# Захватчица

Салма Кальк

Полковнику Риккардо Монтенеро, командующему миротворческим корпусом в пустынном Ар-Тааре, присылают в помощь трёх офицеров Магического Легиона. И всё бы ничего, потому что офицеры умелые и опытные. Но один из них носит имя Теодора Саваж, и это - не женщина, а ходячее и бесячее происшествие. С пушистыми ресницами и розовыми пятками.

Они вместе победят врагов и расстанутся, но смогут ли друг без друга?

## Часть первая. На войне как на войне

### 1. Захватчица


– Господин полковник, тут это, к вам.

Рик обернулся – кого ещё принесла нелёгкая?

Вообще, обещали некое подкрепление, прямо из Магического Легиона. Вроде бы генерал договорился, и эти мажоры зажравшиеся должны были расщедриться аж на троих магов. Приличных боевиков. Хорошо бы, конечно. Но тех обещали послезавтра, а сегодня кто ещё свалился на его голову? Не дай господь проверка, он же человек нервный и может просто прикопать эту проверку где-нибудь тут, посреди пустыни, и сказать, что так и было!

Вообще, конечно, он сам виноват, что тут оказался. Как это обычно бывает – наградой за хорошо выполненную работу служит новая работа. Отличился, высунулся – будь готов, что зашлют в такую дыру, откуда хрен выберешься, и то – если очень повезёт.

Что такое Ар-Таар? Жара, песок, насекомые, воды мало, и та отвратительная, ночью к силовому полю, окружающему лагерь, тащатся дикие звери – им там как чем намазано. Пустынные кошки красивы, но на красоту эту смотреть – только издалека. Потому что лапой заедет, и мокрое место останется. Рику раз довелось увидеть, как одного нерасторопного местного сожрали и не поморщились; он сам совершенно не хотел так попасть, или чтоб так попал кто-то из его людей.

А ещё приходят духи пустыни – так они себя называют, а если по правде – то не духи никакие, а дерьмо собачье. Потому что никто приличный не станет воевать в таком месте, в такое время года, да ещё и за идеалы какие-то там – в наши-то просвещённые дни! Рик, конечно, знал, что налёт цивилизации и просвещения слетает с человека с полпинка, случись тому человеку оказаться в месте, подобном Ар-Таару, да даже и так далеко ходить не надо, можно и в просвещённом Монте-Реале за угол завернуть, и вот оно. Нищета, неграмотность, суеверия, полное нежелание пытаться менять к лучшему свою судьбу. Но дома с таким всё же боролись на государственном уровне – программы там образовательные и прочая хрень, а здесь это никому ни разу не сдалось. И вот местные жрут друг друга уже не первый век – потому что кто-то за прогресс, а кому-то достаточно денег и привычного, веками освящённого образа жизни, и прогресс необязателен. И значит, нужно взрывать школы и музеи, и заодно тех, кто за просвещение и прочее. И тех, кто доказывает, что земля крутится вокруг солнца, а не наоборот. И тех, кто учится за границей, а потом сюда приезжает и пытается что-то изменить. И просто тех, кто не на том языке говорит, не так одевается и не так молится. Ладно бы сидели где-нибудь в резервации и других не трогали, а они ж лезут наружу и пытаются устанавливать свои порядки. А мировое сообщество пытается им того не позволять.

Рик в данную минуту как раз представлял то самое мировое сообщество – как командующий миротворческим корпусом Организации Всемирного Прогресса в Ар-Тааре, размещённым на базе «Центр». И ему было очень интересно, кто пожаловал.

Рик вышел из домика, в котором располагался командный пункт – центр связи, обычной и магической, и комнатушка, где он спал. Тут же рядом в соседних домиках – кухня и столовая, склад топлива и боеприпасов, и гаражи для техники, и ещё казармы для личного состава, и медпункт, и зачарованный зал для магических тренировок, и площадка для обычных. Оглядел периметр – всё, как надо, башни по углам, дозорные на месте. Тренировка идёт. Маг-связист тоже на месте. Из кухни пахнет близким ужином. Хорошо.

И кого принесло-то в эту благодать?

На пропускном пункте, ощерившемся наружу всеми возможными человеческими и магическими средствами защиты, Рика встретил даже не дежурный рядовой, а лейтенант Сильвер, отвечающий сегодня за охрану периметра. И был он в недоумении.

– Господин полковник, там…

– Кошка пустынная, что ли, пришла и постучалась? – хмыкнул Рик.

– Почти, – закивал озадаченный Сильвер.

А озадачить того Сильвера можно было, только постаравшись – потому что, несмотря на неполных двадцать семь лет, в Ар-Тааре он прослужил три года, а тут год за три.

Рик шагнул в комнатку, где выдерживали тех, кто приходил снаружи, ожидая… да ничего хорошего не ожидая. И увидел не пленного духа пустыни, не дикую кошку и даже не чиновников с проверкой, а зачуханную девку.

Девка сидела на единственном стуле и дремала, обнимая зелёный рюкзак не первой свежести – в грязных пятнах и подпалинах. Мылась она, кажется, даже и не вчера, а ещё когда-то там. И что такой девке тут нужно?

– Откуда взялась? – спросил Рик у Сильвера.

– Так того, порталом выплюнуло.

– Прямо выплюнуло?

Сильвер засопел.

– Сама вышла, но на ногах еле-еле стоит.

– Да и не стоит, как я вижу.

Рик шагнул к девке и хотел взять за плечо и спросить – какого чёрта, но она сама проснулась, заморгала, затрясла головой, а потом глянула на него. На чумазом лице двумя сигнальными фонарями горели зелёные кошачьи глаза. Рик аж тормознул от неожиданности.

– А, привет, – кивнула девка. – Ты командир?

– Я командир, – раздумчиво сказал Рик. – Полковник Монтенеро. И кого же я вижу перед собой?

– Тея Саваж, – она поднялась, сбросила свой рюкзак на пол и протянула руку – типа что, здоровается?

– И… – нет, он не понимал.

– А, тебе по форме надо? Ну извиняй, устала, плохо соображаю, – сказала девка и вытянулась в струнку. – Капитан Саваж, Магический Легион. Прибыла на усиление. Ещё двое прибудут послезавтра.

Твою ж мать!

Вообще в инфе о том, что прибудут маги из Легиона, значилось именно так – капитан Т. Саваж. Фамилию Саваж Рик, конечно же, слышал, подумал – значит, какой-то родственник командующего, хорошо. Саважи – сильные маги. А это что такое на его голову?

Рик присмотрелся – ну да, девка одета по форме, только ж грязная та форма! Неужели у них так можно? Но всё по правилам – жёсткие высокие ботинки с огнеупорной подошвой, огнеупорные же зелёные брюки с какими-то наворотами, к рюкзаку пристёгнута куртка – тоже непростая, а на девке – чёрная футболка, да, как-то так в Легионе и ходят.

– И… куда мне вас девать, капитан Саваж? – поинтересовался Рик. – У меня только мужчины, а женщины в медпункте и на кухне.

– Увы, полковник, я не целитель, и не бытовик тоже, от меня никакого толку ни на кухне, ни у медиков. Честно, мне нет разницы, где остановиться, только бы помыться, поесть и поспать. Завтра буду человеком, честное слово.

– А сегодня?

– А сегодня у меня началось вчера, – пожала плечами девка. – Теракт в Кастильоне – слышали? Или до вас тут новости не доходят?

Рик слышал. Взрыв торгового центра на западном побережье Арагонии, пожар, полсотни погибших и три сотни спасённых – магами Легиона, которые могут войти в огонь и выйти обратно без потерь. И это что, она – оттуда? Из тех, кто там спасал?

– Вы там были, да? – с придыханием прошептал Сильвер.

– Была, – кивнула Саваж.

И села обратно на стул.

Вообще ничего удивительного, что она на ногах не стоит, понял Рик.

– А почему отсыпного-то не дали? – только и спросил он.

– Да дали, но я подумала – раз всё равно дальше переть, так я сразу, а отосплюсь уже у вас. Если у вас негде – ну, я могу и тут, только скажите, где помыться, и дайте пожрать.

– Пошли, – кивнул Рик.

Магический душ был в казарме, но он подумал, что не надо ей сейчас в казарму. Парни… не поймут. Там, конечно, есть свободная кладовка, но в неё, походу, что-то сложили, надо сказать, чтоб освободили. А пока она пусть моется, да и ужин скоро.

– Душ сегодня вот здесь, – он показал выгородку в углу своей комнаты. – Где спать – я скажу. Ужин через полчаса, успеешь?

– Да, – кивнула она. – Благодарю.

Рик только успел подумать, что наглые пошли маги в Легионе, никакого представления о субординации, как его позвали. Вызов верхнего начальства, угроза той самой проверки и хрен знает чего ещё. Выслушал, сам отчитался. А потом вызвал приятеля из штаба, который был в курсе разной подковёрной ерунды и прочего смутного. И спросил – что за фрукт им на бошки свалился.

Алекс был в теме и рассказал.

– А то, знаешь, не фрукт и не овощ, а сестра генерала Саважа. Чуешь, как он близко к сердцу принял твою просьбу об усилении? Кроме шуток, она – отменный боевой маг. И опытный командир. Саваж, похоже, вас сильно любит, раз её к вам отпустил, – усмехнулся добрый приятель.

Хорошо, ему хоть поесть оставили и даже подогрели, потому что он добрёл до столовой, когда все уже разошлись. Поел, проверил караулы – была у него привычка обходить перед сном периметр – и двинул спать.

Зашёл к себе, зажёг магический свет… и охренел. На его кровати свернулась клубком, словно кошка, девка из Легиона – капитан Саваж. В трусах и майке, из-под майки торчат татуировки. Невысокая – но ладная, округлая, фигуристая. Бёдра, талия, грудь – всё, как надо. Отмытые чёрные волосы распушились. Глаза закрыты, нос сопит в его тощую подушку. Розовые пятки наружу. Тьфу. И что с ней делать?

Но не прогонять же куда-то из постели бойца, который отпахал на таком задании, как тот теракт, и свалился от усталости! Рик забрался под душ, ополоснулся, подвинул захватчицу – она только вздохнула во сне и пробормотала по-франкийски что-то вроде «нафиг надо».

Правильно, спать надо, подумал Рик, подтянул валявшееся на полу одеяло, свернул его. Сунул под голову и провалился в сон.


* * *


Тея проснулась по привычке – рано. Господи, как жарко! Судя по свету, солнце ещё только-только взошло, а уже не понять, куда деваться от жары. Притом что ночью было весьма и весьма прохладно. Пустыня, да.

И ещё… тело рядом.

Ладно, тело-то очень ничего себе, только вот мужик не из тех совершенно, с кем можно замутить. А жаль, ей бы сейчас мужика-а-а-а…

Вчера Жанно, конечно, был прав, когда говорил – Тейка, не дури. Отоспись, приведи себя в порядок, потом уже отправляйся дальше. Ну где ж она послушает дорогого братика, особенно если ей вожжа под хвост попала! Вожжу звали Павлином, он служил у них недавно и ещё совсем не впёрся, что ей лучше не перечить. И что если она осталась обиженной или не у дел, то просто так не спустит. А он, скотина, сверкнул на неё глазами своими синими и пошёл обнимать какую-то девку из простецов, что недавно к целителям медсестрой взяли. Она в ответ подсыпала ему в постель кое-чего и отправилась на задание. А задание было такое, что умри, но сделай, но лучше не умирай, потому что потом будет ещё одно. То есть самое оно, что нужно в такой вот дерьмовой ситуации.

Когда Тея вернулась из Кастильоне, то первым, что она услышала в жилом корпусе, были как раз вопли Павлина – который чесался уже несколько часов, и никто не знал, что с этим делать, потому что никаких внешних проявлений у той чесотки не было. Отличное заклинание, нечасто встречающееся, но капец какое полезное. Тея вычитала его в записках Лионеля де Саважа, одного из фамильных великих умов, жившего в семнадцатом, что ли, веке. Чисто ментальное воздействие, причём не на человека, а в данном случае – на его постель, следов никаких, и хрен разберёшься, кто наслал. А вот нечего пренебрегать ею, такой распрекрасной.

Она смотрела на орущего и матюгающегося Павлина и понимала – да на кой он вообще ей сдался и чем только глянулся? Но тут он просёк её торжествующую рожу и подошёл.

– Эй, Пуля, а ты чего такая довольная?

– Как же, с задания невредимой вернулась, – пожала плечами Тея как можно более спокойно.

А то он очень забавно дёргался, и с того тянуло ржать.

– Ну разве что, – дёрнулся он ещё раз, почесался где-то под лопаткой, на боку и под коленкой разом, и отошёл, то есть отпрыгнул.

Ничего, ещё с полчасика – и отпустит, и сам изумляться будет – что это на него нашло.

А потом ему кто-то намекнул, или прямо рассказал – ну, есть люди, которые знают, что она так умеет. И ей пришлось, не умыв рожи и не пересобравшись толком, сразу же валить дальше – пока кое-кто не сложил два и два. Потому что.

Братик, конечно, вытаращился на неё и вздохнул – Тейка, ну ты и дурная. Ему-то она всё рассказала как есть, ему надо знать. И очень попросилась уже откомандировать её в этот, как там его, Ар-Таар, на базу «Центр». Вотпрямщаз.

– Тея, там командующий – полковник Монтенеро, человек очень приличный, насколько я его знаю. Богом молю – не порти ему кровь, ему и без тебя там забот хватает. Я тебя отправляю туда в первую голову помогать ему там, где недостаёт сил его людей, поняла? Слушать – как меня, поняла? Ну и раз ты хочешь представляться новому командиру с грязной рожей – то сама с того всё и получай.

Конечно же, Тея чесала репу и кивала – поняла. А что ещё? Дальше был портал и караулка, в которой она прямо даже почти уснула, потому что, откровенно говоря, ноги не держали. И что там она говорила этому Монтенеро – а хрен знает, не помнила уже. Надеялась только, что не ржала над ним каким-нибудь особо нехорошим образом.

Он, правда, был вежлив, пустил в свой душ и показал, куда потом идти на ужин. И хорошо, остальное завтра.

Уже после ужина до Теи дошло, что она не в курсях – а куда идти спать. Спросила у парней за столом – те только зубоскалили, что к ним в койку, ну да она на них потом оторвётся, они ещё и не рады будут. А она пошла и упала в том единственном месте, которое знала, и похрену, чья там это ещё кровать. Она спать хочет или как?

И вот сейчас утро, она проснулась. Вообще не восстановилась толком ни фига, ещё бы поспать часиков восемь, но долбаный организм привык подниматься с рассветом. Ладно, поднимемся, поизучаем здесь всё, потом снова поспим.

Тея выходила из душа, уже нормально одетая, когда проснулся хозяин комнаты. Тоже, походу, привык рано вставать. Если что, она его не будила, она звукоизолировалась, пока мылась, она понимает, что сон командира – дело святое.

– Привет, я уже ухожу, – кивнула она ему, подхватила свою шляпищу от солнца, чтоб не сгореть в полминуты, и хотела уже отвалить наружу, но не вышло.

– Доброе утро, – хмуро сказал хозяин. Или не хмуро, а это он всегда такой? – Ты в порядке?

– Да, спасибо. Прошу прощения, что запёрлась сюда вчера, но я не знала, куда ещё. Выметусь сразу, как только мне укажут направление.

– Что-то не похоже, что в порядке, – покачал он головой.

– Ну так я на передовую пока и не рвусь. Посплю хорошенько пару дней, а потом буду годна хоть к чему, – пожала плечами Тея. – Завтрак во сколько?

– В восемь, – он поднялся, и она его оценивающе оглядела.

Хорош, чёрт загорелый. Но, походу, правильный. Был бы неправильный – уже бы сгрёб её в кучу и того, и самому хорошо, и ей восстановиться побыстрее. Ну да ладно, первый раз, что ли?

Тея быстро запихала все оказавшиеся снаружи вещи в рюкзак, а рюкзак поставила в угол у двери. Кажется, кто-то вчера ржал на тему, что девке делать на военной базе? Надо пойти проверить. Что-то говорили про тренировку до завтрака в шесть сорок пять, она как раз успевает. Раз до еды – наверное, тренировка не магическая, а просто так, побегать и потянуться ей будет только на пользу.

На улице она сразу увидела тренировочную площадку – туда тащился народ от двух корпусов, видимо, там и живут, и ни в одном из них вчера не нашлось для неё места. Ну да, она должна была прибыть только завтра, вместе с Рыжим и Сверчком, но она не жалела – хоть разберётся, что тут как, и парням потом расскажет.

Народ представлял собой исключительно мальчиков разного возраста. Прикольно. Тея пришла в Легион после академии, в двадцать три, то есть – восемь лет назад. И женщин там хватало. Не говоря о матушке, светлейшей герцогине Саваж, прослужившей в общей сложности пятнадцать лет, три контракта, прежде чем совсем уйти в преподавание. Потому что куда девать таких, как они? В охрану для статусных и богатых дам? Можно, но скучно. Просто в охрану? Так туда можно кого-нибудь, кто послабее. А в Легионе ей самое место. Жанно сказал, если она здесь ничего не провалит – то может рассчитывать на поощрение, а много поощрений – путь к повышению, все это знают. И это он сказал не потому, что они родня, он вообще к ней обычно со всей строгостью, ей случалось и взыскания получать, и в антимагическом ошейнике пару раз сидела – поначалу, когда легко срывалась. Теперь-то научилась себя в узде держать, и если уж и прикалывалась над кем-нибудь, то так, чтоб без последствий, чтоб только в процессе смешно или неприятно. А вообще, если её не трогать – то и она сущий ангел, белый и пушистый. Примерно как подруга Пазетт – чёрный и пушистый. Эх, жаль, что она сейчас на другом задании, вот бы они тут развлеклись, в стране непуганых мужиков!

А пока Тея подошла к площадке и миролюбиво поздоровалась.

– О, девка вчерашняя, – заметил кто-то.

– Зачем нам девка? – тут же отреагировал ещё один.

– Ну как, девку нужно в постель, а то и вовсе вон туда за склады, пока там тень, – ухмыльнулся ещё один.

Тея глянула – молод слишком.

– Ты, мил друг, сам подумай – ты ж простец, мне от тебя в постели какой толк? – глянула с прищуром, ехидно – как умела, а умела хорошо. – Конечно, спасибо за щедрое предложение, мне оно даже, можно сказать, в кассу, но я подумаю. Может, так отосплюсь, и всё придёт в норму без твоей помощи, – глянула ещё раз напоследок, отметила кудрявые волосы и ничегошную фигуру, ну да тут все они не задохлики.

Но простец? Скажут потом ещё, что она младенцев ест!

Тем временем пришёл офицер – ещё один, не командующий – и все живо построились. Тея приняла подобающую позу – но отдельно.

– А это что за явление? – сощурился офицер уже на неё.

– Это, господин капитан, магичка из Легиона! Вчера прибыла в моё дежурство! – сообщил беловолосый парень, точно, он её вчера встречал.

– Представьтесь, – кивнул ей капитан.

– Капитан Теодора Саваж, Магический Легион, – сообщила она.

– Отлично, капитан Саваж. Вы на тренировку?

– Да.

– Ещё лучше. В строй. Всем приготовиться! Пять кругов бегом!

### 2. Штаны


Рик никак не мог привыкнуть к троим магам из Легиона, которые нежданно-негаданно завелись на подведомственной территории. О нет, правил они не нарушали, и помощь от них была, но…

Маги у него под началом служили, десяток. И если раньше все они ходили, задравши носы, потому что не просто подготовленные, а ещё и магической силой могут шарахнуть, то теперь вдруг оказалось, что и силы там не так много, и подготовка не так хороша. Потому что Магический Легион не зря хлеб ест. Оба мужика – и молодой, по прозванию Рыжий, и постарше, его называли Сверчком, произвели отличное впечатление – умелые и компетентные. И ладно бы только мужики, но вот девка…

Ну не служил раньше Рик с девками. Не доводилось. И тем более – не командовал ни девками, ни тётками. А вон как вывернуло.

Эта самая Саваж в целом тоже вела себя прилично. Из его комнаты тогда вымелась, заселилась в кладовку в казарме, сказала – норм, самое то. В ту кладовку кроме кровати не помещалось ничего, даже тумбочка, но она сказала – нет проблем, и не в таких местах жили. На тренировках делала всё наравне с мужиками и не стонала. Стреляла не как бог, так стрелял Сверчок, старший из двоих мужиков-легионеров, но – очень прилично. А на магической тренировке Рик сам её оценил – хороша. Умеет много, и готова показывать, объяснять и добиваться того, чтобы у других тоже получалось. Так и говорила – я ж потом, когда старая стану, преподавать пойду, мне учиться надо.

И всё бы ничего, но…

Парни цеплялись к девке, девка в ответ нешуточно задирала парней.

Когда она переселялась в кладовку, кое-кто подкатил – давай, мол, поможем. А помогайте, радостно закивала она. Бедняга Адди, не чуя подвоха, взялся за её не такой уж большой рюкзак… и с воплем уронил обратно.

Это заинтересовало всех – потому что накануне она сама его таскала, даже когда еле стояла на ногах. Кирпичей насовала туда, что ли?

Попробовал Сильвер, с тем же успехом. А потом ещё Джованни. Хрен там! А наглая девка стояла и ухохатывалась.

Правда, потом велела садиться прямо тут и слушать. И рассказала про заклинание компрессии, которое само по себе несложное, но тут важно, чтобы при той компрессии не повредить те вещи, которые пакуешь. Потому что если не рассчитаешь силу, то на выходе получишь клочки и кусочки. А она тут же прямо и показывала, как делать, чтобы не кусочки, и доставала из рюкзака вещи. Гм, вещи. Да. Сначала вещи – какие-то пакеты с одеждой. Запасную пару ботинок. Большой пакет – сказала, там парадная форма, мало ли. Потом две винтовки, одну с лазерным прицелом, вторую с магическим. Палатку – огнеупорную, небольшую, но капец тяжёлую – из-за наворотов, так пояснила. И ещё какую-то несусветную, но очень нужную хрень. Парни смотрели, разинув рты, а она спокойненько так говорила – объём уменьшается, а вес-то остаётся, и ей самой, чтобы таскать этот рюкзак, приходится магически себя усиливать. А если сил уже нет – ну так у неё ещё есть усиливающий артефакт, потому что всякое бывает, и глупо кому-нибудь не тому попасться или куда-то не успеть только потому, что руки-ноги отказали, а рюкзак тяжёлый. И ясное дело, взяла, на спину забросила и потащила. Тьфу.

На тренировках было примерно так же – её задирали, она в итоге сажала парней в лужу. На неё злились, ей подстраивали каверзы… пытались. Потому что она открыла на тех, кто пытался, настоящую охоту. Облить за обедом компотом, не прикасаясь к стакану – это так, шуточки. Обсыпать землёй, напустить жуков в штаны, заставить прыгать без остановки – ну, такое себе. Рик уже говорил прямо – оставьте её в покое. Парни бесились, а она только посмеивалась.

Ещё её, как он понимал, пытались звать на свидания. И пару раз даже слышал диалоги вроде таких:

– Пошли со мной вечером, жизнь-то одна, и она проходит! И ладно бы в каком приличном месте, а то где-то в песках и пустынях!

– И чего я не видела там, куда ты меня зовёшь, скажи? – взгляд с прищуром, кто поумнее – сдал бы уже назад и не нарывался.

– Ничего не видела! А не хочешь смотреть – ну, глаза закрой, или давай, я их тебе завяжу!

– На ощупь, что ли? Ты, мил друг, я смотрю, тощеват, там у тебя ухватиться-то не за что, а ты говоришь – не видела, – завершала она под обидный ржач тех, кто или уже не подкатывал, или даже и не пытался.

С пары особо настойчивых посреди, например, столовой сваливались штаны – или ремень лопался, или сами штаны по заднему шву. Один раз улыбнулся даже Рик, очень уж смешно вышло. Взял голозадого за ухо, вывел и негромко приказал отстать уже от дурной девки.

Рик спросил обо всём этом Северина, которого звали Сверчок, старшего из тройки легионовских магов. Но он был старшим по возрасту, а по чину – тоже капитан, хоть и служил, как сказал, уже третий контракт, а Саваж – второй.

– Так это же долбанутая Саваж, – пожал плечами Северин. – Её так и зовут, и она не обижается. И ещё – Пуля, потому что такая же неотвратимая, если прицелится и докопается. И ещё хорошо, что подружки её здесь нет, Пантеры – вместе они вовсе невыносимы.

Но в первом же рейде наружу «долбанутая Саваж» показала себя прекрасно. Отряд заманили в засаду, но из этого ничего не вышло, потому что она, как рассказывали, вышла вперёд, скомандовала – всем ей за спину, и просто выжгла ту засаду к хренам, пока духи пустыни соображали и перезаряжали. У них магов почти что и нет, они с магией на «вы», защищаться как-то умеют, конечно, но – не от огненного дождя с неба да на головы. И в итоге рейд мог бы завершиться полной потерей отряда, а завершился полной победой с одним пулевым ранением и несколькими ссадинами.

Когда приехала проверка из высших чиновников ОВП, она тоже нехило помогла. Уж как накануне территорию базы убирали, а ночью налетел пустынный ветер – и утром всё было в песке. И без их идеи о том, что с этим делать, так бы по уши в том песке и сидели. А они встали, создали какое-то напряжение сил – и весь песок за периметр выдули. И добавили ещё, что приличный воздушник ещё быстрее бы справился.

А ещё она всё время подмигивала ему, Рику. Будто понимала, что местами бесит, и её это развлекало только в путь. Рик же благодарил все высшие силы, что в ту ночь, когда её угораздило спать в его постели, они только спали – и всё. Потому что чего-нибудь ещё он бы уже не вынес, наверное. Потому что реально других проблем хватало, а тут – вот она. И как только её брат с ней в Легионе справляется? Или как раз не справляется? Или там она сидит тише воды, ниже травы? Так нет же, не выходит.

Но долго думать не вышло, потому что любезное начальство из ОВП договорилось с местными дебилами о переговорах. Если Рик не ошибался – только на его памяти в седьмой раз, и предыдущие шесть были без толку. А его людям было приказано обеспечить на тех переговорах безопасность и полный порядок.


* * *


Не так уж в этом вашем Ар-Тааре и плохо, думала Тея. Ну, днём жарко, ночью холодно. Песок, который набивается везде только в путь, и она чуть ли не впервые в жизни пожалела, что не владеет бытовой магией. Ставила себе лёгонькую защиту – чтоб в глаза, нос, рот и уши не задувало, тем и жила.

За две недели она успела-таки разок сгореть – потому что кожа очень светлая, и потому что проще забить и не намазывать на себя защитное средство, а сгорит – ну, облезет и дальше пойдёт. Сгорела на второй день, да сурово, как никогда, местный целитель её спас и выписал банку крема и люлей, чтоб не забывала пользоваться. Потому что какой боец с обгорелой мордой? Какой-то, да, но нужно, чтоб вот вообще всё в порядке, и регенерация организма почём зря не расходовалась. А если ты всю дорогу регенерируешь – то толку от тебя такого?

Ещё она успела посраться с половиной здешнего личного состава. Ну, бывает. Как же, девку увидели, живую-настоящую, и она не жрачку на кухне готовит, на тарелки раскладывает и с поклоном подаёт, а рядом с ними на полигоне стоит. Стреляет, бегает-прыгает, отрабатывает взаимодействия в связках с другими магами и с простецами – чтоб им помочь, и чтобы они не подлезли, куда не надо, и ненароком не угробились. И если её вызывают – вызывается. И даёт этим лопухам прикурить.

Ну ладно, не лопухам. Вообще они круто подготовлены – для своих сил и способностей. Просто тут магов не так и много, вот и удивляются.

Докапывались до неё знатно – и побороться звали, и потрахаться, и в комнату её прятаться пытались и там её караулить, и в душ вламывались, когда она мылась вечером. Ничего, на комнату – защиту, да такую, что не вдруг взломаешь, а если таки найдётся взломщик – то заклинание его ещё и отматерит. Душ, когда моешься – тоже магически запереть. Стишки неприличные на двери в комнату написали? Ну да в таком деле Тея тоже знала толк. Тем, кто её словами задевает – словами и отвечать, а кто не только, ну… сами виноваты.

Кто поумнее – поглядели, поржали да отстали. А идиотов не жаль. Тем более что свои стояли за неё жестко – и Сверчок, и Рыжий.

Сверчку уже почти сороковник, но он пришёл поздно, в тридцать, ему за первый контракт засчитали работу в военной лаборатории – какую-то важную фигню он там разрабатывал. А потом, как поняла Тея, достался и пошёл на нормальный контракт. С ним у неё всегда было взаимопонимание, хоть он и не одобрял некоторых её методов.

А Рыжий – свой в доску. Он ей сейчас как младший братишка, которого у неё нет, потому что и Жанно-то поздний ребёнок у их родителей, а она и подавно. Правда, с Рыжим они, было дело, и иначе зажигали, от него, если честно, трудно не зажечься. Они ещё в академии познакомились и впервые сошлись, он совсем лопоухий был. А потом уже в Легионе – он оказался из тех, на ком Тея училась людьми командовать. И вроде научилась, ничего, в деле никто не жалуется.

Да и здесь не жаловались, что уж. Вечером, если всё тихо, то сидели в столовой, закрывши двери и окна сетками от насекомых, летящих тучами на любой огонёк, хоть магический, хоть диодный. Травили байки, играли в карты и в настолки. Тея, Сверчок и Рыжий рассказывали про Легион, им – про здешнее. Ходили смотреть на пустынных кошек, приходивших к их силовому периметру – размером с крупную собаку, рыжих, полосатых, с кисточками на ушах и пушистыми хвостами. И когти там такие, что раз заедет – мало не покажется, и зубы тоже ничего, Тея видела как-то раз, как такая киска какого-то зазевавшегося суслика доедала, или ещё какую мелкую пустынную тварь.

А люди здешние были тоже вроде этих вот кошек – или сусликов. Кто-то считал, что имеет право жрать других, а эти другие не очень-то и возражали. Впрочем, если твой сосед сильнее, то ты нарываться не будешь, а голову опустишь и понадеешься, что на глаза лишний раз не попадёшься. И разве что нагадишь исподтишка.

Тея иногда думала, что база миротворцев «Центр» (а вроде где-то ещё есть «Восток» и «Запад») стоит тут главным образом, чтоб дразнить и гадить исподтишка. Потому что полномочий резать и жечь, как, на её взгляд, надо бы, никто не давал. А только лишь отвечать на явно выраженные акты агрессии и спасать местных жителей-сусликов от произвола местных же жителей, но только кошек. И всяких встрявших пришлых чудиков тоже спасать. Парни в столовой поговаривали, что по уму нужно бы оставить всех их здесь, примерно лет так на сто, и заблокировать все коммуникации с остальным миром. А через сто лет прийти и посмотреть – останется кто-нибудь в живых, или же нет. Но Тее казалось, что это неправильно, потому что те уроды, которые называли себя духами пустыни, использовали современное оружие и средства связи, ездили на современной технике, носили современную одежду, а вовсе не домоткань какую-нибудь. И ещё, наверное, пили и ели продукты, которые им привозили со всего света, тогда как прочие местные пробивались тем скудным, что получали сами, главным образом из какого-то там животноводства. Силы были как бы сильно не равны, и когда Тее довелось впервые выйти в рейд в пустыню и побить зарвавшихся уродов, она была прямо рада. И отписалась по возвращении Жанно, что он очень правильно подобрал ей задание, спасибо ему большое.

А потом припёрлись чиновники из Организации Всемирного Прогресса, типа учредители и работодатели полковника Монтенеро и всех, о ком он тут заботился.

Полковник… производил впечатление, да. Судя по магическим тренировкам, на которые он не гнушался захаживать, магом он уродился весьма приличным. Даже странно – почему такой не в Легионе, там ему самое место, а не тут – простецами командовать да кошек пустынных строить. Его звали Гора, или Чёрная Гора – по фамилии, понятно, подумала сначала Тея. Оказалось – не только, строго говоря, это было слово из диалекта местных туземцев, означающее «твёрдый, непоколебимый». А что похоже на ту Гору, так это случайно вышло. Тея не наглела и обращалась «господин полковник». Если при людях. А если случайно не при людях – то она всем на свете говорила «ты». Наглость – второе счастье, говорят.

И тот полковник, если честно, казался Тее самым приличным здесь мужиком. Но блин, он же правильный, от него этой правильностью за половину полигона разит. Явно из тех, кто не спит с подчинёнными. Она, конечно, откровенных авансов ему не выдавала, потому что зачем себе жизнь осложнять, но – поглядывала с интересом. Опять же, а вдруг у него где-то там любимая жена и детей малых полон дом?

Так вот, комиссия. Которая на переговоры притащилась. Рассказывать местным долбодятлам, что так жить нельзя, что все, решительно все принятые в цивилизованном мире конвенции громко говорят о ценности каждой отдельной человеческой жизни и прочую лабудень. Чтоб их послушали, покивали, а потом дождались, как обратно потащатся, попёрдывая, да и прикопали где-нибудь в песочке.

А вот чтобы не прикопали – нужен полковник Гора, его ребятки и тройка магов из Легиона. Для поддержания порядка на переговорах и для общей безопасности. И как Тея поняла, такие переговоры случались уже не впервые, и порядок действий был уже сто раз отработан. Во всяком случае, все местные знали, что делать, и только носы морщили – опять эта тягомотина, бессмысленная и беспощадная.

Оказалось, в здешнем близлежащем городишке есть какой-то дом типа государева наместника, или ещё кого, в общем – жирного местного человека. И вот там-то и совещались, тем более что у дома был огороженный высоким забором дворик, а внутри даже кое-какие деревья росли, не самые замученные – видимо, поливают их, сколько нужно, и вообще ухаживают. И вот там-то, в тенёчке, сидели за столом высокие договаривающиеся стороны, и полковник Гора с ними, а вокруг по периметру стояли Тея, Сверчок и ещё десяток парней Горы. Причём Тею со Сверчком вырядили в местную форму – чтоб в глаза не бросались. Конспирация, мать их.

Говорили негромко, но слышно было всё – дворик не так уж и велик, и акустика замечательная. И больших трудов стоило сохранять спокойствие, когда один из лидеров местных, тех, которые духи пустыни, всяко выделывался на тему – мы вас сюда не звали, вы наших законов и обычаев не знаете, и носы свои сюда не суйте. И нам плевать, что мы на одной планете с вами живём, ну, с кем не бывает. Законов ваших мы тоже не знаем и знать не хотим, и вообще проваливайте отсюда.

Ну то есть, они б рады были, если бы Гора со своими взяли и провалились куда, или, наоборот, вознеслись. Но кишка тонка – оружием базу не взять, нет у них такого оружия, да если бы и попробовали – то тут же огребли бы нехило от той же ОВП. Потому что одно дело – количество раненых в пределах разумного, а другое – целую базу вынести к хренам. Тут бы их самих к дьяволу бы и разбомбили и не посмотрели ни на ценность человеческой жизни, ни ещё на какую херотень.

К слову, одет местный шишак был вполне по-людски. Это всякие прочие, типа хозяина дома, ходили в долгополых хламидах – говорили, у них такой карнавал исторически сложился, и в жару в пустыне так, типа, проще. А этот напялил светлый костюм, и сорочку, и галстук – типа, чтоб лучше воспринимали, да? Типа, не дурак, всё понимает и ржёт над ними потихоньку? Типа, раз надо, я тут с вами поговорю, но ваши увещевания мне – как мёртвому припарки?

Тея поймала пару взглядов ребят, стоявших по обе стороны от неё. Слушают и злятся. Потому что не в первый раз, и потому что ничего не могут сделать. А дотянуться до этой образины – нечего и мечтать.

Впрочем, почему?

Переговоры закончились – ожидаемо, ничем. Скотина в светлом костюме издевательски поклонился – походу, в каком-то приличном месте образование получал – и направился к выходу. Тея вздохнула…

А дальше он шёл-шёл, да вдруг запнулся на ровном месте. Вот реально на ровном, ничего там не было. Пошатнулся, наклонился вперёд, уже было поймал равновесие… но тут его роскошные белые штаны треснули сзади по шву и ещё – сама ткань, поперёк шва. И все увидели жопу обыкновенную, голую, бледноватую – очевидно, её владелец если и загорает, то не голышом.

Мужик сразу помрачнел, еле слышно выругался, кого-то там помянул, распрямился и как ни в чём не бывало пошёл дальше. А Тея ощутила по соседству едва скрываемое торжество, снаружи-то по лицам было ничего не прочитать. Впрочем, никто не проронил ни звука, не говоря уже о большем.

Вечером, после возвращения на базу и отбытии комиссии через портал, Тея сидела на крыльце столовой. Ясен хрен, Гора всё понял и дело это так не оставит, поэтому прятаться в кладовке без толку.

– Капитан Саваж, – она настолько потонула в своих мыслях, что не заметила, как он подошёл.

– Да, командир, – произнесла она, поднимаясь и глядя ему в глаза.

Как зверь – я тебя не боюсь.

– Вам всем что было приказано?

– Стоять, следить за тем, чтобы всё было спокойно, предупреждать физические и магические атаки, – чётко выдала она.

– А ты что делала?

– Стояла, следила, предупреждала, – с готовностью откликнулась Тея.

– Напредупреждала – больше некуда. Я сам бы ему в рожу дал с удовольствием, но почему ты не понимаешь-то, что нельзя осложнять и без того сложную ситуацию?

– А его никто и пальцем не тронул, – зло сказала Тея. – Давно бы уже спровоцировали и дали во все рожи, в какие хотите. Ладно, я понимаю, что такое просто так не оставляют. Надевайте антимага, или что у вас тут, да я пойду. Хоть высплюсь.

Он усмехнулся.

– А ну как на базу нападут, а такая ценная боевая единица выведена из строя? Завтра в шесть ноль-ноль явишься на кухню, и весь день будешь там делать, что скажут.

Холера!

– Так толку-то с меня на той кухне, – усомнилась она.

– Ничего, справишься. Ты талантливая, – усмехнулся Гора и пошёл прочь.

### 3. Яд


Рик уже неделю просыпался с одной-единственной мыслью – за что, господи? Потому что духи пустыни и их друзья как с цепи сорвались после той памятной встречи, когда их главного лишили модных штанов.

Каждый день незадолго до рассвета приходили и обстреливали базу – ну как, пытались. Конечно, засекали их на подходе, и база всегда была готова ответить, и отвечали, конечно, но – никакого ощутимого ущерба нападавшим не наносили. Зато в то же время взорвали караван с гуманитарной помощью для местных, который следовал в близлежащий городок из гражданского аэропорта, что в столице, в паре дней пути по весьма условной дороге. И устроили ещё пару нападений, на которые Рик не смог вовремя отреагировать – потому что нужно было отбиваться.

В общем, он был далёк от мысли, что в ситуации повинен позор посла. Точнее, посол провоцировал их – ну хоть на что, и спровоцировал-таки. Предъявить было нечего, но обложить базу – очень даже. Однако, спокойно смотреть на капитана Саваж он был не в силах. Потому что.

Мужика бы отлупил – сам, без свидетелей и по первое число. А с этой дурой что делать? Конечно, можно связаться с её братом и сказать – заберите своё сокровище, но Рик решил, что ещё успеет так поступить. Он тоже упрямый и всегда считал, что умеет добиваться своего от тех, кого господь бог и командиры дали ему под начало.

Послал на кухню – пошла. Говорят, чуть ли не прямо с утра она там что-то не туда насыпала и что-то не то сотворила со своей рукой, и потом весь оставшийся день травила байки для тех, кто работал. И как ему рассказали – не только про службу в Легионе, а и ещё про какие-то совсем давние дела, не то вычитала где-то, не то ещё что. Сказки рассказывала, в общем. Госпожа Матти, главный повар, сказала – присылайте ещё, хорошая девочка. Заодно и подкормим, а то эти боевые маги вечно голодные.

Заставлял вместе с другими накосячившими бегать лишние круги, отжиматься и что там ещё – выполняла всё и не пищала. Территорию убирала без магии, руками, только попросилась перчатки надеть – сказала, что поцарапанными руками не сможет потом ни одного удара отбить, пришлось разрешить. А в остальном – выполняла и не жаловалась.

И продолжала задирать парней и самым бесстыжим образом унижать врагов. И вот за это последнее-то она и начала набирать очки – потому что делала то, о чём другие мечтали, но – или способностей свыше не дали, или таких вот наизнанку вывернутых мозгов. Но засыпать песком глаза нападающим, несмотря ни на какие защитные шлемы, или закидать их ядовитыми песчаными змейками, чтоб за шиворот попали, или ещё там куда, где только тварей этих достала, – за милый мой. На песок враги ругались, от дождя из змей позорно бежали – потому что, по их верованиям, такое диво должно было случиться где-то ближе к концу времён. А Саваж сверкала своими зелёными глазами и утверждала, что ничего про конец времён не знает, но очень рада, что так вышло.

Очередной рейд наружу поделили на две части – отбить очередное нападение на базу, зайдя нападающим в тыл, и проверить местные близлежащие поселения. Рик остался командовать на базе, а наружу послал своего заместителя Адриано Гвиччарди. В принципе, ничего необычного, бывало и такое, всегда справлялись, справились и тут.

Нападавших на базу кого отогнали, а кого и положили, и этих уцелевшие унесли с собой – иначе до утра сожрут. Или кошки, хоть они и не очень любили падаль, но если жрать нечего – будешь есть, что дают, кошек тоже касается. Или местные стервятники – нехилые такие птички, прилетают на закате и на рассвете, вопят дурными голосами и жрут всё, что отличается от песка, однажды Рик видел – такая дура сидела и каменюку клевала, и удивлялась сильно, почему та каменюка не проклёвывется.

Группа Адриано вернулась из рейда уже затемно, все были целы, но некоторые – не вполне. Адриано доложился – встретили неплохо вооружённый отряд, вдвое больше, и отбились только благодаря магам, своим и союзным. Потерь нет, раненые есть, все ранения не слишком тяжёлые. Сильнее всех получила капитан Саваж – подставилась, вытаскивала из-под огня рядового Джейсона, иначе того бы потеряли, а так – только напугали, да и всё.

Потерь нет – это хорошо, но после ужина Рик пошёл послушать целителя Грегуара – что там на самом деле. Открыл дверь – и чуть не столкнулся с той самой Саваж. Видимо, она выходила после процедуры. Он пропустил её наружу и спросил:

– Ты как?

– Норм, жить буду, – а сама какая-то бледная.

Она вообще из бледнолицых, но сейчас и вовсе одни глаза на лице и видны.

– Чем тебя достали?

– Нож бросили, а мне пришлось из-под защиты выбраться, чтоб Джея затащить под купол.

Левая рука выше локтя перевязана, из-под повязки торчат змеиные, или чьи там ещё, кольца – кончики татуировки.

– Ела? Пила?

– Нет, не успела пока, сейчас пойду. И в душ тоже пойду. Ничего ещё не успела.

– Прислать кого-нибудь из девчонок с кухни помочь? Ты ж и футболку сама не снимешь?

– А, Рыжий поможет, – отмахнулась она. – Не нужно никого напрягать.

Рыжий, значит, поможет.

– Как скажешь, – Рик кивнул ей и пошёл к целителю.

Тот как раз прибирал все свои склянки с магическими зельями, перевязочный материал и инструменты.

– Здрав будь, командир, – кивнул, но работы не прервал.

Так у них было заведено.

– Докладывай. Вроде всё в пределах нормы, а как на самом деле?

– Так и есть. Если б девчонка Саваж нож рукой не поймала – было бы совсем прилично, а так – ну, как вышло. На ноже был яд, и мне не понравилось, как он подействовал на магические каналы в её защите – прилетело-то как раз в татушку. Но я надеюсь, что вычистил всё, и наша девчонка отоспится и будет как новая.

– А если нет? – сразу нужно знать, что и как.

– Если яд остался – будет разрушать каналы дальше, и тут только связываться с целителями из Легиона и отправлять её туда.

– Ах ты ж… – Рик не сдержался, выругался – прямо как Саваж.

– Погоди, командир, может, ещё и пронесёт. Она вообще живучая, как та пустынная кошка, всегда на лапы приземляется. Глядишь, и тут вырулит.

Да уж, живучая. Но объяснять генералу Саважу, что не уберёг его сестру… Не хотелось бы.

С остальными всё было ещё проще, и Рик пошёл к себе. Но далеко не ушёл, потому что на перевёрнутом ящике у стены медпункта сидела эта самая Саваж. Таращилась в небо – очень звёздное сегодня.

– Тебе что сказали? Есть и спать, – ну вот, опять нарывается.

– Ага, – кивнула она. – Иду. Я просила, мне оставят.

– Вот и иди, не задерживай людей, им тоже спать хочется, – проворчал Рик. – Чего сидишь-то?

– Красиво, – выдохнула она.

– Да где? – не понял он.

– Да вон же, на небе. Звезда падает. Ты загадываешь желания на падающие звёзды?

– Ну ты спросила, – он прямо изумился – какие, к чёрту, желания?

И вообще, что там на самом деле – звезда или хрень какая-нибудь неучтённая летит?

– Не, это не дрон, всё норм, я бы почуяла, – усмехнулась она.

– Ты как поняла? – вытаращился он.

– Да у тебя на лбу написано, ты так глянул наверх, что и гадать не нужно, – ещё и улыбается, вот ведь!

– Рука болит?

– Нет, Грег классно обезболил. Я себе не умею. Другим умею, себе – нет.

– Учись, – пробурчал он.

– Не выходит, всяко уже пробовала, – отмахнулась она.

– Господин полковник, вы почему ужинать не идёте? – от столовой шла госпожа Матти. – О, и ты тут, чего сидишь? Мы там её ждём, значит, а она!

– А она сидит и не может подняться, – дошло наконец до Рика.

Тьфу, безголовый.

– Матти, будьте добры, принесите нам чего-нибудь сюда. Да, вот прямо сюда. Я прослежу, чтобы Саваж поела.

– Да, сейчас, – кивнула она и исчезла в темноте.

Пришла очень быстро с помощницей, нашли ещё один пустой ящик, Рик помог подтащить его, туда и сгрузили поднос с тарелками, стаканами и чем там ещё.

– Глаза открыла, ложку взяла, – скомандовал Рик, уже готовый открывать дурной девке рот и заталкивать туда кусочки вяленого мяса.

– Ой, спасибо, – проговорила тихо-тихо и взяла кусочек с тарелки.

Госпожа Матти ушла, а Рик тоже взялся за ложку и принялся за еду, поглядывая на Саваж. Та медленно, но ела, запивала травяным отваром и молчала.

– Так, тарелки кто-нибудь сейчас унесёт, – Рик поднялся и поднял Саваж – сама она до утра будет тут сидеть.

Не такая она и лёгкая, как кажется! Но вцепилась в него хорошо.

– Эй, ты что делаешь?

Кажется, до кого-то что-то дошло.

– Тащу тебя, чтоб сдать в хорошие руки. Грег что сказал? Завтра спать?

– Сказал хорошо выспаться, да, и его звать, если хуже станет. А если не станет – то самой завтра к нему прийти.

– Завтра никаких общих подъёмов и тренировок, поняла? Пока Грег не разрешит.

– Поняла, не дура.

– Вот и хорошо.

Рик довёл Саваж до корпуса, сдал в руки высматривавшему её Рыжему, и пошёл спать, удивляясь – чего только на службе делать не приходится. Девок вот раненых таскать. Дурных. А дальше что будет?


* * *


Тея проснулась очень не ранним утром – отвыкла уже от такого. Но она ж больная, ей же нужно регенерировать, так?

Вообще, вчера получилось хреновасто с этим ножом, кто б знал, какой холерой местные эти свои ножи мажут! И зачем.

Ну хотя зачем – как раз понятно. Чтоб насмерть. Простец бы сразу насмерть, это ей, можно сказать, повезло, что маг, да с нехреновой регенерацией. Правду сказать, больно было как никогда. И крови потеряла до чёрта, тоже как никогда. Грег сказал потом, что яд такой – разжижает кровь, чтоб рана не затягивалась, вызывает болевой синдром и бьёт по нервной системе. Ну да, рефлексы к ночи сделались совсем ни к чёрту, даже после обработки не смогла дойти до столовки поесть.

Бли-и-ин, там же ещё был Гора, и он её кормил! И приказал сегодня лечиться. Ну правильно, она и так ни к чему не пригодна. Нет, голова-то уже ясная, не как вчера. А вот сил нет совсем.

Тея села на постели – и тут же увидела записку на стене. Рыжий развлекается. Она иногда спрашивала его – Рыжий, ты вообще ручкой на бумаге умеешь писать? Или только вот так – силовыми линиями на стене?

В общем, надпись красиво полыхала – ровно до того момента, пока Тея не прочла, что завтрак ей оставили, и пусть она сама никуда не дёргается, а позовёт его, он всё принесёт.

Но кое-куда дёрнуться всё же пришлось – организм, мать его, и насущные утренние надобности. Хорошо, что туалет и ванная рядом, за стенкой, далеко ходить не надо. Тея выбралась из своей кладовки, держась за стенку, добрела, куда надо, и даже умылась до кучи, потому не дело это – неумытой ходить, даже если не вполне здорова. Вернулась к себе, глянула в окошко – такое же маленькое, как всё в её комнатушке, одно слово – кладовка. Окошко выходило на тренировочную площадку, и там сейчас одни бегали, другие отжимались. Норм, что.

Судя по часам и солнцу, время близилось к обеду. Впрямь, что ли, позвать Рыжего?

Тея дотянулась до зеркала и позвала. Попутно заметила вызов Жанно – что, ему тоже уже рассказали? Но сначала насущное и Рыжий, брат потом.

Рыжий получил команду и сказал, что сейчас явится, и можно было вызвать братика. Тот отозвался тут же.

– Живая, значит, – а голос радостный, значит – ругать не будет.

– Да что мне сделается, – рассмеялась Тея тихонько, громче не вышло. – Тебе кто рассказал?

– Сначала Анси доложился, потом ваш командир рассказал.

Анси – это Сверчок, ну да, он из них старший, если с ней что случится.

– А, ну ладно. Нет, со мной всё хорошо, здешний целитель сказал – отлежусь и буду как новая. Я выполняю.

– Выполняй, – подтвердил Жанно, и было видно – у него вполне отлегло от какого-то места, когда он сам убедился, что она в порядке и разговаривает.

Дальше он рассказал про своих – Авриль и племянников, и про папу, которого снова переизбрали ректором академии, и про маму, у которой выпустились какие-то очередные студенты, и некоторых она рекомендует в Легион. А тут и Рыжий с едой подоспел.

Еды он приволок целый поднос, а съесть Тея смогла три кусочка.

– Тейка, мне командир сказал – тебя кормить. Только из-за тебя и отпустили с тренировки.

– Ну так иди обратно, а я тут потихоньку.

– Ни фига подобного, мне тебя потом ещё к Грегу доставить надо. Или оценить обстановку и его сюда звать.

– Сама схожу, должна дойти, – сказала Тея.

От еды силы понемногу возвращались. Конечно, всё она не съела – так, три ложки каши, два кусочка сыра и кусочек мяса, и яйцо варёное. Жаль, арро нет, выпила бы. Но отвар для питья здесь делают из каких-то местных лепестков, и он ярко-красный, и это хорошо. Кисленький такой, приятный.

Остатки еды Тея заначила себе на потом и скомандовала вести её вниз, в медпункт.

Что, дошли. Медленно, но верно. Грег – плотный, невысокий и седой – осмотрел её хищным взглядом тёмных глаз и велел садиться.

– Повезло тебе вчера, Саваж, – он достал из холодильника какое-то стекло и сунул ей под нос.

Тея глянула – жидкость какая-то маслянистая, бурая, и в ней будто что-то копошится, только медленно.

– Это что такое?

– Это проба, которую я вчера с тебя взял, перед тем, как всё вычистил. К утру из вещества, которым был смазан нож, вывелись личинки, сейчас я их наблюдаю. В закрытой колбе и в холодильнике.

– Тьфу, мать их так, – ругнулась Тея. – Хочу сделать в ответ мегапакость.

– Сначала вспомни, как на ногах стоят, – усмехнулся Грег и принялся разбинтовывать её руку.

Впрочем, дальше он уже был доволен – когда осмотрел рану.

– Что там, с каналами всё норм?

– Да, вполне. Говорю – успели вовремя. Может, рисунок будет не такой красивый, потому что вчера пришлось много чистить и зашивать.

– Подправлю, – отмахнулась Тея.

Попыталась. Рука, даже здоровая, не очень-то поднималась.

– Сегодня – только есть и спать. Поняла?

– Поняла, – выдохнула Тея. – Есть и спать.

– И вечером на перевязку.

– Поняла, выполняю.

Рыжий отвёл её обратно в комнату, и она, кажется, провалилась в сон ещё до того, как голова коснулась подушки.

Так прошло ещё два дня. И только на третий Тея смогла после перевязки выползти на скамейку, что стояла на тренировочной площадке – туда обычно отправляли тех, кто получал во время тренировки какие-то мелкие травмы.

Тренировали взаимодействие магов с простецами – маг защищает, а простец действует, маг нападает, а простец из-за его спины стреляет, и вот это – маг вытаскивает простеца, а другой маг прикрывает их обоих. То самое, где она попалась. Если бы кто-нибудь сообразил её прикрыть, то она бы и не получила тот нож. Но всё случилось слишком быстро.

Скамейка скрипнула – рядом сел Гора.

– Как ты сегодня? Грег говорит, что прогресс есть.

– Ага, есть, – кивнула она. – Сегодня я даже дошла досюда. Хоть на других посмотреть, раз сама не могу.

– Сама пока не лезь, – отрезал он.

– Не лезу, – согласилась она. – Я того, отыграться хочу. Мне капец обидно, что эти скоты попортили мне шкурку, и чуть было не завели в моей ценной тушке целый зоопарк.

Зоопарк на второй день передох, потому что не хватило питательной среды. А останься в ней – уже бы доедали.

– Когда Грегуар разрешит, – повторил Гора.

– Не вопрос, понимаю. Когда разрешит.

– Вот и славно, что понимаешь.

Поднялся и пошёл куда-то там по своим делам.

Грег разрешил только ещё через три дня. Сначала понемногу возвращаться на тренировки, потом пойти в небольшую вылазку наружу. Там Тея главным образом стояла и караулила других – чтобы чего не вышло, но хоть так пока.

А потом пришло известие – зарвавшиеся в конец духи пустыни грабанули караван с гуманитаркой. То есть не грабанули, а просто нагло упёрли, а всё сопровождение не то вырезали, не то к себе повели. Тея как услышала, так прямо завелась – ей надо идти в этот рейд, и пусть столько попробуют пойти без неё, проклянёт. О нет, она это говорила не Горе и не его заму Адриано, которого звали Тучкой – потому что имел обыкновение приходить и разгонять славные посиделки, аки тучка находила на солнышко. Ещё из этой Тучки, бывало, проливался нехилый дождь, потому что был отменным водником, что в пустыне, сами понимаете, невероятно ценно. Так вот, Тея рассказала обо всех своих соображениях Рыжему, Сверчку и ещё десятку местных, кто потрындеть пришёл после ужина. И когда к ним из командного пункта вышел Гора и сказал, что выступаем за час до рассвета, – все прямо заорали от радости, потому что надо вломить зарвавшимся гадам.

### 4. Бой


Рейд был как рейд – они пакостят, мы отвечаем. Сегодня с утра Рик даже ради разнообразия был согласен с капитаном Саваж – какого лысого враги нарываются, а мы только отвечаем? Когда уже нам тоже можно будет пойти и нарваться?

О нет, он понимал, что нарываться нужно с умом. И что ни сержанту Дейву, ни капитану Саваж неизвестно о работе разведки и о том, что пойти самим рано или поздно получится, но – после того, как будут на руках все нужные данные о главной базе врага и о том, как туда попасть с наименьшими потерями, а то и вовсе без них.

А пока – вперёд, отбивать украденное имущество.

Семь единиц транспорта выползли из ворот базы и отправились на юго-восток. По данным разведки, через пару часов они должны встретить караван.

Встретили, обменялись любезностями – обстреляли друг друга, окопались, и дело пошло. У противника магов не было, но были, судя по всему, защитные артефакты, и прежде чем лезть вперёд, их надлежало вычислить и обезвредить.

Конечно, в первых рядах желающих обезвредить артефакты оказались трое магов из Легиона. Что ж, им и карты в руки, их обучают поиску и разрядке артефактов, они умеют. И дать им тройку своих магов в прикрытие – чтоб щиты держали, если что, пока люди работают. А самим тем временем – отвлекать противника от происходящего.

Отвлекли хорошо. Первый вызов раздался через четверть часа, и это был Сверчок. Он доложился, что нашли и деактивировали два защитных артефакта, и, по их представлениям, осталось ещё семь. Отлично, можно было отправлять ребят туда, где защиты не было, Сверчок и компания молодцы, начали с середины. Теперь растянувшийся по пустынной дороге караван из бронированных машин представлял собой два отдельных образования, условно голову и хвост, и их уже можно было окружать и разбирать по отдельности.

Дальше дело пошло совсем хорошо – хвост обезвредили быстро, там нашли ещё два артефакта, и можно было приступать. Но оставалась голова.

В голове, очевидно, базировалась голова этого отряда, как бы оно ни звучало. И у Рика чесались руки усилить команду магов – мало ли что там. Не собой, потому что он на связи со всеми, да и не по чину ему снимать командный шлем и идти врукопашную, хоть бы и магическую. Но есть ещё резерв, и не послать ли его, потому что…

Потому что. Грохнуло сзади, да так чудненько грохнуло, как можно только магически. Какая тварь подобралась под неведомой защитой так близко? Вот и придётся тебе, полковник Гора, пойти врукопашную бог знает против кого.

В шлеме отозвался Сверчок – дожали три последних артефакта, голову можно разносить. Спасибо, ребята, но тут ещё одна голова подъехала, да какая-то мудрёная, судя по всему.

Артефактов не было, был маг. Жирный, опытный, умелый маг, о наличии таких у противника Рик только сказки слышал. Вроде бы есть, но то ли прячутся хорошо, то ли не показываются на глаза, то ли избегают солнечных лучей – сказки одни, в общем. А теперь пришло время посмотреть на такую сказку своими глазами.

Рик распорядился – почти всем не-магам либо идти дожимать караван, либо караулить машины и отстреливаться. Магам – обеспечить прикрытие, двоим, ладно, троим, все остальные – к нему немедленно, появилась новая цель.

Новую цель встретили радостными воплями, молодцы какие. А потом разглядели, что такое против них из-за песчаной завесы вылезло.

Это диво имело вид пустынной ящерицы – только размером с королевский замок в родном Монте-Реале. Глаза сверкали на солнце, как россыпь драгоценных камней, и чёрная шкура, или это была чешуя, не то золотилась, не то серебрилась. Под солнцем да на песке – самое то, Рик усилил поляризацию шлема, чтоб хоть смотреть на эту холеру было можно.

Холера взобралась на песчаный холмик и устроила четыре взрыва в пространстве между собой и Риком – по красивой окружности. Мол, вот он я, нападайте, или я вас съем.

– Не сожрёт, подавится! – зазвенел по третьему каналу связи знакомый женский голос. – Сейчас мы ему вломим по полной! Давайте в глаз захерачим, а? Господин полковник, можно ему дать в глаз?

– Приступайте, – ответил Рик. – Выставляю защиту. Вперёд.

По его защитой Саваж, Рыжий, Сверчок, Дейв и Катапульта пошли красивым полукругом вперёд, на каждом защита – собственная и внешняя, и какие-то артефакты, наверное, тоже. Их попытались остановить фонтанчиками песка аккурат перед ногами, и тут двое из троих, наверное – Саваж и Сверчок, они опытнее, – произвели совместную атаку – сложили силы и направили вперёд, очевидно – в тот самый глаз. О таком Рик слышал, но сам не пробовал, по его представлениям каждый маг был сам себе маг, и от нескольких магов толк только в том, что каждый вложит свой удар в общее дело, а вот о совместных атаках ему только рассказывали. Вроде как если войти в какой-то там особый резонанс, то результат по количеству силы будет превышать сумму составляющих. Но этому нужно отдельно учиться. И, чёрт возьми, он бы попробовал.

Удар попал в глаз чудовища, чем бы оно ни было – настоящим чудовищем или мастерски сделанной иллюзией. Фонтан ярких брызг – что в том глазу, мать его, было-то? – чудовище скребёт лапами по песку и начинает отползать, поплёвывая вперёд каким-то зеленоватым веществом. Вещество попадает на броню Тюленя – большого, неповоротливого и очень мощного, и, походу, сносит тому всю защиту – он с размаха садится в песок, тяжело дышит и матерится. Рик командует забирать, уносить и оказывать помощь.

Следующий удар попадает твари в пасть – и оттуда эта самая зелень хлещет, как лава из вулкана. Маги расступаются, чтобы не попасть в это самое, тогда тварь начинает ползти вперёд, к каравану духов и машинам отряда. Тогда Рик пытается добросить пару огненных шаров до хвоста твари, но далеко, тварь мотает хвостом, как укушенная, а она и есть укушенная, но заряды уходят в песок.

Рассредоточиться, обойти, зайти твари в тыл. Послушать обмен данными по их внутреннему каналу связи – заходи справа, вломи слева, кидай во второй глаз и вот это всё. Ага, и ещё – сейчас я пойду и под жопу ему поддам, поддержите, прикройте. Догадайтесь, кто, называется.

Поджопник от трёх магов удался на славу – тварь подскочила, завертелась едва ли не на хвосте и грохнулась обратно в песок, замолотила лапами, подняв небольшую песчаную бурю, и на миг показалось, будто издохла… но нет, просто исчезла. То есть, может, и издохла, но Рик и остальные этого уже не увидели.

Тем временем караван взяли под контроль полностью, но четыре машины из восьми вышли из строя. А их груз тоже нужно было забрать, и желательно – вот прямо сегодня.

Рик вызвал с базы вертолёт – что-то загрузим туда, плюс тех бойцов, кого срочно нужно к целителю. И, видимо, придётся оставить здесь пост до второго рейса, только место подобрать.

И даже место нашлось, неплохое – в пределах видимости торчали развалины древнего города. Вот там и оставить пока и груз, и людей, а до вечера заберём.

О том, что развалины глянулись не только Рику, он узнал в тот момент, когда вертолёт уже почти загрузили, все машины, бывшие на ходу, уже отправились, и оставалось только забраться внутрь ему самому и трём магам из команды поддержки. С другой стороны площадки, из-за древних колонн, плюнули обычными нормальными снарядами. Не попали. Руки сами собой соткали вертолёту защиту, а с другой стороны его поддержали Дейв и Варвар. Вертолёт огрызнулся магическим огнём, кого-то из противника положили, кто-то остался. Ничего, добьём.

– Возвращайтесь так скоро, как сможете, мы отобьёмся, – скомандовал Рик.

Вертолёт сделал круг, сверху отстрелили ещё нескольких. Рик добил троих, и ещё двоих – ребята с другого конца площади. Стало тихо, только вертолётный винт стрекотал, удаляясь.

Из-за колонны появилась фигура, никак не походившая ни на Дейва, ни на Варвара. Мелкая и щуплая, прямо скажем.

– Саваж, ты здесь какого хрена? Где парни? – спросил Рик, поминая про себя всю родню дурной девки до какого-то там колена – со всем, впрочем, уважением.

– Дейва подстрелили, его забрали в вертолёт. Варвар долбанулся об каменюку и шлем пробил, и мы с ним поменялись. Я в норме, не ранена, устала только. Стрелять могу. Магичить тоже.

Твою ж мать, сколько ж вас ещё, в бешенстве подумал Рик. И ответил прицельным огненным залпом на одинокую автоматную очередь из-за угла напротив.


* * *


Тея едва успела выдохнуть после деактивации защитных артефактов, деактивации неведомой хвостатой фигни и обороны вертолёта, как оказалось, что они с Горой вдвоём посреди развалин – в компании кучи груза, который надо доставить на базу, и недобитых уродов, которых надо, чтобы вовсе не было. Вообще, она наивно полагала, что на сегодня концерт окончен, и пора домой, к Грегу на контроль и баиньки. Хрен там плавал, ага.

Кто хотел оторваться за все несуразности последнего месяца? Вперёд. Какой-то древний Саваж, спустившись с гор, поместил себе на герб дикого вздыбленного кошака на фоне голубого неба – типа, кто на меня полезет, тот получит и когтем в глаз, и зубами за шиворот, и ещё пинком под жопу. В глаз сегодня уже было, под жопу тоже, осталось за шиворот и в клочья. Может, этих уродов тут не так много, и они с Горой отобьются?

Впрочем, Гора действовал как надо.

– Саваж, к стене. Защиту ставь, мать твою, быстро! На меня тоже. Я впереди, ты за спиной. Я сверху, ты с боков. Видишь хоть кого-нибудь?

– Вижу, – Тея прикрыла глаза. – Восемь. Нет, девять. Вроде не маги. Артефактов не ощущаю.

– Я тоже. Выманиваем.

Он резко обрушил стену огня на тех девятерых, и их вынесло прямо им под руки, голубчиков. Ну, супер. А вот не надо было на нас переть, ясно, хер вам в задницу?

Наверное, она ещё что-то такое приговаривала, ну да плевать, не на бальном паркете и не в аудитории.

Один артефакт у нападающих всё же оказался – и препоганый. Глаз вонючки, так его называли – круглая фиговина, взрывается с вонью и разлетается на множество мелких очень острых осколков, которые сами находят живую плоть в приличном радиусе вокруг точки взрыва. И боевая броня им ни хрена не помеха. И даже форма легиона, хоть и огнеупорная, а от этой херни не защищает. Единственный способ избежать разрезания на полосочки – деактивировать до взрыва. Или перенаправить в противника.

И кажется, Гора попробовал перенаправить. И у него не вышло.

– Сможешь? – выдохнул он.

– Попробую, – выдохнула Тея. – Держи защиту.

Опустила руки, стряхнула, собралась. Расшнуровала боевые перчатки – пальцы у них и так отрезаны, а тут ещё чтоб ладонь тоже была свободна. Вызвала мелкие молнии меж кончиками пальцев, сгустила их в два пламенеющих шара, уплотнила, сплющила один о другой, разняла… от одного к другому протянулась силовая нить. Годится. Повторить несколько раз, пока нити не соткут толстое веретено. И его уже зафитилить – вперёд. Пробуем.

Золотая искрящая фигня взмыла… и успела в последний момент. Глаз вонючки сверкнул напоследок и осыпался в песок мелкими опилками пополам с искрами. Тея понадеялась, что опилки попадут кому-нибудь за шиворот и раскурочат что-нибудь.

А дальше они с Горой просто слили воедино оставшуюся в них мощь, двинули на четверых оставшихся и прихлопнули. И она тут же включила в передней панели шлема сканер, обычный маго-сканер на живое – и не нашла никого, кроме них двоих. Ни меж развалин, ни в песке, ни на поверхности.

– Чисто, – доложила, падая в песок на задницу.

Руки болели так, что она подумала – отвалятся. Откат, мать его. Он приходит всегда, тут ничего не поделаешь, только терпеть. Тея научилась терпеть, без этого в Легионе делать нечего, но умение терпеть не означало, что боль становится меньше. Ни разу. Только дышать, глубоко дышать, отрешиться от реальности, уйти внутрь себя, в эту боль и ждать, ждать, пока она ослабеет и совсем рассосётся.

Дождалась. Сбросила шлем, расстегнула ремни брони, снимать пока не стала, но хоть дышать будет чуть проще. Боевому магу вообще проще всего в одном, максимум двух слоях ткани, форма Легиона – она не просто так. Но тут она понимала, что нехрен выставляться, мол – я маг, бить сюда. Может, когда и надо, но сегодня точно незачем. Ещё один боец в белой броне, да и всё. Нахрен, какой тут белой – грязной и местами помятой. Ничего, нам бы до базы, а там уже и в порядок привести. Себя и всё остальное.

Гора занимался примерно тем же – снял шлем, расстегнул застёжки брони, отцепил от шлема коммуникатор и вызывал базу. И что-то не вызывалась та база, насколько можно было судить по его лицу и отдельным словечкам, которые он проговаривал тихо, но довольно отчётливо.

– Нет? – спросила она.

– Нет, – кивнул он. – Не пашет. Ни радио, ни спутник.

– А магическая?

– Да было б чем.

– Чего? – не поверила она.

– Давно так не попадал, расслабился, – он смотрел куда-то в одну точку впереди.

Тея глянула – ничего там нет. Ну и ладно.

Нашла под бронёй поясную сумку, а в ней – зеркало, огнеупорное, противоударное и ещё всяко заговорённое. Протянула Горе.

– Вот.

Он оглядел её, будто впервые увидел, но зеркало взял. И принялся вызывать – очевидно, базу.

– Командир! Командир нашёлся! – завопил оттуда Вихрь, совсем молодой парень, маг-воздушник, штатный связист базы. – А у нас буря! Всё электричество отрубило, связи нет никакой, только магия и осталась! Ветер свищет, капец! Песком опять всё занесёт нахрен! Вертолёт не взлетит, пока не продует!

– Приплыли, – вздохнула Тея, пока Гора слушал доклад подошедшего Адриано.

Она поняла, что вертолёт успел сесть, и тут пришла та самая буря. И всё, трындец.

Тея подняла голову – сюда пока ещё ничего не дошло, небо ясное, солнце садится в песок, красиво. Дело времени. Дойдёт.

– Выполняйте, – велел тем временем Гора и протянул Тее зеркало. – Молодец, всё нужное с собой.

– Угу. Сколько у нас времени до бури?

– С полчаса, – Гора поднялся. – Пошли.

Пришлось тоже подниматься и ковылять по песку, подостывшие мышцы взвыли. Ничего, потом отдохнём. Командир прав – нужно сложить груз в кучу и вообще изобразить им какое-то укрытие, в котором можно будет пересидеть, пока буря утихнет.

Они нашли очень клёвое укрытие – целых три каменных стены, хоть и без крыши. Стаскали туда коробки – руками и остатками магической силы, сложили в компактную кучу, а с последней стороны и сверху хорошо бы выставить магическое укрытие. Надо порыться, вдруг какой артефакт есть? И вообще, за угол бы отойти, пока не началось.

Тея сбросила броню – она быстро, и вообще на ней хорошая форма, так-то не голая – и уже наладилась брести по песку наружу, но Гора тормознул.

– Куда собралась?

– За угол надо. Рассказать, зачем?

– Ладно, иди. Десять минут, и далеко не уходи.

– Понял, – и побрела.

Далеко не пошла, нахрена? Командир человек приличный, за ней не потащится, не такое это зрелище, чтоб ради него ходить. Присела за недалёким углом, и ладно. Потом протёрла салфеткой всё, что отпотело за день, сбросила куртку совсем. Если что – наденет. Встала. И оглянулась.

И у неё дух захватило от окружающей красоты.

Заходящее солнце подсветило полузасыпанные песком древние стены, и оказалось, что они окопались на территории чего-то вроде имперского храма – как их рисуют в учебниках истории и как Тея видела сама в окрестностях Ниаллы, неподалёку от Монте-Реале, в центре Вечного города, на восточных островах Срединного моря. Она с детства обожала читать о могущественной Империи, раскинувшейся по берегам Срединного моря, о единственном за всю человеческую историю государстве, для которого Срединное море было внутренним. И очень любила бывать в таких вот местах – бродить, трогать руками резные колонны, со следами выветривания, но – живые и настоящие. В закатном солнце они казались золотыми. В какой-то миг Тее даже показалось, что сверху на колоннах – крыша, а в центре помещения – статуя в золотом шлеме. Она засмотрелась, шагнула, не глядя, запнулась о камень и полетела в песок. И с размаху напоролась левой ладонью на что-то металлическое и острое.

– Чтоб вам всем здесь жилось легко и весело, и чтоб ещё туда, туда, и вон туда, и с разбегу, и под сраку, и передом, и вообще! – громко сообщила Тея.

Схватилась за ближнюю колонну, попыталась встать, не вышло. Тогда, не поднимаясь, стряхнула песок с руки, достала дезинфицирующую салфетку и принялась вытирать кровь и чистить рану. Больно, блин, а что делать?

– Вашу ж мать, и отца вашего, и бабушку, и тётку! А мне-то показалось, что такое замечательное место, и я, блин, даже подумала, что раз тут так классно, то и воевать-то тут не надо, и честно, если б на нас не напали, то я б ещё раньше всё тут рассмотрела и подумала!

– Саваж, – раздалось почти над ухом. – Ты даже до ветра не можешь отойти, чтоб не вляпаться?

– Угу, – ответила Тея. – Хер ли ржавое железо в песок закапывать, вот скажи? Можно подумать, тут без него никак! Храм клёвый, между прочим, и чтоб провалиться тому уроду, который устроил тут долбаную свалку долбаного ржавого мусора!

– Саваж, ты вообще умеешь говорить по-человечески? Или только матом?

– А что такого? – не врубилась Тея.

– Ну красивая ж девка, – сморщился Гора. – А как рот откроешь, так хоть беги от тебя.

О да, и девку приплёл. Тея даже не обиделась. Почти. Она, мать его, не девка, она капитан Легиона!

– Беги, – она позволила себе усмешку. – Ну, девка. Так-то могу и платье надеть, и каблуки. У меня есть. Правда, дома, потому что здесь вся эта распрекрасная бутафория была бы несколько неуместной. Ну, мне так кажется. Поэтому – ты мне командир, конечно, и я тебя уважаю, но в плане девки – извини и иди… Сам реши, куда, короче.

– Дева говорит так же смертоносно, как колдует, – раздалось вдруг сбоку.

Тея заворотила голову на голос – ничего другого она сейчас сделать всё равно бы не смогла – и увидела мужика. Очень глючного мужика, если честно. Потому что он был одет, как с картинки из учебника истории – в белоснежную хламиду, как-то такие назывались, когда огромный кусок ткани оборачивают вокруг тела, не сшивая. О, тога. На ногах сандалии, на голове венок из листиков. А ещё он был полупрозрачный, как некромант в тенях. Охренеть глюки, подумала Тея.

– Доброго тебе вечера, Хранитель, – Гора тоже увидел мужика и вежливо наклонил голову.

### 5. Храм


Магические и физические силы на исходе, а конца-края не предвидится. Как-то многовато сегодня всего, ещё и буря вот-вот дойдёт сюда, и Саваж опять что-то вытворила, думал Рик, пока шёл туда, откуда доносился звонкий забористый мат. Тьфу. Бедовая девка.

Нет, понятно, что аленькие цветочки не пойдут служить в Легион. И домашние девочки – тоже. Но тьфу же. Она же… она же красивая, эта Саваж, вдруг неожиданно для себя подумал он. Она сильна, как нормальный боевой маг. Она грациозна, как пустынная кошка. Она изобретательна, как хороший командир. А в лучах заходящего солнца её выпавшие из куцего хвостика на затылке волосы пушатся, а ресницы золотятся.

Так, стоп. Лишнее это, лишнее. Она – под твоим началом, и вообще сестра генерала Саважа. И ещё дурная девка. Потому что никогда нельзя знать, что вытворит.

Вот и сейчас – куда-то вляпалась, что-то вытворила и вызвала Хранителя. Вряд ли он сам пришёл посмотреть, чего ради они заявились в храм.

О Хранителях Рик до того момента только слышал. Вроде бы рассказывали, в таких вот древних имперских храмах водятся сущности их бывших жрецов. Потому что силы, которым таким образом поклонялись, никуда не делись – а куда денется природа?

История говорила, что люди, уважающие эти самые древние силы, получали от них профит даже и в реальные, не легендарные времена. Скажем, на чём держалось долгие века могущество Фаро? На поклонении Великому Солнцу, а это самая что ни на есть мощная природная сила. На чём жили Старшие, те, что владели этим миром задолго до людей? На поклонении силам природы. На чём, в конце концов, основаны магические способности? На том, что кто-то слышит эту самую природу лучше других и может с ней взаимодействовать.

И сейчас в невероятной красоте – закатные лучи, золотой песок, храмовые колонны – в куче песка сидела та самая Саваж, а напротив неё возвышался тот самый Хранитель. И ни одного тела из тех, что они с Саваж положили, поблизости нет – куда делись только?

– Приветствую тебя, Хранитель, – Рик вежливо наклонил голову – ничего лучше он придумать не смог.

– И тебе привет, – кивнула сущность. – Ты тоже, как и прекрасная дева, сожалеешь о пролитой в храме крови?

– Моя бы воля – вообще бы крови не проливал, только пугал, – усмехнулся Рик. – Но понимаешь, тут как – или ты, или тебя.

– Понимаю, – кивнул Хранитель. – И что же вы оба собрались здесь делать?

– Мы просим дозволения остаться в этих стенах до конца бури. Или до утра. До того момента, когда за нами прилетят с базы, – сказал Рик.

– А если я не дам такого дозволения? – усмехнулся призрак.

– Твоя воля, – пожал плечами Рик. – Тогда и будем думать. Саваж придумает, что делать, она не только ругаться талантливая, – усмехнулся, глянув на дёрнувшийся в его сторону затылок.

– Эй, ты чего? – она попыталась встать, но плюхнулась обратно в песок.

– Ничего, – ответил Рик. – Уважаемый Хранитель желает получить от нас какие-то гарантии, а я ума не приложу, что мы можем дать ему.

– Дева уже дала – свою кровь, – ответил Хранитель. – Благодаря чему я и смог предстать перед вами. И проявила похвальную мудрость. В подобных местах и впрямь не след воевать. И те, кто напал на вас, ответят. Ответили при жизни, ответят после смерти.

– Вот и чудненько, – влезла Саваж. – А мы тут поспим пока, хорошо?

– Бури не миновать, её вызвали ваши действия – ваши и ваших врагов. Но вас не унесёт – если не будете выходить за стены храма.

– Благодарю тебя, Хранитель, – и вновь Рик вежливо кивнул.

– И тебе добрый путь, – ответил тот.

– Спасибо, – серьёзно сказала Саваж. – Это будет очень хорошо, если нас не выдует отсюда к чертям. Лёгкой дороги вам и доброй охоты.

Хранитель направился туда, где, вероятно, раньше был выход из храма, и с той стороны напоследок донеслось:

– Не выходите за стены, не испытывайте судьбу…

– Так, Саваж. Подъём, и быстро в укрытие. Сказали не испытывать судьбу, так и не нужно этого делать, – сказал Рик, взял её за руку и поднял на ноги.

Она подхватила куртку и поковыляла за ним к сложенным кучей вещам.

Ночь упала вся разом – вот ещё золотились отсветы на стенах, а потом ты отвлёкся на осмотр периметра укрытия – и стало темно. И ни черта не видно.

– Саваж, не спи. Помогай, – сказал Рик успевшей задремать на ящике напарнице.

– Что? – встрепенулась она. – А, да, точно. Прости. Готова, – поднялась, надела свою легионерскую куртку и принялась растирать ладони.

То, как она это делала, подсказало Рику, что её силы на исходе.

– Ты вообще можешь?

– Должна, – отрывисто ответила она, даже не сказала – выдохнула.

Напряглась, растопырила пальцы, что-то поймала – не то у себя внутри, не то ещё в каком межзвёздном пространстве. И принялась ткать защитную стену – тонкую и неуверенную.

Рик присоединился – и подумал, что тоже, мягко говоря, не в лучшей форме. Но – что есть.

В итоге они вдвоём смогли хоть как-то оградить очень маленький кусок укрытия – коробки с медикаментами да угол, в котором можно если не прилечь, то хотя бы присесть. Только и оставалось надеяться, что на несколько часов этого хватит. И присели – да что там, повалились на песок ровно в тот момент, когда налетевший сверху ветер как пологом задёрнул необыкновенно звёздное небо и завыл где-то там, в вышине. Рик засветил магический шар – еле-еле, больше не выходило.

– Началось, – прошептала Саваж.

Ветер снова завыл и принялся поднимать песок к небу и швырять обратно.

– Вовремя успели, – проговорил Рик. – Ладно, теперь только ждать. Еда, вода?

У него в рюкзаке должен был быть нетронутый паёк на день, и вода, ещё целая одна бутылка, а как у неё – он не представлял.

– Всё есть. Днём-то не до того было.

Она потянулась к своему рюкзаку и начала его потрошить. Одной рукой. Второй только кончиками пальцев придерживала, и было ей, очевидно, неудобно. До Рика дошло не сразу, а как дошло, так он взял её руку, не спрашивая, и развернул ладонью к себе. В слабом свете был неплохо виден порез – подсохший, но глубокий. Он собрал остатки сил, сжал края и стянул, остановив набухшие было капли крови. Подержал ладонь в своих, приметил аккуратные коротко остриженные ногти, тонкие сильные пальцы – очевидно, очень умелые. Поймал себя на том, что безотчётно легонько поглаживал её ладонь.

– Спасибо, – проговорила она тихо. – Так сильно проще, правда. Но я бы дотерпела… Докуда-нибудь.

– Лучше быть обоеруким в нашем положении, – буркнул Рик и выпустил её ладонь.

Саваж продолжила изыскания в рюкзаке. На свет появилась винтовка – молодец, девочка, во всеоружии – потом какая-то серебристая сумка, в таких женщины таскают миллион непонятных вещей, без которых они жить не могут, потом какая-то ткань в клетку, а потом уже из этой ткани она достала пакет с едой и бутылку с водой. Тоже одну, вторая, очевидно, закончилась в течение дня.

Ели молча, пили немного – кто знает, сколько здесь ещё сидеть, буря может продолжаться и сутки, и двое. Потом она принялась убирать вещи обратно в рюкзак, но клетчатую ткань оставила.

– Что это ещё? – изумился он, глядя, как она разворачивает эту штуку.

Разворачивает, разворачивает… развернула.

– Плед. Подарили. Даже не мне, а Жанно, но два, и он один мне отдал. Очень лёгкий и компактный, но мягкий и тёплый. Песок же к утру остынет, а на этой штуке будет нормально. А накрыться можно куртками. И верить, что настанет утро, и нас заберут. А если не заберут – то я свистну Жанно, вдруг у него есть свободный портал?

Рик не сразу сообразил, что Жанно – это генерал Саваж. Где ж ты раньше была, красавица, со своими родственными связями и порталами? Рик не любил обращаться за помощью, но тут бы рискнул. Потому что ладно он, а ещё она и чёртов груз.

Саваж принялась стелить эту свою штуку.

– Подвинься, да?

Требование показалось ему справедливым, и он привстал. Еда придала немного сил, можно было нормально сесть хоть бы и на песок, дышать полной грудью и пытаться разглядеть что-нибудь в воющей и швыряющей пригоршни песка на их защитный барьер тьме. Саваж тоже хотела что-то разглядеть и засветила шарик помощнее, видимо – тоже оживает… и тут же по ушам резанул истошный визг.

Тело среагировало быстрее языка – он мгновенно встрепенулся, сгрёб её в охапку и задвинул за спину.

– Что там?

– Не знаю… шевелится… – проговорила она.

Рик глянул – пяток скорпионов. В темноте приползли и расположились между ящиками с грузом. Шуганул их искрами – мигом убрались куда-то.

– Ты когда последний раз в пустыне ночевала?

– Никогда, – выдохнула она. – Чтоб вот так, просто, даже без палатки.

– Понятно. Они ночные звери, днём прячутся от солнца, а ночью выбираются поесть. От твоего света зашевелились, как я думаю.

– А что, защита им по боку?

– Наверное, они просто оказались внутри периметра, когда мы её ставили.

Рик проверил ещё раз – уползли.

– Всё, нету. Не зажигай яркого света – не увидишь ничего неприятного.

– А там что, ещё есть? – спросила она таким голосом, что он даже обернулся и посмотрел.

На еле видном лице – одни глаза, и так не маленькие, а теперь и вовсе огромные. И приоткрытые губы. Неужели боится? Она ж вообще без страха? Вот ведь, досталась девка в напарники, думал он, обнимая её и прижимая к себе.

Впрочем, она не возражала совершенно – вздохнула и обхватила его руками. И задрала голову. И это ли было всему виной, или что другое, но он как раз чуть наклонился – и губы их встретились, абсолютно случайно.

Сверху грохнуло, не меньше огромного кузова песка просыпалось на укрытие сверху, но защита выстояла. Она ещё сильнее прижалась к нему… и оба опустились на её плед.

– Мы живы и мы в безопасности, – прошептал он, прежде чем снова поцеловать её.


* * *


Тея устала.

Нет, не так. Тея очень устала, невероятно устала. Кураж боя выветрился, и даже кураж от встречи с Хранителем выветрился тоже. Хотя сначала, как он только появился, Тею нехило вставило – просто потому, что ничего подобного она сегодня встретить не ожидала. И никого. Конечно, она знала о Хранителях – папа рассказывал – и даже общалась с одним, но тот был свой, папой и его студентами давно прикормленный. А этот дикий. Но дивная сущность пообещала им укрытие, и это было главное – здесь и сейчас. Хотелось просто выкопать норку в песке и отключиться в ней от реальности часов на двадцать. Но – авотхрен.

Нет, Гора прав, конечно. Нужно нормальное укрытие, а то норка в песке сама создастся и примет форму её тела, и чёрта с два её потом откопают, так и сгинет. А оно ей надо? Не надо, поэтому – подъём, Тейка, соберись, тряпка, и работать.

Они с Горой выстроили на остатках сил какое-никакое укрытие, и Тея сто раз себя отматерила, что не цапнула никакого артефакта – ни аккумулятора силы, ни защиты, ничего. На войну она пошла, смеяться некуда. Винтовку взяла, антисептические салфетки и ватные диски. И пожрать. И носовой платок. Наверное.

Это в Легионе всегда у кого-нибудь рядом есть нужный и полезный артефакт. А тут… все привыкли рассчитывать только на себя. И она заразилась от здешних, не иначе. Нужно исправляться, короче, а то Жанно потом обратно не возьмёт. И слушать не станет про другие порядки. И придётся ей в этой пустыне сидеть до скончания века…

Ветер завыл ровно, когда они закончили – и просто повалились на песок, потому что ноги не держали. А дальше Тее показывали, что такое буря в пустыне.

Она видела тропические ливни, видела шторма, видела ураганы. А вот так в пустыне встряла в первый раз в жизни. И рука ещё болела – как же ей не болеть-то, после того как напоролась на ту неведомую хрень?

С одной рукой Тея была капец как неповоротлива, и Гора заметил. Поворчал, взял её ладонь и затянул. Молодец. Она тоже так умеет, но – если не себе. А себе – никак. Ни боль снять, ни кровь остановить нормально, ни порез срастить. Ну что ж, нет в мире совершенства.

Поели, потом она достала плед, когда-то стащенный у Жанно – у него всё равно ещё один остался, постелила его – всё удобнее, чем просто на песке. А потом ей стало темно, и она решила посветить поярче – как же, сил-то прибыло чутка, поели ведь. И Тея увидела, с кем им придётся делить их чудесный закуток…

Походу, она с далёкого детства так не визжала. Потому что ни черта не поняла – кто это, зачем оно тут и почему шевелится. И как скоро её сожрёт. И чем его бить. И что вообще теперь как.

И была молниеносно задвинута Горой себе за спину, он посмотрел… и успокоил.

Отбой, сейчас жрать не будут. Всё хорошо. Так, милые особенности места, где ночь застала.

До неё ещё не вполне дошло, что отбой, а он уже держал её и прижимал к себе. И как здорово-то было – прижаться к нему, к такому клёвому, невероятно сильному, жаркому и всё-всё на свете могущему. Даже прогнать из угла их укрытия каких-то местных хвостатых тварей! И можно вздохнуть радостно, и глянуть на него… блин, даже если просто обняться и спать, это будет сейчас очень хорошо.

Но случилось невероятное, и он поцеловал её – сам, вот прямо сам, ну ничего ж себе, как бывает, Тейка, лови удачу, хватай и держи! Целуй в ответ, падай на плед вместе с ним, пробегись пальцами по спине, подёргай за футболку осторожно – а вдруг под неё можно засунуть руки? А вдруг она вообще снимается? Тея как-то случайно видела – кубики спереди у Горы самые те, что надо! Потрогать? Погладить? Обрисовать кончиком пальца?

Поднять руки, обхватить его голову, запустить пальцы в короткие волосы, и – целовать-целовать-целовать, везде, куда только можно дотянуться. Потому что… они живы, они в безопасности, они вместе. Они победили сегодня всех врагов. И завтра победят. Наверное. Когда их найдут ребята с базы. Но это завтра, а пока – вот он, и какой же он невероятный!

Его футболка улетела куда-то к хвостатым тварям, вот удивились-то, наверное. Хорошо бы они не питались пропотевшими футболками боевых магов, потому что её чёрная улетела туда же. Но – сюрприз! – на ней ещё топ, который вместо лифчика, плотный и упругий, держит клёво, но просто так хрен снимешь. Сам не свалится, можно даже и не рассчитывать, это не какая-нибудь кружевная невесомая фиговина, которая для красоты и на одном крючке, это нужно брать и тащить. Тея ухватилась за край и потащила, и он ведь помог, правда, потом отвлёкся – ну да, грудь у неё не макси-размера, но по форме очень даже ничего. Мужчины не жаловались. А вот хвост он ей зря растрепал, волосы капец грязные, после шлема, после песка и ещё хрен знает чего. Или ему всё равно? Или случайно так вышло?

А ему, кажется, было всё равно. Да и ей уже тоже. Обхватить его руками, и ногами тоже, обвиться, обмякнуть в его руках, пойти навстречу, позволить уложить, как ему хочется, и самой – не отрываться, не отрываться, не отрываться.

Гора, ты великолепен. Ты знал об этом? Наверное, знал, потому что… потому что такой незыблемый и уверенный. И это хорошо.

Тея пробудилась в тишине и тесноте. Вспомнила, на каком она свете, сообразила, что теснота – это руки Горы, которые держат её крепко и не дают даже пошевелиться. Ну и ладно. Потому что снаружи так-то прохладненько, и если снизу у них её отличный плед, то сверху – пара форменных курток, и всё. Тёплое тело рядом в таких условиях очень уместно.

Снаружи серело – наверное, уже рассвет. Эх, ведь на рассвете храм будет таким же красивым, как и на закате, но наружу она сейчас не пойдёт. Ей и тут хорошо.

Тёплое тело, однако, зашевелилось, и почти не открывая глаз, командным тоном пробормотало: