А ГАЖ
Зиккурат. Преграничье

Том первый. Кер

Посвящение: выражаю искреннюю и неподдельную признательность двум абсолютно маньячным маньякам Сасори Акацуне, известной так же, как Воронья Матерь и Еноту, поименовавшему себя Ленью Ходячей, за их совместный труд «Винтовка – это праздник».

Девчата, огромная вам благодарность за волшебный пендель в нужном направлении.

Теперь же, вся ветка произведений о похождениях Сумеречного Генерала, наконец, приобрела ту бредовую осмысленность, которую можно назвать серией.

Отдельная благодарность всем тем, кто в меня верил. И ещё большая – всем тем, кто в меня не верил. Если бы не ваши высказывания и ограничения, я, пожалуй, так и не решился бы на публикацию.

Как говорят в любимой армии Эльфмана, каприна¹ мак ’Гилликади², о котором все вы скоро узнаете: «Благодарю за службу».

Друзьям же и читателям представляю, наконец, предмет долгой и кропотливой работы. Начало Начал, проливающее свет на происхождение главных героев эпопеи «Зиккурат» … и запутывающее ещё больше.

Добро пожаловать в «Зиккурат инкорпорейтед». Место, где ваши самые сокровенные кошмары становятся реальностью…

Пролог

– Привет, – сказала девочка, с интересом выглядывающая из резной рамы. – А ты кто?

Он протёр глаза и, на всякий случай, ущипнул себя за руку. Нет, не спит. Странная гостья не исчезла, нисколько не смутившись под пристальным взглядом хозяина комнаты. Лишь с любопытством осмотрела внутреннее убранство.

– Как у тебя интересно! Меня Миим зовут. А тебя как?

– Вадим, – машинально ответил он, потихоньку выходя из ступора. – Ты что тут делаешь, и откуда взялась?

Девушка звонко рассмеялась. Яркая белоснежная улыбка, будто солнце, озарила полумрак маленькой комнатки.

– Я тут живу. Всегда жила. А ты смешной. Откуда только взялся такой? Ва-Дим!!! – Лёгкая тень пробежалась по юному личику. – Какой смешной. А ты там один, или есть и другие смешные?

– Смешные? – Парень удивлённо вскинул бровь. – Почему смешные?

– Потом расскажу. Извини, мне некогда. Ещё увидимся.

В воздухе сладко запахло сталью и озоном. Изображение в старой резной раме поплыло рябью. И уже через пару секунд, на Вадима вновь смотрело его собственное лицо.

– Что это было? – Спросил он у отражения. И, естественно, ответа не получил.

Тот, второй, лишь повторил до последней мелочи каждое его действие и выжидающе устремил взгляд на оригинал.

– Пора завязывать с выпивкой, – парнишка почесал недельную щетину, заправил растянутую борцовку в ношеные семейные шорты в клеточку и нехотя встал из-за стола.

Монитор давно перешёл в спящий режим, тусклая лампочка под потолком о чём-то истошно мигала, а за окном стелился густой туман.

– Интересно, он когда-нибудь сойдёт? – Вадим устало поплёлся к холодильнику в поисках древнего «бабушкиного» эликсира. – Сколько прошло? Неделя? Месяц? Год? В этой полутьме и не поймёшь. И всё же, что это было?

Банка оказалась на положенном месте, к облегчению хозяина. Хоть что-то в жизни не менялось. В ней тоскливо плавал последний скрюченный огурец, стыдливо прикрываясь изодранным листиком хрена, как единственным оплотом обороны. Парень лишь устало улыбнулся, в очередной раз обещая зелёному другу отсрочить казнь до завтра. В стакан весело побежал тонкий ручеёк полупрозрачной жидкости. В ноздри тут же ударил пряный и слегка сладковатый запах маринада, улучшая настроение и приводя мысли в порядок. Грохнулась о стол старая истерзанная разделочная доска, зашуршал искомканный пакет, извлекая под тусклый свет лампы высохший в камень огрызок бородинского.

Вадим открыл ящик и прищурился. Где-то там, в глубине, среди пыли и непонятного хлама, должен был быть точильный камень. Рубить горбушку топором у него сегодня не было ни сил, ни желания. А ножи в доме давно уж стали одинаковыми со всех сторон.

– Или ну его? – Хозяин квартиры достал из буфета старенькую кастрюлю со сколотой во множестве мест эмалью и включил воду. – Суп сварю. На него и кромсать не нужно. Само расползётся.

Время шло. На убитой ещё в прошлом столетии газовой плитке тихонько булькало буро-зелёное варево, разнося по квартире запах хлеба и кильки в томатном соусе. Рядом вежливо посвистывал чёрный от сажи и копоти медный чайник. А Вадим стоял на балконе и курил.

В голову лезли странные мысли. Откровенно хотелось проснуться и узнать, что всё это – лишь плод больного воображения, слишком близко сошедшегося с алкоголем. Но что-то подсказывало, что и туман, и захламленная квартира, и даже эта странная девчушка в зеркале – настоящие.

Он бросил истлевший окурок, даже не пытаясь проследить его падение. Буквально в десятке сантиметров от бортика балкона видимость сводилась к нулю, отступая под натиском молочно-белого монохромного кошмара. С кухни послышался настойчивый свист. Пришло время заваривать кофе и садиться за работу.

Арка первая. Великая Империя

Предисловие

– Ди-им, ты тут? – Он приоткрыл глаза и всмотрелся в мутное стекло. Ну, точно. Опять она.

– Вадим я, Вадим. Чего опять нужно?

Девочка в зеркале надула губки и топнула ножкой, от чего её дерзкие, торчащие в разные стороны косички презабавно качнулись.

– Скучно мне. Давай, поиграем, а?

Парень кликнул мышкой, пробуждая монитор, и посмотрел на часы.

– Десять вечера. Маленьким девочкам спать пора!

Он сладко зевнул, оборачиваясь к собеседнице, да так и застыл. Миим завороженно уставилась на монитор. Глаза её отразили строчки текста с какого-то форума, перемежающиеся с контекстной рекламой. Казалось, для девочки перестал существовать весь мир, а пространство сузилось до диагонали в двадцать четыре дюйма.

– Эй, ты чего? – С хозяина квартиры в раз слетели и похмелье, и желание спать. – Миим, очнись уже!!!

Гостья из зазеркалья медленно подняла руку. Тонкие пальчики непроизвольно сложились в указующий жест, а губы слегка дрогнули.

– Что… это… – чуть слышно прошептала она. – Как? Диим, ты волшебник? Или заклинатель духов?

Только сейчас, после этих слов, парнишка обратил внимание на странную гостью. Девочка лет десяти-двенадцати. Тоненькая, как хворостинка. С аристократическими чертами лица, угловатой фигуркой ребёнка, которому вот-вот придёт время стать подростком. Кожа выбеленная и полупрозрачная, будто перед ним не живой человек, а фарфоровая куколка из дорогущей китайской белой глины. Длинные волосы соломенного цвета сплетены в две тугие косы, забавно торчащие в разные стороны и повязанные тонкими шёлковыми лентами цвета крепкого чая.

Вроде, ничего особенного, если бы не одежда.

Девочка была наряжена в строгое платье германского пансионного покроя цвета чёрного кофе, поверх которого был надет молочный передничек с двумя кармашками, обрамлённый оборками и рюшами. Для полноты образа не хватало лишь беленьких чулочков и лакированных чёрных туфелек на английской колодке. Вадим уже хотел было попросить гостью поднять ножку, да вовремя спохватился.

– Это – компьютер, – буркнул он девчушке, – точнее, монитор. А на нём – форум литераторов и моя работа. Я удалённо через интернет работаю.

– Кам… кам… тупер? И торбинет? – Миим нахмурилась, переваривая полученную информацию. – Какие смешные слова… Слушай, мне пора бежать. Ещё увидимся.

Зеркало озарилось лёгким серебристым сиянием, изображение в нём поплыло и вновь сменилось видами обшарпанной комнаты с её совершенно неказистым хозяином.

Вадим всмотрелся в своё отражение и пополз в ванную комнату. Искать станок и кусок мыла.

Минут через десять, тишину квартиры разорвал жуткий скрежет запускающейся центрифуги, перемежающийся с отборной бранью. Вечер не предвещал ничего хорошего. Но когда это останавливало Вадима, решившего изменить что-то в своей жизни.

Интерлюдия 1. Хохотушка

– Хохотушка? Ты где, моя хорошая? – звуки тоненького детского голоска надрывно разносились над маленькой полянкой посреди небольшого парка отдыха. – Хохотушка! Ну, хватит уже. Идём скорее. Пора уезжать домой.

– Солнышко, – послышался строгий женский голос, обрывая терзания девчушки. – это всего лишь кукла. Она не может взять, и сама вернуться. Тебе придётся её найти. Или понести наказание за собственную безответственность.

– Некогда, – вклинился в разговор мужчина с хриплым прокуренным баритоном. – Меня на работу вызывают. Собирайте снедь, и поехали.

– Но папа!!! – Девочка была на грани истерики. – Хохотушка не сможет найти обратную дорогу без меня.

– Хватит, Марыля фон Кеттен, – Оборвал отец дочку. – Похвально, что молодая графиня уже начала заботиться о благосостоянии своих подданных, но ты допустила это происшествие. Плюс, в условиях экстренной ситуации позволила себе расслабиться и ничего не делать целых полчаса. Время на устранение ошибок вышло. Ты понесёшь наказание и в полной мере прочувствуешь ответственность за свои действия.

– Барон фон Кеттен, – в девичьем голоске прорезались стальные нотки, – я ещё не графиня. И вопрос помолвки до сих пор находится в подвешенном состоянии. На данный же момент, я настаиваю на продолжении спасательной операции.

Металл плаксиво взвизгнул, встретившись с обтянутым толстой бычьей кожей кулаком.

– Симона, марш в машину. Наша дочь сделала свой выбор. – мужчина перевёл взгляд с девушки на молодую светловолосую женщину и обратно. – Так тому и быть, Марыля. Пусть это и будет твоим наказанием. Как только найдёшь куклу, свяжись по комму³ с начальником охраны. За тобой приедут.

Послышался вздох ужаса. Симона прикрыла рот ладонью, но перечить мужу не рискнула. Хлопнули дверцы автомобиля. Поднялась и опала пыль на лесной дороге. А на полянке среди враз потемневшего и сгустившегося леса осталась стоять маленькая девочка в кофейного цвета сарафане и нежном сливочном передничке с рюшами.

Лакированные туфельки упорно ковыряли песок в ямке. Две соломенного цвета косички нервно дёргались в такт девичьим мыслям.

– Всё равно, будет по-моему, барон фон⁴ Кеттен. – Сказала она вслед убегающей дороге, уносящей в мир Великой Империи неприметную машину государственного служащего. Развернулась на каблуках и, чётко чеканя шаг полагающейся её статусу походкой, ушла в лес.

Полянка опустела. Из-под земли робко проклюнулись почти незримые нити серого тумана.

Они в нерешительности стояли на месте, закручиваясь небольшими буранчиками. Нависла мёртвая тишина. Не пели птицы. Не резвился в кронах деревьев озорник ветер. Не шуршала своей неприметной жизнью палая иглица.

Тонкие волоски осмелели. Вытянулись. И начали слияние. Чтобы через каких-то пару минут стать непроглядной серой завесой, поднявшейся, казалось, до самых облаков.

Спохватившись, проснулся ветер. Рванул серое марево, пытаясь разогнать его остатки. Но было уже слишком поздно.

Полянка исчезла вместе с лесной дорогой. И лишь гуляющий меж вековых деревьев сквозняк носил по округе усталый детский шепот:

– Хоха… Хоха… Хоха…

***

– Барон, у нас непредвиденная ситуация. – Голос начальника охраны семьи фон Кеттен был как всегда сух, сер и механичен, но глава семьи заподозрил неладное. – По последним координатам объекта не обнаружено.

Маркус фон Кеттен вскочил из-за стола и ошалело уставился в монитор комма.

– Покажи. – Сухо и лаконично.

Подчинённый послушно переключился на внешнюю камеру и показал окрестности. Сомнений быть не могло. Намётанный глаз безопасника сразу же вычленил известные только ему ориентиры.

Брови взлетели до небес, угрожая разорвать лицо. Это точно был поворот на их «секретную» полянку для отдыха. Но куда подевалась дорога? И откуда вместо неё появилась непролазная стена вековых сосен, густо обросшая подлеском и выбеленными костями полуистлевших коряг?

Барон, всё ещё не веря, скосил глаз на карту. Красный маячок мигал строго в заданных координатах. Недалеко от него слабым сигналом проблесковика мигала зелёная точка комма дочки.

– Вирджин, ты видишь её сигнал? Прочешите этот странный лес и найдите мою дочь.

Глава безопасности отсалютовал и отключился.

– Помощь нужна? – Из соседнего, гостевого, кресла на Маркуса уставился немигающий взгляд барона фон Крампла.

– Ты решил вновь вернуться к вопросу роднения, Юстас. – Хозяин кабинета обессиленно рухнул в рабочее кресло. – У меня договорённость с домом Рикарди. Граф Олаф не допустит её аннуляции.

– Маркус, тебе никто не мешает объявить Дому Рикарди о пропаже невесты и запросить их помощи. Но если мой сын найдёт её первым… – Юстас фон Крампл развёл руками, невинно улыбаясь во все тридцать два. – Закон Чести не имеет права отменить даже Император. А каприн Олаф-Рикарди – лишь претендент среди десятка представителей Высоких Домов.

Фон Кеттен глянул на гостя недоверчиво. Но комм включил.

– Вирджин, оповести Дома-претенденты о пропаже баронетты⁵ фон Кеттен. Общим вызовом. И потребуй помощи в розысках согласно Закона Чести⁶. Нашедший её принц Высокого Круга⁷ получает официальную помолвку без права обжалования другими Домами. Действуй. – Глава тайного сыска Его Величества Императора отключил комм и перевёл взгляд на гостя. – Действуй и ты, Юстас. Посмотрим, насколько хорош в деле преемник поста главы охраны безопасности Его Величества. И прошу, без лишней крови. Нам не нужны потом проблемы с проигравшими кланами.

Посетитель вышел, тихо прикрыв за собой дверь и оставив хозяина кабинета в гордом одиночестве.

– Баронесса фон Крампл… – Растянул он слова, смакуя каждый слог. – Что ж, Марыля. Похоже, всё действительно будет по-твоему. И мне придётся одобрить ТВОЙ выбор.

Фон Кеттен включил монитор и отдал команду спутнику. Перед его взором вновь появился участок леса, ещё недавно бывший маленькой рукотворной полянкой с редкой гребёнкой парка вокруг.

Он дал увеличение, сверяясь с координатами комма дочери. И волосы на голове непроизвольно зашевелились.

В клубах редкого серого тумана ковыляла, постоянно спотыкаясь, маленькая полотняная куколка в кофейного цвета сарафанчике с молочным передничком в рюшах. Белые чулочки измарались в песке и колючках. Лаковые туфельки потерялись где-то среди коряг, а непокорные косички расплелись, сбившись в тугой кокон с паутиной, сучками и иглицей.

Куколка тащила за собой на верёвочке пластиковый паровозик, в вагончиках которого сидели плюшевый мишка, бегемотик, чёрный лебедь, огненный лис, резиновый ёжик и котёнок-марионетка в смешном шутовском колпачке, обнимающий пирамиду из семи колечек на стержне.

– Хохотушка? – Барон не поверил тому, что видит.

Игрушка, будто учуяв взгляд наблюдателя, резко остановилась и вскинула голову. Сквозь монитор хозяина кабинета прожёг взор горящих адским пламенем провалов глаз. Клыкастая пасть растянулась в ехидной улыбке. И глава тайного сыска отчётливо услышал.

– Всё равно, будет по-моему, папочка. Больше никто не потеряется.

Маркус фон Кеттен вскочил из кресла, в ужасе пытаясь отключить монитор, и…

… проснулся.

Глава 1. Зиккурат

Хоха… Хоха… Хоха…

… Где же ты, Хоха? Несносная и своенравная девочка… Любимая кукла Принцессы…

… Ты потерялась, Хоха?

… Как же так случилось?

Было тепло, солнечно и весело. Были счастье и смех…

… А потом пришёл туман.

Серый и унылый.

И звук уезжающей машины, как Реквием по счастливой жизни.

Ты потерялась. Любимая мамочка Принцесса оказалась не любящей.

Она бросила тебя, Хоха. И теперь вокруг лишь туман и уныние.

… Ничего, Хоха. Ты найдёшься. И найдёшь всех, кто потерялся вместе с тобой.

… Больше никто не потеряется…

… Никогда…

***

– Мамочка, а мы теперь будем тут жить? – Плюшевый медвежонок в кепке машиниста смотрел на унылую долину, что раскинулась далеко внизу. – Нас ведь никто не найдёт?

Полотняная куколка в кофейного цвета сарафанчике с молочным передничком в рюшах любовно окинула сбившиеся в кучку испуганные игрушки и тепло улыбнулась.

– Да, детки, – тихонько сказала она. – Эта долина станет теперь нашим домом.

Пластиковый паровозик поёрзал колёсами и неуверенно тронулся вниз.

– Шеол, солнышко, давай сюда пирамидку. – От поезда отделилась маленькая марионетка, любовно сжимающая пластиковую пирамиду на семь колечек, и нетвёрдой походкой заковыляла к центру долины, постоянно цепляясь нитями за корни и траву. – Спасибо, моя хорошая. Ставь её вот тут.

Синяя кошечка в шутовском колпачке поставила игрушку в небольшую ямку и шатаясь отошла в сторону.

Хохотушка же развела руки в стороны и начала петь.

Язык был странным и пугающим. От звуков песни становилось тоскливо до безысходности. А из земли поднялся жирный серый туман.

Он обволок пластиковые колечки и застыл, чтобы буквально через пару мгновений, повинуясь ускоряющемуся ритму песни, унестись ввысь, обрисовывая нечто гротескное и непостижимое.

Потеряшки наблюдали за происходящим затаив дыхание. Все как один боялись моргнуть, не то, чтобы шелохнуться.

Постепенно звуки песни начали затихать. Туман успокаивался и редел, открывая взорам найдёнышей поистине неописуемую картину.

Перед ними стояла величественная семигранная пирамида, каждая грань которой открывала проход в иные миры.

– Канис, – позвала Мамочка рыжего лиса. – Я наделяю тебя крыльями и даром Творения. Будь же теперь Князем Поднебесного Леса. Являй всем страждущим и потерянным Силу Зиккурата.

За плечами лисёнка вспыхнула пламенная пелена. Он сцапал плетёное лукошко и растаял вдали рыжим росчерком.

– Сорена, – обратилась она к чёрному лебедю. – Будь же Князем Надувного Мира. Я дарую тебе Силу Забвения.

Маленький гусёнок схватил воздушный шарик, почтительно склонил голову и исчез в сером мареве, принявшем своего правителя.

– Жак, – обернулась Хоха к резиновому ёжику, – в твоей власти теперь Подземный Град. Будь мудрым правителем. И да поможет тебе Дух Познания.

Куклёныш-свистулька свернулся калачиком и ушёл под землю, прихватив с собой толстый томик древнего писания.

– Хордас, – позвала она бегемотика. – Тебе доверяю Пыльный Брег. Береги его от бед и напастей. И да поможет тебе Дар Прозрения.

Зверёныш схватил ведёрко с совочком и исчез в серой дымке, уносясь в свой собственный мир.

– Мряб и Шеол. Подойдите. Вам я отведу самые сложные роли. – Полотняная куколка обняла мишку и котёнка, тепло поцеловав каждого. – Мряб, я доверяю тебе Дар Пути и Сумеречный Экспресс. Ищи потерянных и вези их домой. Шеол, тебе же предлагаю Дар Изменения. Теперь ты станешь мной и займёшь Трон Зиккурата, до тех пор, пока я не найду Принцессу и не стану с ней единым целым. Ступайте, дети мои. И да пребудет с вами Зиккурат.

Глава 2. Извне

– Вот значит как. – Маленькая полотняная куколка в кофейного цвета сарафанчике с молочным передничком в рюшах остановилась возле спуска в огромную долину. Улыбка заиграла на фарфоровом личике. Пред ней предстало туманное пространство, большую часть которого занимала жуткого вида семигранная пирамида. Лаковые туфельки утонули в застарелой паутине. Непокорные косички соломенного цвета вздёрнулись и опали. – Что ж, Хохотушка, в твою игру можно играть и вдвоём.

Странная куколка, так похожая на Владычицу Зиккурата, взмахнула руками и затянула песнь.

Как и допреждь, поднялся из земли серый туман. Он окутал пустую Грань пирамиды и начал свои изменения.

Как и допреждь, песнь постепенно угасла, отпуская туман и являя картину творения.

Марь рассеялась. И на месте пустой Грани обрисовались контуры железнодорожной станции. Землю под ногами изрядно тряхнуло. Волна дрожи пронеслась мимо куколки и удалилась, уносясь к теряющейся в сером мареве стене векового леса.

Земля раскололась, оголяя сияющие начищенной сталью пути.

Послышался гул приближающегося состава. Куколку обдало горячим воздухом. Послышался визг тормозов, сопровождающихся глухими ударами сцепок.

Состав остановился, окутавшись клубами пара. Открылись двери тамбуров, выпуская на перрон орды пупсов и мелких плюшевых брелоков-зверёнышей.

Они окружили куколку и заискивающе уставились ей в глаза.

– Детки, – устало проговорила она. – Пришло ваше время. Идите в Грани и ищите Старших. Вы знаете, что нужно делать.

Нескончаемый поток разделился на семь рукавов и понёсся к Граням Пирамиды, постепенно истаивая в завесе серого тумана.

Когда он исчез, на перрон ступил озадаченный плюшевый мишка в кепке машиниста. Он недоверчиво склонил голову, ожидая речи странной куклы.

– Мряб, я полагаю? Отлично. Вот тебе задание. Езжай в Поднебесный Лес и найди Каниса. Отправляйтесь вдвоём «По Ту Сторону» и попросите солдатиков у моего отца. А я пока что подготовлю им новый дом.

– Хорошо, Принцесса. Будет сделано. – Мишутка растянулся в хитрой улыбке. – И вот тебе подарочек от Мряба, чтобы папина доченька не скучала.

Полуночный Экспресс растаял в клубах пара, оставив на перроне одинокого оловянного солдатика.

– Генерал? – Принцесса не поверила своим глазам. – Но как? Помолвка с графом Олафом – решённый вопрос. Вы ничего не добьётесь своей мальчишеской выходкой… к сожалению.

Оловянный солдатик лишь загадочно усмехнулся, сказав:

– Закон Чести соблюдён.

И истаял туманом, как любое творение Мряба.

– Ох, фон Крампл, ты затеял опасную игру. Тем лучше. Дом Олаф-Рикарди давно пора было поставить на место. – Глазки-пуговки загорелись адским огнём. Миленькое личико перечеркнул рваной раной клыкастый оскал. – И стереть из Реестра⁸ само упоминание о нём.

Куколка в последний раз взглянула на величественный монолит мистического Зиккурата и понесла свои стопы к выходу из долины.

Примерно через час землю у подножия Обители Хохи тряхнуло, а между платформой и вековым лесом встала незыблемая стена восьмой Грани – Преграничья.

***

Принцесса отдыхала, удобно свернувшись в резном троне.

В воздухе перед ней висел огромный обзорный монитор, разделённый на сотни тысяч секторов.

Она видела всё. Младшие исправно несли свою службу, докладывая мамочке о каждом шаге потерянных игрушек. Слияние прошло идеально, что не могло не радовать хозяйку Резного Трона.

Странная кукла машинально погладила головку плюшевого розового щенка-брелока и задала вопрос:

– Как думаешь, Бриол, стоит воспользоваться даром Каниса, или лучше сделать всё самой?

Пупс привычно почесал лапой за ухом, гоняя выдуманных блох, и осклабился.

– Почему бы и да, Принцесса. – Князья Граней – обычные куклы, они отлично послужат нашим целям. А из Каниса выйдет великолепный отец Гиллам.

Принцесса кровожадно ухмыльнулась.

Повинуясь её велению, один из секторов монитора увеличился в размерах и явил картину далёкого пейзажа.

– Отлично, – проворковала папина дочка. – Вот тут мы и построим первое Гнездо. А назову я его – Кер.

Глава 3. Начало

– Дура, да кидай ты это мясо и вали. – Отец Гиллам досадливо сглотнул, алчно посматривая на сбившихся в кучку новских⁹ детишек. – Генерал от инкубатора камня на камне не оставит. А утяжелять себя лишней провизией я уж точно не буду.

– Не могу. Я ж их десять лет собирала. – Принцесса отмахнулась от настоятеля, нервно теребя кончик пушистого хвоста. – Мамочка мне всё равно жизни не даст, даже если откажусь от последнего Гнезда и выводок потеряю. А Генерал… по крайней мере, быстро и без мучений.

Над приютом нависла тень, не предвещая ничего хорошего. Отец Гиллам истерично взвизгнул и, бросив напоследок: «Дура синтепоновая», испарился, прихватив с собой сейф и документы.

В тот же миг мир вокруг воспылал. Испарялась вода, горели земля и камни, плавилось стекло. Воздух стонал в предсмертной агонии. И лишь Принцесса молча стояла посреди огненного ада, бесслёзно оплакивая труды своей многолетней работы.

Когда буйство стихии утихло, возле развалин инкубатора объявились четверо. Они споро разбежались по территории. Один из них остановился над изломанной куклой в чудом уцелевших кустах на окраине приютского дворика.

– Этот жив. – Тихо сказал он в коммуникатор. – Странно. Похоже, власть Принцессы над ним не довлела.

– Добей, – устало прошептал Первый. – Мясо нам ни к чему. Второй, Четвёртый – Принцессу и Настоятеля нашли?

Он выслушал рапорт и посерьёзнел. В стального цвета глазах блеснули кровавые сполохи.

– Третий, стой. Оставь его. У меня возникла отличная идея.

***

Голова звенела как колокол. В ушах толстым слоем ваты стоял белый шум. Кровавые демоны устроили пляски с бубнами перед глазами, напрочь лишая возможности видеть.

– Тебя как звать? – Голос громовым раскатом раскроил череп, вызывая ещё большую головную боль (хотя казалось, куда уже больше). Демоны обрадовались, и закрутились ещё быстрее. – Говорить можешь?

– Эль… фи… Эльфи… Мак… – Не смог. Наружу вырвался тот скудный завтрак, что удалось вырвать у более удачливых шакалят.

– Да чтоб тебя, сдержаться не мог? … – хозяин голоса брезгливо отстранился. – Контузия. И, похоже, связки голосовые сгорели. Бесполезное мясо. Только препараты зря потрачу. На кой его вообще приволокли?

– Рот закрой, медик, и не лезь не в своё дело. – Второй голос был тихим, но властным. От него веяло опасностью. – Ему разговаривать ни к чему. Главное, чтобы со стволом управляться смог.

– Это уже – твои проблемы. Мы его подлатаем, на сколько сможем. Но чуда обещать не буду. – Медик вновь приблизился, на мгновение протаяв меж беснующимися демонами. – Что ж, Эльфи, теперь тебя будут звать Шептун. Добро пожаловать в Павону.

***

Маленькая куколка в кофейного цвета сарафанчике с молочным передничком в рюшах сидела на окошке и пристально наблюдала за спящим подростком.

«Один всё же выжил. – В глазах-пуговках полыхнуло адское пламя. – Что ж, пусть так и остаётся. Посмотрим, что детки сотворят из этого» …

Куколка смешно наморщила фарфоровый лобик, тщетно пытаясь назвать выкормыша Принцессы хотя бы относительно цензурно.

Нет. Хороших слов на ум не приходило. Не существенно. Сейчас её волновали куда более серьёзные вопросы.

Она повернулась к медикам, колдующим над аппаратами.

– Память ему подотрите. Будем считать, что в Павону он попал лишь в двенадцать. Так в Реестр и внесите. И отыщите Шеол. Ей пора вступать в права Княгини Грани. Надеюсь, она меня не разочарует так же, как Принцесса…

Твари в костюмах медиков, лишь отдалённо напоминающие людей, почтительно склонились. Один тут же принялся корректировать программу, а второй попросту исчез, уносясь выполнять распоряжение.

Мамочка Хоха не терпела промедлений и своеволия. Пример бывшей Княгини Преграничья и объявившиеся следом орды Младших служили достаточным тому доказательством.

Куколка в сарафанчике удовлетворённо кивнула, расселась поудобнее и вновь стала наблюдать за спящим Выпавшим.

«Кто же ты такой, Эльфи мак'Гилликади? Почему папина дочка так сильно тряслась именно над вами двумя, пожертвовав собой и последним Гнездом ради ваших никчёмных жизней? Что ж, скоро мы это обязательно выясним. А пока что готовься… Стать оружием, которому наконовано уничтожить весь ваш чёртов род Выпавших до одного».

Глава 4. Оловянный солдатик

– Господин фон Крампл, – офицер отдал честь вышедшему из автомобиля молодому человеку и последовал за ним, на ходу обрисовывая ситуацию, – представители остальных десяти Высоких Домов пока что не добрались до места происшествия. Странное дело, честно говоря.

Баронетт искоса взглянул на сопровождающего, но промолчал. Отец уже посвятил каприна в основные детали случившегося, недвусмысленно указав на то, что Саймон фон Крампл обязательно должен оказаться первым, если хочет, чтобы шалость его подруги детства и, вполне возможно, самой удачной пассии, удалась.

«Марыля, неужели так тяжело было пойти проторенной дорогой? – думал он, продираясь сквозь можжевеловый подлесок невесть откуда взявшегося многовекового леса. – Ну что тебе стоило устроить тихий геноцид Высоких Домов? Нет, обязательно нужно было выделиться. Просто необходимо утворить вот это вот всё! Ох, чую, устроишь ты нам всем ещё потеху. Да такую, что и Храм в стороне не останется» …

Спустя минут тридцать блуждания меж вековых деревьев, сопровождающий офицер вывел баронетта к миниатюрной прогалине. Каприн присвистнул. Дальше, сколько позволял взгляд, поднималась отвесная стена странного серого тумана. Он будто жил своей собственной жизнью, переливаясь, расходясь волнами и сходясь обратно. Создавалось впечатление, что впереди тончайшая шёлковая завеса, на которую с обратной стороны давят миллионы неведомых тварей, в безрезультатной ярости пытаясь прорвать сдерживающий их заслон.

– Проверяли, что это? – Саймон сверился с показаниями комма и нахмурился ещё больше. Датчик слежения, встроенный в гаджет кронпринцессы фон Кеттен, находился где-то за этой стеной. – Докладывайте.

Вместо слов, безымянный офицер развернул в сторону молодого человека монитор своего комма.

– Ух, – только и сказал баронетт. Глаза его расширились от удивления. – Как интересно. И что, со всеми пытавшимися так?

Сопровождающий кивнул, сглатывая тяжёлый ком. Было видно, что он до сих пор находился под впечатлением.

– Что ж, тем лучше. – Саймон прикинул что-то в уме и вновь повернулся к приставленному военному. – Не мешайте капринам остальных домов. Путь идут спасать кронпринцессу, как и планировалось изначально.

– Но…

– Никаких «но». Вы же не посмеете препятствовать наследникам десяти Высоких Домов исполнить свой гражданский долг и, что ещё хуже, Долг Чести? Думаю, мне не стоит вам объяснять, что последует для вас лично и вашего подразделения со стороны Короны, если вы решитесь на столь необдуманный шаг?

Офицер побелел в ужасе, и отошёл на пол шага от баронетта. Только сейчас он понял, в какую ловушку попал сам и привёл своих людей.

– Не волнуйтесь, – фон Крампл усмехнулся, получив удовольствие от достигнутого эффекта. – Если вы не станете чинить препонов молодым людям в исполнении их Долга, Высокий дом фон Кеттен обещает вам всем полный иммунитет при разбирательстве. И наша фамилия их в этом полностью поддержит, слово дворянина.

Каприн махнул головой, позволяя сопровождающему отправиться заниматься своими делами. А сам направился к зыбкой границе меж реальностью Великой Империи и неясным нечто, созданным Марылей фон Кеттен. Саймон был абсолютно уверен, что это всё – её рук дело. Сейчас его совершенно не интересовало, как именно она сотворила всё это под самым носом Храма. Куда больше волновал вопрос, как преодолеть Полог и не превратиться в жуткого клыкастого монстра вроде тех, каковыми стали добровольцы регулярной армии Империи. И мыслей, совершенно не кривя душой перед самим собой, не было никаких.

Внезапно, за туманным заслоном каприну послышались странные нарастающие звуки. Создавалось впечатление, что где-то совсем рядом проходит железная дорога, по которой к самой границе с Империей сейчас довольно быстро приближается поезд.

Чувство это превратилось в стойкую уверенность, когда Саймон услышал древний паровозный гудок, призывно возвещающий пассажиров о приближении к станции.

– Что за лихо? – только и успел прошептать себе под нос баронетт фон Крампл.

И в следующую секунду его не стало. Лишь седой пар небольшим облаком оседал на землю в том месте, где он находился мгновением раньше.

Конечно же, солдаты не нашли и следов молодого каприна. О чём тут же было доложено главам Домов фон Кеттен и фон Крампл. Старший офицер оцепления был не на шутку перепуган, рапортуя об инциденте. Бароны же напротив остались спокойными. И даже повеселели, узнав, что Саймон просто исчез.

Закончив сообщение, старший офицер отсалютовал и отключился. Старые же друзья, убедившись, что их никто не видит, расцвели кровожадными улыбками, радуясь одним им понятным событиям.

Барон фон Кеттен нажал на кнопку селектора и в пол голоса проговорил:

– Изабелла, пригласите ко мне виконтетту мак’Гилликади, пожалуйста. Пришло время начинать. – И расслабленно откинулся в кресле, доставая из потайного ящичка элитные сигары. – Угощайся, Юстас. Мы заслужили сегодня немножко первоклассного отдыха.

Глава 5. Тайными тайнами

– Не отдам. Не дождутся! – Бриола стояла в дверях комнаты, облокотившись о косяк, и наблюдала, как служанки услужливо обихаживают двух младенцев. – Мои. Они мои. И ничьи больше. Не интересуют меня все их сладкие речи. Ох уж мне эти старые конспираторы…

Из кроватки в её сторону устремились два взгляда. Две пары пронзительно голубых глаз, которые при определённом освещении становились прозрачно-стальными. Две скупых улыбки прорезалось на совершенно одинаковых детских личиках.

Там, в кроватке-манеже, сейчас находились каприн и кронпринцесса Младшего Дома мак’Гилликади. Её первенцы. Надежда на будущее благосостояние молодого дворянского рода. И виконтетта совершенно не собиралась сдаваться без боя. Тем более этим древним интриганам, Юстасу фон Крамплу и Маркусу фон Кеттену. Хватит, тётя Симона и тётя Литания уже сделали глупость, пойдя у них на поводу. Уж она-то так опрометчиво поступать точно не намерена.

– Дому Бриол пора уйти в тень, уступив место молодой крови. Засиделись вы на своих местах, господа Архи. Ох, засиделись.

Бриола подошла к манежу и тепло улыбнулась близнецам. Служанки тут же ушли в тень, не мешая общению матери с детьми.

– Вы, мои хорошие. Эльфи, Финниган, мамочка всегда будет с вами. Запомните это. И никогда не бросит в беде. Клянусь Храмом. Никогда!

Виконтетта¹⁰ достала из плетёной корзинки смешного плюшевого щенка с кричаще-розовым мехом и смешными чёрными пуговками глазок. Положила между близнецами и снова тепло улыбнулась.

– Это – Бриол. Он – наш семейный талисман-оберег. И единственный, кому вы можете доверять в этой жизни кроме меня. Запомните это, дети. И никогда не забывайте.

Два холодных и сосредоточенных взгляда осмотрели сначала женщину, а после, и игрушку. Две пухленькие ручки младенцев потянулись к пупсу, одновременно хватаясь за него с разных сторон.

Вспышка яркого света озарила манеж, чтобы через секунду взгляду виконтетты предстала удивительная картина. Каждый из близнецов прижимал к груди свою собственную розовую игрушку. А прямо между ними на том же самом месте лежал третий плюшевый щенок. Бриола удовлетворённо усмехнулась, забирая обратно своего пушистика.

– Умнички. Мамочка любит вас.

С этими словами, виконтетта направилась к выходу из комнаты, растворяясь где-то в утробе огромного фамильного особняка одной из младших ветвей рода Бриол. Служанки вновь обступили кроватку-манеж, тут же занявшись прерванными делами. И лишь брат и сестра напряжённо смотрели вслед удалившейся фигуре, чувствуя близкую беду.

Интерлюдия 2. Канис и Мряб

– Барон, объект пришёл в движение. – голос фон Кеттена был испуган, но полон надежды. – Срочно выезжайте, мой друг. Это нужно видеть.

Фон Крампл коротко кивнул, на ходу застёгивая форменный китель и прилаживая кобуру с фиксатором.

Он прибыл как раз вовремя.

Туманная завеса, образовавшаяся на месте бывшей лесной дороги несколько дней назад, дрогнула и разошлась огромной аркой. Послышался шум мотора, и через несколько минут в солнечный день Империи въехал побитый школьный автобус, сверкая острыми осколками битых стёкол и нещадно чадя низкосортным дизелем.

Чудо машинерии, завернув вираж, остановилось аккурат напротив встречающих.

Вскинулись стволы автоматов. Прошла рябь готовности по рядам голубых мундиров. И всё застыло в нервном ожидании.

Несколько мгновений, показались целой вечностью. И вот, наконец, округу огласил усталый вздох пневмоприводов. Гармошка дверей разошлась, выпуская единственного пассажира.

Солдаты оторопело зашептались.

Перед встречающими на землю неспешно ступил немолодой служитель католической церкви в заношенной, видавшей виды рясе. Он устало опёрся о борт автобуса и…

Что произошло дальше, так никто и не понял.

Вот стоит старенький автобус с прислонившимся к нему таким же священником.

Вот сгущаются тучи, оставляя лишь небольшой просвет.

Вот луч солнца бьёт в священника, и тот преображается. Над головой светится нимб, одежды сверкают ослепительной белизной и золотом, глаза сияют фанатичным огнём.

Священник начинает проповедь. Непонятно ни слова, но сила, идущая от этого монотонного бубнения, заставляет сложить оружие и преклонить колени.

Солдаты расступаются и падают ниц. А священник продвигается всё дальше и дальше.

Черты его постепенно меняются. Вместо святого лика проступает рыжая лисья морда, из-под рясы вываливается пушистый хвост, а за плечами раскрываются огромные крылья с огненным оперением.

Лис алчно облизывается, глядя на склонённых пред ним солдат, и продолжает монотонно бубнить, неотвратимо приближаясь к задним, офицерским, рядам.

Их взгляды встретились.

Светящиеся адским пламенем провалы глаз неизвестной твари и две стальные молнии высшей знати Империи.

– Не дёргайтесь, папочки. – Лис осклабился в алчной улыбке, звучно сглатывая слюну. – Принцесса передаёт вам привет и вежливо просит поддержку на передовую. Расслабьтесь, фон Крампл, Генерал выполнил свой долг согласно Закона Чести. И теперь дома Крампл и Бриол могут официально считаться родственными.

Тварь вытянула вперёд когтистую лапу и протянула опешившим баронам два свёрнутых пергамента, стянутых официальной лентой с гербовой печатью Императора.

– Всё по закону. Уж в этом я ручаюсь.

Фон Кеттен негнущимися пальцами принял пергамент, передавая второй экземпляр новоявленному родственнику. Лис ещё раз осклабился и взмахнул рукой.

В тот же миг, старенький автобус окутался туманом, расползся по приличному участку территории и растаял, являя баронам новёхонькую железнодорожную станцию с уносящимися в глубину леса путями.

Из локомотива, стоящего на перроне, вышел смешной плюшевый мишка в кепке машиниста. Он приветливо помахал баронам и зычно гаркнул: «По вагонам»!

В тот же миг, солдаты в голубых мундирах сорвались с места и, утробно рыча и лая, бросились к станции, меняясь на ходу до неузнаваемости.

Лис любовно посмотрел на дело рук своих, одобрительно кивнул мишке и вновь повернулся к оставшимся в гордом одиночестве баронам.

– Полуночный Экспресс отправляется. Следующая остановка – Зиккурат. Ждите, папочки. Принцесса обязательно вернётся и воздаст по заслугам всем обидчикам. Не будь я Князь Канис, Владыка Поднебесного Леса. – Тварь развернулась к поезду и на всех порах понеслась в сторону перрона. – Стартуем, Мряб. Мамочка Хоха будет довольна уловом.

Редактору

«Герою, буде найдётся тот, кто дойдёт до этой части квеста, посвящается.

Дорогой редактор, читая эту арку, ты скорее всего не один уж раз задал себе вопрос о различиях между Хохой и Принцессой.

Скажу тебе лишь одно. Не забивай себе голову лишними мыслями. Отдайся течению повествования и просто получай удовольствие.

Пожалуй, добавлю, чтобы слегка обозначить действо… или запутать ещё больше: Хохотушка и Марыля фон Кеттен хоть и связаны между собой, как кукла и её хозяйка, но едиными никогда не были и не будут.

Равно как и Принцесса с Хохой.

А кто из них, кто, ты узнаешь, лишь добравшись до самого конца этого приключения. Загадочного и мистического Логова Хохи с обязательным эпилогом.

Желаю тебе приятного прочтения и массы впечатлений в мире Граней Сумеречной Стороны Хоббитона.

Искренне надеюсь, что мы встретимся с тобой в моих последующих заметках».

А.Р.ГАЖ

Послесловие

Вадим прыснул со смеху. В его редакторской карьере подобный эпизод встречался впервые. Этот непонятный и неизвестный автор умел интриговать. Кривенько. Совершенно по-детски. Но умел. Надо же, взял, да и вставил в текст обращение к тому, кто с полной вероятностью мог и не дочитать до концовки первой арки.

– Что ж, товарищ неизвестный, ты меня заинтересовал, – ещё раз усмехнулся он, – не подведи моих ожиданий.

Вадим устало потёр переносицу и откинул голову на изголовье компьютерного кресла, закрывая глаза. Его неумолимо клонило в сон от обилия полученной информации. Но, похоже, сладкой мечте не суждено было сбыться… в этот раз.

– Как интересно… – послышалось над ухом тихое сопение, – и как интригующе!!! Диим, это – про меня?

За последнюю неделю, Вадим немного привык к внезапным появлениям гостьи из Зазеркалья. И перестал вздрагивать от её тихого детского голоска из полутёмного угла со старым трюмо. Он боялся себе признаться, но в последние пару дней начал замечать, что ждёт странную гостью, и волнуется, если её слишком долго нет.

– Привет, Миим, – улыбнулся он собеседнице, – да, наверно. Если ты – баронетта фон Кеттен, и звать тебя – Марыля.

– Агаськи. Я же и говорю, что про меня. – Девчушка отмахнулась, как от чего-то не существенного, сделала лёгкий книксен и представилась. – Миим Кер. Баронетта Бриол. Диим, а что дальше-то было? Расскажи, а?

Волосы на голове непроизвольно зашевелились. По спине ледяными пальцами пробежался шепоток страха, заставляя кожу покрыться пупырышками. Вадима резко бросило в холодный пот, а кружка чая стала неимоверно тяжёлой во враз ослабевших руках.

– То есть, Бриол? – Он полуразвернулся к трюмо и недоверчиво уставился на гостью. – Та самая? Но тебя же зовут…

– Мария Тереза Сильва Ораза фон Кеттен. Кронпринцесса Кер. Вторая принцесса мак’Гилликади. Пятая баронесса Бриол. – Девчушка поджала губки и демонстративно надулась. – Какой ты скучный, Диим. Ну узнал ты, как меня зовут. Это в твоей жизни многое изменило? Давай дальше читать. Интересно же.

Парень сглотнул ком в горле и повернулся к монитору. Дрожащие пальцы легли на тёплый пластик мыши, привычно повели курсор в нужном направлении и парой щелчков вызвали искомый файл.

Арка вторая. Зиккурат инк

Предисловие

Вадим тихо матерился, выметая очередную порцию мусора из комнаты. Удивительно, как много, оказывается, места в его квартире!!! Если начать убирать.

На кухне ярко горел свет, разбрасывая лучики от аккуратных рядов свежевымытой посуды и стеклянного шкафчика с хрустальным сервизом. Столы и плита сияли чистотой, а в воздухе, дразня обоняние, разливались сладковатые ароматы какого-то лёгкого освежителя. То ли, морского бриза, то ли, росистого леса…

Хозяин квартиры протёр насухо полы и устало облокотился о дверной косяк.

– Уф, – выдохнул он, хватаясь за ручки мусорных мешков, – хватит пьянствовать. Так скоро совсем человеческий вид потеряю.

Тихонько щёлкнула входная дверь. Приглушённо лязгнула крышка приёмного бункера мусоропровода, и мёртвую тишину лестничной клетки нарушили звуки шаркающих шагов с характерными шлепками полиуретановых тапочек по плитке.

Скрипнула дверь, защёлкнулся сам собой замок. Вадим устало поплёлся в комнату и плюхнулся в рабочее кресло.

– Хватит на сегодня, – буркнул он себе под нос активируя монитор, – хорошего понемножку.

– Почти молодец, – прозвучало из угла, стоило Вадиму взять в руку мышку, – есть ещё куда стремиться, но уже хорошо. Это я так на тебя влияю, Диим?

– Вадим, – уже совершенно машинально поправил гостью парень, прекрасно понимая, что это – бесполезно, – можешь считать, что так. Ты надолго?

Девчушка задумалась. Смешные, торчащие в разные стороны хвостики задорно дёргались в такт её мыслям.

– Часик точно есть. Может, чуть больше. А мы сегодня дальше читать будем? Хочу про Саймона. Там же будет про Саймона, правда? Ну скажи, что будет, а?

Редактор неопределённо пожал плечами и кликнул по папке. Чуть-чуть поскроллив, он добрался до нужного файла и открыл искомое.

– Сейчас посмотрим.

На экране заморгал значок программы, загружая текстовый документ на рабочий стол. А чуть позже, открылся и знакомый уже девчонке из другого мира волшебный интерфейс мифического Ворда. Вадим слегка наклонил монитор, поворачивая его в сторону древнего трюмо и, удостоверившись, что гостье хорошо видно, начал редить¹¹.

Интерлюдия 3. ПрЕграничье

Маленькая полотняная куколка заинтересованно рассматривала огромную вывеску над станцией вокзала, что дорисовывал розовый плюшевый щенок.

На сизом фоне транспаранта, витающего почти под самыми сводами серого туманного купола высоко в небе, яркой красной краской были начертаны корявые буквы.

Куколка нахмурилась, пытаясь читать по слогам:

– ПРЕ… ГРА… НИЧЬ… Е… Преграничье. – она нахмурилась ещё больше. – Интересно, а почему "Пре"? Эй, Бриол, а почему "ПРЕ"? Ведь правильно будет "ПРИ"!!!

Щенок закончил свою мазню и весело шмякнулся оземь, пряча крылья и паучьи лапки в недрах розового вельвета игрушечной шкурки. Взглянул на хозяйку и горестно вздохнул.

– Потому что "ПРЕ", Принцесса. Вот, смотри.

Пупс засветил монитор привокзального комма. На экране тут же появилась информация:

«Правописание приставок пре– и при-

Для того, чтобы правильно написать гласную в приставках ПРЕ– и ПРИ-, необходимо определить значение, которое придаёт слову эта приставка.

Приставка ПРИ– пишется в тех случаях, когда слово обозначает:

1.      ПРИближение, ПРИбавление, ПРИсоединение (например, приколоть, прибавить, прискакать);

2.      Смежность или близость в пространстве (например, приморский, приусадебный);

3.      Неполное действие (приоткрыть, присесть);

4.      Действие доведено до нужного результата (прихлопнуть);

5.      Сопутствующее действие (присвистывать);

6.      Действие, которое было совершено в личных целях, усиленное проявление действия (приманить, притянуть).

Приставка ПРЕ– пишется:

1.      В словах, которые означают высокую степень качества, или в словах, которые можно заменить словом «очень» (например, преуспеть, пресильный);

2.      В случаях, когда приставка пре– может быть заменена на приставку пере-, или её можно заменить, не теряя при этом смысла слова (например, преградить=перегородить, преступить=переступить).

Важно учитывать правильное написание слов в данных случаях:

проверить слово с помощью словаря – оно может быть старославянским (прельщать) или заимствованным из другого языка (препарат);

иногда написание слов может различаться по значению в предложении (например, придел – это часть храма, а предел – это граница, край);

в некоторых словах бывшие приставки не выделяются или же они стали частью корня (приключение, примитивный). Эти слова тоже проверяют по словарю.

Написание приставок ПРЕ– и ПРИ– в некоторых словах

1.      Презрение-призрение.

Презрение – отрицательное отношение к кому-либо или чему-либо.

Призрение – попечение. В словарях данное слово используется с пометкой «устар.». Приставку ПРИ– легко объяснить – тут есть оттенок принятия, присоединения.

2.      Преемник-приёмник.

Приёмник – это аппарат.

Преемник – человек, к которому ПЕРЕшли чьи-либо полномочия.

3.      Преходящий-приходящий.

Преходящий – то, что не является постоянным, проходит.

Приходящий – тот, кто приближается (приходящий по утрам).

4.      Претворить-притворить.

Претворяют мечты. В данном случае приставка ПРЕ– сходна по своему значению с ПЕРЕ– (то есть мечта ПЕРЕрождается и становится реальностью).

Притворить можно дверь – ПРИкрыть, закрыть, но не полностью.

5.      Предать-придать.

Предают близких людей, а придают значение (мотив присоединения).

6.      Претерпеть-притерпеться.

Претерпеть – почти то же, что и ПЕРЕтерпеть (переждать).

Притерпеться – завершить действие, сблизиться с тем, что вынужден терпеть.

7.      Преклонить-приклонить.

Преклоняют колени или голову.

Приклоняют, к примеру, ветку к земле».

Куклёныш дождался, пока хозяйка дочитает до конца и ехидно сощурился, приняв менторскую позу. В последующих его словах зазвучали пафосные нотки:

– Таким образом, молодая особа, вам не составит труда объяснить и себе, и всем желающим задавать глупые вопросы, почему именно “ПРЕ-”. Надеюсь, на этом урок усвоен?

Куколка весело мотнула головой. Дерзкие косички соломенного цвета взволновались, будто колоски спелой пшеницы, тронутые игривым ветерком. Сама же она, потеряв всякий интерес к вывеске, схватила стоящую подле ног корзинку и унеслась на виднеющийся вдали цветущий луг.

– Ох, Принцесса… – буркнул под нос Бриол и растаял в воздухе белёсым облачком…

Глава 6. Гнездо Кер

Принцесса брезгливо стряхнула кровь с рук и устало расправила крылья, выгибаясь всем телом в предвкушении сладкого отдыха.

– Всё. Хватит на сегодня, – зевнула она, направляясь к резному трону. – Бриол, что скажешь?

Плюшевый щенок слегка приподнял ухо, отмечая, что услышал хозяйку, но сна не прервал.

– Дрянная кукла. На набивку для арлекинов пущу. – Принцесса состроила притворно злобную гримасу и обнажила ножи-когти.

– Хозяйка, – послышался обиженный голос откуда-то из-под потолка, – вот вам обязательно мебель портить? Прекрасно ж знаете, что атакой в лоб меня не возьмёшь.

Принцесса высвободила когти из подлокотника и жестом приказала пупсу спуститься.

Послышался посвист ветра, и через мгновение на подлокотник плюхнулось нечто, тут же пряча паучьи лапы под розовую вельветовую шкурку.

Папина дочка не успела и глазом моргнуть, как на троне вновь оказался плюшевый щенок-брелок с цепочкой-ключницей, притороченной к маковке.

– Хорош. – усмехнулась странная кукла. – А что ещё умеешь?

Пупс обречённо поднял глазки-пуговки к потолку и начал показывать всё, чему смог научиться после улучшения.

– Отлично. – Принцесса всплеснула руками. – Теперь можно браться за эксперимент.

Розовый щенок нервно заёрзал на подлокотнике, явно не разделяя радости хозяйки.

– Э-м… дорогуша, – сказал он тихонько. – Ты действительно уверена? Мы-то – куклы. Что с нами сделается? А они – живые. Настоящие. Разве ж можно так?

Принцесса тепло улыбнулась и закрутилась на месте, балансируя пушистым хвостом и филигранными стрекозьими крыльями.

– Ты это видишь? – Воскликнула она смеясь. – Вот это всё? И после этого всё ещё настаиваешь, что такое невозможно?

Бриол махнул лапой и спрятал нос в вельветовой шкурке, давая понять, что разговор окончен.

– Ну и ладно. – Насупилась папина дочка. – Без тебя справлюсь, огрызок блохастый.

Развернулась на каблуках и вышла из зала управления, твёрдо чеканя шаг.

Бриол приподнял голову и настороженно посмотрел вслед хозяйке.

Дверь в лабораторию захлопнулась, а перед взором щенка возник небольшой монитор.

– Слушаю, – откликнулся ворчливый голос с той стороны.

– Пора, – тихо прошептал пупс и отключился.

***

Тугой паутинный кокон треснул и начал опадать, являя пред очи собравшихся небольшую колыбель.

– Странно, – проворчал плюшевый мишка в кепке машиниста.

– Ага, – согласился с ним огненно-рыжий лисёнок.

– Пахнут по-дурацки, – сморщил нос розовый щенок.

– Насмотрелись? – Все трое подпрыгнули от неожиданности, услышав за спиной тихий и спокойный голос.

– Мамочка? – Ахнули в один голос Мряб и Канис. – А как же Принцесса?

Бриол прыснул со смеху, упорно пытаясь прикрыться лапой.

– Принцесса? – Плюшевый медведь недоверчиво скосил взгляд на катающегося по полу щенка. – Но как?

– Изумительно! – Всплеснул лапками лис. – тоже хочу!

Папина дочка хитро прищурилась и подошла к колыбели.

– Крошки мои. – посмотрела она любовно на двух младенцев, тихонько сучащих ручками и пристально следящих за окружающим пространством. – Как они вам?

Мряб забормотал под нос нечто непонятное. Канис подозрительно принюхался. И лишь Бриол горделиво выпятил грудь, всем видом показывая своё превосходство над Князьями Граней.

– Странные они, – В конечном итоге озвучил общую мысль Канис. – Вроде и наши, но запах не тот. И выглядят…

– Как настоящие, да? – хозяйка Резного Трона улыбнулась. – Они и есть – настоящие. Были. Пока не попали ко мне, да, зайки мои? А теперь…

Принцесса почесала за ушком одного из малышей. Тот засмеялся в ответ, обнажая три ряда саблевидных клыков. Серые глаза заполнились огнём и алчно уставились на лиса.

– Эй, ты это чего? – Лис встопорщил крылья, стремглав бросаясь под потолок. Успел.

Десяток костяных игл прошил пространство, где за мгновение до этого стоял Князь Поднебесного Леса. Заливистый детский смех наполнил лабораторию.

– Финн, детка, не пугай так дядю Каниса. – Притворно погрозила Принцесса чаду. – Подрасти немного, и я разрешу одному из вас его убить.

Лис сглотнул.

– Мамочка будет не в восторге, – пробормотал он, приземляясь поодаль.

– Мамочка сама объявит на тебя охоту, когда мы закончим, – отмахнулась хозяйка резного трона. – Но не волнуйся об этом. У нас есть куда более серьёзные проблемы.

Странная кукла обернулась к медведю.

– Мряб, открывай проход. Пора начинать

Глава 7. Арлекины

Замок Кер опустел.

В нём больше не было нужды.

На смену ему пришли новые Гнёзда. Куда меньшие. И не такие совершенные, но Принцессе другого было и не нужно.

Орды паучков изливались нескончаемым потоком в мир Преграничья.

Кто-то становился кормом для себе подобных. Кого-то уничтожали рейды старших. А кому-то везло. Они добирались до прохода во внешний мир и начинали работу.

Принцесса была довольна. За последние пять лет Реестр ручками её деток был переписан до неузнаваемости.

Вернувшиеся из внешнего мира Арлекины вписывали в мироустройство Зиккурата не только себя, но и целые пласты истории, постепенно из недокукол превращаясь в совершенно новый народ.

Появлялись города и мелкие поселения. Преграничье преображалось, всё больше походя на Внешний Мир. Закипела мирная жизнь, всё больше и больше уходящая от повседневности Граней Пирамиды.

И вот настал тот момент, когда внутренняя граница Грани не выдержала, выпустив заразу Оживления к подножию Зиккурата.

***

– Мряб, исчезни. – В глазах Принцессы полыхал адский огонь. Плюшевый медведь растаял в тумане, уносясь вдаль гудком тепловоза. – Канис, пора приступать ко второму этапу.

– Уже? Они же ещё совсем крохи. – Лис смущённо посмотрел в монитор, где отображался маленький мальчик с пепельными волосами, прячущий заначку на заднем дворике детского приюта при католическом храме.

– Уже. Хоха отправила Генерала на зачистку гнёзд. У нас осталось слишком мало времени, чтобы всё выглядело естественно.

– Что ж. Раз так…

Огненный лис расправил крылья и унёсся к внешней границе.

Папина дочка взглянула на монитор, тихонько улыбнулась и, переключившись, позвала:

– Бриол?

Розовый щенок, яростно сжимаемый неумелыми культяпками обиженного на голову малыша-арлекина, печально посмотрел на хозяйку, не говоря ни слова.

– Ты уверен, что Эльфи узнает тебя, когда придёт время? – Утвердительный кивок. – Реестр перепроверь. Шеол и Сорена не должны догадаться.

Ещё один кивок, и младший отключился.

– Отлично, – прошептала себе под нос странная кукла. – Начнём, пожалуй.

У дальней стены лаборатории стоял неприметной статуей безликий арлекин.

Принцесса, пританцовывая, полетела к нему, ласково погладила по щеке и грустно вздохнула.

– Пора начинать игру, баронетта, Марыля фон Кеттен, кронпринцесса Дома Бриол. Готова ли ты встретиться со своей судьбой?

Глаза куклы открылись, наливаясь жизнью и пониманием. Черты подёрнулись, обретая свой новый облик.

Через пару мгновений, перед Принцессой стояла девушка лет двадцати с мелочью. Кофейного цвета сарафан с молочным передничком превратился в строгое серое платье работника приюта. Дерзкие косички расплелись и спрятались под клобук.

– Я готова, – сказала сестра Элинор. – Сколько мне должно быть, когда придёт Генерал?

– Мы подумаем об этом чуть позже, баронетта. – Тихонько улыбнулась Принцесса. – Тебе пора. Дети ждут.

– Сестра Элинор, – мягко поправила её служительница. – Невесты Бога не носят титулов и званий. Лишь соблюдают Святое Писание каждым вдохом своей жизни.

И вышла, сияя святостью и непогрешимостью.

***

Внутренняя граница опала мелким стеклянным боем, прорастая вековым лесом и трясинами болот.

Её место заняла граница рукотворная. Из колючки, растяжек и минных полей.

Две живые расы сошлись в нешуточной войне, созданной прихоти ради маленькими полотняными куколками Принцессой и Хохой.

Генерал стоял на уступе и смотрел на раздираемую войной долину.

– Новы и Выпавшие. – Бормотал он себе под нос. – Бывшие имперцы, живущие свободной жизнью, стали марионетками в руках игрушек. Как смешно. И как поучительно.

Оловянная рука сжала цевьё автомата. Серебристые брови сошлись на металлическом лице.

– Что ж, пора положить конец этой войнушке и вернуть домой баронетту фон Кеттен, принцессу дома Бриол. – Солдатик закинул автомат за спину и вприпрыжку понёсся к вагону. – Поехали, Мряб, пора внести свою лепту в эту бессмысленность.

Двери вагонов закрылись. Ударила набатом сцепка. И Полуночный Экспресс растаял в клубах пара.

– Удачи, Генерал. – Улыбнулся вышедший вслед поезду немолодой священник, аккуратно маскируя свой схрон. – Посмотрим, какая из мамочек перетянет на себя твою оловянную тушку.

В воздухе огненной вспышкой зажглись рыжие крылья, унося отца Гиллама к далёкому приюту, скрытому где-то на землях Новов.

Игра началась.

Глава 8. Генерал

– Ты уверена? – Оловянный солдатик сделал глоток и начал изучение улицы. – Это точно Гнездо?

Полотняная куколка в кофейного цвета сарафанчике с молочным передничком в рюшах утвердительно кивнула, накалывая на резную вилочку золотистую рыбку шпрота.

– Что ж. Пусть будет так. – Он сделал ещё один глоток и поднялся. – Последнее Гнездо. Больше эта дрянь не будет разливаться по мирным улочкам.

Тихую жизнь небольшого городка прорезал истошный вопль сирен системы оповещения.

Люди спешили в убежища, бросая дома, магазины и лавчонки. Некоторые нервно косились в небо, другие искали опасность в тёмных щелях меж зданиями. И никто не обращал внимания на одиноко стоящую на крыше префектуры фигуру с дробовиком на плече.

Город опустел.

Генерал удовлетворённо кивнул и раскрыл огромные перепончатые крылья.

Серая мгла заволокла округу, возвращая мир Грани к истинному облику. Оловянный солдатик подпрыгнул… и началось.

***

Горели земля и воздух. Плавился камень. Испарялась вода.

Над руинами последнего Гнезда бесновалось адское пламя.

Половина города была стёрта из реальности яростным напором неотвратимого возмездия.

И лишь под чудом уцелевшим куском стены, отброшенным взрывом в дальний куст внутреннего дворика, тихонько мерцало серое марево, охраняя молодого каприна Дома мак'Гилликади от беснующегося огненного ада.

Пламя утихло. На оплавленных руинах появились четверо.

Старший остался в эпицентре, остальные же разбежались по углам, изучая и выискивая.

– Что ж, – констатировал он. – Зачистка удалась.

Его внимание привлёк клок красной материи.

Подойдя ближе, Высший¹² обнаружил среди оплавленных камней потрёпанного плюшевого щенка розового цвета. Стальная цепочка намертво вплавилась в камень, но сам брелок почти не пострадал.

– Бриол? – Ехидно поднял бровь Первый. – Какая неожиданная встреча!

Щенок мотнул головой, прогоняя одурь контузии, и ощерился клыками, враз теряя всю плюшевость.

– Генерал. – Прошипел он. – Что ж, следовало ожидать, что ты пойдёшь на поводу у Хохи. Но не надейся, что Принцесса тебе это спустит.

– Принцессы больше нет, мелкий. – Генерал передёрнул затвор дробовика. – Я своими глазами видел, как она горела вместе с последним выводком Гнезда. Прямо на этом месте.

Щенок дёрнулся, пытаясь дотянуться тонкими костяными косами до горла обидчика, но острые лезвия лишь скользнули о металл.

Первый расхохотался.

– Бриол, ты забыл, что я оловянный? Что ж, Хоха вернёт тебе память.

Грохнул сдвоенный выстрел, разнося на клочки плюшевую тушку розового щенка. Взметнулась к облакам белоснежная пушинка. Ворвался в развалины Гнезда шаловливый ветер, унося её к стенам далёкого Зиккурата.

Первый махнул рукой. Трое вышли из тени и застыли безликими изваяниями. Он махнул ещё раз, и статуи начали плавится и опадать, пока не превратились в небольшие лужицы олова.

Генерал улыбнулся, принимая их обратно.

– Что же, друг мой, ты хорошо поработал, – тихо сказал он в сторону удаляющейся пушинке, – дело сделано, отдыхай и жди. А уж я свою часть выполню.

Оловянный солдатик не спеша подошёл к неприметному кусту, приваленному куском стены, и выудил из него щуплого беловолосого паренька лет десяти.

– Привет, наследник Дома Бриол. – Выдохнул он. – Да, вылитый мак'Гилликади.

Тонкие когти бессильно скользнули по металлу. В глазах зажёгся и потух адский огонь.

– А вот это брось, молодой каприн. Я тебе не враг. – Генерал слегка встряхнул паренька, приводя того в чувства, и продолжил. – Запоминай, Эльфи, теперь ты – самый обычный Нов, каких полно вокруг. Учись прилежно. А когда придёт время, мы снова встретимся. И я верну тебе твои память и способности.

С этими словами, оловянный солдатик встряхнул рукой. Маленькая капля металла вонзилась в череп подростка и растворилась в нём без остатка. Хрупкое тело обмякло. Когти втянулись в пальцы, клыки уменьшились до размера обычных зубов. Маленькие крылышки пожухли и отвалились.

Генерал положил паренька обратно и исчез.

Мир вокруг вновь наполнился красками. Из оплавленной массы посреди центрального холла протаяла плита перекрытия. Поднялась слегка над уровнем пола и противно хрустнула, опускаясь обратно.

Из-под плиты показались алые пятна, на ходу превращаясь в бурую грязь.

А где-то вдали послышался вой сирен спасателей и медиков.

Огрызок стены, что скрывал от невзгод молодого каприна, окутался серым туманом и вернулся на место, художественно открывая бесчувственное тело подростка, а неподалёку от него мелькнула вспышка, застыв в щели меж камней розовым росчерком плюшевой куклы-брелока.

Картина оформилась, чтобы спустя пару дней протаять фотографией на первой полосе региональной газеты под кричащим заголовком и разгромной статьёй.

Начался новый этап.

Глава 9. Экзамен

– Шептун, на выход. Пора.

Мелкий на фоне самого распоследнего задохлика из группы зачистки паренёк с длиннющим хвостом, забранным в тугой колос, быстрым отточенным движением вытек из казарменной кровати и, уже с винторезом за спиной, материализовался в дверном проёме.

Сержант Керман вздрогнул. Этот отмороженный снайпер внушал трепет каждому бывалому, заслуженно пользуясь своей репутацией.

Казалось бы, что того Шептуна? Любой утилизатор его двумя пальцами переломит и в шарики для бильярда скатает. Вот только стволом своим выходец из Павоны пользовался не просто мастерски, а запредельно.

По батальону упорно ходили слухи, что снайпер Эльфи мак'Гилликади, и не человек вовсе. Уж очень он отличался даже от отморозков павонцев, не говоря уж об обычных, нормальных солдатах и тем более, гражданских.

– Какого рожна вылупился? – Змеиный шёпот снайпера вывел Кермана в реальность, обдав холодным потом. – Чего звал?

– Комбат вызывает. Работа есть. С мясом пойдёшь.

– Дались они мне. Нянька я ему что ли? Плевать. Мясом больше…

И пошёл.

– Вот же тварь отмороженная. – Сзади неслышно подошёл Джабба. – Керм, ребята ставки сделали на количество жетонов.

– Шесть. – Сержант смачно сплюнул в такт каким-то своим мыслям.

– Жесток ты, братец. – здоровенный чёрный детина расплылся в понимающей улыбке.

– Это не я жесток. Комбат в рейд шестерых ультрамариновых с Шептуном отрядил. Четверо имели виды на зад снайпера.

– Расследование?

– Какое к лешему расследование? Батя просто решил почистить ряды, зная любовь Шептуна к такому сброду. Шесть.

Сказал, как отрезал. И ушёл в сержантский кубрик.

***

В коридоре у окна стояла миловидная девушка, задумчиво наблюдая за тренировкой новоприбывших утилизаторов на плацу перед казармой. Её пристальный взгляд остановился на одном из сержантов.

Высокий статный чернокожий юноша развернулся в пол оборота, явно почувствовав наблюдение. Их взгляды встретились.

– Чёрт, – выругалась наблюдательница, уронив от неожиданности брелок с ключами. – Точно он.

Сержант перекинулся парой слов с напарником, и пулей умчался в расположение. Встретились они уже у кабинета с говорящей табличкой «Психолог».

Сержант почтительно склонил голову и отдал честь.

– Княгиня? Какая честь!

– Рот прикрой, придурок. И марш в кабинет. – Мимо прошли штабные, заинтересованно поглядывая на незнакомую девушку. Та же расплылась в театральной улыбке и уголком рта прошипела так, чтобы слышал лишь нарисовавшийся собеседник. – Лена. Просто Лена. Ещё раз назовёшь меня Княгиней или решишь произнести моё настоящее имя…

Из правой руки, скрытой от наблюдателей, выдвинулись острые костяные косы, отточенные до совершенства. И тут же спрятались обратно.

Девушка ещё раз улыбнулась и уже громко продолжила.

– Сержант Джабба, я полагаю? Немного рано, но уже не суть. Проходите. У нас будет долгий и продолжительный разговор.

***

– Ты где так долго пропадал? – Рейнольдс весело гоготнул, тщетно пытаясь спрятать прущую наружу похотливую улыбку. – Мясо говорит, ходил на приём к новенькой психологице?

– Помело привали, сержант. – Джабба был взволнован как никогда. В таком состоянии этого вальяжного увальня не видел ни один из бывалых. Да и ветераны вряд ли вспомнили бы нечто хоть относительно похожее. – Не упоминай эту отмороженную бабу при мне, если не хочешь познакомиться с Билли.

Рейнольдс в момент сник. Керман бросил уничтожающий взгляд на подошедшее было поглумиться мясо, жестом отправляя их драить взлётку.

– Всё так печально?

– Да абзац полный. Два часа по анкетам тягала. Заставляла тесты делать и попутно дознавалась о каждом в роте. Ваша очередь. Сами жребий бросайте, кому она первому мозг чайной ложкой выест. А я пить. Спирт на месте?

Сержанты в унисон кивнули и, не сговариваясь, пошли на выход из кубрика.

– Нам оставь, прорва. – донёсся до Джаббы голос Рейнольдса уже где-то от тумбочки дневального. – Как стоишь, солдат? Да ты, смотрю, совсем страх потерял? Будем искать. Ночью. В сортире. Иголкой. Заправься, мать твою, дитятко. Понаберут в армию плюшевых, а мне потом хорони их…

Глава 10. Правила игры

– Твари, – Шептун аккуратно собрал жетоны и пошёл дальше.

Заморачиваться раскапыванием рыхлого подлеска он не стал. Смысл? Завтра к утру от тел не останется и следа. Полный снайпер прекрасно знал свою работу. И не менее плохо – местность. Вокруг базы бегало достаточно много всякого разного, чтобы заботиться о сокрытии тел во время рейда.

Да, он делал грязную работу для комбата, убирая из подразделения тех, кого сюда для этих целей и привезли. Зачем? И сам не знал. Просто помнил, что так было всегда.

Всё, что осталось у него в память о приюте – вечное чувство голода, тесно переплетающееся с жаждой выжить любой ценой. Он смутно помнил то, что творилось в жизни до Павоны. Сама же Академия Снайперского Искусства напрочь лишила его сострадания к кому бы-то ни было. В том числе, и к самому себе.

Эльфман тихо шёл дальше. Пока что, была выполнена лишь первая часть задания комбата. Команда заказанных ультрамариновых перестала существовать, осев в дорожной пыли бесформенными мешками мяса и костей. Оставалось добраться до блокпоста и устроить лёгкую диверсию, чтобы у проверяющих не было оснований устраивать очередную внеплановую проверку.

Шептун словил ноздрями ветер и призадумался. Откуда-то со стороны доносился лёгкий сладковатый аромат, который сложно было спутать. Не далее, чем в трёх сотнях шагов к северу шёл патруль. Шёл спокойно, не прячась. Трое «синих», чадящих косяками, как паровозы.

– И с вашей стороны хватает идиотов, – улыбнулся снайпер, – что ж, слабоумие нужно лечить. Иначе оно превратится в пандемию…

***

Синяя униформа сидела мешком. Пусть так, не страшно. Курильщик, как же воняет от этого шмотья, оказался всего на пару размеров крупнее самого Шептуна. Это как минимум веселило. На фоне Утилизаторов, Шептун смотрелся сущим задохликом. И вполне резонно считал, что всё мясо должно быть как минимум вдвое крупнее его самого. Оказалось, что “синие” придерживались немного других взглядов. А может, не «синие»? Может, это ему «повезло» служить среди…

Снайпер выкинул лишние мысли из головы. Потом, всё потом. Сейчас главное – запомнить как можно больше всего. И по возможности не спалиться, случайно напоровшись на тех, кто хорошо знал убитого патрульного.

Где-то между лопаток зародилось неприятное чувство. Опять. Какой-то странный зуд. Будто начал вызревать фурункул. Эльфи прекрасно знал, что нет там ничего. И это бесило. Очень. Хотелось снять с предохранителя, открыть кармашки на разгрузке… все сразу, освобождая путь спаркам магазинов, и просто зачистить всё, что попадалось в оптику. Без разбора. Без суда и следствия. Всех подряд, упиваясь беспомощностью «элитных воинов» против залёгшего непонятно, где снайпера, постоянно меняющего огневую точку.

Зуд прошёл, давая ярости отступить, но не исчезнуть.

Шептун быстро завернул в неприметный закуток между складами и офицерским корпусом, осмотрелся по сторонам и вытащил взрывчатку.

Лицо прорезала скупая щель ухмылки, больше похожей на звериный оскал. Ох, как сейчас удивилось бы мясо, если бы снайпер дал им возможность дожить до этого момента. Шептун, которого все считают способным лишь трусливо стрелять с огромного расстояния, спокойно расставляет «закладки» и устраивает полный пакет веселья для не малого гарнизона противника.

«Всё включено», как сам он любил называть такие вылазки. Что означала эта фраза, не мог понять никто из сослуживцев, считая за лучшее не уточнять у и без того одержимого жаждой убийства подростка столь откровенные сведения явно интимного характера.

– И последочек… – Шептун вышел через ворота КПП, незаметно цепляя магнитный маркер датчиком наружу в створ воротины.

У него оставалось приблизительно три минуты, чтобы раствориться в лесу и залечь в лисьей норе. Как только машина с провизией, стоявшая на выезде, отъедет, дежурный по КПП собственными руками приведёт в действие приговор. Просто закрыв ворота и активизировав пульт.

***

Клубы чёрного дыма застелили небо.

Там, где совсем недавно стоял блокпост вражеской армии, бесновалось адское пламя. Два десятка маломощных зарядов, расставленных в стратегических местах, сделали своё дело.

Послышался свист, тут же раздавшись трелью взрывов, будто где-то недалеко местные устроили карнавал с салютами.

– Склад боеприпасов пошёл. Отлично. Вот теперь пора сворачиваться.

Шептун выкинул уже не нужную синюю амуницию, перехватил поудобнее чехол со своей любимицей и ушёл под землю.

По его расчётам, примерно через пол часа тут будут вертушки. И «синие» отправят поисковые отряды с собаками чесать округу. Времени, чтобы добраться до безопасных территорий, ему точно не хватит. А терпения, чтобы переждать – более чем.

Следующие три дня тут будет твориться сущая вакханалия. Любого одиночного солдата гарантированно проверят. Но больше, чем на эти три дня их запала не хватит.

Дальше активность пойдёт на спад. И ему спокойно удастся добраться до родной части. Как всегда.

На этот раз, к счастью, не обременённым лишними ртами с мозгом девочек-истеричек.

Шептун устроился поудобнее, завернулся в хамелеона и уснул. Нужно было экономить силы и еду на тот случай, если «синие» решат растянуть удовольствие.

Интерлюдия 4. У Императора

В приёмной Императора царила напряжённая тишина, готовая вспыхнуть нешуточным побоищем от ненароком брошенного косого взгляда.

Главы десяти Высоких Домов ждали, искоса поглядывая на миловидную девчушку, насилующую рабочую клавиатуру скоростным набором. Её пальцы не порхали. Над рабочим столом растёкся телесно-серый туман, а звук нажимаемых клавиш слился в монотонное гудение электропроводов на морозе.

Тихо тренькнул коммуникатор. Секретарша скосила взгляд на малый монитор и тут же устремила его на одного из посетителей, безошибочно выбирая требуемую цель.

– Маркиз де Гир, прошу.

Щуплый старичок поднялся со своего места и хотел было направиться к приоткрывшейся двери, но его опередили.

– Да как вы смеете! – Вскричал, скрываясь с места, дородный мужчина. – Что вы себе позволяете? Я буду жа…

Он осёкся, встретившись со стальным взглядом секретарши, и, смешавшись, попытался ретироваться.

– Граф Олаф, – спокойно произнесла девушка, – вас обязательно вызовут, когда на то придёт время. До тех пор попрошу вас занять своё место и успокоиться.

Глава дома Рикарди в момент стушевался, ощутив на себе пристальный взгляд хозяйки приёмной, но отступить не пожелал.

– Смею вам напомнить, виконтетта мак'Гилликади, что я пока что глава Третьего Дома…

– И, если не сядете на место прямо сейчас, – сталь в голосе секретарши резанула по ушам собравшихся острой бритвой, – Дом Олаф-Рикарди лишится вслед за каприном ещё и действующего главы. Граф Кенвуд, как вам понравится перспектива становления Дома Ройл Третьим Домом Империи?

– Вы не посмеете… – Сергиус Олаф посерел и сделал несколько неуверенных шагов в сторону своего кресла. – Император этого не допустит.

– Вы действительно хотите в этом удостовериться, Ваша Светлость? – Серебристые росчерки пересекли приёмную, опадая на пол золотистыми с проседью локонами, заплетёнными в регалии статуса. – Сядьте, Серж. Не вы один потеряли каприна. И ваша личная беда – не есть беда всей Империи.

Виконтетта взглянула на фоторамку с двумя улыбающимися мордашками. Сердце её защемило от боли.

– Маркиз, прошу вас. – Сухо сказала она и вновь ушла в работу с головой.

– Зря ты это, Серж, – тихонько пробормотал Кристиан Кенвуд. – Бриона вчера потеряла обоих наследников мак'Гилликади. Говорят, утром вместо младенцев в колыбельке лежали истерзанные в хлам плюшевые медвежата, утыканные иголками и сломанными лезвиями. А на изголовье кроватки было приколото объявление: «Дом Кер благодарит Дом Бриол за каприна и кронпринцессу».

– Дом Кер? – Брови графа взлетели к потолку. – Это те, о ком я думаю?

Граф Кенвуд утвердительно кивнул. И оба тут же поёжились от пробежавшего по спинам холодного пота.

Олаф взглянул на истерично печатающую виконтетту, перевёл взгляд на так и оставшуюся валяться на полу регалию Дома Рикарди и понимающе улыбнулся. Теперь картинка сложилась полностью. И кто-то должен был за это ответить.

– Заварила ты кашу, юная баронетта фон Кеттен. – Тихо пробурчал он себе под нос. – Что ж, Дом Кер, значит, Дом Кер. Посмотрим, чьим станет одеяло в конце эпопеи.

***

Небольшой брелок-ключница в виде розового плюшевого щенка упорно валялся на столе, маскируясь под обычную игрушку.

Глазки-пуговки озорно искрились, играя светом настенных светильников.

Бриол был доволен. Всё шло по плану Принцессы. Оставалось лишь ждать ответного шага Императора.

– Господа, – подала голос виконтетта мак'Гилликади, – прошу проходить.

Двери в зал совещаний неспешно отворились, заливая полутёмную приёмную ослепительным дневным светом. Десять глав Высоких Домов поднялись как по команде и, соблюдая ранжир, вошли.

Приёмная опустела, оставив в уединении молодую секретаршу.

Пальцы перестали порхать по клавиатуре. Всклокоченно-истеричные нотки сошли с лица.

Виконтетта спокойно взглянула на розового щенка и улыбнулась, обнажая саблевидные клыки.

– Передавай привет сестрице, Бриол. – в полголоса сказала она. – И смотри, на шнурки пущу, если с каприном и кронпринцессой случится несчастный случай… незапланированно…

Редактору

«Привет тебе, о неугомонный мой читатель. Вот и закончилась вторая арка литературного кошмара, который я очень претензионно назвал книгой.

Спешу поздравить тебя. Далеко не каждый истинный герой смог забраться столь далеко, не сломав себе мозг в попытках понять суть происходящего. И в данном случае, мне совершенно не важно, сподвигло тебя предложенное вознаграждение. Или же, ты на самом деле заинтересовался всем тем, что творилось на страницах повествования.

Обманываю. Нет! Безбожно лгу. И прежде всего, самому себе. Скажу тебе по большому секрету. Записывая это послание, я места себе не нахожу от мыслей, что может статься, и до этого самого момента так никто не доберётся.

Поэтому, уже сам факт настоящего упорства и истинного героизма, проявленных тобой, греет мне душу и даёт надежду на то, что хотя бы кому-то зайдёт всё то, что сейчас пишется в тесной коморке маленькой квартиры.

Если ты на самом деле дочитал до этого момента, то просто кинь мне весточку. И черкани пару слов на е-мэйл, прикреплённый к файлу. Тебе это не составит большого труда. Мне же будет очень тепло и приятно. Даже если это всё – лишь мои собственные мечты и надежды.

Пока что же закругляюсь. До встречи. Поверь, мы не раз ещё с тобой поговорим о жизни и литературе. Но потом. Значительно позже».

А.Р.ГАЖ

Послесловие

Вадим удивлённо вскинул бровь и полуобернулся на странные звуки из зеркала. Зрелище, представшее его глазам, потрясало своей нереальностью.

Миим. Вечно весёлая и жизнерадостная Миим плакала. Нет, ревела навзрыд, даже не пытаясь сдержать слёзы.

– Ты чего? – удивился парень, вообще ничего не понимая.

– Эльфика жалко-о-о-о-о… – девочка выхватила откуда-то красивый носовой платочек с ручной вышивкой и промокнула глазки, тут же вновь заходясь слезами. – Ты не представляешь, какой у него шикарный голос. Был. Саймон, сволочь такая… ой, прости, приличным девочкам не пристало ругаться. Но сволочь же! Спалить Эльфику голосовые связки. Ну как, КАК он теперь мне песенки петь будет-то?

Вадим почесал в маковке. Что-то всё происходящее переставало ему нравиться от слова совсем.

– Миим, это же всего лишь книга. История. Она же не настоящая.

Взгляд маленькой баронетты вспыхнул адским огнём, пригвоздив редактора к креслу. На столько резкой перемены он не ожидал.

В тот же миг, зеркало подёрнулось дымкой и протаяло отражением его собственной комнаты.

– Вот чёрт, обидел, что ли? – Вадим пожал плечами и откатился от стола, вставая и разминая ноги.

Сегодня он отсидел за монитором больше, чем планировал. Значительно больше. Как ни странно, но книга его заинтриговала. Чем? Парень и сам не понимал. Но потихоньку приходил к стойкой уверенности, что дочитает историю до самого конца. Сколько бы времени на это ни ушло.

В стареньком расшатанном буфете нашлось пол пачки макарон. Пошуршав по ящикам, Вадим раздобыл немного соли и перца. Выскреб из проржавелой банки парочку листиков лавра. А в ящике под мойкой внезапно обнаружилось несколько сморщенных картофелин.

– Суп, – теперь уже уверенно заявил сам себе парень, водружая на плиту ту самую кастрюлю со сколотой местами эмалью.

В холодильнике по-прежнему стояла банка огуречного рассола с последним приговорённым. Вадим улыбнулся зелёному другу и захлопнул дверцу.

– Нет, живи пока. До тебя дело ещё не дошло.

Время перевалило за полночь, когда варево, наконец, дошло до кондиции. Он наскоро перекусил и поплёлся к дивану. Спать хотелось смертельно. А желания прояснять ситуацию с зазеркальной гостьей не было ровным счётом никакого.

– Нужно будет у неё прощения попросить, как объявится… – проговорил он себе под нос, уже засыпая, – главное, чтобы появилась.

На этой мысли, его организм окончательно сдался и выключился, погружая натруженный за день мозг в состояние «ожидания».

***

Из динамика послышался звон монет. Звук, которого он не слышал уже, наверно, несколько месяцев. Продрав с большего заспанные глаза, парень с горем пополам встал, сунул босые ноги в шлёпанцы и поплёлся в ванную комнату, ставя по пути чайник на плиту. Оповещение – хорошо. Но перевод никуда уже не денется. А вот заварить кофе и проснуться очень даже необходимо.

Согревая руки кружкой с ароматным напитком, он устало плюхнулся в кресло и засветил монитор. Вычитка странной книги отбирала силы не хуже, чем работа в шахте. И с каждой новой прочитанной главой всё больше и больше засасывала. Будто тяжёлый наркотик, когда со временем начинаешь понимать, что без очередной дозы не протянешь и пол дня.

Парень поёжился, выгоняя из головы глупые мысли. Не хватало ещё «подсесть» на литературную наркоту. Будто сигарет и выпивки мало? Он скосил взгляд на почти пустую пачку и тяжело вздохнул. Нужно было бросать это непотребство. Но что-то откровенно мешало.

Вадим щёлкнул по иконке и влез в дебри интерфейса, проверяя свежие поступления.

– Ни себе-себе!!! – присвистнул он. – Это за что такие преференции?

Электронный счёт оброс дополнительными ноликами. Как оказалось, пока он спал пришло целых пять поступлений. И все они…

– Нет-нет-нет-нет…

Вадим схватился за голову и взъерошил волосы. В глазах читалась паника. Лицо исказилось ужасом. Этого просто не могло быть! Это точно чья-то злая шутка! Да, точно. Просто автор рукописи решил немного пощекотать нервы редактору, взявшемуся за работу.

Парень перевёл дух и нервно закурил, пытаясь успокоиться. Ну в самом деле, разве может такое быть?

– Уф… – из-за плеча прозвучал вздох облегчения. – еле разобралась с этими вашими торбинетами… пришли денежки?

Вадим очень медленно развернулся к зеркалу. Зажжённая сигарета повисла на нижней губе, прилипнув к пересохшей враз коже. Рот открылся, пытаясь что-то воспроизвести. Но лицо так и застыло восковой маской всемирного удивления.

– Ты чего? – Миим вздёрнула бровь. – Знаешь, как тяжело было в эту вашу паутину пробиться? Наши коммы, между прочим, не ваши эти, как их, кап… тумеры. Вот. Я пол ночи потратила, пока разобралась со всем. Ещё и в курсы валют влезть пришлось. Надеюсь, не слишком мало перекинула?

Вадим молчал. Сигаретный окурок медленно догорал, так и оставшись висеть на губе. Кофе тихонько остывал на столе рядом с мышкой. А в квартире повисла зловещая тишина.

– Э-эй, Диим. Ты будто привидение увидел. – Девчушка нахмурилась. – Очнись. Обожжёшься.

Парень спохватился, срывая с губы начавший тлеть фильтр и стряхивая с ног на пол опавший сигаретный пепел. Пригвоздил окурок к пепельнице и начал потихоньку оживать, пытаясь выгнать из головы всё лишнее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Каприн (кронпринцесса) – наследник (ца) аристократического рода Великой Империи вне зависимости от титула и ранга Дома.

Вернуться

2

Приставка к фамилии младших графских фамилий. «Мак» обозначает принадлежность к виконтам или виконтеттам. «Ди» – к маркизам и маркизеттам.

Вернуться

3

Квазиживой симбиотический организм. Имперский аналог земных мультифункциональных гаджетов, включающий функции сотового телефона, фитнес-браслета с опцией неотложной медицинской помощи, записывающего устройства и коннектора для работы с дополненной реальностью. Состоит из двух частей: базового моноблока и напульсного браслета. База находится в личных апартаментах носителя. Браслет же остаётся всегда при хозяине.

Вернуться

4

Приставка, отмечающая принадлежность фамилии к баронскому титулу вне зависимости от степени старшинства.

Вернуться

5

Баронетт (та) – младший баронский титул, присваивающийся всем представителям рода вне зависимости от степени наследования. Баронетт может стать бароном после смещения действующего главы и при наличии ранга «каприн». Или же, получить баронство высочайшим волеизъявлением Его Императорского Величества, основав новый Дом. Баронетта всегда наследует титул мужа после свадьбы, но при этом в случае отсутствия капринов в отеческом доме, может получить второй и последующие титулы согласно табели о рангах.

Вернуться

6

Особый закон Великой Империи, согласно которого, любой глава Дома может обратиться за помощью к своему Кругу в решении неразрешимой задачи, назначив за это любую цену, которую не имеет права оспорить даже Монарх.

Вернуться

7

Вся аристократия Великой Империи делится на три Круга: Высокий, или, правящий; Младший, или, преемствующий; и Тайный, в который входят Храм и Зиккурат. Последний не вмешивается в повседневные дела государства и ведёт свою собственную игру, не существующую для рядовых имперцев.

Вернуться

8

Псевдоживое ментальное существо, являющееся чем-то средним между хранителем и богом мира. Никто из живущих так и не смог постичь всей сути Реестра, но часть рас научилась пользоваться его ресурсами.

Вернуться

9

Новы – одна из суб рас Зиккурата наряду с Детьми и Ходоками. О них позже будут отдельные повествования и разъяснения.

Вернуться

10

Младший титул виконтов, присваиваемый всем детям фамилии вне зависимости от старшинства. Виконтетты, как и виконты имеют право носить приставку «мак», но, в отличие от оных, обязаны писать её не отдельно, а через апостроф.

Вернуться

11

Профессиональный сленг. В окололитературном кругу выговаривается с ударением на «е» и дословно обозначает, «редактировать», изредка, «вычитывать» текст.

Вернуться

12

Иерархия деток имеет несколько ступеней. Младшие – соглядатаи и шпионы двух Мамочек. Старшие – основная часть армии Граней Зиккурата. Князья – изначальные Владыки Граней Зиккурата. Высшие – изменённые Сумраком аристократы, ставшие создателями корпорации

Вернуться