И такое в жизни случается…
Юрий и Аркадий Видинеевы

© Юрий и Аркадий Видинеевы, 2023

ISBN 978-5-0059-5163-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оракул

Первый день в доме отдыха прошёл, как в волшебной сказке: ни забот, ни тревог, ни вязкой рутины обыденности. Всё радовало глаз, ласкало сердце, настраивало на благодушие, на готовность обнимать весь мир, целовать цветы в широких клумбах, декоративный кустарник, липовые аллеи и плывущие в небесной сини облака. Ознакомительная экскурсия по городу запомнилась Илоне не столько местными достопримечательностями, сколько трогательным вниманием мужской части её попутчиков. Особенно преуспевал в этом весёлый красавчик и балагур Николай. Он просто обнимал и расцеловывал Илону лучами своих колдовских ярко-синих глаз, заставляя её всякий раз заливаться румянцем смущения.

Ночью Илоне снились разноцветные развесёлые сны, а под утро…

Илона проснулась в смятении. В последнем сне она увидела своего домашнего любимца мопса Цезаря. Он приковал её не свойственным ему по-человечески мудрым, по-царски требовательным взглядом и произнёс по-собачьи урчащим голосом:

«Не садись этим днём в экскурсионный автобус».

…И Илона повиновалась мопсу.

К вечеру стало известно, что их экскурсионный автобус попал в ужасное ДТП, в котором погибли все.

Отдых был испорчен. Илона почувствовала облегчение от гнетущего потрясения свалившегося на неё из-за трагическое гибели людей в экскурсионном автобусе, только вернувшись домой. Общение с домашним любимцем постепенно отогрело её душу, а вскоре она получила приглашение на работу в очень престижной фирме. Как быть? Илону вполне устраивает теперешняя работа. Она привыкла и прикипела душой к своему рабочему месту, к их дружному коллективу, и вдруг бросить всё это? Но на новом месте оклад вдвое выше, а статус еще выше, чем оклад. И всё-таки боязно уходить из обжитости в неизвестность: как-то там всё сложится на новом месте? Ведь не зря говорится, что от добра добра не ищут. Ответ Илона должна дать завтра, а ответа ни в душе, ни в уме у неё нет, и чем ближе время дачи ответа, тем больше смятения в сердце.

Уснула Илона тревожным сном. Сны были сумбурными, бестолковыми. А под утро…

Илона проснулась в большом волнении, будто перед прыжком через пропасть. В последнем сне она увидела своего домашнего любимца мопса Цезаря. Он приковал её не свойственным ему по-человечески мудрым, по-царски требовательным взглядом и произнёс по-собачьи урчащим голосом:

«Переходи на новую работу. Там тебя ждёт твоя судьба».

Какое странное и непонятное пророчество…

…Илона вспомнила, как в доме отдыха подобный сон спас ей жизнь и опять повиновалась мопсу Цезарю.

«Будь, что будет!»

Судьба оказалась милостивой к Илоне: коллектив принял её радушно, хотя обычно женская часть коллектива долго сопротивляется принятию в свою среду новой самочки. Такова женская подсознательность, руководящая внешними проявлениями и внутренними переживаниями. Что касается мужской части коллектива, то Илона пришлась им по вкусу: милашка-обаяшка с весёлым нравом весьма располагает к тому, чтобы сразу «полюбить её глазами» в духе мужской подсознательности.

Через год одна из новых коллег шепнула Илоне:

– Не тормози, подруга, лови удачу за хвост!

– Ты о чём, Тамара?

– Как о чём? Да ты посмотри на шефа: симпатяга, холостяк – жених, каких поискать!

– А я здесь причём?

– Да ты что, слепая? Не замечаешь, как он на тебя смотрит?

– Обыкновенно смотрит…

– А как он смотрит тебе вслед… Каждая из нас того хотела бы. Ты ведь знаешь сама, какая у тебя аппетитная попка. Это больше всего мужиков с ума сводит.

– Глупости, – вспыхнула Илона, залившись стыдливым румянцем.

Ночью Илоне не спалось. Нашёптывание всевидящей Тамары не шло у неё из головы.

«Глупости! Глупости всё это!!»

На этот раз Илоне снились тревожные, но не запоминающиеся сны, а под утро…

Илона проснулась в состоянии такой сладковатой жути, с какой неискушённые девушки встречают первую брачную ночь. В последнем сне она увидела своего домашнего любимца мопса Цезаря. Он приковал её не свойственным ему по-человечески мудрым, по-царски требовательным взглядом и произнёс по-собачьи урчащим голосом:

«Соглашайся на всё, что предложит тебе твой шеф».

«Что же он может мне предложить? Подать заявление об увольнении по собственному желанию? Я что, не справляюсь со своими обязанностями? А что, если это чьи-то интриганские происки? Если так, то я ни слова не скажу в свою защиту! Молча соглашусь с его предложением».

День Илоны внешне прошёл, как обычно, но внутренне…

…Её не покидала тревога: вот сейчас её вызовут к шефу и прощай родной коллектив, родное рабочее место…

«Пусть будет, что будет! Всё равно от судьбы не уйдёшь…»

На работе Илона замешкалась дольше всех. Сказалось напряжённое ожидание незаслуженной дисциплинарной расправы (Ох, уж эти женские предположения, воспринимаемые ими самими, как нечто неоспоримое!).

– А Вы всё в работе, в работе, – услышала вдруг Илона у себя за спиной голос шефа.

– Ну, конечно, после работы задерживается только тот, кто не вовремя с ней справляется, – обречённо подумала Илона.

– Скажите, я могу пригласить вас на чашечку кофе? – спросил шеф.

«Соглашайся на всё, что предложит тебе твой шеф», – вспомнила Илона слова Цезаря из своего ночного сна и… согласилась.

«Кофе» оказалось шикарным: изысканные вина и закуски…

– Это кофе?

– Кофе будет в конце этого скромного застолья. Мне ведь надо кое о чём с Вами поговорить. Поэтому кофе пусть подождёт.

– Второй бокал вина?! Да я же опьянею!! – испуганно подумала Илона.

«Соглашайся на всё, что предложит тебе твой шеф», – вновь вспомнила Илона слова мопса Цезаря из своего ночного сна.

И уже, когда щёчки Илоны порозовели от выпитого спиртного, и она слегка «поплыла», над её головкой сверкнула ослепительной вспышкой молния и громовыми раскатами прозвучали тихие слова:

– Илона, выходите за меня замуж.

«Соглашайся на всё, что предложит тебе твой шеф», – вспомнила Илона слова Цезаря из своего ночного сна… и повиновалась его словам.

Она заглянула в своё сердечко, в те его закоулки, в которые боялась раньше заглянуть, и поняла, что она давно уже по уши влюблена в этого человека.

Великое наваждение

Кто владеет информацией, тот владеет миром.

Натан Ротшильд

Тридцать дней и ночей ближний космос содрогался от взрывов, полыхал огнём, пронзался лучами видимых и невидимых потоков направленной энергии. Это пришельцы из бесконечно далёких миров сражались между собою за право контролировать Землю.

Победители в той страшной битве явились к землянам с миром. Это они ценой огромных потерь, проявив чудеса невероятной стойкости и героизма разгромили многомиллионную армию тех, которые намеревались поработить землян, завладеть и людскими, и материальными ресурсами Земли, установить повсеместно свои жестокие бесчеловечные порядки.

Победители призвали всех землян сплотиться и приступить к построению на Земле Системы Всеобщего Благоденствия.

Перед тем, как покинуть Землю, Победители поручили руководство построением Системы Всеобщего Благоденствия своему Избраннику.

Так ли всё это было?

Было ли это всё вообще, или это только наваждение, наведённое с использованием технологий создания виртуальной реальности, неотличимой от реальности истинной?

Об этом не задумывался никто, ибо «массовое сознание», исходящее от вдолбленного в головы людей «массового бессознательного», не допускало подобных мыслей, подобной хулы и крамолы.

Глава 1. Крошка сын к отцу пришёл…

Давно подмечено всеми, что дети, едва ли не с самого рождения, наделены способностями пользоваться самыми передовыми, опережающими своё время гаджетами так, как если бы они были знакомы с ними в своей предшествующей жизни среди чудес гораздо более продвинутой цивилизации.

Пятилетний малыш, прозванный в своей семье «Крошкой», пришёл к отцу.

Это стало началом его трагического конца.

Отец не любил, когда Крошка приходил к нему в кабинет. Все кабинетные потребности там обслуживались биороботами, запрограммированными на выполнение самых примитивных задач: охрана, поддержание чистоты, чёткое исполнение разовых приказов или штатных поручений (подача кофе, прохладительных напитков, бутербродов и т. п.).

Отца в кабинете не оказалось, а биороботы привыкли повиноваться Крошке, как и самому хозяину кабинета.

Крошка, чтобы не скучать в ожидании, уселся в отцовское кресло, придвинул его к рабочему столу и пробежал пальцами по клавиатуре суперкомпьютера. Файлы мелькали на голограммах, не привлекая его внимания. Но вот ему попался файл-загадка.

Кто же не любит загадки?! Если и есть такие, то дети не в их числе.

Секретные пароли? Запутанные нити паролей, скатанные в туго спрессованные клубки, переплетенные гордиевыми узлами? Что может быть увлекательнее для ребёнка, умеющего взламывать пароли любой степени сложности?!

Шаг за шагом Крошка взламывал всё новые и новые преграды на пути к содержимому файла. На пике игрового азарта Крошка, с беззвучным «Гип-гип урааа!!!», как во вражеский окоп, вломился в секретный файл. Бегло пробежав глазами первые его страницы, Крошка почувствовал, как пол под ним закачался, утратил плотность, а сам он сорвался в ледяную пустоту, в падение, которому нет и не может быть конца.

«Не может такого быть! Это слишком чудовищно для того, чтобы быть правдой!! Его отец – кумир всех землян, Избранник Победителей, организатор и душа построения Системы Всеобщего Благоденствия, – подлый мошенник, виртуозный фэйкомёт, ненасытный монстр, питающийся потом и кровью одураченных им людей?!!»

Крошка, не помня себя, вышел на улицу. Он брёл, не чувствуя своего тела, с опустошённым сознанием, с выгоревшей душой. Ноги сами привели его ко Дворцу Информации. Вот он, инструмент влияния и одурачивания! Сеть таких Дворцов, подобно паутине опутала всю Землю, улавливая умы и души населения планеты. Ораторы, сменяя друг друга, соревновались в умении воспевать заслуги Избранника перед всеми народами Земли:

– Да, дорогие друзья! Пока нам трудно. Нашему поколению выпало терпеть лишения и нужду, холод и голод. Мы работаем в поте лица, не жалея ни сил, ни времени, ради скорейшего построения Системы Всеобщего Благоденствия, в которой будут жить наши потомки!

– Наш мудрый вождь, Избранник Победителей, уверенно ведёт нас этим трудным тернистым путём сквозь нищету и неустроенность к неисчерпаемому изобилию, к комфорту и благоденствию!

Все эти речи транслировались по всем телевизионным каналам, становились темами для обязательных обсуждений в каждом трудовом коллективе и по местам проживания неработающих граждан.

Глава 2. …И спросила кроха…

«Как всё просто! Умело выстроенные информационные потоки, хорошо налаженные механизмы внедрения нужной информации в сознание каждого – и информация становится инструментом владения всем миром».

Кроха приходит к отцу. У Крохи много вопросов. Он задаёт их отцу, и тот понимает насколько опасны такие вопросы для сохранения им своей тайны, сокрытой от посторонних умов запутанными нитями паролей, скатанных в туго спрессованные клубки и переплетенных гордиевыми узлами.

Его Кроха – это угроза краха для его власти.

«Мой сын сам выпросил себе смерть…»

Кроху похоронили тихо, без траура.

Он сам выпросил себе смерть.

И такое в жизни случается…

Добро пожаловать в реальный мир. Где с хорошими людьми необязательно происходит только хорошее.

С. Дж. Бокс «Сезон охоты»

Она оказалась в роли Золушки, попавшей в очень жалобную сказку со счастливым концом.

Сказка начиналась с потрясения, подобного воздействию внезапного и всесокрушающего стихийного бедствия. Разве может справиться с такой бедой наивная девушка из провинции? Потрясению предшествовала надежда на хорошее будущее на новом месте.

Тоська давно мечтала вырваться из трясины затхлого болота Богом забытого села, где нет островков для счастья, а есть лишь ненадёжные кочки среди гибельной топи. Все её школьные подруги с первых шагов своей взрослой жизни повыходили замуж за местных «королей танцплощадки». Эти «короли», сбиваясь в стаю, третировали всех, кто не с ними, кто не признавал их кичливого и наглого верховенства. Девчата таяли перед их показной удалью, надеялись быть за ними, «как за каменной стеной», но становились жертвами их тупого дремучего деспотизма. Они рожали им таких же «удальцов», как и их отцы – будущих лодырей и пьяниц, нещадно избивающих своих нелюбимых жён и детей. В редкие минуты трезвости эти бывшие «короли» впадали в клиническую алкогольную слезливость, ползали перед домочадцами на коленях, выпрашивая прощение, клялись «взяться за ум». Но при отсутствии ума, взяться им было не за что, и они снова уходили в запой, в свою пьяную одурь, в кулачные расправы над жёнами и детьми. Их жёны – бывшие умницы, веселушки – сникали, блекли, глупели от такого замужества. Их прежняя задиристая независимость перерождалась в трусливую овечью покорность. Мужья – хуже горькой редьки, да других уже и не будет: кто примет их с таким «приданным» как дети, несущие в себе дурные гены их порочных отцов?