Дарья Донцова
Малютка Интрига

© Донцова Д.А., 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Глава первая

– Самая тяжелая работа на свете – выглядеть красавицей двадцать четыре часа в сутки.

Произнеся эту фразу, наша гостья вынула из сумочки зеркальце, изучила свое отражение и поправила завитые штопором локоны.

Я тихо засмеялась.

– После полуночи можно забыть о макияже и спокойно заснуть.

– Ночью все кошки серы, – как всегда, откровенно высказался Костин.

Я пнула лучшего друга. Хорошо, что все сейчас сидят за круглым столом и никто не видит, какие кренделя я выделываю ногами.

– Вы не правы, – улыбнулась посетительница. – Представьте ситуацию: проснулись в пять утра. Сели в кровати. Рядом кто-то лежит, неважно, кто он – муж, любовник, просто временное увлечение на один раз – неинтересен статус партнера. Иное важно: он с вами в кровати. Вчера вместе провели вечер, куда-то ходили, где-то тусили. Вы смотрелись потрясно. Личико свеженькое, глазки-блюдца, губки-бантики, бровки черные, реснички пушистые, щечки румяные. А фигура! Грудь роскошная, попа петушком.

– Не знаю, как выглядит у домашней птицы задница, но, на мой взгляд, она не может считаться украшением женщины, – высказался Вова.

Наша гостья сложила губы так, словно хотела протянуть «о-о-о», но вместо этого засмеялась.

– Хо-хо-хо! Я имею в виду не размер, а то, что ничего не висит, все задрано, как у петуха хвост! Вот какая вы вчера была красавица. И кого видит кавалер в пять утра около себя? Жуть дремучую! Волосы – не локоны, совсем не они, густоты в шевелюре нет, кое-где проплешины. Глазенки смахивают на свинячьи.

– «Свинячьи» очи или «свинские»? – пробормотал Костин. – Лампа, как правильно?

– Рта нет, – продолжала гостья.

– Куда ж он подевался? – изумился Володя.

Но ответа не последовало – потенциальная клиентка продолжала исполнение своей песни.

– Ресницы у вас отвалились, брови осыпались! Я уж не говорю про руки! Вчера пальчики были в идеальном состоянии, а сегодня ногти отлетели!

Костин кашлянул.

– Беднягу кто-то побил? Она ваша родственница? Подруга? Коллега по работе? Хотите найти преступника?

– Никто женщину не трогал, – отмахнулась от вопросов гостья, – просто она вечером после всего самого интересного умылась. Кавалер же заснул, лица ее не видел, думал, он с небесным созданием рядом. И гутен таг у-лю-лю!

– Гутен таг у-лю-лю? – повторил Володя и потряс головой. – Простите, не понял.

– Неужели не ясно? – всплеснула руками красавица. – Вечером вы всегда умываетесь?

– Нет, – признался Костин, – иногда так устану, что сил нет даже ботинки сбросить, просто падаю в кровать.

– Не смыв макияж и в уличной обуви? – ужаснулась визитерша.

– Штиблеты оставляю в прихожей, – уточнил Володя, – и сразу под одеяло.

Посетительница вздохнула, но упорно продолжила все ту же речь.

– Глянет мужик на утреннюю рожу своей сокроватницы…

– Кого? – заморгал Вова.

– Той, кто в койке рядом, – фыркнула женщина. – Где ее грудь? Попа? Талия? Шея лебединая? Около вас нечто бесформенное, жирное, со свинскими глазами, без ресниц, бровей, губов! Ваша реакция? Что станете делать?

Костин чуть склонил голову вправо.

– Понятия не имею, где у девушек губовы находятся. Но если дело так обстоит, как вы сейчас доложили, непременно подумаю: «Ну и нажрался ты вчера, Вовчик!» Потом пойду кофе варить!

– А губы, вообще-то, на лице, – решила продолжить странный разговор женщина. – Если…

Мне надоела пустая беседа, поэтому я перебила «докладчицу»:

– Извините, нам не известно ваше имя.

– Кисонька, – потупилась дама.

– Рады знакомству, – улыбнулась я. – А что у вас написано в паспорте?

– Зачем вам понадобилась эта информация? – прищурилась болтунья.

– Если хотите нанять нас, то необходимо составить договор, – включился в разговор Костин, – понадобятся паспортные данные.

– Зачем? – пропела Кисонька.

– В любых документах, если в них идет речь об оплате услуг, надо указать все данные человека, – начал объяснять Володя, – мы обязаны оформить наши отношения с клиентом официально. В вопросе финансов следует проявлять аккуратность.

– Деньги? – заморгала посетительница. – Ну зачем сразу о рублях? И оформлять отношения не желаю. Замуж за вас не собираюсь. Вроде мило выглядите, но привычка мужчины ложиться спать в ботинках мне не нравится. И вряд ли у нас получится хорошая семья – жить с успешной бизнес-леди, такой, как я, непросто.

Костин начал кашлять, а мне захотелось сразу расставить по местам все знаки препинания.

– Говоря об оформлении отношений, Владимир имел в виду подписание договора. Там указаны наши обязательства по отношению к клиенту, сумма оплаты работы детективов и их расходов.

Кисонька замахала руками.

– Боже! Опять рубли! У меня с ними никаких проблем. Не успеваю потратить то, что имею. Перед вами очень успешная бизнес-леди. Владею салоном, там, кроме прочего, делают вечный макияж.

– Вечный макияж? – переспросила я. – Татуаж?

– Жуть! – подпрыгнула Кисонька. – Конечно нет. Никогда не соглашайтесь на эту услугу – изуродуете себя. Вечный макияж – на самом деле не вечный, он временный, но так называется, потому что держится почти вечно, пока его не смоешь! Вы абсолютно правы, с клиентом надо заключать договор. А я, лохушка эфиопская, никогда не заботилась об этом!

– Вы живете в Эфиопии? – задал гениальный вопрос Володя.

– В Москве, – ответила посетительница. – Вообще-то, надеялась на помощь Фроси, которая теперь Евлампия. Мы с ней все детство вместе провели – родные люди.

Потом посетительница в упор посмотрела на меня.

– Ты теперь жена олигарха, миллиардами владеешь. Я же маленькая бизнесвумен, для меня сто тысяч рублей – о-го-го какие деньги.

Сначала я заметила нестыковку в словах посетительницы. Только что она говорила о своем успешном деле, а через секунду сообщила, что является «маленькой бизнесвумен». Потом в моей голове вспыхнул вопрос: по какой причине красавица не желает представиться? Она ведь не семилетняя девочка, которая считает себя Кисонькой. И лишь потом пришло удивление: мы хорошо знакомы?

Я всмотрелась в лицо женщины и поняла, что не могу его увидеть. Со зрением у меня порядок, но как разглядеть личико, если его покрывает толстый слой тонального крема, контуринга, пудры, румян? Под глазами щедро намазан консилер. На верхних веках наклеены пучки ресниц – они напоминают веники, – выше наложены тени. Снизу густая черная подводка, если не ошибаюсь, подобный макияж именуется «смоки айс», наносить его лучше вечером. Губы тоже хороши – их обвели карандашом, намазали бордовой помадой. Ну как можно узнать женщину, у которой вместо лица маска вождя африканского племени, который вышел на тропу войны и разукрасился чудовищным образом, дабы уже до начала битвы перепугать противника насмерть и обратить его в бегство?

– Назовите, пожалуйста, имя, которое стоит у вас в основном документе гражданки Российской Федерации, – потребовал Володя.

Костин понял, что я сейчас не способна вспомнить, где встречалась с посетительницей, и пришел на помощь.

– Ну, раз уж вы настаиваете!.. Татьяна Ивановна Петрова. Но женщин с такими данными уйма. Не желаю ходить стадом. Зовите Кисонькой, под этим именем меня подписчики в соцсетях знают, – заныла гостья. – На худой конец – Татой. Без отчества. И, учитывая, что мы с Фросей лучшие подруги, вместе в яслях плакали, я надеюсь на дружескую помощь. Для вас моя проблемка – занятие на пять минут. А я полжизни потрачу, разыскивая воровку. К чему нам договор?

– Простите, у меня в раннем возрасте не имелось приятельниц, – возразила я. – В дошкольные времена не ходила ни в ясли, ни в садик, меня воспитывала мама. В гимназии тоже ни с кем не поддерживала тесных отношений. Во дворе нашего дома не играла, на даче в общей песочнице не сидела.

– Эвелину Михайловну забыла? – задала вопрос Тата.

Я начала рыться в памяти, но так и не сообразила, о ком речь.

– У вас работала женщина с таким именем, приходила несколько раз в неделю убирать квартиру. Она моя родительница, – пробурчала Татьяна. – Твоя мать отдавала ей твои сношенные вещи. Я младше тебя!

– Вы дочь той женщины, которая помогала Ольге Петровне по хозяйству? – удивилась я. – Рада нашей случайной встрече, но до сегодняшнего дня ни разу ни вас, ни Эвелину Михайловну не видела. Вряд ли могу считаться вашей подругой.

– Почему нет? – нахмурилась посетительница. – Я носила твои старые вещи, мы – родня по шмоткам.

У меня не нашлось аргументов для возражения, а Татьяна не утихала – теперь она начала всхлипывать.

– Не к кому обратиться бедной, несчастной, без копейки в кармане девочке, которую обворовали…

Я опустила глаза. Женщине следует, наконец, определиться: она успешный предприниматель или нищая?

– Вас обокрали, поэтому вы пришли в детективное агентство? – уточнил Костин.

– Да, – подтвердила женщина. – Помогите! Фросе с рождения повезло. Ее воспитывала богатая семья. А моя мама – с пустым кошельком. Ну какое образование она могла дать дочке? После восьмого класса я еле-еле попала в медучилище. Об институте и не мечтала, туда только отличников-хорошистов брали. Пришлось людям клизмы ставить. Очень сложная, нервная работа, малооплачиваемая.

Я сообразила, что песнь о тяжелых годах детства-юности может продолжаться до вечера, и быстро поинтересовалась:

– Что у вас пропало? Деньги? Драгоценности?

– Да откуда у нищебродки такое? Исчезли попа, грудь, ноги, руки, – ответила Тата, – плюс еще кое-что!

Костин окинул взглядом клиентку.

– Вроде все на месте, выглядите прекрасно.

– Да, – кокетливо хихикнула Татьяна, – благодаря каталогу «Фемина, сделай сама» нет проблем ни с внешностью, ни с умом. А вот с клиентками вечная чехарда! Она забрала грудь, лучшую попу, пошла в кассу и не дошла! Обычно я отдаю попу и остальное только после оплаты, но дама была такая милая. Приехала на шикарном автомобиле, шофер с ней. Верните мне деньги!

Глава вторая

– Ничего не понимаю, – не выдержала я. – Можете объяснить подробнее?

Речь Таты потекла полноводной рекой. Минут пятнадцать еще она продолжала жаловаться на свое унылое детство, в котором была лишь одна радость – получить в подарок обноски от дочки Ольги Петровны Романовой да изуродованные капризной баловницей куклы. Услышав про искалеченные игрушки, я не сдержалась.

– Я никогда не ломала ничего из того, что получала в подарок. Папа привозил презенты из всех командировок – а он часто летал в разные страны, – поэтому я обладала замечательными вещами, берегла их. И мама мои игрушки никому не отдавала. Все они мирно жили в шкафах детской. Когда я вышла замуж, вот тогда мать отдала всю коллекцию кукол с мебелью, одеждой и домом своей подруге Фаине Борисовне. У той есть дочь Линда, намного младше меня. Вот ей все и досталось в целости и сохранности.

– Нет, – покраснела гостья. – У меня феноменальная память! Мать протягивала мне пакет со словами: «Иди, разбирай, опять Романова не пожалела то, что ее принцессе не нужно». И я сортировала груду ног, рук, туловищ. Самые страшные у них были головы. Брр! Глаза выковыряны, волосы – где выдраны, где сожжены.

– М-да, – покачал головой Костин. – Не имею психологического образования, но знаю: многие серийные убийцы в раннем детстве издевались над игрушками, потом переходили на домашних животных, следом – на людей.

Я поняла, что ощущают невинно осужденные люди, и повторила:

– Мои куклы находились в идеальном состоянии.

– Что-то не так, – произнес Юра Чернов, который, как обычно, уставился в один из своих ноутбуков. – Татьяна Ивановна, ваш адрес: улица Зеленая, десять?

– И что? – насторожилась Петрова. – Имею право жить где пожелаю.

– Конечно, – согласился Чернов, – но вы старше Евлампии. Должен заметить, выглядите прекрасно. Кажетесь моложе.

– И что? – повторила гостья, на сей раз уже кокетливо глядя на Юру.

– Вы старше лет на пятнадцать, – подхватил Володя, – Ольга Петровна не могла отдавать вам наряды дочери. Вы не сумели бы их использовать. А куклы со всеми атрибутами начинают интересовать девочек года в четыре. Скорее всего, тогда их Лампе начали покупать. Ну не сразу же малышка их ломала! Год, другой могла с лялями забавляться. А вы уже подростком стали, у вас появились иные интересы.

– Встречаются женщины, которые всю жизнь возятся с куколками. Но для них это профессия, одни производят нечто типа Барби, другие шьют им разную одежду, – встряла я. – Цена на авторские изделия немаленькая, часто за сто тысяч переваливает.

– Ого! – воскликнул Костин.

– Коллекционные экземпляры всегда дорогие, – подтвердил Чернов. – Теперь насчет украденной у вас попы. Ее на самом деле могли спереть!

– Уверен? – ухмыльнулся Вовка.

– Татьяна Ивановна сообщила про каталог «Фемина, сделай сама», – начал объяснять Юра. – Какие мысли вызывает название?

– Там предлагают какие-то товары для творчества, – предположила я, – ну, вроде «сколоти табуретку сам, вот инструкция и все нужное в одной коробке».

– Типа того, – согласился Чернов, – только собрать надо себя.

– Не понял, – удивился Володя.

– Объясняю! – воскликнула гостья. – Каждой женщине хочется иметь славу красавицы, но не всякая баба хороша собой от природы. Чаще наоборот. Бедняжки бегут к пластическому хирургу, вшивают во все места куски резины. Ай-ай-ай! Наркоз убивает здоровье, присутствие постороннего предмета в организме превращается в невероятную проблему. Время идет, имплант начинает мигрировать, из попы перемещается на живот.

Юра рассмеялся.

– Невесело совсем, – рассердилась гостья, – тут рыдать надо. Приходится опять ложиться под нож. И что мы имеем? Нет красивой задницы, но и животик теперь такой, словно в зубах крокодила побывала! Мой салон с каталогом «Фемина, сделай сама» – спасение для тех, кто очень хочет выглядеть, как мисс Вселенная, и при этом не уродовать себя скальпелем. У нас огромный выбор трусов, лифчиков, колготок, рукавчиков, все для ног, все с накладками.

Костин чуть приоткрыл рот.

– В смысле?

Тата пояснила:

– У вас нет попы – так, кулачок сморщенный. А на тусовку охота нарядиться в платье из тонкого шелка. Спереди вроде ничего смотритесь. Зато сзади просто кошмар кошмарный. Льете слезы у зеркала, натягиваете шмотье оверсайз. Ха! Только страшнее становится. Можно задрапироваться со всех сторон, но если задницы нет, то ее нет! Что делать? Приходите в мой салон, покупаете белье с имплантом, надеваете, сверху платье. Богиня! Ваша попа – украшение вечера, все только о ней и говорят. Отсутствует талия? Ерунда. Пояс из особого материала утянет ее до любого размера.

– Лифчики тоже имеются, – догадалась я. – Но вы упоминали еще руки и ноги. Зачем там ваши конструкции?

– Кое у кого ножонки – палочки, ручки – веточки, а в моде обтягивающие джинсы, пуловеры и кофты в облипку, – пояснила Татьяна. – Берете наши колготки. Они могут иметь толщинки в разных местах или повсюду. Нравится тебе парень, а он предпочитает девушек не меньше пятидесятого размера? Да нет вопросов! Сделаю из тебя секс-бомбу нужного объема.

Юра запустил ладонь в давно не стриженную шевелюру.

– На тусовке тетка – конфетка, а если до постели дело дойдет? Тогда как? Раздевается такая… Сначала грудь отстегнула, потом задницу, талию распустила…

– Я б ждать не стал, пока она вся разоблачится, – признался Костин, – удрал бы сразу, как только кофту стащит.

– Неправда, – отмахнулась Татьяна, – если до койки дошло, то ни один парень не убежит. У меня тьма довольных клиентов.

– Кто-то взял накладки и не заплатил? – вернула я аудиторию к основной теме беседы.

– Да! – топнула Петрова. – И ведь есть пункт проката. Можно не покупать, взять поносить на время.

– Интересно, – странным голосом заметил Вова, – задница напрокат! И…

Костин быстро нагнулся под стол. Я поняла – мой самый близкий друг умирает от смеха – и решила взять вожжи беседы в свои руки.

– Татьяна, у вас, получается, нет договора с этой дамой?

– Не-а, – всхлипнула Петрова, – только чеки. Человек оплачивает услугу и все!

Володя сел прямо.

– К вам и мужчины заходят?

– Конечно, – закивала посетительница, – все хотят произвести впечатление, сейчас в моде красивое тело.

– Отсутствие договора усложняет ситуацию, – начал объяснять Чернов. – Можете назвать фамилию клиентки?

– Не-а, – всхлипнула Таня.

– А имя? – улыбнулась я.

– Не знаю, – прошептала Татьяна. – В моем салоне полная анонимность, документов не спрашиваю, только псевдоним.

– Неразумно так вести бизнес, – не удержалась я.

– Нам нужен адрес салона «Фемина, сделай сама», – продолжил Юра.

– Хотите нас посетить? – хихикнула Таня. – Обещаю два процента скидки.

– Салона с таким названием в столице нет, – пояснил Чернов.

– Мы в области, – промурлыкала посетительница.

– А-а-а, – протянул начальник отдела компьютерного поиска. – В области имеется такой. Но…

Глава третья

– Говори, – попросил Костин.

– Татьяна Ивановна не хозяйка салона, – заявил Чернов, – она работала на ресепшене, оклад был семьдесят пять тысяч рублей. И «Фемина, сделай сама» – лишь часть косметической здравницы «Вако». Татьяна, вы уволились из данного учреждения в прошлом году.

– Просто я получила повышение, – не смутилась врунья, – теперь являюсь заведующей «Вако».

– Нет, – снова не согласился Чернов. – Отмечу, что начальство салона меняется часто, раз в год-полтора. Не так давно директором стала Олеся Никитична Игнатова. По специальности она терапевт, но не работала ни в больнице, ни в поликлинике. Салон «Фемина, сделай сама» не для простого человека, за услугу о-го-го сколько хотят. Прокат и продажа белья с имплантами – не основное направление заведения. «Вако» – часть большого комплекса. В нем спортзал, медцентр, гостиница, магазин, где продают продукты, которые сейчас объявлены панацеей от ожирения, депрессии, лени и так далее. Ух ты! У них еще есть клуб знакомств. Толстые, больные люди, те, кто не способен найти себе пару, обращаются на сайт «Будьте счастливы». Потенциальный клиент оставляет заявку, ему приходит анкета. И затем через пару дней он получает или не получает приглашение стать членом «Будьте счастливы».

– У них кастинг? – удивилась я. – Мало того что люди платят, наверное, немалые деньги за регистрацию, так им еще надо произвести положительное впечатление на администрацию?

– Похоже на то, – кивнул Юра.

– У меня возник иной вопрос, – нахмурился Костин. – Татьяна Ивановна, почему вы сообщили, что являетесь владелицей «Фемина, сделай сама»? Вы сидели на ресепшене.

– И что? – вскинула голову Тата. – По-вашему, только богатая девчонка имеет право нанять детектива? Та, что не обладает средствами, пусть рыдает в углу?

– К нам обращаются люди разного достатка, – слишком спокойно произнес Костин.

Я поняла, что Володя зол до крайности, а он продолжил:

– Есть благотворительная программа, кое-кому помогаем бесплатно.

– Да, да, да, – закивала Татьяна, – такое мне подходит! Денег совсем нет! Честное слово! Вообще никаких!

– Давайте начнем заново, – вздохнула я. – В двух словах объясните, что вы от нас хотите?

– Найти клиентку, которая сперла товар, – отрапортовала Татьяна. – В салоне существует система. Сначала я считаю общую сумму покупки. У воровки вышло триста тысяч сто два рубля.

– Однако, – заморгал Юра, – немало!

– Думали, я из-за ерунды пришла? – хмыкнула клиентка. – Дрянь набрала по полной программе, лучшее. Дала чек бабе, отвела в кассу. Вернулась, сложила покупочку в нашу сумку, жду девку. Мне из кассы должны позвонить, подтвердить оплату. Ну и звякнули, только со склада, заведующая завопила: «Скорее беги к сантехнику, зови его, у нас трубу прорвало, вода фонтаном бьет! Заткнула течь, чем смогла, самой не отойти, выручай!» Ну я и понеслась к рабочим. Когда вернулась, сумки с товаром не было. Мне в голову не пришло забеспокоиться. Никогда воровства не случалось. Нищие в салон не заглядывают, пенсионеры убогие тоже. В нашем кафе чек за чай с пирожным – как у них месячная рента. Чего только дамы в кабинетах не забывают. В душе на полочках серьги, кольца, все в нехилых брюликах. В раздевалке часы бросают стоимостью в загородный дом. Никто не возьмет – ни обслуга, ни, тем более, другие клиенты. Зачем им? У самих счета от бабок ломятся. Найдут чужое, меня кликнут. Я заберу, фото сделаю, в нашу соцсеть сброшу с сообщением: «Кто у нас Маша-растеряша? Обратитесь на ресепшен, приготовьте шоколадку для той, которая нашла». И укажу фамилию того, кто чужое притащил. В общем, спокойно я вечером домой утопала. А вчера утром выяснилось – тетка смылась, чек не оплатила, зато товар прихватить не забыла. Директриса меня на ковер вызвала, предупредила: «Найди клиентку! Объясни: у нас на кассе камера, ее на записи нет. Если не оплатите товар, сообщим во всех соцсетях ваше имя. Если отдадите деньги, то нет проблем. Понимаю, у вас забот полно, умчались, забыли про кассу. Бывает».

– На кассе, если верно понял, есть камера? – уточнил Чернов.

– Да, – согласилась посетительница.

– Значит, мы можем получить фото воровки, – обрадовался Костин.

– Она не заплатила, – напомнила Тата, – даже близко к кассиру не подходила.

– Но стояла около вас на ресепшене, – подсказал Чернов.

– В самом салоне отсутствует видеонаблюдение, – всхлипнула рассказчица, – оно – нарушение права клиентов на личную жизнь. Видела я эту кобылу впервые. Не понравилась она мне конкретно.

– Чем? – заинтересовалась я.

– Наши дамы, как правило, одеты просто, – вздохнула Тата, – многие на заказ в тяжелом люксе шьют, но просят название фирмы нигде не указывать. Если кто носит сумку от «Шанель», всю усеянную логотипом, то она – или фейк, или единственная дорогая вещь в гардеробе. Если в твоих руках сто таких «шанелек», то желание показать всему миру «вау, вона что имею» начисто исчезает. Пахло от нее не элитным парфюмом – ширпотребом. В ушах бриллианты, которые из разбитого стакана сделали. Мадам очень хотела казаться богатой. Но тому, кто на самом деле владеет состоянием, никому ничего доказывать нет необходимости. Он может выйти из дома в шлепках с рынка. Его материально, положение считывается по поведению. Знаете, как такие дамы вежливо беседуют? – Клиентка засюсюкала: «Добрый день, Танечка. Рада вас видеть, сделайте любезность, позовите Вадика, я к нему на краску и стрижку. Ах, еще не освободился? Предыдущая клиентка опоздала? Нет-нет, не торопите Вадюшу, спокойно посижу, в айпаде поброжу. Вас не затруднит принести чашечку кофе из ресторана, без сахара?» А когда получит напиток, поблагодарит: «Огромное спасибо, дорогая. Сегодня тяжелый день, сейчас отдохну. Хорошо, что дама передо мной опоздала». И перед уходом всегда положит тысячу рублей под блюдечко: «Бери, ресепшен, на чай». И таких мадам – пять-семь каждый день.

– Я не в том месте служу, – засмеялся Костин. – Сколько у вас рабочих дней на неделе?

– Шесть, – буркнула Татьяна.

– Примерно двадцать четыре в месяц, умножим их на тысячу… – начал рассуждать Костин. – И это я по минимуму посчитал, столько вам один человек дает – неплохая прибавка к жалованию. Почему вам клиентки не по нраву? Беседуют ласково, не хамят, улыбаются.

– Слишком они милые, – покраснела Петрова, – сразу понимаешь: не ровня им! Со своими по-иному щебечут. К нам часто приходит Елена Николаевна с внучкой, той двенадцать лет. Девчонка один раз скандал затеяла – ей подали латте, а она заказывала американо. Орала так, словно у нее что-то дорогое отняли. Бабушка и глазом не моргнула. А потом, увидав, что я в туалет для сотрудников пошла, который так сделали, чтобы дежурная даже в сортире слышала, что на ресепшене кто-то есть, сказала скандалистке: «Милая, ты ровня сотрудникам салона?» «Конечно нет», – фыркнула наглая внучка. «Но у тех, кто не знает, чья ты дочь и внучка, сейчас сложилось впечатление, что ты в родстве с мастерами и дурочкой из ресторана, которая по своему скудоумию перепутала заказ», – сказала пожилая дама. «Почему они так подумали?» – удивилась школьница. «А потому, что ты кричала, обзывала официантку по-всякому, – продолжила бабушка. – Так вести себя позволительно лишь с теми, с кем стоишь на одной ступени социальной лестницы. С домработницами, шоферами, парикмахерами следует общаться крайне вежливо, только на «вы», не допускать всплеска отрицательных эмоций. Подобное поведение – пропасть, которая отделяет нас от обслуги. Хочешь вскипеть от гнева при виде латте? Подумай: кретинка все перепутала, но разве умный, образованный человек захочет служить за копеечную зарплату? Нет. Это удел тех, кто не имеет образования, они тебе не ровня. Станешь орать – опустишься на их уровень. Проглоти желание вылить дуре кофе за шиворот, мило улыбнись, скажи: «Заказывала американо, не люблю латте. Оплачу этот напиток, вы же работали. Но, будьте любезны, сварите теперь для меня американо». И, уходя, оставь чаевые. Все. Флажки расставлены. Окружающим ясно: ты платишь, тебя обслуживают, ты намного выше лакея, горничной. Ты леди. Точка. А когда вопль, мат, визг, то ты «подруга буфетчицы». Если нравится такая роль, тогда беснуйся из-за глупости бабы у кофемашины. Слышала выражение «королева никогда не плачет»? Смысл его прост: аристократы не демонстрируют свои эмоции прилюдно, и они всегда дают чаевые».

Татьяна свела брови в одну линию.

– Вот тогда я поняла, почему большинство клиентов милы со мной. Найдите воровку, пригрозите ей! Могу заплатить вам пять тысяч. Рублей.

– Мы не беремся за подобные поручения, – ожидаемо ответил Костин, – никогда никого не пугаем. Подобные услуги – это не к нам.

– Почему? – занегодовала Татьяна и сама живо ответила: – Денег мало? Все вы такие! Корыстные! За копейку удавитесь.

– Вы живете в поселке «Птица Жар», – вступил в перепалку Чернов, – там коммуналка за самый маленький дом шестьдесят тысяч. Вряд ли нуждаетесь.

– Не твое дело, сколько я имею! – закричала Татьяна. – Идите на..! Чтоб на вас сегодня телега с дерьмом наехала и перевернулась!

– Можете показать свой паспорт? – тихо спросил Володя. – Он для составления договора нужен.

– Не взяла его с собой, – резко ответила Петрова. – Что, передумали? Поможете мне? Найдете бабу?

– Постараемся. Но только при условии оформления договора. Несите документ.

– А без него? – осведомилась Татьяна.

– Невозможно, – отрезал Володя.

Женщина вскочила, одним движением сбросила со стола все бумаги и убежала.

Глава четвертая

Я начала поднимать бумаги.

– Ну и ну, – протянул Костин, – слов нет. Что это было?

– На незнакомке повис долг в триста тысяч рублей. Я тоже мог бы начать нервничать в подобной ситуации, – тихо произнес Чернов.

– Ну зачем так врать? – продолжил удивляться Володя. – Ладно бы, она пришла… ну… к соседке и солгала о своем бизнесе. Захотелось мадам похвастаться, а нечем. Вот и наплела историю. В этом случае легко прокатит, если соседка не зарабатывает на поиске данных в интернете. Но заявиться к нам и наплести кружева? Юра, ты, небось, уже все о посетительнице узнал.

– И без особого труда – она ведь сообщила, что в Сети ник у нее «Кисонька», – отозвался Чернов. – Посетительница активна везде, где можно. Настоящее имя – Маргарита Андреевна Волгина. Из родственников – мать, ее зовут Эвелина Михайловна. Не успел пока глубже копнуть. Лампа, ты помнишь ваших домработниц?

– Тех, кто работал, когда я еще в школу не ходила – нет, – призналась я. – Знаю, что мама всегда нанимала женщин, которые помогали с уборкой, стиркой. Гладила мама сама, говорила: «Все горничные складывают рукава мужских сорочек и давай по ним утюгом ездить, получается некрасивая складка». Хорошо знала только тетю Настю, вот она служила в доме много лет, очень любила маму. Анастасия Ефимовна Молчанова. Наверное, ее нет в живых, она в моем детстве была уже пожилая.

У Костина зазвонил на столе внутренний телефон. Володя взял трубку, молча выслушал чью-то речь и встал.

– Волгина упала на первом этаже, когда вышла из лифта, девушки на ресепшене вызвали «Скорую». Маргарита просит тебя, Лампа, прийти.

– Небось ногу сломала, – предположил Юра, – у нее обувь на неудобной высокой платформе. Пойду с тобой!

– Не надо, – быстро возразила я, потом подумала, что мой отказ прозвучал грубо, и быстро добавила: – Вероятно, посетительница хочет что-то по секрету сообщить.

– Шагай одна, – распорядился Володя, – сразу зови, если понадобимся.

Заведующий отделом компьютерного поиска когда-то активно не любил меня. Юра ехидничал по поводу моего внешнего вида, манеры одеваться, смеялся над любовью к собакам. Почему парень так себя вел? Наверное, он считал, что жене владельца детективного бюро следует варить супругу суп, заниматься домашним хозяйством, а лезть в расследования ей не стоит.

Самое удивительное то, что Чернов появился в агентстве Вульфа, когда я уже там давно служила и ни у кого из сотрудников ко мне претензий не было. Первое время Юра вел себя мило, всегда здоровался, улыбался. А потом узнал, что я жена Макса, и «понесли галоши Петю». Мне стоило большого труда молчать в ответ, не давать Чернову отпор. Правда, за короткий срок службы у Вульфа айтишник успел довести до трясущихся рук не только меня, но и большую часть сотрудников. Юра великолепный специалист, на поле интернета ему почти нет равных. Но характер! Все, кто наточил зуб на вредину, хорошо понимали: если пойдут жаловаться на Чернова, устроят демонстрацию в кабинете Макса, то, скорее всего, противный парень окажется за бортом агентства. Но отыщется ли быстро другой специалист такой же квалификации?

А я знала: стоит мне рассказать мужу о том, как Юрий издевается надо мной, и айтишник вылетит на улицу через минуту после того, как я закрою рот. И более никуда не устроится. Потому что Вульф добрый, интеллигентный, понимающий, улыбчивый, но все это до определенной границы. Есть красная черта, которую пересекать нельзя. Того, кто обидел его жену, Макс жестоко накажет. И он дружит со всеми владельцами крупных частных детективных бюро, где платят хорошие деньги сотрудникам. Один звонок приятелям – и Юра везде персона нон грата.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.