Вы неважно себя чувствуете? – обеспокоенно поинтересовался Честер.

– Всё отлично, – сказала как отрезала я, отрицательно мотнув головой. Меня словно окатила некая паранойя и беспокойство. Если мыслить более глубоко, то в криминальном обществе всё же существуют люди, которые отлично знают, кто такая эта самая неуловимая Вендетта.

Ребята из «Ripper-Snake» знают не только моё полное имя, но и возраст, бывшее место жительства, любимый кофе и даже модель орудия, коим, собственно, и уничтожала всех неугодных Морису людей. Что, если они вскроют карты и огласят личность той, что так бесцеремонно истребляла всех без перебору? Тогда-то у меня будут настолько крупные проблемы, которые даже вообразить страшно. Наверняка на Вендетту объявят самую настоящую охоту. Любопытно, сколько стоит моя голова? Чёрт, о чём я вообще думаю?!

За этими разговорами и размышлениями не заметила, как мы добрались до необходимого адреса в частном секторе. На самом конце улицы находился небольшой, ничем непримечательный домик.

Поднявшись по ступенькам, я негромко постучала по гладкому дереву костяшками пальцев и начала выжидать. По ту сторону кто-то активно зашевелился, и в конечном итоге нам открыл дверь какой-то старик.

– Здравствуйте, – поздоровалась я, – мы по поводу объявления о продаже щенков.

– Привет, деточка, – добродушно заулыбался дедуля, уступая нам дорогу. – Проходите в дом.

Честер учтиво кивнул, позволяя мне первой переступить порог. Когда дверь захлопнулась, я бегло огляделась по сторонам, оценивая обстановку. Дом довольно старенький, ровно также как ремонт, но не менее уютный и притягательный. В воздухе витает приятный запах душистой свежей выпечки и аромат молоденькой сосны, а на фоне играет старый проигрыватель.

Минуя кухню, я завидела пожилую женщину, что хлопотала над новогодними закусками. Долго пялиться не пришлось, так как путь мы держали, по всей видимости, в гостиную.

– Не стесняйтесь, – залепетал дед, указывая на самую дальнюю комнату, – сорванцы обитают вон там.

Стоило мне переступить уже второй по счёту порог, как за цветастый красный носок кто-то крепко ухватился, намереваясь внаглую отобрать его. Я опустила взгляд на правую ногу и завидела маленький тёмный клубочек. Миниатюрный щенок напористо тянул меня за ногу в попытке привлечь к себе внимание. Губ коснулась тёплая улыбка, и я присела на корточки, оттягивая настырного нападающего подальше от пострадавших носков. Ещё совсем крохотный миниатюрный проказник глядел на меня своими большими карими глазами, излучая детскую радость.

– Вот это успех! – воскликнул дед. – Не думал, что тебя так быстро захватят в плен.

Не придала его словам сильного значения, так как была увлечена малышом у себя на руках. Пушистый друг потянулся к моему носу, бесцеремонно подарив свой первый «поцелуй».

– Вижу, вы уже нашли, кого искали, – удовлетворённо шепнул Честер мне на ухо, искренне умиляясь нашей заинтересованности друг в друге. – А утверждали, что не уверены в правильности своего выбора.

– Но я действительно ничего не смыслю во всей этой теме, – призналась я, рассматривая щенка со всех сторон. – Мне нужен чистый доберман. Но я не уверена, что это действительно он.

– Вы не прогадали, – заявил мужчина. – Это и есть доберман.

– Но ведь у данного выводка уши должны смотреть исключительно вверх, а у этого они безвольно пали вниз, – огорчённо выдала я.

Нет, малый и вправду мне понравился. В любой другой ситуации я бы без колебаний согласилась взять на своё попечительство именно его, но изначально имела цель и планы на конкретную породу. Как бы ни хотелось, но отказаться от предпочтений попросту не могу. Стефано нужен конкретный пёс. Да, возможно, он обрадуется любому четвероногому другу, но я хотела, чтобы собака была идентична той, что изображена на детской фотографии.

– При рождении они находятся в спокойном состоянии, но при желании всегда можно установить специальный самодельный механизм, благодаря которому уши приобретут желанный для вас вид, – разъяснил мужчина. В этот момент почувствовала себя отсталой от жизни дурой. Выходит, разновидности патронов выучить умудрилась. А то, что эти собаки отроду не имеют заострённых ушей, за восемнадцать лет так и не выяснила.

– Я уже около десяти лет вывожу данную породу, деточка, – отозвался дедуля. – Бери, не пожалеешь. Выжловка очень добрая и любвеобильная, а вот выжлец весьма эксцентричный и характерный.

Невольно вспомнила своеобразного Эспозито, который тоже может похвастаться своим очень интересным и не менее переменчивым характером. Не зря ведь говорят, что собаки похожи на своих хозяев.

– Я хочу этого, – прижав к груди комочек счастья, дала окончательный ответ я. – Сколько с меня?

– Оу, не дури! – возмутился седоволосый мужчина. – Я не возьму с тебя ни гроша.

– Но ведь речь идёт о продаже.

– В честь грядущего праздника хочу преподнести тебе подарок, деточка, – заулыбался он. – Собаки чувствуют хороших людей. Судя по тому, как этот мелкий шалопай бросился к тебе в ноги, ты очень добрая. Твоя душа чиста и непорочна.

У меня ком встал посреди горла. Хотелось убедить его в обратном. Сказать, что не заслуживаю такого огромного подарка.

Почему? Потому что бессердечно убиваю других людей при этом взимая баснословную плату. О какой чистой и непорочной душе может идти речь? Я хладнокровная и алчная убийца, что получает наслаждение от страшного процесса.

– Я заплачу, – уверенно заявила я.

– Нет, – наотрез отказался дед. – Забирай малышню и дуй домой. Новый год на носу!

Не успела рот открыть, как на плечо легла массивная ладонь, что напористо притянула к себе.

– Огромное вам спасибо, – поблагодарил Честер и подтолкнул меня в сторону выхода. Руки были заняты маленьким карапузом, и как бы ни старалась, но кошелёк достать не удалось. Упёртый дед предоставил тёплый плед в который укутал так называемый «подарок» и вытолкал нас за дверь, не желая принимать ни единого доллара.

Я шла, крепко прижимая к груди миниатюрный клубочек любви. Малыш тулился ко мне, как к родной матери, изредка выглядывая на оживлённую дорогу и прохожих. Видимо, он впервые выбрался за пределы тёплого домика, отчего испытывает дикий интерес.

– Спасибо тебе, – не отрываясь от щенка, поблагодарила коллегу я, позабыв о какой-либо формальности. – То есть вам…

– Всё в порядке. Если вам комфортнее обращаться ко мне на «ты», буду только рад, – заверил брюнет, сворачивая на очередную улочку.

– В таком случае тебе стоит тоже опустить формальности, – улыбнулась я.

– Как пожелаешь, – ответно усмехнулся молодой человек. – Возможно, это не моё дело, но почему выбор пал конкретно на немецкую служебную породу? Не пойми неправильно, но у меня у самого два взрослых пса среди которых имеется аналогичный индивид. Доберман – это по своей природе очень грациозный и благородный пёс. Я взял щенка исключительно из-за желания дочери. Она вынесла мне весь мозг, при том, что у нас уже была одна собака. Не обошлось и без подводных камней. Доберманы очень эксцентричны, активны, энергичны, бдительны, умны и не менее опасны. Здесь две стороны медали: воспитание либо равнодушие. Думаю, ты понимаешь, что собак нужно воспитывать ещё в раннем возрасте. В противном случае, если хозяин пренебрегает этой важной составляющей, то его четвероногий друг будет неуправляем. Если миниатюрные собачки, которых мы привыкли видеть на руках у расфуфыренных дам, ещё не представляют угрозу для общества, то такая порода, как доберман, является одной из первых в этом списке. Они отлично распознают сильнейшего члена семьи и подчиняются исключительно ему. Эти собаки весьма агрессивны. Если хозяин пустит всё на самотёк, то пёс вырастет уродливым и совершенно невоспитанным, что будет представлять угрозу обществу. Не исключены нападения на самого хозяина. Собака может воспринимать как потенциального врага руку, которая её кормит. Естественно, переживая постоянные побои и агрессию в свою сторону, пёс вырастет враждебным и устрашающим убийцей. Поэтому очень важно воспитать этого малыша правильно, Вивьен. Как ни крути, но Стефано может быть банально некогда заниматься дрессировкой пса.

– Ты не знаешь его, – с серьёзным видом заявила я.

– Я работаю на Эспозито пять лет, – тихо посмеялся он.

– Ты знаешь его как грозного и непредсказуемого босса, – уточнила я, – а я, как человека с обострённым чувством ответсвенности за чужую жизнь.

Глаза собеседника округлились до размера пяти копеек.

– Вот оно как… – озадаченно пробубнил Честер.

– Тебя так удивляют мои слова?

– Нет, ты права. Стеф действительно добросовестный руководитель, который неравнодушен к судьбам своих сотрудников.

– Расслабься, – махнула ему я. – Я наслышана о его радикальных методах.

– То есть…?

– В курсе, что Эспозито без зазрения совмести травит, испепеляет и сжигает своих оппонентов, – беззаботно заявила я.

Честера перекосило от моего дикого спокойствия.

А чего ожидать от девушки, которая вызвалась работать снайпером и прикрывать мужские задницы? Естественно, будь я совершенно обычной дамой, то наверняка пришла бы в ужас, но тогда мы бы и не познакомились.

– И как ты к этому относишься? – осторожно поинтересовался мужчина.

– Я снайпер, – тихо посмеялась я. – Иначе мы бы не встретились.

– Это точно, – слабо усмехнулся он.

Весь оставшийся путь мы провели за дружелюбной беседой. Честер рассказывал о своей семье и детях. Вот так и узнала, что его жену зовут Ребека. Она чистая брюнетка и, к слову, тоже наполовину итальянка, которая подарила ему чудесных ребятишек по именам Франческа, Томас и Валентино. Не знаю, почему, но думаю, что Честер отличный отец и любящий муж. Он показал себя как открытого, доброго и отзывчивого человека, который не пройдёт мимо чужой беды.

Мужчина проводил меня до самого дома, после чего мы попрощались, пожелав друг другу удачных проводов уходящего года.

Словами не передать, какую радость испытала, когда завидела на вахте не недовольную старушку, а излюбленного Лоуренса.

– Здравствуйте! – воскликнула я. – Я думала, что у вас сегодня выходной.

– Привет, дочка, – поздоровался мужчина. – К сожалению, моей коллеге стало нехорошо из-за чего пришлось вернуться на пост.

Мысленно прокляла несносную бабку за то, что женщина вынудила дедулю выйти на работу в её смену.

– Вы вольны отказаться.

– Оу, я обожаю свою работу, деточка. Для меня только в радость повидаться с тобой и Стефано. К слову, где этот мерзавец? Небось, снова сбежал на работу? Так я сейчас ему позвоню и скажу, чтобы бросал все дела и пулей летел к тебе. Негоже оставлять любимую один на один с домашними хлопотами в канун Нового года, – Лоуренс начал шарить по карманам в поисках старенького мобильного.

– Нет-нет-нет! – оборвала его я. – У нас всё под контролем. Он обещал вернуться до захода солнца.

Внезапно махровый плед активно зашевелился, и наружу вылезла миниатюрная чёрная головка.

– Вот это да! – умилился дед. – Неужели у вас пополнение? Стеф в курсе, что ты приволокла ему это чудо? Предупреждаю, он ярый перфекционист и явно не потерпит шерсти в своей квартире.

– Нет, он не знает. Это мой подарок на грядущий праздник.

– Никогда бы не подумал, что Эспозито поклонник четвероногих друзей, – изумился усач. – Почему именно доберман?

– Потому что этот пёс – символ его счастливого детского прошлого, – грустно улыбнулась я, прижимая к себе щенка, который ответил взаимностью.

– И где же ты собралась прятать такой активный подарок? – усмехнулся дедуля, потрепав животное по короткой шёрстке.

А действительно, где? Какой же это будет сюрприз, если Стефано обнаружит его раньше времени, переступив порог своего жилища? Наверняка малый будет внаглую отбирать у него носок, ровно так же, как отбирал у меня.

– Я и не подумала об этом, – сконфуженно призналась я.

– Давай так, – подался навстречу собеседник, – я пригляжу за твоим пушистым другом, а за пять минут до курантов спустишься за ним.

– Разве вы не собираетесь справлять Новый год в кругу семьи?

– Моя дочь прибудет ближе к двенадцати, возможно, немногим позже. Поэтому ты можешь не волноваться на этот счёт, – заверил Лоуренс, протягивая руки, дабы перенять недавно приобретённое живое «сокровище». – Думаю, мы отлично поладим в твоё отсутсвие.

Я доверчиво заулыбалась, передавая свёрток своему пожилому приятелю.

– Вы можете заскочить к нам, – дружелюбно предложила я. – Думаю, Стефано не будет против гостя и с радостью примет вас в нашу компанию.

– Спасибо, деточка, но полагаю, что вам и без меня будет чем заняться, – хитро повёл бровью он. – Беги и не накручивай себя. С малышом будет всё в полном порядке.

Естественно, я сбегала домой и принесла крохе воды и еды, сотню раз поблагодарив неравнодушного Лоуренса за его доброту.

Весь день вплоть до четырёх часов, была занята уборкой. Драила и до того чистые шкафы со столешницами, мыла полы и протирала невидимые пылинки. Не было ни единой минуты, чтобы присесть и перевести дух.

Что насчёт списка продуктов? Он получился неописуемых размеров! Так уж исторически сложилось, что в одной квартире собрались люди разных национальностей. Следовательно, у каждого имеются свои традиции и предпочтения. Благо Стефано не особо привередлив и практически всеядный. Но работает эта функция лишь в том случае, если он готовит в одиночку. В прошлый раз он даже не скривился от приготовленного мной супа, поэтому полагаю, что проблем с готовкой не возникнет.

Я сгребла своё ничего в охапку, а конкретно: кошелёк, мобильный, ключи и метровый список, после чего побежала в прихожую, находу накидывая на плечи куртку.

Спешила. Жутко спешила, так как время катастрофически поджимало, а на стол можно было поставить разве что тарелку с воображаемыми фруктами.

Внезапно входная дверь распахнулась, и на пороге показался Стефано. В правой руке мужчина держал два доверху набитых пакета с продуктами, а в левой – громоздкую пышную ёлку, которая была аккуратно связана тоненькой верёвочкой.

– Решила сбежать, как невеста из под венца? – усмехнулся Эспозито, стягивая излюбленный итальянский шарфик. – Не выйдет, крошка. Этим вечером я никуда тебя не пущу. Ты полностью в моей власти.

– Ты действительно купил её для меня? – мои глаза заблестели, словно у малого ребёнка, которому подарили долгожданную игрушку.

– Конечно, – тепло улыбнулся молодой человек, подталкивая меня в сторону зелёной красавицы. Дабы в полной мере рассмотреть её, мне пришлось запрокинуть голову вверх. Эта ёлка была вдвое выше меня. Не меньше двух метров. Возможно, даже больше.

– Спасибо, – тихо прошептала я, крепко обхватив любимого за талию и прижавшись к широкой груди.

– Это меньшее, что я мог для тебя сделать, – не нарушая тишину, прошептал Стефано, поглаживая меня по шелковистым волосам. – Как-никак это наш первый Новый год. Хочу, чтобы ты не чувствовала дискомфорта, а просто наслаждалась атмосферой.

– Жутко смешанные чувства. Для меня всё словно в новинку…

– Всё будет в лучшем виде, Вивьен, – чмокнув в макушку, заверил Эспозито.

Глава 7.

Стефано Эспозито

Когда я узнал, что Вивьен собралась сбежать от меня в совершенно другую страну, то сразу же поставил девчонку перед фактом, что не пущу её одну. Мысль, что мелкая соберёт тревожный чемоданчик и поедет в Финляндию фактически в никуда, искать уже несуществующего человека, никак не грела моё заледеневшее сердце.

Как бы Нэри не противилась, но мне всё же удалось уговорить её на свою компании, и она, возможно, нехотя, но согласилась. В конечном итоге я заказал два билета, и мы благополучно добрались в аэропорт. 

В любой другой ситуации я бы посоветовал своей спутнице немного придержать коней, так как организм ослаблен и общее состояние заставляет желать лучшего. Но малышка Виви в привычной манере была всё такой же непреклонной, отчего даже не стал пытаться и молча согласился с чужими порывами ехать чёрт знает куда. 

Признаться честно, был удивлён её спокойствием и выдержкой. Зная, каким мучительным и поистине адским бывает отход от наркоза, девчонка ещё неплохо держалась по сравнению со взрослыми мужиками, которые рыдали огромными слезами и вскарабкивались на самый потолок. Иногда испытывал испанский стыд, наблюдая за тем, как мои ребята ахают и охают, словно каждому медленно отрезают по одному пальцу, а не обрабатывают раны полюбившейся всем зелёнкой. Взрослые мужики, а реакция, как у малых детей. Позорище…

Монтгомери доставил крошку в столицу в побитом, совершенно ненадлежащем виде из-за чего мне пришлось сломя голову ехать в больницу. Естественно, я волновался из-за её тогдашнего состояния. Вивьен словно побывала на войне в качестве пехотинца.

При виде девушки Брент предпочёл отмолчаться, но я подметил его искреннее удивление и напряжение. Ещё бы, ведь впервые за все годы знакомства Эспозито привёз на лечение не взрослого бугая, а крохотную девушку. 

Как и было договорено, Мэйсон без излишних вопросов подлатал малышку Виви, после чего я выпроводил мелкую, а сам остался на беседу с приятелем. Мужчина с серьёзным выражением лица попытался объяснить, что ножевое ранение и выломанные пальцы – результат не обычной неосторожности, а видимые следы противостояния и драки.

Хах, в какой-то момент мне показалось, что он принял меня за дурака, который не осознаёт столь очевидные вещи. А то я без него не догадался бы, что малышка Виви умудрилась вляпаться в очередное дерьмо. Да, это вполне в её стиле, интересах и умениях. 

Врач посоветовал запереть неугомонную Нэри подальше от цивилизации, дабы она не нашла лишние приключения на свою непутёвую задницу.

С чем связаны его настырные недо-советы? А Мэйсон банально не хочет связываться с этой непоседливой девушкой, опасаясь моего осуждения по поводу его ювелирной работы. Здесь-то он не прогадал. Естественно, мне чертовски принципиально, чтобы работа была выполнена в лучшем виде. Во-первых, Вивьен должна чувствовать себя комфортно и не испытывать пристальные взгляды чужих людей, в глазах которых читается неподдельная жалость. Во-вторых, её тело должно не огорчать её саму, напоминая о не самых радушных моментах жизни. В-третьих, я плачу этому придурку нехилые бабки, поэтому он просто обязан оправдать все мои ожидания.

Я напоил Вивьен успокоительным и обезболивающими, что приписал Брент, вследствие чего девушка задремала и хоть немного, но отдохнула.

Ближе к вечеру мы прибыли в столицу Финляндии, где мне, как бы странно ни звучало, не доводилось бывать. Ох, если бы только знал, что Нэри умеет так искусно трепать людям нервы, то прихватил бы с собой наручники и кляп, дабы при необходимости заткнуть её хотя бы на жалкие две минуты и провести их в полной тишине. 

Да, я в курсе, что девушки неравнодушны к своему внешнему виду, но Вивьен никак не походила на ту, которая яро следит за последними тенденциями моды. Поэтому, когда она закатила миниатюрную истерику с заявлением «мне нечего надеть», я дико закипел.

Предположил, что у Нэри критические дни, поэтому её вредность проявляется сильнее обычного. Сдержался, дабы лишний раз не расшатывать чужую психику, и с божьей помощью уладил конфликт. 

Для поездки в Наантали мы предпочли выделить следующий день, а оставшийся вечер посвятить прогулке и просмотру местных достопримечательностей

Если говорить откровенно, то у меня не было желания разгуливать по ночным клубам, так как я уже имел совершенно другие планы.

В день, когда мелкая засранка бесследно исчезла, я намеренно заехал в один из лучших ювелирных магазинов Лондона с целью приобрести своеобразный «презент». Заранее знал, что конкретно хочу видеть и благодаря собственной удачливости наткнулся на пару колец из чёрного золота. Женское колечко украшал крупный рубиновый камень, а мужское служило своего рода дополнением и было усыпано аналогичными камнями, но на порядок меньше. Тогда-то у меня и зародилась мысль негласно окольцевать свою крошку.

Это кольцо создано лишь для одной девушки. Оно отображает её внутренний мир: чёрное золото – это окружающая реальность, что с каждым днём всё сильнее и сильнее поглощает хрупкую и романтичную Вивьен, затягивая её в самые мрачные уголки себя, а рубин – это она. Такая же чарующая, манящая, яркая и уникальная, единственная в своём роде. 

Оставалось лишь подгадать удачный момент и место для вручения подарка. Случай подвернулся сам по себе. В Хельсинки имелся мост влюблённых, поэтому мне не составило труда сложить два и два, додумав дальнейший план действий.

Я заманил её. Медленно, хитро и совершенно ненавязчиво. Уловив нотки романтики, Нэри заметно подтаяла, неосознанно делая пару шагов навстречу. И тогда я понял, что лучшего момента у меня банально уже не будет. Сама Вселенная, словно под заказ, усыпала мрачное небо яркими сияющими звёздами и огромной луной. В тёплом свете фонарей витала умиротворённая тишина. Мы прибывали в полном уединении. В тот момент для меня не существовало никого и ничего. Я глядел в бездонные васильковые глаза, не скрывая искренней радости, что она находится рядом со мной здесь и сейчас. Они округлились до размера пяти копеек, стило мне продемонстрировать бархатистую коробочку. Вивьен впала в мимолётный шок. Видимо, я оказался слишком резким и спонтанным, отчего малышка немного занервничала. Её руки едва заметно дрожали, когда она аккуратно надевала кольцо на безымянный палец левой руки.

Таковы традиции моей родины. Я специально акцентировал внимание на конкретных фактах, дабы лишний раз убедиться, что не поспешил со столь серьёзными заявлениями. 

Девичьи уста впивались в мои, опаляя губы горячим дыханием. Тонкие пальцы приятно ласкали кожу, постепенно подбираясь к шелковистым волосам и едва ощутимо натягивая их у самого основания. Я самодовольно улыбался, чувствуя подступивший поток удовлетворения.

Вивьен была полностью в моей власти, что не могло не радовать. Девушка начала доверять мне. Начала открывать занавес не самой счастливой, полной разочарования и предательства жизни. Она открылась мне, и это главное. 

На следующий день мы, как и планировали, выдвинулись в Наантали.

Мысли, что всё пройдёт не так гладко, как хотелось бы, не покидали меня на протяжении всей поездки. Понимал, что идея обречена на позорный провал, но молчал, так как не хотел рушить девичьи цели. Вивьен так яро и искренне питала себя пустыми надеждами, что спустя столько лет, в конце концов, сможет заглянуть в ненавистные глаза отца, который бросил их с матерью на произвол судьбы. Да даже если бы и попытался вразумить её, то девушка наверняка отказалась слушать и сделала по-своему. 

Когда на пороге дома показался пожилой мужчина, я, естественно, включил дурака, натянул дружелюбную улыбку и поздоровался с ним, прекрасно понимая, что этот дед не приходится Вивьен никаким родственником.

В момент первого знакомства, собственно, и положили своё начало подготовленные судьбой «сюрпризы». Этот старый хрыч выхватил ружьё, что автоматически активировало в моём сознании инстинкт защитника. Спустя минуту старик валялся на пороге собственного дома, не в силах выбраться из стальной хватки.

Не сказать, что у меня имеется привычка щадить пожилых людей. Подонки проявляются в разных обличиях, будь то старик, женщина или ребёнок. Не имеет значения. Факт остаётся фактом. 

Я ожидал любой исход, но о том, что нас пригласят на распитие чаёв думал в последнюю очередь. Если хозяйка Майя оказалась довольно доброй и дружелюбной женщиной, то её муж не понравился мне с полувзгляда. На протяжении всего нашего «пиршества» Альберт испепелял меня глазами, выражая чистой воды недоверие, тем самым тонко намекая, что нам лучше уйти.

Я не собирался гостевать, но и покидать данные хоромы не спешил. Как-никак этот придурок едва не пристрелил нас. Мне хотелось подольше пораздражать его своим видом.

Старик продержался относительно недолго и пока его жена сбежала в другую комнату, выставил нас за дверь. Не сказать, что я расстроился. Мне было плевать.

Вивьен по-прежнему горела желанием ухватиться за ниточку, которая могла бы привести её к разгадке исчезновения собственного отца. Из-за её желания мне пришлось придушить собственное мнение на этот счёт и молча обойти всех обитателей скудной улицы. В основном здесь проживали одни пожилые люди и малоимущие семьи, коим не посчастливилось родиться в более благоприятных условиях. 

Как и полагал, ничего выяснить мы так и не смогли. Малышка Виви заметно расстроилась и даже поникла, понимая, что время потрачено впустую, а я ничего не мог с этим поделать. Сказать, что заранее предполагал проваленные поиски, нельзя, поскольку остался бы виноватым. Всё, что от меня требовалось – это поддержка и напутствующие слова. 

Делать в Наантали нам было нечего. Пришлось возвращаться обратно в столицу. Но на выезде Нэри потребовала остановить машину. Девушка пулей выскочила на улицу и поспешила к нашим не особо приветливым знакомым. Я остался ждать в машине, не желая лишний раз пересекаться с ворчливым Альбертом. 

В какой-то момент в груди адски закололо, отчего неосознанно подался навстречу лобовому стеклу, крепко впиваясь в грудную клетку. Сердце забилось в бешеном ритме, виски запульсировали, горло пересохло. Знал, чем обусловлен этот приступ. Знал и прекрасно помнил все те чувства, которые испытал, увидев загнанную в угол и до смерти перепуганную Вивьен.

Не знаю, почему, но я не могу наблюдать за тем, как рыдает эта девушка. Не могу, потому что разум отказывается воспринимать её слабость. Нэри предстаёт перед всеми стойкой и железной леди, и я верю в её внутреннюю силу. Но видя горячие слёзы на белёсых щеках и покрасневшие глаза, не могу равнодушно стоять в стороне, как делал это раньше. Как бы ни хотелось признавать, но я привязался к этой несносной девчонке, хотя до последнего старался избегать данного увлечения. Между нами выстроилась какая-никакая связь, отчего я начал чувствовать её. Чую, когда крошке угрожает опасность, когда кто-то трогает её своими мерзкими руками, вдыхает табачный аромат духов, когда смотрит на неё звериным взглядом будто хищник на свою жертву.

Не выдержав, я последовал за ней по зову колющего сердца. Завидев Вивьен, лежащей на полу у лица которой зависло острое лезвие ножа, мгновенно озверел.

Семейство Маттила испуганно забилось в самый дальний угол, наблюдая за тем, как здоровый мужик навалился на крохотную девушку, намереваясь покромсать её на мелкие кусочки. Ослабленная, покалеченная, хрупкая Вивьен не прекращала противоборствовать, из последних сил удерживая чужую руку в нескольких сантиметрах от своего лица. Прибывая в столь отвратном состоянии, Нэри не прекращала борьбу за собственную судьбу, прекрасно понимая, что если она проиграет, то жизнь оборвётся мгновенно и безвозвратно. 

Глаза налились кровью, пальцы крепко обхватили плотную рукоять излюбленного пистолета, который носил с собой абсолютно везде, предугадывая вполне ожидаемое нападение. Я готов был пристрелить ублюдка на месте. Хотел, но совладал с собственным желанием и для страшной процедуры выволок подонка за пределы тесной избушки. Предпочёл не доводить бедных стариков. Избавляться от одного трупа гораздо легче, чем от трёх.

Я не спешил убивать Рантала. Хотел насладиться моментом, понаблюдать за его страданиями и бессмысленными мольбами о помиловании.

Стоило выпустить первую пулю, как он разрыдался, словно младенец, и выложил абсолютно всю информацию, даже ту, о которой я не спрашивал.

Чужие жизненные проблемы, в особенности такого ублюдка, как он, меня не волновали. Вот так и выяснилось, что Петтери имеет больную мать и младшего брата, ради которых ввязался в грязные дела, дабы прокормить семью.

Его речь не тронула меня. Одно дело, когда люди признают свою истинную натуру и не оправдывают страшные деяния, работая на криминальных авторитетов чисто из-за желания и нехватки адреналина в жизни, а другое, когда они делают из себя жертву, обвиняя во всех проблемах кого угодно, но только не себя. Если бы не семейство Маттила, то, вероятно, я бы пристрелил ублюдка на заднем дворе. 

К дому подъехали полицейские машины из-за чего мне не удалось довести начатое до конца. Нет, я не собирался таить и оправдывать свои же поступки, поэтому на вопрос следователя ответил, что довольствовался личным желанием поквитаться с подонком. Малышка Виви яро вступилась за меня, но в конечном итоге разнервничалась и ушла прочь. 

Ни для кого не секрет, что законы писаны исключительно для среднего и низшего классов людей. Как ни крути, но это действительно так. Свобода предначертана тем, у кого имеются деньги. Бумажки в наше время способны решить массу проблем. Я не бедствую, поэтому без особого труда уладил конфликт, оставив себе желанную свободу. 

Когда милая Майя увела мою ненаглядную Виви в дом, я отдал предпочтение ожиданию за его пределами. Хозяин ясно дал понять, что не желает видеть меня на пороге своего жилища, поэтому я и не хотел раздувать новый конфликт. Альберт, который возненавидел меня с первого взгляда внезапно подобрел и негласно предложил составить ему компанию за пятиминутным перекуром. Я не отказался, поскольку табачный едкий дым был той вещью, которую организм в данную минуту требовал больше всего на свете. 

Уж чего, но слова раскаяния ожидал услышать в последнюю очередь. Альберт начал издалека, поведав полную историю о непутёвом сыне и головорезах, которые каждые две недели требуют с его семьи всё больше и больше денег, аргументируя это тем, что пришло время оплачивать долги любимого сына. 

Что я испытал? Ничего. Банальное равнодушие. Этот паренёк добровольно подписался на длительную, мучительную и поистине дорогостоящую гибель. Какой смысл жалеть того, кто сделал выбор не в свою пользу? Именно, его нет. 

Маттила искренне изумлялся смелости и отчаянному рвению Вивьен защитить их жизни. Я тоже, хоть и немо, но удивился.

Глубоко в душе Нэри очень добрая девушка, которая неспособна пройти мимо чужой беды, но с каждым прожитым днём эта черта характера всё быстрее и быстрее угасает.

Видимо, из-за чувства некого долга и вины, Альберт отбросил всю свою недоверчивость и радушно впустил меня в дом. Хозяйка Майя, как истинная женщина, откормила и отогрела нас.

Ради Вивьен, пользуясь случаем, я решил напрямую спросить о пропавшем без вести отце. Чисто для того, дабы утолить девичью жажду, выяснить больше, чем она знает на данный момент. Миссис Маттила заметно занервничала и ловко увильнула от ответа. По её бегающим глазам я понял, что она владеет некой информацией, но по неизвестной причине не хочет озвучивать её вслух. 

Мы переночевали в их доме. Всю ночь Вивьен ворочалась и, вероятно, не спала из-за неприятных угрызений и разочарования. Планов и уж тем более желания остаться на подольше не было ни у меня, ни у моей спутницы. Мы решили не стеснять чужую семью и по восходу солнца в полной готовности собрались выдвигаться обратно в Хельсинки.

В последний момент Майя украла мою малышку, дабы переговорить с ней с глазу на глаз. Я знал, что она хочет рассказать ей что-то очень важное, и не стал вмешиваться, поскольку был убеждён в том, что Нэри сама выложит всю интересную информацию. 

Эти люди приютили нас, накормили, напоили и обогрели. Я посчитал, что уйти и бросить на прощание одно-единственное «до свидания» будет верхом неприличия и эгоизма. Идея немного скрасить трагичные судьбы стариков посетила мою голову ещё глубокой ночью. Я поразмыслил на тему их дальнейшего выживания и пришёл к в выводу, что хочу дать этим людям миниатюрный шанс на дальнейшую спокойную жизнь.

Альберт, который сутками ранее хотел пристрелить меня, как старого ненужного пса, разрыдался, увидев, какой подарок преподнёс им в качестве благодарности за уютный ночлег. Как бы он не противился, не отказывался, но мы оба понимали, что эти деньги им гораздо нужнее, нежели мне. Для меня это обыкновенные бумажки, которые изо дня в день гребу тоннами при этом напрягая один только мозг, а не спину, как обычные рабочие. 

До поры до времени Вивьен молчала, стараясь не встречаться со мной взглядом, но в конечном итоге не выдержала и продемонстрировала подаренный конверт. Завидев белоснежный свёрток, я напрягся, догадываясь, что в нём может находиться, но не подал виду. Ощущение, что в нём будет что-то неугодное, не покидало сознание вплоть до самого вскрытия. 

Поначалу малышка улыбалась, но вскоре улыбка исчезла с её довольного лица, брови поползли к переносице, а глаза судорожно забегали по длинным выведенным строкам.

Я молча наблюдал за тем, как быстро меняется её настроение, как она нервно сглатывает, пытаясь смочить сухое горло и протолкнуть тугой ком, как дрожат тонкие пальцы, а глаза с каждой секундой предательски гаснут. Как бы Вивьен не старалась сдержать мощный наплыв эмоций ей всё же не удалось, вследствие чего девушка тихо заплакала, и через минуту её всхлипы переросли в дикие рыдания.

Разорвав злосчастное письмо на мелкие кусочки, малышка забилась в диких конвульсиях, не в силах выдержать тяжёлую душевную боль. 

«Он мёртв!» – кричала она, срывая бедные связки, а я не мог ей помочь. Не мог перенять адские терзания, которыми она изводила и до того израненную душу. Я лишь крепко прижимал её к груди, пытаясь оградить ото всех проблем, болезней и жестоких реалий жизни.

Она малышка для меня. Крохотная, непорочная и поистине чувствительная девочка, которая нуждается в поддержке и защите. Прекрасно понимаю, почему она потянулась именно ко мне. Понимаю, почему питает какую-никакую любовь и желание. Вивьен неосознанно воспринимает меня как отца. Будучи ребёнком, она не получила должного внимания и сейчас пытается добиться его с моей стороны, а я уже не в силах оттолкнуть беззащитное дитя…

Моя девочка была настолько подавлена печальным известием, отчего я не мог равнодушно наблюдать за её страданиями, поэтому, пока она прибывала в неком трансе, увёз малышку Виви в сторону Северной Ирландии.

Первую неделю она, естественно, горевала приковав себя к мягкой постели. Мне приходилось кормить её против воли, купать, одевать и принуждать выйти на улицу, дабы вдохнуть частичку чистого воздуха. Нет, мне не было в тяжесть ухаживать за избитой горем Вивьен. Напротив, искренне переживала из-за её апатичного состояния. Фактически Нэри превратилась в своего рода инвалида, что неспособен самостоятельно обслуживать свою персону должным образом.

Волновался, изредка накручивал себя. Но не подавал виду, дабы лишний раз не травмировать девичью психику. Спустя неделю моя страдалица чудесным образом ожила. Начала понемногу есть, шустро бегать по квартире, хлестать кофеин и даже разговаривать. Я немо ликовал от того, что Нэри нашла в себе силы перебороть собственное прошлое и подняться с колен. 

Я уделял ей всё своё время, не спуская взгляда даже по ночам. Позволял себе прикрыть глаза на жалкие полчаса, дабы немного подремать, но не более.

Вот так мы и зажили новой жизнью, словно ничего и не было. Не буду лукавить и скажу, что смена обстановки пошла нам обоим только на пользу. Я сумел немного расслабиться и пожить совершенно обычной жизнью. Совместная готовка, обязательные походы за продуктами, бессонные ночи, проведённые за просмотром сериала, дешёвый кофе из миниатюрного фургончика в парке, капризные замашки из-за выбранной мной одежды, хвастовство свежим маникюром… Чёрт возьми, я словно попал в другую реальность! 

Мы сразу же ужились, умело распределили обязанности, главным пунктом которых был запрет на приближение к кастрюлям и сковородкам со стороны женской половины. И знаете что? Виви оказалась чумовой девушкой. Она умудрилась выдраить окна со стороны улицы! И это с учётом того, что мы поселились на самом верхнем этаже. Подобной процедурой не осмелился заниматься даже я. 

За день до отъезда в Лондон на мой мобильный поступил довольно неожиданный звонок. Инициатором был Дункан Гамильтон. Мужчина настоятельно потребовал о незамедлительной встрече, убедив, что она построена сугубо на моих интересах. Естественно, я не изъявил желания бежать на прогулку по щелчку пальцев, но когда на том конце провода послышалась до боли знакомая фамилия, решение автоматически переменилось из отрицательного в положительное.

Ушёл, когда моя крошка сладко спала, предварительно набросав краткую записку о том, что скоро вернусь.

Как оказалось далее, наша встреча малость затянулась. Из-за внепланового отпуска на некоторое время я выпал из привычной колеи и перестал следить за новостями криминального мира. Мою временную пропажу подметил старый добрый Итан Дуглас. Уже и забыл о его существовании, но тревожный звонок развеял временную амнезию вынуждая волей-неволей заглянуть в закрома прошлого и вспомнить былые времена.

Гамильтон вещал о довольно поверхностных вещах и фактах, отчего мне со временем надоело выслушивать его пустую болтовню. Новость о том, что Дуглас заинтересовался моим временным отсутствием, не являлась величайшим открытием, хотя бы потом что я был убеждён в его безобидности. Но, как оказалось, жутко ошибся. 

По возвращению домой я застал Вивьен в довольно возбуждённом состоянии и уже было подумал, что у неё случился очередной приступ бешенства, но девушка быстро угомонилась. 

Малявка нашла чем себя занять и решила устроить внезапный шопинг. Видеть, как она радуется, словно малое дитя, новому платью, было для меня бальзамом на душу. Все плохие мысли мгновенно улетучивались, когда Вивьен улыбалась. Я забывал абсолютно обо всём. Ровно так же забыл и в тот вечер, стоило ей раздеться и продемонстрировать сексуальное бельё. Будет нечестно, если скажу, что меня не интересует то, что находится под длинным подолом шёлкового платья. 

Вивьен манила своей дьявольской соблазнительностью, открытостью, раскрепощённостью и сексуальным танцем. В тот момент я возжелал её. Желал дико и страстно…

Стройное тело податливо извивалось, по коже бежали мурашки наслаждения, а с губ срывались тихие стоны, свидетельствующие о таком же желании. Готов был взять её, подарить желанное наслаждение, но нас прервали в самый неподходящий момент. Мне было плевать на навязчивого абонента, но Вивьен не смогла в полной мере расслабиться, поэтому ласки пришлось прекратить. 

Я собирался взять трубку и сказать пару ласковых слов навязчивому ублюдку, что так нагло оборвал нас на самом интересном моменте, но этот дурень сбросил звонок, стоило мне прикоснуться к вибрирующему гаджету. В ту же минуту на личный номер, который знают лишь единицы, поступило СМС от анонимного пользователя. Номер был скрыт, но по содержанию я понял, кто этот загадочный незнакомец. 

Напрягся, но не от тревожной писанины, а от файлов, которые прислали как дополнение. На первом фото была изображена малышка Виви, а на следующем – моё мерзостное прошлое о котором всячески стараюсь не вспоминать по сей день…

Данное СМС и слишком любопытная Вивьен вывели меня из себя, отчего я не сдержался и напугал свою девочку, а после ушёл, дабы банально не навредить ей.

По возвращению в Стратфорд меня настигло ещё одно неприятное известие, но я отдал предпочтение молчанию и не стал оповещать команду о грядущих проблемах. Имелась ещё одна заноза в заднице, которая, узнай о предстоящей вылазке, хвостиком побежит за мной следом.

Вивьен – отличный стрелок, но каким бы шикарным бойцом она не являлась, я не мог позволить себе взять малышку с собой. Не мог подвергнуть её риску, так как не знал, чего ожидать от озлобленного на мою персону Дугласа, отчего тянул до последнего, тем самым лишая её драгоценного времени. 

Парни не стесняясь восхищались приятному пополнению, а я немо радовался тому, что тёплый приём лишний раз отведёт бойкую Вивьен от очередной авантюры. Для пущего эффекта осчастливил малышку желанным оружием. Она с диким восторгом рассматривала винтовку со всех сторон, крепко прижимая любимую игрушку к груди. Девушка была увлечена поглощающей радостью, а мне это было только на руку. 

Тем же днём мы заехали повидать ненавистный приют. Нэри с омерзением глядела на бывшие апартаменты и почему-то мне казалось, что со времён её последнего прибывания в этом месте ничего не изменилось.

Оу, как же она завелась при виде директора всей этой богадельни. Завидев оскал и острые зубки, я лишь самодовольно ухмыльнулся и оставил этого бедолагу на растерзание озлобленной Виви. Она словно змея была готова вонзить ему в шею острые, как лезвие зубы и пустить смертельный яд. Весьма заслуженно, не находите? 

Стоило мне вернуться в просторный холл, как на глаза попалась довольно неприятная картина: поодаль от всех собралась небольшая толпа осиротевших спиногрызов, что активно прессовали одинокую крохотную девочку, отбирая у неё потрёпанную жизнью игрушку.

И знаете что? Малявка давала отпор пацанам, что были втрое больше её самой! Не знаю, почему, но в этой девочке я увидел отражение своей Виви. Она такая же стойкая и яро рвётся в бой с самыми сильными противниками. Эта крошка просто идентична той, что сейчас проводит воспитательную беседу с главой данной организации. 

Естественно, я разогнал шпану, пригрозив милюзге, что если они бросят неугодный мне взгляд в сторону этой девочки, то я повыдираю им ноги.

Малышка была готова вступить в противостояние со мной, но я поспешил успокоить её и сказал, что не желаю ей зла и уж тем более не собираюсь отбирать любимую игрушку. 

На вопрос, как могу к ней обращаться, ребёнок уверенно заявил, что при рождении её величали Силицией. Я же назвался своим реальным именем, обаятельно улыбнулся, подарил девочке конфету, отчего она, как и любая женщина, мгновенно растаяла, радушно заулыбавшись в ответ.

Мы поладили и уже спустя две минуты счастливый ребёнок сидел у меня на плечах, звонко смеялся от радости и появления нового друга в этих стенах. Я же был искренним настолько, насколько это только возможно. Смеялся, играл с ней и дарил всевозможное внимание. Ребёнок светился от счастья, а я радовался тому, что причиной её улыбки является моя персона. 

Поглощённый игрой с Силицией и вовсе не заметил возвращения своей возлюбленной. Вивьен с интересом наблюдала со стороны и умилённо улыбалась видя моё отношение к маленькой девочке. Мы все улыбались, но когда малышка начала вещать историю своей жизни и то, как оказалась в столь прогнившем месте, вся неподдельная радость пропала с наших лиц сменившись болезненным осознанием.

Я испытывал досаду и жалость, а Вивьен слушала с замиранием сердца, что наверняка дико обливалось кровью. В её глазах искрилась боль и осознанность. Нэри понимала, что родители безжалостно бросили несчастную девочку на произвол судьбы, как когда-то бросил её отец. Девушка хотела объяснить ребёнку, что мама с папой не вернутся и не подарят ей приятные детские воспоминания, но в последний момент я оборвал её, не желая рушить детские надежды. Силиция должна сама осознать и принять тот факт, что близкие предали её.

За день до долгожданной встречи с Дугласом я устроил Вивьен самый настоящий марафон, который она на удивление прошла, одолев меня если не силой, то хитростью. Естественно, значимую роль сыграли наши отношения, но факт оставался фактом. Она, хоть и с божьей помощью, но уложила меня на лопатки, применив запрещённый приём – женское обаяние.

Я не удержался. Поддался соблазнительным чарам, а когда осознал, что малость прокололся, то было уже совсем поздно. Вивьен застала меня врасплох, из-за чего пришлось поведать девушке тот самый секрет, о котором до последнего пытался умалчивать.

Как она отреагировала? Взбесилась, показав острые зубки и пылкий нрав, после чего в привычной манере гордо задрала подбородок и ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. 

Фраза «Я люблю тебя», намертво въелась в сознание, отчего потребовалось около пяти минут, чтобы всё хорошенько обдумать и прийти в себя. Вивьен выдала её на эмоциях, хотя ранее не разбрасывалась столь громкими словами. Возможно, девушка хотела сказать что-то иное? Чёрт, не знаю! Не знаю, что творится в её голове…

Я доставил её домой, а сам решил оставить машину на парковке и заскочить в местный магазинчик. По закону подлости оказался как раз таки в нужный момент в нужном месте. Нэри доказывала старику Лоуренсу, что никакая она мне не жена и что не собирается выходить за меня замуж.

Расстроили ли меня её слова? Ха, нисколько! Признаться честно, будь я на её месте, то сам не согласился на столь «заманчивое» предложение, даже если бы к виску приставили дуло пистолета. 

Вивьен накрутила себя самыми ужасными и страшными мыслями, но когда я заявил, что испытываю взаимное нежелание, то она возмутилась. Что сказать? Женщины…

Мы, как адекватные люди, сели за стол переговоров и прояснили все недосказанности. Мне даже удалось уговорить её не бежать за мной прямо в пекло, а остаться дома в тепле и полной безопасности.

Ох, мать вашу, если бы только знал, в какую задницу мне вылезут мои же запреты, то не присел бы ей на уши.

Время шло тем самым приближая меня к нежеланной встрече. Мы коротали его в компании друг друга, не думая о жизненных трудностях и проблемах. Точнее, просто скрывали эти мысли друг от друга, как лучшие актёры, которым всё ещё не дали заслуженную награду.

Порывшись в галерее, у Вивьен возникли ожидаемые вопросы, ответы на которые знал только я. Желания устраивать вечер откровений не было, но девчонка неугомонно выясняла все подробности, и моё молчание её явно не устраивало. Я выложил всё как есть. Тогда-то она второй раз за сутки сказала мне те же три слова, что и утром. Всего три слова, десять букв, но сколько в них скрытого смысла…

Когда малышка чудесным для неё образом уснула, я перенёс её в спальную, а сам дождался утра и выдвинулся в Стратфорд, предварительно предупредив Кларка о том, чтобы он собрал большую часть состава. По прибытию я каждому всё тщательно разжевал, пояснил ситуацию и план, в котором не был уверен на все сто процентов. Но парни опрометчиво доверились собственным предположениям, что у продуманного босса всё под контролем. Признаться честно, мне бы тоже не помешал такой самоуверенный руководитель.

Что было сказано в письме, которое не удалось расшифровать мозговитому Кларку? Оу, оно звучало так:

«Уверен, что ты получил прошлое послание и непременно прочёл его от начала и до конца, дорогой друг. Впечатляет, не так ли? Откуда я знаю столь личные подробности твоей жизни? Оу, здесь пришлось изрядно попотеть, дабы нарыть на тебя хоть какую-то информацию. И, признаться честно, сам удивился, узнав о твоём интересном прошлом и тому, как тщательно ты заметаешь следы. Представляю, скольких сил, крови и денег тебе стоило избавиться от собственных скелетов в шкафу. Удивлён ли я? Однозначно да. Впервые в жизни встречаю столь эксцентричную и по-своему уникальную личность. Мне нравится твоя безумность, пылкий нрав и дикое стремление в плане достижения собственных целей. Возможно, не имей ты чрезмерной самоуверенности и обострённого чувства быть во всём первым, я бы с радостью предложил тебе сотрудничество, но ты слишком любишь себя, чтобы плясать под чужую дудку. 

У меня имеется деловое предложение. 

Жду тебя на Shadow Row*** – street к 18:30. Не опаздывай».

Я прибывал в сильном напряжении, но не демонстрировал его своим людям, дабы не навеивать излишнюю панику. Ощущение, что Вивьен, не обнаружив меня рядом в постели, сломя голову ринется на поиски, не покидало вплоть до обеда.

Перебирая оружие на складе, невольно наткнулся на излюбленную винтовку, которая так полюбилась моей ненаглядной Виви. Решение спрятать её от чужих глаз посетило голову совершенно спонтанно. 

При постройке всего здания я уделил особое внимание не только общему интерьеру, но и необходимому «удобству». Мало кто знает, но практически в каждой комнате и даже в уборной имеется хотя бы один потайной отсек. Он расположен высоко над головой, исключительно в левом углу помещения. Для чего лишний раз вытрепал нервы рабочим? Банальная дотошная предусмотрительность. По всей видимости, сегодня она не была лишней. 

Я разобрал габаритную винтовку и поместил её в тайник, предварительно выкрутив пару лампочек, дабы неровный «шов» был менее заметным. Был убеждён в том, что Нэри не найдёт и уж тем более не возьмёт в руки оружие, с которым ей будет некомфортно работать. 

Как и предполагал, Вивьен явилась ровно в тот момент, когда я был на выходе. Девушка нервничала, отчего у неё самую малость задёргался глаз. Не придал этому значения, так как сильно спешил на волнительное «свидание» и, дабы откреститься от возлюбленной, поручил её в руки новенького юноши по имени Бонни.

Если бы только знал, какую ошибку совершаю, оставляя этого ангела один на один с исчадием ада… Да-да, в роли дьявольского отродья выступала именно Вивьен!

Привычки опаздывать и задерживаться у меня никогда не наблюдалось, поэтому ровно в 18:30 и ни минутой позже я был на месте. Теневая улица находилась на самой окраине города и была практически необитаема.

Дуглас не идиот и не тыкает пальцем в небо при выборе места нашей встречи. Он намеренно выбрал именно ту, куда добраться довольно проблематично. Ту, где не засветит своим шикарным фейсом. Ту, где легче всего избавиться от свежих трупов.

Нутром чуял подвох, но не мог понять в чём он заключается. По прибытию до меня, в конце концов дошло, в чём заключается подстава. Во-первых, Итан не явился лично, что уже весьма странно. Во-вторых, в качестве переговорщика он заслал своего главного недо-заместителя Джошуа. В-третьих, по мою душу прибыло не меньше двух десятков вооружённых людей.

Идея задавить количеством казалась слишком простой и скучной. Дуглас не стал бы следовать столь банальному плану. Какие цели он проследовал? Чем довольствовался и какой итог желал получить? Не знаю…

Я вёл себя спокойно и умиротворённо, внимательно наблюдал за эмоциями всех присутствующих. Их было настолько много, отчего у меня невольно разбегались глаза. В какой-то момент и вовсе перестал видеть какое-либо различие. Чужие лица казались настолько идентичными, словно в системе произошёл сбой и из одного придурка клонировали всех остальных.

Джошуа медленно, но уверенно подводил меня к причине из-за которой, собственно, и собрался весь этот цирк уродов, главными участниками которого были я и он. 

Мой оппонент продемонстрировал так называемое «досье» в котором, по его утверждениям, расписана моя жутко интересная жизнь и непростительные поступки.

Мне захотелось истерически рассмеяться. То ли от того, что этот имбецил искал то, чего априори не существует, то ли от того, что он так бездумно потратил драгоценные минуты жизни, пытаясь выяснить подробности моей, то ли от собственной глупости, что действительно нервничал из-за грядущей встречи.

Естественно, мне стало интересно взглянь на чужие труды, что он величал таким громким словом, как «досье».

Я начал с особым энтузиазмом, будучи уверенным в том, что даже если кому-то и известны мои грехи, то эти люди не жильцы и уже давно кормят червей в земле. Количество прочитанных страниц увеличивалось, чего нельзя сказать об улыбке. Она, напротив, с каждым разом становилась менее заметна, пока вовсе не исчезла. На смену пришёл невидимый для чужих глаз ступор, нервоз и холодный пот. Я стоял как вкопанный, не моргая, рассматривая белоснежные бумаги в своих руках. 

«Невозможно!» – вопил внутренний голос в моей голове, хотя на деле я не излучал бурных эмоций. Сделал вид, словно равнодушен к тому, что только что прочитал. Словно не увидел ничего, что могло бы затронуть тонкие струны души. 

Когда Джошуа озвучил условия, я не сдержался и тихо засмеялся. Этот смех был вызван нервным тиком и мимолётным помутнением рассудка.

Дуглас возжелал, чтобы я наплевал на весь тот непосильный труд и людей, которые служили мне верой и правдой на протяжении многих лет, чтобы подписал контракт о продаже абсолютно всего, что имею, и, в конце концов, безвозвратно покинул Великобританию. Ну не абсурд?! Разве я похож на продажную крысу?! Да я бы никогда и ни за что не продал чувство собственного достоинства! 

Я высказал ему все свои мысли по этому поводу. Чётко, кратко, уверенно и довольно доступно изложил всю суть, категорически отказавшись от «заманчивого» предложения. Джошуа понял, что я не стану его слушать, и, казалось бы, на этом вся история должна подойти к ожидаемому завершению. Но я не учёл одного – заготовленный козырь оппонента.

Джошуа затронул самую важную ниточку. Ниточку, имя которой Вивьен. Ублюдок прекрасно понимал на что нужно давить, а я уже не мог остановиться и совладать с нахлынувшими эмоциями. Дикая ярость затуманила мой разум. Я был готов разорвать его здесь и сейчас, выпотрошить все внутренности, стереть в порошок, покромсать на куски, закатать в банку и отправить её в дальний путь, прямиком к ненавистному Дугласу. 

Внезапно сердце пропустило болезненный удар. Меня словно пронзила острая стрела, что намертво застряла в увядающем пульсирующем органе… Всё, что успел сделать – это поднять полный осознанности взгляд, прежде чем тишину разорвал оглушительный выстрел.

Джошуа упал замертво, не подавая признаков жизни. Пуля прошла навылет. Багровая жидкость хлынула мощными потоками на белёсый снег, окрашивая его в более красочные оттенки. Он сгинул, стоило мне в полной мере возжелать этого. 

Залп вылетающего патрона привёл меня в чувство. Я мгновенно опомнился, понимая, в каком неудачном положении нахожусь, но все мысли отошли на второй план, когда противоположная сторона открыла огонь на поражение.

Мне было плевать. Плевать абсолютно на всё. Среди кровавого месива я судорожно искал глазами миниатюрную брюнетку. Она здесь. Я чувствовал Её…

Сердце бешено колотилось. Не знал, куда себя деть, пока в какой-то момент не завидел мелкую фигуру в самом центре всех событий. Нэри стойко стояла на своих двух, крепко удерживая в руках винтовку, готовая истреблять всех, кто осмелится выпустить пулю в её сторону.

Не медля ни секунды, я сгрёб мелкую в охапку, прикрывая девушку своим телом, и, продвинувшись к автомобилю, рванул подальше от этого места. Был уверен в способностях парней и в том, что дальше они справятся без меня. 

Я готов был убить и в то же время расцеловать несносную девчонку. Испытывал смешанные, непонятные и несвойственные себе чувства.

Вивьен в привычной для себя манере отстояла собственные права, вступив со мной в словесное противостояние. Она требовала объяснений, а я не мог рассказать ей о всех грехах. Она жаждала искренности, а я не был уверен, что оправдаю её ожидания. Она хотела правду, и я сломался, подарив малышке миниатюрную ниточку…

Глава 8.

Стефано приволок кучу продуктов, благодаря чему мне не пришлось сломя голову бежать в магазин. Чего в холодильнике только не было: мясо, экзотические фрукты, овощи, излюбленные сладости по типу конфет и печенья, рыба и, само собой, не меньше трёх бутылок спиртного.

Стало ясно, каким образом Стеф умудрился насобирать столь крупную коллекцию. Он банально не притрагивается к подаренным бутылкам, а лишь снабжает себя новыми, видимо, придерживая те, что стоят в гостиной на чёрный день.

Бывают ли у Эспозито мрачные времена? Думаю, что да. Но они никак не связаны с нехваткой горючего.

Мы довольно быстро определились с основными блюдами, распределили обязанности, как привыкли делать это обычно, и приступили к готовке. Пока я мариновала индейку для дальнейшего запекания в духовке с картофелем и яблоками, Стефано занимался рыбой. Не впервые замечаю, что мужчина питает сильную страсть к морепродуктам. Сколько мне довелось перепробовать ползучих гадов… Хах, да вам и не снилось! Признаться честно, увидев, как осьминоги и мидии выглядят в сыром виде, меня чуть не вывернуло. А Эспозито был горазд съесть их ни то что замороженными или мёртвыми, а живыми! По крайней мере, он постоянно пугал меня, что они живые.

Сегодня же Стеф отдал предпочтение запечённому лососю с оливками и специями. Красная рыба привлекала меня куда больше склизких устриц.

Ни для кого не секрет, что главное традиционное блюдо Англии, которое обязательно должно присутствовать на праздничном столе в канун Нового года – это, конечно же, запечённый гусь или индейка. Любой уважающий себя англичанин непременно одобрит столь незамысловатую, но жутко сочную и питательную пищу.

Не завидую людям, которые чисто из принципа отказались от употребления мяса. Как от него вообще можно отречься? Возможно, это я не понимаю стиля и чужих взглядов, но курочка с хрустящей коркой всегда заставляет пускать слюни и голодно облизываться.

Если о здешних традициях была прекрасно осведомлена, то насчёт Италии возникали ожидаемые вопросы. Да, знала, что на родине у Стефано принято носить кольцо исключительно на безымянном пальце левой руки, и что к девушке принято обращаться «синьорина», а к мужчине – «синьор». Но на этом мои познания, к сожалению, заканчивались.

– Какие обязательные традиции в канун Нового года существуют в Италии? – не отрываясь от готовки, поинтересовалась я.

– Шастать по ночным улицам и пить Просекко, – ухмыльнулся мужчина.

– Очень смешно, – я закатила глаза.

– Я не шучу. У нас действительно имеется такая традиция, – тихо посмеялся Стефано, шустро переключаясь с рыбы на нарезку. – В Италии принято запускать фейерверки, поэтому в ночь с тридцать первого на первое о тишине и уж тем более спокойном сне можно даже не думать. Также имеется своего рода игра, суть которой заключается в поедании винограда под бой курантов. Тому, кто съест свою ягоду в первую секунду наступившего года, гарантирована удача.

– У тебя имеется любимая традиция?

– Конечно, – загадочно повёл бровью он.

– Какая?

– На моей родине девушки просто обязаны радовать своих мужчин сексуальным красным бельём, – подмигнул молодой человек.

– Ты сам это только что выдумал, – рассмеялась я.

– Нет. Итальянцы помешаны на удаче, а яркий багровый оттенок является магнитом для её притяжения, – меланхолично протянул брюнет. – Но отчасти ты права. Вызывающий красный костюм – это приятное дополнение. Традиции щеголять в одних трусах по улице у нас не имеется.

– Что насчёт традиционного блюда?

– Одно из обязательных – это пирог «Панеттоне», – заявил Стефано. – Моя мать всегда готовила его исключительно в честь уходящего года. Несмотря на то, что наше семейство употребляло его всего единожды в году, мне изрядно подташнивало, и со временем начал есть чисто из уважения к чужому труду.

Данный факт малость расстроил. Я хотела совместить традиции воедино, но Стефано утверждает, что его тошнит от излюбленного итальянского кулича.

– Выходит, о панеттоне я могу не мечтать? – в полтона отозвалась я, поднимая на собеседника огромные, полные надежды и скрытой мольбы глаза.

– Тебе действительно жизненно необходимо видеть на столе запечённый кусок хлеба?

– Было бы нечестно принимать во внимание исключительно английские традиции.

– Ради тебя я готов потерпеть, негодница, – гулко выдохнул Эспозито, приобнимая меня за плечи. – Но взамен ты должна сделать мне небольшое одолжение.

– Какое? – мои глаза заискрились, словно у малого ребёнка.

– Пока я буду готовить тесто, не приближайся к столу ближе, чем на два метра, – едко протянул он, и моя неподдельная радость сменилась диким возмущением.

– Знаешь что…?

– Что? – подался навстречу он.

– Заткнись и целуй, – повелительным тоном приказала я.

Эспозито ехидно ухмыльнулся и немедля прильнул к моим влажным губам. Поцелуй продлился недолго. Стоило пусть в ход язык, как этот мерзавец отпрянул и как ни в чём не бывало вернулся к прежнему занятию.

За какие-то два часа мы расправились с рыбой, холодным десертом, нарезкой фруктов, сыров и прочих вкусностей, предварительно поместив рыбу запекаться в духовку, а индейку мариноваться в остром соусе.

Как бы ни противилась и не рвалась помочь с выпечкой, Стефано наотрез отказался брать меня в свою команду, аргументируя это тем, что он хочет проводить уходящий год, а не свою жизнь.

Вот так, по его приказу, я покорно сидела на диване, зависая перед телевизором за просмотром излюбленного фильма режиссёра Девида Ву «Снежная королева». Смотрю его из года в год на протяжении десяти лет жизни. Каждый раз восхищаюсь сюжетной линией и главными героям. В них я вижу частички себя… Такие же, как те осколки разбитого зеркала. В одном с главной героиней мы точно схожи, а именно: её мать была убита так же безжалостно, как и моя. Спустя девять лет девушка встретила прекрасного парня по имени Кай, который, окутанный чарами Снежной королевы, последовал за ней на край земли, предварительно оставив подруге тонкую ниточку, что должна привести прямиком к нему. Несмотря на все трудности, девушка не опускала руки, падала и поднималась, уверенно следуя дальше. Герде довелось пережить нездоровую доброту старушки Весны, нежеланную недо-женитьбу со стороны красавицы Лета и затем плен у лесной разбойницы Осени. Невзирая на уговоры всех трёх сестёр отступить и не идти навстречу собственной смерти, Герда не послушала абсолютно никого, а последовала зову собственного сердца и уверенно зашагала дальше, не желая оставлять любимого в беде. Она шла, дабы спасти его, дабы не потерять близкого душе человека. Ровно так же шла и я, боясь утратить единственного союзника в этом жестоком мире.

Стефано стал для меня практически всем. Я жутко привязалась к нему за всё это время и уже ничего не могу с собой поделать.

Закончится ли наша история так же хорошо, как у Герды и Кая? Не знаю. Не могу быть уверена на все сто процентов в успешности нашего союза и дальнейшей размеренной счастливой жизни. Как ни крути, но каждый день может стать для нас последним.

Я никогда не задумывалась, что будет, если один из нас безвозвратно сгинет. Данные мысли настигли только сейчас, в канун уходящего года.

Что будет, если произойдёт столь масштабная трагедия? Что будет ощущать тот, кому посчастливилось остаться в живых? Возможно, горечь, обиду, сильную скорбь, невыносимую боль, вину из-за того, что не успел или же несусветную ненависть и безграничную жажду отомстить за смерть погибшего возлюбленного. Что бы сделала я? Что станет со мной, если Стефано раз и навсегда исчезнет, если его хладнокровно убьют?

Мне потребовалось около пяти минут, чтобы выстроить чёткий ответ у себя в голове.

Что же произойдёт? Уничтожив одного из нас, противник автоматически убьёт и второго. Ни я, ни Стефано не сможем смириться со смертью второй половины прогнившей души, которая у нас общая. Что будет дальше? Началом – депрессия, апатия к себе и окружающим. Затем – потеря интереса к жизни, невыносимое существование, долгие годы поиска, желание мести. Конечный итог – решающий выстрел. Причём здесь имеется не один, а два подпункта: пуля, выпущенная в сердце виновника, или же в собственную голову.

Не могу в полной мере представить, что делала бы в подобной ситуации. Могу лишь предполагать, строить пирамиды из теорий. Факт останется фактом.

Признаться честно, не особо хочу познать все те реалии и чувства наяву. Я не готова разлучаться со Стефано, не готова отдавать его в руки смертоносному духу с массивной косой на плече, который ходит за ним буквально по пятам.

После контрольного выстрела тем вечером, мужчина в конце концов понял, что я далеко не новичок и жать на курок для меня обычное дело. Теперь-то Стефано не может отказать мне в каком-либо деле, ведь я вышла сухой из воды. Теперь-то я возвращаюсь к прошлому делу. Точнее, Вивьен остаётся в стенах породнившейся квартиры, а Вендетта, что так долго находилась в тени, выходит на охоту.

Складывается впечатление будто в кругу змеев я утеряла возможность попадать в цель. Они словно медленно пускали яд по моим венам, что вызывал заторможенность, нерешительность и растерянность. В случае со Стефано я ощутила былое желание, но оно было связано не с банальным пристрастием, а с целью защитить дорогого сердцу человека. Возможно, именно этого мне и не хватало.

Когда фильм подошёл к ожидаемому завершению, мне всё же удалось проскользнуть на кухню и стащить со стола пару кусочков сочной колбасы при этом остаться незамеченной. Стефано возился с ненавистным ему куличом, что дало возможность выскочить за пределы уютного жилища.

Не дожидаясь лифта, я побежала вниз по ступенькам и спустя минуту стояла у каморки Лоуренса, ненавязчиво заглядывая внутрь. Когда он заметил моё появление, то сразу же высунулся из-за двери, тепло улыбнувшись. Следом выскочил крохотный клубочек счастья.

– А малый достаточно буйный, – тихо посмеялся дедуля, наблюдая за тем, как я подкармливаю и до того пузатого щенка. – За время твоего отсутствия подпортил мой любимый диванчик, представляешь?

– Я оплачу, – я озадаченно почесала затылок.

– Не глупи, – потрепал по волосам Лоуренс. – Я не возьму с тебя ни гроша.

– Может вы всё-таки заскочите к нам пропустить по бокальчику? – снова решила попытать удачу.

– Э-э-э нет, меня не проведёшь, дочка. Сегодняшнюю ночь вы должны посвятить друг другу. Я не хочу и не буду третьим лишним.

– Многие справляют Новый год в кругу друзей, коллег и просто знакомых, – подметила я.

– Стефано идёт! – воскликнул мужчина, и я ошарашенно обернулась. Позади никого не было, а старик звонко рассмеялся.

В ответ я лишь молчаливо усмехнулась, повозилась с мелким вредителем, что так безжалостно погрыз излюбленный диван моего друга, и вернулась обратно к Стефано. Он уже расправился со всеми заготовками и обессиленно сидел на диване, запрокинув голову назад.

Я подкралась тихо и незаметно, положив холодные ладони на прикрытые серебристые глаза.

– Крошка, я учуял дикий шлейф твоих манящих духов ещё на пороге, – устало улыбнулся брюнет. – Куда ты холила?

– К Лоуренсу, – заявила я. – Хотела скрасить его одиночество и пригласить к нам в гости, но он отказался.

– Причина?

– Сказал, что мы и без его помощи найдём, чем занять друг друга.

– Обожаю этого смышлёного старика, – тихо посмеялся Стефано, ловко перебрасывая меня через высокую спинку мягкого дивана.

– Было бы нетактично спрашивать о таком напрямую, но у него есть жена? – лёжа вниз головой, поинтересовалась я.

– Была.

– Она погибла?

– Хуже, нашла более выгодный вариант и ушла к другому, оставив на несчастного мужчину маленькую дочь, – отрешённо молвил он.

У меня дар речи пропал. Лоуренс всегда буквально светится от счастья, излучая одну только радость. Я бы никогда и не подумала, что когда-то в прошлом он пережил тяжёлое предательство.

– Поразительно… – прошептала я. – Насколько силён может быть человеческий дух, когда мы чувствуем ответственность не только за своё, но и чужое будущее.

– Именно, – причмокнул Эспозито. – Лоуренс – тот ещё любвеобильный добряк, за что, собственно, я его и люблю.

– Наверняка у него просто ангельская дочь.

– Не то слово, – тяжко вздохнул Стефано.

– Вы знакомы?

– Естественно. Пересекались пару раз.

– Пару? – я прищурилась.

– Нет, я не спал с ней, – тихо посмеялся мужчина.

– Врёшь, – буркнула я.

Стефано демонстративно закатил глаза и вручил мне свой телефон.

– Спроси у неё лично, – едко протянул он, шустро орудуя большим пальцем по экрану мобильного. Не успела возмутиться, как на том конце провода послышался тонкий женский и довольно сексуальный голосок. И знаете что? Я узнала её! Эта девушка уже звонила Стефано, но по некоторым причинам взяла трубку я, а не Эспозито. Вот же засранец!

– Привет, Стеф, – уверенно поздоровалась она.

Я немо покрыла его отборным матом и дала подзатыльник. Эспозито в привычной для себя манере спародировал меня, молча, заливаясь истерическим смехом.

– Здравствуй, милая. С наступающим тебя, – резко переменившись в лице, довольно замурлыкал мужчина.

– Взаимно, – понизила тон девушка. – Ты никогда не звонишь от просто так. Что-то случилось с отцом?

– Нет. Твой старик, как обычно, бегает шустрее всех и без умолку болтает, – тихо посмеялся мужчина. – У меня имеются другие вопросы, поэтому отвечай быстро и не задумываясь.

– Я тебя слушаю.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать восемь.

– 

Откуда ты родом?

– Из Лондона.

– Тебе понравился наш безудержный секс?

– Да… Стоп, что?! Эспозито, ты в своём уме?! – возмутилась она. – Какой секс?! Я не собираюсь спать с тобой…

Стефано даже до конца не дослушал и, сбросив вызов, внимательно уставился на меня, ухмыляясь победоносной улыбкой.

– Убедилась?

– Ты в самом деле больной на голову, – толкнула его я.

Как можно звонить девушке, которая, по сути, приходится тебе никем, и задавать столь личные, откровенные и нетактичные вопросы? Я ни разу не звонила Шону или Доминику с вопросом, как им несуществующий секс со мной.

– Самую малость, – подмигнул мужчина. – Что насчёт ёлки, юная леди? Вы уже решили, где конкретно хотите разместить это чудесное дерево?

Боже, со всей этой суматохой и вовсе забыла, что Стефано приволок в квартиру здоровенную сосну, которая на данный момент одиноко стоит в прихожей и ждёт своего предназначения.

Я бегло оглядела просторную гостиную. Места было более чем достаточно. Точнее, от количества буквально разбегались глаза. Я зарылась в недры сознания, дабы вспомнить, где обычно ставили ёлку в моей семье. Старенькая деревушка была достаточно тесной, в разы меньше, чем эта квартира, и мы особо не перебирали с местом размещения. Обычно зелёная красавица стояла в правом углу уютной гостиной, дабы не мешать всем членам землянки перемещаться по дому.

– В левом углу у окна, – утвердительно заявила я, предварительно учитывая чужие предпочтения. Стефано всегда преимущественно выбирает левую сторону, так как является левшой, что не удивительно. В этом плане он тоже малость выделился. Значит, ёлка должна стоять именно в левом углу.

– Хороший выбор, – удовлетворённо кивнул он.

За каких-то десять минут мы установили этот «баобаб» как следует прикрутив ствол к специальной треногой и обмотав её пушистой мишурой. Даже в случае ядерной войны громадина не поклонится ни на сантиметр.

Когда Стефано приволок целую коробку с игрушками, блестящим дождиком и цветастой лентой, что была усыпана фонариками, я немо ахнула, искренне удивляясь его привычке брать всего, да побольше.

– Ты хотя бы ценники снимай, прежде чем показывать мне всю эту красоту, – ошарашенно хлопала глазами, глядя на сдержанные этикетки и заоблачные, как на мой взгляд, цены.

– А ты не смотри, – тихо посмеялся брюнет.

– Неужели знаменитые дизайнеры добрались и до ёлочных игрушек? – рассматривая огромный шар с белоснежными блёстками, поинтересовалась я.

– Нет, – пожал плечами Стефано. – Я купил их в самой обычной торговой лавке.

– Тогда какого хрена они такие дорогие? – возмутилась накрученным ценам я. – Неужели продавец вот так просто тебя обдурил? По-моему это практически непосильная задача.

– Я не мог позволить себе продешевить и взять что попало, – с серьёзным видом заявил он. – Ты достойна большего. Хочу, чтобы при её виде твои глаза светились такими же яркими и тёплыми огнями.

На сердце приятно заныло. Стефано старался угодить мне, старался сделать всё, чтобы именно эта ёлка стала наилучшей во всём Лондоне. И неважно, что помимо нас никто не увидит эту красавицу. Суть в том, что всё это он сделал для меня…

– Спасибо, – потянулась к нему я и крепко обняла. – Мало кто уделял мне столько внимания.

– Всё самое лучшее заключается в мелочах, крошка, и я рад, что ты это осознаёшь, – бархатисто прошептал брюнет, невесомо чмокнув меня в макушку.

Впервые за долгие годы у меня было поистине праздничное настроение. Наряжать королеву сегодняшней ночи было только в удовольствие. Мы, как малые дети, обмотались пушистой мишурой и в разнобой вешали игрушки на самые, как казалось, подходящие места. Все шары были разные: крохотные и большие, тяжёлые и невесомые, цветастые с золотистым отливом и глубоких коньячных оттенков, что отлично импонировали привлекающей глаз позолоте.

Естественно, душу тянуло к яркой гирлянде, огоньки которой светились ярче лампочек над нашими головами. С полминуты я, как маленькая девочка, куталась в цветастой ленте, восхищаясь и в то же время гневаясь на её габариты. Гирлянда была настолько длинной, отчего невольно запуталась в ней, как слабый зверь в капкане браконьеров. Стефано тихо смеялся, наблюдая со стороны, но в конечном итоге помог мне выбраться из тягучих «сетей».

Оценив результат проделанной работы, мы оба остались довольны. Ёлка была поистине прекрасная, яркая и завораживающая. Её душистый запах приятно действовал на нюховые рецепторы, кружа голову своими сосновыми нотками.

– Ничего не забыла, крошка? – загадочно полюбопытствовал Стеф.

– Я знаю, что ты никогда не намекаешь без причины, – улыбнулась я. – Что я забыла?

Вместо ответа мужчина ловко подхватил меня на руки, усадив к себе на плечо, словно я весила не больше пятнадцати килограмм.

– Ты забыла о главном атрибуте, – Эспозито торжественно вручил мне массивную мерцающую звезду с золотистым напылением. Она была как яркое и палящее солнце, как тёплый свет ночных фонарей, что освещают практически всю столицу и придают своеобразного уюта оживлённым улочкам.

Благодаря высокому росту Стефано, я могла дотянуться практически до потолка и прикоснуться к нему кончиками пальцев, поэтому повесить главную игрушку на самую верхушку не составило особого труда.

И знаете что? Этот мерзавец не намеривался спускать меня обратно!

– Прекрати! Я не хочу в канун Нового года слечь в больницу, – я звонко смеялась, а мужчина не прекращал кружить по всей гостиной, неожиданно опрокидывая меня и подхватывая в самый последний момент.

– Считай, что ты уже как месяц в клинике, предводителем которой являюсь я.

– Ты ненормальный, – я залилась очередной порцией смеха.

Не знаю сколько мы дурачились, но я даже малость устала. Рухнув на диван, Стефано обнял меня, прижимая покрепче к груди. Только сейчас подметила разницу в его отношении ко мне в первые недели знакомства и данную секунду. Если ранее мужчина был достаточно дерзким, в каких-то моментах нетактичным, слишком «откровенным» и не стесняясь порол глупые шутки, что не налазят на голову, попутно подпитывая их нахальными поступками, то сейчас всё стало с точностью наоборот. Эспозито стал более мягким в манере общения, милым, заботливым, что проявляется в самых банальных мелочах, внимательным и жутко трепетным.

– Как ты смотришь на то, чтобы смотаться на торжество к ребятам? – прервал тишину мужчина.

– Разве парни не собираются отмечать праздник в кругу близких?

– Дело каждого, – усмехнулся брюнет. – Мы каждый год организовываем данное мероприятие. При желании можно покинуть торжество задолго до полуночи, но пригубить бокальчик в кругу всей команды – это как своего рода традиция.

– Что будем делать со шведским столом? Выходит, ты зря горбатился.

– Зачастую я заезжаю буквально на час, дабы поздравить всех с наступающим, а после тихо и незаметно исчезаю, – загадочно протянул он.

– Почему? – я изумилась.

– Я привык справлять Новый год в компании самого себя, Вивьен. Бурная тусовка не для меня.

Значит, Эспозито такой же горделивый волк-одиночка как я? Не думала, что этот позитивный весельчак откажется от самой мощной гулянки года. Да что уж говорить, если первое время вообще думала, что Эспозито – заядлый алкаш, по венам которого текут текила и горький виски.

– Дай мне пять минут, – я уверенно подорвалась, стремительно направляясь в ванную, дабы привести себя в порядок.

Естественно, сборы заняли не триста секунд, а целые полчаса. С божьей помощью я уложила отросшие волосы, что спадали ниже плеч, образовывая ту самую голивудскую волну, накрасила идеальные ровные стрелки, которые были практически идентичны, как сёстры-близнецы, тщательно прошлась по пышным ресницам, придала коже более живой вид холодным оттенком румян и накрасила губы помадой глубокого багрового оттенка. Самое ужасное во всей этой ситуации настало тогда, когда я приблизилась к шкафу. Стефано тихо застонал, запуская в чёрные локоны свои длинные пальцы, видимо, подготавливаясь к долгому и мучительному терроризму его нервных клеток.

– Какое тебе больше нравится? Красное или же чёрное? – я продемонстрировала возлюбленному чёрное облегающее платье с открытыми плечами, что было украшено сексуальным корсетом и подчёркивало аккуратную грудь, и красное, которое имело немного расклешённую юбку на запах и массивные рукава.

Эспозито молчаливо нырнул в «нарнию», что нормальные люди величают шкафом, и спустя минуту протянул мне наряд снежной королевы. Я удивлённо уставилась на неизвестный костюм и вопросительно изогнула правую бровь, искренне не понимая, откуда в моём гардеробе появилось столь светлое пятно.

– Мне по душе именно этот наряд, – заявил он.

– Не припоминаю, чтобы делала выбор в пользу белого цвета, – прищурилась я. – Где ты его взял?

– Пораскинь мозгами, – усмехнулся Эспозито. – В магазине, где же ещё? Подумал, что тебе будет к лицу что-то более чистое и классическое.

– Я не ношу светлую одежду.

– Всё бывает впервые, – подмигнул Стефано, притягивая меня к себе. – Раздевайся.

– Я буду как бледная поганка, – я неосознанно нахмурилась и скривила миниатюрный носик, словно увидела самый отвратный балахон в мире.

– Ты будешь прекрасна, – заявил мужчина, напористо стягивая с меня одежду.

Как бы ни противилась и не возмущалась, но примерки избежать не удалось. Через пять минут я стояла напротив огромного зеркала, рассматривая наряд со всех сторон: платье спадало вниз, прикрывая худощавые колени, и красиво выделяло осиную талию, подчёркивая тонкие изгибы тела. На груди имелось небольшое декольте, но оно выглядело достаточно сдержанно и не оголяло все сокровенные прелести. Сама ткань красиво переливалась под искусственными лучами яркой люстры и была украшена миниатюрными блёстками, что походили на первый снег. Со стороны я выглядела, как миловидная романтичная девчонка, которая боготворит искусство и новое неовикторианское движение.

Не хочу наступать на горло самой себе, но образ оказался действительно необычным, своеобразным и в какой-то мере интригующим. Стефано явно наслышан о нынешних тенденциях моды. Мужчина одевается достаточно неординарно, как для солидного бизнесмена. Могу понять. Носить каждый божий день классические туфли и пиджак – та ещё изощрённая пытка. Покупая более комфортную и современную одежду, Эспозито автоматически молодеет на пару лет. Умышленно? Не знаю. Этот человек слишком эксцентричен. От него можно ожидать чего угодно.

Хах, возьми я его на слабо, Стефано не постесняется выйти на улицу абсолютно голым, если на чаше весов будет лежать что-то действительно стоящее.

– Ты похожа на Белоснежку, – мечтательно протянул он.

– А ты тогда кто? – обернулась я. – Гном?

– Не язви, – тихо посмеялся мужчина. – У нас не так много времени. Мы должны вернуться до того, как пробьют куранты.

– Ты настолько принципиален?

– Я хочу, чтобы первой, кого увижу в следующем году, была именно ты, а не кучка напившихся в хлам идиотов.

Романтика? Опять же своеобразная.

Я не стала вещать пламенную речь, а быстро собрала сумку, после чего мы поплелись на парковку. Улыбчивый Лоуренс подмигнул мне, мысленно оповещая о том, что малый под его пристальным надзором. Я лишь благодарно кивнула, перед тем, как Стефано галантно открыл мне дверь.

Каково же было удивление, когда мы прибыли в частный сектор. Среди шикарных особняков красовался аналогичный двухэтажный дом, который навеивал ощущение роскоши и предстоящего веселья. За массивной дверью отчётливо слышались басистые голоса, которые создавали сильный гул.

Шествуя по заснеженной, слегка скользкой дорожке, невольно заглядывалась на габаритные сосны, которые были усыпаны белоснежной пыльцой. Пушистые ветки с необычайной лёгкостью удерживали весь тот груз, что даровала им красавица зима. Довольно огромная территория совмещала в себе множество скамеек, фонтан, что находился в самом центре, и даже небольшой сад, в котором с наступлением весны наверняка расцветают розы, тюльпаны, георгины и пионы.

При попадании внутрь я сразу же обратила внимание на высокие потолки, колоны, которые, собственно, удерживали всю эту конструкцию и практически ничем не отличались от тех, что находятся снаружи, мраморный пол шоколадного оттенка и стены, пропитанные смесью глубокого сине-зелёного цвета. Интерьер был выполнен в современном стиле, но всё же показался немного вычурным и броским. Как ни крути, но душе всегда импонировал минимализм, а здесь всё буквально кричало о пышности, фасонистости и зажиточности.

Первым делом Стефано повёл меня к огромному бару и любезно предоставил бокальчик игристого, а сам отошёл под предлогом повидаться с нудным Кларком, который на удивление явился на неподобающую его образу тусовку.

Я была не против. Но, учитывая всё то изобилие напитков, что остались дома, мы рискуем проснуться на утро с сильным похмельем и сухостью во рту. Либо организовать бедной печени такие испытания, после которых она начнёт разлагаться.

– Привет, проказница, – громко воскликнул Феликс, появившийся буквально из ниоткуда. Я подпрыгнула на месте, поперхнувшись порцией шампанского и едва не выронила хрустальный бокал. – Не думал, что встречу тебя здесь.

– Привет, – ответно поздоровалась я, тихо кашляя. – Я приехала не одна.

– Знаю. Босс уже во всю болтает с главным снобом сегодняшнего вечера.

– Да, Кларк явно попал не в свою среду обитания, – я усмехнулась, делая очередной глоток.

– А тебе идёт образ пай-девочки, – оценивающе причмокнул Брукс. – Ты – единственное украшение всего вечера.

– Сочту за комплимент, – учтиво кивнула ему в ответ, высматривая среди толпы Стефано. Должна признать, что работников у него более чем достаточно. Половину в глаза даже не видела.

– Неужели босс приволок тебя ради проводов Нового года в кругу команды? – не прекращал сыпать вопросами он. – Что-то поистине странное и невообразимое. Нет, Стефано, конечно, тот ещё загадочный фрукт, но обычно он не приглашает с собой девушек и уж тем более не задерживается на лишние пять минут. Тебе крупно повезло.

Я лишь немо усмехнулась.

А Феликс уже поддатый. Весьма сговорчив, тараторит без умолку, отчего у него заплетается язык, резво размахивает руками, тем самым разливая на пол остатки виски, и глуповато улыбается, словно провинившийся подросток, который разорвал новую куртку, а мать пригрозила, что с дырой на рукаве на порог не впустит.

– Тебе-то какое дело? – появился из-за спины Рейф. – Бери бокал и иди гуляй. Юная леди не особо горит желанием проводить время в твоей компании.

– А тебя она ждала, как солнце среди свинцовых туч, так что ли?! – рыкнул Брукс.

– Забыл, что бывает, когда ты много говоришь? – насмешливо выдал мужчина. – Смотри, как бы в следующий раз Вивьен не зарядила в твою бестолковую голову. Думаю, ты убедился, что девушка не промахнётся.

– Кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать? – выпучил глаза шатен. – Мы мило разговаривали, а потом припёрся ты и всё испортил.

– Если хочется, то бей, не стесняйся, я разрешаю, – легонько толкнул меня Кантуэлл.

– Здравствуйте, Вивьен, – объявился уже третий по счёту мужчина. Я перевела взгляд в сторону говорящего и завидела застенчивого Бонни. Парень улыбнулся добродушной улыбкой и дружелюбно протянул ладонь, дабы поздороваться. – Рад, что вы решили заскочить на праздник. Выглядите просто шикарно, глаз не оторвать!

– Спасибо, – озадаченно улыбнулась ему, уверенно пожимая чужую руку. – Извини за то маленькое недоразумение…

– Оу, что вы, – скромно посмеялся русоволосый, – я не держу зла. Напротив, восхищаюсь вашей решительностью, стойкостью и наработанными навыками. К тому же вы были первой, кто удосужился приковать меня наручниками к батарее.

– Забудь об этом, – махнула я, не желая испытывать нотки вины за содеянное. Как-никак худенький паренёк мог простудиться. Глядя на его болезненный вид, так и навеивают масли о различных болезнях.

Через пять минут к нам подтянулось ещё около пяти, а то и восьми парней. Кого-то знала, а кого-то видела, возможно, и не впервые, но просто не помнила на лицо. Таким образом, я оказалась окружена толпой. Парни неугомонно болтали, осыпая меня различными вопросами, похвалами и лестными словами:

«Как давно ты занимаешься стрельбой?»

«Сколько вам лет?»

«Тебе нравится наше общество?»

«У вас потрясающий парфюм!»

«Как вы познакомились со Стефано?»

«Обворожительный наряд!»

«Как тебя наш зануда Джозеф?»

«Скольких придурков ты уже избавила от возможности ходить?»

Чёрт! Вот-вот и мой мозг взорвётся от этого бурного потока.

Не знала, куда себя деть и как выбраться из клетки, состоящей из огромных амбалов.

– Не желаешь потанцевать? – послышался знакомый низкий голос, и я обернулась, завидев улыбающегося Честера.

– Я только за! – резко выпалила я. Мужчина помог протиснуться сквозь столпившихся парней и, позволив взять себя под руку, отошёл в самую неприметную для всех часть помещения. Его рука аккуратно легла на мою талию, а вторая обхватила миниатюрную ладонь, увлекая в неспешный медленный танец.

– Спасибо, что снова выручил меня, – тихо посмеялась я, неспешно перебирая ногами.

– В силу возраста ребята бывают малость нетактичными. Не обращай внимания на их излишнюю любознательность. Как ни крути, но ты первая девушка в коллективе, отчего они испытывают дикий интерес.

– Я привыкла. Ранее работала в мужской компании, поэтому излишнее внимание далеко не новость.

– Почему покинула прошлую должность?

– Зарплата не устраивала, – буркнула я.

– За годы работы на Эспозито я научился распознавать скрытый смысл в словах, Вивьен, – умеренно молвил он, покачиваясь из стороны в сторону. – Что произошло?

– Коллеги подставили меня, и я решила молча уйти без всяких на то объяснений. Тем более Стефано предложил место в вашем коллективе, а жить на что-то нужно и…

– Ты бы в любом случае не нуждалась в деньгах, малышка, – тихо посмеялся Честер. – Ни для кого не секрет, что Стефано достаточно состоятельный и солидный мужчина. Он бы с лёгкостью обеспечил тебя.

– Мне не нужны его деньги.

– Знаю. Ты не похожа на девушку, что падка на дорогостоящие бумажки. Да и Эспозито не дурак, чтобы содержать даму, которая не может ничего ему дать, помимо секса. Должно быть, он действительно питает к тебе сильные чувства. Видела бы ты его обезумевшие глаза, когда в твою сторону полетела масса убийственных пуль. Мне даже показалось, что он жутко перепугался. Не помню, когда последний раз видел Стефано таким растерянным и ошарашенным. Ты заставила его знатно понервничать.

– Я не могла поступить иначе.

– И всё же, где ты работала до вступления в наш легион? – он закрутил меня вокруг оси, отчего платье обворожительно разлетелось, образовывая классический веер, которыми пользовались дамы до появления кондиционера.

– Охранником, – я выдала первое, что пришло в голову.

– Что охраняла? – усмехнулся Честер.

– Склады с различными материалами для постройки домов, – соврала я.

– Что насчёт стрельбы? – он остановился. – Ты отлично справляешься с оружием, хотя по большей части девушки не смыслят ничего в разновидности пушек.

– Отец был охотником.

– И он вот так просто отпустил тебя работать на незаконного торговца?

– Он исчез восемь лет назад, – отрешённо бросила я. Честер досадливо прикусил губу, чувствуя некую вину из-за нетактичного вопроса. Нет, меня не особо затронули его слова. Как-никак мужчина едва знаком со мной и не может знать подробностей личной жизни, и моменты, которые связаны с неутешительным прошлым.

– Извини…

– Всё в порядке, – я слабо улыбнулась в попытке привести его в чувство. – Ты не виноват в том, о чём и знать не знал. Не принимай близко к сердцу.

После окончания танца Честер прошёл к столу, где уже собрались остальные ребята. В последний момент Стефано перехватил меня у временного спутника и, учтиво кивнув ему в знак благодарности, галантно задвинул мне стул, а сам остался стоять по левую сторону.

– И так, мои дорогие друзья, – начал Эспозито, – рад, что в канун столь грандиозного праздника мы собрались тем же составом, дабы помянуть былое и подумать о будущем. Этот год выдался для меня тяжёлым и по-своему насыщенным. Думаю, вы согласитесь, если я скажу, что мы хорошо поработали. За эти триста шестьдесят пять дней наша команда пережила множество взлётов и падений. Но, несмотря на все неурядицы, конфликты и трудности, мы по-прежнему оставались верны друг другу и подставляли руку помощи в самые тяжёлые минуты жизни. Также в наши ряды вступил ещё один жутко талантливый сотрудник. И как бы странно ни звучало, но им оказалась именно девушка, которая, вероятно, уже полюбилась вашим сердцам ровно так же, как когда-то покорила моё. Я хочу поздравить и поблагодарить каждого из вас за то, что вы, ребята, на протяжении всего этого времени служили мне верой и правдой. Я ценю каждого из вас и всё, что вы делаете для меня. Хочу пожелать вам прежде всего успехов в жизни и удачи в достижении собственных целей, благоразумия, взаимной любви и банального счастья.

Все дружно подняли бокалы в знак тоста босса и громко завопили, кто-то по привычке присвистнул.

Оу, если бы вы только знали, что происходило далее… Это был самый настоящий Армагеддон! Кто-то спокойно сидел на диванчике и потягивал виски, кто-то занимался несусветной дурью, а такие как Феликс и Рейф умудрились около пяти раз поругаться и примириться. Джозеф впервые за всё время молча наблюдал, не желая присоединяться к хаосу и читать нравоучительные речи молодым парням, в жилах которых течёт горячая кровь. Но знаете, кто удивил меня больше всех? Нет, не Эспозито. Он вообще стоял в сторонке и самодовольно усмехался, демонстративно качая головой. Меня поразил тихоня Бонни! Милый и всегда застенчивый мальчик, видимо, позабыл о своём безобидном образе и, пригубив лишнего, взобрался на стол, исполнив откровенный танец.

– Исполняет он, а стыдно мне, – выдал подошедший Честер, прикрывая лицо ладонью.

– И не говори, – на автомате отозвалась я, хотя фраза была адресована рядом стоящему Стефано.

– Я чего-то не знаю? – изогнул левую бровь Эспозито, одаряя нас внимательным взглядом.

Да, прокололась. Стефано ведь не знакомил меня с Честером, да и на работе мы в принципе не пересекались. Все мои визиты перепадали на его выходные дни.

– Пока ты говорил с Джозефом, мне пришлось отбивать несчастную девушку от десяти парней, – сходу выдал мужчина. – Таким образом мы и познакомились. Ты имеешь что-то против?

– Нет, – растянулся в улыбке Стефано. – Любопытно, когда ты познакомишь меня со своей женой.

– Вы женаты? – изумился мужчина, но Эспозито ничего не ответил и, подхватив меня под локоть, спешно направился в сторону выхода, напоследок подмигнув другу и оставив его мучиться над вопросом: «да» или же «нет».

Честно говоря, поражена, насколько тёплые у них отношения, как для босса и подчинённого. Возможно, всему виной давнее знакомство, и Стеф доверяет этому человеку. Если говорить начистоту, то Честер импонирует и мне.

Мы ушли незаметно для всех, даже не попрощавшись. Погрузились в автомобиль и рванули невесть знает куда. Невзирая на скользкую дорогу, Стефано разогнулся до ста восьмидесяти, хотя перед этим не хило так пригубил.

– Куда мы едем? – задала терзающий вопрос я, подмечая его горящие глаза.

– Оу, навстречу веселью и безудержной радости, крошка, – зловеще прошептал он.

Я промолчала и ничего не ответила. Безумная улыбка слегка тревожила трезвый разум. Часы показывали 21:12, а мы гнали чёрт знает куда, навстречу так называемому «веселью».

Что задумал этот ненормальный? Не знаю, но уже интригует. Этот мужчина безумен, и это, чёрт возьми, заводит! Со Стефано я готова ехать хоть на край света.

Мы миновали частный сектор и выехали за пределы Лондона. В какой-то момент Эспозито свернул со знакомой для меня дороги на старую брусчатку. Вокруг не было ни единого намёка на цивилизацию, одни только деревья и лесные заснеженные массивы. Дорога была более-менее расчищена, иначе мы бы просто застряли на месте. Значит, здесь всё-таки обитают люди. Вопрос только в том, зачем мы приехали.

Спустя десять минут непонятных блужданий, автомобиль в конце концов остановился. По правую сторону от дороги стояло высокое двухэтажное здание, которое освещал тусклый прожектор с датчиком движения.

– Только не говори, что мы приехали в твой странноватый загородный дом, – я вымученно посмотрела на спутника.

Здание совсем не походило на какое-никакое жилище. Да что уж скромничать, оно и вовсе не предназначено для проживания.

– Не глупи, я бы никогда в жизни не поселился в подобной развалюхе, – закатил глаза он. – Выходи.

– Что происходит? – нахмурилась я.

– На улицу, – резко сменился в лице мужчина, обращаясь ко мне в приказном тоне. – Живо!

Внутри неприятно забурлила кипящая лава, состоящая из возмущения и негодования. Я выпорхнула, хлопнув дверью так, чтобы этот гад услышал и понял, что сморозил чушь и какую ошибку допустил, заговорив со мной в столь властном эмоциональном оттенке.

Стоило Стефано покинуть «убежище» как я тут же налетела на него, подтолкнув засранца к капоту.

– У-у-у, какая вы грозная и непривычно резкая, юная леди, – тихо засмеялся мужчина, притянув к себе и сноровисто сменив положение тел. Таким образом, я оказалась на его месте.

– Ты перепил? – вскинула тёмные брови я. – Хах, событие один на миллион.

– Я трезв, Вивьен, – уверенно заявил Эспозито, внимательно наблюдая за тем, как быстро меняется мимика на моём лице.

– Отлично, – наигранно улыбнулась я, агрессивно впившись в белоснежный ворот куртки и что есть силы потянув на себя, тем самым вынудив Стефано согнуться в три погибели. – Где мы, мать твою, находимся и на кой хрен ты приволок меня в забытую всеми глушь?