# Возрождение сельских территорий Тверской Карелии

Михаил Викторович Дронь

В Тверской Карелии нет никаких полезных ископаемых. Единственным её природным ресурсом является сама земля. Наши люди и наша земля должны стать двумя отправными точками нового экономического и культурного развития. Уже сейчас мы видим, что XXI век будет веком информационных технологий и невиданного ранее дефицита продовольствия в мире. Поэтому одной из главных задач, стоящих сегодня перед Тверской Карелией, является развитие высокопродуктивного и органического сельского хозяйства.

## Глава 1. Крестьянские хозяйства


В Тверской Карелии нет никаких полезных ископаемых. Единственным её природным ресурсом является сама земля. Наши люди и наша земля должны стать двумя отправными точками нового экономического и культурного развития. Уже сейчас мы видим, что XXI век будет веком информационных технологий и невиданного ранее дефицита продовольствия в мире. Поэтому одной из главных наших задач станет развитие высокопродуктивного и органического сельского хозяйства. Это всё так. Но каким образом обеспечить развитие сельского хозяйства?

Поговорим как раз о первом таком пути. Этот путь заключается во всесторонней поддержке и развитии крестьянских хозяйств и личного подворья селян, которые должны стать важнейшим фактором возрождения сельских территорий Тверской Карелии «здесь и сейчас», а также введения новых земель в сельскохозяйственный оборот.

Сегодня можно с полной определённостью говорить о том, что традиционная русская и карельская деревня в Тверском регионе исчезла безвозвратно. Подобного культурно-хозяйственного явления больше уже никогда не будет, необратимо изменились исторические обстоятельства, технологии, демографические показатели, бытовая и религиозная культура людей.

Реальная деревня обезлюдила. Критики могут возразить, что это не совсем так, статистика ежегодно фиксирует наличие более-менее значительного количества сельских жителей в Тверской области, что-то около трети от всего населения, но все, кто имеет глаза и совершает поездки в сельские территории, видят, что они действительно опустели. Оставшиеся в них в большинстве своём, пожилые люди и различные асоциальные личности никакого серьёзного вклада в развитие своих местностей не вносят, а только доживают свой век.

Вместе с тем, та модель деревни и тот деревенский уклад, смерть которых мы наблюдаем, целиком принадлежат к закату советской эпохи. Мало кто знает, но тверские карелы, вплоть до трагических событий коллективизации, раскулачивания и «укрупнения деревень» в 30-60-х годах XX века, жили почти исключительно в хуторах. Именно хутор, а не деревня был главным типом поселения в сельской местности. Хутора представляли собой отдельно расположенные поля и леса, обычно от 10 до 50 га, в которых проживала одна или несколько семей. Такая площадь позволяла хозяйству полностью обеспечивать себя всем необходимым. То, что мы наблюдаем сегодня в Тверской Карелии – большие деревни по 30, 40, 50 и более домов, явление по историческим меркам довольно позднее и для самих карел не характерное. Начиная с 30-х годов прошлого столетия, крестьян насильно сгоняли с хуторов в деревни, превращая последние в подобие городов.

Сейчас, когда прежней деревни больше не существует, главным путём возрождения сельских территорий Тверской Карелии остаётся возвращение к истокам – возвращение к хуторам и хуторскому типу расселения новых крестьян, когда каждое хозяйство будет занимать своё поле. Одним словом, нам потребуется своя карельская Реконкиста, которая положит начало отвоеванию наших земель из рук слепых сил природы: заново превратить залежи и пустоши в пашни, сенокосы и луга – вот она главная задача Тверской Карелии, от решения которой теперь зависит жизнь или смерть всего нашего региона, ведь именно крестьянское сословие является становым хребтом любой здоровой нации. Крепкие хозяйства принесут в сельскую местность желанный достаток, трудовую инициативу и дисциплину взамен царящих там сейчас иждивенческих настроений, бедности и деградации.

И двумя важнейшими условиями этой новой карельской Реконкисты являются предоставление земли всем желающим для организации собственного хозяйства и опережающее развитие коммуникаций: реконструкция и строительство дорог, подведение электрических сетей к таким новым хозяйствам, предоставление качественных услуг связи и высокоскоростного подключения к сети Интернет. Именно эти два направления должны стать главными в деятельности органов местного самоуправления в Тверской Карелии и органов государственной власти. И если со вторым из них всё более-менее ясно: необходимо развивать дорожную сеть и транспортную инфраструктуру, дорожное сообщение между соседними районами, подводить электрические сети и линии электропередач к новых хуторам и поселениям, работать совместно с сотовыми компаниями над увеличением зоны покрытия сотовой связи и улучшением качества подключения к сети Интернет, чтобы жители сельских территорий имели возможность реализовывать свою продукцию и услуги по всему миру, то первое условие – предоставление земли всем желающим и привлечение новых крестьян – требует отдельного и более пристального рассмотрения.

История знает множество успешных примеров по привлечению новых переселенцев на пустующие земли и созданию из них в последующем крепких хозяйств. Ограничимся только тремя.

Так, ещё в Древнем Риме имелся специальный государственный земельный фонд – ager publicus или общественное поле, где каждый полноправный гражданин мог занять такой участок, который он в состоянии был обработать. Со временем предельный размер земельного участка из состава общественного поля был ограничен 125 гектарами. Существовала также практика вывода на определённые участки ager publicus целых поселений римских граждан – колонистов. В таких случаях поселенцы получали от римского государства подъёмные ссуды в виде денег, посевного материала, сельскохозяйственных орудий и скота. Земельные отношения в Древнем Риме стали примером для многих государств современности, в частности для США.

В Соединённых Штатах в первой половине XIX века из вновь присоединённых земель на западе страны был создан общественный фонд свободных земель. В ходе Гражданской войны по инициативе президента Авраама Линкольна 20 мая 1862 года был принят знаменитый Homestead Act или закон о сельских усадьбах, согласно которому каждый гражданин США, достигший 21 года, мог получить из земель общественного фонда участок земли не более 160 акров (65 гектаров или половину предельного размера участка в Древнем Риме) после уплаты регистрационного сбора в 10 долларов. Закон вступил в силу 1 января 1863 года. Поселенец, приступивший к обработке земли и начавший возводить на ней строения, получал бесплатно право собственности на эту землю по истечении пяти лет. Участок мог быть приобретён в собственность и досрочно, при уплате 1,25 доллара за акр. По Гомстед-акту в США было роздано около 2 миллионов поместий общей площадью около 285 миллионов акров (115 миллионов гектаров), что составляет около 12% территории страны.

Несмотря на то, что ager publicus и Гомстед-акт уже стали классическими практиками в освоении новых земель, в истории Европы в относительно недалёком прошлом были и другие успешно реализованные переселенческие проекты. Как, например, малоизвестный опыт по привлечению новых переселенцев на пустующие земли, имевший место в Литовско-Русском государстве или Великом княжестве Литовском во второй половине XVI – первой половине XVII веков: «волочная помера».

В середине XVI века правительство Великого княжества Литовского задумало провести обширную реформу крестьянского хозяйства в имениях, принадлежавших Короне. Эта реформа имела своей целью, в том числе, привлечение новых переселенцев на пустовавшие до того земли. Все земли, находившиеся в собственности Короны, были разделены на примерно однообразные по количеству и качеству участки – волоки, по 19,5 десятин (или 20 га) на каждый волок, и введено обязательное трёхпольное хозяйство. На момент формирования волок, громадные пространства в государстве, пригодные для обработки земли, ещё не были заселены. Оставались не только обширные пущи, обмежёванные, но не измеренные, даже среди сёл, уже отведённых под волоки, было много «непринятых» волок, то есть незаселённых, только ожидающих переселенцев-земледельцев. Во многих местностях не занятой оказалось от половины до 3/4 всей разбитой на волоки земли. Правительственная администрация жадно ловила каждого крестьянина, желавшего взять волочный участок, и давала ему всевозможные льготы. Выработался даже особый тип «осадчего» – такого представителя Короны, который сзывал и осаживал крестьянина или на «сыром корени», то есть на заросшем участке, или на ранее разработанных участках пашни. Как общее правило, каждый крестьянский надел состоял из одной волоки, но, кроме того, крестьяне имели самую широкую возможность брать дополнительные земли в виде застенков, лишков, аренды озёр и входов в лес. В среднем же на одно хозяйство приходился 1 волок пахотной земли, а всей земли с разного рода прирезками – до 1,3 волоки. В Литовско-Русском государстве в середине XVI века, так же как теперь в Тверской области и в Тверской Карелии, недостатка в земле не ощущалось. Такой тип крестьянского хозяйства позволял свободно прокормить с волоки «доброго грунта» семью из десяти человек, учитывая низкий уровень агрикультуры той эпохи. Большая часть выращенного зерна шла на нужды самого хозяйства и корм скоту, но в урожайные годы крестьяне охотно выходили с излишками на рынок или делали запасы. Спустя сто лет, к середине XVII века, свободные земли исчерпываются, и раздача волок прекращается.

Нельзя сказать, что примеры по привлечению новых переселенцев в сельскую местность относятся целиком к прошлому. Отдельные российские регионы пытаются активно работать в этом направлении. Так, например, свои проекты по развитию сельских территорий имеются и у наших соседей из Ленинградской и Вологодской областей.

Ещё в начале 2018 года глава Ленинградской области Александр Дрозденко предложил реализовать программу «Дальнего ленинградского гектара» для желающих заниматься развитием крестьянских и фермерских хозяйств. Механизм реализации программы имеет много общего с «дальневосточным гектаром»: земельные участки из состава земель сельскохозяйственного назначения будут предоставляться в аренду на три года без торгов, при успешном развитии хозяйства по истечении этого периода получатель гектара сможет выкупить его в собственность за 3% от кадастровой стоимости участка, а не за 15%, как это установлено земельным законодательством сейчас. Кроме того, в регионе планируют предусмотреть дополнительные меры финансовой поддержки переселенцам, а также разработать для них пакет экономических льгот. В целом по Ленинградской области фонд перераспределения составляет 258 тысяч га, и в региональном комитете управления государственным имуществом отмечали, что в случае успешной реализации программы, он может быть расширен за счёт земель запаса.

Похожий проект с 1 апреля 2019 года стартовал и в Вологодской области. Правительством Вологодской области были выбраны три пилотных района, в каждом из которых из состава сельхозземель, находящихся в государственной и муниципальной собственности, любой желающий гражданин мог совершенно бесплатно получить земельный участок общей площадью до 10 га, а юридические лица – участок до 100 га. Заранее была проведена большая работа по формированию таких земельных участков: какие-то участки нужно было отмежевать и образовать «с нуля», какие-то объединить друг с другом или же, наоборот, разделить на два и более с таким расчётом, чтобы получить земельные участки подходящей площади. Для удобства потенциальных участников проекта была разработана электронная карта, где вся информация о свободных земельных участках обновлялась в режиме реального времени, а сами участки можно было оформить и дистанционно, по примеру «дальневосточного гектара». Всего в ходе его реализации планируется раздать до 500 тысяч гектаров пустующих земель сельхозназначения.

На наш взгляд, свой собственный проект развития сельских территорий, схожий с «Вологодским гектаром», вполне может быть успешно реализован и в тверском Верхневолжье. Но в любом случае, само наличие таких программ как «Дальний ленинградский гектар» и «Вологодский гектар» наглядно показывает, что политику по привлечению переселенцев на пустующие земли можно проводить и на уровне региона, не дожидаясь соответствующих федеральных программ и изменений в федеральном законодательстве.

С лета 2018 года на территории бывшего Замошского сельского поселения Осташковского района Тверской области компанией «Осташковское» реализуется очень интересный и уникальный в своём роде проект по созданию крестьянского поселения на землях сельскохозяйственного назначения. Если использовать исторические аналогии, то он наиболее близок к «волочной помере», о которой я говорил выше. Это первый опыт создания большого крестьянского поселения не только в Тверском регионе, но и в России, и уже сегодня можно подвести некоторые промежуточные его итоги.

Как продемонстрировал опыт «Крестьянского поселения на Селигере», довольно большое число людей, проживающих сегодня в крупных городских агломерациях, в первую очередь в Москве, стремятся переехать в сельскую местность и завести своё собственное хозяйство. Например, только с начала реализации проекта приобрели землю уже более десятка семей, всего же планируют приобрести порядка 50-ти семей. Практически все семьи многодетные, средний возраст супругов составляет 30-40 лет. Интерес к приобретению земли в таком поселении проявляют не только россияне, но и иностранные граждане, например, из Германии и Франции.

Я не ошибусь, если предположу, что потенциальное число людей, желающих, что называется, с сегодня на завтра переселиться из мегаполисов и создать своё хозяйство, при условии наличия поблизости единомышленников, составляет не менее 200-300 тысяч. Причём, мотивы большинства новых переселенцев понятны. Спрос на натуральные продукты и ремёсла с каждым годом становится всё больше, часто подобные крестьянские хозяйства становятся центрами местного агротуризма. Кроме того, расширение зоны покрытия сети Интернет создаёт возможность для таких новых крестьян работать в том числе дистанционно, а также реализовывать свою продукцию через социальные сети и Интернет-ресурсы.

Вместе с тем, многих людей от переселения из города на землю сдерживает отсутствие единомышленников – живущих по соседству точно таких же бывших горожан, а ныне крестьян. Именно в этом и заключается секрет успеха проекта «Крестьянского поселения на Селигере»: для многих семей впервые была создана реальная возможность приобрести землю на одной территории, где сами люди будут уже создавать свои локальные сообщества. А для человека очень важно понимать, что он не один, что его окружают единомышленники, которые также стремятся к созданию своего крестьянского хозяйства, как и он сам, и готовы работать и помогать друг другу.

Природно-климатические условия нашего региона таковы, что для создания крепкого крестьянского хозяйства из расчёта на одну семью потребуется не менее 10-50 га, в зависимости от основного направления сельскохозяйственной деятельности. Поэтому площадь в 50 га наиболее оптимальная для одного крестьянского хозяйства. Также земли нужно продавать в собственность, аренда людей, которые собираются создавать свои крестьянские хозяйства, переезжая для этой цели из крупного города, как показывает практика, не интересует вовсе. Такие люди собираются, что называется, врастать корнями в свою новую родину и им нужно ощущение, что эта земля – их собственная, а не арендованная.

В Тверском регионе и Тверской Карелии имеется огромное количество пустующих земель. При общей площади земель сельскохозяйственного назначения в Тверской области в 2 млн. 575 тыс. га, в 2016 году в целях производства сельскохозяйственной продукции гражданами и юридическими лицами использовалось всего 718,7 тыс. га или 27,9%, да и эта цифра представляется завышенной.

Только в государственной и муниципальной собственности на территории Тверской области по состоянию на 1 января 2017 года находится 816,2 тыс. га земель сельскохозяйственного назначения. К этому количеству следует добавить ещё и невостребованные доли бывших колхозов и совхозов, которые лежат мёртвым грузом, но в любой момент могут быть возвращены в государственную и муниципальную собственность, а это дополнительно примерно 900 тыс. га. По самым скромным подсчётам в Тверской области в государственной и муниципальной собственности, в невостребованных долях имеется не менее 1,5 млн. га свободных земель сельскохозяйственного назначения пригодных для занятия земледелием и животноводством «здесь и сейчас», либо которые заросли кустарником и мелколесьем, но их всё ещё можно ввести в сельскохозяйственный оборот без серьёзных затрат.

Даже если бесплатно или за символическую плату раздавать до 50 гектаров земли сельскохозяйственного назначения под крестьянские хозяйства с правом возведения жилого дома, бани и хозяйственных построек, то получится не менее 30 тысяч полноценных ферм, в которых 30 тысяч семей смогли бы создать крепкие хозяйства и обустроить комфортную для проживания территорию, что существенно изменит демографическую ситуацию в наших муниципалитетах. При условии, конечно, если раздавать по принципу «дальневосточного гектара» или Гомстед-акта в США, то есть без торгов и исключительно по заявлению гражданина.