Гизелла Гофф
Сказка для Другакофф

Вместо введения

Столько уже всего скопилось в моем воображении, а точнее, в моей жизни. И эти «столько» уже норовят вырваться наружу в виде готовых строк и абзацев.

Я напишу книгу о моем Времени? О моем Государстве и Стране? И эта книга не будет лицеприятной и любезной?

Нет. Я просто напишу о себе и расскажу обо всем так, как я это воспринимала и воспринимаю.

…

Писатели! Стоит заметить, что книжки, которые выпускают эти самые писатели, которым «разрешили» в нашей стране быть писателями (именно так – позволили, а ведь настоящих писателей не много, и в России удел Гения – удел зачастую трагический, тьфу-тьфу), – это книжки-придумки. Все придумано, все дребедень эстетическая, и Правду мало кто говорит.

Так что, Читатель! Ты услышишь, вернее, прочитаешь о том, чему я была свидетелем.

Вместо введения 2

Папаша мой умер в муках. Мне было его жалко. Особенно вспоминаю с теплотой свое детство, когда папа благородно выполнял роль отца. Потом, к сожалению, то ли ему надоела эта роль, то ли идея суперкарьериста взяла верх. Не знаю. Наплевал на дочь, на семью, занимался только своей       докторской, копил деньги, тратил почти все только на себя, в своей квартире – как квартирант. Семья стала не нужна. Хотя эта семья была как бы не вполне – жена и дочь. Дочь, то есть я, симпатяшка и круглая отличница – и мамаша-карьеристка. Такая дочь папашу мало интересовала. Ну, есть и есть. Жена, безусловно, была конкурентом. А мамашу такая дочь устраивала. Для карьерного роста. Для всех надо было, чтобы семья была образцовой – так было легче продвигаться по карьерной лестнице в советское время.

Так что, Читатель, я была предоставлена самой себе, правда, на «казенных» родительских харчах. Хотя родители жалели на меня денег. Однако обеспечивали необходимым. И только отдельные «проблески» родительской любви мне достались в самом юном возрасте – в Детстве.

Детство

Детство было советским, со всеми вытекающими. Советский быт, советская идеология – скучно. Но что-то в моем детстве шло не так, как расписывали партия и правительство. Ребенок жил в своем воображении.

Помню себя в раннем детстве не очень отчетливо, наверняка так же, как и другие. Себя я могу назвать вполне типичной героиней (по многим параметрам), хотя случалось и нетипичное.

Помню хрущевки башкирского городка. Полупустую квартиру. Молодых родителей. Он и она занимаются естественными науками. Думаю, меня это не интересовало и не бесило, до тех пор, пока эта естественная наука не принесла мне физического ущерба (терпеть не могу эти науки с тех детских пор!). Папа с мамой собрались ехать на берег реки, чтобы выискивать какие-то воронки. Меня оставили с шофером и приказали сидеть рядом с машиной. Но 4-хлетнему ребенку не терпелось в Природу к родным. От машины противно пахло бензином. Было жарко. С шофером – чужим дядькой – было скучно. Ребенок вприпрыжку побежал к маме-папе. К реке, в конце концов. Глухая, густая высокая трава мешала бегу. И …. вдруг – яма, я провалилась в яму с крапивой, с головой. «О-о-о!!!».

Далее я не помню ничего. Мама потом уже, когда я стала взрослой, рассказывала, что меня в полушоковом состоянии вызволили из ямы, потратили на меня всю воду. Но крапива была беспощадна. Бедный ребенок был весь в волдырях, все тело зудело. Я не помню боли, не помню ничего, после того, как провалилась. Шок. Вот почему любая вылазка на природу меня не радует. Природа мне всегда казалась эдакой ведьмой, которая нет-нет и выдаст на гора какую-нибудь пакость как в детстве.

Но башкирский город снова дал о себе знать зимой. Жуткие российские зимы в центральной части страны!!! Валенки, шубы.

Маленькой я была, видимо, весьма любопытна. Зимой в детском садике снова было скучно. На прогулке в мороз меня заинтересовала железная решетка на заборе. Ну – я ее и лизнула! Язык тотчас прилип к решетке! Рев. Плач. Мое любопытство было щедро «вознаграждено». Думаю, я была типичным ребенком советской эпохи, да и вообще типичным ребенком. Любопытство – не самая худшая человеческая черта. Она часто перерастает в любознательность.

Скука во всем советском. Выручало только воображение и сны.

Мистический и нескучный пласт моего детства был связан со снами. Вот здесь в повествование вторгнется элемент сказочной и мифологической фантастики.

Царство Анубиса… Именно в этом обычном и обыденном советском городишке мне – еще 4-хлетнему малышу – приснился странный сон. Видимо, я болела ангиной, и у меня был страшный жар. В этом жару мне привиделись египетские боги. Но разве малыш мог о них знать тогда? Сон не шел у меня из головы несколько десятилетий. И только уже будучи 24-хлетней девушкой я поняла, что этот странный сон был связан с Царством мертвых в египетской мифологии. Там, за окном, внизу кружком стояли люди с головами чудовищ – волка и крокодила. Я понимала, что они обсуждают мою судьбу. Я знала, что они чувствуют или видят меня. Что это было? Я и сейчас, когда мне уже полтинник, теряюсь в догадках. Но это было царство Анубиса – египетского бога смерти, бога, с головой волка (или шакала)!!! А бог с головой крокодила – это тот, кто взвешивает на весах сердце умершего.

……………………………………………………………………………..

Когда мне исполнилось 5-ть мы с родителями перебрались на Алтай. Это тоже был маленький советский городок какой-то советской автономной республики. Папа стал заведовать кафедрой, мама стала лаборанткой. Стоит сказать, что мама была красавицей, свою красоту использовала по полной. Я не в нее, что всегда мне было обидно (а, может, и хорошо). Эта дурацкая черта характера у меня до сих пор. На все и всех я обижаюсь, и теперь подолгу. Знаю, что это неверно, но ничего не могу с собой поделать. Советская методика самовоспитания, прививаемая нам – советским детям – с детства, уже не действует)

Мама уехала в Москву в аспирантуру («В Москву, Москву!»), и мы с папой остались одни, брошенные. Место мамы заняла бабушка (характерный для нашей российской действительности мотив замещения), которая отличалась домовитостью в отличие от мамы (она стирала, варила, пекла, убирала, вязала, даже вышивала), но имела жуткий характер – она не любила девочек (нарцисска). Помню, как она плела мне косички! Тянула мои волосы (специально), выкручивала их до боли(

Алтайская часть моего детства была счастливой. Никто меня не ругал (мамаша была в столице, а бабушке было все равно), учиться я стала хорошо, после того, как нам рассказали о маленьком Володе Ульянове, как он прилежно учился. Ты, сейчас, Читатель, заливаешься смехом. При чем тут Ленин? Но именно тогда я решила стать отличницей, как маленький Ульянов-Ленин – наш идеал и наш супер-герой советского пошиба.

Весь первый класс – это время сплошной учебы. Хотя был один несколько жутковатый инцидент. Я приревновала свою подругу к ее новоиспеченной подружке. Я считала, что надо было дружить вдвоем, а она нет. Тогда я побила Наташку, вернее, пару раз ткнула ее кулаком с силой в живот. Каюсь, была не права. На собрании первоклашек-октябрят меня строго отчитали перед всем классом. Мне было обидно. Но впоследствии я стала дисциплинированной (или просто не хотела, чтоб ругали, особенно прилюдно). Поняла, что сделала человеку больно (или нет?)! А вообще-то – было не очень-то приятно стоять перед классом и чувствовать себя виноватой. О! Это чувство вины. В нашей стране его начинают прививать чуть ли не с детства. Нет. Никакого больше чувства вины! Почему мы виним себя всегда во всем? Мы сделали якобы не так, мы виноваты, а потом начинаются панические атаки…

Наташка не осталась в долгу. Наверно, была мстительна. В один прекрасный день она позвала меня к себе домой и сказала, что угостит сиропом. Сироп на деле оказался рыбьим жиром. ААААА!!!! Выплюнуть! Почистить рот!!! Наташка! Гадина!..

Алтайские зимы радовали катанием с горок. С Наташкой мы скатывались с этой ледяной высоты, весело визжали, радовались.

А с папой я ходила кататься на лыжах. Было весело скользить по пологому холму. А на нем летом я увидела бурундучка. Ах! Летом здесь и зайцы, и лисы, а, может, и медведи (страшно). А сколько разноцветных бутонов! Чего стоили оранжевые! Алтай! Природа была чудесна…

Зимой самым захватывающим был поход с папой к торговым рядам, где мы заказывали горячий шашлык. Как было вкусно! Горячее обжигающее мясо на горячем шампуре, еще не тронутом морозом…

Ну, а совсем чудесным было получение каждый месяц нового тома Большой Советской Энциклопедии! С благоговением я ждала этого момента. Очередной том с картинками меня потряс до глубины души. Там была репродукция картины С. Ботичелли «Рождение Венеры». Эта картина потрясла меня навеки!.. Потом только я поняла, что читать зарубежку стала не случайно – именно период Возрождения.

А уж ровно в 9.00 вечера для взрослых была передача по советскому радио, которая так и называлась – «Взрослым о детях». Я брала свой маленький стульчик и садилась под радио, которое висело высоко на стене дешевой алтайской квартирки. Уж не потому ли, вся моя взрослая профессиональная жизнь связана с педагогикой? Недаром говорят – все мы родом из Детства.

Счастливый Алтайский период тоже был связан со снами. Мне приснился престарелый гном, который звал меня в подземелье. А там – открытые сундуки, полные богатств: неграненые алмазы, изумруды, золото, серебро. Сон заворожил меня на многие годы!!! Жаль, но богатства из этих сундуков мне так пока и не привалило).

Станция Детства – Кавказ

Кавказ! Как много в этом звуке…

Следующая станция детства – Кавказ. Юг, солнце, горы, которые видно из окна, эти шапки гор!!! Эти вершины!!!

И – никакого снега зимой, и никаких лыж, как это было на Алтае. Ну что ж, я привыкла. Я освоилась, хотя это было трудно. Здесь люди были другими, не такими открытыми, как на Алтае. Дворовым коллективизмом здесь и не пахло (какие «казаки-разбойники»! здесь об этом не слышали). Рассказывали о том, как чеченцам не разрешают жениться на русских, как обречены эти браки. Первое, что я увидела возле школы в строящемся микрорайоне – шикарное поле красных цветущих маков! Это была невероятная красота.

На Кавказе я прожила 15 лет. Здесь прошла моя юность. Я полюбила этот регион, я привыкла к национальным особенностям, не сразу, конечно, но любимой песней Детства стала – «Чечено-Ингушетия, золотая земля!», любимой танцевальной мелодией – лезгинка. И очень долго, когда я оказалась уже в центральной России, я вспоминала наши школьные и университетские дискотеки, которые всегда заканчивались огненной и зажигательной самой узнаваемой мелодией.

Что сказать о Кавказе? Люди щедрые и горячие были. Русскоязычное население отдельно, национальное население отдельно. Но все мы были советскими людьми, и совместное общежитие никому не приносило ничего плохого. Обычаи этого кавказского народа были суровыми, но справедливыми. Надо уважать стариков, уважать женщин, почитать мать. Не допускалось своеволие на улице, было неприлично, когда юноша и девушка шли за ручку вместе. Это даже наказывалось. Эта целомудренность в отношениях потрясала и заставила уважать.

Мои школьные и университетские годы были безоблачными. Мать и отец хорошо зарабатывали, были доцентами и кандидатами наук. Папа дослужился до завкафедрой, мать (приехала-таки из Москвы со степенью) – профсоюзный лидер. Я ни в чем не нуждалась, хотя мы вообще чуждались роскоши. В перестроечное время начались процессы над партийными боссами, которые «зарвались». Рассказывали, какие ценности конфисковывались. Я искренне удивлялась, ведь эти партийные боссы воспитывали советскую молодежь в духе Томаса Мора, его великой «Утопии» – чуждаться роскоши. А, к слову сказать, я всегда была внушаемой, и советская идеология глубоко засела в моей голове, именно в ее нравственном аспекте – быть честной, думать сначала о другом, а потом о себе, или вовсе не думать о себе, забыть про себя, стать жертвой. Как же эта идеология подвела меня в годы Перестройки!!!!!

На Кавказе тоже были сны, но они носили апокалиптический характер. Помню, в 6-м классе мне приснился разоренный Грозный, на черных улицах – искромсанные деревья, на них – повешенные люди. Во дворах – танки. Я встала в холодном поту. Шел 1980 год. Ничто не предвещало трагедии. И, как ты знаешь, Читатель, трагедия разразится спустя 12-13 лет. Это будет Чеченская кампания. Город будет разрушен, русское население перебросят в центральную Россию. Начнут войну с Джохаром Дудаевым. Потом война перерастет в войну с террористами. Это будет, видимо, полный кошмар. Мне, моей маме и моей дочери, рожденной в Грозном, повезет, мы улетим раньше боевых действий на год-полтора.

Но до этого времени – Кавказ – это рай на земле. Теплая, недолгая зима. Море фруктов и овощей, отличная аджика, которая шла по рублю за маленькую баночку. Я не знала, что такое валенки, шуба. Я забыла, что такое алтайские морозы.

Про свой брак писать не хочется, хотя все довольно типично и несчастливо. Познакомились в универе на почве поэтической «писанины». Сошлись. Я думала, все серьезно. Решили жить вместе. Его родители настояли на регистрации брака. Залетела. Родила. Но мужа из этого «поэтического» прохиндея не получилось, как я ни старалась. Варила, стирала, готовила (хотя до брака ничего этого не умела). Во мне проявилась бабушка с маминой стороны. Но этого ничего ему не надо было. Гулял, пил, пока я беременная работала в библиотеке. Не учился и не работал. Всему виной его мамаша. Воспитала «маменькиного» сыночка. Не дай Боже, переработает ее сынуля-прохиндей. Этакая мама-жена. Никому сыночка не отдам. Вмешивалась во все мои бытовые дела в моей же квартире. Сейчас я ее осуждаю. Но эта мамаша типичная для тех времен. Да и сейчас таких мамаш хватает.

Когда расстались, моя мамашка подала на алименты. Вот было воя со стороны мужа-прохиндея и его мамулечки. Как это так? Алименты платить.

Вообщем, детство и юность закончились тогда, когда я рассталась с мужем и вместе с годовалой дочкой и своей мамашей улетела на историческую родину к моему отцу профессору. Здесь стоит сказать, что моя мама с отцом рассталась уже в Грозном. У них были большие проблемы в совместной жизни. Думаю, тут дело все в их характерах. И мать, и отец были лидерами, я же, к слову сказать, выросла тютей-матютей. За меня все решали, меня содержали. Единственное, что хорошо, не было во мне подлости и лицемерия, не просила я у родителей ничего сверхъестественного, была скромна в запросах. Отец поссорился с матерью на почве карьеры, а, вернее, мать. Он писал докторскую, а мать была профсоюзным лидером. Короче, нашла коса на камень. Но прошло несколько лет, и папа защитился. Конечно, пережил немало трудностей, но, в конце концов, осел в одном из городов нашей историко-национальной родины. А ведь началась перестройка, и Ельцын пообещал всем массу свободы. Эта свобода привела к обострениям национальных конфликтов. Скажу как обыватель. Все считали, что всему виной Америка. Кто же его знает?....................

Историческая родина: годы учебы

Небольшой город моей исторической родины встретил нас обыденно. Здесь, кстати, жили родственники папы. Не очень приветливые, но если надо, гостеприимные. Мама решила снова жить с папой. Но в своих расчетах она очень ошиблась. Папа написал письмо, чтобы мы приезжали, что будем жить вместе. Однако своего слова он не сдержал. Благодаря нам он получил от своего института, где стал проректором по науке, 3-х-комнатную квартиру и поселился там со своей молодой любовницей, о которой мы ничего не знали. Только одна тетка, которая продавала симпатичные варежки для малышей, и я у нее купила для своей маленькой дочки, сказала, что к моему отцу приходила и приходит какая-то молодая особа моего же возраста. Расчет папаши был подлым и простым. Пригласить свою бывшую семью ради получения квартиры, а потом выкинуть нас из города. Так и получилось. Я бы так и осталась работать в институте папы, но некуда было определить дочь, яслей не давали. Папа помочь ничем не хотел, хотя мог. Мама устроила скандал, что вполне в ее духе, и укатила на север, в Пермскую область, в тот институт, который я еще раньше нашла для нее: там обещали дать бесплатную квартиру. Слава Богу, что еще не настало время ипотек и платных квартир. Все еще был СССР, и жилье давали бесплатно, особенно работникам науки. А папа в этом смысле всегда был везунчиком. Сколько городов он не сменил, а квартиры ему доставались даром)

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.