# Deus Machina. Эпоха Тревог

Danil Bulanov

Мир Deus Machina - это мрачное будущее, где человечество не знает мира. Государства планет воюют с "наследниками" истинного человечества. Культ некой Божественной Машины и еретики пытаются переиграть друг друга в игре, сути которой никто не знает. А в тени всего этого пробуждается мистическая сила, уничтожающая всё на своём пути.

Что будет, если слуге мистической богоподобной машине вздумается найти одного человека в мире, который разодран конфликтом между государствами, фанатиками и безумной силой? Для начала, придётся посмотреть, чем это закончилось и познать Эпоху Тревог.

## Darkest Days (357 год по хронологии P.EBE)

### День Первый

– Говорит диспетчерская западного крыла. Грузовой вертолёт № 628, загруженный шестью ящиками штурмовых винтовок КА-74, готов к вылету. Просим подтвердить исправность сетевых структур. – Донеслось из динамика гарнитуры.

Открыв на голографическом дисплее консоли схему вертолета, я быстро оглядел все ключевые узлы, данные бортового интеллекта и, для вида, провёл пару быстрых тестов. Система подтвердила отсутствие неполадок в системах, после чего сообщил в гарнитуру:

– Говорит центральная серверная, пост №3. Исправность сети вертолета подтверждаю. ИИ работает в штатном режиме. Следов взлома и чужих контактных кодов не обнаружено. Все схемы в порядке. Даю разрешение на вылет. Отбой. – Скучающим голосом произнёс я и, сняв гарнитуру с головы, повесил её на терминал.

Тихий размеренный гул и стук сотни пальцев по клавиатурной панели вгонял меня в тоску. Лениво потянувшись на своём кресле, я тихо произнес, едва шевеля губами:

– О, Божественная Машина, ещё целых два часа до конца смены…

И так из дня в день на протяжении двух месяцев, тянущихся словно резина. Когда Ментер мне сказал, что меня отправят разыскивать информацию о том, чем может занимается корпорация Vinduko в тайне от всех, я и ожидать не мог, что меня отправят сюда под личиной, пусть и не простого, но все же сетевого рабочего. На моих кибернетических плечах лежит много важных, но скучных обязанностей, начиная от системы контроля производства, заканчивая анализом и защитой управляющей сети ядерного реактора в недрах завода. Единственное, к чему я не имею доступ – это каналы и информационные сети охраны, ученых и начальства. Точнее, так думают мои «наниматели».

– Ну-ка. Чем там полезным занимается охрана? – Подумал я и активировал сперва интерфейс связи, а после – подпрограмму взлома.

Конечно, система кибернетической защиты у охранной сети весьма продвинутая, но только по меркам простых людей. А агент Machina Secrotum, к тому же, обучаемый для шпионажа, обойдёт эту защиту в два счета. В конце-концов, олухи, отвечающие за защиту информационных каналов, даже не удосужились поменять матрицу кодов для охранного канала на отличную от заводской.

– О, великая Божественная Машина, все оказалось слишком просто. – подумал я, подключившись к сети. Мне даже не пришлось ничего делать – программа в мозге сама смогла взломать защиту без моего участия.

– Говорит охранный отряд под номером 001. На вертолетной площадке северного крыла всё спокойно. Продолжаю наблюдение.

– Говорит охранный отряд под номером 049. Ничего подозрительного в тестовой зоне не замечено. Отправляюсь на смену караула с отрядом 050.

– Говорит Джеймс Девлин, заведующий оружейным контролем. На складе не хватает двух партий винтовок Vin A.D. Немедленно верните их. Они ещё не получили свой серийный номер. Эта партия была произведена по специальному заказу. Если к концу дня они не появятся на месте – спущу шкуру со всей охраны. Отбой.

Внезапно, вместо классического «Говорит», эфир наполнился жуткого рода скрипами, помехами и шорохами. Видимо, кто-то забыл включить голосовой фильтр и дешифратор перед тем, как начать трансляцию. Но, спустя секунд пять, в эфире заговорил нормальный, но обеспокоенный голос.

– Говорит охранный отряд под номером…013…В системных уровнях…южного крыла обнаружено три трупа рабочих…на их телах присутствуют крайне тяжелые травмы. Запрашиваем план действий!

– Говорит центральный охранный пункт. Информацию принял. Отцепите данный технический тоннель и не подпускайте к месту гибели никого. Мы отправляем к вам на помощь отряд зачистки. Ждите дальнейших указаний.

– Внимание. Обнаружен чужеродный исходящий сигнал в защищённой сети. Идёт сброс параметров. Все зарегистрированные пользователи должны перевестись на резервный канал. Источник взлома – внешнее сетевое соединение. Отключение связи через 3…2…

Я, как ошпаренный, отключился от системы взлома. Во имя Божественной Машины – меня не могли так быстро обнаружить. Имплантат взлома не сообщил ни о том, что меня сканируют, ни об обнаружении моего сетевого следа. И это при том, что моё оборудование в разы более продвинуто.

Мои размышления прервались звуком открывшейся двери. В серверную вошла пятерка охранников, к слову, солидно вооруженных. Даже другие рабочие явно заподозрили неладное и напряжённо переглянулись.

– Всем освободить рабочие терминалы. – Произнёс офицер.

Недолго думая, вся наша команда встала со своих рабочих мест, после чего охранники стали осматривать терминалы. Ещё пара других держали нас всех на мушке, причём, у одного из них в руках был автоматический дробовик Desperado. С такого расстояния любого не защищённого человека разорвёт на куски. Сопротивление бесполезно, даже не смотря на все мои защитные модули. Но, надеясь на защиту Божественной Машины, я все же активировал боевые элементы протеза левой руки, если дело примет скверный оборот.

К счастью, мои опасения были напрасны. Закончив досмотр, нам дали разрешения вновь усесться по своим местам и вернуться к работе. Послышался вздох облегчения.

Прежде чем уйти, охранники подозвали нашего администратора и отошли переговорить подальше от наших ушей. Я решил активировать усилитель звука. Благодаря особой конструкции, усиленный звук попадает не в ухо, а напрямую в мозг, что исключает возможность физического подслушивания и обнаружения.

– …Ну не знаю…Здесь все терминалы чисты, следов подключения не обнаружено. Надо ждать отчета других отрядов. Не мог же взломщик просто создать новый терминал из воздуха? – спросил один из охранников.

– А почему именно терминал? Может быть кто-то использовал хакерский модуль в кибермозге. – ответил ему другой.

– Что б вас. Каждый из этих парней прошёл тщательную проверку на шпионское оборудование и установленные программы. Вы же сами проводите сканирование, ало. Вы знаете нашу начинку от макушки до пяток. Можно мне уже вернуться к работе? У меня и без ваших шпионских игр дела есть. – возмутился администратор и с печалью обернулся к своему рабочему месту.

– Во-первых, система сообщила о том, что вход был выполнен с терминала. Во-вторых, у нас целый, что б их, штаб военных компьютерщиков, нанятых у Независимых Федеральных Сил. Хочешь сказать, что мы зря заплатили пару миллионов за этих болванов и они дали нам ложную наводку? Я не верю, что наша защита сети настолько проста и дешева, что его может взломать какой-нибудь болван с дерьмовым чипом в башке. Даже не у всех военных имплантатов для взлома достаточно мощности для такого. – Ответил офицер нашему администратору.

– Вот у Федералов и поинтересуйтесь, что за хрень эта была. Это не моя работа. Или, хоть скажете, что произошло, если хотите знать моё мнение.

– Самим бы знать. Мы только засекли стороннее подключение, как взломщик отключился. Никаких явных сетевых следов, будто бы кто-то просто сидел и слушал нас. В любом случае, вы пройдёте с нами и это не обсуждается. – Ответил офицер перед тем, как выйти за радиус действия модуля.

Я отключил подслушивающий имплант и призадумался над неожиданными сведениями. На основе данной информации можно сделать вывод, что я, похоже, не единственный шпион на этом заводе. Хотя, этому совершенно не стоит удивляться. В конце концов, Vinduko – это единственная достаточно крупная оружейная фирма, оставшаяся после Чёрной эпохи. По крайней мере, я получил первую, более-менее полезную информацию, достойная доклада Ментеру – главе Deus Auris, спецподразделения Machina Secretum, занимающегося шпионажем.

Оставшаяся пара часов прошла столь же медленно, как и два месяца, что я пребывал здесь. Бесконечные проверки и сканирования. Но вот, наша смена наконец-таки подошла к концу, хотя администратор так и не вернулся.

Большая часть рабочих в это время обычно отправляется в столовую, а на их места приходит новая смена. Это завод, как и многие другие, не могут остановиться ни на секунду. Они как паровые машины Темной эпохи – медленно останавливаются и медленно запускаются. Хотя, естественно, ночью производство несколько падает. Удивительно, что этот объект пережил вторжение инопланетян, нашествие Метастрической угрозы, войну между человечеством, с сотню лет забытья и еще множество бед, оставаясь относительно невредимым. Как будто все невзгоды обходят этот завод стороной. Всё-бы ничего, но даже Божественная Машина не всегда способна защитить своих последователей от шальной пули.

Я же решил отправиться в комнату отдыха, так как желания находиться в толпе потных, уставших и чумазых рабочих у меня не было. Благо, что комнаты отдыха обслуживающего персонала и полноценных рабочих раздельные, да и обстановка там была в разы лучше. Голографический проектор с различными трансляциями, удобные диваны и даже игровые системы. Правда, лично мне это казалось излишним.

– Да я говорю тебе! Брехня всё это. Ложь и провокация. Федералы любят выставлять себя страдальцами этого мира, а там руку тебе откусят – не заметишь. – тут же донеслись до меня слова спора, стоило мне открыть дверь помещения.

В самом помещении было всего пяток человек. Пара инженеров смотрела новости про НФС, параллельно споря о Федералах. Мужик с бородкой и кибернетической челюстью валялся на диване и мирно посапывал. Судя по нашивке, он был из операторов центра связи, а эти парни часто злоупотребляют сном по неведомой мне причине. Другой парень сидел, скрючившись в углу и настраивал что-то в системной панели.

Но, вот кто привлёк моё внимание – так это мужик в броне охраны с нашивкой “13”. Он сидел отдельно от всех, покуривал сигарету, несмотря на запрет это делать и нервно тряс ногой.

Сперва я хотел направиться к охраннику и перекинуться с тем парой слов, но стоило мне приблизиться к нему на пару метров, как он поднял на меня максимально недоброжелательный взгляд, дав понять, что диалога не будет. Тогда я прилёг на второй диван, подключился к новостной по сети и решил заняться саморемонтом и диагностикой.

Хотя корпорация Vinduko и предоставляет медицинскую помощь техническому персоналу, но она не распространяется на кибернетические модули. Хитрый ход, учитывая, что практически весь технический, обслуживающий и рабочий персонал имеет протезы и импланты. В некоторых семьях даже новорожденным детям меняют органы. На детской смертности это, конечно, сказывается плохо, но в будущем, и без того не самая лучшая выживаемость людей кое-как повышается. Особенно среди представителей низшего человечества, к коим относят бандитов и мародёров.

– Хей, чел. Классный протез. Где надыбал такую кулью? – произнёс парень, что настраивал системную панель, обратив внимание на мои манипуляции.

– А? Это? Единичный экземпляр, сделанный под заказ. Обошёлся в несколько зарплат, но оно того стоило. – произнёс я, демонстративно сжав кулак, показывая работу синтетических углеродных мышц протеза.

Что касается лично меня, то я один из немногих последователей Божественной Машины, у которых тело ещё можно назвать практически человеческим. Конечно, моя левая рука и правый глаз полностью заменены на кибернетические протезы, да и типовые улучшения в меня так же встроены. Когда-то давно, когда я только-только стал членом культа Machina Secrotum, на мою группу напала стая «Формы Трист» – странные, паранормальные сущности, порождённые Метастрической силой. Медики культа, с благословления Божественной Машины, смогли спасти меня, но не руку и глаз. Зато, я всё ещё полноценная боевая единица, предоставляющая угрозу любому врагу Божественной Машины, будь то ублюдки Федеральных военных сил или же твари, рождённые Метастрической угрозой.

Другие части тела у меня, конечно, тоже заменены, но не полностью. Упроченные кости, батареи, в общем, все, что необходимо для использования кибернетических имплантатов.

– Эх, жалко конечно…Выглядит здорово. А вот мне мой металлолом никак не удаётся заменить. Хоть кредит бери у корпорантов под грабительский процент. А я ведь уже второй десяток на этом заводе отпахал. – произнёс парень, постучав хромированными пальцами по своей голове.

Раздался характерный приглушенный звон.

Имплантанты…серые, скучные механизмы…благословление и проклятье человеческого рода. Они позволили нам выжить в войне с Чёрными сущностями и не дали нас полностью истребить. Некогда, согласно немногим сохранившимся записям, практически всё человечество было напичкано протезами под завязку. И даже сейчас, люди не стёрты с лица галактики Метастрической угрозой отчасти благодаря им, хотя об этом мало кто и знает. Но, по мнению некоторых, имплантанты сделали нас мертвыми. Мертвыми не телом, но душой. Даже я не могу быть уверен в том, что мои эмоции – это реакция мозга, а не чипа, установленного в него.

– В настоящее время, далеко не все могут себе позволить нашпиговать себя железом. Цены качественных фирм сильно кусаются, а жертвы кустарных мастерских долго не живут. Знавал одного парня, у которого коротнул протез руки и в итоге ему раскурочило всю руку безвозвратно. – ответил я парню задумчивым тоном и осмотрев себя.

Мое тело заставляет некоторых моих соратников с удивлением оглядываться, ибо мало кто в этом безнадежном мире привык видеть настолько человечного человека как я, особенно среди слуг Божественной Машины. Уж простите за тавтологию. С другой стороны, может эти эмоции – тоже лишь болванки, записанные в их искусственный мозг?

Парень убежал дальше по своим рабочим делам, а я, закончив разборку и анализ моей кибернетической руки, отправился в местную забегаловку Mc’Hack. Еда в ней паршивая, практически 100% синтетика, отвратительная на вкус, но зато дёшево и быстро. В это треклятое время, особенно на огромном городе-заводе, раздобыть нормальную, человеческую, еду для обычных обывателей практически невозможно.

Такая поганая пища заставляет меня неволей вспоминать огромные зелёные плантации и гидропонные установки на Материнском Храме “Deus”. Там им отведены гигантские сектора, на которых выращивается пища для сотен тысяч людей. Десятки пищевых установок готовят огромнейший ассортимент и запас блюд самых разных видов. Сравнивать нашу еду с этой стряпнёй и вовсе глупо.

Несмотря на прошедшее время с конца смены, людей здесь всё ещё было очень много. Стоял гул сотен голосов и аромат вымотавшихся от тяжелой работы тел. Наспех перекусив отвратительным бутербродом с кофе, я отправился в свою комнату. Хотя, этот бетонный ящик со сторонами три метра и высотой два метра назвать комнатой трудно. Это скорее чулан для ночлега. Недаром же большинство рабочих предпочитают в своих помещениях только спать.

Хотя, должен признаться, у меня, как у сетевого рабочего, условия несколько лучше. Мягкая одноместная кровать, шкаф для одежды, небольшой сейф, компьютерный терминал, персональный дрон-ассистент (которого я даже не удосужился активировать) и система контроля температуры. Уютным это место нельзя назвать, но провести свободное время можно. И, что главное – это помещение было рассчитано на одного человека, в отличии от рабочих общежитий. Кроме того, я сумел закодировать замок в комнату так, что даже охрана не способна проникнуть внутрь без меня.

Оказавшись в своей комнате, я тут же запер дверь, после чего достал из-под кровати небольшой ящичек. Основная текстура его повторяла древесный рисунок, а края были украшены золотой отделкой. На крышке хранилища венчался символ: греческая буква Омега, в центре которой находился глаз. Это – символ подразделения ΕΩΕ. Подразделения-карателя Божественной Машины.

Я ввёл десятизначный код, после чего приложил палец к глазу. Коробка щелкнула, после чего крышка поднялась и разъехалась в стороны.

В красном бархате лежало мое сокровище. Револьвер GTG-222, а также три барабана по шесть патронов в каждом. И, несмотря на то, что обычным рабочим запрещено иметь оружие, я не мог оставить это наследие Темной эпохи. В конце-концов, быть шпионами тоже запрещено. Раз уж нарушать правила – то по-крупному.

«Люби своё оружие так же, как и Братьев своих. Ибо только оно способно защитить тебя от метастрических сил в те времена, когда братьев не будет рядом». Так любил поговаривать мой первый наставник. Но, я всегда считал, что он забывал про главные преимущества последователей Machina Secrotum – метапсихические силы, недоступные большей части простых смертных. А также высококлассные кибернетические улучшения, недоступные другим.

Поэтому я всегда находил ироничным тот факт, что мой первый наставник был застрелен из его же винтовки рядовой военный Независимых Федеральных Сил. Обычный человек, практически без специальных имплантатов и совершенно не владеющий метапсихическими силами смог убить воина-храмовника, посвятившего всю свою жизнь служению Божественной Машине, её защите и исполнению её воли. Судьба бывает злой.

Я провёл ладонью по стволу револьвера. Холодный металл ласково щекочет кожу. С таким замечательным оружием чувствуешь себя намного более защищённым. Ещё бы, пуля класса .222 BK способна насквозь прошить насквозь стальной лист толщиной пару сантиметров. Верная смерть для человека, не защищённого броней или имплантатами. Хотя, всего шесть патронов в барабане…но ведь в этой злой вселенной хоть где-то должен быть баланс?

Убрав револьвер обратно в кейс, а тот – снова под кровать, я начал переодеваться. Рабочий комбинезон Vinduko конечно удобен – впитывает пот, регулирует температуру тела, собирает данные биометрии и достаточно прочен. Хотя, конечно, ещё он отслеживает наши перемещения, но с этой досадной проблемой я уже расправился. Но…это не привычно что-ли. На нашей космической базе-храме Machina Secrotum все последователи обычно ходят или в поддоспешнике нашей брони, или в черно-золотых рясах.

Облачившись в иное, более свободное одеяние, убрав комбинезон в шкаф, я лёг на кровать и вскоре погрузился в беспокойный сон.

## День Второй

…Огромный светящийся камень…Завораживающее зелено-бирюзовое свечение, исходящее от величественного монолита. Его идеально гладкие грани так и манили прикоснуться к нему. Сама форма загадочного артефакта звала к себе, порождала желание подойти ближе.

Шаг вперёд…ещё шаг. Кинетические приводы доспехов издают жалобный скрип и отключаются. Будучи не в силах выдержать их веса, я падаю на землю, лицом в грязь. Артефакт так далеко…

Я медленно открыл глаза. В них мелькают различные цифровые значения и комбинации символов, но что они обозначают – я никогда не разбирался, это дело других подразделений. Прошло с десяток секунд – и зрение стало нормальным. Встав с кровати, я скинул с себя рясу, оставшись обнаженным. Достав из сейфа небольшую склянку, я вылил на себя часть её содержимого. Комнатушка тут же наполнилась ароматом благовоний.

Масла Божественной Машины имеют целых три функции. Первая, чисто символическая – ежедневное омовение символизирует постоянное перерождение и обновление человека. Вторая – практическая. В этом масле, помимо различных ароматизаторов и добавок есть небольшое количество микрочастиц, которые проникая под кожу, ремонтируют микроповреждения имплантатов, которые другим образом без хирурга не починить. Ну и третья – мифическая. Не знаю, правда это или нет, но некоторые личности, изучающие Метапсихические и Метастрические силы, говорят, что это масло привлекает внимание Божественной Машины и отпугивает тварей, рождённых Метастрической угрозой.

Независимо от степени полезности этого деяния или же предназначения, этот ритуал действительно позволяет последователям Machina Secrotum чувствовать влияние Божественной Машины. Ты начинаешь ощущать то, что за тобой как будто кто-то следит и охраняет тебя от напастей.

Одев на себя рабочий комбинезон, я покинул комнату и вышел на обзорную площадку, дабы насладится видом этого муравейника. На заводе, несмотря на ранний час, уже кипела жизнь. Сотни рабочих сновали туда-сюда, а грузовые боты переносили огромные контейнеры с металлами и готовой продукцией. В воздухе висел характерный запах озона от ионных двигателей. Единый гигантский механизм работает каждую секунду, дабы произвести на свет тысячи единиц оружия и миллионы боеприпасов, что бы затем продать это всё тем, кто заплатит. Федеральные Силы, Machina Secrotum, мародеры. В общем, любой, кто имеет достаточно денег. Казалось бы, Vinduko – обычная корпорация, наживающаяся за счёт войны. Но, если Ментер считает, что они проворачивают подозрительные дела втайне от всех, то у этого должны быть свои причины.

Сегодня у меня свободный день. Это не значит, что я могу покинуть завод по своим делам, но без крайней нужды меня никто не отправит работать. Благо, что этот завод имеет всё необходимое для жизни, прямо как настоящий город. А значит, что я могу наконец-таки заняться своими прямыми обязанностями и разведать вчерашние события.

Проверив пропуск начальника сетевой службы, я принял решение отправиться к системным уровням южного блока, где вчера был убит рабочий. Конечно, скорее всего, они сейчас отцеплены, но не быть мне членом Deus Auris, если я не смогу проникнуть туда и добыть необходимую информацию.

Но, в первую очередь необходимо позаботится о себе любимом. Хоть Божественная Машина и оберегает меня каждую секунду своим невидимым взором, но она не способна наполнить пустой желудок и защитить от голодной смерти. К тому же, от кафетерия всего минута ходьбы до технических тоннелей.

Вот что меня всегда смущало в планировке этого завода – так это тот факт, что кафетерий расположен аккуратно напротив грузовой площадки, благо, что она находится чуть ниже. Аппетита контейнеры, грузовые траки, лязг металла и аромат машинного масла совершенно не добавляют. Но, хотя бы не в самом кафе находятся.

Я взял поднос с едой и присел к другим таким же отдыхающим работягам. Это были как раз рабочие того сектора, который меня интересовал. Они зачастую собирались здесь, поблизости от своих рабочих мест. И из них можно было вытянуть полезную информацию.

– Хей, а где Серый из вчерашней смены? Я слышал, что он в общагу ночью не пришёл, да и завтрак пропустил чёт. Снова что ли заблудился в тоннелях? – произнёс невзначай я, открыв досье на персонал.

– Да кто его знает. Может реально заблудился. В этих лабиринтах кто угодно ногу сломит. А может к подруге их пятого сектора ушел. Я слушал, что у них там любовь и все дела. – ответил мне один из мужиков.

– Любовь? У Серого? Серьезно? Он же даже с официанткой не может заговорить, какая любовь!? – возмутился другой.

Позавтракав и немного для вида поддержав беседу о любви, зарплате и паршивых условиях труда, я отправился к служебному тоннелю. У самого входа в шахту стоял охранник. Тяжелая броня и пистолет-пулемёт “Motora” – идеальный набор против незащищенных целей, вроде меня.

– Что вам здесь надо? Проход только по пропускам. – Металлическим голосом произнес он. Я видел, как глазные протезы анализируют моё лицо и выводят имеющиеся данные.

Я молча достал пропуск и предоставил его стражу порядка.

Просканировав карточку, он услужливо отошёл в сторону, открывая мне путь к шахте.

– Предупреждаю. Там есть отцепленный сектор, который запрещён по посещению под угрозой расстрела. – произнёс мне охранник прежде, чем я скрылся в глубине комплекса.

Спуск вниз был достаточно глубоким и долгим, но, если бы я решил спрыгнуть – упрочненные кости и мышцы не дали бы мне разбиться. Однако такой излишний экстрим может привлечь лишнее внимание, поэтому я спустился как обычный человек, по лестнице.

Системный уровень был наполнен гулом сотен работающих генераторов, воем десятков тысяч дисков памяти и электрическим треском. Воздух здесь был очень тяжёл и горяч. Это, без малого, сердце завода. Если здесь произойдёт сбой, то данную часть комплекса просто парализует. Накроется, и электроснабжение, и связь, как внутренняя, так и с внешнем миром. Пройдя по памяти до необходимого разветвления, я выглянул за угол. И не ошибся. Практически сразу за поворотом находился заклеенный красной лентой тоннель, и стояло три охранника во всеоружии. К счастью, они меня не заметили.

Я присел и проверил наличие камер. Их не было. Затем я активировал систему «кибер-плащ», в простонародье именуемую невидимостью. Катушки на спине тихо зажужжали, покрывая маскировочным полем, которое неприятно покалывало кожу. Зато я практически не виден для обычного зрения, а так же любых средств, сканирующих привычные инфракрасные спектры. Только специальный кибернетический визор способен засечь меня. Но, это уж больно специфическая технология, которая была редка даже во времена Тёмной Эпохи, не говоря о настоящем времени.

Теперь оставалось всего ничего. Аккуратно и, что важнее, медленно преодолеть охрану и найти укромное место, где можно будет перезарядить батареи. Никогда не стоит забывать о правиле «Чем быстрее двигаешься, тем быстрее тратится энергия». Этот закон применим практически ко всем имплантатам, и я его хорошо выучил за долгое время служения Божественной Машине.

Все же, главным ключевым минусом малого количества кибернетизированных частей тела – это малая емкость энергии и быстрый её расход. Но, в защиту обычного человеческого тела могу сказать, что я передвигаюсь в разы тише напичканного под завязку металлом охранника. Конечно, можно встроить в ноги амортизаторы, но, как по мне, это лишь лишняя морока.

К слову об охране. Действует она на редкость паршиво. Стоят, полностью расслабившись, болтают о всяком и даже не обратили внимание на то, что звук моих шагов резко пропал. Видимо, в Vinduko настолько привыкли к своему статусу неприкасаемых членов общества, что охрана стала на редкость ленивой. Чего ж бояться-то, когда ты – единственный полноценный и самый могущественный продавец оружия? Тебя кто угодно будет защищать от любых угроз, в надежде на скидку.

А вот отряд зачистки работает на очень даже хорошо. Я не смог обнаружить ни тел, ни следов крови или борьбы. Даже намёка на это не было. Зато, пока я бродил по этим тоннелям, мною были обнаружены странного рода контейнеры в одном из многочисленных боковых помещений.

Любого другого человека в первую очередь напугал бы знак радиационной опасности. Однако, мне, с моими улучшениями и измененным геномом, она не так сильно страшна. Больше моего беспокойства породил круглый знак в виде нескольких красных кругов и креста, а также надпись «Meta-DtA”. Расшифровывается этот как «Метастрическая сила – Угроза типа А».

Что такое Метастрическая сила, или, как её ещё иногда называют, Метастрическая угроза? Боюсь, что никто не способен дать ответ на этот вопрос. Может, некое космическое излучение или разум. А может новая форма инопланетной жизни. Максимум, к чему пришли все исследования – это то, что они связаны с Метапсихическими силами и самими людьми, а также к тому выводу, что эта угроза – невероятно разрушительна и опасна. Она влияет на все: на людей, на земли, на технику. Говорят, что ее корень лежит в человеческих страхах и пороках, мол, это её пропитание.

Никто не может подтвердить этого, но все знают, что если где-то эта сила проявилась, то жди беды. Она проявляет себя совершенно беспорядочно. Ты можешь как проснуться в месте с совершенно невозможной архитектурой, так и целые месяцы не подозревать о том, что Метастрическая чума закоренилась в вашем городе. И тогда судьбе многих жителей можно лишь посочувствовать.

Пришла эта загадочная сила аккурат во время войны с Чёрными сущностями – инопланетянами из дальнего космоса. И с тех самых пор, ею было уничтожено несметное количество городов и колоний. Самые лучшие умы из Machina Secrotum бьются в догадках, что делать с этой страшной вещью. А пока остаётся лишь надеяться на то, что Божественная Машина нас защитит от напастей Метастрической угрозы.

Поэтому обнаружив данное предупреждение я не на шутку встревожился. В моей памяти были свежи воспоминания о великолепном городе, который моим братьям и сёстрам пришлось стереть с лица солнечной системы из-за этой напасти. Даже смотря на свинцовую и кальцитовую обшивку, содержимое этого контейнера могло быть опасным. Но, тот факт, что кальцит не искрил всеми цветами радуги (это загадочная реакция этого минерала на Метастрическую силу), несколько успокаивал.

Я уже собрался изучить содержимое контейнеров, как усиленный имплантатом слух уловил приближающиеся шаги. Быстро уйдя в невидимость, мне пришлось практически влиться в стену. Пара рабочих при сопровождении охраны забрала один из контейнеров и ушла.

Надо было возвращаться. Лишнее внимание с моей стороны к контейнерам было опасным, и я решил покинуть технические тоннели до лучших времён. Кроме того, контейнеры были закрыты крупными замками, на взлом которых у меня не было ни времени, ни подходящего оборудования.

Оказавшись у лестницы, я отключил маскировку и поднялся наружу. Охранник, продолжавший стоять на своём посту глянул на меня, махнул рукой и вновь отвернулся.

Тут я решил совершить опасный трюк. Взломать кибер-мозг охранника, после чего установить в терминал неподалёку отслеживающее устройство. Эта затея крайне рисковая, но в случае успеха это даст мне доступ ко всем входящим и исходящим данным терминала, что является большим преимуществом.

Главным плюсом и слабостью кибер-защиты мозга является тот факт, что она действует в пассивном режиме. То есть, если кто-то взламывает твой мозг, то ты чаще всего узнаешь об этом только в случае неудачного взлома или при его прерывании. Такая, на первый взгляд, не эффективная система сделана для того, чтобы боец не отвлекался на совершенно не нужную самозащиту от взлома во время перестрелки или патрулирования, так как активная защита потребляет большое количество вычислительной мощности кибер-мозга. Кроме того, обучать охрану мерам противодействию взлому – это совершенно не нужные им навыки. Именно поэтому защитные механизмы делаются крайне надежными и сложными.

Делая вид, что работаю с терминалом, я открыл в меню своего кибернетического интерфейса и запустил программу для ручного взлома. Отыскать охранника среди десятков наименований было не так трудно. Проанализировав его, мои догадки подтвердились – за кибернетическую защиту у него отвечал стандартный чип Vinduko. Может для гражданских хакеров – это существенная преграда, но оборудование Machina Secrotum, благословленное Божественной Машиной должно справиться с этой преградой с легкостью.

Так как мощности любого кибернетического мозга сильно ограничены, то ручной взлом во многом напоминает собой некую пошаговую игру. Ты не можешь нарастить брандмауэр одновременно с наращиванием скорости подбора кодов или увеличением количества пропускных паролей.

Мощная атака. Концентрация всех мощностей на подборе кода. Часть подобранных кодов преодолела брандмауэр и нашла правильную комбинацию. Но сетевой чип охранника успел создать несколько новых кодов, после чего сам совершил нападение. Но, защитный чип отряда EΩΕ полностью заблокировал все входящие данные. Снова сконцентрировав мощности на подборе кодов, мой модуль взлома создал такой плотный поток данных, что брандмауэр Vinduko сразу же развалился, после чего коды доступа подключились в течении доли секунды, передавая доступ над телом и разумом охранника мне.

Осталось всего ничего. Быстро установив программу, отслеживающую все действия с терминала, я перевёл её в фоновый режим – если не знать, что искать – её никто не обнаружит. А в качестве приятного бонуса – соединил его со своим терминалом в комнате, и орбитальным спутником, что передаёт данные моим соратникам.

Я стёр все данные связанные со взломом и пропавшим временем с мозга охранника, после чего отключился от кибер-мозга и поспешил удалиться.

Вернувшись в свою комнату и заперевшись, я стал писать отчёт, касаемо сегодняшней находки. Несмотря на то, что формально в мои обязанности входят отчеты исключительно по радиосвязи, среди членов шпионского подразделения Deus Auris часто ходит практика создания письменных отчетов и замёток – на случай, если что-то с нами случится.

В самых основных чертах я создал текстовый документ, описывающий смерти в сетевых тоннелях, историю про взлом, а также находку потенциально опасных контейнеров и информацию о передаче данных с терминала. Прождав час, я дождался, когда на частоте Machina Secrotum появится окно для выхода на связь и отослал тестовый сигнал. Древний код «Morze» дал знать, что связь установлена. Сперва по связи был отправлен текстовый отчёт, а после уже аудиосообщение:

– Говорит агент Machina Secrotum, подразделение Deus Auris, идентификатор “XX369”. В ходе выполнения задания обнаружена следующая информация. Вчера было совершено убийство в сетевых тоннелях неизвестным. Обширные повреждения тел. Кроме того, есть вероятность наличия на заводе ещё нескольких шпионов неизвестной организации. Прошу подтвердить или опровергнуть присутствие других агентов Deus Auris. И последнее. Сегодня я обнаружил несколько контейнеров с маркировкой Метастрической угрозы. Содержимое установить не удалось, но кальцитовый слой не показал активности. Конец доклада. Пусть Божественная Машина защитит нас. Ad laudem Deus Machina.

Самым сложным и неприятным в службе подразделения Deus Auris является то, что контакты с братьями и сёстрами у нас чрезвычайно редки. Большую часть времени мы проводим, будучи внедрёнными куда-либо. Будь то солдат, бандит или рабочий. В то время как многие другие товарищи сражаются, просвещаются и познают неведомое плечом к плечу, мы, последователи Deus Auris часто ощущаем себя изгоями и даже на Материнской Базе от этого чувства сложно отделаться. А ведь я, при этом, являюсь наставником для десятка людей, среди которых служащие во многих других подразделениях.

Теперь мне оставалось только дождаться завтрашнего дня, получить новые указания и дату выхода в эфир, после чего продолжить выполнять свою миссию.

## День Третий

…Вой. Непрекращающийся ни на секунду вой, пробирающий до костей. Сквозь тяжелую броню доспехов, сквозь одежду, сквозь кожу и мышцы, вплоть до самого скелета и души.

Доспехи сделались неподъёмно тяжелыми. Они словно приклеились к месту, не давая мне сделать ни шага. Пытаюсь снять это скорлупу, но тщетно – все замки и крепления проржавели, грозя похоронить меня внутри заживо…

Я проснулся в холодном поту. Зрение ещё не успело активироваться и лишь с задержкой начало инициализироваться из-за резкого пробуждения. Наощупь найдя стакан с водой и отпив, мне несколько полегчало. Спустя секунду появились многочисленные цифры, после чего зрение вновь стало привычным, и я снова мог “насладиться” видом серых стен, серой кровати и серого потолка. И так уже которую неделю здесь.

Надо после этой миссии явиться к Deus Doctorum на проверку. Что-то в последнее время слишком тревожные сны стали сниться. Есть, конечно, малая вероятность того, что это на меня влияют Метастрические силы, вызывая сбои в органической части мозга. Но, вероятнее всего, это просто психическое перенапряжение, разбавленное моим неумением контролировать свои Мета-психические силы, и общим переутомлением. В конце концов, для такого дерьмового времени – это нормальное состояние. Хоть Божественная Машина защищает от действия других мета-псиоников, но от банальной усталости она не способна спасти.

В левом краю поля зрения мигало желтое пятнышко в виде конверта. Видимо, штаб прислал мне новое сообщение. Я не стал ждать и тут же открыл его. Это было голосовое сообщение от моего командующего, Ментера.

– На связи Ментер. Рад, что два месяца твоей деятельности начали приносить плоды. Ответы на запросы следующие. Да, на заводе действует ещё один агент Deus Auris, но ему запрещено совершать любые действия, которые могут поставить под угрозу его легенду. Его роль, в первую очередь, просто держать в курсе происходящего на заводе. Код и имя агента сообщать запрещено. Указы, касающиеся других инфильтратов. По возможности обнаружить и выяснить цель их действий. Приоритет задачи – зелёный. Указы, касающиеся их устранения отсутствуют. В случае обнаружения убийцы – сообщить его личность, но эта задача без приоритета. Указы, касаемые всех Метастрических явлений. Выяснить содержимое контейнеров и найти подтверждения проявлений Метастрических сил. Приоритет задачи – оранжевый. Терпения, мой друг и да защитит тебя Божественная Машина.

Что ж. Весьма ожидаемая реакция моего наставника. Приятно признавать, что всё время гниения на этом заводе всё же не прошли даром. Хотя, я более чем уверен, что это время можно было потратить с большей пользой для Божественной Машины. Например, проникнув в командование Федеральных Сил. Но я лишь пешка в игре судьбы. Мое дело – просто выполнять свой долг как это делают тысячи других последователей. Вместе мы способны принести намного больше пользы, нежели раздельно.

Проведя все утренние процедуры, я уже собрался позавтракать и отправиться на своё рабочее место. Но не тут-то было. Прямо на выходе из своей коробки я столкнулся нос к носу с начальником своей серверной. Имя у него, должен был отметить, было совершенно непроизносимое. Внешне он тоже не вышел. Сальная, обвислая кожа, полторы сотни килограммов жира, болотного цвета волосы. И, в довершение, смешной и примитивный глаз-окуляр, что постоянно то выдвигался, то сжимался обратно. Интеллектом он явно не блистал. Я даже не уверен, что он отличит брендмауэр от антивируса, не говоря о более сложных понятиях. И, фиг его знает, как он стал начальником сетевого отдела.

– Так, слушай сюда, кусок ты идиота. У меня для тебя особое задание. Завтра сюда прилетит большая шишка. Аж представитель самой Божественной Машины, мать их за ногу. В твоём личном деле говорилось, что ты некогда подрабатывал на них, а значит, умеешь вести с ними дела. На баранов из отдела продаж директор полагаться не хочет и честь помогать заключать сделку он доверил тебе. Не подведи меня, уродец. Шкуру спущу с тебя, если директор будет не доволен результатами сделки! – произнёс он тяжелым голосом, растягивая каждое слово.

– Будет исполнено. Какие ещё указания на сегодняшний день?

– Займись всей той ерундой, которой ты обычно занимаешься. Проверь провода там, убедись, что терминалы работают…короче, приготовь всё к прилёту представителя. Я не хочу, что бы завтра что-то пошло не по плану. Так что живо за работу!

Начальник сплюнул и, громко кряхтя, удалился восвояси. А я так и простоял ещё минуты две, анализируя полученные указания.

Конечно, это крайне хорошо, что у меня получится встретиться с моими братьями. Однако, меня сильно смущён тот факт, что ради заказа сюда отправили не просто сообщение-заказ по сети, а пришлют полноценную делегацию. Учитывая тот факт, что наше текущее положение в свете событий последних лет несколько…плачевно…отправка сюда людей выглядит спорным решением. Но, мудрейшей Божественной Машине виднее. Единственное, что меня волновало – почему же Ментер не счёл нужным уведомить меня об этом и связано ли прибытие братьев с моим рапортом.

Раз мне выпал такой шанс прямо в рабочую смену прошвырнуться по заводу, просматривая сетевые системы, то грех этим не воспользоваться для своих целей. В первую очередь, я отправил запрос на временное повышение уровня допуска для более полной проверки системы, обосновав это тем, что мне дали задание проверить всё и вся. Ответ пришёл незамедлительно – «Доступ уровня C» получен.

Я отправился в резервную серверную, дабы проверить её состояние. В этом помещении воздух наполнен озоном из-за постоянно вспыхивающих молний, а адское жужжание, исходящее отсюда блокируется звукоизолирующими стенами. Никто здесь особо не следит за проводкой, ибо дешевле и проще целиком заменить примитивное оборудование.

В конце концов, многое из оборудования изготавливается автоматически, а полные схемы производства давным-давно сгинули в истории. Это касается, много чего, начиная от оружия, заканчивая сложными системами жизнеобеспечения.

Сев за терминал серверной, я стал анализировать состояние оборудования. Настроившись расслабиться, мне наоборот пришлось сильно повозиться с системами. Сервера этой комнаты были как-будто специально чем-то нагружены – большая часть вычислительных мощностей уходила практически в никуда. Отключить и изучить эти процессы мне не удалось, даже допуска C было недостаточно для этого. Поэтому максимум, что я мог сделать – увеличить мощность охлаждения и сбросить часть вычислительных процессов.

Затем я отправился в зал системы NERV – девять небольших комплексов, в которых находятся восемь блоков Искусственного Интеллекта. Хотя назвать это – комплексом весьма сложно. На деле – это бетонные контейнеры площадью 25 метров, внутри которых находятся другие контейнера чуть меньшего размера. Однако даже высота последних, 15 метров, поражает. Но, что ещё более удивительно, в них практически нет свободного места. Единственно пространство, предназначенное для взаимодействия – небольшой тоннель, в котором, и то, приходится передвигаться ползком, надеясь не повредить многочисленные кабели и провода.

– Хей, тоже жирдяй приходил, да, Рит? – обратился ко мне один из контролёров NERV'а, стоило мне зайти в зал.

– Да не говори. Будто бы на моём рабочем месте у меня занятий нет. Но, раз говорят – то надо заняться. А вас он чем напряг?

– Велел надраить каждый блок, что б блистал, а также сменить всю повреждённую проводку и провести обслуживание. Он даже не представляет то, сколько времени это занимает!

– Ну, удачи вам с этим, а я полез говорить с нервным.

Сперва мне пришлось вновь ввести свой уровень доступа. К слову, за все время, проведённое здесь, я контактировал с этой системой только три раза, каждый из которых – был в сопровождении других сетевиков более высокого ранга. Так что сейчас был весьма неплохой шанс изучить NERV. С трудом протиснувшись в отверстие, я начал подключение к одному из Искусственных Интеллектов. Металлическая сфера прямо перед моим носом открылась, обнажив прозрачную ячейку, в которой находился настоящий цельный кибернетический мозг, плавающий в желтой жидкости. Десяток диодов истерически моргали, сообщая информацию, которую я не мог понять.

– Пользователь обнаружен. Приоритетная задача изменена на интерфейс пользователь-NERV. Приветствую вас, объект Ритер Рид. Сообщите цель вашего визита.

– Приветствую вас, Нерон. Мне приказали проверить системы к прибытию членов культа Machina Secrotum. Как вы себя чувствуете? Жалобы, проблемы, вопросы, замечания?

– Благодарю, оператор Ритер Рид. Жалобы – отсутствуют. Зафиксировано 146…147 проблем. Критические проблемы – отсутствуют, внешнее вмешательство не требуется. Есть подозрение на не правовые действия. Проблемы с тепловым и энергетическим балансом завода, производительность снижена на 15,666%, ведётся калибровка параметров. Присутствует средняя вероятность диверсии. Оценочный шанс – 34.937%, что диверсия произойдёт в течении земной недели. Охранному отделу отправлена рекомендация повысить состояние боеготовности.

– Хм. Причины столь высокого шанса?

– Прилёт представителей Machina Secrotum. Прибытие множества не идентифицированных рабочих. Неверно распределённая нагрузка систем. Внешнее вмешательство в устройство блоков NERV. Требуется корректировка систем ввода-вывода. Так же замечена пропажа более 15 рабочих за последние три дня. Третий блок системы NERV перегружен…

– Остановить отчёт. Слушай меня. Отправь данные по рекомендуемым действиям непосредственно директорату завода и повтори операцию по информированию соответствующих отделов. Отметь, что этот запрос был составлен мной и обозначь принудительно высокую важность.

– Принято. У оператора ещё есть указания или желание продолжить диалог?

– Нет. Диалог окончен.

– Интерфейс пользователь-NERV прерван. Хорошего вам дня.

Хорошо, что эта система способна заниматься самоанализом, убирая необходимость в ручном обследовании. Однако, смысла торопиться покинуть этот блок системы у меня не было. Только Божественная Машина знает, когда у меня будет ещё один шанс в одиночку побывать здесь. Так что упустить этот раз нельзя. Первым делом я сделал с десяток фотографий внутреннего устройства, но это было лишь начало.

Мой план был прост. Согласно предположениям Deus Technology, контрольные блоки системы NERV (то, с чем я только что разговаривал), сделаны из настоящего человеческого мозга со стертым сознанием и улучшенного кибернетической оболочкой и многочисленными имплантами. То есть, когда-то это мозг был живым и, вероятно, продолжает быть таковым. Если это правда – то, как и любое другое живое существо, он должен быть чувствителен к мета-психическим силам.

Убедившись, что никого рядом нет, я положил руку на контейнер, в котором плавал кибермозг. Закрыл глаза, расслабился и полностью сконцентрировался на окружающих меня мыслях. Секунда-другая…

Вспышка! Адская боль! Даже с закрытыми глазами я вижу красную пелену. Голову словно поместили в пресс. Крики, стоны и вой наполнили мои мысли.

Мне не хватило сил, чтобы удержать мета-психическую связь. Голова гудит и раскалывается, из носа струиться кровь, руки трясутся, а глазах всюду уведомления о различных ошибках.

Я отключил систему и запустил перезагрузку. Слишком много ошибок свалилось на меня разом и слишком мало времени решать каждую из них. Несмотря на путающиеся мысли и непрекращающуюся головную боль, я начал делать заключения.

Раз у меня получилось создать связь с этим кибернетическим мозгом, то значит, что он действительно биологический, ну, когда-то был им. Но…эти звуки, эта боль…и ни единой полноценной мысли…такое невозможно. Точнее, невозможно у разумного существа…даже если эта система – Искусственный Интеллект, биологическая часть мозга должна что-то обрабатывать, а не просто «кричать» и испытывать боль. – подумал я про себя.

С другой стороны, что мы знаем о системе NERV? Это, по сути, компьютер с несколькими процессорами, которые постоянно конфликтуют с друг другом, а ещё один процессор пытается составить из них истину. И, лишь создатель этого чуда техники знает, что ощущает мозг. Хотя, и это не точно. – подумал я, взглянув с другой стороны.

В любом случае, это было очень странно. Возможно, просто мне не хватило сил, что бы нормально ощутить мысли. Может быть, это как-то связано с необычной структурой кибернетического мозга NERV. И, самое маловероятное, но возможное – я подключился к чему-то другому. Правда, этот вариант создаёт ещё больше вопросов, чем ответов. В любом случае, надо будет доложить об этом завтра. Deus Technology будут рады даже такой информации.

Немного шатаясь, я вылез из короба и стал обдумывать дальнейшие действия. Моя резервная серверная уже проверена, толку проверять другие блоки системы NERV не имеет смысла, так как они все объединены в один разум. Я уж начал думать, что можно и вернуться на своё законное место и честно отработать остаток дня, но тут ко мне пришло осознание, что я даже не знаю, что собираются покупать мои братья и какие условия сделки ожидает директор. Так что, следующим моим местом назначения был «золотой кабинет». Именно так прозвали рабочие жилой и рабочий блок директора.

Прямо перед входом в его кабинет стоял полноценный отряд охраны. Пять человек, при оружии и броне. Да и не абы какие солдаты, а настоящие офицеры. И верно, шкурка любого из директоров Vinduko стоит дорого. Хоть глупцов, что хотели убить владельцев крупнейшей оружейной фирмы, не так много, но случаи были.

– День добрый. Мне надо пройти к директору… – произнёс я, чуть запнувшись, когда охрана сразу же взяла меня на прицел.

– Вы по пропуску или вам было назначено? – донёсся холодный металлический голос из-под шлема.

– Нет и нет. Мне требуется обсудить условия завтрашней сделки с Machina Secrotum. Доложите директору, что Ритер Рид прибыл с этой целью.

Один из охранников коснулся датчика на шлеме. Усиленный слух уловил крайне тихие слова из динамика, но я все равно не смог их разобрать. Кивнув, он отошёл в сторону, набрал что-то на терминале и дверь раскрылась. А за ней – ещё одна, после чего – последняя.

Я впервые за все время работы здесь очутился в кабинете директора. И стоит сказать, что даже меня, человека, живущего в огромном храме-крепости, это место производило невероятное впечатление. Стулья и столы из натурального дерева, инкрустированные золотом и серебром. Настоящие, живые растения. Стены были украшены картинами, написанными старинными красками, причем сами стены были не из голого бетона, а словно покрыты жемчужно-белым бархатом. Огромный ковёр на полу покрыт резными узорами. Помимо этого, всего, помещение было обставлено старинными, красивыми, но бесполезными артефактами – стаканами, кувшинами, древними приёмниками, свитками с какими-то схемами и прочими малополезными вещами.

Но кроме всего этого, внимание привлекал огромнейший по размерам терминал. Центральный терминал Материнского Храма мерк в размерах перед этим огромным устройством. На нем находилось множество индикаторов, отображающих значение завода. Тут тебе и запасы материалов, и количество произведённых товаров, и даже статистика по тому, сколько спят люди! Боюсь, что даже адептам Deus Technology понадобилось бы несколько часов, чтобы разобраться в этом диковинном устройстве. Начальник всей фабрики расположился в кресле напротив входа, аккуратно перед столом.

В глаза первыми бросались искусственные руки, которые не закрывали рукава пиджака. Кроме этого, на виске кожа обнажала металический череп. Готов поспорить, что практически все кости защищены металлом. И, даже более того, наверняка в его теле напичкана целая куча других имплантатов. Касаемо всего остального, могу сказать, что он выглядел крайне подтянутым, молодым и обладающим незаурядным интеллектом. Его взгляд так же изучал меня с ног до головы. Короче, полная противоположность начальника сетевого отдела.

– Приветствую вас, господин директор. – произнёс я, чуть поклонившись.

– Ты же…Ритер Рид, правильно помню? Присаживайтесь, я как раз хотел отправить за вами человека. – Произнёс он и указал рукой на другой стул перед столом.

Я сел на деревянный стул, оббитый кожей. Стоит признаться, что по сравнению со стальными сиденьями на моем рабочем месте, кожаное сиденье невероятно мягкое и удобное. На него можно даже облокотиться – спинка тоже мягчайшая.

– Насколько мне известно, ты неоднократно сотрудничал с членами Machina Secrotum. Думаю, тебе известно, что они являются одними из самых влиятельных и прибыльных наших клиентов.

– Верно. Я несколько раз пересекался с ними. Я помогал им вернуть артефакт на Земле, который у них похитили бандиты. Затем, так совпало, что я работал для них проводником на Марсе. А в последний раз наше сотрудничество состоялось в Новом Эдеме во время…инцидента. Думаю…вы сами знаете какого. НФС об этом очень активно трезвонили по всем новостным сетям.

– Новый Эдем, верно? Да-да, я припоминаю те отчёты. Вы, согласно докладам, спасли тогда местное подразделение Vinduko. И не только его, а ещё множество других людей. Это достойно похвалы. Как я понял, тогда вас и решили, в качестве благодарности, принять в нашу компанию. Хотя, мы, как правило, не берем беглецов с войны, но ваша услуга оказалась весьма своевременна. Мне больно думать о том, что столь огромное количество профессионалов могло просто сгнить вместе с городом. Найти оружейных экспертов в наше время трудное дело. – ответил мне Директор, в чьём голосе чувствовалась странная печаль.

– Это я должен быть благодарен вам. После разрушения Нового Эдема я остался без гроша в кармане и без крыши над головой. А деться с этого спутника мне было не суждено. От предложения вашей компании нельзя было отказаться. – произнёс я, чуть улыбнувшись.

– Ладно. Закончим с воспоминаниями. Так вот. Тебе уже явно известно, что завтра члены этого культа прибудут сюда для заключения сделки. Помимо закупки оружия, они хотят выкупить у нас один неработающий блок системы NERV. Думаю, как сетевой рабочий, ты понимаешь, что даже неработающий блок представляет собой крайне дорогую, сложную и, что важнее, секретную технику.

– Если это такая драгоценная и секретная техника, то не выгоднее ли продать это Независимым Федеральным Силам? Они богаче и влиятельнее.

– Это верно. Но у нас есть информация из надежных источников, что НФС где-то откопала ещё один блок системы NERV. Так что, я сомневаюсь в их заинтересованности в нем. Так же, это разрушает информацию о том, что система NERV есть только на этом спутнике и паре других заводов, а следовательно вскоре теоретическая цена может сильно упасть. Кроме того, боюсь, что если мы потеряем этот шанс продать сломанную часть системы, то Machina Secrotum могут просто отобрать у НФС их блок. Так что, именно сейчас у нас наилучший шанс продать эту часть системы NERV.

– Хорошо. Понятно. А что же вы хотите получить в обмен на него?

– В целом, у нас уже составлен список того, что мы хотим в обмен на него. Однако, есть высокая степень вероятности, что они могут расширить сделку и начать интересоваться вещами…которые мы не предполагали для обмена. Именно для этого и нужен ты – получить из этой сделки максимальную выгоду для нас. В крайнем случае, мы хотим получить за блок NERV не менее десяти миллионов федеральных чипов в эквиваленте.

– Хм. Зная то, как они бросаются на любые технологии Тёмной Эпохи, уговорить их на эту сумму будет весьма просто, если знать, куда надавить. Справлюсь. Ещё что-нибудь?

– На этом всё. Я не могу уделить тебе больше времени, так что вы свободны. Завтра за вами зайдут и проводят в зал, где будет заключаться договор.

Я попрощался, после чего перекусил и отправился в свою комнату. Вечер уже опустился на завод, а моя смена как раз завершилась. Проведя все вечерние процедуры, я лёг в кровать и заснул беспокойными сном.

## День Четвертый

…Зеленое свечение безжалостно бьет в глаза, ослепляя глаза и выжигая зрачки. Тяжеленная броня застыла на месте со мной внутри. Я пытаюсь сам сделать шаг, но тщетно. Даже мои усиленные мышцы не способны сдвинуть тяжесть брони.

…Приложив все свои силы, я кое-как сломал проржавевшие замки брони и вывалился мешком на землю. Монолит, словно почувствовав, что я покинул непробиваемую скорлупу, начал манить меня к себе своим зелёно-бирюзовым свечением.


…Я смотрю на свою механическую руку. Она безвольно повисла, искрясь от повреждения. Я смотрю на свою настоящую руку. Она вся истекает кровью из каждой поры.

Мой сон был прерван сработавшим будильником. Через час должны приехать представители Deus Orbis – наши дипломаты Божественной Машины. Я должен заранее приготовиться к встрече с ними, чтобы всё выглядело достаточно официально.

Встав с кровати, внимание привлёк тот факт, что мой киберглаз барахлит. Изображение всё в шумах, помехах, а отчеты несли сплошную ахинею. Что бы я ни предпринимал, эта проблема оставалась, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как переключить имплантат в пассивный режим и пользоваться обычным человеческим зрением. Без лишних элементов интерфейса и поверхностных изображений мир стал выглядеть слишком…пустым?

Проведя все утренние процедуры, я достал из шкафа костюм. Брюки и пиджак из серой, невзрачной ткани, а так же эмблема корпорации Vinduko. Уж не думал, что мне придётся одевать деловую одежду, хотя она и являлась частью обязательного набора одежды. Сидела эта штука отвратительно, жала в плечах, грубая ткань натирала всё, что только можно. Казалось бы, чего сложного, купить корпорации с миллиардным оборотом, нормальный костюм. Но, выбора особо нет.

Все приготовления заняли аккурат 50 минут. Стоило мне только выйти из комнаты, как я столкнулся с посыльным директора.

– Времени нет! Члены Machina Secrotum прибудут через 10 минут. Живо на площадку! – Произнёс он и, схватив меня за руку, потянул к посадочной зоне.

Прибыли мы точь-в-точь по расписанию. Только зайдя в зону, в небе появилось четыре синих точки, а воздух наполнился запахом озона. Огромный летательный аппарат, напоминающий букву Х, мягко опустился на поле, чуть подскочив при ударе о поверхность.

Это чудо техники, созданное подразделением Deus Technology, представляло собой относительно компактный летательный аппарат, созданный для космических и планетарных перемещений. Почти половина технологий, лежащих в основе этого творения, принадлежат Темной Эпохе – эру торжества науки человечества.

И вот, ворота грузового отсека открылись. Из чрева невероятной машины вышло десять человек в прекрасных черно-золотых доспехах. Я знал, что за тяжелыми шлемами и свечением бирюзовой матрицы находятся такие же слуги Божественной Машины как я. Но, в доспехах, они были выше, быстрее и сильнее любого другого человека. Эта броня, Mark IV Librarum, является торжеством мысли инженеров и техников нашего культа.

Десять человек. Среди них было четыре охранника, вооруженных мощными винтовками, глашатай Божественной Машины, что несёт её волю, два дипломата с характерными Y- образными прорезями в шлемах, а так же знаменосец и два механика-пилота.

Я выступил вперёд. Никто из представителей Vinduko не собирался мне мешать, что сильно меня обрадовало. Я поклонился и сложил пальцами треугольник, после чего произнёс:

– Божественная Машина следит за нами. Добро пожаловать к нам, многоуважаемые гости.

– Божественная Машина защищает нас. – В ответ промолвил глашатай и повторил мои действия.

– Мы рады приветствовать вас, члены Machina Secrotum, на нашем великолепном заводе Vinduko. Надеюсь, пребывание здесь будет приятно вам, и мы сможем пройти к взаимному согласию. – Поприветствовал моих братьев один из представителей отдела продаж.

– Мы так же надеемся, что наш полет из другой части солнечной системы был не напрасен, и мы сможем придти к взаимовыгодному решению. Видит Божественная Машина, что мы желаем спасения всему миру.

– Не знаю, что насчёт спасения мира, но мы будем рады помочь вам в любом случае. Вы, служители Machina Secrotum, являетесь самыми дорогими и важными для нас клиентами.

– Отставить болтовню. Пройдемте же в зал заседаний. Там мы и обсудим сделку. Все-таки формальности соблюдать надо. – Произнёс ещё один из отдела продаж.

Вся толпа отправилась следом за приглашающим. Работники Vinduko шли хаотично, кучей. Братья Machine Secrotum на первый взгляд тоже передвигались без порядка, но я-то знал, что это особый строй, призванный защищать дипломатов и, что главное, знамя Божественной Машины. Даже мне не известно, почему наши знамёна охраняются столь рьяно. Но, любой из членов культа знает, что если знамя упадёт – это очень плохая примета. А о потери знамени и вовсе не может быть и речи. Некоторые люди знают эту традицию и из-за этого начали ходить слухи, что однажды целая рота бросилась в самоубийственную атаку лишь бы вернуть себе знамя. Естественно, это не могло быть правдой. Братья и сёстры нам намного важнее, чем какое-то знамя.

По пути я отметил, что охранники подозрительно перешептывались, следуя за нами. Они были снаряжены намного более серьезным оружием, чем рядовые служащие, так ещё и по всему коридору “случайно” распределились дополнительные силы. Видно, что Vinduko не на шутку опасаются своих “дорогих” и “важных” клиентов.

И вот мы все оказались в зале заседаний. Мои братья – по одну сторону длинного стола, а работники корпорации – по другую. Я, что логично, сидел вместе с последними. Атмосфера стояла напряженная, однако, причину этого найти мне было не по силам.

– Итак. Приступим к первой части сделки. В вашем обращении была запись о продаже вам по сто единиц следующих экземпляров оружия: КА-74, Vin A.D., Motora, Desperado, а так же по десять ящиков патронов для каждого из этих образцов вооружения. Сроки доставки – в течении месяца. Все партии забираются лично вашим культом прямо с заводов. Всё верно? – Произнёс один из представителей корпорации.

– Не называйте их культом. Им это не нравится. Они предпочитают, когда их называют последователями. – подсказал я шепотом тогда человеку.

– Не совсем. Мы пересмотрели своё решение и хотели бы добавить к этому списку ещё полсотни автоматов КА-74. Кроме того, количество ящиков с боеприпасами хотелось бы увеличить до двух десятков. Так же, мы бы хотели изменить сроки доставки. Четверть от заказа мы хотели бы забрать с собой, а оставшуюся часть заберём через три месяца. – ответил один из дипломатов Божественной Машины.

– Хм. Дайте нам секунду провести перерасчеты заказа.

Представители корпорации ушли с головой в математику. Они сидели тихо и неподвижно около двух минут, рассчитывая и обсуждая всё по внутренней связи, после чего произнесли:

– Хорошо. Мы согласны при условии, что половину заказа вы оплатите сегодня же. Наших производственных мощностей хватит для того, что бы уложиться в такой срок. Цена в сумме не изменится, так как пропадают издержки срочности. На этом этапе всё?

– Что ж. С оплатой никаких проблем нет. Оформим зачисление, как только весь груз будет готов к погрузке. Об оружии мы закончили. А теперь, с вашего позволения, мы бы хотели поговорить о блоке системы NERV. Ведь именно за этим нас прислали сюда. – ответил дипломат, заметно оживившись.

Члены корпорации чуть отодвинулись, показывая мне, что настала пора действовать, а не просто слушать. Всё-таки, это моя стезя.

– Итак. Если я правильно понимаю, вы бы хотели выкупить именно неработающую часть системы NERV. Сколько вы готовы предложить нам за него?

– Учитывая, что этот блок нерабочий, мы готовы предложить вам пять миллионов федеральных чипов. Вся сумма будет переведена в течении трёх земных месяцев.

– Пять миллионов? Думаю, что это весьма скромная сумма за столь бесценный образец технологий прошлого. Его минимальная оценочная стоимость минимум десять миллионов. И это – не учитывая издержки по извлечению блока и доставки, которые мы возьмём на себя.

– Да, мы согласны с тем, что система NERV – это уникальнейшая в своём роде технология. Но, насколько нам известно, тот блок, что ваша компания согласилась продать – неработающий в результате ряда серьезных нарушений использования. Нет никаких гарантий, что мы сможем восстановить его работоспособность. Более того, наши ресурсы ограничены, и мы можем предложить вашей корпорации не больше пяти миллионов. – ответил мне мой брат.

Я пытался найти в его речи, какие-нибудь скрытые и понятные только лишь мне послания, но это оказалось тщетно. Он относился ко мне как простому смертному из корпорации. Тогда я решил ответить ему тем же:

– Однако, несмотря на поломку этого блока, он все ещё ценен для вас как вместилище технологий Темной и Чёрной эпохи человечества. Кроме того, механики Божественной Машины известны всему миру. Не сочтите за лесть, но о ваших технологиях ходят такие мифы, что на их фоне этот завод – примитивнейшая вещь. Я абсолютно уверен в том, что даже если вы не сможете починить его, то все равно получите в свои руки множество забытых и малоизученных технологий.

Затем я понизил свой голос практически до заговорщицкого шепота и добавил:

– И, более того, я слышал, что система NERV – это дальний родственник Божественной Машины, которую вы почитаете. Если это так – то это поможет вам понять её сущность. Так же, наша компания будет согласна предоставить вам мастеров, что уже работали с этой системой.

– Хм. Ваши доводы имеют смысл. Однако, как мы уже говорили, у нас нет возможности заплатить больше, чем предложено. Впрочем, в качестве дополнительной альтернативы, можем предложить вам некоторые из своих разработок. Думаю, что у нас найдутся интересные для вашей корпорации технологии. – ответил дипломат, будто бы чувствуя, что корпорацию интересуют технологии не меньше денег и протянул инфокарту с данными.

Я глянул на других представителей компании. Они явно были рады, что речь зашла о технологиях, дали мне отмашку и сразу же принялись жадно изучать содержимое карты. А вот представители Божественной Машины выглядели напряженными. Поза дипломата говорила, что он очень напряжен и нервничает. Подняв взгляд из-под шлема на меня, он сложил пальцы в символ треугольника.

– Приветствую тебя, брат. Божественная Машина хранит. – Раздался голос в моей голове.

– Божественная Машина видит в любом уголке мира, брат. Метапсихическая связь? Почему раньше не установил её?

– Не было возможности. Нужно было преждевременно предохраниться. Судя по твоему докладу, тут возможно наличие шпиона. У нас есть важная новость для тебя…

– Думаю, что Vinduko согласны обменять блок системы NERV на эту сумму с учетом предоставленных разработок. Мы ожидаем полную документацию по этим технологиям. – Начал прерванный разговор один из представителей компании.

– Да-да, конечно мы предоставим. Но, видите ли. У нас есть маленькая проблема. Мы не можем конкретно сейчас все это осуществить по вполне понятным причинам. Думаю, если вы согласитесь на наши условия, то в течении месяца сюда прибудет ещё одна группа членов Machina Secrotum которая и займётся показом технологий. Они так же и заберут блок системы в таком случае.

– Что ж, хорошо. Думаю, что на этом наши переговоры оканчиваются?

– Да. На данный момент, у нас больше нет к вам дел, но мы готовы выслушать встречные предложения, если они у вас есть.

– Нет, на этом с нашей стороны тоже всё. Мы были рады встретить вас на нашем заводе и заключить взаимовыгодную сделку. Надеюсь, что вы будете нашими клиентами ещё не один раз.

– Извините, но у нас есть одна сторонняя просьба. Из-за расположения вашего завода на этом спутнике, в данный момент времени мы потеряли возможность вернуться, так как окно выхода в космос сильно сместилось, а наш аппарат не предназначен для манёвров в атмосфере. С вашего позволения, мы покинем завод через двенадцать часов. – Произнес пилот-механик, глядя на голограмму планеты, сверкающую у него в руке.

– Да-да, конечно оставайтесь. Если вы хотите, то мы можем провести для вас экскурсию по цехам завода.

– Нет необходимости. Мы не покинем посадочной зоны. Спасибо вам за оказанное деловое доверие. – Заверил их дипломат, и вся делегация Божественной Машины встала со своих мест.

Все покинули зал заседаний. Все члены корпорации ушли на совещание, так и не пригласив меня отпраздновать удачную сделку. Даже почти все охранники разошлись по своим делам и лишь пара человек сопровождала братьев к посадочной зоне. Поэтому у меня появилась замечательная возможность продолжить общение со своими братьями без лишних глаз.

– Так что там со шпионом? Есть какая-нибудь новая информация? Наши братья крайне сильно взволнованы твоим сообщением. Есть опасения, что сюда могли проникнуть агенты Rhonus . – Произнёс глашатай Божественной Машины в моей голове.

– Увы, ничего нет. Однако, я собирался сообщить, что тут готовится какой-то саботаж. Вчера NERV сообщила, что за последние три дня пропало 15 рабочих, а сами компьютерные системы перегружены. Система связывает это с вашим прибытием. – Сообщил я результаты вчерашнего исследования.

– Скверно. Очень скверно. Особенно на фоне того, что уже неделю по всему сектору регистрируется повышенная опасность метастричсеких сил. Хоть явных признаков вырождения нет, да и кальцит реагирует недостаточно активно, но…думаю, что на лучше отозвать всех своих агентов. Я сейчас же отправлю запрос на эвакуацию.

– Мне кажется, что все это может быть как-то связано с контейнерами, помеченные как несущие Метастрическую угрозу. У меня не было времени ещё раз проверить, что там, но, боюсь, что на старом месте их уже нет.

– Да поможет нам Божественная Машина…Я постараюсь добиться у начальства завода возможности остаться здесь больше необходимого, чтобы дождаться указаний и, при случае, суметь эвакуировать тебя и других агентов. В противном случае, если события примут дурной поворот – тебе придётся самому выбираться отсюда. А теперь уходи. Ты слишком много времени проводишь рядом. Это опасно для твоего прикрытия.

Я попрощался с братьями и поспешил покинуть посадочную зону. Рабочие смены недавно переменились и из-за этого казалось, что это место опустело. Оказавшись в своей комнате и заперев дверь, я достал ящик с револьвером. Лучше приготовиться к самым плохим развитиям событий. Откинув барабан, я зарядил патроны, после чего прокрутил их, убрал предохранитель и положил оружие на место.

Переодевшись и проведя вечерние ритуалы, я лёг в кровать. Но сон очень долго не приходил ко мне. Мне казалось, что нечто крайне внимательно следило за мной. Будто бы чей-то незримый глаз реагировал на каждую мою мысль и на каждое моё движение. Словно сама моя сущность находилась под наблюдением. Искренне надеюсь, что это была Божественная Машина. Если не она, то кто?

## День Пятый

…Обелиск…Бирюзово-зеленое свечение манит меня…облокотившись на броню, я кое-как встаю на обе ноги и начинаю медленно ковылять к источнику завораживающего света. Передвигая ноги по неустойчивой земле, я медленно приближаюсь к заветной цели. Но вот механические мышцы подводят меня. Я падаю в грязь и остаюсь все так же далеко от величественного монолита, словно я топтался на месте…

Из сна меня вытянул громоподобный шум. Он был настолько резок и внезапен, что я моментально пробудился. А затем по заводу прошлась волна, подобная землетрясению такой силы, что я свалился с койки, вставая. Поднявшись, я прислушался. Грохота как не бывало, но включились аварийные сирены, а усиленный слух уловил звук шагов сотен бегающих людей. Одевшись в комбинезон, я вышел из своей комнаты.

– Всех пожарных на посадочную зону! Медицинский персонал туда же! Отцепить сектор! Никого не выпускать! – раздавался усиленный динамиком голос Джеймса Девлина, одного из начальников охраны.

Я схватил за руку одного из пробегающих охранников. Он тут же вырвался из хватки, но остановился выслушать меня:

– Что произошло? Что за взрыв? – обратился я к нему.

– Ты у нас…Ритер, верно? Бегом в посадочную зону! Тебе дан указ прибыть туда и, по возможности оказать членам Machina Secrotum может посильную помощь. Живо к ним!

В ту же секунду мне пришло уведомление срочно прибыть на посадочную площадку и я, не раздумывая, бегом бросился туда, благо транспортную зону и мой жилой блок разделяло буквально несколько небольших секторов.

Не успев даже приблизиться к посадочной зоне, как датчики организма зафиксировали невероятное превышение различных примесей в воздухе. Ртутные пары, мышьяк, фтор, хлор и прочие другие вещества, в таких количествах, что если бы у меня не было искусственных легких, то я прямо сейчас бы умер. Тем не менее, мне надо было торопиться, пока фильтры не перестали работать и защищать меня.

В ангаре все было поглощено густым, чёрным, маслянистым дымом, в котором даже дышать было неимоверно тяжело. Ориентируясь на память, я добрался до корабля Machina Secrotum. Он горел и сильно дымился. Недалёко от него находились мои братья, а так же большое число рабочих в костюмах пожарной охраны, что пытались потушить адское химическое пламя.

– Ритер! Великая Божественная Машина, ты вовремя. Кто-то или что-то подорвало наш летательный аппарат. Мы потеряли пилота и двоих телохранителей, а также всё вооружение. – Обратился ко мне один из дипломатов по Метапсихической связи.

Соединение было слабым, но я чувствовал через него волнение и боль. Дипломат пострадал, но не было ничего смертельного. Однако, даже мне было понятно, что он контужен и с трудом держится в сознании.

– Вам надо покинуть это место. Тут слишком опасно дышать и ваш корабль может взорваться. Прошу, следуйте за мной и, да защитит вас Божественная Машина, что бы никто не отравился испарениями.

Дипломат кивнул, и вся группа уцелевших отправились следом за мной. Пройдя где-то ещё сотню метров, до нас эхом дошла череда взрывов – видимо детонировали силовые установки летательного аппарата. А ещё чуть погодя донеслась небольшая серия хлопков – это, вероятно, груз завода попал в огонь.

В конце концов, мы добрались до границы отцепленного сектора. Тут находилось огромное количество корпоративной охраны в самом серьезном снаряжении, которое только может быть у Vinduko. Здесь развернули камеры, сенсорные и оптические датчики, турели и даже подобие военного кордона.

Кроме них тут находилось множество других личностей: врачи, работники посадочной зоны, обычные рабочие и прочий люд. Как и было сказано Джеймсом Девлином, охрана никого не выпускала из зоны, будучи готовыми расстрелять любого, кто попытается сделать это. Все это чувствовали и просто покорно выполняли указания.

Я уже приготовился присоединится к продолжительному ожиданию, но буквально спустя пару минут к нам выдвинулась группа охраны, грубо расталкивая скопившихся людей. Их командир подошел к нам и обратился сухим голосом:

– Прошу всех вас пройти следом за нами. Начальник службы безопасности хочет встретиться со всеми вами. Служащий Ритер, тебя это тоже касается. Ты продолжаешь выполнять роль посредника.

Меня с братьями отвели в блок охраны, в котором я ни разу не бывал. Его главное отличие от других секторов было простое – просто невероятное количество оружия на квадратный метр. Буквально над каждой развилкой висела турель и даже самые обычные работники имели при себе огнестрельное оружие, а все коридоры были завалены ящиками с боеприпасами и оружейными товарами. Впрочем, что ещё ожидать от самой большой оружейной фирмы?

В конце концов, нас привели в помещение, отдалённо напоминавшее оружейный склад. Стеллажи и полки ломились от самого разного оружия, начиная от простейших пистолетов, заканчивая огромными гранатометами, которые без экзоскелетной брони даже не оторвать от пола. И, хотя тут нет технических шедевров подразделения Deus Technology, количество и разнообразие экземпляров всё равно поражало.

– Приветствуем вас, слуги Божественной Машины. – Произнес один из находящихся внутри охранников.

– Думаю, вы гадаете, зачем же мы вас сюда привели? У главы охраны есть к вам несколько вопросов и пара предложений. Он придёт с минуты на минуту. – Продолжил он.

И действительно, спустя минуту, ворота оружейной открылись и сюда вошёл настоящий вооруженный отряд. И не абы какой, а Чёрная дивизия Независимых Федеральных Сил. Среди них сильнее всего выделялся именно капитан: погоны, красные вставки на броне и самое тяжёлое оружие – гатлинг-пулемёт «Каркатор». Опаснейшее оружие в умелых руках. Три тысячи пуль в минуту – это вам не шутки.

– Грёбаные федералы. – Процедил сквозь зубы кто-то из братьев явно не собираясь скрывать своё отношение к ним.

– Не надо так негативно относиться к нам. Да, у наших организаций регулярно возникают недопонимания и военные конфликты, а ваши цели зачастую расходятся с нашими. Но, ведь случай Нового Эдема доказал, что мы можем работать вместе, если захотим…

– Да-да-да. Видел я ваши новости, что это мы, оказывается, виноваты во всей той хрени, что там произошла. А вы вовсе не совершали военное нападение на мирный и спокойный Сверхгород. – произнёс один из моих братьев максимально ироничным и недовольным тоном.

– Прошу вас, успокойтесь и давайте капитану договорить. – сказал я своим, хотя в душе полностью разделял мнение.

– Это – политика и пропаганда. Ничего личного. В любом случае, нам нужна ваша помощь, а вам – наша. В противном случае, вы просто не сможете покинуть этот завод. В конце концов, любые предприятия Vinduko – это нейтральные зоны, и мы не хотим портить отношения. И под “мы” – я имею в виду и нас, и вас. – Произнёс командир максимально спокойным и рассудительным тоном.

– Мудрое решение. Так в чем же дело? Мы вас слушаем. – Произнёс дипломат, скрестив руки в латных перчатках на груди.

– На этом заводе творится что-то очень-очень странное. Пропадают люди, в системе регулярно проявляются сбои в работе. Очень много людей страдают от психических проблем. Наше начальство думает, что вероятнее всего дело в большом количестве шпионов, но кое-кто из совета Федерации предположил, что тут виноваты Метастрические силы.

– Поэтому вы решили обратиться к нам как к обществу с самым большим количеством знаний про это явление, раз оно так совпало. – Закончил за него дипломат.

– В целом это верно. Мы рассчитываем на плодотворное сотрудничество и бла-бла-бла. Хоть совет и скептически к этому отнёсся, он все же уговорил директоров Vinduko позволить вам заняться этим делом.

– Божественная Машина обычно не велит нам заниматься всем, что связано с Метастрической угрозой, так как для этого существует Deus Venandi… – начал было дипломат.

Капитан ощутимо напрягался, а пара охранников демонстративно переглянулась.

– …Но, так как у нас нет возможности покинуть планету, мы обеспечим вам первичную помощь. Однако, у Божественной Машины есть два условия. Первое – Vinduko дадут нам возможность связаться с Космическим Скитальцем, на котором мы прибыли. Второе – нам нужны некоторые специалисты, чтобы обустроить производство кое-какого оборудования. – продолжил он, чуть выдержав момент.

– Конечно-конечно. Всё, что вам угодно. К слову, раз ваш летательный аппарат взорвался, то можете взять себе вооружение с этого склада. Хоть я и надеюсь, оно вам не понадобится.

Я уже потянулся к лежащей на стеллаже винтовке, как меня отдернул командир федералов и произнес:

– Ты – всего лишь посредник и помощник в общении с Machina Secrotum. Тебе оружие не полагается. – произнёс он угрожающим тоном.

Я думал, что-сейчас-то меня и отошлют куда подальше, но, похоже, про меня уже забыли и стали воспринимать как фоновый объект. Мне от этого лишь лучше.

Когда мои братья вооружились, нас повели в башню связи – огромную колону из супербетона и углеродных стержней, которую видно за множество километров от завода благодаря мощнейшим прожекторам. Она играет и роль главного ориентира, и станции связи, и маяка для судов. Её высота более километра и подъем на лифте до самой верхушки занял практически полчаса.

Оказавшись в радиорубке, дипломат хотел обратиться первым, но я остановил его, дав понять, что лучше доверить это мне.

– Агентам Machina Secrotum необходимо связаться со своим штабом. Они хотят запросить поддержку специального отделения по борьбе с Метастрической угрозой, а также эвакуационный челнок.

Радисты тут же уступили своё место. Видимо, уже были готовы к этому указанию. Глашатай занял место, нашёл нужную частоту, ввёл код доступа и произнёс длинную комбинацию цифр. Я знал, что это на самом деле специальный код, указывающий необходимость прибытия отряда Deus Venandi, а также координаты. К сожалению, ответа не последовало.

– Боюсь, что солнечная вспышка буквально час назад создала зону глушения связи, так что ваше сообщение вряд ли дойдёт за ближайший час. Оно будет повторно отправлено, когда связь восстановится.

– Ох, Божественная Машина, это скверно. Боюсь, что нам придётся выкручиваться своими силами. – Передал мне свои мылся кто-то из братьев.

– Так, ладно, у меня есть приказ – сопроводить вас на нижние уровни, где было больше всего пропаж. Оттуда вы и начнёте своё расследование. – Произнёс сопровождающий нас охранник.

И вот я во второй раз оказался в технических тоннелях. На этот раз мне не было необходимости маскироваться и скрываться. К тому же, меня защищало целых семь слуг Божественной Машины и ещё один член корпоративной охраны. Остальные охранники отцепили все входы и выходы, чтобы не дать сбежать кто бы там не находился.

Первым делом нас отвели на место, где была обнаружена первая пропажа, но ничего необычного здесь не было. Такие же стены и провода, как и во всех тоннелях. Да и всё другие места тоже ничем особым не выделялись. На все расспросы охранник отвечал уклончиво, кроме того, сомневаюсь, что он мог что-то знать.

Но вскоре ситуация изменилась. Как только мы начали приближаться к месту, где я нашёл контейнера с маркировкой “Meta-DtA”, глашатай вскинул руку, приказывая остановиться. Я и все мои братья почувствовали на инстинктивном уровне некое возмущение, которое сложно описать словами. Словно сам воздух становится чужим, а душа ощущает беспокойство.

Я создал мета-психическую связь с глашатаем и сообщил ему:

– Тут недалёко были контейнера, о которых я сообщал Ментеру. Скорее всего, он вас предупреждал о возможном содержимом. Вы ведь здесь не просто так. Знаменосца вы бы не стали брать собой просто так.

– А ты на удивление проницателен, Ритер. Сразу видно, что ты агент Deus Auris. Ты прав, мы здесь не просто покупатели. На основе твоих отчётов и сообщений другого шпиона мы знаем, что тут может храниться что-то опасное. Не так давно Божественная Машина послала мне видение, что здесь есть некий артефакт, который мы должны найти, иначе он вновь окажется потерянным на многие года. – Сообщил мне в ответ Глашатай.

– Братья! Знамя! Оно реагирует! – Вскрикнул знаменосец.

Все, в том числе и я, забыв о своём прикрытии, обратили свой взор на священное полотно. Кальцитовые вставки и украшения ярко блистали в темноте тоннелей всеми цветами радуги, испуская множество разноцветных искр и издавая тихий мелодичный треск. Тишина тоннелей разрушилась тоненьким, но пронзительным воем, так же исходящим от знамени. Глашатай мгновенно сообразил, к чему всё это.

– Живо! Построение кругом, знамя в центр! Приготовиться к отражению Метастрической атаки! Развернуть кинетические щиты на полную мощность!

Тут же коридор наполнился жужжанием силовых барьеров, а вокруг нас проявились едва заметные защитные шестиугольники. Я встал рядом со знаменосцем, так как оружия у меня всё равно не было. Тут же устроились и дипломаты, которым строго-настрого запрещалось хоть как-то учувствовать в боевых действиях. Даже в целях самообороны.

Дышать стало тяжело. Воздух стал как будто густым и плотным. Неосознанно я активировал боевой режим протеза своей руки. На кончиках пальца заплясали тоненькие искорки. Адреналин в крови превысил своё нормальное значение в разы. Весь мой организм приготовился к схватке, но не лично я.

…Тварь выскочила из неоткуда. Я разворачиваюсь к ней, наводя оружие, но она уже пропала из реальности. Пока я пытался сориентироваться в ситуации из стены вылетела огромная когтистая лапа. Секунда – она вонзается в мою грудь. Вторая секунда – лапа резко поднимается вверх, разрывая мою плоть. Я издаю дикий крик и вижу, как чья-то рука пролетает в воздухе. А затем до мозга доходит чудовищная боль в правом глазу…

– Браться! Слева! – раздался крик, возвращающий меня в реальность.

Следующие события происходили как при замедленной съемке. Вот я поворачиваюсь на 45 градусов и вскидываю руку. Затем чуть вдалеке я вижу странное грязно-розоватое существо, которое с огромной скоростью устремляется к нам. Все братья как по команде открывают огонь. Огромное количество пуль изрешетило тварь за пару секунд, превратив его в бесформенную кучу плоти.

Но это было только начало. За этим порождением Метастрической Угрозы появились десятки, а то и сотни аналогичных тварей. Коридоры в одно мгновение наполнились шумом сотен когтей, стучащих по металлическому полу и канонадой выстрелов. К сожалению, это было тщетно. Порождения шли на нас нескончаемым потоком.

– Медленно отступаем вперёд по тоннелю! Там мы заблокируем системные ворота! Ритер! Немедленно отдай приказ заблокировать этот тоннель! – Перекрикивая ужасный хор, приказал Глашатай.

Мы стали медленно, спиной вперёд, отступать дальше по тоннелю. Я открыл в зрительном интерфейсе карту тоннелей, после чего немедленно отправил список ворот, которые требовалось закрыть немедленно, что бы Метастрические твари не разбежались по всему заводу. Указание было исполнено практически мгновенно. Со всех сторон было слышно гулкое закрытие ворот и работа блокирующих механизмов.

И вот, мы практически добрались до нужной нам двери. Нескончаемая волна тварей уже почти добралась до нас. Буквально в последний момент защитные ворота опустились, раздавив сразу с десяток уродцев. Один из охранников делегации подошёл к трупу и ткнул сапогом кашу из внутренних органов.

– Что велит делать Божественная Машина, Глашатай? Истребление Метастрических уродцев не входит в наши обязанности, да и бойцов здесь только два человека. Дипломатам нельзя осквернять руки оружием, а Ритеру запретили вооружаться. – Спросил он.

– Мы немедленно поднимемся обратно на поверхность и объявим, что этот завод необходимо закрыть на карантин. Если получится уговорить владельцев – персонал покинет завод, а потом сюда прибудут Deus Venandi и проведут зачистку.

– А если нет? Не думаю, что эти болваны представляют то, с чем им придётся иметь дело.

– Вообще-то, вы всё ещё… – попытался сказать член охраны, но стальной взгляд глашатая тут же оборвал попытку возразить.

– Тогда Божественная Машина велит нам покинуть эти место и нанести эту точку как утраченные земли. Может быть, когда-нибудь мы и вернёмся сюда.

– Что ж, тогда идёмте же отсюда. Я уже слышу, что Метастрические порождения растворились во мраке. И мне бы не хотелось, чтобы они возникли здесь, когда путь к отступлению отрезан. – Произнёс немного нервным голосом дипломат.

Спорить с ним никто не стал. Все понимали, что наша огневая мощь крайне низкая и нам нужна помощь. Поэтому, мы поспешили ретироваться поскорее. Однако, нашим планам было не суждено сбыться. Лишь теперь-то я понял, почему сюда послали именно меня, агента ΕΩΕ, а не любого другого члена Deus Auris.

– Я рад приветствовать вас, заблудившиеся слуги Божественной Машины. Неожиданная встреча в тёмной подворотне. Хотя, видимо, это ваша любимая божественная машинка так за вами следит, раз привела прямо в наши руки. – Раздался из тоннеля спереди голос.

Братья мгновенно вскинули стволы, но я-то знал, что уже поздно. Мы встретились не с бойцами Независимых Федеральных Сил, ни с корпоративной охраной Vinduko. К нам вышли члены культа Rhonus. Пожалуй, самых главных противников Божественной Машины, после Метастрической Угрозы.

Из тени тоннелей вышло с десяток тяжеловооруженных бойцов. Из прорезей для глаз в шлемах сиял желтоватый цвет. Их броня была отдалённо похожа на Mark IV Librarum, которую носили мои братья, но всё же достаточно сильно отличалась во многих деталях. Мои братья тут же вскинули оружие, но открыть огонь приказа ещё не было. Нас бы просто расстреляли и все присутствующие здесь это понимали.

– Отступники. Скверное дело. Всё хуже, чем мы думали. – Сообщил всей нашей группе Глашатай по психической связи.

– Ментер! Дело для ΕΩΕ. Здесь находятся отступники Rhonus. Минимум десяток и они все тяжело вооружены. Мы попали в засаду. – я попытался немедленно отправить сообщение наставнику о столкновении с еретиками, однако, связь была заблокирована. Или это вина вспышки, или наши противники позаботились об её отключении.

– Покайтесь в своих грехах, отступники. Свет Божественной Машины готов простить вас. Вы не ведаете, что творите, получив такие силы, будучи вне контроля Божественной Машины! – Громко и четко произнёс я.

– Божественной Машины не существует. Вы поклоняетесь пустоте, которая никогда не существовала. Вы похожи на стадо баранов, которое идёт туда, куда идут остальные! – Ответил мне с усмешкой член из свиты Rhonus.

– Еретики! Божественная Машина существует! Я слышу её! Я чувствую её! Она направляет меня, направляет моих братьев! Я – проводник её силы и воли! – Ужасным голосом вскричал Глашатай.

Я почувствовал, как земля начала помаленьку дрожать. Кальцитовые вставки начали слабо искриться, и это не значило ничего хорошего. Небольшие бирюзовые пучки молнии исходили из знамени, подобно огням Эльма.

– А вы! Вы отвернулись от Божественной Машины! Вы недостаточно сильно верили в неё и поэтому не видели её света! Вы предатели, которые воспользовались её дарами, но не нашли в себе сил уверовать в неё!

Земля стала ощутимо трястись. Металлические балки издали жалобный скрип. Киберглаз начало замыкать и помехи заполнили экран. Кальцит в знамени снова начал сверкать и искриться подобно радуге. Воздух наполнился запахом озона.

Еретики вскинули оружие и уже собрались открыть по нам огонь, но каждый из их стволов издал глухой щелчок. Еретик, стоящий во главе попытался что-то выхватить из-за спины.

– Никто из вас не заслуживает жизни! – Закричал Глашатай и в то же мгновение всё для меня погрузилось во тьму.

## День Шестой

…Пустота. Абсолютная, всепоглощающая пустота. Я делаю шаг, но даже этот звук растворяется в ней. Я набираю в грудь воздух и кричу, но из моих лёгких вырывается только тишина и в ответ мне раздаётся только молчание. Не слышно даже пульса в голове и стука сердца…

…Шаг…ещё шаг…и ещё…

…Одна Божественная Машина знает, сколько я шёл в этой пустоте в неизвестном направлении. Может час, может день. Может месяц. Но ничего вокруг меня не изменялось. Может, я вообще стою на месте? А существую ли я вообще?

– Да.

– Кто это говорит? – Крикнул я из всех сил, но не услышал своих слов.

– Мы.

– Что я здесь делаю? Где я? Где ты? Почему здесь так темно? Куда делись мои братья? – Кричал я в пустоту, не слыша своего голоса.

– Смерть.

– Я умер? Я не могу умереть. Моё дело ещё не закончено. Мне надо выполнить своё дело. Я ещё не отплатил Божественной Машине свой долг за жизнь.

И вот ярчайший свет озарил сплошную темноту. Пустота наполнилась тихим звоном, подобным звуку сотен небольших колокольчиков. Моя рука и глаз тут же перестали работать. Я растерялся, но тихий голос снова заполнил это пространство.

– Живи.

Я пришёл в себя. Всё тело жутко болело. Кости ломило, голову, словно засунули в пресс, а живот отчётливо давал понять, что будь он полным, то он бы непременно это исправил. Но, я был жив.

Оглядевшись, я пришёл к выводу, что нахожусь в своей комнате. Здесь было темнее обычного и очень душно. Стоило мне приподняться, как кто-то находившийся возле меня сказал:

– Без резких движений. Ты у меня на мушке. Подними руки и вставай.

Я аккуратно поднялся, обратив руки кверху. Через интерфейс я активировал боевой режим у своего протеза. Но, попытка не удалась – батареи сигнализировали о том, что энергия на нуле.

– Бесполезная затея. Я отключил тебе резервные источники. А теперь медленно повернись ко мне и не двигайся.

Я выполнил указания. Передо мной стоял рослый мужчина. Лицо его было обезображено ожогом, но держался он уверенно. Моё внимание привлёк тот факт, что он был одет в Mark II Releva, старинный образец брони Machina Secrotum. Под ними, согласно сканированию, находилось бесчисленное число протезов и имплантатов. В разы больше, чем у меня. Но главное – это означало, что он мой соратник.

– Стой смирно и не вздумай что-либо делать. – Произнёс он и коснулся рукой моей головы.

Я почувствовал, как нечто чужое вторгается в мой разум. Оно читает мои мысли, воспоминания, страхи, мою жизнь. Словно прощупывает и изучает меня изнутри. Метапсихическое слияние. Меня обучали противодействовать ему, но я не хотел рисковать.

– Ты чист. Божественная Машина защитила тебя, брат. Похоже, мы стали настоящими свидетелями того, как наш Бог защитил своего последователя. – Произнёс он с явным облегчением.

– Ты кто такой? Что ты тут делаешь? – Произнёс я, соединяя провода в руке, подключенные к батареям.

– Меня зовут Рейнар. Я член Deus Auris, как и ты. Я тебя обнаружил, когда всё здесь начало сходить с ума. Ты валялся около этой комнаты без сознания и с очень паршивым видом.

– Как же я здесь оказался? Последнее, что я помню – это грохот в системных тоннелях, где мы были с братьями. Черт, голова раскалывается…

– Системные тоннели? Оттуда исходит сигнал спасения…Он возник аккуратно в тот момент, когда вся эта хрень началась…Думаю, что там все еще могут находиться наши браться.

– А что здесь произошло? Почему тут так темно? Почему включен сигнал спасения? Сколько я вообще пролежал без сознания!?

– Мне самому интересно. Просто внезапно накатило землетрясение, а после компьютерные системы сошли сума. А потом ещё и Метастрические твари проявились. Я искал, где укрыться от первой волны и нашёл тебя возле этой комнаты. Думал, что помер, но нет, Божественная Машина защитила. Прошла уже пара часов с того момента, как я тебя сюда втащил.

– Плохо…Возможно, что члены секты Rhonus сумели взломать систему управления заводом, а то и вовсе блоки NERV. – произнёс я, попытавшись встать, несмотря на ломящую боль во всём теле.

– Rhonus!? Здесь, на заводе!? Я давно подозревал, что тут дело нечисто, но что б они…Мог же догадаться об этом!

– Они, должно быть, тут уже давно. Ибо мы встретились там, в тоннелях, с целой группой отступников. Мне требуется срочно доложить об этом Ментеру через диспетчерскую башню. Индивидуальная связь не работает. – Произнёс и я достал из-под кровати кейс, после чего открыл его и достал револьвер.

– В диспетчерскую? Ты с ума сошёл? Все системы вышли из-под контроля и расстреливают всё, что движется. А взломать их с внешних устройств невозможно. Сеть сейчас рухнула и блокирует любые внешние подключения.

– Я только очнулся, а одна новость хуже другой…Значит надо эвакуироваться…хотя…зачем подключаться внешне, если можно воспользоваться внутренним терминалом. – Произнёс я, подойдя к своему компьютеру.

– Бесполезно. Ввод через них заблокирован. Я пробовал осуществить это с десяти разных точек входов, но везде вводимые данные блокируются. Rhonus явно предусмотрели всё это. Видимо, они давно готовились к подобному.

Зайдя в систему, я действительно обнаружил, что первичный интерфейс заблокирован и не реагировал даже на команду отключения. Но, мне уже не единожды приходилось страховаться от подобных примитивных подстав. Именно поэтому в моём терминале была установлена «трубочка» – специальная подпрограмма, которая позволяет управлять системой не на уровне первичного пользователя, а на уровне контрольной программы – системы, из которой состоит компьютер. Таким образом, управление проходит на более глубоком «уровне», и прямая блокировка пользователя становится бесполезной.

Пара манипуляций с проводами, несколько нажатий системных кнопок и магия хакерства дала мне доступ к управлению.

– Хм. Весьма и весьма хитро и предусмотрительно, сделать резервное управление терминалом. – С явной долей уважения произнёс Рейнар.

Получив доступ, я быстро проанализировал код, блокирующий доступ и захвативший управление заводом. Он был написан на крайне сложном языке и обладал настолько запутанной структурой, что я даже не стал пытаться вскрыть его – это бы заняло слишком много времени. Он наверняка создан с помощью очень сложного механизма.

– Скверное дело. Глянь, а? Ничего не могу понять здесь. Какой-то необычный тип шифрования.

– Это же второй уровень сети, верно? Если получится, используй код глобального сброса системы. Их сеть – стандартные образцы NeuroTech, не думаю, что они догадались сменить экстренней код. – Заметил Рейнар.

Я упрекнул себя за то, что сам не додумался до этого. Открыв в памяти файл с кодом, я ввёл в терминал сто чисел, после чего последний начал экстренную перезагрузку, после которой он стал работать в штатном режиме. Затем, чуть подумав, я вспомнил, что соединил свой терминал с терминалом около входа в системные тоннели. Ещё пара манипуляций – и ещё один блок сети оказался под моим контролем.

– Дай сюда. Нужно срочно кое-что сделать.

Рейнар буквально вытолкнул меня с рабочего места, после чего начал строчить. Механические пальцы с такой скоростью долбили по клавиатуре, что клавиши не успевали встать на место.

– Всё. Теперь охранные системы здесь не считают нас за чужих. Но это касается только этого блоков, которые соединены с этим терминалом. Так что будь аккуратнее. Идём.

– Где ты добыл эти коды авторизации? Они же хранятся только… – Произнёс я и полез в шкаф за новым кейсом.

– Да-да-да. Они только в серверной охраны. Скажу так, проникнуть туда было не так сложно, как я ожидал. Эти дубины практически не следят за окружением, а следящие штуки легко хакнуть на расстоянии.

Я вытащил ещё один кейс из шкафа. Внешне он выглядел практически так же, как и оружейный: древесный рисунок, золотая отделка и буква Омега с глазом внутри. Однако, его размеры были практически в два раза больше, но, что главнее, содержимое было совершенно иное.

В нем, на красном бархате, покоилось изобретение, под названием Power Synchro Suit, он же P.S.S., он же поддоспешник. Именно в нём обычно ходят братья и сестры в наших обителях. Но, в первую очередь – это костюм для снаряжения брони. Правда, в моем случае, мне нужны были только его защитные функции.

– У тебя тут и GTG-222, и P.S.S. костюм. Случаем, ты не притащил сюда ещё какого-нибудь тяжелого вооружения или артефакта? Нам бы очень пригодился генератор кинетического поля и что-нибудь вроде MS-III.

– Я пронёс костюм как обычную одежду. А вот с револьвером пришлось поднапрячься. А вот трёхствольный пулемёт – это уже слишком. Ладно, выходим. Чем скорее я выйду на связь с Ментером, тем лучше. – ответил я ему, показывая, что его шуточки здесь были неуместны.

Мы покинули мою комнату, и я сразу же почувствовал странный запах. Подобный аромат встречается в старых зданиях, где практически не циркулирует воздух. Тяжелый, влажный и противно-сладковатый аромат с нотками разложения чего-то. А ещё тишина. Тишина, которая не опускалась на этот завод со дня его строительства. Ни шагов, ни треска проводки, ни шума конвейеров и механизмов. Вся огромная система замерла, словно погибла.

– Куда делись все люди? Тут слишком тихо. Это…слишком непривычно. – Спросил я, ощущая дискомфорт от такого безмолвия.

– Кого-то растерзали Метастрические твари, кого-то расстреляли турели. Пару раз видел взлетавшие транспортники. Возможно, что ещё кто-нибудь заперся в своей комнате и ждёт, пока придёт помощь…Какой у нас сейчас план?

– Сперва мы доберёмся до контрольного блока системы NERV и перезапустим систему. Думаю…я смогу это сделать…оно, может быть, поможет отменить всё, что Rhonus наделали с системой. После этого отправимся в технические тоннели и спасём оттуда выживших братьев. Далее выходим на связь с Ментером. Затем найдём свободный челнок и отправимся на Космический Скиталец, если будет возможность. В противном случае – просто покинем завод и уберёмся отсюда как можно дальше.

Мы отправились до блока системы NERV, и меня никак не отпускало чувство того, что я в чем-то крупно ошибаюсь. Rhonus, конечно, те ещё подонки, но сомневаюсь, что они смогли бы использовать Метастрическую угрозу для истребления кого-либо. Это явление было слишком спонтанным и непредсказуемым…Кроме того, слишком быстро последние разрослась до таких размеров. Обычно на то, чтобы породить от одной твари целое полчище необходимы месяцы, если не больше. А ведь на само заражение требуются целые года. С другой стороны, если это действительно их вина – то мы имеем величайшую угрозу для человечества с момента наступления Чёрной Эпохи.

Как только мы вошли в «бункер» управления системой NERV, в нос ударил отвратительный, тухлый, но приторно-сладкий запах. И причина его была видна совершенно ясно: десятки трупов, находящихся в помещении. Истерзанные тела, покрытые множеством рваных ран. Кровь уже засохла, образовав на полу и стенах жуткие узоры. Более того, у многих из жертв были самые разнообразные повреждения плоти. Тут и там валялись окровавленные куски мяса, а у некоторых тел наружу выступали кости и внутренние органы. Даже защитные имплантаты не помогали – у некоторых они были вскрыты словно бумага, у других были вырваны вместе с кожей и костями.

– Работа формы Аварит. В принципе, оно не удивительно. Это место – настоящая концентрация алчности, жадности и корысти. Неудивительно, что Метастрическая сила решила проявить себя именно в этих существах. – Произнёс Рейнар, потыкав стволом винтовки в студенистую массу, состоящую из вывалившихся из тела легких, кишок и других частей тела.

– Оставайся здесь. Я уже работал с блоком NERV и, думаю, что смогу восстановить его. – Произнёс я и отправился в комнату управления.

Внутри никого не было. Видимо, когда началось бедствие, операторы системы в ту же секунду сбежали, не остановив систему и дав возможность беспрепятственно её взломать. Однако, тут я столкнулся с той же проблемой, которая была и в моём терминале – полный отказ от вводимых запросов, а так как «трубочки», которая вела в более глубокое управление тут нет, весь этот пульт был абсолютно бесполезным. Я вышел из комнаты и подошёл к бетонному контейнеру, в котором находился лидер системы.

– Неужто ты собрался лезть в этот гроб и самостоятельно всё исправлять? Это же безумие! Ты же сам даже не представляешь, как с этим чудом работать! – С явным удивлением произнёс мой напарник.

– Другого выхода нет. Пульт управления заблокирован. Так что, единственная возможность хоть что-то исправить – забраться туда сделать всё вручную. Возможно, что мне даже придётся вручную подключиться и ворваться во внутреннюю сеть…– Произнёс я, открывая запоры ворот.

– Ритер, ты безумен. Да поможет Божественная Машина тебе в этом…ибо пытаться…вручную…переконфигурировать даже один блок NERV…Мне даже осознавать масштабы работ трудно! – с трудом подбирая слова произнёс Рейнар, помогая открыть мне врата в сердце системы.

Так как электрические системы завода не работали, мне пришлось вскрывать вход в блок с помощью ручного механизма. Честно говоря, даже несмотря на кучу передач, отворять с помощью простого рычажного колеса ворота весом несколько тонн – очень трудно. Я буквально чувствовал, как кибернетические мышцы натянулись словно струна, а протез, заменяющий мне левую руку, работает на все сто.

И вот ворота открылись. Первым же, что я увидел внутри – это был очередной труп. Однако – это был не обычный труп. Судя по пропуску, владелец был одним из операторов системы NERV. Похоже, он решил тут спрятаться от Метастрических тварей, но то ли не успел, то ли они проникли сюда. В любом случае, от него осталась лишь верхняя половина тела, из которой тянулись выпотрошенные органы. Вторая же половина пропала бесследно.

Я прополз вплоть до конца контрольного тоннеля, где находилась сфера с блоком. Судя по тому, что кибернетический мозг не был закрыт защитным колпаком, последний контакт с человеком был искусственно прерван. Но, волновало меня не это, а жидкость, в котором плавал мозг. Вместо обычного бледно-желтого цвета, она была практически оливковой, что означало лишь то, что система фильтрации не работает, что, впрочем, не удивительно. Однако, сама система явно функционировала исправно, судя по тихому жужжанию механизмов. Оно и очевидно, NERV, как и система обороны и управления терминалами, имеет отдельный источник питания.

Я пару раз стукнул пальцем по сфере, в которой плавал кибермозг. Ответа не последовало. Я снял защитную панель и начал почти-что наугад щёлкать тумблерами, в надежде что-нибудь изменить. И вот, после пары десятков бессмысленных переключений, везде включился красный свет, сигнализирующий о том, что система неисправна.

Нащупав едва заметный выступ, я поддел его и тогда из трубы выпало несколько проводов для прямого подключения к NERV. Подключившись по кабелям и отправив запрос на соединение, в ответ мне пришло только молчание и пустота…Запрос…молчание…Запрос…молчание…

Бросив это бесполезное дело, я подполз ближе к сфере с плавающим кибермозгом и положил руку на него.

– Если ты действительно…живой и функционирующий, то дай мне знать об этом…мы сможем помочь…только дай ответ. – произнёс я вслух.

Я собрался с мыслями и попытался установить мета-психическое слияние. Однако попытка закончилась полным провалом. Слияние было установлено, но в ответ я получил полнейшую, абсолютную пустоту. Ни единого намёка не то что на разумные мысли, но даже на хоть какую-то реакцию. Я разорвал слияние.

В ту же секунду голова затрещала по швам! Чудовищная боль разошлась по моему телу, начиная от головы, заканчивая кончиками пальцев. Из носа хлынула кровь. И крик. Чудовищный, дикий крик, исходящий отовсюду. Видения. Всюду кровь. Оторванные конечности, внутренние органы, валяющиеся везде. Искорёженные существа с кровоточащими глазами и вывернутыми суставами, чьи кости буквально вырваны наружу. Тварь пожирает тело мертвеца, разбрызгивая кровь. Несчастные вонзают свои металлические пальцы в грудную клетку, разрывая её и вырывая себе же рёбра. Взгляд их кровоточащих глазниц направлен прямо на меня.

– Уйди! – Заорал я, что есть сил.

Кровь, везде кровь. Боль, пронизывающая все тело, стала нестерпимой. Сосуды на левой руке лопаются. Кожа рвется, и кровь сплошным потоком покрывает моё тело. Все тело будто в огне. Моя левая рука смешивается с металлом протеза. Чувствую, как осколки металла рвут мышцы, а нервные волокна защемлены приводами. Я становлюсь на колени и с размах бьюсь головой об бетонный пол.

– Уйди, уйди, уйди, уйди!

Человек передо мной берет своими механическими руками себя за голову и буквально вырывает её из своего тела. Механический позвоночник беспомощно болтается в воздухе. Кровь стекает по телу к земле. Затем он берет себя за то, что осталось от шеи и начинает медленно разрывать себя на две части…

## День Седьмой

– Ритер!

– Ритер! Смотри на меня! Слышишь меня! Божественная Машина, помоги ты ему уже! Не смей отключаться!

– Твою мать! Давление падает! Где же этот дурацкий шприц!

– Нет! Слушай меня! Цепляйся за сознание! Ты не должен отключаться! Держись! Не отпускай ту нить, что ведёт тебя к Божественной Машине!

– Не смей терять сознание! Хоть сдохни, но не отпускай сознание!

– Ещё чуть-чуть. Вот оно!

– Божественная Машина, именем твоим и слуг твоих, пусть это бренное тело воскреснет, дабы послужить тебе до новой смерти и после неё, ибо оно принадлежит тебе верой и правдой. Ad laudem Deus Machina!

Боль пронзила меня, возвращая жизнь в омертвевшее тело. От самого сердца, до самой последней клетки и дальней грани разума. По артериям и венам словно потёк настоящий огонь, сжигающий меня изнутри, а в мозгу нейроны заменились на миллионы игл. Я выгнулся настолько сильно, что у меня затрещали суставы. А затем все моментально стихло и лишь чудовищно быстрый пульс продолжал напоминать о моменте адских страданий.

– Бездна тебя дери! Ритер! Какого фига произошло! Ты должен был предупредить меня, если собрался предпринять какое-нибудь безумство! Ещё б немного и ты бы окончательно сдох. – кричал Рейнар, но его голос для меня словно доносился из дали.

– …Это не Rhonus виноваты в появлении здесь Метастрической силы. И уж тем более, не они её источник. NERV…вот, что является её источником. Его биологическая часть давно сломилась, приманивая собой Метастрическую угрозу. И на протяжении десятков лет, этот завод притягивал эту силу сюда, и она сумела закрепиться в блоках системы. И копила, копила эмоции людей до текущего времени. Боюсь, что этот завод потерян для нас. Я бы предложил забрать всех, кого найдём и сваливались отсюда. – произнёс я свои размышления, которые вливались в мою голову словно извне.

– Я не буду спрашивать, возможно ли это. Пусть этим занимаются Deus Librarum. Главное, что если ты прав, то дело в десятки раз хуже, моих самых плохих ожиданий. Нам тут больше делать нечего. Уходим отсюда. – Произнёс Рейнар, надевая шлем-маску.

Я задался кашлем. Организм все еще чувствовал себя крайне паршиво, сердце и кости крайне сильно болели, но сознание достаточно крепко держалось.

– Слушай. А что ты мне вколол? Я слышал какие-то твои слова…– произнёс я, выбираясь из бетонного гроба.

– Адскую смесь из адреналина, дофамина, жидкого кислорода, нитроглицерина, крови и ещё, чем никто не шутит, зарина. И разбавленно это всё в священных жидкостях Божественной Машины. Укол делается прямиком в сердце, сквозь кожу, мышцы и, если надо, лёгкие.

– Так это же…Чёрная инъекция…никогда не думал, что её применят на мне. Блин, сердце всё ещё болит. Это ж то, чем шутить нельзя. – Пожаловался я на то, что во второй раз пережил смерть.

– Ничего. Легкое и сердце должны быстро восстановиться. Игла настолько тонкая, что ничего смертельного не будет. А тебе бы я советовал достать револьвер. Система охраны перестала нас считать авторизованными пользователями и откроет огонь, как только нас засечёт. Твоё вторжение в NERV не прошло даром, и мы разворотили осиное гнездо.

Рейнар очень вовремя это сказал. Стоило нам едва покинуть отдел управления, как на нас навелись лазерные лучи, и в ту же секунду под потолком загрохотала турель. Мой напарник сразу повалил меня на землю, прикрыв своим телом, благо, что броня выдержала.

– Что будем делать? Она начнёт стрелять, стоит нам высунуть голову.

– План такой. Я пробегу до того перехода. Турель отвлечется на меня, а ты должен одним метким выстрелом вывести её из строя. Моя винтовка не пробьёт её защиту, в отличие от твоего револьвера. Доспех и протезы смогут защитить меня. На счёт три. Один…

Я активировал прицельный модуль. На интерфейсе появился значок прицела. От ствола моего оружия проявилась желтая линия, указывающая траекторию пули. В специальном окошке появилась куча параметров, начиная от скорости ветра, заканчивая силой притяжения Миранды. Улучшенные мышцы стали подобны стали, руки перестали дрожать.

Рейнар рванул из укрытия. В ту же секунду я вылез из укрытия со вскинутым револьвером. Тут же прицельный интерфейс нашёл мою цель и начал помогать мне довести оружие. Как только желтая линия и турель пересеклись – мышцы тут же заблокировались. Я вдавил курок. Грянул выстрел. Пуля .222 BK прошила корпус турели и, по-видимому, попала в боекомплект. Эхо взрыва разнеслось по всему заводу.

– Отличный выстрел. Видно, что Ментер уделил много внимания стрелковой подготовке.

Я не счёл нужным отвечать, да и точность этого выстрела – в первую очередь заслуга имплантатов, а не меня. Но, так или иначе, мы продолжили свой путь. Нас сопровождали лишь две постоянные вещи: обезображенные трупы и куски полуразложившейся плоти, буквально разбросанные по всему заводу. На полу, на стенах и даже стекающие с потолка. Иногда до нас эхом доносился стрекот очередей и взрывов. Жизни тех, кого не успела взять Метастрическая угроза, забирала бездушная, но обезумевшая система охраны, которая должна была защищать нас. Возможно, мы бы и могли помочь выжившему персоналу, но это лишь оттянет агонию. Но, важнее то, что у нас не было времени.

Сверяясь с картой, я и Рейнар добрались до ближайшего входа в технический тоннель. Вода, кровь и охлаждающая жидкость залила пол, по которому расходились электрические дуги. Освещения не было, но фонарь брони Рейнара давал достаточно света. Мы отправились дальше по утробе завода, к сигналу SOS.

– Братья! Я здесь! Слышите меня? – раздался крик впереди.

Мы ускорились и вскоре вышли к знакомому перекрестку. К тому, где нас окружила банда Rhonus. Эта часть технических тоннелей была обрушена, сверху виднелись наземные коммуникации. Ворота-перегородки хоть и были закрыты, но их сильно искорёжило, так что между створками оказался круглый просвет. Но, нём не менее, просто так, вручную, их уже было не открыть.

– Божественная Машина защитила вас. Вы там в порядке? Сколько вас там? Какие ранения? – тут же начал Рейнар, как только мы подошли.

– Нас тут трое. Я, воин из Deus Bellator и…культист Rhonus. Они оба ранены…У воина открытая травма головы. Его череп треснул и виднеется кибермозг. Боюсь, что без Жрецов Тела из Deus Doctorum он долго не протянет. Предатель жив, обвалившийся потолок оторвал ему руку, но броня успела прижечь рану. Остальные раны у него не серьезные. Сейчас он без сознания. Я цел. Так, мелкие раны, да треснуло ребро. Жить буду.

– Другие братья есть? Есть возможность собрать полный комплект доспехов? – поинтересовался я.

– Сожалею, но все остальные мертвы…Что касается брони…У одного из воинов целая рука и шлем. Броня дипломатов осталась с целыми ногами. У знаменосца уцелел корпус и руки. Но, к сожалению, силовой рюкзак у всех сильно поврежден.

– Слушай сюда. Снимай уцелевшие части и передавай их сюда.

– Но это же Богохульство! Наставники велят…

– Здесь нет наставников. А броня – единственный способ вытащить вас оттуда. Так что, другого выхода у нас нет. – Спокойно, но жёстко ответил я.

На то, чтобы получить полный комплект доспехов ушло не меньше получаса. Ещё около десятка минут ушло на то, чтобы разобраться в модульных частях брони и тому, как они крепятся. Хоть P.S.S. комбинезон и облегчает снаряжение брони с помощью специальных каркасов, я впервые одевал её вот так, самолично. Мне всегда или помогали специальные станции, или слуги-неофиты. Шпионы Deus Auris вообще редко пользуются какой-либо бронёй.

Кое-как закрепив все элементы брони на каркасе, комбинезон пришёл в движение. Все части доспеха вставали на места, подгонялись по размеру и закреплялись. Специальные контакты-иглы вонзились в моё тело для управления этим грозным образцом искусства. В последнюю очередь я надел шлем. Как только контакты замкнулись, лицевая матрица озарила пространство бирюзовым цветом.

– Скверно. Без силового рюкзака, экзоскелет не сможет развить всю мощность, да и приводы повреждены…Рейнар! Возьмись за эту створку! На счёт три – раскрываем ворота. Раз. Два. Три!

В ту же секунду жалобно взвыли приводы экзоскелета. Хоть они и не могли работать с максимальной эффективностью, но их силы оказалось более чем достаточно. Створка ворот буквально вошла обратно в стену, словно, не ощутив какого-либо сопротивления. На стали остались внушительные отпечатки перчаток доспеха.

– Хвала Божественной Машине! Я думал, что остался последний из всех выживших. Ритер пропал, с Рейнаром связь не устанавливалась, а все остальные погибли. – Произнёс выживший брат, чуть ли не прыгая в наши объятья.

– Божественная Машина защитила меня от смерти, а Рейнар завершил начатое. А теперь, я займусь этим отступником. – Произнёс я, взведя револьвер.

– Бесполезно, он без сознания от болевого шока…

– Это дело поправимое. Он у меня живо заговорит. Рейнар! Встать на караул и защищай нас! Пилот! Посмотри, можно ли ещё спасти телохранителя! Нам бы он совершенно не помешал. – Произнёс я, положив руку на голову сектанта Rhonus.

Собрав мысли, я пробудил разум предателя ото сна. В ту же секунду он попытался накинуться на меня, но тяжеленный сабатон экзо-доспеха мигом опрокинул его на пол. Поняв, что он окружён и безоружен, его пыл мигом уменьшился.

– Долго сюсюкать тебя у меня времени нет. Говори, что забыли ваши отродья на этом заводе, если тебе дорога жизнь. – произнёс я, демонстративно взводя курок револьвера.

– Иди к черту, фанатик. Вы слепы в своей вере. Стадо баранов, идущие в никуда. Вы губите свой потенциал, закрываясь от других и обрекаете мир на гибель, храня свои знания ото всех.

– Мне твои оскорбления безразличны. Я не бандитская сучка, чтобы начать из-за этого злиться. Но тебе лучше не тянуть время, его у меня и так крайне мало. А если не хочешь по-плохому, то меня учили вырывать правду из ваших поганых уст, отступники.

– Ритер! Это не твоё дело! Мы исключительно шпионы, этим должно заниматься отделение…– начал было Рейнар.

– Специальное подразделение карателей EΩΕ, внутренний код XX369, отделение двадцать. Именование агента – Ритер. В случае препятствию процесса казни или дознания – имею право подать запрос на смену твоего статуса на отступника и осуществить ликвидацию. Так что, во имя Божественной Машины, не мешай EΩΕ творить правосудие. – произнёс я отстранённо, не отводя взгляда от предателя.

Конечно, со стороны может показаться глупым, что я вот так выдаю себя за члена секретного подразделения, но сейчас не было времени на доказательства, да и обманывать братьев, выдавая себя за агента EΩΕ себе дороже.

– Так ты из Омеги, да? Бесполезное подразделение. Ты от меня ничего не добьёшься. Я не ноющая сучка из Salutis. – Ехидным голосом произнес культист.

– Это мы ещё посмотрим. Не бойся, умрешь ты не скоро, ежели не раскаешься. Я не дам тебе погибнуть, «брат». А что насчёт парней из Спасения…они хотя б не говнят и не мешают Божественной Машине.

Я снял защитную рукавицу с брони отступника, после чего взял его палец и легонько увёл в сторону. Усилие, созданное экзоскелетом моей брони, с лёгкостью сломало палец, несмотря на армированные кости и мышцы. Но предатель молчал, несмотря на боль. Тогда я взял сломанный палец и легонько потянул его, вырывая из сустава. Раздался сочный хруст, и фаланги повисли как неживые. Предатель стиснул зубы до крови, но молчал.

– Что ж ты такой неразговорчивый. Вот хамить Божественной Машине – в этом вы хороши. А когда надо сказать по-настоящему важные вещи – вы затыкаетесь. Неужели тебе нравится терпеть эту боль?

Я взял сектанта за ладонь и аккуратно, медленно сжал её. Жалобно захрустели кости и суставы. Кожа лопнула, и по руке потекла кровь. Культя беспомощно повисла, побагровев от внутреннего и внешнего кровотечения. Многочисленные осколки костей разорвали плоть. Могло показаться, что я испытываю удовольствие от причинения боли предателям, но на деле просто не хотел тратить драгоценное время.

– Да сраные пираты лучше разбираются в пытках, чем ты. – Съязвил сектант, но по нему было видно, что он через силу терпит чудовищную боль и уже находится на границе.

Я ничего не ответил. Лишь взял предплечье повреждённой руки и стал медленно увеличивать силу сжатия. Сперва рука просто посинела. Затем начала трескаться уплотнённая кожа. Кости начали жалобно хрустеть под безжалостной силой экзоскелета. А затем резко увеличил мощность приводов и в то же мгновение рука буквально лопнула. Кости треснули напополам и впились в мясо, кожа разорвалась, кровь фонтаном брызнула наружу. Отпустив, я посмотрел на то, что осталось от руки. Половина предплечья буквально висела на одном мясе.

– Я…я ничего не знаю! Я-я-я…лишь солдат! Мне ничего не говорили, клянусь! – Запинаясь от боли, простонал предатель.

– Не ври! Я прекрасно знаю, что из-за малой численности, каждый из вас знает планы. Иначе бы, с вами было бы легче справиться. А так вы словно плесень. Пока полностью не истребишь – вы будете мешать.

Я активировал боевой модуль в протезе. Через иглы в броне и проводки, молнии образовались не на моих пальцах, а на перчатке. Я медленно положил указательный палец на глаз отступника и дал слабый разряд. Молнии тут же поразили глаз и кожу, на которой расползлась чёрная паутина ожогов. Медленно продавив дальше, кибернетический глаз, лопнув, осыпав руку снопом искр. Искусственная глазная жидкость пролилась на пол. Я дал ещё один разряд. Предатель задрал голову и начал биться в конвульсиях.

– Ну что. Мне продолжать сеанс? Или ты раскаешься в своём предательстве и расскажешь все, и я смогу даровать тебе быструю и безболезненную смерть…Или ты узнаешь весь арсенал дознания EΩΕ. Выбирай, что тебе больше по вкусу. Хотя, может стоить просто оставить тебя на растерзание Метастрическим тварям?

– Vinduko нашли…какой-то артефакт…мы прилетели сюда, чтобы забрать его…но…я не знаю, забрали ли его или нет…сейчас они уже, скорее всего, далеко…вы опоздали…все умрут здесь…что-то произошло здесь…Метастрическая сила будто сорвалась с цепи и нам сказали забрать артефакт силой и покинуть это место. – задыхаясь от боли, произнёс сектант.

– Молодец. Так бы с первого раза. А теперь, ради твоего же блага, не мешай мне. – Произнёс я и положил руку ему на голову.

Установив Метапсихический контакт, я подавил все болевые рецепторы разом. Предатель перестал дергаться и стонать. Убрав руку, я взвёл револьвер и произнёс:

– Божественная Машина, этот еретик, что некогда отвернулся от твоего мудрейшего света, раскаивается в своих грехах перед тобой. Прими назад блудного сына. Даруй ему путеводный луч в мире духа, да защити его от Метастрических сил, что бы он, переродившись, смог вновь служить тебе верой и искупить грехи прошлого или же упокой его сознание в бархате твоей и нашей памяти. Ad laudem Deus Machina!

Грянул выстрел, что отозвался в стенах технических тоннелей многократным эхо. Но спустя пару секунд тишина снова опустилась на свое законное место.

– Так вот какие вы, служители ΕΩΕ, ангелы возмездия, несущие смерть предателям. О вас рассказывают множество мифов. И теперь я вижу, что они всего лишь отводка для глаз.

– Никто не должен знать то, что вы видели сейчас. Забудьте об этом, а лучше вовсе сотрите это воспоминание. ΕΩΕ – Это лишь миф, созданный напугать тех, кто хочет сойти с пути Божественной Машины.

– Братья, мне сейчас не важно, существует ли или не существует ΕΩΕ. Мы должны как можно скорее покинуть это место и, желательно, не дать сделать это чертовым предателям! Вот, только жаль, что телохранитель погиб. Боюсь, что даже Deus Doctorum ему бы не смогли помочь при таких травмах. – Заявил Механик-Пилот.

Но, в самую первую очередь, мы подобрали знамя нашего братства. Несмотря на то, что оно было погребено под огромным слоем металла и камня, полотно осталось абсолютно целым, хотя сама жердь была погнута. Пилот взял эту ношу на себя, аргументируя это тем, что именно члены делегации виноваты в том, что не сумели предотвратить это и если знамя будет потеряно – именно он будет виноват как последний выживший.

Мы практически бегом отправились в посадочную зону. Если ещё был шанс застать сектантов Rhonus и не дать им возможности покинуть завод, то я должен приложить все усилия, чтобы сделать это. Особенно, учитывая то, что у них в распоряжении находится некий артефакт, который, судя по всему, и является причиной всего произошедшего здесь.

## День Восьмой

Мы оказались в посадочной зоне весьма быстро. Рейнар умело вёл нас через скрытые коридоры, созданные для быстрой эвакуации в случае чрезвычайной ситуации. Но, как показала практика, они оказались бесполезными в настоящей ситуации и не смогли помочь обычному персоналу. Многие из них и вовсе всё ещё были опечатанными.

Однако, благодаря им, мы добрались до нашей цели лишь чуть медленнее предателей из Rhonus. Уж не знаю, что их так сильно задержало, но мы прибыли почти в одно время. Почти. Но как только мы вошли, дальнейший путь нам перерезала красноречивая очередь из пулемета.

– Так-так-так. Похоже, что ваша фантастическая упёртость делу Божественной Машины действительно даёт вам способность выбираться из наисложнейших ситуаций. Впечатляет! Тем не менее, вы опоздали. – Кричал лидер выживших отступников, стоя на посадочной платформе и с трудом перекрикивая рёв двигателей.

К моему сожалению, оставшиеся предатели успели занять летательный аппарат. Это был мощный тактический вертолёт НФС – HTH-30. В носу, который смотрел в нашу сторону, находилось два крупнокалиберных пулемета. Мысли об атаке на него даже не появились. Это было бы самоубийством.

– Ваш глашатай, конечно, молодец. Вызвал своими метапсихическими силами обвал и в итоге практически всех нас погубил. Впрочем, вы пострадали не слабее, за что ему большое спасибо. А теперь, прошу прощения, мы покидаем это гиблое место. Да защитит вас ваша божественная машина.

Турбины вертолёта загудели сильнее, и махина начала медленно подниматься. Лидер предателей забрался в кабину. Вскинув револьвер и сделав три выстрела, убрал его обратно. Даже пуля .222BK была не способна пробить такую толстенную обшивку.

Но я просто не мог оставить их в живых. Иначе у меня просто нет права называться членом EΩΕ. И, до тех пор, пока есть хоть один шанс разобраться с ними, я должен использовать его. Тогда я вскинул руку в броне и начал собирать свои метапсихические силы. Вокруг пальцев появились мерцающие огоньки света.

– Ритер! Стой! Нельзя применять это на технику! Это единственный уцелевший транспорт здесь! Мы не знаем, как артефакт может среагировать на это! – крикнул кто-то позади меня.

– Да плевать! Нельзя этим ублюдкам уйти отсюда живыми, особенно с проклятым артефактом! Пусть лучше его больше никто и никогда не найдёт, а я сдохну в попытке обеспечить это! Эти болваны даже не знают, на что способны артефакты, не находящиеся под контролем!

Вертолёт уже был далеко и высоко над поверхностью планеты. Вновь собравшись с силами, я выпустил всю мощь хаотичной метапсихической энергии в виде одной небольшой искры, которую невооруженным взглядом было даже не увидеть. А затем прямо перед моей рукой на секунду возник светящийся ромб. Я знал, что сейчас такая же фигура возникла где-то в вертолете.

Вдоль моей руки, от кончиков пальцев до плеч прошлась белая молния. Её нити скользили по броне, словно сотни мельчайших змей. Я прочувствовал каждой клеткой, каждым волоском тела, как статический заряд проходит по руке. Единственное, о чём я мог думать – это о том, чтобы сейчас эта сила не решила разрядится в меня…

Спустя мгновение в мою кожу словно вонзилась тысяча мельчайших зубок, а конечность дёрнулась назад с такой силой, будто бы я выстрелил из пушки, держа её одной рукой. Моё тело последовало возникшему импульсу, и я рухнул на пол. В воздухе запахло горелой кожей…

…Одновременно с этим на месте HTH-30 в ту же секунду возник объятый голубым пламенем шар. Спустя мгновение до нас дошла ударная волна и грохот от взрыва. На поверхность посадочной площадки посыпались обломки вперемешку с кровавыми ошмётками. И тут я почувствовал незримую волну беспокойства. Датчики не фиксировали никаких изменений, но что-то произошло и это заметили мои товарищи. Активировав увеличение, я успел увидеть, как из места взрыва начал падать кроваво-красный объект, напоминающий меч.

– Святая Божественная Машина. Братья…Конечно, могу ошибаться, но…Мурамаса существует… – только и смог я прошептать, не в силах подняться на ноги.

– Но если клинок Мурамаса – это не миф, то, получается, что и легенды о Риманархе тоже правда. Божественная Машина, мы стали свидетелями доказательства существования одного из самых старых артефактов и самого загадочного члена Machina Secrotum. – произнёс Рейнар задумчивым тоном и глядя куда-то вдаль.

Мы ещё минут пять стояли и смотрели на чёрный дымный шар, оставшийся после того, как вертолёт взорвался. Не знаю, о чём думали мои братья, но я размышлял о том, чтобы могло случиться, будь у меня возможность вернуть этот меч. Этот объект очень опасен и такие артефакты обычно хранятся в специальных складах, подальше от глаз простых смертных. А Риманарх был одним из тех, кто мог совладать с подобными вещами.

– Братья! Боюсь, мои опасения подтвердились…это был последний летательный аппарат здесь. Остальные или не готовы к отправке, или имеют критические повреждения. Мы не сможем выбраться отсюда по воздуху. – Произнёс пилот, рассматривая терминал отправки.

– Что ж. Тогда я иду в башню связи. Это наша последняя возможность связаться с Космическим Скитальцем. В противном случае…только Божественная Машина знает, что нам делать дальше. – произнёс я.

– У меня нет других вариантов. Пешком идти отсюда – отвратительная идея. Так что я с тобой. – Заявил Рейнар.

– Хоть от меня толку немного, но я не могу бросить вас одних, братья. Если мне суждено погибнуть без приказа – уж лучше быть в этот момент рядом с вами. – Добавил Пилот.

Всей группой мы отправились к башне связи, что находилась в нескольких минутах ходьбы от посадочной зоны. Не знаю, обратили ли внимание мои попутчики, но я заметил, что система охраны не работает. С того самого момента, как мы нашли выжившего брата и до сего момента, охранные турели нас ни разу не побеспокоили, хотя мы точно прошли несколько штук. Кроме того, выстрелов в других зонах тоже не было, хотя, возможно, что уже не по кому стрелять. Впрочем, даже я не уверен, выберемся ли мы отсюда живыми.

Диспетчерская вышка, стоявшая подобно огромному монолиту, пустовала. Вокруг неё были тела, но в отличие от многих других жертв этого завода, их погубили не порождения Метастрической силы, а отключенные турели, висящие под самым потолком. Причём, судя по количеству пулевых ранений, бездушные машины продолжали ещё долгое время расстреливать уже бездыханные трупы. Ошибка системы или ненависть их к человеку?

– Они все умерли буквально несколько часов назад. Тела ещё тёплые. Похоже, что группа людей укрылась в диспетчерской от тварей, и когда те растворились – вышли под огонь турелей и не успели убежать. Думаю, что наверху никого не осталось. – Произнёс Рейнар, наклонившись к телу.

Я вызвал лифт. Створки ворот тут же открылись, обнажая целую кучу трупов, лежащих на грузовой платформе. Даже сквозь защиту брони и имплантированные фильтры уловили частица аммиака и сероводорода. Подниматься в таком лифте не хотелось совершенно, но и времени выносить тела у нас не было.

Наша команда зашла в лифт. Медленно заурчал резервный генератор, поднимая нас вверху. Уже в начале поездки я понял, что это затянется на очень долгое время. Получив практически час передышки, я открыл ячейку в броне, где хранятся боеприпасы, и перезарядил револьвер. Далее я снял перчатку со своей правой руки. Выглядела она весьма паршиво – Метапсихическая искра всё-таки дала обратный разряд. Вся моя кожа покрылась чёрными узорами в виде молнии, а волосы на руке оплавились.

– Ох, ну и паршиво у тебя рука выглядит. Повезло ещё, что ты жив остался. Я бы не рискнул искрой шарахать по технике… – прокомментировал Пилот, смотря на меня.

Далее в лифте стояла полнейшая тишина. Готов поклясться, что каждый сейчас думал о том, чем же закончится этот инцидент. Я единственный, кто выполнил свой долг перед Божественной Машиной, уничтожив сектантов Rhonus. Пилот частично виноват в том, что не смог спасти свою технику и группу. Рейнар слишком поздно докопался до истины. Хотя и я сам тоже хорош – узнал о наличии предателей, когда стало слишком поздно…Впрочем, у нас ещё не всё потеряно.

Спустя практически час, мы добрались до вершины диспетчерской. Тут был один-единственный человек в голове которого зияло несколько дырок, что едва кровоточили, а характерная кибернетическая челюсть безвольно повисла. В руках у него был старенький пистолет. Боюсь, бронированному черепу понадобился не один выстрел.

Я подошёл к терминалу. К счастью, он так же питался от запасного генератора и был отключён от внешней сети, причём, видимо, это заслуга операторов. Главный разъём, ведущий в сеть, был буквально перерезан. Тем не менее, все системы работали и, судя по датчикам, ничто не препятствовало передаче данных.

Активировав передатчик, я с трудом вышел на необходимую частоту, после чего ввёл код доступа. Прошли статичные помехи и раздался сигнал, означающий, что контакт установлен.

– На связи Ритер. Идентификатор ADXX09369. Требую немедленно установить связь с представителем Deus Auris. Номер ADI09111. Ментер. Срочность установки связи – черная.

В ответ раздался короткий писк, и эфир снова наполнился статичными шумами. Неподготовленный пользователь бы подумал, что трансляция не прошла, но на деле, когда сигнал переправляется, связь принудительно прерывается, дабы защитить её от прослушки.

– Приветствую тебя, мой ученик. Я начал беспокоиться из-за того, что ты так долго не выходишь на связь. Докладывай, что случилось. Божественная Машина говорит мне, что у тебя скверные новости. – Донёсся суховатый голос из динамика.

– Вы как всегда правы наставник. Боюсь, что из-за деяний предателей Rhonus всё стало гораздо хуже, чем могло казаться. Метастрическая порча проникла в самую глубь этого завода, поразив систему NERV. Делегация, отправленная сюда погибла, выжил только один из пилотов. Я объединился с ним и Рейнаром, после чего мы попытались эвакуироваться, но предатели захватили последний транспорт и попытались сбежать вместе с артефактом, который, предположительно, является причиной всего происходящего здесь. Я применил свои мета-психические силы, чтобы не дать им осуществить это. И теперь…

– Брат, ты упомянул какой-то артефакт. Вы смогли, идентифицировать его или нет? Понимание природы причины является половиной решения проблемы.

– Вблизи артефакт увидеть мы не смогли, но у меня есть предположения, что, возможно, это был клинок Мурамаса…Мы его увидели в момент взрыва вертолёта.

– Мурамаса…– голос Ментера был одновременно полон задумчивости, удивления и горечи.

На некоторое время в рубке повисла гнетущая тишина. И лишь спустя пару минут мой наставник продолжил:

– Тогда всё ясно. Ещё одно наследие Риманарха вновь было обнаружено и тут же утеряно. Ожидаемо. Насколько скверная ситуация на заводе?

– Очень скверная. Я настаиваю на введении карантина максимального уровня, а так же отправки членов Deus Venandi. Практически весь персонал завода был убит. Более того, автоматизированная система охраны была активирована и готова открыть огонь по любым объектам. Так же прошу разрешение на эвакуационный челнок, так как возможности самостоятельно покинуть это место у нас нет.

– Брат. Мне требуется обсудить это дело. Оставайся на связи. Как только мы придём к единому решению – я вернусь на связь. – Произнёс Ментер и эфир снова наполнился помехами.

– Как думаете, браться? Они вытащат нас отсюда? Я бы не хотел здесь погибнуть. Уж лучше мне быть сбитым за штурвалом летательного судна. Не так обидно хотя бы. – С лёгкой долей грусти сказал Пилот.

– Да, для тебя такая смерть не достойна. Нам с Ритером же привычен такой риск – шпионское дело куда опаснее. Одна неверная фраза, одно движение, сделанное не вовремя и всё, маскировка раскрыта.

– В любом случае, какой бы вердикт нам не вынесла Божественная Машина и её слуги, мы должны повиноваться. Божественная Машина не может ошибаться и её решения всегда будут правильнее решений кого-либо. Ибо в этом её смысл. – Произнёс я свои мысли.

Оставшееся время мы сидели молча. С трепетом ожидая приказа, подобно приговору, нам в голову не лезли никакие другие мысли. Желания разговаривать не было совершенно, но и делать что-либо было пока рано. Поэтому, как только голос моего наставника снова прозвучал в эфире, я по-настоящему обрадовался.

– Брат Ритер. Я на связи. Божественная Машина приняла решение.

Голос, интонация и манера речи не предвещала ничего радостного. За десяток лет служения я выучил голос Ментера как свой собственный и мог понять его настрой за пару слов.

– В эвакуации вам отказано. Все ваши прошлые задания и указания отменяются. Ваша новая цель – пробиться до реактора завода и перегрузить его, вызвав этим самым детонацию последнего. Так же, с текущего момента завод является карантинной зоной. Любые контакты, попытки проникновения или преодоления зоны будут пресекаться всеми методами. Божественная Машина считает, что для очистки территории требуется слишком большое количество представителей Deus Venandi и их сбор займёт непозволительно много времени которым, в сложившихся обстоятельствах, мы не обладаем. Конечно, ваше выживание желательно, но…

– Понял вас наставник. Я был рад учиться у вас. Прощайте. Ad laudem Deus Machina.

– Прощай, мой друг. Ad laudem Deus Machina.

Эфир в последний раз наполнился статичными помехами и, больше никогда он не примет никакого другого сигнала. Наши самые худшие опасения подтвердились. Этот приказ был подобен приговору, но, подсознательно, я именно это ожидал и был готов к такому повороту событий.

– Что ж, братья. Мы все слышали приказ, каким бы плохим он не был. Божественной Машине требуется наша жертва, и мы принесем её ей, как это делали тысячи последователей для нас. Только благодаря таким самоотверженным и жестоким поступкам человечество ещё не окончательно погрязло в хаосе и разрухе. – Произнёс я речь перед своими братьями, дабы они не подвергались сомнениям.

– Это всяко лучше, чем сдохнуть от когтей этих тварей или пришить себя как последний трус. Заберём с собой в могилу как можно больше уродов! Облегчим дело Божественным Охотникам. – Поддержал меня Рейнар, вставая с пола.

– Коль так решила Божественная Машина, то надо смириться. Идёмте же братья. Воссияем как новая звезда! – произнёс Пилот, но я его оборвал.

– Нет. Ты не идёшь с нами. Я даю тебе более ответственную задачу, чем просто помочь нам уничтожить всё это. Ты должен в течение часа покинуть завод и выбраться отсюда как можно дальше, а в идеале выбраться из карантинной зоны. При возможности – установи контакт с цивилизацией. После того, как сюда прибудут Deus Venandi, попытайся вернуться или дождись снятия карантина и подай сигнал SOS. Рейнар будет прикрывать меня, а ты – лучше нас обращаешься с техникой. Мы не можем сопроводить тебя, поэтому я укажу место, где находится наземный транспорт.

Я коснулся рукой его головы и передал в его разум подробный план того, как надо добираться до транспортного отдела. Всё ещё оставалась надежда, что там могли остаться какие-нибудь грузовые машины.

– И ещё. Возьми мой револьвер. Со знаменем и автоматом много не навоюешь, так что мой любимчик будет тебе полезен. Когда мы вновь встретимся – вернёшь. Удачи.

Я передал своё оружие и патроны брату, после чего, собравшись с духом, мы спустились вниз. Путь пилота лежал в совершенно другие места. Отпустив брата, мы с Рейнаром переглянулись и пошли по направлению лифта в шахту реактора.

## День Девятый

Зря я рассчитывал на то, что мы сможем спокойно добраться до шахты. Нашему продвижению активно препятствовали Метастрические твари. Хоть они и нападали небольшими группами, но практически за каждым углом завода нас поджидала угроза. Но мощное оружие в совокупности с благословленной бронёй, созданной самыми лучшими инженерами Machina Secrotum, надежно защищали нас от любых угроз. А экзоскелет брони помогал там, где нам приходилось сталкиваться с близким контактом. До определённого момента.

Из-за угла, подобно слону, медленно вышло огромное существо. Даже сгорбленной, тварь была выше нас в доспехах на три головы. Козлиные ноги, две огромные лапы и наросты на плечах, царапающие потолок. Обгорелая чёрная кожа.

Форма Айра – это одновременно самая сильная, но в то же время достаточно редкая форма тварей Метастрической угрозы. Будучи порождением гнева, эта тварь является настоящим ходячим танком. Но, что удивительно, Айры на редкость мало встречаются. Наши учёные давно пытаются понять, в чем причина этого. В конце концов, ненависти, злости и гнева в наше время более чем достаточно.

Вскинув оружие, мы дали длинную очередь по уроду, но он даже не обратил внимания на эти мелкокалиберные пульки. За пару громадных шагов оказавшись около меня, Форма Айра с легкостью смёл меня в сторону единственным движением. Доспех принял на себя большую часть удара, но датчики в теле зафиксировали образование трещины в кости.

– Не время отдыхать! Закинься Про-нергией! – словно с издёвкой гласил плакат, возле которого я оказался.

Рейнар поступил мудрее меня. Воспользовавшись преимуществом в скорости и манёвренности, он кружил вокруг твари, отвлекая её на себя. Но, мы оба понимали, что нашей огневой мощи слишком мало, чтобы быстро убить, а времени и амуниции у нас в обрез.

– Уходим в коридоры! – крикнул мне мой напарник.

Меня долго уговаривать не пришлось, ведь в этом решении было рациональное зерно – коридоры имеют более низкий потолок, нежели зал, в котором нас сейчас застали. Активировав дополнительное усиление мышц, я буквально в три шага, больше похожих на прыжки, оказался в узком ответвлении. Как только Рейнар оказался здесь, он кулаком ударил по аварийной задвижке, после чего двери намертво захлопнулись прямо перед носом Формы Айра.

Тут же по двери раздался удар, и на ней оказалась приличных размеров вмятина. Мы, недолго думая, ушли вперёд по тоннелю, надеясь успеть уйти подальше от этого места. Но, как это бывает, у жизни на нас другие планы.

Первым, что мы услышали – это был топот гигантских ног. А затем толстенная стальная дверь вылетела вместе с креплениями, чудом не влетев ни в одного из нас. Колоссальная тварь, подобно поезду, на огромной скорости прошла ещё несколько шагов прежде, чем рухнула на пол, неспособная подняться во весь рост.

Метастрические твари – это крайне непредсказуемые существа. Они могут быть хитрее самых хитрых людей и буквально играть со своими жертвами, подобно хищникам. А могут быть непроходимо тупы и бросаться на голограмму или не додуматься опуститься на четвереньки. К последним относилась Форма Айра в данный момент.

– Рейнар! Уходи отсюда! Я с ней разберусь.

Брат быстро принял мой приказ и, не возражая, ускорил темп. Я же активировал модуль бронирования кожи. Электрические импульсы приятно прошлись по моему телу, вызывая мурашки. Тварь уже была практически передо мною. Я занёс левую руку для удара, перед этим включив боевой модуль и максимальное усиление протеза. В одну секунду мой внутренний аккумулятор практически полностью опустел, но другого шанса у меня не было.

И вот я наношу удар прямо в пасть твари. Разогнанный до невероятной скорости протез с легкостью пробил прочнейшие зубы твари и застрял в её челюсти. Казалось бы, это конец. Но, нет.

В один момент я перегрузил все системы протеза и вызвал замыкание. Из моей руки с характерным ударила реактивная струя детонирующих аккумуляторов, что в секунду прожгла череп твари. А затем раздался огненный взрыв, откинувший меня на пару метров. Но главное – детонация превратила всю голову уродца в одно сплошное месиво.

Я кое-как приподнялся, опершись на стену. Броня сигнализировала о неприятных повреждениях и почти мгновенно ввела обезболивающие и кровоостанавливающие средства.

– Ритер! Ты в порядке? Ранения есть? – тут же спросил подскочивший ко мне Рейнар.

– А ты очень наблюдательный. Я-то в порядке. А вот мои кости нет. Да и без руки теперь не особо постреляешь. – С болезненным стоном произнёс я, смотря обширный отчёт о повреждениях.

В результате взрыва образовалось ещё целая куча трещин в костях, своевременно остановленное кровоизлияние в мозгу, разбилась защита кибернетического протеза, заменяющего мне правый глаз, повреждение усилителя слуха, а также другие разнообразные повреждения менее серьезного характера. Но больше всего меня расстраивала вторая потеря левой руки, хоть это и был протез. Однако нельзя было закрыть глаза и на тот факт, что я буквально лишился почти всей энергии без возможности восстановления. Осталось буквально два аккумулятора в спине. Но, они имеют весьма скромную емкость…

– Не время рассиживаться! До реакторного лифта буквально рукой махнуть. Вставай и пошли отсюда. – Произнёс Рейнар, поднимая меня.

Двигаться стало неимоверно тяжело. Сервоприводы лишились подзарядки, и поэтому их мощность упала до минимума. Поэтому большую часть веса держал я сам. Конечно, можно было просто бросить доспех здесь, но в такой опасной ситуации защитой пренебрегать глупо.

И вот, мы оказались в «проходной» реакторного зала. Огромнейших размеров круглое помещение, по бокам которого находилось четыре столь же огромных коридора. Площади этого места с лихвой бы хватило, чтобы вместить маленькую орбитальную станцию. Под потолком висели отключенные турели, а в разных частях зала лежали люди с огнестрельными ранениями. В центре находилась лифтовая площадка, на которой были взгромождено куча ящиков. В некоторых находились урановые блоки, в других – графитовые стержни, в-третьих защитные оболочки или реагенты. Однажды один из сотрудников энергетического подразделения проболтался, что полностью новый, заряженный реактор «садится» менее чем за год. Уж больно много энергии потребляет завод, используя её вообще не эффективно.

Я подошёл к панели управления и уже собрался отправить лифт вниз, как Рейнар перехватил мою руку, не дав нажать большую зелёную кнопку со стрелочкой.

– Не нажимай. Вниз отправится только один. И это будешь ты. Сразу после запуска опустится защитная решетка, и шахта лифта будет опечатана воротами. Кто-то должен остаться здесь и запустить лифт.

– Тогда давай останусь я. У тебя целы обе руки, а все, на что способен я – это одной рукой нажать кнопку.

– Ритер! Времени нет. Возможно, ты не слышишь, но сюда бежит толпа Метастрических тварей. А что касается меня, то…батареи практически на нуле. Когда всё это началось, системы генерации и хранения были повреждены, и я теряю энергию быстрее, чем она восстанавливается. Так что, даже если я спущусь – мои протезы скорее разрядятся, и я стану беспомощным, нежели успею отключить систему. Сам видишь, что моё тело – в первую очередь стальная оболочка. Оболочка, бесполезная без энергии.

В ответ я лишь молча кивнул, положил автомат рядом с консолью, а затем встал на погрузочную платформу. Рейнар встал за пульт и запустил лифт. Тут же загудели электродвигатели, и на площадку опустилась прочная металлическая решетка. Медленно уходя под землю, я уже начинал слышать и видеть тот рой уродцев, что просочились в помещение. Мой брат взял свой автомат в одну руку и мой в другую, после чего повернулся к приближающейся волне и открыл огонь.

– Ad laudem Deus Machina! – Раздалось в динамике шлема, после чего связь наполнилось звуком выстрелов, рычанием тварей и скрежетом когтей по металлическому полу. А спустя секунду лишь один сдавленный крик – и полная тишина. Соединение прервалось.

Тихо жужжали двигатели грузового лифта. Был слышен жалобный скрип тросов. И больше никакого звука. Даже моё дыхание и стук кибернетического сердца стало неслышным. И так, наверняка, по всему заводу. Очень сомневаюсь, что хоть кто-то выжил. Вполне вероятно, что я последний. Если не считать множество тварей, но и они живые лишь условно.

И, хоть меня совершенно не радовала новость о том, что мне грозит скорая смерть, я не чувствовал ничего, кроме надежды на будущее. Люди идут в Machina Secrotum по самым разным причинам. Кто-то спасается от прошлой жизни, кто-то ищет смысл в служении, кто-то родился здесь. Среди нас находят пристанище даже бывшие бандиты и убийцы, в поисках исправления и искупления.

А я? А я живу лишь мыслью о том, что это может сделать мир лучше. После Чёрной Эпохи человечество пришло в упадок. Страх перед иными расами, страх перед Метастрической угрозой, страх за свою жизнь, страх перед войной. Но ведь так было не всегда. Когда-то человечество было единой силой. Настоящей семьей, устремившейся к лучшему будущему. Силой, способной дать отпор любым проблемам. А сейчас что?

Лифт коснулся пола. Реакторный этаж. Хотя, на самом деле это тяжело назвать этажом. Скорее данное помещение – настоящая пещера, вырытая во многих километрах под поверхностью завода. Видимо, они планировали расширить эту зону: всюду виднелись свежие тоннели, строительная техника и заготовки очередного реакторного зала. Счётчик Айзеля напряжённо трещал – уровень радиационного излучения серьезно превышал норму. А снизу, почти у самой земли, стелился еле заметный туман, вызванный радиационным излучением.

От остального завода это место в первую очередь отличалось тем, что здесь не было тел. Ни единого пятна крови, ни кусочка оторванной плоти. Можно сказать, что на реакторном уровне будто бы и не было разрушений. Но, интуиция мне подсказывала, что весь персонал при первой же тревоге просто сбежал из этого места.

Я спустился на пропитанную радиацией землю. Стрелка Айзеля на интерфейсе шлема оживленно подскочила. Излучение превышало две сотни микрозивертов в час. Но кальцитовый детектор практически молчал – уровень Метастрической силы был практически нулевой и это меня радовало.

Я направился вперёд, к единственному освещенному месту в этой утробе завода – залу управления реактором. Все остальные источники света были отключены. Или произошёл скачок напряжения, или проводка сгорела. Но лампы явно были целы.

Земля была мокрой, а кое-где и вовсе были настоящие лужи. Облученная вода капала с потолка. Чуть ли не вековые трубы давно потеряли герметичность, проржавели, но до ремонта никому нет дела. Работает и ладно. Коль сломается – легче поменять трубу, чем ремонтировать старую.

И тут я насторожился, но не от протечек и прочих мелких проблем завода. Химические сенсоры уловили высокую концентрацию паров множества кислот, начиная от соляной, заканчивая такими сложными, что их названия даже не нашлось в базе данных.

Сзади меня раздался шорох. Кальцитовый детектор начал слабо искриться радужными частицами. Я успел только развернуться, как меня на землю повалила тварь.

– Сам виноват. Это же Мета… – промелькнуло у меня в голове в падении.

Общими чертами уродец походил на очень толстого человека с огромными складками жира, но вместо лица у него была огромнейшая пасть с множеством мельчайших зубов вплоть до живота.

Своими когтищами она стала царапать защитные пластины, но броня с легкостью выдерживала это. Из огромной пасти капала кислота, которая с шипением растворялась на доспехе, оставляя пятна. Форма Гуло – всеядная, жирная и невероятно живучая тварь, способная за один укус сожрать целую конечность. Но, слава Божественной Машине, она непроходимо тупа и слаба, за счёт чего одолеть ее один на один было легко.

– Отвали от меня! – выкрикнул я и со всего размаха ударил латной перчаткой в голову твари. Она повалилась на землю, захлёбываясь своими выделениями.

Пока Метастрический уродец приходил в себя, я сел на него, придавив немалым весом доспехов к земле.

– Сдохни! Сдохни! Сдохни!

Я молотил единственной рукой по черепушке твари. Уже после второго удара она лопнула как гнилой фрукт, разбрызгивая кровь и мозги, но я продолжать вбивать окровавленную плоть в землю. А затем, встав, со всей силы ударил ногой в грудь бездыханной твари. Сабатон брони с легкостью сломал хлипкую грудную клетку. Хрустнули кости, и латный ботинок погрузился в мягкую плоть монстра, оставив в центре туловища огромное отверстие.

Даже сквозь шлем я чувствовал отвратительный гнилой смрад, исходящий от тела формы Гуло, которое почти сразу же начало разлагаться. Пнув ещё раз окровавленное тело монстра, я убедился, что тут никого больше нет, и направился к залу управления реактором.

В зале управления реактором радиационный фон был ещё выше. Времени медлить не было. Я сел за пульт управления. Множество датчиков, счетчиков и переключателей горели ярко-красным огнём, но всё это мне ничего не говорило. Где-то десять минут мне пришлось искать датчик температуры и давления. Он оказался на совершенно другой консоли. Но, отключить систему охлаждения было не так-то просто. Всё механизмы был удалённо заблокированы. Не сомневаюсь, что это обеспечила система NERV, дабы защитить себя.

Я собрался с духом. Подошёл к воротам зоны контроля реактора и разбил предохранительную щеколду. Тут же опустилось освинцованное стекло, а после заперлись защитные ворота. Включилась пронзительная сирена и освещение сменилось на тревожно-красное. Раздалось громкое шипение и пневматические двери, разделяющие зону реактора с центром управления, опустились. В ту же секунду счётчик Айзеля затрещал ещё тревожнее. Теперь я отрезал себе последний путь к отступлению. Выбор сделан.

– Великая Божественная Машина, защити мой дух и даруй мне возможность дальше служить тебе. – Прошептал я, входя в зону реактора.

За мной опечатались еще одни двери. Я остался один на один с всесокрушающей мощью атома. Воздух здесь был невероятно сухой и тяжёлый. Даже несмотря на доспех, во рту тут же появился отвратительный привкус металла.

Ядерный реактор представлял собой больший размеров цилиндр, по периметру которого находилась тонкий просвет из кварцевого стекла. Через него можно было наблюдать приятное нежно-голубое свечение реактора. А ниже стекла находились клапаны для экстренного сброса давления и рукоятки многочисленных графитовых стержней, часть из которых уже была извлечена.

Однако, извлечь их было делом не простым. Ручной механизм предназначается исключительно для экстренного ввода стержней, но никак не для их вывода из активной зоны. Для спасения от взрыва, а не для его провоцирования.

Я взялся за рукоятку блока и перенаправил всю оставшуюся энергию в приводы. Извлечение шло с трудом, зубчатые зацепления со скрипом прокручивались в обратном направлении. Струя пара ударила из образовавшегося отверстия, но в тот же миг специальная заслонка закрыла просвет.

Как только графитовый стержень оказался извлечён, в ту же секунду система оповещения произнесла:

– Внимание! Был потерян контакт с графитовым стержнем. Количество действующих стержней в данном реакторе – 39. Уровень давления в пределах нормы. Рекомендуется произвести проверку стержней.

Прошло не меньше часа, как я извлёк следующие девять стержней. И каждый раз эта надоедливая система оповещала меня об опасности. Когда я уже мог повторить сообщение вплоть до интонации, сообщение поменялось:

– Внимание! Количество действующих графитовых стержней меньше минимально допустимого. Контакт отсутствует с половиной из стержней. Зарегистрировано превышение безопасного уровня давления. Рекомендуется осуществить сброс пара и снизить нагрузку генератора. В случае невозможности осуществления данных действий требуется немедленно вывести урановые блоки из активной зоны и заглушить реактор.

Но я продолжил извлечение. Где-то надо мной раздался сперва раздался пронзительный вой, а затем взрыв и лязг металла. По заводу прошла дрожь, и освещение резко потускнело. Судя по всему, генератор не выдержал давления и его разорвало. Кварцевое стекло покрылось микротрещинами. Температура в помещении уже давно превысила полсотни градусов. Энергии почти не осталось.

Кое-как достав тридцатый графитовый стержень, я облокотился на короб реактора и понял, что больше у меня нет сил. Батареи разрядились и из-за окружающей обстановки зарядиться они не смогут. Я чувствовал, что из носа обильно течёт кровь. Системы брони с тревогой сигнализировали о моём состоянии, но энергии на поддержание жизнеобеспечения не было. Её едва хватало для того, чтобы пошевелить конечностью. Я отключил интерфейс брони. Бирюзовая матрица погасла. Почти полная тьма окружила меня, разгоняемая лишь сиянием реактора и кровавым аварийным сигналом.

Ещё в то время, как я только присоединился Deus Auris, уже можно было догадывался, что вполне могу закончить так. Все-таки, когда со всех сторон человечеству угрожает Метастрическая сила, готовая свести с ума любого, выжившие люди воюют между собой за территории и остатки ресурсов, в воздухе висит страх возвращения инопланетян – Чёрных сущностей или, чего хуже, Radum Distant, человеку нужна поддержка и опора. Именно этим стала для меня Machina Secrotum.

Реактор начал опасно вибрировать. Понятия не имею, сколько ещё времени до взрыва, но, надеюсь, что я погибну до него. Моё тело жутко болело и уже, скорее всего, представляло собой неслабый такой источник радиации.

И какой-то момент, и слух, и зрение мне отказали. Моё сознание оказалось в полной тишине и пустоте. Даже боль – и та словно бы удалялась от меня, позволяя побыть наедине перед гибелью.

– Божественная Машина. Славься ты во веки веков и сохрани в себе память обо мне. Пусть твой всезнающий свет осветит путь моей души в это темнейшее время, ибо я служил тебе верой от начала до конца и приношу себя в жертву во имя твоих идей и планов. Ad laudem Deus Machina!

## День Одиннадцатый

– Держать оборону! Не дать этим тварям прорвать периметр! Не жалеть боеприпасов и оружия! Мы несём слово Божественной Машины! Мы – Воля, Мы – Смерть! – Закричал командир отряда, стоя позади нас.

Я вновь вдавил гашетку пулемёта. Мое оружие с огромной скоростью выплёвывало стальные иглы, которые с лёгкостью кромсали туши Метастрических порождений. Все три ствола раскалились докрасна. Не было времени даже самостоятельно прицелиться. Пусть это сделает благословленная программа.

– Расступитесь братья! Сюда идёт Первый Палач!

Первый Палач. Один из самых многоуважаемых и прославленных братьев среди всего подразделения Deus Carnifice. О нём ходит не меньше легенд, чем о Ментере, Риманархе, Валентайне и многих других знаменитых личностях. Но, в отличие от них, он намного чаще появляется перед остальными братьями и куда охотнее берет новичков собой. Хотя, порой, слухи о нём до того абсурдны, что ему приписывают победу над шагающим танком в одной лишь броне.

И вот, он поравнялся с нами. Его броня, устаревшая Mark III, серебряными чешуйками играла под светом прожекторов. Изшлема исходило зеленое сияние матрицы. Сервоприводы тихо жужжали, оттачивая каждое движение легенды до совершенства. В руках он держал огромный боевой молот-топор. В темноте завода он искрился голубыми нитями.

И тут из недр завода выбралось очередное Метастрическое чудище. Форма Айра. Завидев его, все браться, стоящие на оборонительном рубеже отступили к посадочной полосе за более серьезным оружием. Я же остался прикрывать их. А вот Даниель даже не сдвинулся с места. Казалось, что он даже не заметил эту смертельную угрозу.

Тварь быстрыми прыжками оказалась около него и уже замахнулась своими ручищами, но, как оказалось, всё было уже решено. Я только успел навести ствол пулемёта, как Даниель взмахнул объятым молниями молотом, а затем со всей силы опустил его на форму Айра. Лезвие топора практически разрезало тварь на две половины, но это было мало. Даниель поменял сторону и вновь нанёс удар. Раздался гром, и монстр рухнул головой вниз, после чего брызнул высокий фонтан крови. Молот буквально впечатал его в пол посадочной зоны, создав небольшой кратер. Обезглавленное тело обмякло.

Даниель молча извлёк молот из воронки и снова встал как ни в чём небывало. Затем осмотрев меня с головы до ног, махнул мне:

– Идём. Позаботимся о безопасности.

Его голос звучал на удивление сухо, ровно и безэмоционально. Примерно так разговаривают личные дроны, оснащённые искусственным интеллектом, но не имеющие характера или персональной матрицы. Мне совершенно не хотелось ему сопротивляться, и я безмолвно следовал за ним.

Следом за нами выдвинулось ещё два человека. Судя по рисунку на наплечнике брони – они принадлежали подразделению Deus Artefactum. В руках они несли резной короб черно-золотого цвета. Судя по его навершию – внутри покоился некий артефакт.

Даниель молча нас вёл по коридорам завода, словно его вела сама Божественная Машина. Ни на одном повороте он не задумывался, ни на одном перекрёстке не останавливался. Удивительно, но ни одна тварь или монстр не появился у нас на пути.

Где-то через десяток минут мы оказались в каком-то управляющем комплексе, наполненном трупами. Здесь находилось девять огромных контейнеров и тускло горело аварийное освещение. Даниель поставил свой молот-топор, который тут же перестал искриться.

Даниель подошёл к носителям артефакта. Они тут же поставили ящик на пол, сняли замки и отворили крышку. Легендарный воин взял в руки и извлёк из нутра контейнера сияющий золотым цветом артефакт. Увидев его, по моему телу прошла приятная дрожь.

Описать реликвию было просто. Половина золотого круга, снаружи которого находится четыре длинных и четыре коротких иглы. Эта вещь буквально испускала золотистое сияние и ощущалось как нечто легкое, словно воздух. Осколок Нимба Небес. Один из самых драгоценных артефактов Machina Secrotum. Говорят, что Метастрическая сила буквально боится этой вещи, стараясь даже не приближаться к носителю.

Даниель снял свой шлем. Покрытое многочисленными шрамами лицо расплылось в лёгкой и искренней улыбке, нетипичной для столь страшного внешнего вида. Лазурные, словно светящиеся глаза с восхищением смотрели на артефакт. Вскинув руки с артефактом к потолку, Первый Палач произнёс:

– Величайшая Божественная Машина. Пробуди мощь этого артефакта, дабы избавить царство твоё от порождений порока, греха и злобы. Да очистятся смиренные души именем твоим! – С удивительной радостью произнёс Даниель.

И тут артефакт засверкал, словно ракета в ночном небе, после чего золотое сияние буквально наполнило всё вокруг. Раздался тончайший звон. Система доспеха на секунду отключилась, но затем всё стало как обычно.

– Благодарю тебя. – Неизвестно кому именно сказал Даниель и положил артефакт обратно в короб.

– Убери оружие и поставь на предохранитель. Нам больше тут ничто не грозит. На этом миссия вашего отделения заканчивается. Примите мою благодарность. – Тем же самым сухим и скучным голосом произнёс Первый Палач, обращаясь ко мне.

Казалось бы, что на этом моя миссия как бойца оканчивается, но нет. Меня удостоили настоящей чести сопровождать и охранять Первого Палача. Как будто ему нужна защита. Тем более, что теперь его работа заключалась лишь в том, что сидеть в командирском аппарате и управлять операцией. На посадочной площадке мы развернули временный штаб, где находились средства глушения связи и спутников, а также ожидали погрузки несколько транспортных ионолётов-иксов.

– Deus Artefactum. По данным одного из шпионов, погибших во время операции «Темнейшие Дни» на территории завода была обнаружена Мурамаса, легендарный клинок Риманарха. Божественная Машина требует найти его. Прошу вас, позаботьтесь об этом. – Произнёс по связи Даниель.

Прошло буквально пара секунд, после едва заметного движения руки Первый Палач вновь заговорил:

– Deus Doctorum, найдите выживших. Не важно, в каком они будут состоянии. Окажите им первую помощь и поместите в криогенный сон. Возможно, что мы потом сумеем их забрать. В случае оказания сопротивления – использовать только не смертельные способы. Божественная Машина не хочет лишних жертв. Они могут владеть важной информацией.

Легендарный воин вытянулся и осмотрел помещение, словно он пытался за что-нибудь зацепиться или найти некий секрет. Но ему это быстро наскучило. Было ещё много разговоров. И приказы техникам, и приказы охране. Но, все эти приказы были сухие, прямые и лишены эмоций. Отвлекло его лишь сообщение по громкой связи:

– На связи Эрика. Подразделение Deus Doctorum запрашивает количество пострадавших в результате операции. Необходимо приготовить Космического Скитальца к прибытию.

– Приветствую сестра. Готовьтесь к стандартному Метастрическому происшествию средних масштабов. Где-то, на четыре порядка меньше Нового Эдема. Выживших не так много, но они есть. Многие повреждены и рассудком, и телом. Есть пара любопытных экземпляров, на которых Метастрическая сила не оказала никакого воздействия.

– Что насчет боевых потерь? Сколько наших друзей нуждаются в помощи Deus Doctorum? Насколько все серьезно?

– Не беспокойся сестра. Пара братьев пострадало при захвате плацдарма, но нет ничего, где могла бы понадобиться помощь людей со скитальца.

– Первый Палач, я не об этом. Мне известно, что на заводе была наша делегация и ещё несколько наших агентов. Меня они беспокоят. – произнесла сестра Эрика.

– Как понимаю, это ваш личный интерес. В таком случае, боюсь, что можно не рассчитывать на выживших. По крайней мере, на данный момент такая информация отсутствует.

– Понятно. Не буду вас более отвлекать. – В голове сестры была слышна непонятная горечь.

Так прошёл остаток дня. Мои братья бегали по всему заводу, собирали информацию, вели записи. Мне даже удалось застать группу спятивших выживших. Их приходилось нести на руках, так как сами они не могли даже стоять и могли лишь натужно ныть, завывать и издавать другие звуки, едва ли похожие на человеческую речь.

К концу дня мы уже выполнили поставленные задачи и начали сворачивать операцию. Всё-таки, не все наши действия были бы одобрены Vinduko и нам стоило покинуть это место прежде, чем сюда являться кто-либо. Ибо не думаю, что они одобрили бы наше присваивание некоторых артефактных технологий.

Я уже садился на летательный аппарат. В грузовой отсек поместили огромный саркофаг, на котором красовалась надпись “NERV номер 3”. И буквально перед взлётом к Даниелю, что улетал вместе со мной, прибежал какой-то из братьев и доложил:

– Брат Даниель! Мы обнаружили кого-то из наших воинов с маркировкой XX. Установить принадлежность невозможно. Броня оплавлена, номер практически стёрт, анализ ДНК не находит в базе данных соответствий. Однако, он имеет метку Machina Secrotum, так что нет сомнений в том, что он наш брат.

– Он жив? – сухо, словно бы без интереса спросил Даниель.

– Нет. Сердце от давления разорвалось буквально в груди, кости переломаны, а тело обескровлено. Но, думаю, что его кибернетический мозг может быть цел.

– Поместите тело в криогенную камеру, после чего доставьте её в Deus Doctorum. Скажите им, что Божественная Машина должна понять, кто это из её слуг и тогда скажет, что делать с ним. Возможно, что это тело ещё сможет послужить нам для будущих братьев или же поделится бесценными знаниями. – всё так же безразлично спросил Первый Палач.

Брат несколько замялся от того, насколько равнодушным выглядел Даниель, но, собравшись, продолжил:

– Кроме того, тут было найдено ещё четыре тела наших братьев. Боюсь, что они не подлежат восстановлению. Один был найден на реакторном уровне. Его тело заражено радиацией и есть следы обширных внутренних кровотечений перед смертью. Другой был обнаружен около шахты лифта, растерзанным Метастрическими тварями. Ещё двое – члены делегации, что прибыли сюда незадолго до Метастричсекого вырождения.

– Всего четыре тела? По данным, которые были мне, предоставлены, здесь находилось не менее пятнадцати братьев. Ты уверен, что больше тел нет? Вы использовали все, что могли?

– Абсолютно. Мы проверили каждый уголок, согласно карте. Каждую шахту, каждую комнату и системные тоннели. Использовали все методы отслеживания, начиная от визуального, заканчивая индивидуальными маячками. Больше никого.

– Тогда грузи все тела в аппарат. Когда мы прибудем домой – слуги Божественной Машины наверняка захотят проститься с ними. Тела должны упокоиться среди наших братьев.

Двигатели загудели, грузовой люк закрылся и запечатался. Моя броня соединилась с корпусом, фиксируя меня на месте. Через окошко я видел, как мы поднимаемся всё выше и выше над колоссальным заводом. Лицо Даниеля выражало безмятежность и спокойствие, однако, в нём была едва видная нотка любопытства? Что же пробудило это чувство у вечно спокойного и холодного воина, что прошёл не одну сотню битв и убил не одну тысячу врагов во имя великой цели?

## Phenomenon of Paradox (346 год по хронологии P.EBE)

### Стадия Операции 0

– Ситуация следующая. Три дня назад была потеряна связь с оружейным заводом корпорации Chrum, находящемся на Титане, спутнике Сатурна. Конкретное местоположение завода – научный Сверхгород Орион. Один из важнейших исследовательских центров НФС за пределами астероидного пояса. Спустя 6 часов было получено первое изображения со спутника слежения. Над всем городом образовалось неопознанное аномальное явление, предположительно Метастрического характера. Вероятно, именно оно стало первопричиной потери связи. – Произнес сухим голосом капитан и включил проектор.

На экране возникло изображение Титана. Чёрные пятна городов и заводов, зеленые пятна псевдоморей. Но большую часть его поверхности закрыло огромное овальное образование. Оно буквально светилось всеми цветами радуги, засвечивая кадр. В его центре находилось два огромных креста: черный и белый, которые кто-то будто бы неумело наложил поверх фото.

– Спустя десять минут после получения изображения связь со орбитальным спутником была потеряна. Он не успел сделать ничего, кроме этой фотографии. На данный момент комитет по расследованию этого события считает, что спутник был уничтожен или сбит с орбиты неизвестной силой. Однако по прошествии еще трёх часов другой спутник занял удобную орбиту и передал следующие изображения, после чего так же был выведен из строя. Данные, полученные с последующих спутников будут идентичны этим, хотя сами аппараты теперь оставались целыми.

Капитан переключил изображение. Оно сильно отличалось от предыдущего: на месте радужного овала находилась невероятных размеров воронка, занимавшая, по меньшей мере, четверть обозримой поверхности. По всей площади впадины находилось множество выбоин и вмятин меньших размеров. А там, где вместо суши была псевдовода, последняя приобрела неестественный сливовый цвет. Но, самое ужасное было в том, что в кратере не осталось и намёка на наличие обитаемых территорий.

– Вероятнее всего, что данный пейзаж является последствием того аномального образования. Несколько тысяч километров инфраструктуры были уничтожены, вскопаны и разрушены. Разрушено абсолютно всё, лишь от самых громадных зданий остались небольшие руины. Количество людей, которые погибли и суммы, которые необходимы для восстановления промышленности, не поддаются исчислению. За всё три дня из зоны поражения не поступило ни единого сигнала, будь то радиосигнал или излучение. Орбитальные камеры так же не смогли засечь каких-либо признаков жизни или разумной деятельности.

– Это-то и так видно. Сомневаюсь, что там, что или кто-либо могло уцелеть. Даже не могу представить, какая мощь была у этого…явления. – Произнесла Оператор 057.

– Думается мне, что даже в такой кромешной пустыне найдётся для нас работа. Иначе, зачем было объявлять брифинг и прерывать эксперименты над новыми прототипами? Ибо мы делаем то, что не могут другие. – Ответил ему Оператор 011.

– Именно поэтому Одиннадцатый и является вашим командиром. Есть мизерная вероятность того, что подземные коммуникации завода Chrum могли уцелеть. Они залегают гораздо глубже уровня воронки, а значит там могла сохраниться хоть какая-то инфраструктура, а также различное записывающее оборудование. Возможно, там и найдётся ключ, касаемо этого проявления аномальной активности. Вашей главной целью является обнаружение данных, извлечение и доставка их сюда.

– Почему бы не отправить туда регулярные войска НФС, парапсихический легион или, ещё лучше, отряды мгновенного реагирования? Разверстка Симуляционных Тел занимает слишком много времени. Почва неустойчива, даже коммуникации могут обвалиться, если промедлить. И всё будет зря. – Спросил я у капитана.

– Всё просто. В этом сверхгороде находилось множество атомных электростанций и, после аномалии, уровень радиации поднялся до таких высот, что никакая защита не сможет сберечь человека на достаточно долгое время. Кроме того, датчики зафиксировали критическое превышение химического загрязнения воздуха. Вероятно, это начался распад псевдоводы. Поэтому командование решило послать туда Симуляционные Тела как единственное подразделение, которому не страшны такие внешние условия. Кроме того, мы до сих пор не знаем, какие ещё изменения могли произойти там.

– Ладно. Допустим. Какие угрозы нас ждут и сколько Операторов и Тел будут отправлены на задание? – Спросила Оператор под номером 530.

– В свете последних событий, на миссию будет отправлено целых пять Операторов. Номера: 057, 011, 357, 333, 530. Угрозы, помимо агрессивной среды, неизвестны. Думаю, ничего серьезного ждать не стоит. Периметр был отцеплен везде, где только можно и насколько хватило сил, а в СМИ выдвинули версию о теракте на энергетическом комплексе, что вызвало цепную реакцию. Сомневаюсь, что даже самые отбитые мародёры и пираты рискнут сунуться в такое радиоактивное пекло.

– Разрешите узнать текущее состояние Операторов 556, 762 и 127 после испытаний модели Лямбда. Они не участвуют в операции или у них есть свои миссии? – Спросил я.

– Это не имеет отношения к миссии, но с ними всё скверно. Пять-Пять-Шесть всё ещё находится в коме и его состояние не стабильно. Семь-Шесть-Два в порядке, но у неё сильно упал уровень связи с Телом. Возможно, она больше не сможет контролировать его. Один-Два-Семь физически здорова, но она пережила сильный шок и попытки установить связь вызывают фантомные боли, а уровень связи…необычен. Если с ними всё будет хорошо – мы отправим их к вам, как только сможем…но сомневаюсь, что это произойдёт, прогнозы врачей неутешительны. Кроме того, необходимости я в этом пока не вижу. Наличие врагов в зоне операции весьма сомнительно.

– Слушайте. Если это явление как-то связано с Метастрической угрозой, то не разумнее было бы запросить информацию об этом у культа Machina Secrotum? А лучше вызвать их в качестве консультантов. Они же вроде как обожают заниматься подобной хренью. – Спросила Оператор 057.

– Комитет рассматривает такую возможность в случае, если вы по каким-то причинам не справитесь. Однако этого хотелось бы избежать, так как там, в момент происшествия, находились некоторые объекты, которыми эти культисты могут заинтересоваться. К сожалению, я не знаю, что именно там было. Но…командование хочет, чтобы вы достали этот объект любой ценой. Уж не знаю, что там хранилось, но оно явно очень ценное и Machina Secrotum знать об этом точно не стоит.

– Значит, нашу миссию можно охарактеризовать вот так: прийти неизвестно куда, найти неизвестно что и вернуться обратно? Не самые продуктивные миссии для отдела Симуляторов. – С явной иронией в голосе произнёс Одиннадцатый.

– Увы, это так. К сожалению, в этом месте теперь слишком агрессивная среда, так что, только Операторы и Симуляционные Тела могут без вреда для себя выполнить это задание.

– Хватит жаловаться! Наше подразделение и было создано для того, чтобы делать вещи, непосильные другим. Когда назначена операция и какие модели Тел будут предоставлены?

– Подготовка к разверстке ведётся уже сейчас. Временный штаб установлен недалёко от края кратера. Там вы займёте систему управления. Тела изначально будут находиться на орбите и как только вам передадут управление, вы будете сброшены на поверхность спутника в специальных капсулах.

– Кстати…вы так и не сказали, какие модели тел нам будут предоставлены. – Сделал я замечание.

– Всему своё время. По данным, что я получил, вероятнее всего то, что вы будете контролировать серийные модели с Эпсилон по Тета. Изначально планировалось держать на подхвате модель Лямбда, для случая, если что-то пойдёт не так. Но из-за вскрывшихся проблем во время последних испытаний, её, скорее всего, отзовут.

– Разрешите напомнить, что в последний раз, когда что-то пошло не по плану – мы оказались в самом центре ядерного удара. И в результате наш корпус Симуляционных тел месяц сидел без дела.

– Нет. В этот раз вероятность подобного поворота намного меньше. Это не конфликт с Новыми Колониями. Да и откуда взяться ядерному заряду в этой пустыне. Кроме того…

– Капитан, хватит. Все мы знаем, что тот случай был самоубийственной попыткой врага избавиться от нас. Лучше скажите, когда вылет на спутник? Сколько времени на подготовку? – прервал его Оператор 011.

– Вылет завтра на рассвете в 22:25 по Земному времени. С собой ничего лишнего не берите. Это не очередной тестовый запуск, это настоящая боевая операция, впервые за последние месяцы. Поэтому времени на экскурсии и подобную хрень нет. Я не меньше вашего устал от просиживания задницы на месте. Ещё какие-нибудь вопросы есть?

Все мы молча переглянулись и сохранили молчание.

– Отлично, рад, что мы так быстро закончили. А теперь вольно! Можете идти. И, ради всей Независимой Федерации. Не опаздывайте.

Мы отдали честь нашему капитану и отправились в свои комнаты собирать вещи. Всё-таки, я искреннее надеялся, что мы сумеем быстро выполнить поставленную задачу и у меня будет время прошвырнуться по городу с целью осмотра достопримечательностей. Титан весьма примечательное место. Сейчас только сверхгорода Земли и Марса могут сравниться своими размерами со сверхгородами Титана. Ну, и ещё и Новый Эдем, который нынче обсуждали всё чаще и чаще.

– Хей, командир. Ты не знаешь, что там с Новым Эдемом? Меня настораживает обилие разговоров об этом городе. Что в нём такого? Я даже слышал слухи от техников, то второй корпус Симуляторов перевели поближе к нему. – Спросил я, направляясь в свою комнату.

– Не забивай сейчас себе голову лишними мыслями. Просто правительство НФС хочет добиться сотрудничества с Новым Эдемом. У нас нет нормальных возможностей для развития снаружи астероидного кольца, особенно теперь, после потери Ориона. А тот город мог бы стать отличным транспортным узлом. – ответил мне Одиннадцатый.

– Неужели это всё? Не больно ли банальная причина?

– На самом деле нет. В Новом Эдеме расположено много производств, которые являются монополистами в различных сферах. Ты же знаешь наше правительство и их паранойю о том, чтобы оставаться независимыми. Они и не могут и подумать о том, чтобы какие-то организации были вне нашего крыла. Они договор о независимости Vinduko до сих пор не переварили. А тут тебе целый Сверхгород, наполненный кучей свободных фирм.

– Как жаль, что не все понимают преимуществ сотрудничества с НФС. Мы будто зря придумали множество льгот, программ поддержки и помощи всем организациям. Вон, взять, к слову, HAW или ту же Chrum. Кто бы мог подумать, что такая маленькая фирма теперь сможет делать лазерные винтовки или электрические автоматы? Ставлю половину своей зарплаты, что даже эти культисты, поклоняющиеся машинам, не имеют такого продвинутого оружия. – вмешался в наш разговор Оператор 357.

– Ага. Винтовки с ресурсом стрельбы на сотню выстрелов. Вот уж чего не хватает нашей армии. – саркастично отметил я про себя, вспоминая испытания оружия для Симуляционных Тел от различных корпораций. Это был полнейший провал.

– У меня ж друг есть, что родился в Новом Эдеме! Говорил, мол, великолепный город! Огромные башни, прекрасные пейзажи, добрейшие люди и всё высочайшего качества! Это словно идеальный дом, не идущий в сравнение с марсианскими трущобами. – всё никак не унимался Оператор 357.

При упоминании “марсианских трущоб” я поперхнулся. Назвать одну из главнейших планет НФС трущобами у меня не поворачивался язык. Да, до Сверхгородов Земли им далековато, но города там отличные. Один из операторов как раз родился там, пока его не перевели в другой сектор.

А мои родственники живут на планетарной базе-спутнике над Венерой. За несколько сотен лет человечество так и не смогло толком колонизировать её, а только научилось получать из её атмосферы ресурсы и энергию. Впрочем, их город играет большую роль в научном и техническом развитии Независимых Федеральных Сил, так что волноваться за их безопасность мне не приходится.

К сожалению, я давно с ними не общался. Я даже не могу быть уверен, что они всё-таки живы. Всё-таки, система коммуникаций у НФС отвратительнейшая даже спустя столько сотен лет после окончания Чёрной Эпохи. Межпланетные звонки с минутной задержкой – это не самый удобный способ общения.

На разветвлении коридора мы разошлись с нашим командиром. Я отправился в свою комнату, собирать вещи. Одежда, ванные приспособления, аптечка и прочее, что может понадобиться для кратковременного проживания в другом месте. Уже сколько лет я работаю в корпусе Симуляционных Тел, а все ещё не могу привыкнуть к тому, что нас каждый раз отправляют в новые места. Раньше, когда я был простым пилотом боевого костюма, я всю службу проводил исключительно в гарнизоне, ожидая чего-нибудь интересного. Не дождался. Конфликты с Machina Secrotum у нас в основном на дальних рубежах, да и правительство старается не доводить до этого. А отправлять дорогостоящий боевой костюм против бандитов слишком уж глупо.

– Зато наградной лист у меня – на зависть чемпионам межпланетных игр. – произнёс я сам себе, глядя на табличку со списком всех наград за боевые учения, соревнования и испытания. Количество строк превышало сотню.

А потом меня решили отправить в совершенно новое, недавно созданное (по тем временам) военное подразделение, именуемое корпусом Симуляционных Тел. Те же самые боевые костюмы, но пилотируемые на расстоянии. Благодаря этому, с их помощью можно выполнять операции в таких районах, где обычные люди быстро погибнут. Особенно сильно это оказалось полезно против культистов Machina Secrotum, ибо чаще всего именно они представляют собой наибольшую угрозу мирному процветанию НФС за счет своих удивительных сил, способностей и технологий. Правда, лично я с ними ещё не сталкивался и не особо горю желанием. Вся эта паранормальная атмосфера вокруг них вызывает у меня беспокойство.

Удивительно, как в это неспокойное время люди умудряются воевать друг с другом, когда в воздухе постоянно висит опасность. Союз Колоний, что захватили дальние рубежи системы и отказываются вступать в Федерацию. Многочисленные бандиты, пираты и прочие уроды, которые отказываются признавать какую-то не было власть и то тут, то там строят свои мини-государства. Множество загадочных культов, вроде той же Machina Secrotum, отстаивающие свою независимость и занимающиеся непонятно чем и непонятно как, будто бы и без них недостаточно мутных личностей.

И, как будто мало многострадальному человечеству этого всего, в воздухе висит страх возвращения инопланетян, прозванных Чёрными Сущностями. И, конечно, не стоит забывать про мистическую Метастрическую силу, которую описывают чуть ли не как настоящую магию. В общем, боюсь, что не скоро человечество вернётся к образу жизни Тёмной Эпохи, эре развития.

Сложив все вещи в путевой ящик, я передал его к грузчику, что должен был переслать мои скромные пожитки напрямик к взлётной зоне. Затем их уже перенесут в челнок, что доставит нас на орбитальный корабль. А следом уже и мы отправимся к Сатурну.

Приготовившись к завтрашнему отлёту, у меня осталось ещё несколько свободных часов до отбоя. И, хотя у меня нет ограничений на передвижение по базе как у обычного персонала, я не решился далеко покидать место. Мало ли что.

Я отправился в технический ангар, дабы осмотреть своё предыдущее тело, которое ещё не так давно пилотировал. Несмотря на то, что пилоты и тела являются полностью взаимозаменяемыми, лично у меня возникает теплое чувство родства с ними. Возможно, это как-то связано с психической связью, используемой для управления Симуляционным Телом. А может банальная психология привязанности к вещам. В любом варианте, мне всегда казалось, что эта связь необратимо влияет на нас, пусть мы и не понимаем, как именно.

В помещении было сухо и прохладно, как и полагается ангару с военной техникой. Высокие, почти под три метра, роботы стояли ровными рядами. Оплетённые множеством кабелей и фиксаторами, они напоминали исполинов, скованными цепями. Мое Тело стояло в середине ряда. Выделялось оно в первую очередь огненно-рыжей расцветкой на фоне других образцов, покрашенных в холодные тона. Кроме того, мой образец единственный имел целых пять глаз-окуляров, в то время как другие имели один, два, три или четыре.

Хотя, пять камер полагалось полностью целой и невредимой модели. Мой же экземпляр мог “похвастаться” тремя выбитыми окулярами, обгоревшей краской корпуса, оторванным крылом, отсутствием доброй половины защитных плит и торчащим приводам, и проводам конечностей, наскоро замотанных армированной тканью.

– Ну что? До встречи, мой друг. Может быть ещё как-нибудь сработаемся. Береги себя. – Обратился я к Симуляционному Телу и усмехнулся от мысли, что воспринимаю эту железку как живое существо. Привязываться к боевому костюму, который ты меняешь от миссии к миссии? Что за глупость!

– Что? Тоже решил проститься со своим другом и не хочется занимать новое Тело? – Раздался голос из-за спины.

Я обернулся и увидел Оператора 057. Она была одета в повседневную форму, которая смотрелась на ней как на вешалке. Короткие светлые волосы, яркие голубые глаза и низкий рост сильно контрастировали с её обычным Телом. Огромный, выше других образцов, покрашенный в чёрную с синим расцветку и практически звериным оскалом из-за вытянутой и угловатой головы.

– Говорят, что у некоторых Операторов бывает болезнь, именуемая «психологизация тела», после которого они лишаются возможности управлять любыми другими Телами, кроме одного-единственного. – Произнесла она, глядя на меня так, словно хочет залезть в мой разум.

– Да. Знал я одного такого Оператора. Кажется, он получил мозговую травму во время управления и лишился возможности устанавливать связь со всеми другими Телами. Не помню его номер, но пилот он был отменный.

– Я тоже его знаю. Он был моим другом. А потом его тело было уничтожено и это необратимо повлияло на него. Что же с ним сейчас? – произнесла она таким голосом, словно обращалась в пустоту.

– Да, внезапная гибель тела крайне опасна для нас. А что касается друга…скорее всего то же самое, что и с любыми другими бывшими операторами. Или пилотирует боевой костюм, или отдыхает на заслуженной пенсии. Если, конечно, он ещё жив. – Произнёс я и запнулся. А помню ли Я хоть одного оператора на пенсии?

– Интересно. Какие именно Симуляционные Тела нам выдадут для операции? Каждое из них уникально и управление каждым из них ощущается по-разному. Словно, ты перерождаешься в разных людях.

Я не счёл нужным отвечать ей. Все-таки, она, Оператор 057, довольно странная особа. О её прошлом ничего не известно, архивы с ней практически пусты и сама она знает о Симуляционных Телах намного больше, чем любой из нас. Говорят, что она в своё время приложила руку к первым экземплярам Симуляционных Тел и обкатывала многочисленные прототипы. Это сделало её…несколько выделяющейся в наших рядах. Ибо, как минимум, не принято обсуждать те или иные качества Тел и относиться к ним по-особенному. Ведь они, по сути, расходный материал. Подготовка, обучение и защита пилота обходятся намного дороже, нежели создание нового Тела. Поэтому, во многих миссиях с Телами предпочитают не церемониться.

Ещё раз осмотрев своё бывшее Тело, я обратил внимание, что его демилитаризировали, невзирая на повреждения. Из рук извлечено всё оружие и инструменты, пилоны на спине, в которых находятся батареи – отсутствуют. А в некоторых местах корпуса броня нормально демонтирована и блестят новенькие механические мышцы.

– Все тела вашего корпуса были сняты с боевых постов. Часть из них отправят на модернизацию и введут обратно в строй, а других законсервируют до необходимости. Всё-таки эти тела старых поколений. Я слышал, что вот-вот выпустить новые, более современные модели. Нам на днях должны будут передать всю техническую документацию. – Пояснил моё недоумение механик.

– Хм. Давно пора первое поколение заменить на второе. Альфы и Беты вовсе надо отправить на утилизацию. – Произнёс я, махнув головой в сторону одноглазых моделей. Их квадратные тела вызывали у меня лишь кривую усмешку.

– И не говори. Тут недавно какая-то заумная деваха за месяц решила все проблемы третьего поколения и с её же лёгкой руки они вот-вот в серию пойдут. А там и четвёрка под её руководством наверняка не за горами. А мы тут работаем с этими консервными банками.

Вздохнув, я в последний раз оглядел своё, почти родное Тело и отправился в свою комнату. До отлёта осталось буквально 12 часов и мне не хотелось сонным прибывать на операцию.

## С