Михаил Кривошапкин
Мик Воген и кулон дракона

Предыстория в двух частях.

У каждого народа свое представление о сотворении мира. Одни думают о создании мира после большого взрыва, другие думают, что наш мир создал Господь бог, ну или другие боги. Доля правды в этих рассказах есть, но не вся.

Я попытаюсь рассказать вам одну историю о сотворении мира, точнее двух миров.

Часть первая.

История богов–драконов.

Миром правит Тайна. Никто не знает, что это. Неизвестно когда, но давным-давно именно Тайна создала два мира: нашу землю и второй параллельный мир. Она разделила наши миры взрывом невероятной силы, вошедшей в историю как теория большого взрыва. Миры наши стоят на огромных, невидимых весах, и чтобы они всегда находились в равновесии, Тайна создала двух богов-драконов: Ярова – дракона, первозданного из вселенского света, и в противовес ему Вогара из первородной тьмы.

Наш мир – Землю, она наказала драконам никогда не трогать, и отдала им во владение другой мир. Там Яров и Вогар создали себе каждый по материку.

Дракон света создал благословенный край “Родарион”, что с истинного языка, переводится “мечта”. Потом же населил он ее великими, добрыми силами и существами.

Нас, людей, создала сама Тайна и разделила по обоим мирам, а Яров в свою очередь создал альвов – умных, сильных и справедливых, подобных себе, именно такими они часто встречаются в людских летописях.

А вот Вогар с самого своего создания был жесток и зол. Именно он стал тем самым первым злом, вершиной всех замыслов темных сил. Он создал для себя мир Волган, где все ему поклонялись. И в мире этом в обыденность, все было в крови, в войне и зле.

Бог Зла увидел, что светозарный Родарион прекраснее его мира. Что Волган насколько омерзителен по сравнению с творением его брата, что решил раз и навсегда, уничтожить уже ненавистный ему материк. Он решил послать туда огромную армаду своих темных существ во главе со своим учеником – колдуном Варнасом.

Увидел Яров с небес вторжение зла на Родарион, но ничем не мог он помочь, из-за того, что выше его самого, из-за самой сущности всего Бытия, из-за равновесия сил. И узрев, как страдает его народ альвов, расплакалась душа Великого дракона и упала на землю слеза, и превратилась в меч из чистого металла. Подарил он его старшему народу Родариона, и назвали они этот меч «Минаш» с перевода альвийского означающий “дарующий свет”.

И видя страдания народа людей, телесная оболочка его запротестовала над законами Тайны, и упала на землю капелька крови, превратившись в меч Яровин, названный так смертными в честь Ярова. Яровин – меч боли тела, минаш – меч боли души. Два великих меча – дары Света своим твореньям.

Долго думал Великий дракон, но все-таки решился. Он послал пять частей самого себя, которые отделившись от него, превратились в подобие ему, в драконов. Сыновьями Ярова нарек он их, чтобы они освещали темную битву народам Родариону. Его сыновья в свою очередь выбрали себе в помощники сильнейших и храбрейших из всех, кто населял Светозарный Родарион, чтобы они сражались со злом вместе. Тех, кого выбрали драконы, должны были стать наставниками народов в их трудном пути, и поэтому их назвали Светочами. Младший из сыновей Ярова по имени Лионад избрал себе Светочем Неонила, – командующего дворцовой охраны королевства людей. И стали Неонил и Лионад лучшими друзьями.

И была величайшая битва всех времен, против сил Тьмы. Много лет прошло со времен этой битвы, а мы все равно помним. Там, на солнечных равнинах Родариона, альвы и люди сражались плечом к плечу. У альвов и людей были еще их младшие братья – дверги. Но они предали их, и встали на сторону врага. Но на стороне людей и альвов были сыновья Ярова драконы Света, а народы Родариона бились за свою свободу, землю и родных.

И они начали теснить войско Варнаса, и побеждать. Но, вдруг, светлое небо над головами сражающихся воинов потемнело, и над полем боя раздался громкий, низкий рык, полный злобы. Это был Вогар. Бог тьмы…

Чудовищная сила и злоба как будто исходили от него волнами. Огромный, черный дракон летел над войском света, сжигая их черным, адским пламенем. И тут Светочи с драконами Света все вместе напали на него. Но Вогар сразу же раскидал их всех, как беспомощных щенков. Это все. Никто не сможет уже его остановить. Конец свободе народам Родариона…

Еще раз низкий рык. И Вогар приземлился посреди поля на большом холме. И своим голосом полным злобы, заговорил, так что все на поле слышали его:

– И это все? Все что вы можете! Вы слабы, как и ваша вера в Свет! Как и само Добро. Вы навечно будете моими рабами!

Но вдруг, послышался громоподобный рев. Пасмурное небо полностью раскатилось громом. Луч света осветил темное поле сражения.

– Этому не бывать! – пронеслось над полем боя слово Ярова, так что все вздрогнули.

Вздрогнули не от испуга или страха, а от надежды. И вот он сам, гордо летит над своими сыновьями, альвами и людьми, вселяя в их сердца надежду на победу и уверенность в силах Света.

Потом они столкнулись. Добро и зло…

Никогда еще, со времен создания миров, они не сталкивались. Это была поистине битва света и тьмы. И Яров Великий, дракон света, создатель и отец народов Родариона, низверг своего брата Вогара, и заточил его навечно между наших миров.

И великий, победоносный рев, радостный миг для народов Родариона. А войско Варнаса трусливо отступило, убежав с поля боя, что есть мощи. Все на свете было бы прекрасно, но тут появились они….

Часть вторая.

Пять владык Хаоса

и начало истории кулонов.

Весы Равновесия пошатнулись. Тайна отправила в наш мир 5 владык Хаоса в противовес Ярову. Они появились как будто бы из ниоткуда, когда истинное зло было повержено Яровым. Владыки видели всю битву, видели всю мощь Первого дракона и побоялись его.

Яров, уставший после сражения с Вогаром, был очень удивлен этим пятерым созданиям. От них исходила чудовищная мощь, почти равная его собственной силе. Если бы он решился драться, то в результате битвы они разрушили бы весь Родарион, все его народы, которых так любил Яров. И Яров Великий с пятью владыками хаоса решили не трогать миры и поклялись не трогать мир 1000 лет. Владыки хаоса исчезли, а Яров попрощавшись со своими любимыми созданиями, покинул наш мир со своими драконами. Но самый младший из них Лионад, исчез во время битвы, его так и не нашли. Перед тем как уйти он призвал к себе Светочей, и указал им на 15 новорождённых детей, у которых как он сказал, будет печать Тайны. Он предсказал этим детям великое будущее, нарек их Стражами порядка, наказав Светочам – учить их всему чему что они знают. И сказал Яров, что каждый Светоч может взять на обучение не больше трех детей. Если Светочи возьмут себе еще учеников, помимо Стражей с печатью Тайны, то тот, кто возьмёт лишнего будет проклят и умрет страшной смертью, а на его род будет наложен вечное проклятие…

И пришла великая эра. Люди и альвы объединились, создав самую прекрасную империю на свете, империю звезд. Настало поистине радостное время. Империя наслаждалась покоем после разрушений войны. У короля людей и королевы альвов родилась прекрасное дитя, названное при рождении Изабель. Светоч Неонил, после войны ставший одним из самых влиятельных людей империи, учил самого одаренного из Стражей – Мориуса. Неонил познакомил мальчика со своим сыном – Алексом. Мориус, Изабель и Алекс, были ровесниками, вскоре сдружились и стали лучшими друзьями. У них было прекрасное детство, вместе они подолгу играли в их любимом месте для игр – в Летних садах Рокуса.

Незаметно прошло 15 лет. Светочи все эти годы обучали своих учеников, всему чему знали. Стражи стали самыми величайшими воинами в империи, согласно преданиям, они могли воевать сами против целого войска. Но самым великим из них был Мориус – ученик Неонила. Король и королева уже состарились, королевой вскоре должна была стать Изабель, но для того чтоб она стала королевой, она должна была к совершеннолетию своему выйти замуж. И король с королевой решили к совершеннолетию Изабель, через два года провести турнир дракона, победитель которого получит руку принцессы. Стражи тоже должны были участвовать в турнире, и на Мориусе уже все видели корону империи. Алекс, тайно влюбленный в Изабель пошел к своему отцу и стал просить научить его сражаться. Отец отказался, так как всадник, взявший себе больше трех учеников, умрет. Но о проклятие умолчал Неонил, а просто отказал. И начал Алекс сам тренироваться днями и ночами, пока от усталости он упал и потерял сознание. Когда он очнулся, Неонил спросил сына:

– Неужели победа в турнире важнее тебе, чем ты сам. Почему не жалеешь ты себя?

И рассказал Алекс отцу, что любит он Изабель больше жизни, и если она выйдет за другого человека, он не вытерпит. И смилостивилось тут отцовское сердце, и взял в себе в ученики Неонил своего сына, невзирая на наказ Ярова…

И начал учить тайно он Алекса, всему чему что знал сам.

Прошло незаметно 2 года. Приближался турнир.

Со всех краев империи собрались в столице лучшие бойцы, ведь каждый мечтал стать королем, и получить в жену прекраснейшую из людей и альвов принцессу Изабель.

В турнире могли принять участие все желающие. Алекс тоже записался. Турнир начался с бесподобных побед Мориуса над Стражами. Победа в турнире Мориуса была бесспорна, но и сам Мориус сильно изменился: он стал самым могучим воином из всех кого видел свет, он мог ловить стрелы голыми руками, сражаться без устали с кем угодно в одиночку. Все уже видели в нем будущего короля. Хотя Мориус и стал гордецом, а алчность захватила его сердце и душу, но все равно они с Алексом были лучшими друзьями.

Шел уже третий день турнира, как по городу вдруг пронеслась удивительная новость: никому не известный воин победил стража! Казалось немыслимым то, что один из учеников Светочей мог проиграть обычному человеку, человеку без печати Тайны. Когда все улеглось, стало известно, что стража победил некий парень – по имени Алекс. Удивлению всем не было конца.

Но турнир все равно продолжался. Мориус продолжал показывать фантастическое искусство владения мечом, копьем и луком. Алекс так же продолжал выигрывать у всех, даже у знатнейших рыцарей королевства и стражей. Всех низвергал перед собой великий сын Светоча Неонила – Алекс.

И так получилось, что до финала дошли Мориус с Алексом.

И вот он. День, которого все ждали… День финала…

Все мечтали до него дойти, но дошли лишь избранные… Многотысячные толпы на трибунах арены ревели, кричали, радуясь этому великому дню.

Первым из ворот на арену вступил Мориус. Он был одет как король: белые как снег доспехи, богато украшенные золотом. Белый плащ, ниспадающий с его плеч до земли. Вышел он горделиво, как и выходят люди, не знающие поражений. И толпа на трибунах замолкла… не потому что, что Мориус вел себя так вызывающе, а из-за того, что в руках он держал Яровин. Дар Ярова людям. Великий меч племени людей. Меч этот передали ему король и королева, потому что уже видели его своим зятем и наследником. Толпа взревела. Мориус победоносно поднял над собой красный как кровь меч, и стал ждать Алекса.

Алекс вышел из противоположных ворот, и вступил на арену в простых, черных доспехах. Они ничем не были украшены, если не считать Белого дракона, открывшего свою пасть у него на груди. На плечах у него тоже был плащ, но черный. Бушевавшая толпа замолкла и ахнула…. В руках Алекс держал Минаш…

В день перед турниром в шатер к Алексу пришла служанка из дворца с запиской. Алекс, открыв записку, прочел: «Любимое место наших игр. Полночь».

В полночь он пришел в летние сады Рокуса, где стал ждать Мориуса. Вдруг кусты за ним зашелестели, и вышла Изабель.

– Ты? – удивленно спросил Алекс.

– Да, я – ответила ему наследница трона – мой отец с матерью хотят выдать меня за Мориуса. И они… они сегодня передали ему меч Яровин, чтоб он победил завтра тебя.

– Не беспокойся, – спокойно ответил Алекс – завтра, победа будет за мной.

– Тебе его не победить, без этого… – И протянула ему сверток.

Алекс взял его и открыл. Холодным светом блеснул Минаш в ночи.

–Зачем? – удивленно спросил он.

– Когда я узнала, что отец дал Яровин Мориусу, я украла Минаш у отца – ответила Изабель и опустила глаза.

– Изабель, но почему?

– Потому что… – сказала дочь Настилиона и Гулии, и подняла глаза. Глаза их встретились. Зеленые глаза альвийки, и карие глаза человека. И разом они вдруг все поняли. Время в этот миг как будто остановилось. Так и стояли они, обнявшись в лучах одинокой луны. В летних садах Рокуса…

В руках Алекс держал Минаш…. Толпа на трибунах молчала. Мориус тоже сохранял молчание, потом усмехнувшись, атаковал Алекса, Яровин загорелся зловещим, красным огнем. В ответ ему ярко запылал Минаш своим холодным, синим пламенем.

И вот они столкнулись… два величайших воина за всю историю существования миров. Два великих меча. Никогда прежде эти мечи не сталкивались друг с другом. Толпа заревела от восторга, с таким искусством сражались воины, ловко уходя от ударов, отбивая удары мечей. Битва на равных… или нет. Потому что с каждым мгновением становилось понятно, что Алекс сражается лучше Мориуса и теснит его. Зрители не верили своим глазам, Мориус – непобедимый боец, проигрывал! И вот Мориус упал под яростной атакой Алекса. Все ахнули. Мориус стоял на коленях, на плече у него зияла страшная рана, откуда прям хлестала кровь. Побледневший Мориус сказал:

– Убей меня Алекс!!!

– Нет!

– Ты так слаб, чтобы убить меня?

– Ты же мой друг.

– Я больше тебе не друг, – сказал Мориус, и потерял сознание от потери крови.

Толпа взревела, и сам король с королевой объявили Алекса своим наследником.

И был великий пир. Вечером Алекса позвали в шатер короля и королевы. Король и королева сидели на своих тронах, под охраной своих гвардейцев.

– Оставьте нас, – царственно сказал король.

Подождав пока все уйдут, он обратился к Алексу:

– Алекс, сын Неонила. Сын достойный такого великого отца. Я рад, что выдаю за тебя свою дочь. Но прежде расскажи, кто научил тебя так искусно сражаться?

– Мой отец…

– О нет!!! – вскрикнула королева – только не это!!!

Король вскочил, королева опустила голову.

– Я не ослышался Алекс?

– Нет, ваше высочество, меня учил мой отец Неонил.

– Ты разве не знаешь?

– О чем?

И рассказали король с королевой о том, что, взяв себе четвертого ученика, Неонил был проклят, и скоро он умрет. А на род его будет наложено вечное проклятие. Не должны Светочи учить людей без печати Тайны.

– И поэтому ты должен отказаться от Изабель сам, мы уже дали слово перед всем народом, что ты станешь наследником, мы не можем сами отказать.

– Но я люблю вашу дочь…

– Вот именно поэтому, ты должен сам отказаться от нее, во имя его блага, если желаешь ей лучшего будущего без позора и проклятия.

Алекс задумался лишь на мгновенье и сказал:

– Ладно,… но я сам скажу Изабель, что разлюбил ее, иначе она меня никогда не отпустит. Невзирая на никакое проклятие.

Придя к себе в шатер, Алекс написал записку лишь с 3 словами: «Наше место, полночь», и отправил его Изабель через гонца.

Полночь. Летние сады Рокуса. Изабель ждала Алекса. Вот появился он, и Изабель сразу бросилась к нему на шею. Алекс хотел отстраниться, но не смог. Он лишь покрепче прижал ее в последний раз.

– Изабель… – тихо позвал он.

– Да, Алекс – ответила она.

– Мы не можем быть вместе, – ответил Алекс, с трудом выговаривая каждое слово через боль.

– Но Алекс, но почему?? – спросила Изабель так, что сын Неонила чуть не отказался от своих слов.

Но он, собрав силы, выговорил эти слова:

– Я тебя не люблю.

И быстро ушел, не оглядываясь, растворившись в ночи. А Изабель так и осталась. Стояла одиноко в Летних садах Рокуса, и слезы, полные боли, текли по ее красивому лицу…

Алекс пришел домой. Тихо скрипнула дверь.

Отец сразу сказал ему:

– Ты все знаешь?

– Папа, но почему???– сказал Алекс – почему ты учил меня, если знал, что, все так закончится?

– Ты когда-нибудь узнаешь ответ на этот вопрос. Узнаешь, когда станешь отцом.

И обняв своего одряхлевшего отца, Алекс тихо заплакал.

Так закончилась одна из историй об Алексе и Изабель, о потерянной дружбе, отцовской любви и разрушенных надеждах…

Со времен Великой битвы прошло уже 20 беззаботных годов. Но зло начало вновь подниматься на Волгане. Варнас – бич мрака, ученик Вогара, объявил себя императором тьмы. И он начал войну против империи звезд, против дочери Гулии Справедливой и Настилиона Благословенного – Изабель.

Но был у Изабель тайный отряд великих воинов. Стражи. Ученики Светочей Ярова. И во главе отряда Стражей стоял величайший воин за всю истории мира – Алекс. Он победоносно выигрывал битву за битвой для королевы, но маг Варнас был очень хитер и умен. Он замыслил страшный план, чтобы убить королеву, династию и уничтожить всю империю звезд. Некогда лучший друг Алекса Мориус предал их. Когда Изабель с верным ей отрядом Стражей возвращалась через место, где сейчас находится герцогство вод и острова Лун их настиг Варнас со всем своим войском. Он приготовился совершить самое темное и убийственное заклятье из всех заклинаний, что были дарованы миру Тайной. Это заклинание Апокалипсиса – названный так, потому он что раскрывал саму сущность Бога Тьмы. Это заклинание должно было уничтожить все живое на Родарионе. И тут когда конец всему близился, Алекс признался королеве Изабель в любви, ведь только ради нее он выиграл столько фантастических битв, стал самым сильным и могучим воином за всю историю миров. Он рассказал ей о позоре и проклятии на его роду, и все что случилось тогда, после Турнира Дракона. И тут королева расплакалась от счастья, и сказала, всегда любила Алекса. Ведь они росли вместе и полюбили друг друга еще с детства, хотя и не могли друг другу, признаться.

– Как мило, – произнес Варнас, – но вам и вашей презренной империи конец!!!

Изабель и Алекс поцеловались в последний раз, и Варнас произнес заклинание Вогара. Все вокруг попадали замертво, а души Стражей преобразились: они были озлоблены заклинанием и их души стали черными тенями, вечными слугами Варнаса – Черными Праурами.

А Изабель и Алекс пожертвовали собой друг другу, и само заклинание Апокалипсиса отступило перед их любовью. И оторванные от их тел души превратились в драконов: в Небесного – это Алекс и Золотого – Изабель. Они спасли империю от Варнаса, который исчез в конце. Империя звезд перестала существовать, и племянница королевы создала на ее развалинах королевство Золотого дракона. Драконы оказались в кулонах, один был у королевы, а другой оказался в руках у воинов–хранителей миров, которые надевая его, обретали силу Алекса, и не раз приходили на помощь королевству.

Глава 1

Узник свободы.

Тусклые краски реальности день за днем давили на его чувствительную душу. Добродушный юноша, наделенный тонкой душевной организацией, не мог смириться с однообразием и пустотой окружающего мира. Безрадостный свет городских улиц, монотонность повседневности и бессмысленная суета превращали каждый новый день в бесконечную череду похожих друг на друга мгновений.

Человеческая природа казалась ему особенно противоречивой. Люди, спешившие по своим делам, представляли собой калейдоскоп лиц: одни улыбались, скрывая за показной добротой черствость души, другие демонстрировали раздражение, но таили в себе искорки доброты. Эта двойственность утомляла его еще больше, заставляя сомневаться в искренности любого проявления чувств.

Философские размышления о конечности бытия погружали его в пучину меланхолии. Простая истина о цикличности жизни – рождение, страдания, попытки продлить существование и неизбежная смерть – представлялась ему замкнутым кругом, из которого невозможно вырваться. Молодой человек начал воспринимать жизнь как короткую и бессмысленную череду событий, где каждый шаг приближал к неизбежному финалу.

Тоска по иному наполняла его сердце. Он начал ждать своего конца, словно это могло освободить его от мучительных раздумий о смысле существования. Но судьба преподнесла неожиданный поворот – помощь пришла оттуда, откуда он меньше всего ожидал. Иной мир, неведомый и загадочный, протянул ему руку помощи, открыв новые горизонты понимания и существования.

Возможно, именно эта встреча с чем-то непостижимым и чуждым смогла показать ему, что за гранью привычного мира лежит бесконечное множество возможностей для души, уставшей от однообразия земной жизни.

Мик Воген каждый день наблюдал однообразные лица прохожих, и это зрелище вгоняло его в глубокую депрессию. Их бесцельное существование казалось ему отражением его собственной жизни. Мысль о неизбежной смерти преследовала его, и порой он подумывал о том, чтобы ускорить её приход. Только забота о друзьях и единственной родной душе – бабушке Ольге – удерживала его от рокового шага.

Трагическое прошлое сделало его одиноким еще в раннем детстве. Память не сохранила образов родителей, они погибли, когда он был совсем маленьким. Теперь они с бабушкой ютились в ветхой квартирке, где каждый день был похож на предыдущий. Скудные средства заставляли постоянно считать каждую копейку, что еще больше усугубляло его подавленное состояние.

Школьные годы прошли для Мика как в тумане. Беспросветная рутина, бесконечные уроки и однообразные занятия не приносили никакого удовлетворения. Он устал от этой серой повседневности, от вечного подсчета денег и отсутствия каких-либо перспектив в жизни.

В то время как Мик томился в своей обыденности, в совершенно ином измерении сияло солнце величия над правящей династией Геренеев. Их королевство Золотого дракона раскинулось на просторах волшебного мира Родарион.

Четыре герцогства составляли могущество королевства:

Герцогство лесов – место вечного противостояния между прекрасными альвами и кровожадными двергами, где древние деревья хранят тайны веков

Герцогство гор – суровая территория, населенная грозными грейнкхаймами, чьи каменные крепости возвышаются среди вечных снегов

Герцогство вод – самое загадочное из всех, окутанное туманом и легендами, где текут магические реки и обитают существа, неведомые простому смертному

Герцогство солнца – цветущая долина, настоящий рай на земле, где располагалась величественная резиденция королевы, и где всегда царила весна

В то время как Мик Воген томился в своей серой реальности, в этом волшебном мире кипела жизнь, полная приключений и возможностей. И кто знает, может быть, судьба скоро сведет эти два мира воедино, подарив Мику шанс на новую, полную смысла жизнь.

В безвременье, между двумя мирами, в месте, где не существовало ни пространства, ни времени, был заточен Великий Дракон Вогар – могущественный бог тьмы. Его массивное тело, покрытое чешуей цвета вечной ночи, казалось бесконечным, а крылья, сложенные за спиной, могли бы затмить само солнце.

Миссия Вогара была тяжела и ответственна – он охранял древнюю тайну существования параллельных миров. Его силу удерживал невидимый барьер, не позволяя существам из одного мира проникать в другой. Тысячелетиями он нес свою стражу, не ведая ни сна, ни отдыха, оберегая хрупкий баланс между мирами.

Однако даже в такой строгой системе существовала лазейка – два древних артефакта, связанных между собой невидимыми нитями судьбы. Эти кулоны были созданы в незапамятные времена, и каждый из них хранил частицу древней магии.

Кулон Небесного дракона был среди людей Земли. Он мог попасть в руки любого человека, чья душа была достаточно чиста и открыта для магии. Этот артефакт ждал своего избранника, способного преодолеть грань между мирами.

Наследный артефакт династии Золотого дракона представлял собой куда более могущественный предмет. Он передавался из поколения в поколение правителей, помогая им поддерживать порядок в королевстве. Этот кулон служил не только символом власти, но и источником силы, позволяющим Геренеям управлять своими землями и поддерживать баланс между четырьмя герцогствами.

Так и существовали эти два мира параллельно друг другу, разделенные невидимой гранью, охраняемой древним драконом, в то время как два кулона избранных ждали своего часа, чтобы изменить судьбы обоих миров.

Утренний город встретил Мика привычной суетой. Он мчался по улицам, словно пытаясь убежать от собственной жизни. Его куртка развевалась на ветру, а рюкзак бился о спину в такт торопливым шагам. Прохожие недовольно оборачивались, когда он, не замечая никого вокруг, проталкивался сквозь толпу.

Подработка отнимала слишком много времени – вечерние смены в забегаловке оставляли его выжатым как лимон. Но выбора не было: бабушка болела, а денег едва хватало даже на самое необходимое. Каждый раз, пропуская занятия ради смены, он понимал, что это отражается на его успеваемости, но альтернативы не видел.

Университет встретил его гулкой тишиной коридоров. Пятый этаж, где располагалась аудитория профессора Дубковой, казался особенно мрачным в этот день. Тяжело дыша после подъема, Мик остановился перед знакомой дверью. Он знал, что сейчас увидит – строгое лицо преподавательницы и осуждающий взгляд.

Тишина аудитории давила на него. Мик постучал – формально, зная, что это не имеет значения. Дверь приоткрылась, впуская его в царство строгого порядка и дисциплины. Профессор Дубкова сидела за своим столом, ее взгляд был направлен прямо на него.

Истерическое желание позлить ее взяло верх. Вместо того чтобы тихо извиниться за опоздание, он произнес свое приветствие нарочито громко, словно бросая вызов всему миру:

– Здравствуйте, можно войти?

Его безразличие было показным – внутри бушевала настоящая буря эмоций. Он устал от вечного противостояния с преподавателем, от необходимости оправдываться за каждое опоздание. Успеваемость действительно оставляла желать лучшего, и каждое занятие с Дубковой только усугубляло ситуацию.

Ответ профессора последовал незамедлительно, как по сценарию:

– Вы уже вошли, как видите.

В этой короткой фразе звучала вся накопившаяся за время их знакомства неприязнь. Мик понимал, что этот учебный год может стать для него последним в университете, если ситуация не изменится. Но как это сделать, когда на плечах лежит забота о бабушке, а денег едва хватает на самое необходимое?

Атмосфера напряжения в аудитории становилась почти осязаемой.

Профессор Дубкова буквально излучала торжество, наслаждаясь моментом своей победы над студентом. Её голос звучал особенно едко, когда она выносила свой вердикт:

– Нет. И прошу опоздавшего поскорее удалиться из моей аудитории. Если он, конечно, не хочет получить свою очередную любимую оценку и быть исключенным из нашего вуза.

Внутри Мика бушевала настоящая буря. Ему хотелось вспылить, высказать всё, что он думает об этой несправедливой преподавательнице, но холодный рассудок взял верх. Он вспомнил о бабушке, о том, как важно получить образование, чтобы обеспечить их с Ольгой достойную жизнь. Сжав зубы, он выдавил:

– Да, профессор.

Дубкова, почувствовав полную власть над ситуацией, решила добить студента:

– И это ещё не всё. За опоздание вы будете мыть полы в столовой, прикрепленной к нашей школе, и к тому же должны будете написать реферат на тему… ну скажем, “Нобелевские лауреаты 2025 года”.

Мик не смог сдержать протеста:

– Но профессор, сейчас за окном 2023 год!

Преподавательница мгновенно вспыхнула:

– Я кому-то сказала выйти за дверь!

Смирившись с поражением, Мик медленно побрел к выходу. Его плечи поникли, а в голове крутилась одна и та же мысль: “Как жаль, что сегодня пары только у Дубковой”. Он уже в который раз поймал себя на мысли о том, что, возможно, стоит бросить этот университет. Но тут же отверг эту идею – бабушка будет расстроена, да и ей сейчас нельзя волноваться.

Голод давал о себе знать всё настойчивее – в животе громко заурчало. Последний раз он ел вчера, а сегодняшнее утро было занято подработкой. Ноги сами понесли его в сторону университетской столовой. По пути он размышлял о своей жизни – бесконечной череде подработок, учёбы и попыток свести концы с концами.

Столовая встретила его привычным запахом разогретой еды и гулом голосов. Очередь у раздачи казалась бесконечной, а денег в кармане было ровно на самую скромную порцию. Но даже эта мысль не могла поднять его настроение – слишком свежи были воспоминания о столкновении с профессором Дубковой.

Впереди его ждал ещё один тяжёлый день, и неизвестно, что приготовил ему следующий.

Университетская столовая была переполнена студентами. В воздухе витал аромат разогретой еды, смешиваясь с гулом голосов и звоном посуды. Мик с трудом нашел свободный столик в углу, где можно было хоть ненадолго укрыться от суеты.

Внезапно его взгляд наткнулся на знакомую фигуру. Злата – та самая девушка, которую многие считали первой красавицей университета. Их пути когда-то пересекались в школе, и даже была пора, когда они дружили. Но те времена давно прошли, оставив лишь смутные воспоминания.

Она была прекрасна – словно произведение искусства. Овальное лицо обрамляли роскошные черные волосы, которые волнами спускались на хрупкие плечи и спину. Белоснежная кожа создавала потрясающий контраст с темными локонами, а ярко-голубые глаза притягивали внимание. Длинные пушистые ресницы вздрагивали при каждом моргании, добавляя очарования её взгляду. Острый подбородок, гордо поднятый вверх, выдавал в ней человека, привыкшего получать всё, что пожелает.

Её свита следовала за Златой как верная охрана – многочисленные друзья и поклонницы, готовые выполнить любой её каприз. Она двигалась с присущей ей грацией, словно плыла над полом, привлекая восхищенные взгляды окружающих.

Мик, не удержавшись, окликнул её:

– Привет, Злата!

Её реакция была мгновенной и предсказуемой. Девушка окинула его насмешливым взглядом, словно смотрела на ничтожное существо, недостойное её внимания. Высокомерно вздернув подбородок, она прошествовала мимо, даже не удостоив его ответом.

Контраст между ними был разительным. Если Мик влачил существование на грани бедности, постоянно балансируя между подработками и учебой, то Злата принадлежала к высшей элите. Её отец был влиятельным человеком, способным дать дочери всё, о чем она только могла мечтать.

Вздохнув, Мик отвернулся, пытаясь скрыть разочарование. Он знал, что их пути давно разошлись – слишком велика была пропасть между студентом, вынужденным работать, чтобы выжить, и дочерью богатого бизнесмена, привыкшей к роскоши и вседозволенности.

В животе снова заурчало, напоминая о том, что пора поесть. Но мысли о Злате не отпускали – они крутились в голове, напоминая о том, чего у него никогда не будет. О том, что даже старая школьная дружба не может преодолеть социальное неравенство, разделившее их жизни на две разные реальности.

Внешний вид Мика оставлял желать лучшего. На нем была старая, изрядно поношенная толстовка с вытертыми локтями и протертыми местами на рукавах. Потертые джинсы, которые он носил уже несколько лет, были изрядно измяты и нуждались в стирке. Одежда явно не соответствовала модным трендам, которые диктовала университетская элита.

Его волосы пепельного оттенка торчали в разные стороны, словно он специально пытался создать небрежный образ. Длинные пряди падали на лоб, скрывая часть лица, а на затылке виднелись неокрашенные темные корни – денег на новую стрижку постоянно не хватало.

Физически Мик был вполне привлекательным для своих семнадцати лет. Высокий рост и худощавое, но спортивное телосложение выдавали в нем человека, который много двигается – то ли из-за постоянной спешки, то ли из-за подработок. В отличие от обеспеченных сверстников, ему не требовались ни диеты, ни регулярные походы в спортзал – активный образ жизни поддерживал его в форме естественным путем.

Лицо его было довольно обычным для молодого человека его возраста – ничего выдающегося, но и ничего отталкивающего. Прямой нос, четко очерченные скулы и немного угрюмое выражение лица выдавали в нем человека, привыкшего к трудностям.

Единственное, что Мик действительно любил в своей внешности – это глаза. Они были необычного, ярко-фиолетового цвета, словно два аметиста. Этот редкий оттенок всегда привлекал внимание окружающих и вызывал множество вопросов. В детстве он даже участвовал в научном исследовании одного профессора, который пытался выяснить природу такого необычного цвета глаз. Результаты исследования подтвердили – это не болезнь, а редчайшая генетическая особенность, встречающаяся всего у нескольких человек на планете.

Несмотря на природную привлекательность, Мик редко уделял внимание своей внешности. Постоянная борьба за выживание, забота о больной бабушке и необходимость совмещать учебу с работой не оставляли времени на самолюбование. Он часто забывал побриться, редко находил возможность принять душ после работы в кафе, а о модных аксессуарах или стильной одежде даже не задумывался – главное, чтобы было чисто и практично.

В его взгляде читалась усталость, нехарактерная для семнадцатилетнего парня. Слишком рано ему пришлось повзрослеть, слишком рано он узнал, что такое настоящая борьба за существование. Но в глубине этих необычных фиолетовых глаз иногда проскальзывала искра – искра надежды на то, что однажды его жизнь изменится к лучшему.

Обед в университетской столовой оказался настоящим испытанием для Мика. Жидкий борщ, который он с трудом запихивал в себя, больше напоминал подкрашенную воду с плавающими в ней разваренными овощами. Несмотря на голод, есть было практически невозможно – каждый глоток вызывал гримасу отвращения.

Вокруг царила совсем другая атмосфера – студенты с аппетитом поглощали еду, весело переговариваясь и смеясь. Кто-то даже заказывал по второй порции, в то время как Мик едва заставил себя проглотить первую.

После занятий наступило время расплаты за опоздание. Школа, примыкающая к университету, встретила его знакомыми коридорами и гулом детских голосов. Столовая, где ему предстояло отработать наказание, выглядела удручающе – следы недавнего школьного обеда были повсюду.

Работа началась с уборки столов. Мик методично протирал каждую поверхность, собирая крошки и остатки еды. Засохшие пятна томатного соуса требовали особых усилий – приходилось оттирать их с помощью жесткой губки и специального средства. Жировые пятна, оставленные после жарки, поддавались особенно неохотно, оставляя на руках противный жирный налет.

Воздух в столовой был пропитан тяжелым запахом разогретой пищи, моющих средств и немытой посуды. Этот едкий коктейль запахов вызывал тошноту, но Мик был вынужден дышать им, пока не закончит уборку.

Под каждым столом обнаруживались сюрпризы: обертки от конфет, огрызки яблок, недоеденные бутерброды и прочий мусор, который школьники так старательно прятали от уборщиц. Каждый новый предмет, найденный под столом, вызывал у Мика очередной приступ раздражения.

Метр за метром он продвигался по столовой, тщательно вычищая каждый сантиметр пола. Влажная тряпка оставляла грязные разводы, которые приходилось перетирать снова и снова. Время тянулось бесконечно медленно, а работа казалась бесконечной.

В голове крутились мысли об этой несправедливости: почему он, студент, должен выполнять работу уборщицы? Почему профессор Дубкова так люто ненавидит его? И главное – как ему выкроить время на написание этого абсурдного реферата о нобелевских лауреатах будущего?

Каждый скрежет губки по столу, каждое хлюпанье мокрой тряпки, каждый запах в этой столовой усиливали его раздражение. Но он продолжал работать – выбора не было. Бабушка дома ждала его, и ей было неважно, как он провел день – главное, чтобы он вернулся и помог ей.

К концу уборки Мик чувствовал себя выжатым как лимон. Одежда пропиталась неприятными запахами, руки покраснели от моющих средств, а спина болела от долгого стояния на ногах. Но работа была выполнена – столовая блестела чистотой, готовая принять новых посетителей.

В столовой Мику повезло – его напарником по уборке оказался Джо, единственный человек в университете, который мог сравниться с ним по количеству странных ситуаций. Хотя Джо был того же возраста, что и Мик, его умственные способности явно превосходили средние показатели – по крайней мере, так считал сам Мик.

Джо был настоящей загадкой для всего университета. Все студенты старательно его избегали, считая вундеркиндом и странным человеком. Только Мик осмеливался поддерживать с ним дружеские отношения. Их пути пересеклись еще в школе, и по удивительному стечению обстоятельств они оба оказались в одном университете.

Внешность Джо была весьма примечательной. Невысокий и упитанный, он носил старомодные очки, которые больше подошли бы семидесятилетнему профессору. При этом он искренне верил, что именно такие очки максимально удобны для чтения и работы, а мода – вещь непостоянная и не заслуживающая внимания. Его гардероб состоял преимущественно из отглаженных клетчатых рубашек, а прическа всегда выглядела так, будто он только что вышел из парикмахерской.

Несмотря на образ примерного студента, Джо периодически устраивал настоящие представления. Особенно его увлекали эксперименты в области зоологии. Последний его “подвиг” – принесение в университет гигантского паука-птицееда – закончился тем, что существо сбежало и сорвало целую пару.

Отец Джо был известным археологом и профессором в престижном зарубежном университете. Это добавляло еще больше загадок к личности молодого человека – почему сын такого выдающегося ученого выбрал не самый престижный университет? Мик часто задумывался об этом, но так и не находил ответа.

Работая бок о бок, они обменивались короткими фразами:

– Опять Дубкова тебя наказала? – спросил Джо, не отрываясь от мытья стола.

– Угадал, – буркнул Мик, оттирая особенно упрямое пятно. – Теперь еще реферат писать о нобелевских лауреатах 2025 года.

– Забавно, – усмехнулся Джо, – я как раз работаю над прогнозом будущих лауреатов. Могу поделиться результатами.

Их общение было своеобразным – короткие фразы, обмен мыслями, полное понимание без лишних слов. Джо, несмотря на свой странный характер и гениальность, оставался единственным человеком в университете, кто относился к Мику как к равному, не обращая внимания на его потрепанный вид и сложное положение.

Вместе они методично продвигались по столовой, обсуждая последние научные новости и строя планы на будущее. В этих моментах уборки они находили странное утешение – даже в такой неприятной работе можно было найти положительные стороны, если рядом был верный друг.

Ситуация с принудительной уборкой была сложной – оба друга прекрасно понимали, что это граничит с нарушением прав, но формальное прикрытие в виде сотрудничества школы и вуза делало любую жалобу бессмысленной. Система работала так давно, что все привыкли к этому порядку вещей.

Джо, продолжая уборку, решил разрядить обстановку:

– Что сегодня делаешь после нашего занятия? После очистки Авгиевых конюшен? – его голос звучал весело, хотя шутка была не самой оригинальной.

Мик лишь пожал плечами:

– Ну, пока планов нет.

Предложение Джо прозвучало неожиданно:

– Может, сходим в музей? Мой отец сегодня там проводит лекцию.

Мик согласился, понимая, что это может быть интересным опытом:

– Хорошо, договорились.

Внезапно Джо решил затронуть больную тему:

– Слушай, Мик, а ты не думал взяться за учебу?

Внутри Мика вспыхнула волна раздражения. Он уже готов был выдать резкий ответ, но вовремя остановился – Джо не из тех, кто говорит просто так. Он всегда был прямолинейным и искренним.

Сдержанно Мик ответил:

– Я бы с радостью, Джо, но ты же знаешь, что мне нужно подрабатывать.

Джо, не унимаясь, предложил:

– Ты мог бы пока пожить у нас. Мой отец не против этого.

Мик мгновенно напрягся. Это было слишком – предложение помощи от человека, который живет в совершенно другом мире.

– Нет, я сам справлюсь, – его голос стал холоднее.

Джо мгновенно уловил перемену в настроении друга. Он видел, как потемнело лицо Мика, как напряглись его плечи. Он знал, что Мик терпеть не может, когда его жалеют или пытаются помочь, словно он не способен справиться сам.

Молчание повисло между ними. Джо понимал, что переступил невидимую черту. Мик же продолжал усердно тереть пол, словно это была самая важная задача в его жизни.

Каждый из них думал о своем. Джо – о том, как тяжело живется его другу, как много он берет на себя. Мик – о том, что снова придется спешить на вторую подработку, о больной бабушке дома, о том, что нужно купить продукты, хотя денег почти не осталось.

Они продолжали работать бок о бок, но между ними словно выросла невидимая стена. Джо знал, что его предложение было неуместным, но он просто хотел помочь. Мик же был благодарен за заботу, но не мог принять её – это означало бы признать свою слабость.

В этой неловкой тишине они довели уборку до конца, каждый погруженный в свои мысли, но по-прежнему остающиеся друзьями, несмотря на все различия в их жизнях.

После уборки друзья с облегчением покинули школу. Мелкий дождик создавал особую атмосферу – капли барабанили по асфальту, создавая успокаивающий ритм. Их дружба, начавшаяся десять лет назад, когда в их класс пришел новенький Джо, переехавший из Англии к маме, прошла через множество испытаний, но только укрепилась.

Мик всегда с интересом слушал рассказы друга о далекой стране, о её традициях и обычаях. Эти истории помогали ему ненадолго вырваться из повседневной рутины и перенестись в другой мир.

Путь до музея истории древнего мира выдался непростым. Сначала они долго ждали автобус, потом ехали стоя, прижатые толпой пассажиров. Но даже такие мелочи не могли испортить им настроение.

Первым делом, как только они вошли в музей, друзья направились в туалет – долгая уборка и поездка в автобусе сделали свое дело. По пути они шутили о том, почему в общественном транспорте до сих пор не придумали туалеты, чем немало повеселили охранников у входа.

Музей встретил их величественным спокойствием. Они медленно двинулись вдоль бесконечных витрин, каждая из которых хранила частичку древней истории. Мик с трепетом рассматривал мумии египетских фараонов – в детстве они вызывали у него настоящий страх. Теперь же он мог любоваться их спокойными лицами, зная, что это всего лишь часть древней культуры.

Доспехи римских легионеров, когда-то покоривших полмира, впечатляли своей массивностью и продуманностью конструкции. Мик представил, как эти воины маршировали по древним дорогам, как звенели их доспехи в бою.

Каждый экспонат рассказывал свою историю. Древние вазы с причудливыми узорами, оружие, которым пользовались тысячи лет назад, украшения, созданные искусными мастерами древности – все это создавало удивительную атмосферу связи времен.

В большом зале музея они наконец увидели отца Джо – профессора Маггиди. Он увлеченно читал лекцию группе аспирантов, жестикулируя и показывая на древние артефакты. Его голос, наполненный энтузиазмом, разносился по всему залу, заставляя слушателей затаить дыхание.

Мик с восхищением наблюдал за профессором. Несмотря на то, что тот был известным археологом и работал в престижном зарубежном университете, он нашел время приехать в их город и поделиться своими знаниями с молодыми учеными. Это было именно то, что делало профессора Маггиди особенным – его искренняя любовь к науке и желание передать свои знания другим.

Профессор Маггиди, заметив их, на мгновение прервал свою лекцию. Его проницательные глаза, скрытые за старомодными очками, внимательно осмотрели обоих молодых людей. Несмотря на то, что Джо был его родным сыном, профессор относился к Мику с не меньшим уважением и интересом.

– Как прошел день? – спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал непринужденно, хотя в его глазах читалось беспокойство.

Джо, стараясь скрыть усталость под напускной бодростью, ответил:

– Отлично! Мы вот решили с Миком навестить тебя.

Профессор, оценив ситуацию, принял решение:

– Ладно, сейчас мне надо закончить лекцию, а потом мы сможем поговорить, хорошо?

В его словах чувствовалась забота, смешанная с профессиональной необходимостью довести дело до конца. Он понимал, что его сыновья не просто так появились здесь, и что у них есть что обсудить.

Джо, кивнув отцу, повернулся к Мику:

– Давай немного походим по залам и подождем моего отца на улице?

Мик молча согласился. Они двинулись вглубь музея, где каждый экспонат словно рассказывал свою историю. Древние артефакты, казалось, наблюдали за ними, храня свои тысячелетние тайны.

Друзья медленно продвигались от витрины к витрине, обсуждая увиденное. Мик с интересом рассматривал древние артефакты, пытаясь представить, как они попали в музей, какие истории хранят. Джо, в свою очередь, делился интересными фактами о каждом экспонате, которые он знал благодаря отцу.

Время тянулось медленно. Дождь на улице усилился, создавая монотонный аккомпанемент их разговору. Они обсуждали все – от последних научных открытий до планов на будущее, стараясь не касаться темы, которая привела их сюда.

При выходе из музея судьба преподнесла им неприятный сюрприз. Прямо у входа стояли они – близнецы Ивановы, словно два мрачных силуэта на фоне пасмурного неба. Эти высокорослые спортсмены университета, чемпионы города по боксу, всегда выделялись своей физической мощью, но явно не умом.

Братья были поистине впечатляющими – черноволосые гиганты с наглыми, самоуверенными лицами. Их массивные фигуры, возвышающиеся над окружающими, действительно напоминали грозных быков из испанских коррид. Особенно ярко их неприязнь проявлялась по отношению к Джо – видимо, рядом с ним они чувствовали себя не столь значимыми. А Мик страдал за компанию, просто потому что осмелился дружить с “вундеркиндом”.

Их появление в музее было столь же неожиданным, как и их постоянное присутствие там, где находились Джо и Мик. Что они здесь делали – оставалось загадкой, но факт оставался фактом: братья снова были здесь.

Друзья попытались незаметно обойти их стороной, надеясь избежать конфликта. Но судьба распорядилась иначе. Леха, один из близнецов, внезапно и грубо толкнул Джо в грудь, словно тот был пустым местом.

Джо, известный своим вспыльчивым характером, не смог сдержать эмоций. В мгновение ока он бросился на обидчика, но тут же оказался в ловушке – Сема, второй близнец, ловко заломил ему руку, вызвав болезненный стон. Оба брата, чувствуя превосходство, начали глумиться над поверженным противником.

Мик, не в силах терпеть издевательства над другом, взорвался. Его кулак молниеносно достиг цели, отправляя Сему на асфальт. Бокс боксом, но Мик всегда умел постоять за себя и близких. Однако ответ не заставил себя ждать – Леха, воспользовавшись моментом, мощным ударом свалил Мика с ног.

Ситуация грозила перерасти в серьёзную драку, исход которой был очевиден – братья явно превосходили их в силе. Спасло положение только своевременное вмешательство охраны музея, которая разняла дерущихся.

Воздух был пропитан адреналином и напряжением. Братья, хоть и были побеждены в этой короткой схватке, явно не собирались сдаваться. Их глаза продолжали метать молнии, а кулаки сжимались в ожидании следующей возможности показать свою силу.

Мик и Джо, тяжело дыша, поднялись на ноги. Их одежда была в беспорядке, а на лицах читалось смешанное чувство – с одной стороны, гордость за то, что не дали себя в обиду, с другой – понимание того, что подобные стычки могут иметь серьёзные последствия.

Сема, потирая ушибленное ухо, с яростью в голосе проговорил:

– Мы тебя поймаем, Мик! Помяни мое слово – поймаем!

Братья были вынуждены отступить под пристальными взглядами охраны, но их угрозы повисли в воздухе, словно грозовые тучи. Их фигуры, удаляющиеся в сторону выхода, все еще излучали угрозу и обещание мести.

Мик ощутил, как его челюсть начинает гореть от удара. Но он знал – это ненадолго. Все его ссадины и синяки всегда заживали удивительно быстро, словно он обладал какой-то природной регенерацией.

Внезапно за их спинами раздался насмешливый голос:

– Опять тут драка!

Злата со своими подружками, словно стая хищных птиц, проплыла мимо них. Её высокомерная улыбка и презрительный взгляд заставили Мика внутренне сжаться. Он ненавидел, когда его слабости становились предметом чужих насмешек.

“А впрочем, мне все равно”, – мысленно повторил он про себя, стараясь не показывать своего раздражения. Он повернулся к Джо, проверяя друга:

– Ну что? Как ты?

Джо, поправляя одежду и стараясь скрыть боль в руке, ответил:

– Все нормально, Мик! Спасибо.

Мик пожал плечами:

– Да не за что! Эти братья Ивановы когда-нибудь свое получат. Я, наверное, пойду.

Прощание вышло скомканным и напряженным. До завтра.

Настроение Мика мгновенно испортилось. Удар в челюсть отдавался тупой болью, но это было не самое неприятное. Гораздо хуже было то, что Злата видела его в такой ситуации. Видела, как он упал, как его побили. Это было унизительно.

Мысли кружились в голове, словно осенняя листва на ветру. Он понимал, что братья Ивановы не оставят их в покое, что эта стычка – только начало. А еще эта Злата… Почему она всегда появляется в самые неподходящие моменты?

Путь домой казался бесконечным. Дождь, который сначала был мелким и приятным, теперь превратился в настоящий ливень. Капли барабанили по голове, словно пытаясь заглушить его мрачные мысли. Но они только усиливались, становясь все более тяжелыми и давящими.

Каждый шаг отдавался в избитой челюсти. Мик машинально потрогал место удара – кожа уже начинала опухать. “Ничего, пройдет”, – твердил он себе, но настроение все равно было испорчено. Испортилось окончательно, когда он вспомнил насмешливый взгляд Златы и её издевательский голос.

До дома он добрался уже в полной темноте. Усталость навалилась всей своей тяжестью, но сон не шел. В голове крутились мысли о завтрашнем дне, о возможной встрече с братьями Ивановыми, о Злате… И о том, что теперь все в университете будут знать о случившейся драке.

Глава 2

Неожиданность, всегда неожиданность

Проснувшись на следующее утро, Мик с удивлением отметил, что от вчерашнего удара почти не осталось следов. Лишь легкая припухлость напоминала о столкновении с Лехой. “Вот что значит хорошая регенерация”, – подумал он, глядя в зеркало. Действительно, все ссадины и синяки на нем заживали с поразительной скоростью, словно он обладал какой-то природной защитой.

Новый день встретил его привычной рутиной. Утренняя подработка, которая уже успела надоесть до зубного скрежета, предстояла как неизбежность. Но была и хорошая новость – сегодня можно было не идти в университет. Это давало возможность навестить бабушку, что немного подняло настроение.

Судьба не была благосклонна к Мику с самого рождения. Родители погибли, когда он только появился на свет, и всю заботу о нем взяла на себя бабушка Ольга. Она не просто вырастила его – она вложила в него всю свою любовь и силы. Но последние годы здоровье подводило её, и она практически постоянно находилась в больнице.

Каждые выходные Мик находил время, чтобы навестить её. Хотя мог бы приходить чаще – его загруженный график не позволял выкроить дополнительные дни. Утренняя подработка, учеба, помощь Джо в музее, дополнительные занятия – все это составляло плотный график, который оставлял мало времени на личную жизнь.

В палате бабушки мир словно останавливался. Здесь, рядом с ней, он забывал о своих проблемах, о том, что считал своей никчемной жизнью. Её теплая улыбка, слабый, но бодрый голос – все это давало ему силы двигаться дальше.

Мысли о собственной бесполезности часто одолевали Мика. Он чувствовал, что не приносит достаточно пользы этому миру. Тяжелая работа, постоянная нехватка денег, необходимость выживать – все это казалось бесконечным круговоротом страданий.

"Почему именно я?" – часто спрашивал он себя. Почему жизнь так несправедлива? Почему ему приходится терпеть все эти удары судьбы – потерю родителей, постоянный голод, финансовые трудности? Пессимистичные мысли, словно черные тучи, нависали над ним каждый день.

Он жил, словно выполняя какую-то миссию – миссию терпеть. Терпеть боль, терпеть несправедливость, терпеть равнодушие окружающего мира. Иногда казалось, что его жизнь – это бесконечная череда испытаний, которые рано или поздно должны закончиться.

Но даже в самые темные моменты он знал – бабушка верит в него. Верит, что он сможет преодолеть все трудности, что его жизнь имеет смысл. И именно эта вера, возможно, была той силой, которая помогала ему вставать по утрам и продолжать свой путь, несмотря ни на что.

Сегодняшний визит к бабушке обещал быть особенным. Он принесет ей свежие фрукты, которые купил вчера после работы, и расскажет о вчерашней стычке с братьями Ивановыми, хотя и не все подробности. Бабушка всегда умела найти нужные слова, чтобы поднять его дух, даже в самые тяжелые моменты.

Во второй половине дня Мик наконец-то смог выбраться в больницу. Солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные тени на больничный двор. В коридорах было непривычно тихо – время посещений подходило к концу.

Палата встретила его приглушенным светом и знакомым запахом лекарств. Бабушка лежала на койке, глядя в телевизор, где какой-то тучный ведущий в очках эмоционально вещал:

«Прошло уже как два дня с кражи века! Кто же мог украсть самую императорскую диадему, которой больше тысячи лет?»

Бабушка Ольга выглядела как всегда хрупкой и уставшей. Редкие седые волосы едва прикрывали её голову, а лицо было испещрено сетью глубоких морщинок. Несмотря на болезненный вид, её глаза – такие же фиолетовые, как у Мика – светились особым светом, в котором читались доброта и мудрость прожитых лет. Болезненная худоба делала её ещё более хрупкой, но внутренний свет не угасал.

При виде внука её лицо озарилось улыбкой. Она тут же выключила телевизор, понимая, что новости подождут. Мик, как обычно, подошел к ней и нежно поцеловал в щеку.

– Ну, как ты? – спросил он, стараясь скрыть тревогу в голосе.

Бабушка ответила с характерным оптимизмом:

– Сейчас стало немного лучше, а раньше было намного-намного хуже.

Мик сжал её руку:

– Выздоравливай, у меня кроме тебя никого нет.

Бабушка перевела разговор на него:

– А ты как? Как учеба?

Мик ответил привычно:

– Все нормально.

Но обмануть бабушку было невозможно. Она слишком хорошо знала своего внука, чтобы поверить в эту ложь. Её глаза, несмотря на усталость, внимательно изучали его лицо, подмечая каждую деталь. Она видела его напряжение, слышала в голосе нотки тревоги, замечала, как он старается не показывать свои истинные чувства.

Бабушка лишь неодобрительно покачала головой, но не стала давить. Она знала – когда Мик будет готов, он сам расскажет ей все. А пока достаточно просто быть рядом, держать его руку в своей, смотреть в такие же фиолетовые глаза и знать, что они не одни в этом мире.

В палате повисла уютная тишина. Мик сел рядом с кроватью, взял бабушку за руку, и они просто смотрели друг на друга, обмениваясь безмолвными посланиями любви и поддержки. В эти моменты весь мир словно останавливался, и не было ничего важнее этой связи между бабушкой и внуком, между двумя одинокими душами, которые нашли друг друга в этом большом мире.

Бабушка заговорила таким серьезным тоном, что у Мика мгновенно побежали мурашки по спине. Её обычно спокойное лицо сейчас выражало необычайную решимость.

Мик послушно сел на краешек койки, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Он хотел было заговорить об учебе, но бабушка жестом остановила его.

Её слова о правде и секрете заставили его сердце биться чаще. Он видел, как тяжело ей давался этот разговор, как она собирается с силами, чтобы продолжить.

– Мик, я всегда хотела рассказать тебе правду, – повторила она, глядя ему прямо в глаза. Её голос дрожал, но взгляд оставался твердым.

Внук был ошарашен. Все его представления о родителях, о собственной жизни, казалось, сейчас могут измениться.

– Правду? Какую правду? – спросил он, чувствуя, как в горле пересыхает.

Бабушка продолжала, не отводя взгляда:

– Прости меня. Но я не говорила тебе правду о твоих родителях. Я говорила, что они умерли, но они не умерли простой смертью. Ты можешь считать меня сумасшедшей, но поклянись, что веришь мне.

Тревога нарастала с каждой секундой. Мик не понимал, к чему ведет этот разговор, но чувствовал – это что-то невероятно важное.

– Поклясться? – переспросил он, все еще пытаясь осознать происходящее.

Да, клянись, прошу тебя, – настаивала бабушка, сжимая его руку.

Мик быстро произнес клятву, движимый одним желанием – узнать наконец, что-то о своих родителях.

– Клянусь! Пожалуйста, расскажи мне что-нибудь о родителях, – попросил он, чувствуя, как внутри все сжимается от волнения.

Бабушка глубоко вздохнула и начала:

– Мне тогда было пятьдесят лет, когда твой отец встретил твою мать. Я уже тогда была хранительницей тайны кулона Небесного дракона.

– Что? Я тебя не понимаю, – недоумевал Мик, пытаясь осмыслить услышанное. «Кулон Небесного дракона? О чем она говорит?»

В палате повисла тяжелая тишина. Мик чувствовал, как его охватывает странное волнение – смесь тревоги и любопытства. Он понимал – сейчас он узнает что-то невероятно важное, что может изменить всю его жизнь.

Бабушка выглядела постаревшей еще больше, словно тяжесть этого рассказа давила на неё. Но она продолжала смотреть на внука, словно ища в его глазах понимания и поддержки.

Мик затаил дыхание, готовый услышать то, что хранилось в секрете все эти годы. То, что могло объяснить многие загадки его жизни, его происхождения, его судьбы.

Бабушка заговорила с необычайной живостью в голосе, словно заново переживая те события:

– Поверь мне, как поверили когда-то твои родители. Кроме нашего мира, есть еще один мир – потусторонний. И мир этот красивый, светлый, не такой как наш. Мы открыли врата с помощью вот этого кулона, и обрели в том мире великие силы, о которых мы не могли и мечтать. Нас приняли в величественном дворце королевы династии воительниц.

Она закрыла глаза, словно погружаясь в воспоминания:

– То было еще зрелище: золотые колонны величественно высились в ярком, заполненном знатью зале, а сам зал был просто огромен. Полы серебряные, двери янтарные – всё украшало величие королевской династии… той династии, которой мы служим….

Тогда нас ввели в этот самый прекрасный дворец из всех, что видели мои глаза. Перед нами открыли янтарные двери, и охранники этих дверей – великаны герцога Дата открывали их нам. В великом зале стояла такая спокойная, тихая гармония, и это было самое прекрасное, что мне посчастливилось увидеть за всю свою жизнь. Когда мы вошли, трубы кентавров встречали нас, и по обе стороны у колонн стояли гвардейцы королевы, паладины – лучшие воины потустороннего мира.

На самом конце зала стояли два больших трона из бриллиантов и четыре трона из дерева, камня, золота и хрусталя. А на самой середине этих тронов на золотом пьедестале стоял самый красивый трон, из неизвестного мне металла. На четырех тронах сидели герцог Лесов – лучезарный альв Элкуид, герцог Вод – старец Тион, герцог Гор – Великан Дат, а управлял герцогством Света – великий колдун Морил.

Мик, потрясенный таким подробным и живым описанием, не мог сдержать сомнения:

– Бабушка – перебил он – Не разыгрывай меня. Это звучит как сказка.

Но в глазах бабушки не было и тени шутки. Она смотрела на него с такой серьезностью и болью, что Мик невольно засомневался в своих словах.

В палате повисла тяжелая тишина. Мик чувствовал, как его охватывает странное волнение – смесь недоверия и какого-то внутреннего узнавания. Словно где-то глубоко внутри он всегда знал, что мир не так прост, как кажется.

Бабушка продолжала смотреть на него, словно ожидая, когда он сам поймет всю важность её слов. Её руки слегка дрожали, но голос оставался твердым:

– Я знаю, как это звучит. Но клянусь тебе – всё это правда. И твоя судьба тесно связана с этим миром.

Мик молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Его разум отказывался принимать такие невероятные вещи, но сердце словно отзывалось на её слова. Что-то внутри него говорило – бабушка не стала бы так шутить.

Он чувствовал, как его охватывает странное волнение – смесь тревоги и любопытства. То, что она рассказывала, было настолько невероятным, что казалось невозможным. Но в то же время её глаза, её голос, её уверенность говорили о том, что она действительно верит в каждое сказанное слово.

Бабушка заговорила с такой болью в голосе, что Мик невольно замолчал, чувствуя, как внутри все сжимается от тревоги.

– Прошу тебя, внук, выслушай меня до конца, – её голос дрожал, но она продолжала свой рассказ.

– Так вот, на первом золотом троне сидел король Эленор златогривый, второй пустовал, он был для наследницы – из поколения в поколение в династии воительниц рождались только девочки, которые становились великими королевами Родариона, и передавался по династии кулон Золотого Дракона. Он был у королевы, которая сидела в центральном троне. Она была так величественна, и в ней чувствовалась такая мощь. И там прошел великий пир в нашу честь. А когда мы уходили, нас провожали все, от мала до велика.

Но на этом её история только начиналась. Её голос стал еще более напряженным:

– На обратном пути, между мирами мы встретили его, я никогда не забуду тот страх. Огромный, черный дракон. Он сломил нашу волю одним своим присутствием. Он называл себя Богом! Вогар – Бог Тьмы! Он всех нас поймал, и узнав, что мы хранители кулона, возликовал. И перед нашей смертью он рассказал о заговоре в окружении королевы и ребенка в её чреве. Что мы хранители уже не нужны, так как он нас уничтожит.

Бабушка сделала паузу, собираясь с силами:

– Я с помощью кулона успела спасти только тебя. Он уничтожил твоих родителей, и ты, как следующий обладатель кулона, должен отправиться в их мир и спасти династию.

– Бабушка, что бу… – начал было Мик, но она перебила его.

– Возьми вот это – перебила его бабушка – это кулон Небесного Дракона, возьми его и отправься в путь, просто поверь в него, и он откроет тебе дверь.

С этими словами бабушка протянула Мику кулон на золотой цепочке. Он был удивительно красив – цепочка имела серебристый отлив, а подвесное ушко было выполнено в виде замысловатого дракона. Основанием кулона служили четыре полоски из серебра с изящными изгибами. В центре кулона был вставлен большой прозрачный камень совершенной округлой формы.

Мик внимательно рассматривал артефакт. Когда он присмотрелся к камню, его сердце замерло – внутри действительно застыло какое-то маленькое существо. Ему даже показалось, что оно пошевелилось, хотя это могло быть лишь игрой света.

В палате повисла тяжелая тишина. Мик чувствовал, как его охватывает странное волнение – смесь недоверия и какого-то внутреннего узнавания. Словно где-то глубоко внутри он всегда знал, что мир не так прост, как кажется.

Бабушка смотрела на него с надеждой и болью, словно передавая всю тяжесть своей ноши. Мик понимал – сейчас он стоит на пороге чего-то невероятно важного. Того, что может изменить всю его жизнь. Но готов ли он принять такую правду?

Кулон в его руках казался живым, словно пульсировал в такт его сердцу. Мик чувствовал, как его охватывает странное волнение – смесь тревоги и любопытства. То, что она рассказывала, было настолько невероятным, что казалось невозможным. Но в то же время её глаза, её голос, её уверенность говорили о том, что она действительно верит в каждое сказанное слово.

Кризис веры

Мик продолжал внимательно рассматривать кулон, пытаясь понять, что же находится внутри камня.

– Что это за рыбка в кулоне? – спросил он, указывая на маленькое существо.

Бабушка, не отрывая взгляда от внука, ответила:

– Это Небесный Дракон, просто поверь в него.

Мик не смог сдержать сарказма:

–Ну все, бабушка, хватит, – сказал он, отводя взгляд.

Бабушка в ответ лишь взмолилась:

–Поверь мне, Мик – почему ты мне не веришь?

Мик чувствовал, как внутри него растет раздражение:

– Как я могу поверить, если все, что ты рассказываешь, это вымысел? – его голос звучал холодно и отстраненно.

После этих слов бабушка не выдержала – по её щекам потекли слезы. В этот момент тревожно запищал медицинский аппарат, стоявший рядом с её кроватью.

– Бабушка? – Мик даже не успел ничего понять, лишь немного привстал от неожиданности.

Почти мгновенно в палату вбежали врачи. Они быстро оценили ситуацию и решительно приказали Мику покинуть палату. Медсестры мягко, но настойчиво вывели его в коридор.

Мик чувствовал себя беспомощным и растерянным. Он видел, как его слова причинили бабушке боль, но не мог принять её невероятную историю.

В коридоре он нервно расхаживал взад и вперед, пока не увидел приближающегося врача. Доктор, заметив его беспокойство, подошел и сказал:

– С вашей бабушкой все будет хорошо, но ей сейчас нужен отдых. Пожалуйста, отправляйтесь домой”.

Мик хотел было возразить, но что-то в голосе врача заставило его подчиниться. Он понимал – бабушка действительно нуждается в покое, но его не покидало чувство вины за то, как он отреагировал на её рассказ.

Выходя из больницы, Мик машинально сжимал в кармане кулон, который дала ему бабушка. Он не знал, что думать – то ли это действительно магический артефакт, то ли просто красивая семейная реликвия.

В голове крутились обрывки её рассказа – величественный дворец, могущественные герцоги, королева династии воительниц, черный дракон-злодей. Все это казалось настолько невероятным, что не могло быть правдой. Но в то же время он не мог отрицать искренность в глазах бабушки, её боль и отчаяние.

Домой Мик шел в глубокой задумчивости. В его душе боролись противоречивые чувства – недоверие к услышанному и необъяснимое ощущение, что в этой истории может быть доля правды.

Кулон в кармане словно пульсировал в такт его мыслям, но Мик не решался достать его и рассмотреть внимательнее. Слишком невероятным казался рассказ бабушки, чтобы воспринимать его всерьез.

Мик уже давно жил один в старой бабушкиной квартире. Его жизнь была непростой – часто приходилось недоедать. Единственными людьми, которые регулярно помогали ему, были его друг Джо и его отец. Они не раз предлагали Мику переехать к ним, но тот оставался верен своему упрямству. Несмотря на все трудности, он не позволял никому жалеть себя.

В этот вечер было уже совсем темно. Лил сильный дождь, превращая улицы в реки. Мик устало брел по мокрым, почти пустым улицам, промокший до нитки и продрогший до костей. Вокруг не было видно ни одной машины, которая могла бы его подвезти.

Внезапно он заметил приближающийся автомобиль. Машина медленно ехала в его сторону.

“Может, повезет?” – подумал Мик и, подняв руку, встал у тротуара.

Автомобиль замедлился и остановился прямо возле него. Мик уже открыл рот, чтобы попросить подвезти его:

– Можете меня подвезти… – но не успел закончить фразу.

Из машины донесся зловещий смех. Мик мгновенно напрягся, чувствуя недоброе. Тонированные стекла начали медленно опускаться.

“Блин, почему опять они?” – с досадой подумал Мик, узнавая машину своих преследователей.

Из автомобиля вышел Сема, широко улыбаясь:

– Мы же говорили, что тебя поймаем, – его голос звучал угрожающе.

Следом за ним появился его брат Леха.

– За америкоса и за себя сейчас двойную порцию из наших кулаков попробуешь, – добавил он поигрывая мускулами.

Мик отступил на шаг, оценивая ситуацию. Он понимал – в его нынешнем состоянии, промокшем и замерзшем, у него мало шансов справиться с ними. Но и показывать страх он не собирался.

В голове проносились мысли о том, как избежать драки. Он мог попытаться убежать, но понимал – в такой темноте и на мокром асфальте у него мало шансов оторваться от преследователей.

Ситуация становилась все более напряженной. Дождь продолжал лить, создавая вокруг них мрачную завесу. Мик чувствовал, как внутри нарастает тревога, но старался сохранять внешнее спокойствие.

“Что же делать?” – пронеслось в его голове. Он понимал – сейчас каждое его действие может иметь серьезные последствия.

Преследователи медленно приближались, явно наслаждаясь моментом. Они явно рассчитывали на легкую победу над одиноким и, как им казалось, беспомощным парнем.

Мик продолжал отступать, пытаясь выиграть время и придумать план действий. В кармане его промокшей куртки лежал кулон, который дала ему бабушка, но сейчас он не был уверен, что это поможет ему в реальной драке.

Ситуация накалялась. Преследователи были все ближе, а вокруг – ни души. Мик понимал – пришло время принимать решение.

Мик никогда не считал себя трусом, но сейчас внутри него все сжалось от страха. Здравый смысл кричал ему бежать, но ноги предательски подкосились. Он решил остаться не потому, что не боялся – просто ему было все равно. Даже если его изобьют, это мало что изменит в его жизни.

Сема резко, без предупреждения пошел на сближение. Мик, помня утреннюю стычку, решил действовать первым и нанес такой же удар, который утром свалил этого громилу. Но на этот раз все пошло не по плану – противник словно растворился в воздухе, и Мик лишь почувствовал мощный удар по лицу. Он не упал, только пошатнулся, но второй кулак, угодивший точно в живот, заставил его согнуться пополам.

– Вставай! – услышал он сквозь звон в ушах злой крик.

Следующий удар пришелся ногой. Воздух словно выкачали из легких, перекрыв доступ кислорода. Мик, задыхаясь, даже не понял, как оказался на ногах.

– Давай-давай, иди сюда – издевательски махал руками Сема, явно наслаждаясь ситуацией.

Подумав “будь что будет”, Мик со всей оставшейся силы бросился на противника. Но тот, как опытный боец, легко увернулся от удара и мастерски выполнил подсечку.

Острая боль в правом бедре пронзила тело, словно молния. Мик рухнул на мокрый асфальт, едва не потеряв сознание от удара. В этот момент он почувствовал что-то твердое в кармане – проклятый амулет, который дала ему бабушка.

Падая, он приземлился прямо на кулон, и теперь осторожно, сквозь боль, вынимал его, чтобы проверить – не разбился ли артефакт. Камень в центре кулона казался еще более прозрачным от капель дождя, а маленькое существо внутри, похожее на рыбку, словно пульсировало в такт его собственному пульсу.

Мик лежал на холодном асфальте, тяжело дыша и пытаясь справиться с болью. Дождь продолжал лить, смывая кровь с его лица, но он не мог отвести взгляд от кулона. В этот момент он впервые задумался – а вдруг бабушка была права? Вдруг этот странный артефакт действительно обладает какой-то силой?

В ушах все еще стоял издевательский смех его противников, но теперь к нему примешивалось что-то еще – словно тихий шепот внутри кулона. Мик не был уверен, реальность это или его больное воображение, но ему показалось, что маленькое существо внутри камня действительно движется.

Ситуация становилась критической – противники явно не собирались останавливаться, а он был слишком избит и ослаблен, чтобы продолжать борьбу. Но что-то внутри него говорило – сейчас может произойти что-то важное.

Кулон в его руках казался теплым, почти живым. Мик не знал, что делать дальше, но понимал – его жизнь может измениться прямо сейчас, и не только из-за избиения.

– Что же там наша девочка нашла? – издевательски произнес Леха, замахнувшись для нового удара. Его нога с силой опустилась на живот Мика, но тот почти не почувствовал боли – лишь легкий толчок, словно удар пришелся по толстой броне.

–Что за дела? – пронеслось в голове у Мика, лежащего на асфальте. Он не двигался, пытаясь понять, что происходит. Второй удар последовал незамедлительно, но результат был тот же – будто невидимый щит защищал его тело.

Сжимая кулон в левой руке, Мик с трудом поднялся на ноги. Сема, не теряя времени, нанес новый удар, но для Мика время словно замедлилось. Он видел каждый миллиметр движения противника, каждое напряжение мышц, каждый каплю дождя, падающую рядом. Легким движением он увернулся и с такой силой оттолкнул Сему, что тот, потеряв равновесие, рухнул на мокрый асфальт.

– Ты что творишь? – взревели братья Ивановы, бросаясь на Мика с двух сторон.

Мик оказался в окружении, но теперь все было иначе. Их мощные удары, которые раньше могли отправить его в нокаут, теперь казались слабыми толчками, словно наносимыми маленькими детьми. Прижимая амулет к груди свободной левой рукой, он начал отвечать правой, и хватило всего нескольких точных попаданий, чтобы близнецы, корчась от боли, оказались на земле.

Медленно, все еще не веря в происходящее, Мик поднял кулон на уровень глаз. Существо внутри камня, которое он сначала принял за рыбку, медленно плавало в прозрачном кристалле, словно живя своей собственной жизнью.

“Что это…?” – успел подумать Мик, прежде чем его разум наполнился невероятными мыслями. Все происходящее казалось невероятным сном, но он чувствовал – это реальность.

“А что если это все правда?” – мелькнуло в его сознании. “Не может быть! Но если… если я попаду в тот мир, как рассказывала бабушка, может быть, мои родители еще живы, застряли в потустороннем мире без кулона. Так или не так, я должен знать правду. Да и что страшного произойдет, если я надену этот кулон?”

С этими мыслями Мик, все еще дрожа от пережитого боя, надел кулон на шею. Существо внутри кристалла словно ожило – начало метаться из стороны в сторону, будто пытаясь что-то сказать. Но постепенно его движения стали спокойнее, и оно снова начало медленно плавать внутри камня, словно довольное принятым решением.

Мик стоял под дождем, чувствуя, как что-то внутри него меняется. Он понимал – его жизнь уже никогда не будет прежней.

Внезапно кулон на груди Мика начал нагреваться и светиться так ярко, что он невольно зажмурился от ослепительного света. Испуганный, он попытался снять амулет, но в этот момент дождь внезапно прекратился. От удивления Мик замер.

Открыв глаза, он не узнал знакомое место. Вокруг не было ничего привычного – он словно оказался внутри огромного светящегося аквариума. Когда он посмотрел вниз, его охватил настоящий ужас – пола не было. Он действительно летел!

Оглянувшись, Мик увидел удивительную картину – стену из необычного материала, которая казалась одновременно льдом, водой и стеклом. Через неё он мог видеть бабушку в больничной палате, избитых близнецов на улице, своего друга Джо, лежащего на кровати у себя дома, его отца и всех знакомых людей.

Мик находился в удивительном месте, где вода и небо сливались воедино, создавая невероятное свечение вокруг. Он начал медленно двигаться от границы своего мира, туда, где вдалеке виднелась похожая стена – вход в другой мир.

С каждым приближением к этой загадочной границе Мик чувствовал, как меняется. Холод и усталость отступили, он ощущал прилив сил и энергии. Внезапно он заметил, что его одежда тоже изменилась – вместо промокшей куртки и штанов на нем теперь был странный наряд, напоминающий костюмы из исторических фильмов. Он был одет во все черное, а за поясом появился настоящий меч.

"Вот незадача, я, по-моему, понял", – пронеслось в его голове. “Братья Ивановы меня вырубили, и мне все это снится. Ну-ка, проснись!”

Он ущипнул себя как можно сильнее – было больно. “Не может быть!” – сердце забилось чаще, а разум начал лихорадочно работать. “Все! Пора уходить!”

Мик понимал – он действительно находится между мирами. Перед ним открывались невероятные возможности, но сейчас его главной целью было найти родителей. Он должен был узнать правду – живы ли они, и если да, то где они находятся в этом удивительном мире.

Погоня и спасение

Внезапно повернувшись, Мик увидел его – огромного черного дракона, парящего вдалеке. Существо казалось настолько величественным и устрашающим, что сердце замерло в груди. По рассказам бабушки, это был Вогар – страж междумирья, повелитель всех пространств между мирами.

Не теряя времени, Мик изо всех сил рванулся прочь, стараясь улететь как можно дальше, прежде чем чудовище заметит его. Но судьба распорядилась иначе – дракон вдруг издал оглушительный рёв и начал стремительно приближаться.

“Всё, конец”, – пронеслось в голове у Мика. Он точно знал, кто его преследует – древний страж, которому принадлежала власть над этими пространствами. Никто и никогда не мог противостоять ему здесь.

Когда Вогар начал настигать беглеца, произошло нечто невероятное. Небесный Дракон внутри кулона задвигался с невероятной скоростью, словно пытаясь помочь своему носителю. Из амулета вырвался яркий луч света, ударивший прямо в черного дракона. Вогар на мгновение оцепенел, и этого хватило, чтобы оторваться ещё на несколько метров.

Но страж не собирался сдаваться. Его рёв эхом разнёсся по всему междумирью – никто и никогда не осмеливался бросать ему вызов здесь. Особенно такой вызов, который только что продемонстрировал Небесный Дракон через своего носителя. Вогар ускорился, его мощные крылья рассекали пространство с невероятной скоростью.

Расстояние между преследователем и преследуемым стремительно сокращалось. Мик чувствовал горячее дыхание дракона на своей шее, видел его огромную пасть, усеянную острыми как кинжалы зубами. Ещё несколько секунд – и он будет разорван на части.

В этот критический момент, когда казалось, что смерть неизбежна, Мик достиг границы между мирами. Его пальцы коснулись мерцающей стены, и он нырнул в неё, словно в воду.

Вокруг мгновенно всё изменилось. Вместо бесконечного пространства междумирья его окружили яркие краски нового мира. Он оказался в Родарионе – месте, о котором рассказывала бабушка, месте, где, возможно, находились его родители.

В ушах всё ещё стоял рёв Вогара, но теперь это было лишь воспоминанием.

Глава 3

Пусть мудрость хранит нас.

Мик лежал на мягкой зелёной траве, тяжело дыша после пережитого испытания. В его ноздри проникал пьянящий аромат душистых луговых трав и цветов, которые здесь, в этом новом мире, пахли совершенно иначе – более насыщенно и волшебно. Он всё ещё не мог прийти в себя после встречи с чёрным драконом.

“И зачем я надел эту побрякушку?” – думал он, медленно открывая глаза. Синяки от побоев начинали побаливать, напоминая о недавней драке, но эта боль казалась теперь такой незначительной по сравнению с тем, что он только что пережил.

Яркий солнечный свет ослепил его, когда он наконец открыл глаза. Чистое голубое небо без единого облачка раскинулось над головой. Привыкнув к свету, Мик начал внимательно осматривать место, куда попал.

Вокруг расстилалась удивительная долина – зелёная трава образовывала идеальный ковёр, уходящий вдаль. В воздухе звенели трели птиц, где-то поблизости журчал прозрачный ручей. Мик был настолько поражён красотой этого места, что замер, не в силах пошевелиться.

Осторожно потрогав мягкую, немного шероховатую траву, он поднялся на ноги. Свежий, кристально чистый воздух наполнял лёгкие, даря ощущение небывалой лёгкости. Мик с наслаждением сделал глубокий вдох, наслаждаясь каждым мгновением.

“Где я?” – пронеслось в его голове. Но этот вопрос казался сейчас таким несущественным. Вокруг царила удивительная природная гармония, словно он попал в место, где время остановилось.

У Мика возникло странное ощущение, будто после тяжёлого рабочего дня он наконец-то погрузился в живительную ванну. Его разум словно очищался от всех тревог и переживаний, которые преследовали его в родном мире.

Впервые за долгое время его губы растянулись в искренней улыбке. Здесь, в этом удивительном месте, он чувствовал себя по-настоящему живым. Все страхи и сомнения остались где-то далеко, за границей этого волшебного мира.

И тогда он сделал то, что давно хотел – побежал. Бежал по мягкой траве, забыв о синяках и ушибах, чувствуя, как ветер играет его волосами. Его сердце билось в такт с ритмом бегущей по венам крови, а душа наконец-то обрела покой.

Мик кружил по долине, подбрасывая руки вверх, словно пытаясь дотянуться до неба. Он смеялся, наслаждаясь свободой.

Опустившись на колени у журчащего ручья, Мик жадно напился прохладной, кристально чистой воды. Её вкус был настолько необычным, что он не мог оторваться, пока не утолил жажду полностью. Вода здесь была особенной – она словно наполняла его энергией и силой.

Глядя в прозрачную поверхность ручья, он впервые внимательно осмотрел себя. Первое, что бросилось в глаза – это меч за поясом. Как же он мог забыть о нём во время своего бега по долине? Неудивительно – оружие почти не ощущалось при движении, было лёгким как пёрышко и совершенно не стесняло движений.

Осторожно вынув меч из ножен, Мик замер от изумления. Оружие оказалось прозрачным, словно сотканным из самой воды. Присмотревшись внимательнее, он понял, что меч напоминает огромный алмаз – такой же сверкающий и безупречный. Клинок был длинным и невероятно острым, что он убедился, случайно порезав палец при проверке.

Но самое удивительное обнаружилось, когда Мик присмотрелся к лезвию. На нём были выгравированы слова, светящиеся мягким голубым светом. Он прищурился, пытаясь разобрать надпись:

И будет тьма, в империи тогда,

О свет! Тускнеет с каждым днём.

Зло добро уничтожить хочет навсегда,

Но свет пребудет в силе, в нём.

Свет и тьма! Добро и зло!

Схлестнутся в схватке, схватке сил.

И будет всё решаться от него,

Избранного человека для неё!

Каждая строка отзывалась эхом в его душе, словно эти слова были написаны специально для него. Мик почувствовал, как по спине пробежал холодок – слишком явным было ощущение судьбы, которая вела его по этому пути.

“Избранный человек…” – повторил он про себя. Неужели это о нём? Но что от него требуется? Почему именно он оказался здесь, в этом удивительном мире, с этим волшебным мечом?

Внезапно он осознал, что всё происходящее – не случайность. Встреча с драконом, появление меча, эти пророческие строки – всё имело свой смысл. Его жизнь больше не принадлежала только ему – теперь он был частью чего-то большего, чего-то невероятно важного для этого мира.

“Это, наверное, очень древний меч” – размышлял Мик, с лёгкостью кружа сверкающим клинком в воздухе. Но внезапно на него нахлынули все события последних часов, и он замер, охваченный вихрем мыслей.

“Где я? Что происходит?” – вопросы крутились в голове, словно водоворот. Он выронил меч и опустился на землю, пытаясь собраться с мыслями. Всё происходящее казалось невероятным – прозрачный меч, пророческие строки, водный человечек в ручье…

– Бабушка, это что? То, что ты рассказывала? – шептал он, пытаясь упорядочить мысли. Глубокий вдох и медленный выдох помогли немного успокоиться. Постепенно до него начало доходить – всё это происходит на самом деле. Но осознание реальности происходящего не делало ситуацию менее пугающей.

Пока Мик пытался прийти в себя, по поверхности родника заиграли необычные волны. Они вздымались и опадали, постепенно принимая очертания маленького водного человечка. Существо помахало ему рукой, а затем вновь растворилось в воде. Когда Мик протёр глаза, видение исчезло, оставив после себя лишь рябь на поверхности воды.

Внезапно его внимание привлекли шестеро невысоких, плотно сложенных стариков, выходящих из леса. Все они были с длинными бородами, одетыми в кольчуги и шлемы, и вооружены топорами. Мик напрягся, не понимая, кто они и чего хотят.

“Кто они?” – эта мысль не давала покоя. Инстинкт подсказывал быть настороже, но он решил действовать дружелюбно.

– Привет! – помахал им Мик, пытаясь изобразить улыбку.

Но незнакомцы не ответили на приветствие. Они продолжали приближаться, их лица были серьёзными и неприветливыми. Когда группа подошла достаточно близко, старик с самой короткой бородой, очевидно, их предводитель, резко приказал:

– Брось оружие! И поклонись нам!

Мик стоял неподвижно, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Ситуация развивалась слишком быстро, и он никак не мог понять, что происходит. Эти странные старики, их агрессивное поведение, непонятные оскорбления…

Внезапно вперёд выступил один из них – тот самый, с рыжей бородой. Его лицо выражало такую ярость, что Мик невольно отступил на шаг.

– Что ты стоишь как истукан?! – проревел рыжебородый.

– Эмм… – только и смог выдавить Мик, пытаясь собраться с мыслями. – Мы с вами знакомы?

– Я, Наин, – надменно произнёс рыжебородый, – будущий правитель моего народа – боевых двергов, а ты – жалкий представитель собачьего племени.

– Дедушка, я вообще-то не собака, как видите, и… – начал было Мик, но его грубо перебили.

– Чтоооо? – взревел Наин, мгновенно побагровев. – Взять эту шавку!

В следующее мгновение все шестеро старичков бросились на Мика. Он попытался их успокоить:

– Ой-ой, стойте! Я старость уважаю!

Но его слова утонули в рёве разъярённых двергов. То, что произошло дальше, поразило Мика до глубины души – эти, казалось бы, слабые и немощные старики оказались невероятно сильными. Они легко скрутили его, несмотря на все попытки сопротивления.

Особенно выделялся Наин – его движения были быстрыми и точными, словно он всю жизнь только и делал, что сражался. В мгновение ока они отобрали у Мика его необычный меч и начали пытаться повалить его на землю.

Мик пытался сопротивляться, но силы были неравными. Он чувствовал, как железные пальцы двергов впиваются в его руки, как их кольчуги царапают кожу. В какой-то момент он даже подумал, что они могут его серьёзно покалечить.

“Что же делать?” – пронеслось в голове. Он понимал, что просто так они его не отпустят, особенно после того, как он осмелился возразить их предводителю. Но и драться с пожилыми людьми, которых он считал уважаемыми, было как-то неправильно. «Ну, это уже слишком» – подумал Мик, и скинул одного дверга со спины, но тут ему заломили руки за спину и поставили на колени, пыхтящие и сопящие старички.

– Ты кого назвал старичком? – продолжал бушевать рыжебородый карлик. И тут Мик, вглядевшись внимательнее, заметил нечто странное – за этими старческими бородами скрывались вполне молодые лица, пусть и суровые, но явно не принадлежащие пожилым людям.

От этого открытия у Мика перехватило дыхание. Предательская дрожь пробежала по всему телу, а в голове промелькнула мысль: “Что же это за существа?”

– За твою дерзость, мы отрубим твою вонючую, никчемную голову, – прорычал Наин, сверкая глазами.

Мик начал отчаянно вырываться, но хватка двергов была железной. Они держали его так крепко, что он не мог даже пошевелиться. Пот градом катился по его лбу от напряжения.

– Я сделаю это сам, – процедил Наин, поднимая свой массивный топор. Лезвие блеснуло в солнечных лучах, медленно приближаясь к шее Мика.

В этот критический момент один из двергов вдруг покачнулся и с грохотом рухнул на землю. Когда тело упало, Мик увидел оперение стрелы, торчащее из его спины.

Внезапно вся сцена казни замерла. Мик поднял глаза и увидел, как из леса выходит высокий человек в зеленом одеянии. Незнакомец действовал быстро – натянул лук и выпустил стрелу в Наина, но тот успел поднять щит, и стрела безвредно отскочила.

Человек в зеленом, не теряя времени, ловко убрал лук в колчан и извлек два изящных кинжала. Его движения были плавными и уверенными, словно он танцевал. Он легким бегом направился прямо к месту схватки.

Мик, воспользовавшись замешательством двергов, начал яростно отбиваться, нанося удары кулаками. Смерть одного из существ его сейчас мало заботила – когда на кону собственная жизнь, не до сантиментов. Он бил и пинался, пытаясь освободиться из железной хватки.

Дверги, растерявшиеся от неожиданного нападения, начали медленно отступать, прикрываясь щитами. Их строй рассыпался, и Мик почувствовал, что хватка ослабла. Ещё немного усилий, и он наконец вырвался на свободу.

Тяжело дыша, Мик огляделся. Незнакомец в зеленом уже вступил в схватку с двергами, его кинжалы мелькали в воздухе, словно два сверкающих клинка. Ситуация изменилась настолько стремительно, что Мик всё ещё не мог поверить в происходящее.

"Кто же этот спаситель?" – пронеслось в его голове. И почему дверги так легко отступили перед ним? Неужели этот человек настолько опасен?

Пока Мик размышлял, незнакомец продолжал сражаться, легко уворачиваясь от ударов топоров и нанося точные удары своими кинжалами. Ситуация явно менялась не в пользу двергов, и Мик понимал – сейчас самое время для бегства. Но что-то удерживало его на месте, словно он был частью чего-то большего, чем просто случайная стычка в лесу.

Неожиданная угроза

Наин и его дверги стремительно убегали, оставив одного из своих товарищей неподвижно лежать рядом с Миком. Человек в зеленом, не пытаясь их преследовать, замедлил шаг и неспешно направился к нашему герою.

Незнакомец оказался действительно впечатляющим – высокий, прекрасно сложенный, с удивительной кошачьей грацией в каждом движении. Его выдавали острые уши, едва заметные в длинных серебристых волосах. Черные глаза горели необычным огнем, а острые черты лица дополнялись безупречно белым цветом кожи – на ней не было ни единого изъяна, даже маленького прыщика. Лишь небольшая родинка в форме полумесяца изящно украшала его правую щеку.

– Что привело чужеземца в наши неспокойные края, – начал он, – и что эти проклятые дверги хотели от тебя?

Но в этот момент взгляд Мика упал на неподвижно лежащего старика. “Он мертв?” – пронеслось в голове, и дальше события развивались словно в тумане. Его начало сильно тошнить от мысли, что он стал свидетелем убийства. Весь сегодняшний обед буквально вырвался наружу, а голова закружилась от слабости и шока.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.