# Сказки на песке and cowboy

Алёна Шиманская

Можно! Выходить из сказочных сценариев, прочитанных в книжках. Можно! Строить свою личную историю в детской песочнице, а потом воплощать её в жизнь.

Пролог


Между прошлым и грядущим

В настоящем, в глубь влекущем,

В отъезжающем вагоне

Двое встретились с собою.


Как в зеркальном отраженье

Слов и мыслей совпаденье,

Продолжение движений,

Недостатков искаженье.


Меж незримыми краями

Закрывающейся дали

Эти двое проскользнули,

Зацепившись лишь глазами.


И в безвременье попали,

Где часы остановились,

И границы потеряли,

И друг в друге растворились.


И в божественном слиянье

Будто вновь переродились,

И в зеркальном отраженье

Лики их переменились …


За полгода до встречи


И надо же было мне уродиться такой упрямой, чтобы двадцать лет потратить на попытки слепить из «того, что было» то, «чего на белом свете вообще не может быть»! И ведь упорно это делала, основываясь на образе Мужчины, из героев детских сказок составленном. И сколько же крови мужу попортила в борьбе за свой идеал!

Только попав под его тяжелую руку, полностью осознала свое поражение и ушла из дома, забрав с собой лишь рабочий инструмент – ящик для песка и коробки с миниатюрными фигурками. Сидя на кухне у подруги и замазывая синяк под глазом тональным кремом, пыталась шутить сквозь слезы: – Наверное, грим изобрела Ева, наказанная после изгнания из Рая. Извечный вопрос – кто виноват, волновал мало, а вот что теперь делать – стучал дятлом в голове.

Ведь с детства, привыкнув заботиться о других, о себе я как-то мало беспокоилась. Только оставшись наедине с собой, буквально под открытым небом, поняла, что у меня есть не только Душа, конечно же, прекрасная и возвышенная, но и Тело, которое нуждается в заботе, и, как минимум, в теплом ночлеге и пище. Хорошо, что у меня есть подруги, и двери их домов открыты для меня. Наплакавшись вдоволь, я провалилась в странный сон …


Душа обрадовалась, что все так неудачно сложилось для Тела, и собралась отправиться на небеса, в свой дом, где уже жили души любимых ею людей, но Тело, никогда ранее не сопротивлявшееся, вдруг запротестовало.

– Я хочу еще пожить!

– Зачем? – удивилась Душа.

– У меня еще есть здесь дела.

– Интересно, какие? Единственное свое дело на этой земле – продолжение рода, ты уже выполнила. Отпусти меня на свободу, мне надоело сидеть у тебя внутри. Ты все время заставляешь меня страдать. Посмотри на себя в зеркало, на кого ты похожа?

Тело увидело свое отражение и ужаснулось: бледная кожа, седые волосы, темные круги под когда-то красивыми глазами, согнутая спина.

– А как ты двигаешься?– продолжала ее отчитывать Душа. Ты носишься, как сумасшедшая, а ведь могла бы танцевать и получать от этого удовольствие.

– Да,– согласилось Тело.– Ведь в детстве я очень любила танцевать.

– А кто тебе мешает начать снова?

– Ну, может быть, сначала нужно найти партнера, – придумало отговорку Тело.

– Нет, для начала надо просто иметь ноги, а они у тебя есть.

– Ты права, – засмеялось Тело и, выпрямив спину, сделало тур вальса, слившись в едином движении с зазвучавшей внутри музыкой.

– Теперь руки – назидательно продолжала Душа. – Что ты ими делаешь?

Тело с удивлением разглядывало свои руки с неухоженными ногтями.

– Мою, стираю, готовлю.

– Да, сказку «Золушка» я читала, первая часть про тебя, – иронично заметила Душа, – наши руки не для скуки! А что ты любила ими делать раньше?

– Ласкать детей, гладить кошку, поливать цветы, играть на пианино. А еще, – Тело заплакало – я любила обнимать своего мужа, но, похоже, ему это не очень нравилось.

– Интересно, а кто тебе мешает найти мужчину, который с удовольствием будет обнимать тебя?

– Никто, – снова заплакало Тело, – просто мне кажется, никто не захочет меня обнимать. И вообще! Ведь за объятиями следуют другие отношения.

– Господи! – воскликнула Душа, – ты еще скажи, что после поцелуя случится землетрясение или тебя потащат в ЗАГС.

– Меня уже туда водили, – содрогнулось Тело.

– Но послушай, – стала ее успокаивать Душа, – ты уже большая девочка, и понимаешь, что без твоей воли ничего не сделается.

– А вдруг, – тихо пролепетало Тело, – мне с мужчиной будет очень хорошо, а ему нет.

– Не волнуйся, – твердо сказала Душа, – не понравится одному, зато понравится другому. И вообще, чтобы узнать хорошо тебе или плохо, это надо делать.

– Ну, а вдруг, – еще тише сказало Тело, – я полюблю кого-нибудь, а меня – нет?

– А ты люби всех, и кто-нибудь обязательно ответит взаимностью. Хотя в первую очередь ты должна научиться любить и ценить себя. И знаешь,– таинственно прошептала Душа, – прежде чем встречаются тела, встречаются их души.

Эту фразу она прочитала в какой-то умной книжке. Любила она читать разную эзотерическую литературу и выискивать там созвучные ей фразы.

– Но что обо мне подумают окружающие? – засомневалось Тело.

– Ты ведь собралась жить, – язвительно сказала Душа, – а если ты будешь думать об общественном мнении, то лучше умри прямо сейчас.

– Послушай, – испугалось Тело, – но ведь тогда мне придется измениться, стать другой.

– Изменение, – наставительно сказала Душа, – это смена старого на новое, плохого на хорошее, поиск лучшего. И если ты наконец-то найдешь лучшее для себя, я буду только рада. Ведь мы с тобой одно целое. И потом, – добавила она, – у мужчины тоже есть Душа и мне будет интересно с ней пообщаться.

– А как я узнаю о том, что это именно тот, кто мне нужен? – спросило Тело.

– А ты подходи к зеркалу и смотри в свои глаза. И если они будут светиться, значит, все в порядке.

– А если нет?

– На нет и суда нет – глубокомысленно заявила Душа и вернулась на свое место.

– Подожду еще, – подумала она, – может, что интересное еще случится!?

Я открыла глаза и увидела чужую люстру над головой. И где это я? События прошедшего дня медленно всплывали в памяти. Я подошла к зеркалу и долго изучала себя, как будто впервые видела.


Через полгода полсе


Закончился шестой медовый месяц нашего путешествия по чужим домам: то городским квартирам моих подруг, наполненных детьми и домашними животными; то загородным домам его друзей – без горячей воды и удобствами во дворе, соответственно.

Полгода назад, обремененная тортом, я ехала в гости к заболевшему другу в первый день Нового года. Перевелись на земле русской Ильи Муромцы, остались только Соловьи-разбойники, – грустно размышляла я, вспоминая развод и его последствия. В надежде скоротать долгую поездку на другой конец города, я взяла с собой плеер и слушала целительную музыку Рахманинова, когда в закрывающиеся двери вагона стремительно вошел ОН.

Краем глаза я определила – пижон: шляпа, вычурная трость, потертые джинсы, шейный платок с изображением американского флага. Сейчас сядет рядом – обреченно подумала я. И почему ко мне так тянутся странные мужики? Устроившись справа, мужчина раскрыл рюкзак и достал книгу. Мой плеер заглох – он явно не любил классику, и сквозь шум поезда я неожиданно услышала приятный баритон:

– А как называется ваш торт? Я молча повернула коробку этикеткой к нему.

– Нас-лаж-де-ние, – прочитал он по слогам.

– А я наслаждаюсь путешествиями и люблю знакомиться с людьми. Прожил двадцать лет в США, да и в других странах побывал, книги даже пишу.

Понятно. Не отстанет. Я вежливо перелистала страницы протянутого мне издания. На внутренней стороне обложки была его фотография в ковбойской одежде.

– Я – русский ковбой! – гордо заявил он.

– А я – сказочница, – парировала ему в тон,

– Записываю сказки, которые рассказывают мне люди, да и сама иногда пишу. Приходите ко мне в гости.

Лучшая защита – нападение! Но он, к моему удивлению, согласился и выразился:

– Birds of feather come together!

Выпендривается! Мои школьные познания английского языка были давно в пассиве, но смысл я сразу уловила: рыбак – рыбака видит издалека! Мы обменялись визитками и расстались.

Любопытство моё иногда просто выходит за рамки приличий, и через две недели сама позвонила ему напомнить о встрече. Мой попутчик долго напрягался, пытаясь меня вспомнить (интересно, сколько визиток успел раздать симпатичным девушкам?), а потом, извинившись за забывчивость, предложил встретиться.

Наступил назначенный день. Глядя на свое отражение в зеркале женщины бальзаковского возраста, я твердо решила: никакой косметики и украшений: чтобы не подумал, что собираюсь кокетничать! Оделась в самую мрачную одежду, закрывающую тело от шеи до пяток.

Мобильник заиграл мелодию из «Щелкунчика». Поставила её на телефон в надежде привлечь сказочного принца, хотя запросто мог пожаловать и Мышиный король – никогда не знаешь, как выполнится желание.

В трубке раздался знакомый голос: «Гутен морген! Это я – ковбой. Буду через полчаса. Аривидерчи!». Опоздает. Хорошо, что не на улице встречаемся, а то имею дурацкую привычку приходить на свидания вовремя, тем самым, обрекая себя на ожидание.

Я очень волновалась, и, чтобы отвлечься, взяла тетрадь со своими сказками. Откуда только они приходят ко мне? Чувствуя их приближение, всегда тревожусь. Аж руки трясутся! Как будто накрывает с головой волна из слов, и по слезинке выпускаю их из себя в какой-то строгой очерёдности, порядок которой чувствую интуитивно. Со стороны посмотреть – полное сумасшествие: сидит взрослая тётка на полу, плачет и пишет что-то на бумаге. И так – несколько дней подряд! С появлением компьютера работа облегчилась, но появилась новая тревога: сколько раз этот железный ящик проглатывал текст из-за технического сбоя. Утешала себя только тем, что он лучший редактор на свете и если что-то уничтожает, значит, написано плохо, и надо переделывать. Когда же ставлю точку, испытываю огромное облегчение как после родов и спокойно живу дальше, до новой волны. Но что удивительно: как только случаются в моей жизни какие-то волнующие события, то, перечитывая свои истории, всегда успокаиваюсь. Вот и перед приходом путешественника открыла тетрадь наобум и прочитала название: «Чудо». Это знак! Удобно устроившись на диване, я окунулась в мир сказочных грёз:

Я сижу на берегу моря и мечтаю о чуде. Волны выбрасывают к моим ногам разные вещи, деньги, славу, и пока я думаю, взять их мне или нет, волны подхватывают их и уносят обратно, выбрасывая с новой силой так, что уже и сами не могут до них достать. И вот лежит все это богатство вокруг меня, сияя и переливаясь в солнечном свете, и я понимаю, что все это уже мое.

Но я-то жду Чуда!

И вот что-то новое выносит море на берег. Смотрю на него в растерянности, неужели это и есть то самое чудо, о котором я так долго мечтала? Внимательно разглядываю его, и тысячи вопросов возникают в моей голове. Я медленно подношу к нему руку и чуть дотрагиваюсь. Поверхность у него гладкая, теплая и немного влажная от воды. Я слышу его дыхание. Оно пододвигается и дотрагивается до меня. Начинаю его гладить и чувствую его мягкость и податливость. Я обнимаю его, и оно обнимает меня. И тогда радостно прижимаюсь к нему всем телом – к этому большому, теплому, живому чуду, которое прижимает меня к себе все плотнее, и в какой-то момент я чувствую, что чудо и я – мы одно целое. Моя кожа тоже становится влажной, но от слез.

– Ты – Чудо, – тихо говорит мужской голос.

– А я думала, что Чудо это ты, – удивилась я.

– Чудо – это я! – вдруг слышу внутри себя радостный голос, – И вы меня скоро увидите.

Теперь мы вдвоем сидим на берегу моря и ждем появления нашего Чуда на Свет.

Раздался звонок в дверь. Гость оказался пунктуален!

– Хау-ду-ю ду, барышня? – он стоял на пороге и ослепительно улыбался. Этот пацак говорит на языках, продолжения которых не знает – в голове промелькнула фраза из любимого фильма «Кин-дза-дза». Какое-то совсем не сказочное начало!

– Приличие позволяет опаздывать на пару минут, – отчеканил он, – ведь точность – вежливость королей и обязанность добрых людей. Так итть?

Я растерянно кивнула.

– Пришел сюда пешком из Парголово, где живу в деревянном доме, который отапливаю дровами. Там чудесно, а по утрам купаюсь в снегу! – радостно сообщил он. От него пахло морозом и дымом.

На улице было минус 20, и я поёжилась в своей тёплой кофте.

– А почему говорите «гутен морген», ведь уже час дня и не обязательно доброго? – поинтересовалась.

– Это моё жизненное кредо – всегда напоминать людям, что каждый день несёт нам добро. Разве нет?

– Да, конечно, – соврала, твердо зная, что ничего хорошего мне-то он точно не несёт. Это всё происки американского метода позитивного мышления. Их бы к нам переместить – сразу бы оптимизм растворился в тумане, как ёжик! Но вслух спросила:

– А почему по-немецки говорите?

– Звучит красиво, и чтобы все спрашивали, а когда отвечаю – задумывались. Может, и в их жизни найдётся место для доброты.

Я себе-то места в жизни найти не могу, а тут ещё и доброту предлагают пристроить! Но его ответ направил мои мысли в другую сторону от привычного русла.

– Так чем ты занимаешься-то? – спросил он, устраиваясь на диване.

Я показала ему свою коллекцию игрушек, предложив вспомнить детство и поиграть с понравившимися ему фигурками на деревянном подносе с песком, стоявшем на журнальном столике. Он смутился.

– Нет уж, сударыня, рано мне впадать в детство. Да и песочница тесновата, я предпочитаю открытые пространства.

– Ну и ладно, – я разочарованно пожала плечами, – тогда будем пить чай.

За столом мы вели непринужденную беседу, и у меня возникло ощущение, что уже давно его знаю. В своей речи я часто употребляла междометие «как бы».

– Я тоже предлагаю тебе игру – лукаво улыбнулся он. – Как только кто-то из нас скажет «как бы» без прямого его значения, заплатит штраф 10 рублей.

Я задумалась об использовании в разговоре этого междометия, обесценивающего своим частым употреблении всё, что говорю, и пришла в ужас. Может, поэтому в моей жизни всё так и запутано, что я до сих пор не могу решить – живу я или «как бы» живу? Он стал спрашивать о моей жизни, и, констатировав пять сказанных не по делу «как бы», начал свой рассказ. Я с удвоенным вниманием слушала его, в надежде всё же отыграться.

– Как водится, родился от матушки с батюшкой, крестился и в жизнь запустился. Сначала жил в Белоруссии, потом в Калининграде. Отца рано лишился, и мужскую работу по хозяйству пришлось брать на свои плечи. Уже с 12 лет косил траву и доил корову, строил сараи, ухаживал за поросенком и курами, огородом занимался. Так что мужик я деревенский.

Вот оно – сказочное начало! – с удовольствием отметила я про себя.

– В шестнадцать лет уехал работать в Сибирь, на стройки призрачного коммунизма. Дорога была дальняя, но трудности меня не пугали. Наоборот, было интересно познать другой мир и проверить свою способность жить в нем самостоятельно.

Поработав каменщиком и маляром, удостоверился, что всегда сумею себя прокормить, я решил учиться и поступил в Ленинградский университет, на биофак. Учиться мне нравилось, дальше была аспирантура и защита кандидатской диссертации. Работая научным сотрудником и занимаясь генетикой ящериц, я поражался их природной способности отбрасывать хвост и выращивать новый. Хотя, сам-то я родился в год Змеи, и сбрасывать старую шкуру приходилось мне в жизни регулярно.

Мой собеседник замолчал, и мне захотелось узнать о женщинах в его жизни. Опередив мой вопрос, он продолжил: – Когда к Эзопу пришёл ученик и спросил у философа, стоит ему жениться ему или нет, тот ответил: «Женись! Если жена попадётся хорошая – станешь счастливым, если же плохая – мудрым».

Помудрев в семейной жизни, решил достигнуть окончательного просветления, и уехать в Гималаи. В Индию не пустили, оказался в США. Сначала работал таксистом, а потом учился в Колумбийском университете. Правда, наукой в Америке заняться не удалось, но зато непыльная служба инспектором ресторанов давала возможность изучать страну, и я ездил по ней на машине и велосипеде. Отношения с женщинами и там не складывались. Видно, уж очень я требователен к вашему полу.

– Вот тут, пожалуйста, поподробнее, – я догадалась, что свою женщину он не нашёл до сих пор. Глядя мне прямо в глаза, он продолжил:

– Женщина должна быть красивой и умной. А самое главное, она должна быть Музой.

Я тяжело вздохнула: – И кто придумал это слово – должна? Кому? Зачем? Такие претензии мне не по плечу…

Он тоже передохнул и продолжил: – И вот в один прекрасный день я решил изменить свою жизнь: уволился с работы, купил лошадь, телегу, написал на кибитке «Из России с любовью и миром» и отправился через 14 штатов США. Так я сделался путешественником.

Он увлечённо стал рассказывать о приключениях, которые произошли с ним в дороге, и чем больше я его слушала, тем сильнее мысленно цеплялась за скользкий гранит своего города.

– Никогда никуда не поеду, – твёрдо решила я вслух, – мало ли что может случиться в дороге!

Он не ожидал такой реакции и рассмеялся:

– Я же мужик, а не барышня кисейная, и должен преодолевать трудности. Per aspera ad astra! Через тернии – к звёздам!

Он ещё и по – латыни шпрехает! – восхитилась я и спросила:

– Неужели цель путешествий – это преодоление трудностей, мужское самоутверждение?

Ковбой не ответил, достав из рюкзака амбарную книгу, раскрыл её передо мной на столе.

– Это дневник путешествий. У меня их пять.

Я листала страницы, рассматривала фотографии и читала записи людей, живущих на нашей планете. Слова их полны восхищения и радости от встречи с этим человеком, несущим привет и улыбку от человека к человеку, от города к городу, от страны к стране. Он, как истинный русский богатырь (не перевелись-таки они ещё!), часто помогал всем, встретившимся на его дороге и попавшим беду. К тому же он был воплощением мечты многих мужчин: свободный странник, куда хочу – туда иду и никакой ответственности за семью!

Я всегда чувствую эмоциональное состояние собеседника, и неожиданно поймала себя на детском ощущении влюблённости в свой мир.

Этот человек очень любит жизнь, природу, и хочет научить этому других. Не словами, а делами, по-мужски. «От настоящего мужчины всегда пахнет свежим ветром» – была следующая запись в его дневнике. Я слушала, затаив дыхание, и поверить не могла, что такое чудо пришло в мой дом. Воистину, день оказался для меня добрым! Перед уходом он пригласил меня на выставку в Манеж, а штраф не взял, чем порадовал – сумма была весьма значительной.


Сказочное начало


Наш конфетно-букетный период был очень краток. Заявленный им календарный возраст явно не соответствовал действительности. За полгода мы наверстали то, что я не получила за много лет супружеской жизни! Вначале мне казалось, что это все сон – кофе в постель, трепетная забота, интерес к моей жизни и работе. В первую нашу ночь я плакала как потерявшийся ребенок. Обида захлестнула меня целиком:

– Ты где так долго был?!

– Дружочек мой, я тебя искал. По всей земле. Теперь мы вместе, успокойся, – утешал он меня, как будто был виноват в нашей долгой разлуке. У меня появилось твёрдая уверенность, что мы раньше, (может, в прошлой жизни) были очень близки, но по какой-то причине потерялись.

Я постепенно превращалась из пугливой домашней кошечки в дикую пантеру, которая много лет дремала во мне и ждала своего звездного часа. После полуночи первородный инстинкт брал верх над интеллектом, и мы ныряли в море блаженства. Проснувшись утром и понежившись вдосталь с элементами кама-сутры, мы расходились по своим делам. И это стало нашей семейной традицией.

Как-то вслух он читал статью в журнале об идеальной пропорции тела. Я тут же встрепенулась, и мы начали дружно измерять длину моих ног. В какой-то момент оба рассмеялись этой затее: можно подумать, кто-то сомневался в моем совершенстве!

Мы уже не могли надолго расставаться и стали жить вместе. Однако, за время своего одиночества, я привыкла к размеренному ритму жизни. Появление мужчины в моем пространстве вскоре стало меня раздражать: ранний подъем, громкое радио, зарядка, пепел от сигарет по всей квартире и ежедневные прогулки. И в одно прекрасное, очень раннее утро, разбуженная гулом включенного компьютера очень старой модели, я взорвалась, а, вернее, тихо прошипела:

– Если еще хоть раз ты меня разбудишь-шь-шь……

Теперь я сплю, сколько хочу, зарядкой занимаюсь только дуэтом, и могу категорически отказаться от утомительной прогулки по неизвестным мне местам любимого города. Как важно вовремя заявить о своих желаниях и дурных привычках! Только одно неудобство осталось – сигареты сменились на семечки (сбылась-таки мечта о Щелкунчике!), и в шелухе не только улицы, но и дома, в которых мы живем. Хотя это, конечно, малость, по сравнению с тем, что его лошадь, на которой он проехал по Америке от океана до океана, пометила тысячи километров дороги. Да и верблюды, бродившие с ним по Австралии, оставили там свой след. И ведь никто не смог заставить его убрать за ними навоз! А я тут устраиваю мелочные скандалы из-за шелухи и хождение по дому в ботинках. Да и где ж ему знать разницу между уличной и домашней обувью, если он совсем недавно вернулся из прогулки по одиннадцати странам автостопом (огородные чучела ему надо было там поставить!). Тут отвыкнешь не только от тапочек…. А моя регулярная угроза:

– Я знаю, кто будет мыть полы в следующий раз! – еще ни разу не реализовалась.

Кстати, тапочки я ему подарила, и только их цена останавливает его от хождения в них по улице.

А продукты!? Где он берет эти сломанные вафли и странно пахнущие сыры? Однажды я решила купить ему хороший кофе. Увидев ценник, он хмыкнул. Видимо, считал, сколько пачек просроченного напитка купил бы на эти деньги.

– Так сколько? – иронично спросила я.

– Три!

И, несмотря на то, что потом мучается изжогой, и мы тратим деньги на лекарства, его американская привычка покупать дешевые продукты неистребима. Как неистребима его привычка (очень хорошая!) что-нибудь приносить в дом: то лук для проращивания, то цветы, то необходимую мебель, то дорогой чай, да еще массу полезных вещей. Что ни день – сюрприз!

Через пару месяцев получения кофе и завтрака в постель я поняла, что он меня окончательно избалует, и я забуду, как готовить пищу. Разве ж можно каждый день – Восьмое марта?! Бороться с этим оказалось бесполезно, – заботиться о ближнем тоже было его привычкой, и я смирилась.

Зато я ему – просто подарок: то у меня полнолуние, то «не начинаются», то начинаются. Причем, ведь заранее предупреждаю, что это время нужно пережить как стихийное бедствие. Все равно боится. Даже из дома убегает. Ну, кто ж виноват, что я – женщина, и перепады моего настроения не зависят от меня совсем?

Как-то, я попросила купить мне украшения к новому платью. Он возразил:

– Ты и так прекрасна!

И что же? У меня температура, насморк – целоваться нельзя. Жаль, что быстро поправилась – сам же и вылечил, биоэнергетик. Вскоре обмолвилась о новой одежде. Попробовал было пошутить, но в моем взгляде было столько упрека, что он сразу же пошел со мной в магазин и купил то, что я хочу.

С тех пор сам спрашивает о моих потребностях. Понял, что спокойствие дороже денег. Хотя и сама могу купить себе все необходимое, но ведь как приятно, когда это делает любимый мужчина! Жаль, что не все, что они для нас делают – приятно.

Иногда создают такие стрессовые ситуации, из которых мы либо виртуозно выплываем, либо вляпываемся так, что без помощи доктора Курпатова не обойтись. Меня, кстати, окружающие считают психологом, я же себя – психом. Моя умная подруга соединила эти понятия вместе:

– Ты потому хороший психолог, что в твоей голове те же тараканы, что и у твоих клиентов. Только у тебя их больше!

Периодически я хожу к ней, чтобы вытравить лишних, но они, заразы, появляются вновь.

Пришла ко мне однажды девушка, и стала рассказывать о своих страхах. Как хорошо они мне знакомы! Больше всего она боялась изменить что-либо в своей, казалось бы, благополучной жизни, которая для многих была пределом мечтаний. Но ей хотелось расти дальше, а страх удерживал её стремление. Я попросила найти в комнате предмет, похожий на ее страх. Внимательно осмотрев полки, она ничего не нашла. В ящике письменного стола лежал огромный резиновый паук, который пугал меня своим видом, и поэтому был убран с глаз долой. Я невинно предложила поискать еще и в столе. Увидев паука, она воскликнула:

– Вот он! – в её глазах был ужас.

– Что же с ним делать? – я тоже хотела от него избавиться.

– Надо его сверху чем-нибудь накрыть.

– Чем?

Она пошла на кухню и принесла большую сковородку.

– Что это?

– Это моя железная воля! – и накрыла ею паука.

– Вот это решение! – восхитилась я. – Враг пойман!

Беспокойство прошло, и мы рассмеялись. Девушка продолжала рассказывать о себе, поглядывая иногда на сковороду, под которой надёжно был упрятан паук. Через какое-то время я предложила:

– Может, приоткроем? Живое ведь существо, а вдруг задохнется?

Она с сомнением посмотрела на меня:

– А вдруг набросится?

– Скажи, пожалуйста, когда ты включаешь свет на кухне, на тебя тараканы набрасываются?

– Нет, они разбегаются по сторонам.

– Почему?

– Наверное, боятся. Да и вытравила я их давно.

. – А паук, уже полуживой, без воздуха и еды, все же набросится на тебя?

– Думаю, что тоже убежит, – уверенно ответила она.

– Куда?

– Куда глаза глядят. А может, его просто раздавить?

– А если у него семья, дети, и вообще, он привык на пальмах жить, а здесь оказался не по своей воле? Ты не знаешь, кто его туда засадил?

Она с жалостью посмотрела на паука, лежащего на полу и решила:

– Надо вернуть его домой!

Девушка увлеченно стала строить в песочнице джунгли. Довольная собой, она бережно водрузила паука на пальму и, пожелав ему всего хорошего, даже погладила по спине. А сковорода стала символом семейного очага, и мы даже зажгли свечу по поводу счастливого завершения истории.

Взглянув на часы, я очнулась от наваждения. Мы играли несколько часов подряд! Сколько раз себе говорила: научись отстраняться, ставь границы – 45 минут и до новой встречи! Не получается. Для меня сказка – как рождение ребенка: ни прервать, ни ускорить нельзя, все должно идти естественным путем. Удивительно, но, как правило, история на песке от создания до завершения длится три часа. И за эти 180 минут человек, бывает, совершает поворот своего сознания почти на 180 градусов.

Через неделю она позвонила и радостно сообщила:

– Мои детские страхи пропали!

– Вот беда какая. Как же ты без них будешь жить?

– Замечательно!

А вот я со своими страхами ни за что не расстанусь: а вдруг повзрослею и разучусь играть?

Я – сказкотерапевт, лечу души человеческие сказками, которые они же сами мне и рассказывают, создавая их в моей песочнице с помощью миниатюрных фигурок. В практической психологии игры на песке стали использовать только в последнее столетие, а ведь военные применяют их давно, моделируя предстоящие баталии. Игра в песке даёт возможность увидеть свою жизнь со стороны и, глядя «сверху», выбрать верный Путь для своего героя, а значит, и для себя. Когда расставляешь фигурки на пустое пространство песочницы, а в конце сказки убираешь их на полку, приходит осознание, что сам являешься хозяином своей жизни и несёшь ответственность за всё происходящее с тобой. Всё мы делаем своими руками! Даже обидно становится, что нет виновных. Мне очень интересно узнавать, как же человек умудрился дойти до жизни такой, а главное, как будет выбираться. При моей природной разговорчивости очень трудно молчать, не лезть с советами, держать паузу и дать возможность человеку самому дойти до ключа к решению его жизненной задачи. Тяжёл мой труд! Кстати, образование дефектолога очень в этом помогает. Нас учили не только исправлять дефекты речи, но и состраданию, терпимости и способности распознать сильную сторону человека, на которую можно опереться в работе с ним. Сказкотерапевты научили меня не только методике, но и безоценочному, уважительному отношению к внутреннему миру человека. Даже если у него не всё в порядке с головой, или он младше в десять раз. Спасибо им, моим учителям!


Сказка про репку


Когда я училась в институте сказкотерапии ,который возглавляет Т. Д. Зинкевич-Евстигнеева, нашей группе было предложено разыграть сказку «Репка». Кстати, туда я попала благодаря маме, которая прочитала о нём в газете и дала мне бумажку с номером телефона. Этот листочек оказался для меня буквально путёвкой в жизнь!

На том занятии я выбрала себе роль матери-земли. Я бережно питала соками посаженное в меня семя, оно росло изо дня в день, и в какой-то момент я почувствовала, что оно начинает двигаться и вырывается из меня. Я так привыкла им заниматься, что его внезапное исчезновение было болезненно, и часть меня осталась на его корнях.

Возникшая пустота сделала мою жизнь бессмысленной, я ведь обязательно должна питать корни растений – это моя работа. Потом я подумала, ведь если то, что я взрастила, понравиться тем, кто его у меня забрал, то они в меня снова положат семечко, и я опять буду его растить. Правда, я ещё питаю разную травку, ей много не надо и никто её особо не вытаскивает из меня, и не причиняет мне боль разлуки. А зимой она прикрывает меня от холода, тогда я отдыхаю и коплю силы до весны. Спасибо тебе, травка.

Тогда, на занятии, я на себе прочувствовала состояния матери- земли и последовательность природных сезонов: принятие того, что вошло и пустило корни, питание, отдачу, отдых и принятие следующего растения. Также, от встречи до расставания, через углубление проходят и человеческие отношения.

Я принимаю любого человека, вошедшего в мой дом или в мою жизнь, стараюсь заботиться о нём, не только кормить, но и растить. Мне больно расставаться с ними, но понимаю, что такова жизнь. Ведь если мне удастся удержать в себе посаженный плод, то он просто сгниёт. Что лучше? Оставить себе плод или отдать? Я поняла тогда, что мне нужно научиться отпускать людей и не цепляться за отношения, которые себя уже изжили. Без слёз и сожалений!

Потом, уже дома, я примеряла на себя роли других персонажей сказки.

Вот я – старый дед, который положил семечко в землю, бабке и внучке дал задание поливать и пропалывать, у самого других дел навалом. Прихожу осенью вырывать репку, а она не даётся. Вот вредная какая! Стар я стал совсем, силов нема, видать, помирать буду скоро. Придётся бабку звать.

Теперь я в роли бабки: – Вот окаянный, покоя мне не даёт. Ничего без меня уже сделать не может. Как семечко в землю бросать, так – сам, а как ухаживать, полоть в раскорячку, да ещё тащить – это мне. Ах, нет. Видно и мои силы на исходе. А спина у деда стала худая! Раньше-то сажень косая в плечах была, одной рукой телегу поднимал, а теперь слаб. Да и сама я уже не красавица, надо внучку звать.

Внучка: – То-то же! А то всё говорят, что ещё мала, а без меня справиться не могут. Сейчас как рвану, перестанет дед меня пигалицей звать. Не получилось! Что же мы там вырастили?

Пёсик Дружок: – Этот кустик я удобрял. Привычка – дурное дело. Надо было на соседнюю грядку ходить. Но службу нести надо, а то выгонят. Не получилось? Кормить надо лучше, не могу же я траву да мышей есть! Придётся на помощь мышелова звать.

Васька кот: – Вот ещё придумали из меня тягача делать. Мышей им каждый день лови, так теперь ещё и урожай собирай. И это за плошку молока! Стоит ли так надрываться, может, на кузнечиков перейти? Так ведь выгонят из дому, без теплой печки замёрзну зимой. Придётся помогать. Зря я на видном месте разлёгся, надо было к Мурке сходить, да лень было. Всё равно работать заставили! От судьбы не уйдёшь! Дед, трудоголик хренов, со своим урожаем всех мышей с округи собрал, уже тошнит от них! Сам на месте не сидит, и другим покоя не даёт. Не вытащили? Неужели придётся с врагом мириться?

Мышка-норушка: – Как ни пряталась, ни таилась, всё равно смерть моя мохнатая пришла. Прости, господи, мой грех чревоугодия! Ух, котяра, рожу какую отъел!!.. У таких-то хозяев жизнь-малина. Что это с ним, разговаривать со мной по-человечески стал, помощи просит? Репку тащить надо? Я ведь в жизни ничего тяжелее зёрнышка не поднимала. Надо напрячься, ведь все равно в погреб отнесут, будет, чем зимой питаться, заодно отомщу за всех мышей – этого мохнатого за хвост подеру. В любом случае героиней стану. Вытащили!? Не зря я всё-таки сил тут набиралась. Мал золотник, да дорог. Чтобы они делали, если бы я к другим ушла! Пойду в погреб дальше работать, мышцы накачивать. Должны же у кого-то быть силы из беды их вытаскивать. А вдруг телега в грязи застрянет! Опять без меня не справятся. Тяжела доля мышиная!

Репка росла, питалась, света белого не видела, и вдруг кто-то начал тянуть наверх! Больно! Когда попала на поверхность, и увидела, сколько народу собрала вокруг себя, сначала растерялась, а потом загордилась. Всё-таки элитный сорт! И накормила собою всех!

– О чём эта сказка? – спросила нас тогда Татьяна Дмитриевна. И у каждого был свой ответ, связанный с собственной жизненной ситуацией, которая беспокоила в то время. Проживая роль матери – земли я осознала, что ребёнок принадлежит миру! Для меня это было открытием, потому что я считала детей своей собственностью. Как раз в тот момент они были в подростковом периоде, и я болезненно воспринимала их отдаление от меня. После работы со сказкой, я пересмотрела отношения с ними, и мы стали друзьями.


Психология


Очень я люблю учиться. Психология – развивающаяся наука (или искусство), и мне всегда интересно узнать, что новенького появилось и как я могу это использовать. Чтобы быть незаменимым, надо постоянно изменяться – говорила Коко Шанель.

Так вот. Не так давно психологи крепко подумали и разделили людей на типы. Зная его структуру, можешь предположить, что от человека ждать, а о чем и мечтать не стоит. Соционикой это называется. Мои подруги, психологи, охотно доверяют мне домашних животных, музыкальные инструменты, а иногда и детей. Но категорически не подпускают на кухню и к бытовой технике. Слабая сенсорика, говорят, да и логики нет у тебя совсем. Всё сломаешь! Но, благодаря моему другу, я все-таки освоила современную стиральную машину. Он сложил в нее белье и начал нажимать все кнопки подряд. Спрашивать о его компетентности было уже поздно. Руководствуясь инстинктом самосохранения, я мозговым штурмом освоила инструкцию и через пару минут знала, как эта штуковина работает, а главное, как выключается. Он обиделся, что я не дала ему самому довести дело до конца.

– Если у тебя есть лишние десять тысяч – доводи!

– Если б я имел коня … – завел он излюбленную поговорку, но в данном случае юмор был не уместен, так как я с ужасом представила себе последствия его доведения до конца – машина-то была чужая!

Котов, которых оставляли на наше попечение вместе с квартирами, он очень жалел и кормил, несмотря на указания хозяев, всем подряд, даже костями.

– Это же не собака! – возмущалась я, вытаскивая у несчастного застрявшие между зубов косточки.

– Ты посмотри, какой он худой, я кормлю его целый день.

– Что??? Он же эксклюзивный, это порода такая!

Хорошо, что коты – живучие существа, и никто не умер от обжорства.

Удивительно хозяйственный он, при наличии отсутствия собственности. В домах, где мы живем, сразу же ищет неполадки и начинает их чинить. Сломать все окончательно ему все-таки не удается, так как я стараюсь контролировать процесс. Но иногда он остается дома один и меня ждут сюрпризы: то стекла из прозрачных становятся белыми (это чтобы с улицы не заглядывали), то сиденье унитаза три дня подряд менялось в цвете, то полки навешиваются, обои покупаются и клеятся ровно и гладко, то электричество в его умелых руках радостно искрит. «Ты так и норовишь оставить меня вдовой!» – ругаюсь я. Он только загадочно улыбается в ответ, продолжая заниматься своими делами.

– Я же мужик, и должен о тебе заботиться!

Мне странно это слышать, так как я уже научилась заботиться о себе сама и не верила, что есть на свете мужчина, способный оказать мне поддержку. При этом он ничего с меня не просит и не упрекает за эгоизм. И чем я заслужила такое счастье?

Никак не могу привыкнуть к тому, что если он за что-нибудь смело берется, то это совсем не значит, что умеет это делать. Вот шкаф собрать, например. Поскольку из собственной мебели сначала была только песочница, то друзья с удовольствием стали помогать нам обустраивать быт. Не имей сто рублей, а имей сто друзей! Однажды нам привезли шкаф в разобранном виде. Как только умелец соединил все створки и поставил его на ножки – шкаф сложился как карточный домик. Оказывается, мой друг даже не подозревал об особом крепеже стенок. Удивлению его не было предела:

– Так я же не знал, – оправдывался он, снова собирая слегка поломанные боковины шкафа.

– Меня надо было спросить, – ворчу в ответ, – я ж не в Америке жила на всём готовом, как некоторые, и не раз видела, как отец при переезде это делал, да и сама много чего могу. Я же русская женщина!

Он с сочувствием посмотрел на меня:

– Я заметил.

Вот и не знаю теперь, хорошо это или плохо быть женщиной, которая и «слона на скаку остановит, и хобот ему оторвёт». Примерно так же как долгая старость – это награда или расплата?

В общем, мой мужчина – сантехник, электрик и маляр в одном лице. Надо еще отметить, что лицо это было ужасно, когда он с периодичностью в день-два чинил бачок унитаза. В течение месяца! Мой робкий совет о вызове мастера и полной и окончательной замене этого вечно текущего агрегата упрямо игнорировался.

– Я сам хочу его починить! – твердил он. И починил-таки!

Туалет квартиры, в которой мы поселились, оказался просто бедствием. Дверной проем ниже стандартного, и мы бились с непривычки головой об косяк. Я предложила, по совету подруги, купить металлическую каску и повесить у двери, но он сказал, что будет забывать ее снимать, спеша ко мне в постель, и просто оббил косяк картоном. Бьется по-прежнему, но ран на голове больше нет. Да и не привык он перед трудностями склонять головы. И ходит с прямой спиной и задранным носом в отличие от меня. Я же всегда отступаю или ищу другой вариант. А чаще, просто реву и прошу помощи у небес. Можно подумать, им там больше делать нечего, как мной заниматься!

Как-то после лекции известного психотерапевта Альфреда Щёголева о различных психотипах, я вкратце рассказала ему о своем друге. – Типичный гипертим! – воскликнул он. – Огромная жизненная сила и страсть к переменам. Разница в возрасте? Ерунда. Они остаются мужчинами до глубокой старости. Вы, барышня, либо путешествуйте вместе с ним, либо ждите дома. Если, конечно, умеете ждать и любить.

Успокоил! Либо жизнь на колесах, либо вечное ожидание. Может, это можно чередовать? Я ведь тоже люблю разнообразие в жизни (рыбак рыбака?) Вот летом я могу с ним куда-нибудь поехать – в это время мои сказочники отдыхают на море или занимаются трудотерапией на дачах. Наверное, в теплых странах психологи не нужны. И чем я буду заниматься, если ему все-таки удастся увезти меня в Новую Зеландию, о которой он давно мечтает ?

Ладога


Но вначале мы выехали на берег Ладожского озера. Чистый воздух, теплая вода, ягоды, рыба – все чудесно! Но: комары, слепни, муравьи, да напоследок и клещ мною не побрезговал. Я никогда их не видывала, но ужасных историй слышала множество. Мой любитель экстремального туризма – биолог по образованию. Когда я показала на странный нарост, образовавшийся на бедре, он сразу узнал в нем клеща.

– Я так и знала, что ты завез меня в эту глушь, чтобы угробить, – зашипела я на него в полуобморочном состоянии.

– Да ерунда, сейчас они не опасны, а носителем болезни бывает лишь один клещ на миллион, – успокоил он меня, но на всякий случай позвонил в скорую помощь. Там оказались юмористы, посоветовавшие напоить клеща спиртом и медленно выкручивать по часовой стрелке. Спирта с собой не оказалось, но в аптечке был корвалол, который я предусмотрительно прихватила с собой, ожидая неприятностей. Им и залили насекомое. Оказался в косметичке и пинцет, им-то мой турист и принялся вращать заснувшего паразита. Вывинтив клеща, он заявил, что это первый, с которым он встретился за многие годы поездок в эти края, хотя делал это с видом опытного знатока.

Дорогу назад, 12 км пешком с рюкзаком на спине, я прошла очень резво, чем несказанно его порадовала: – Сколько энергии-то набралась! – восхищался он. Не знал ведь, что движима я была лишь мечтой о далекой горячей ванне, чистой простыне и обыкновенном молоке. Вряд ли я еще когда-нибудь отважусь на такой отдых, мне бы мягкую кровать, а не спальный мешок в палатке. За мое ежевечернее нытье он прозвал меня «Ноевым ковчегом».

Кроме того, что я плакса, выяснилось, что я еще и жуткая зануда – все вижу, что он делает не так, все слышу, и все, что у него подгорело, чувствую. Это песня про меня – а нюх как у собаки, а глаз как у орла! За это и получила в награду за свое занудство ещё одно прозвище – нудистка! В этой поездке я убедилась, что комфорт для меня жизненно необходим и наотрез отказалась отдыхать в будущем дикарским способом.


Фен-шуй


Однажды я открыла книгу по фен шую, и обнаружила, что на том месте комнаты, где находится зона денег, стоит злополучный шкаф, заваленный вещами. Так вот почему они так редко приходят к нам! Надо срочно его переставить в другое место. А было-то всего двенадцать часов ночи. Я быстренько его освободила от вещей и стала двигать в другой угол, но он почему-то предательски наклонился в бок. Еще чуть-чуть и опять рухнет! Мой американец сидел в другой комнате за компьютером. Когда же я объяснила, в чем дело, он пробурчал:

– Я же тебе говорил, что еще один переезд он не переживет!

Повисла тяжелая пауза. Он посмотрел на часы, на шкаф, стоящий посреди комнаты и нервно засмеялся. Истерика, – испугалась я.

– А, может, сразу его выбросим, а то вдруг он тебе опять какую зону перекроет?

Глаза его яростно заметались по комнате явно в поиске злополучной книги. Я поняла, что выбросить он собрался именно ее.

– Нет. Его больше двигать не будем. Это последний раз! – пообещала я.

– Ага, – недоверчиво сказал он, – до следующего полнолуния. Знаю я тебя!

К двум часам ночи передвижка мебели была завершена, а на следующий день он купил мне шикарные зимние сапоги. Велика сила фен шуя!

Вечером я снова стала просить его о маленькой – маленькой просьбочке. Он занервничал – никогда еще ни в чем мне не отказывал.

– Фигушку! – выпалил он.– Маленькую-маленькую фигушку! А теперь говори, чего ты хотела?

– Да радио потише сделай, а то орет на весь дом!

Только я разобрала комнату по фен шую, как с нами начали происходить неожиданные перемены. Мы вдруг решили поголодать, и как-то вечером, на пятый день оздоровительной голодовки, мучаясь в поисках дополнительных доходов, я вспомнила несравненного Остапа Бендера и проникновенно спросила:

– Скажи-ка мне, писатель, а рисовать ты умеешь?

– Никогда и не пробовал, к тому же дальтоник я.

– Хочешь, научу?

– Сама-то умеешь?

– Рисовать – нет, а научить – могу. Я же педагог.

Он рассмеялся:

– Учи, все равно делать нечего, времени освободившегося от еды навалом, телевизора нет, будем заниматься творчеством.

Талантливые люди талантливы во всем, – восхищалась я, довольная тем, что открыла талант художника в любимом мужчине. Его необычные картины заполнили своей энергией весь дом и стали неотъемлемой частью моего кабинета: сказочники всегда с удовольствием их рассматривают и даже трогают руками, отмечая их положительное воздействие. Одна и та же картина может и успокаивать, и тонизировать, и снимать головную боль. Мы стали выставлять его работы для всеобщего обозрения в разные галереи города, и благодарные зрители оставляли восторженные записи в книге отзывчивости! И себя радуем – и людей! Для этого я и Музой могу иногда побыть, но в основном получается из меня, по его словам, Пегаска с копытами. Не очень эстетичное сравнение, но правду не скроешь.

Более того, сразу два известных фотографа захотели сделать его портреты. И все это благодаря фен шую – решила я. Молодцы китайцы, что придумали такую штуку, поэтому так хорошо и живут. Мы тоже скоро офеншуеем все и заживем богато и счастливо!

Новоявленный художник пишет книги о своих путешествиях и всегда показывает мне рукописи для редактирования. Я зверею, читая про очередную возлюбленную, на что он твердит:

– Никого не было до тебя, это мои фантазии.

– А фотографии? – рычу я.

– Они поддельные, ты единственная моя женщина, – он смеется и обнимает меня.

Я охотно ему верю. И зачем ревновать к прошлому, если впереди еще будущее? Поэтому живу и наслаждаюсь сегодняшним днем: что бы ни случилось с нами дальше, у себя – то я точно единственная и верность храню только своим принципам. А если мы и расстанемся, то, значит, время тому пришло, – успокаиваю себя, опираясь на жизненный опыт. И все же, ценю каждое мгновение, разделенное с ним, будь то молчание, смех или скандальчик:

– Алена! У тебя опять белье в ванне третий день квасится?-яростно вскипает мой борец за чистоту.

– Дезинфицируется! – протестую.

– Когда же ты его постираешь, а то запах пошел!

– Хороший вопрос, – отвечаю и спешу стирать, а то вдруг он сам этим займется. Видела я, как он это делает – прополощет в воде и высушит, а потом удивляется, почему вещи грязными остались.

Стиральной машины у нас нет, но зато мне были куплены заботливым американцем для сбережения кожи рук резиновые перчатки, которые забываю надевать. А бывший муж тоже проявил заботу и подарил для стирки белья ультразвуковое устройство размером с блюдце. Звук этой машинки был настолько пронзительным, что невмоготу было выдержать его рекомендованные два часа стирки. Тем более, обещанного результата не получалось, пришлось стирать по-старинке, в тазу, руками. Этот процесс не доставлял мне удовольствия, поэтому подходила к нему спустя рукава. Как-то после очередной стирки, развешивая бельё, Толя вкрадчиво спросил:

– Ты мою рубашку стирала?

– Конечно! – отмахиваюсь я.

– А почему рукава остались не спущенными?

Пойманная с поличным, выкрутилась: – Ты ими всё равно не пользовался, чего зря ткань теребить.

Он восхитился моей находчивостью: – Милая, проще их обрезать и проблема стирки будет решена.

– А с воротничком что делать? – заинтересованно уточняю.

– Обрезать тоже, получится майка на пуговицах, введем моду.

Но с тех пор сам раскручивает рукава и освобождает содержимое карманов, вскоре и стирку ему можно будет доверить.

Вернувшись однажды после очередной прогулки по историческим местам нашего города, которые срочно обновлялись к празднику, он сказал: – Додумался же Петр на этом болоте город построить, который постоянно нуждается в реставрации. Да и народ здесь еще тот собрался: бледные все как поганки, от отсутствия солнца, и дети болеют часто, и цены на продукты выше, чем в США.

Это булыжник в мой огород: румянцем я не страдаю и дети мои – те самые.

– И жил бы там дальше, в своей любимой Америке, – вскипает во мне патриотизм за наше болото,– зачем назад приехал? Ведь и квартира в Нью-Йорке большая была, и работа. И по телевизору вся Америка смотрела, как ты на телеге по ней ехал от края до края, и газеты пестрели твоими фотографиями. И слава была, и деньги. Чего не хватало-то?

– Так мазохист же я. Мне мучиться надо, страдать. Надоело мне в чистом океане купаться, – говорит он, наливая из-под крана ржавую воду в чайник.

– Я же велела воду через очиститель пропускать! – ору.

– Вот и женщину такую искал, – продолжает он бесстрастно, – чтобы умела мужика в строгости держать. Да и пользу какую-нибудь хочу своей стране принести, а то обидно, что они лучше нас живут, – добавляет уже серьёзно.

– Ты приносишь пользу уже тем, что заботишься обо мне. До нашей встречи я подумывала, как бы в иной мир перебраться, а с тобой снова ожила, да и все мои неудачи повернулись обратной стороной.

– Да, – продолжает он, – если бы меня в Калькутте не отравили и не ограбили, жил бы сейчас в Новой Зеландии, – по интонации голоса не могу определить, огорчён он этим или рад.

– Хорошо, что так все обернулось, иначе бы я тебя не встретил. Ты – моя нирвана, и я счастлив с тобой, – делает он вывод.

С сомнением смотрю на него: всё никак поверить не могу, что можно променять свободу на такое счастье, как я!

Он на все имеет собственное мнение, иногда полностью мне противоположное. Даже яростно спорим из-за этого. Такие дискуссии он считает полезными, так как они дополняют наши представления о мире. Я же считаю эти споры пустой тратой времени – ведь все равно я всегда права! Хорошо, что оба отходчивы и мир восстанавливается почти сразу. И зачем я так упорно навязываю ему свою картину мира? Ведь чужие-то миры я уважаю, а в его – периодически внедряюсь со своим «единственно верным» мнением.

– Любовь – это свобода! – твержу себе. А у меня сплошная коррекция девиантного поведения трудного подростка со склонностью к бродяжничеству, и к чему-то там еще нехорошему. Так и представляет меня своим знакомым:

– Моя барышня, педагог по работе с трудным подростком, то бишь, со мной, – и смеется. Ему нравится демонстрировать меня своим друзьям, всем своим видом показывая – это моя женщина!

А вот я заранее предупреждаю, с кем приду в гости и оправдываюсь: человек-де долго прожил за границей, одичал совсем. Но все равно – шок.

– Ты где его нашла???

– Где, где… В метре! – отбрыкиваюсь. – Ехала, никого не трогала, он сам ко мне подошел.

– Классный мужик! – восхищённо восклицают в ответ.

Да я и сама знаю. Боже, как хорошо, что он сам ко мне подошел! Как радостно мне стало жить и легко работать. Как расширился мой мир, благодаря этому неугомонному страннику. Как хочу я, чтобы наш страстный и смешной роман длился вечно.

Или, хотя бы до тех пор, пока не лопнет мое терпение. Или его.

– Радость ты моя, – говорит мой любимый мужчина в порыве нежности, – спасибо тебе за то, что ты есть!

– И тебе спасибо! – шепчу в ответ, и свет моих счастливых глаз весело отражается в его бездонных глазищах.


Я буду с тобой,

Пока время позволит

Нашим нитям Судьбы

Вместе в Вечность идти.

И никто не поверит,

Что раскроются двери

Меж двумя полюсами:

Один – я

Другой – ты.

Что возможна разлука

Без измен и упреков,

И по разным Орбитам

Пролегают Пути,

Но встречаться под вечер

Одновременно,

Идя с разных сторон

С одной – я

С другой – ты.

Что порой невозможно

Избежать единенья,

Ощутив притяженье,

Лишь коснувшись руки,

Но иметь обо всем

Свое личное мненье,

И не спорить, кто правый

Или – я

Или – ты.

Обожать недостатки

И беречь уникальность.

Сохранять равновесье

У опасной черты.

Жить в любви и согласье,

Всегда помнить о главном:

Для тебя я Венера,

А мой Марс – это ты.


Астрология


Вот и до астрологии добралась. А ведь с неё и начались мои песочные сказки. С этой эзотерикой столкнулась совсем не в радостный период жизни. Да и не я одна такая – редко кто идёт к астрологу любопытства ради. Попадая регулярно в переходные периоды жизни, когда прошлое уже разрушилось, а будущее ещё не ясно, разум человеческий ищет объяснение происходящему. Иногда дорога поиска приводит к астрологу. Насмотревшись телевизора, представляла себе какие – либо магические атрибуты и таинственный вид. Ничего подобного! Молодая, спортивного вида и с чувством юмора, Катерина подробно рассказала обо всех моих планетах и ещё скрытых талантах. Также поведала о естественных кризисных периодах, связанных с движением определённых планет. У меня ощущение конца света, а, с точки зрения астрологии, это переход на новый виток развития! Я все же ещё попыталась удержать расходящиеся по своим орбитам наши с мужем планеты, но против звёзд не попрёшь. Развод только подтвердил предсказания астролога.

Новая любовь тоже была прописана в моём гороскопе через три года, только до неё ещё надо было дожить. Когда рушатся отношения, очень полезно бывает заняться чем-нибудь другим, например, работой. С лёгкой руки астролога я и начала свою сказочно-песочную деятельность. Работа стала для меня тогда лекарством от душевной боли, так как занимала собой всё время. И только ночью, уткнувшись в подушку, я плакала от бессилия вернуться в прошлое и от страха перед будущим.

Познакомившись с ковбоем, я снова отправилась к астрологу узнать поподробнее о новом знакомстве. К моей радости, гороскопы сулили удачное партнёрство.

– Твой Марс в Деве, и лучшие партнёры для тебя те, кто родился под этим знаком, – сказала Катерина.

Вокруг меня всегда были люди, рождённые под знаком Девы, и только теперь я поняла их роковое значение в моей жизни. Марс – планета деятельности, но включалась она только при взаимодействии с представителями этого знака. Про все остальные планеты я ничего не запомнила и решила узнать о них позже.

Понятное дело, карта – не территория, но хотя бы примерный маршрут! Звёзды предлагают свою модель объяснения мира, и меня она заинтересовала. Знакомство со своей астрологической картой было полезно, и мы с астрологом даже придумали совместный тренинг по астропсихологии. Гороскоп, по её мнению, не приговор, а руководство к действию. Зная его содержание, можно научиться пользоваться своими сильными сторонами и компенсировать слабые. Через «правильного» партнёра, например.

Астрология рассматривает жизнь человека через понятие двенадцати домов. Первые шесть из них – личные. Следующие – социальные. В каждом гороскопе есть своё наполнение того или иного «дома». Кому – то предпочтительнее реализовываться будучи мамой, а кому – то через работу. Одни могут работать в большом коллективе, а другие только в одиночку. И т.д. Астролог рассказывает об особенностях «дома» человека, а я обучаю способам изменения своего отношения не только к ситуации, но и к себе. Ведь изменить окружающих мы не можем. « Хочу, чтобы он меня полюбил!» – слышу иногда от влюблённых девушек. «А себя – то любишь? Что значит для тебя фраза «возлюби ближнего своего как самого себя»? – это охлаждает даже особо настойчивых и возвращает к их собственному Я. Где оно находится, это личное Я? В моей жизни долгое время был такой девиз: Я – последняя буква в алфавите, то есть в конце! И все мои потребности удовлетворялись в последнюю очередь. Мною же. А всё благодаря патриотическому воспитанию: прежде думай о Родине, а потом о себе. В результате и Родина не очень счастлива от наших дум, да и мы в грязи, порой, сидим. В английском языке, наоборот, буква I в начале алфавита. Может, поэтому и процветают буржуи заморские вместе со своими странами, что любят, прежде всего, себя, свой дом, свою территорию, в результате чего выигрывает страна? А тот язык, на котором Иисус говорил, не знаю, но чувствую, что истина где-то посередине.

Работа в группе показывает, насколько мы все разные и путь каждого – уникален и нет смысла сравнивать себя с другими. Можно сравнивать себя только с собой вчерашним. Конечно, свой путь можно пройти и не обращаясь к гороскопу, так же, как выходя из дома, приблизительно знать точку назначения. « Язык до Киева доведёт!» – любит говорить мой друг, объехавший полсвета. Но я всегда предпочитаю иметь в руках карту местности, чтобы сэкономить время на дорогу. У каждого свой выбор: кому-то важен сам процесс, а кому – то цель.

Часто ситуации, с которыми мы работали на занятии, на той же неделе всплывали в реальной жизни. Это подтверждает наше представление о связи внутреннего мира с внешним: когда изменяемся мы – изменяется мир.

Мы всегда очень рады, когда наши клиенты, вооружённые знаниями о себе, берут ответственность за свою жизнь и достигают своих целей. Не зря говорят: знание – сила!


Ремонт


Чтобы получше узнать себя – можно ещё и к любимому мужчине внимательно присмотреться, ведь подобное тянется к подобному. Особенно на те его качества, которые, мягко говоря, напрягают. Хотя лучше начать с явных достоинств. Наблюдаю за своим сокровищем и восхищаюсь: деятельный-то какой, спонтанный, легко находит выход из любой ситуации. Порылась в себе – да-а-а, спонтанности хоть отбавляй. При этом не всегда довожу начатое дело до конца, или дожидаюсь, пока все само собой сделается. А недавно обнаружила в себе талант дизайнера. Когда мы сняли недорогое жилье на зиму, его плачевное состояние привело меня в ужас: ободранные стены и потолок, решётчатые окна с видом на соседний дом, отсутствие ванны и ржавая вода из-под крана, а выход сразу на улицу. Денег действительно было мало, и его знакомый разрешил нам первый месяц жить бесплатно. Я-то знаю, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, но мой друг очень обрадовался халяве, и мы начали ремонт.

– Хорошо, что здесь пусто. Начнем жизнь с чистого листа, – размечтался мой оптимист.

– С грязного и ободранного! – уточняю с укором, проклиная себя за то, что доверила поиск квартиры этому йогу-аскету.

– Если тебе здесь не нравится, можем еще пожить в лесу, пока не найдем более подходящее жилище.

– Нет, только не в палатку – запротестовала я, и взялась отмывать полы, затоптанные еще в прошлом веке.

Глаза боятся, а руки делают – пословица, усвоенная с детства, помогала преодолевать трудности ремонта. К тому же, нам пришлось проявить чудеса творчества, используя дешевые обои, вырезки из журналов, остатки багета, ломаную мебель и щедрую помощь друзей. Пригодились и старые рамы от картин, найденные добытчиком на улице. Их реставрацию он доверил, конечно же, мне, сам-то мелочами заниматься не любит. Под их размер он сотворил шедевры и повесил там, где требуется маскировка кривых стен.

Через три месяца мы почувствовали себя хозяевами уютного и красивого дома и стали приглашать в гости друзей, которые восхищались нашим интерьером:

– Надо же такое придумать – на потолок ткань натянуть!

– Это новая, модная за границей технология, – многозначительно делится опытом мой прораб.

– Угу, – мрачно поддакиваю – только если бы вы его видели в первоначальном виде, то тоже бы придумали «новую технологию», или сразу же нашли другую квартиру. Причем, второй вариант меня бы устроил больше.

– Но, ты бы тогда и не узнала, что обладаешь талантом дизайнера!

– Зато я узнала, что ты жмот. Вместо того, чтобы снять нормальную квартиру, угробил кучу денег и времени на ремонт этого сарая!

– Ты же знаешь, – тяжело вздохнул он, – скупой платит дважды. Да и наследственность сказывается: мой родной брат, например, чайные пакетики высушивает, а потом снова заваривает, хотя денег имеет достаточно.

Тут–то я понимаю, откуда «ноги растут» – ведь родились они с братом во время войны, в оккупации, все детство голодали, и, кроме картошки, которую он ненавидит, ничего и не ели. Вот и экономят, по привычке. Я же росла в другое время, да и папа летчиком был. На Новый Год дыни ели и копченая колбаса в доме не переводилась.

– Сытый голодного не разумеет. Такая селявитуха, – часто повторяет мой друг.

А квартиру мы назвали Строгановским дворцом. Потому что у меня – всё строго!


Сказки на песке


Мысленно просматриваю страницы событий своей жизни, которые предшествовали нашей встрече. Больно было, когда ушла от мужа, тяжело переживала переезды с квартиры на квартиру, страшила неизвестность.

– Да, больно, – успокаивала меня умная подруга. – Этот период надо пережить. Ты еще выйдешь замуж, и все будет хорошо. У тебя будет своя сказка!

Я слабо ей верила, а она продолжала: – Ведь ребенку, родившемуся на свет, перерезают пуповину, чтобы он мог жить самостоятельно. Так хорошо было ему в животе у мамы, и вдруг, в один день, все неожиданно меняется: давят со всех сторон и выгоняют из теплого дома в неизвестность. О чем он думает в этот момент?

– Предатели, выкинули меня помирать! – с обидой в голосе выдаю наболевшее.

– Но ведь ты же сидишь передо мной, здоровая и красивая. Радуйся, тебе повезло второй раз родиться, – закончила она консультацию.

Спасибо ей, теперь-то я знаю, что в светлое будущее шла. Не зря говорят – что ни делается, все к лучшему. О чем и вещаю своим сказочникам, которые приходят ко мне в тот период, когда жизнь придавила их со всех сторон, а выход из сложившейся ситуации они предчувствуют где-то в самой глубине души.

– Играть будем? – спрашиваю каждого пришедшего ко мне. Этот вопрос неизменно вызывает у всех улыбку, иногда расслабленную, а иногда скептическую. – У меня проблемы, а она мне играть предлагает. – Такое выражение я читаю с лица, в основном, мужчин.

– А как?

– Правила простые. Сначала выберете, в какой песочнице будете играть: прямоугольной, квадратной или круглой.

Это иногда сбивает с толку – от меня ждут готовых рецептов, а я предлагаю самостоятельный выбор с самого начала.

– Дно песочницы голубое, – продолжаю говорить условия, – это олицетворение воды, а песок – земля. Вы же – Создатель, который в этом пространстве будет строить свой мир с помощью фигурок.

– Какой огромный выбор, – теряются одни, рассматривая их коллекцию, расставленную на полках.

– Да тут выбирать не из чего, – говорят другие.

Часть игрушек я храню в коробках, и для таких придир выставляю их на стол, где они с удовольствием роются. Часто наблюдаю подобную сосредоточенность, когда брожу по уличным развалам одежды: кто-то точно знает, что ищет, а кто-то перебирает вещи, получая удовольствие от самого процесса.

Я заметила, что женщины тщательно отбирают и медленно расставляют фигурки в песочнице, обходя её со всех сторон, любуются своим творением. Тратят на построение песочной картины более получаса, а потом спрашивают, можно ли что-либо менять или добавлять в процессе работы. Успокоенные моим согласием, они удобно устраиваются, и беседа начинается.

Мужчины же выбирают и ставят фигурки значительно быстрее, как будто стремятся прибежать к финишу первыми. Потом садятся на стул, словно бы передохнуть перед следующей стометровкой, при этом напряжённо смотрят на меня, как будто спрашивая – какое будет следующее задание?

Когда все необходимое найдено и расставлено в песочнице, я прошу рассказать о созданном мире. И с этого момента с людьми происходит внезапное превращение: меняется интонация голоса, темп. Речь становиться правильной и насыщенной образами. Слова-паразиты: как бы, грубо говоря, короче, ну, это, так сказать и т. д., исчезают из лексики. Передо мной оказываются мастера художественного слова, которые сами, иногда с удивлением, слушают себя….