Надежда Ивановна Щерба
Воин Света. Часть 3. Только прошлое может изменить будущее

© Щерба Н., 2022

© Оформление. Амрита-Русь, 2022

Глава 1

Территория современного Крыма. Крепость Кырк-Ор, VI век.

– Пожар! Пожар! – неслось со всех сторон.

– Пожар?! – подскочил со стула Архивариус и бросился к окну.

Так и есть! Огонь, как изголодавшийся и вырвавшийся на волю зверь, поглощал все, что попадалось ему на пути. Сверху Архивариусу были видны мечущиеся в панике люди и языки пламени, поднимающегося все выше и выше. Крики, плач и все пожирающее вокруг пламя, такое он уже однажды видел. Архивариус отвернулся от окна. Это не его битва. Он стал всматриваться в пространство перед собой, которое расходилось в разные стороны многомерными переходами. Это место, в котором он ориентируется с закрытыми глазами. Огромные полки, уходящие далеко в запутанные лабиринты и заполненные до самого верха особенными книгами. Уже много веков это его дом и его библиотека.

Когда-то, очень давно, он был свидетелем пожара, уничтожившим Мусейон – основное помещение Александрийской библиотеки, в котором он был главным хранителем. Потери были настолько велики, что Архивариус, разбирая остатки уцелевших книг на пепелище, рыдал и рвал на себе волосы. Он проклинал Цезаря и его войско за штурм города и поджог кораблей в гавани. Из-за них пожар перекинулся на город. Проклинал себя за то, что не унёс, как хотел, перед нападением вражеского войска, самые ценные и редкие труды. Его дом был разорен и уничтожен. И он решил, что больше ему здесь нечего делать. Он все сильнее проклинал небо и всех, кто находился там за то, что допустили этот пожар. Он стал, словно безумец. Из его рта вырывались только ядовитые слова. Закончилось все тем, что он пожелал умереть. Его желание услышали тёмные. Разбирая завалы библиотеки, он оступился и, упав с приличной высоты, сломал позвоночник. Умер он быстро и очень скоро предстал перед советом темных Высших. Огромные фигуры в черных одеждах молча рассматривали главного хранителя Мусейона. Одна из фигур обратилась к нему со словами:

– Мы услышали тебя, и выполнили твое желание в самые короткие сроки. Дальше у тебя есть два пути. Первый – ты отправляешься в Чистилище. И второй – служишь нам. Ты образованный человек. А нам нужен Архивариус. Что ты ответишь на это?

Бывший хранитель думал недолго.

– Я всю земную жизнь был при Александрийской библиотеке. Более тридцати лет служил главным хранителем Мусейона. Моя жизнь без остатка была посвящена великим трудам, рукописям и книгам. Я не смог сохранить доверенное мне и не выполнил то, ради чего пришел на землю. Может, здесь я окажусь более удачлив и смогу стать лучшим архивариусом, чем хранителем. Я согласен.

Фигура в чёрном сделала знак стражу. Он подошёл к хранителю со связкой ключей, выбрал один из них, подул на ключ огненным дыханием и раскалённой стороной приложил ему ко лбу. От неожиданности и боли хранитель закричал, но страж тут же подул на ожог. Рана затянулась и клеймо стало невидимым.

– Выбор сделан. Отныне ты Архивариус и подчиняешься лично мне. Инструкции получишь позже….

Вот так бывший хранитель Александрийской библиотеки стал Архивариусом у темных. С тех пор пролетело много времени, пространство, в котором находится архив, выросло в несколько раз. Оно стало многомерным лабиринтом, в котором без труда ориентируется только один темный – сам Архивариус. Это место пользуется постоянным спросом. Книги, которые хранятся здесь, непростые. В них собраны пороки, слабости, страхи, негативные убеждения и отвратительные поступки людей. Как ныне живущих, так и умерших.

Темные ангелы, появляясь в архиве, с ужасом оглядываются вокруг, понимая, что здесь можно застрять на неопределённое время. Поэтому и идут к Архивариусу за помощью. И он помогает им быстро найти искомое. С тех пор прошло много столетий. Сколько человеческих судеб прошло перед ним за это время! Архивариус старался оставаться беспристрастным. И ему это удавалось до определённого момента. И только когда он увидел «дело» Кассиодора, секретаря остготского короля Теодориха понял, что не сможет остаться в стороне. Этот человек, устроивший в монастыре Вивариум огромную по тем временам библиотеку и скрипторий-мастерскую по переписке книг, напомнил Архивариусу себя. В нем он почувствовал родственную душу. Когда никого в архиве не было, он открывал книгу судьбы Кассиодора и читал его жизнь. Он видел выделенные красными чернилами его страхи и сомнения, неблаговидные поступки. Архивариус понимал, что именно на них и будут цеплять его темные. А их было немало. Но все равно больше было благих намерений и решений. И Архивариус дрогнул. Он вырвал листы, где были записаны самые сильные страхи и стал переписывать заново. За этим занятием его и застукал Распорядитель Судеб. Архивариус понял, что он обречён. Стражник хозяина быстро с ним разберётся. Он просто сожжет его своим дыханием и пепел развеет из окна архива. Но Распорядитель его удивил. Он взял книгу судьбы Кассиодора и, пролистав ее, сказал:

– Я понимаю тебя, Архивариус! Ты увидел в этом человеке себя. Я никому не расскажу о твоем проступке. И ты молчи. Но будь осторожен, попадёшься кому-то другому – наказания не миновать! – и, вернув ему книгу, тихо удалился.

С тех пор при виде Распорядителя Судеб Архивариус чувствовал себя неуютно. Он – должник этого тёмного. И, рано или поздно, тот попросит об услуге. Это он знает точно.

Архивариус сбросил нахлынувшие на него человеческие чувства. Сколько уже времени прошло, а он никак не может избавиться от эмоций, присущих людям. Вот и сейчас он готов броситься к ним на помощь. Но этого делать ему нельзя. Здесь, в этом месте, он принесёт больше пользы людям. Теперь он очень осторожен и избирателен. Помогает только тем, на кого откликается его тёмное сердце. И таких уже немало. А будет ещё больше, потому что, пока нужен темным, он бессмертен. Нет ему замены, он единственный, кто ориентируется в этих запутанных лабиринтах. Вздохнув ещё раз и отвернувшись от человеческих молитв и призывов о помощи, он ушёл в глубины своего архива.

Глава 2

Монастырь на юге Италии, VI век.

– Брат Бенедикт, сейчас этой книги нет в библиотеке! Она на руках, – глядя прямо в глаза монаху, Кассиодор безбожно врал. Но это была ложь во спасение. В прошлый раз брат Бенедикт вернул книгу в ужасном состоянии. Листы потрёпаны, жирные пятна повсюду, как будто он ел на книге, что, вероятней всего, так и было. Несколько листов залиты вином, чернила растеклись. А ему это все восстанавливать. Он сгоряча столько всего наговорил монаху в прошлый раз и, вот те на, брат Бенедикт снова пришел, как ни в чем не бывало. И просит дать ему очень редкий трактат, который сам Кассиодор переписывал четыре месяца.

– Конечно, как только книгу вернут, вы сможете ее взять.

Махнув рукой, монах в полном разочаровании пошёл домой. А Кассиодор повернулся к полке и, протянув руку, вытащил оттуда книгу, которую так жаждал заполучить брат Бенедикт.

– Надо ее убрать подальше, – услышал Кассиодор над левым ухом чей-то тихий вкрадчивый голос. Он резко развернулся, но сзади никого не оказалось. В помещении библиотеки он был один. «Бывает же», – подумал он про себя. Но книгу положил на самую дальнюю полку. Для брата Бенедикта эта книга всегда будет занята кем-то.

Кассиодор решил ещё немного поработать. Из монастыря Монтекассино ему привезли очень редкую книгу для реставрации. Сегодня монах немного подпортил ему настроение, но лучшее лекарство для восстановления – это работа. И потихонечку начав, Кассиодор так увлёкся, что не заметил, как пролетели несколько часов. Выглянув в окно, он понял, что на дворе глубокая ночь, а значит нет смысла тащиться домой. Постелив на скамье плед, он улёгся и уснул мгновенно, как только закрыл глаза.

Ему снилось странное место. Огромное, тёмное помещение. Бесконечно длинный и запутанный лабиринт с полками книг, уходящими вверх настолько высоко, что, подняв голову, все равно не видно, чтобы они заканчивались.

– Библиотека? – спросил он у себя. И тут же представил, какими должны быть лестницы, чтобы добраться до верхних полок с книгами.

– Интересно, как здесь управляется библиотекарь?

– Это у вас, людей, библиотекари, а здесь хозяин – Архивариус.

Кассиодор совершено не испугался и не удивился, услышав за спиной спокойный и уверенный голос. «Посмотреть бы, как выглядит этот самый Архивариус. Такому месту и хозяин должен быть под стать». Он повернулся, чтобы поприветствовать его, но сзади никого не было.

– Ага, все верно! Было бы слишком просто, если бы он во плоти стоял рядом.

– Если здесь главный – Архивариус, значит и не библиотека это вовсе? – продолжал рассуждать он про себя. Воздух впереди стал сгущаться и темнеть. И через мгновение перед ним уже стоял хозяин этого места. Длинные седые волосы обрамляли лицо и мягкими волнами падали на плечи. Кожа темная и загорелая, как у моряков, проводящих целые дни на солнце. Глаза, как два тлеющих уголька, светились в полутьме.

– Архивариус! – пронеслась молнией мысль в голове. То, что это не человек, он понял, как только опустил глаза вниз и увидел, что хозяин этого места стоит перед ним, не касаясь ногами пола, а находясь в воздухе.

– Ты не совсем прав, решив, что я не человек. Когда-то, очень давно, я им был. Так давно, что иногда и сам сомневаюсь в этом. Но, тем не менее, это так.

– Ты читаешь мысли людей? – спросил Кассиодор, продолжая разглядывать Архивариуса.

– Это проще простого! – он фыркнул презрительно.

– Я много чего умею и могу такого, что вам, людям, и не снилось!

– А что это за место? – решил перевести разговор Кассиодор.

– Я – Архивариус, и это место – архив. А ты здесь потому, что я позвал тебя. До сих пор ни один человек не появлялся здесь. Я долго наблюдал за тобой, ты напомнил мне меня, когда я был человеком. Я так же, как и ты, всю земную жизнь отдал библиотеке. Собирать книги, переписывать их и хранить – это было мое призвание. И я ему следовал четко. Но когда пожар уничтожил самые ценные и дорогие моему сердцу рукописи, я потерял рассудок. Ходил по пепелищу и собирал остатки сгоревших книг. И проклинал всех и вся. А потом захотел умереть. И мое желание исполнилось. Но за него мне пришлось заплатить слишком высокую цену. Я стал слугой своего господина. А он назначил меня Архивариусом темных. Вот так я и попал сюда.

Кассиодор, слушая рассказ тёмного Архивариуса, подумал, что одно опрометчивое слово может изменить судьбу человека так, что и представить невозможно.

– Мне очень жаль, – тихо произнёс Кассиодор.

– О нет, жалеть меня не надо! Это был мой выбор. Свободную волю человека четко соблюдают по обе стороны. Я мог отправится в Чистилище, но предпочёл вечную службу у темных. Я лишь изредка могу покидать это место, но призвать сюда того, кто мне нужен, в моих силах.

– А я тебе зачем, для чего ты меня позвал? – с тревогой в голосе спросил Кассиодор.

– Я тебе уже сказал, что когда я был человеком, то был похож на тебя. И поступаешь так же, как и я, когда дело касается книг. Сегодня ты соврал монаху. Да-да, я знаю, что ты спасал от этого невежды и грязнули редкую и очень ценную книгу. Но, тем не менее, ты лгал, глядя человеку в глаза. Дальше – больше. Я позвал тебя, чтобы предостеречь от ошибок, которые могут в будущем стоить очень дорого. Иди за мной, я покажу тебе одну занимательную книгу. Ты ее обязательно оценишь, – Архивариус плавно и неспешно поплыл по воздуху, но Кассиодор еле поспевал за ним, хотя почти бежал.

– Не отставай, а то потеряешься! Это многомерное пространство, а не твоя библиотека из двух комнат, – съехидничав, и увидев кислую мину Кассиодора, довольный Архивариус остановился возле полки. Постояв немного, он протянул вверх руку, щёлкнул пальцами, и, выбранная им книга, сама опустилась и легла прямо ему в ладонь. Кассиодор смотрел, раскрыв рот от удивления.

– Значит, лестницы здесь не нужны, – сказал он, утвердительно кивнув сам себе.

Архивариус был доволен реакцией Кассиодора.

– Погоди, сейчас удивишься ещё больше, – сказал он, раскрывая книгу и передавая ему. Кассиодор погрузился в чтение. Книга была написана на латыни, поэтому читать ее было легко. Но, когда до него дошёл смысл прочитанного, испугался.

– Что это? – с ужасом в голосе спросил он у Архивариуса.

– Это твои пороки, страхи, неблаговидные мысли и поступки от самого рождения и до сегодняшнего дня.

– А остальные книги? – тихо спросил Кассиодор.

– За каждым человеком закреплена своя книга. Нет человека, который не думал бы и не поступал плохо. Во благо или во вред, но люди постоянно лгут и вредят друг другу. В книгах записаны все их негативные мысли и действия. Иногда бывает, что человек не прошёл и половины земного пути, а в книге все страницы заполнены. Тогда за него берутся темные ангелы. И очень быстро находят «кнут» на этого человека. Ему ничего не остаётся, он начинает им служить.

– Ты прочитал свою книгу. Этого до тебя не делал никто. Я рискую, позвав тебя сюда. Но ты должен был сам все увидеть, чтобы в следующий раз, когда будешь лгать или поступать не по совести, знал, что все это в будущем может помочь темным прибрать тебя к рукам. Ты много делаешь хорошего и нужного для людей. Септорий, созданный тобой, поможет сохранить много трудов философов и историков для будущих поколений. Только не забывай, что душа у тебя одна. И поверь мне, есть огромная разница – служить темным или светлым.

– А теперь тебе пора! Подзадержался ты здесь.

– А как же ты? Что будет с тобой? – спросил Кассиодор.

– Я сам выбрал свою судьбу и следовать ей буду в одиночестве.

Архивариус махнул рукой и Кассиодора подхватил огромный вихрь, появившийся вдруг из ниоткуда. Сколько его болтало в этом вихре, он так и не понял. Пришел в себя, лёжа на скамье с открытыми глазами. Что же такое с ним было? Это не было сном, слишком много деталей. И этот голос, он его уже слышал днём в библиотеке, когда прятал книгу от монаха. Да, ему есть над чем подумать остаток ночи.

Брат Бенедикт был удивлён и польщен, когда услышал голос Кассиодора возле своей кельи. Он просил разрешения войти. В руках он держал книгу, за которой вчера приходил монах.

– Вот, брат Бенедикт, я принёс вам книгу. Она очень редкая, во всем мире существует всего несколько экземпляров. Один из них, вот этот, переписан лично мной. Очень прошу вас обращаться с ней бережно, чтобы и потомки смогли не только листать ее, но и читать.

– Я буду читать ее аккуратно и листать только кончиками пальцев, – монах очень внимательно посмотрел и негромко, но от всей души поблагодарил его.

И Кассиодор поверил, что брат Бенедикт с сегодняшнего дня больше никогда не будет есть и пить вино рядом с книгами. Они душевно попрощались и Кассиодор пошёл обратно. Пройдя полдороги он остановился и, обратясь к небу, зашептал молитву. Он просил у него только одного – простить согрешения вольные и невольные одинокой заблудшей души бывшего библиотекаря.

Архивариус, наблюдая за Кассиодором, думал о том, что его риск оправдан и, может быть, когда-нибудь он будет прощен, и его душа сможет обрести вечный покой. А это то, чего он жаждет больше всего на свете последние несколько столетий.

Глава 3

Монастырь на юге Италии. VI век.

Время – полночь. Широкий монастырский двор непривычно пуст и тих. По нему неспешно прохаживается брат Бенедикт. Сегодня он монах-дежурный и ему отвечать за побудку братии для ночной молитвы. Он поднял голову и посмотрел вверх на ночное небо, сверкающее со всех сторон большими и маленькими огоньками. Хорошо наблюдать в такую погоду за положением определенных звёзд по отношению к семи окнам дормия. Когда на небосводе загоралась та или иная звезда, брат Бенедикт точно знал, когда ему время звонить в колокол, чтобы поднять братию на молитву или зажечь в церкви светильники. Ему повезло. Небо сегодня ясное. Ходи и считай звёзды. А вот вчера погода была пасмурная, и следить за звёздами у дежурившего брата Аммиана не получилось. Он так набегался за ночь, проверяя по засечкам на свече одинаковые отрезки времени для побудки, что к утру еле волочил ноги. Он и брат Аммиан ровесники, но, поставь их рядом, и все будут обращаться к Аммиану, как к старшему монаху. И брат Бенедикт знает, почему так. Он обожает жизнь и радуется каждому дню. У него нет свободной минутки, чтобы предаваться унынию и ворчать, как брат Аммиан. Сейчас он пишет небольшой трактат под названием «Монастырские звездные часы». Да, ему уже далеко за сорок, но возраст его совершенно не тяготит. Да и внешне он выглядит бодрячком. Пусть у него и есть небольшой животик, который едва заметен под рясой, но он не мешает ему быстро передвигаться. Его редко видят степенно идущим. Это брат Аммиан тощий, как жердь, и носит своё тело, словно драгоценный сосуд, а он, Бенедикт, практически бегает. Слишком много ему ещё надо успеть за короткую земную жизнь. А отдохнёт он тогда, когда ангел возьмёт его за руку и проведёт в Золотые Сады. И там он наконец встретит своих родных и близких, которых потерял, будучи ещё ребёнком.

Время развернулось и помчалось обратно. Бенедикту пять лет. Страшная эпидемия пронеслась по Европе. «Черная смерть» уничтожила половину населения, добравшись и до места, где жила семья маленького Бенедикта. Первыми чумой заболели и умерли старшие братья, за ними мама. Папа, взяв за руку сына, отправился к родному брату, который совсем недавно стал аббатом в одном небольшом монастыре на юге Италии. Дойти-то они дошли, но и там хозяйничала чума. Папа умер через неделю, и племянник остался при дяде в монастыре. Вот так и стал он братом Бенедиктом. Аббат Аппий заменил ему отца. Он выучил мальчика читать и писать. Они часто и много говорили по душам. Поэтому Бенедикт и благодарен судьбе за то, что у него есть такой дядя. Ведь все могло быть намного хуже. Через пару месяцев после его появления в монастырь пришел еле живой Аммиан. Его семья также бежала от чумы, но выжил только он один. Аббат приютил и Аммиана. Мальчики подружились и их дружбе уже сорок лет. Они совершено разные, но это не мешает им относиться друг к другу с уважением и любовью. Пару лет назад Аммиан серьезно заболел, и Бенедикт всю неделю не отходил от него, ухаживал за больным лучше, чем сам инфирмарий. И брат Аммиан поправился. После болезни его характер стал ещё несноснее, но другом он был настоящим, поэтому Бенедикт принял и это с пониманием.

Посмотрев в небо и определив положение Большой Медведицы относительно клуатра – главной галереи, которая воедино соединяет основные монастырские строения, понял, что самое время поднимать братию на утрени, которую они служат в середине ночи. Зная по себе, как иногда тяжело просыпаться на службу, пошёл к звоннице очень медленным шагом, на который только был способен, чтобы подарить братии ещё несколько минут благодатного сна.

Но дойти до звонницы не успел. В арке увидел худой и сгорбленный силуэт, в котором спустя минуту признал аббата. Его поддерживал ризничий. Аппий самый возрастной монах в их монастыре. Сколько ему лет – точно не знает никто. Силы постепенно покидают его. Последний год он все время болеет. Братия постоянно шепчется между собой, гадая, кто же займёт место аббата Аппия. Он прекрасный управленец. При нем монастырь вырос втрое. Строг, но справедлив. Малейшую смуту пресекает на корню. Любой путешественник, попадая в монастырь, всегда получал кров и еду.

Библиотека монастыря – его гордость. Одна из самых больших на юге Италии. В ней собраны не только богоугодные книги. Много научных трудов и трактатов современников. Но и это ещё не все. В библиотеке есть скрипторий – отдельное помещение, в котором главный хранитель Кассиодор переписывает труды, а также хранит и бережёт, как зеницу ока, редкие рукописи. Они написаны на латыни, греческом и арабском языках. Только с личного разрешения аббата туда можно попасть. До ссоры с секретарем Бенедикт был там много раз. Кассиодор вечно стоял над душой, трясся от страха за книгу, пока он читал ее. Много трудов Бенедикт успел изучить за свою сознательную жизнь в монастыре. Но ему известно, что за полками в этой комнате есть ещё одна потайная дверь. О ней знают всего четверо. Аббат, ризничий, секретарь и он. Что в ней находится, известно только Аппию. И эту тайну он до сих пор не открыл никому. Бенедикт как-то спросил у аббата во время их разговора по душам: «Что за секретной дверью?» – но ответа не получил. «Всему своё время», – только и сказал он.

Похоже, это время наступает. За последнюю неделю аббат совсем сдал. Даже при помощи преданного ризничего еле передвигает ноги. Одышка такой силы, что иногда непонятно, что говорит.

Ризничий поднял руку, подзывая Бенедикта к себе. «А как же звонница, ведь братии пора на утрени», – только и успел он подумать, быстрым шагом подходя к аббату.

– Займи мое место, – обратился к нему ризничий. – Аппий хочет с тобой поговорить. А звонить пойду я.

Бенедикт подставил плечо, и аббат практически упал на него. «Совсем плохо дело», – подумал он про себя. Сколько ещё протянет его любимый дядя, знает только один Господь.

– Давай присядем, племянник, – аббат показал рукой на стоящую в двух метрах от них скамью.

Они, обнявшись, потихоньку дошагали и присели на нее. Перед скамьёй рос огромный куст с цветущими розами. Запах от цветов шёл такой сильный, что у Бенедикта слегка закружилась голова.

– За кустом нас никто из братии не увидит. Давно мы не говорили по душам. Прости меня, Бенедикт, все дела и заботы, – эти слова дались аббату с большим трудом.

В груди у него что-то засвистело и заклокотало.

– Дядя, давай не будем об этом сейчас. Ты поправишься и мы поговорим, – с испугом начал уговаривать его племянник.

– Погоди, не перебивай, – заговорил снова аббат. – Выслушай меня очень внимательно.

Бенедикт, видя его настрой, молча кивнул головой.

– Помнишь, как ты меня спрашивал, что за секретной дверью в скрипторий? И я тебе ответил, что всему своё время. Так вот, племянник, оно пришло. Сними с моей шеи ключ.

Он наклонил голову, и Бенедикт легко вытащил верёвку, на которой висел ключ. Обычный дверной ключ, какие в монастырской кузнице куёт брат Николас.

– Что за ней, дядя? – тихо спросил Бенедикт.

– Не торопи меня. Я начну с самого начала.

Аппий покачнулся, и племянник ещё крепче обнял его.

– Помнишь ту осень, когда вы пришли с отцом ко мне?

– Конечно, дядя! Мне было пять лет, но все, что тогда происходило, я помню так, словно это было вчера.

Аббат согласно кивнул, такое и вправду не забыть – сотни горящих и дымящихся трупов вдоль дороги, люди, как тени, бредущие, словно живые мертвецы. Это воспоминание заставило обоих вздрогнуть.

– А ты помнишь, племянник, кто вас привёл ко мне?

– Да, женщина. Но не простая, а воин. По дороге в твой монастырь на нас несколько раз нападали, пытаясь ограбить, но эта женщина-воин каждый раз вставала на нашу защиту. У неё был необычный меч, и она орудовала им, словно опытный рыцарь. Когда папа спросил, почему она идет с нами и охраняет от грабителей, то получил ответ, что ее призвание защищать невинных. А ещё она сказала мне, что через много лет я стану хранителем. Когда я спросил, что буду хранить, она улыбнулась и сказала один в один, как ты мне говорил, дядя, что всему своё время.

– Да, она привела вас, а затем вернулась, чтобы провести беглецов из больших городов, где свирепствовала чума. Она спасла много жизней. Аммиана тоже принесла она. Еле живого. И сама его выхаживала. Эта женщина была не только великим воином, но и врачевателем отменным. Но, видать, много отдала людям, потому что вскоре заболела сама. Восстановиться ей попросту не хватило сил. А может быть, вышел срок ее земной жизни. Когда стало ясно, что ей осталось совсем чуть-чуть, она позвала меня. Тогда и узнал я ее имя – «Елена». Я пришел, чтобы исповедовать и отпустить с миром ее душу. Но она сказала, что у неё ко мне есть важное дело, а все остальное потом. Прежде, чем говорить, Елена взяла с меня слово, что я помогу ей и не откажу в просьбе. Я слово дал. И тогда она достала книгу из сумки, которая всегда была при ней. Большую, в богатом кожаном переплете. Впереди, на обложке, был вытеснен круг, в котором красовалась большая латинская буква R. Елена рассказала мне свою историю. Так я узнал о воинах Света, обладающих необычайной силой и способностями, защищающих невинных. И о непростой книге, хронике воинов Света, где каждая из них вписывала свои деяния. Вот, сохранить ее для потомков она меня и просила.

– Почему я? – спросил у неё. – И знаешь, мой дорогой племянник, что ответила мне воин Света?

И, не дожидаясь реакции Бенедикта, продолжил тут же:

– Книга сама выбрала меня в хранители! Представляешь мое замешательство? Как книга может выбирать? Но, когда я взял ее в руки и открыл, то книга заговорила со мной. Я не только слышал, но и видел. Передо мной проносились века, как мгновения. Я увидел не только первого воина Света из этого Рода, я увидел их всех. От самого начала и до сегодняшнего дня. Я дал слово Елене хранить книгу до тех пор, пока за ней не придут. А то, что за ней вернутся, она знала точно. Елена видела ее – далёкого потомка, через много-много веков. Воин услышит книгу и придёт на ее зов. Но до этого времени мы должны хранить ее у себя, как самую важную драгоценность в мире. Я держал своё слово все эти годы. Теперь прошу тебя, моего родного племянника, взять на себя эту благородную миссию хранить книгу, пока за ней не вернётся воин Света из далёкого будущего. Она обязательно придёт, потому что для них нет границ во времени и пространстве.

Бенедикт слушал рассказ дяди, затаив дыхание. Это невероятная история, но он понимал, что все сказанное им правда – от начала и до конца. И воины Света, не сказка, не выдумка больного старика, а реальность. Он хорошо помнит эту невероятно красивую и сильную женщину-воина, которая защищала их по пути в монастырь.

– Она умерла, дядя? – тихо спросил он.

– Да, Бенедикт. Видать, исчерпала Елена свой земной запас, данный ей свыше. Слишком много отдавала людям. Так много, что для себя не оставила ничего. Такие они – Воины Света.

– Дядя, можно я спрошу, как ты в своё время? – и, не дожидаясь ответа, – Почему я?..

Аббат ласково погладил великовозрастного племянника, словно малыша.

– Я скажу тебе так же, как когда-то ответили мне. Книга выбрала тебя своим хранителем. Не обижайся, но я хотел доверить этот секрет Кассиодору. Он ответственный, и библиотека для него – вся жизнь. Но когда я поделился своим выбором, книга ответила «нет»! Поэтому принимай мою тайну и дай сейчас слово, что будешь хранить и заботится о книге воинов Света.

Бенедикт, не думая ни секунды, глядя дяде в глаза, сказал только одно слово:

– Обещаю!

Аббат Аппий вздохнул облегченно и попросил племянника провести его в покои. Поддерживая больного старика, он медленно повел его в сторону клуатра.

– Дядя, я дал тебе слово и сдержу его!

– Я знаю, мой дорогой! – тяжело дыша, ответил аббат. – Я верю в тебя! И книга, она тоже доверяет. Ты обязательно с ней подружишься. И когда это случится, она станет для тебя лучшим другом и советчиком.

Звёзды на небе были не единственными свидетелями разговора дяди и племянника. Из темноты за уходящими монахами следили глаза, горящие, как два угля. Архивариус слушал разговор дяди и племянника очень внимательно. Да, ему было известно о книге воинов Света, и он прекрасно понимал, что многие темные мечтают заполучить ее. Но Архивариус и помыслить не мог, что книга, в которой хранятся сакральные знания, где-то рядом. А это именно, то, что нужно ему, чтобы разорвать добровольный контракт с хозяином и получить назад свою бессмертную душу.

А за свою душу он готов побороться с самим дьяволом! Он поднял голову к небу и тихо, но очень четко произнёс:

– Да будет так! – ветер тут же подхватил его слова и понёс к звёздам.

Глава 4

Монастырь на юге Италии, VI век.

Осенний ветерок легко поднимал упавшие с деревьев листья и весело кружился вместе с ними, до тех пор, пока не услышал глухой голос табулы. Он резко остановил движение, и листья золотым дождем посыпались на землю. В монастыре по деревянной доске били только в одном случае – когда надо было возвестить братию, что один из монахов находится при смерти.

Ветерок оставил развлечение и помчался в зал капитула, а оттуда нырнул в комнату для разговоров. Это помещение никогда не пустует, ведь именно здесь монахам разрешается говорить и делится новостями.

В помещении и правда находилось несколько братьев, внимательно слушающих стоящего перед ними приора. Он только что вышел из спальни умирающего аббата. Жизнь еле теплилась в исхудавшем за время болезни теле. Аппий уходил из земного мира спокойно, встречая каждого брата благословением и благодарностью за время, проведённое вместе. Рядом стояли верные ему брат Бенедикт, ризничий и брат Аммиан. Каждый из них был обязан умирающему. Если бы не Аппий, то этих троих давным-давно не было бы на этой земле. Аббат посмотрел на племянника и протянул к нему руку. Бенедикт ухватился за неё, как за соломинку. Уйдёт дядя и он останется совсем один.

– Ты не один, – как будто услышав его, тихо произнёс аббат. – У тебя есть брат Аммиан, а с ним ещё сорок монахов. Это твоя семья! А мне пора, загостился я здесь. Не забудь, о чем я тебя просил во время нашего последнего разговора.

Бенедикт опустился на колени и прижал руку аббата к груди.

– Я все сделаю, дядя! Не сомневайся во мне.

Аппий перекрестил стоящего на коленях монаха и, положив руку ему на голову, зашептал молитву. Бенедикт тоже молился. Он просил небеса прислать за аббатом самых лучших и сильных ангелов, которые проведут душу Аппия прямо на суд Высших. Рука аббата вдруг стала тяжёлой и, соскользнув с головы Бенедикта, повисла плетью. Наконец, душа монаха стала свободной. Окружённая самыми лучшими и сильными ангелами-проводниками, она понеслась в небо, без сожаления оставляя на земле своё бренное тело.

Бенедикт встал с колен, аккуратно поднял руку аббата и, соединив ее с другой, сложил их на груди. Рукавом рясы вытер подступившие слёзы и вышел. Здесь обойдутся и без него. Ноги сами понесли его в сторону библиотеки. Несколько дней назад, когда братия укладывалась на сон, за ним пришел ризничий и секретными путями провёл его в библиотеку. Брат Бенедикт понятия не имел, что можно вот так попасть туда. Ризничий сказал, что это потайной ход, о котором знают только трое: аббат, секретарь Кассиодор и он. Аппий дал указание провести племянника и дать его личную печать, с помощью которой можно открыть потайной ход и оказаться в скриптории.

– А дальше ты знаешь, что делать!

Ризничий повернулся и вышел, а Бенедикт, постояв с минуту и дав глазам привыкнуть к темноте, нащупал у себя на шее шнур с ключом. Сняв его и держа в руке, пошёл к последней полке с книгами. Аккуратно потянул на себя и полка послушно отъехала от стены, открывая небольшую кованную дверь. Этот фокус он один раз наблюдал ещё мальчиком. Тогда аббат его заметил и прогнал. Он так и не смог узнать, что же за дверью. И когда он прямо спросил об этом у дяди, то получил уклончивый ответ: «всему своё время». Похоже, что вот оно и пришло, то самое время. Ключ в руке нагрелся и не давал сосредоточиться и собраться с мыслями. Бенедикт понял, что волнуется.

– Помоги мне, пожалуйста, – обратился он к таинственной книге за дверью.

Постояв немного и успокоившись, уверенным движением вставил ключ в замочную скважину. Медленно и аккуратно стал его поворачивать. Послышался щелчок. Бенедикт толкнул дверь, и она поддалась. Плавно и легко стала открываться. Все ещё волнуясь, заглянул внутрь. Маленькая комната совершенно пустая. Только в центре на подставке лежит книга и рядом свечи. Закрыв за собой дверь, подошел и, поклонившись, представился книге.

– Я Бенедикт, мой дядя – аббат Аппий. Разреши мне приглядывать за тобой. Я знаю, что ты непростая книга и сама выбираешь хранителя. Я обещаю заботиться о тебе, как это делал до меня дядя, если ты мне это позволишь.

Монах, не отрываясь, смотрел на книгу. И в какой-то момент ему показалось, нет, он это четко почувствовал, что книга улыбается ему.

«Этого не может быть!» – говорил ему разум. Но сердце утверждало обратное: «Ещё как может! Это непростая книга и ты это сейчас видишь и чувствуешь».

Он подошел ещё ближе. В полумраке комнаты сафьяновая обложка книги мягко светилась. На ней в вытесненном кругу красовалась выпуклыми боками большая латинская буква «R». Все в точности, как описывал дядя. Осторожно, кончиками пальцев, он провёл по книге сверху вниз. Мягкая, словно живая кожа, отозвалась на его прикосновение. Бенедикт осторожно открыл книгу. На первой странице всего одна фраза на латыни: «Egosumbellatorlucis!», что означает на его родном итальянском «Я воин Света!». Он долго смакует эту фразу, проговаривая ее про себя. Затем аккуратно переворачивает страницу. Она вся исписана мелким почерком. Бенедикт наклоняется, чтобы получше рассмотреть. И понимает, что перед ним снова латынь. В его размышления ворвался звук колокола. Монах машинально отметил, что ударили трижды. Значит, пора на вечернюю службу. С сожалением закрыл книгу, погладил мягкий, сафьяновый переплёт и мысленно пообещал книге вернуться так быстро, как только сможет.

– Не раньше следующего понедельника, – прозвучал чей-то голос.

Бенедикт резко развернулся, но за спиной никого не оказалось.

– Что за дела такие, – проворчал он немного испуганно про себя.

– Придёшь не раньше понедельника, – снова тот же голос.

– Кто здесь? – громко спросил, повернувшись в сторону двери.

И тут же спиной почувствовал, как книга тихо смеётся.

– Это ты со мной говоришь?! – все ещё не веря самому себе, спросил он.

И снова услышал или почувствовал (он ещё не до конца разобрался в своих ощущениях), как книга подмигнула ему.

– Вот это чудеса! – только и сказал он.

А потом, повернувшись к книге, тихонечко ей ответил:

– Тогда до понедельника, – и, поклонившись, вышел.

Все так и получилось, как предсказала книга. На следующий день дяде стало настолько плохо, что пришедший лекарь только развёл руками и сказал просто:

– Три дня.

И все это время Бенедикт вместе с инфирмарием, ризничим и братом Амманом были рядом со своим аббатом.

– Дядя умер в понедельник, как и предсказала книга, – говорил сам с собою Бенедикт, заходя в скрипторий через потайной ход.

Вот и полка, за которой секретная дверь. Ключ послушно провернулся в замке и дверь легко поддалась, как только монах слегка нажал на неё рукой. Книга была на месте. Бенедикт подошел к ней, легонько погладил ее кожаный бочок, провёл пальцами по переплету, а потом накрыл ладонью большую букву “R”.

– Вот так, теперь я совсем один, ушёл дядя туда, где его душа вечно будет радоваться и петь, – жалобно обратился он к книге.

– Да-да, я знаю, что Господь не оставит меня. Со мной братья, есть Аммиан и ризничий. Но все же ушёл тот, к кому я мог прийти в любой час и день за советом или утешением. Что ты скажешь на это? – обратился он к книге.

Буква под его рукой завибрировала, как будто пытаясь сбросить ее. Монах опустил глаза и увидел, как сквозь пальцы просачивается свет. Буква сияла белым светом. Настолько ярким, что глазам стала больно. Бенедикт почувствовал, как по щеке покатилась слеза. Одна, за ней вторая – и третья побежала их догонять. А потом целый водопад слез обрушился на руки монаха и книгу. Он с удивлением смотрел на небольшие лужицы, появившиеся на подставке. Так он плакал впервые. Слёзы как будто смывали обиды, сожаления и прежнего его, давая дорогу новому. Отныне жизнь будет другой, это он сейчас осознал. А какой именно он узнает совсем скоро. Как только перестанет оплакивать прошедшие сорок с хвостиком лет своей жизни.

Книга наблюдала за Бенедиктом. Она выбрала в хранители его, а не Кассиодора, потому что легко читала души людей. И этот чувствительный и добрый монах быстро вырастет в сильного и справедливого хранителя.

«Пусть ещё поплачет», – решила про себя книга. Совсем скоро его жизнь изменится. Ему не один раз придётся делать выбор между светом и тьмой. А она будет поддерживать и направлять, ведь его путь хранителя будет непростым.

Бенедикт вытер лицо рукавом рясы. Достал кресало и зажег свечу. Аккуратно открыл книгу. Перелистнул первую страницу, открыл следующую, за ней еще одну. Записи велись в разное время, об этом говорили даты в конце каждой страницы. Он с головой погрузился в чтение.

– Когда-то, давным-давно, ангелы и тени встречали человека в этом мире вместе. Ангел по правую сторону, тень по левую. Каждому пришедшему в этот мир полагался свой ангел и своя тень. Только так и не иначе.

Ангел был при человеке всегда, а тень время от времени то исчезала, то появлялась вновь. Таков был высший порядок. Ангел – хранитель, тень – продолжение человека, его самый верный и преданный друг.

Ангел – величина постоянная в земном мире, поэтому ему было забавно наблюдать, как тень росла и менялась вместе с человеком. Поначалу она маленьким счастливым щеночком бежит вприпрыжку рядом с человеком, преданно заглядывая ему в глаза. А через время шагает рядом, энергично размахивая руками, как будто подгоняя человека. Немного позже тень уходит вперёд и ей приходится время от времени поджидать человека, нетерпеливо перебирая на месте ногами, будто пританцовывая. Так было до тех пор, пока не появилась тень, которая захотела большего, чем быть продолжением и другом человека.

Иногда, непонятно почему, без видимых причин, нарушается установленный раз и навсегда заведённый порядок. И в земном мире появляется тень, непохожая на другие. Она так преданна своему человеку и так дружна с ангелом, что с огромным нежеланием и беспокойством уходит в полдень в страну теней. И вместо того, чтобы там отдыхать, веселиться и набираться сил, дабы вновь вернуться к человеку, не находит себе места – справляется ли ангел без неё, как там ее друг-человек, все ли с ним в порядке? И, когда приходит время возвращаться, ее счастью нет предела.

Но, вернувшись, видит, что не очень-то человек и скучал без неё. Ангел делает все, чтобы их подопечный не чувствовал себя одиноким, пока тень отсутствует. И ему это прекрасно удаётся. Обида маленькой тучкой нависает над тенью. Она исчезает в полдень, а вернувшись, понимает, что человек даже не заметил ее отсутствия. И так день за днём. Маленькая тучка обиды вырастает до страшной, грозовой.

Тень начинает завидовать ангелу, без которого человек не может обойтись и минуты. И она задаёт вопрос человеку – что для него значит ангел? И получает ответ:

– Ангел – это небо и крылья.

– А что для тебя я? – вновь обращается к нему тень.

– Ты мой друг, самый верный и преданный в этом мире.

Разочарованию тени нет предела. Значит, ангел – небо и крылья, а она – всего лишь друг?..

Грозовая туча навсегда закрывает от тени и голубое небо, и яркое солнце. А в ее душе поселяется собственная тень, которая растёт и крепнет с каждым днём. И она не друг, а соперник и враг, ее альтер эго. С этого момента начинается нежелание тени быть просто продолжением человека. Она все чаще остаётся в стране теней и больше не беспокоится о нем. Тень отказывается от дружбы с ангелом. Тот чувствует в ней перемены, но так как его главная задача в земном мире человек, то он оставляет ее один на один со своей тенью. Бой с собственной тенью, что может быть безнадёжнее. И она, его проиграв, уходит. И в земном мире появляется человек, не отбрасывающий тени. Тогда уже люди начинают его сторонится. Ангелу приходится отбросить свою беспристрастность и отправиться за ней, в ее страну. Тень, помимо своей воли, возвращена человеку, ее лишают права выбора и возможности уходить от него. Она навсегда при человеке, его продолжение и не более того.

А ангелы и тени с тех пор никогда больше не общаются и не пересекаются между собой, потому что они из разных миров и задачи у них разные.

Свечка догорела, как только Бенедикт, закончив читать притчу, увидел запись – 537 год от рождества Христова.

– Странно, – подумал он вслух, – дядя больше сорока лет хранил книгу. Как же тогда в ней могла появиться запись за год, который сейчас на дворе? Что за путаница! Ничего, он обязательно во всём разберётся, только чуть позже.

Плотная темнота мягко накрыла маленькую комнату, в которой стоял монах – новый хранитель великой книги воинов Света. Вокруг Бенедикта было темно, но его мысли были светлы и ясны, как никогда в жизни.

– Ну, что же, – обратился он к книге, – подождём воина Света, которая обязательно придёт за тобой. А пока я буду твоим смотрителем и хранителем. Да будет так!

– Да будет так! – повторил за ним Разрешитель, вписывая новую главу в книгу жизни монаха.

– Нет, так не будет! – послышался откуда-то сверху тихий голос Архивариуса.

И только мудрая книга молчала, она знала, что все случится именно так, как должно. В нужном месте и в правильное время.

Глава 5

Территория современного Крыма. Крепость Кырк-Ор, VI век.

Сербия. Златибор, 2027 год.

Крепость Кырк-Ор – как слоеный пирог. Первый слой – это скалы, малая часть которых находится на поверхности. Дальше – маленькая прослойка почвы, на которой немыслимым образом растут виноград, фруктовые деревья и необходимые для жизни рожь и ячмень. Следующий слой – жилища людей. Невысокие, но практичные, готовые выдержать любую непогоду, будь то шквальный ветер или вселенский ливень.

И последний слой, внушительно нависший над первыми тремя, невидимый для людей – это территория темных. Прошло уже больше полувека, как темный Высший, пролетая мимо, приглядел это место. Оно ему так понравилось, что даже соседство с людьми его не смутило. Наоборот, в этом он увидел пользу для молодых темных. Хорошая практика для неопытных ловцов человеческих душ. Сюда же перенесли совет темных Высших и архив, где хранили необычные книги с пороками, слабостями и страхами людей.

Архив был самой высокой точкой территории темных. Узкие, но длинные окна дозировано пропускали солнечный свет, который мягко скользил по корешкам книг, поглаживая их упитанные бока.

Единственный и полноправный хозяин архива по нескольку раз на дню облетал свои владения. Новенькие жильцы, попадая к нему, сразу занимали положенное им место. Книги, написанные темным Распределителем Судеб, присылались сюда и сразу начинали работать. Человеческие пороки, слабости, страхи, темные мысли, необдуманные поступки и преступления. От самого рождения и до последней минуты жизни на земле. Да и после смерти человека, темные ангелы могли воспользоваться записями, чтобы душа не знала покоя.

Архивариус медленно двигался вдоль полок с книгами, обдумывая план, который пришел к нему сегодня утром.

Когда-то, очень давно, он совершил ужасную ошибку, к сожалению, не единственную в своей земной жизни. За неё он расплатился сполна службой у темных. Столетия сменяли друг друга, человечество то уходило вперёд в своем развитии, то останавливалось или того хуже, откатывалось назад. А что ждёт людей и по какому пути они пойдут ближайшие сто лет, решалось на поле битвы, где Высшие силы сражались за человеческие души. Если побеждали светлые, то начинался рассвет цивилизаций и резкий скачок во всех областях жизни. Человечество получало новые знания и опыт. В такие периоды светлые Высшие отправляли в земной мир гениев, миссией которых являлось построение новых государств и возрождение уже существующих. А раз появлялись гении, то рядом с ними были и их обереги – воины Света. Каждый воин, помимо огромной силы и способностей, обладал невероятным сокровищем. Это книга, которая хранила на своих страницах не только их деяния, но и великие сакральные знания. Именно они нужны Архивариусу для того, чтобы вернуться в далекое прошлое и исправить то, что он натворил, будучи человеком. Он знает, как передвигаться в пространстве, но не имеет понятия, как перемещаться во времени. А для воинов Света нет границ во времени и пространстве. Если они обладают такими знаниями, значит, в книге об этом обязательно будет запись. Вот для чего она ему нужна. Его не интересует вечная борьба светлых и темных за человеческие души. Сейчас он хочет одного – покоя для своей души. Архивариус тяжело вздохнул. На этот раз ни одного необдуманного слова или поступка. На кону стоит слишком много. Поэтому он так медленно кружит среди книг, прикладывая палец к их корешкам, считывая нужную информацию. Ему нужен человек, который поможет добыть эту книгу. Первый кто пришел ему на ум, был секретарь Кассиодор. Но поразмыслив немного, он отказался от этой затеи. На секретаря у него были другие планы. Ему еще понадобится человек, который хорошо знает монастырскую библиотеку так же, как он свой архив и в мгновении ока найдёт то, что ему нужно. Вот так размышляя, он продолжал считывать книги. На очередном корешке палец начал подрагивать. Архивариус понял, что нашёл того, кто ему нужен. Он щелкнул пальцами и книга, вылетев, аккуратно легла ему в руки. Архивариус начал тщательно ее изучать, не пропуская ни одной, даже самой незначительной записи.

– Да, этот человек мне точно подходит. Это лучше, чем я мог ожидать, – обратился он к себе, довольный результатом.

Отправив книгу на полку, потирая руки и тихонько насвистывая, подлетел к окну. В земном мире ещё один день подходил к концу.

– Это хорошо, – сказал Архивариус, глядя с надеждой в окно.

– Ещё немного и я смогу вернуться в тот день и час, когда мои слова услышали темные. Я все исправлю! И моя душа наконец-то обретёт покой.

Он говорил вслух, уверенный в том, что никто не слышит его слов. Но он ошибся. В воздухе, рядом с окном, прозрачным и невесомым, дрожал фантом маленькой девочки. Мина, а это, конечно, была она, нашла способ путешествовать во времени и пространстве, не нарушая при этом данное обещание родителям и Смотрителю. Да и не из праздного любопытства она отправляет свои фантомы в разные эпохи и места. Она ищет один очень важный предмет.

Когда состоялся последний сбор воинов в доме родителей в Златиборе, Мина все время была рядом. От неё никогда и ничего не скрывают, но предусмотрительные родители взяли с неё слово, что она не будет самостоятельно действовать, как ей заблагорассудиться. И она, дав им слово, не собиралась его нарушать. В ее семье некогда не было тайн друг от друга. Она такой же воин, что и взрослые. Права и обязанности у неё ровно такие же, как и у них. А силой и возможностями она превосходит многих других, потому что вобрала в себе все лучшее, что было в воинах их Рода. После встречи мама Ивонна и Надежда остались вдвоём и долго о чём-то говорили. После их беседы Мина позвала Надежду прогуляться по любимым холмам и поболтать. Она напрямую спросила, что так долго они обсуждали с мамой. В ответ Надежда спросила у девочки:

– Ты же знаешь, Мина, что у каждого воина есть своя Родовая книга? – и, получив утвердительный кивок, продолжила, – это хроники, которые ведет каждый воин. В книгу вписаны все деяния, а также знания, которые они получают от Высших. Книгу хранят и передают по наследству, как самое ценное сокровище. Она непростая, поэтому, когда воинам приходится по тем или иным причинам расстаться с книгой на неопределённое время, то она сама выбирает того, кто позаботится о ней. Эти люди – хранители. Чаще всего они и не подозревают об этой своей особенности. Но когда появляется книга, их жизнь меняется кардинально. Все лучшие качества, которые присущи этому человеку, но не проявлялись до определённого момента, выходят на первый план. Книга и хранитель становятся лучшими друзьями. Так случилось и с моей Родовой книгой. В далёком прошлом, в начале VI века на юге Италии воин Елена, которая являлась моим предком, передала книгу аббату Аппию, взяв с него слово беречь ее до тех пор, пока за ней не вернутся. Аппий слово сдержал и хранил ее до самой смерти. А когда понял, что отмеренного земного времени осталось совсем немного, решил передать ее тому, кому всецело доверял. Хранителем должен был стать секретарь Кассиодор. Но книга решила по-другому. Она увидела хранителя в племяннике аббата.

– А как ты узнала обо всем этом? – перебила девочка рассказ Надежды.

– Племянник аббата брат Бенедикт вёл записи. Благодаря им мне удалось узнать, что хранителем книги был именно он. И притчу, записанную воином Еленой, переписал монах Бенедикт. А потом книга исчезла. В ней больше половины чистых страниц. И я знаю, кто запишет все деяния воинов за то время, что книга отсутствовала. Но для этого я должна найти ее и вернуть своему Роду. Твоя мама и бабушка смогли отыскать вашу Родовую книгу, поэтому я и просила Ивонну поделиться опытом.

– С чего ты хочешь начать поиски? – спросила Мина у Надежды.

– С самого начала, моя дорогая. Я отправлюсь на юг Италии, в монастырь, где когда-то была одна из самых больших библиотек и скрипторий. Надеюсь, там я отыщу след пропавшей книги.

– Отлично, – ответила ей Мина, – мне надо немного подумать, чтобы понять, как тебе помочь.

– Благодарю тебя, Мина! – сказала Надежда, обнимая малышку. – От твоей помощи я точно не откажусь! Вдвоём у нас больше шансов отыскать книгу и вернуть ее моему Роду.

За их беседой сверху наблюдали два друга, наивысшие существа: Разрешитель и Смотритель. Зная Мину достаточно хорошо, оба понимали, что отговаривать ее от поисков полная безнадёга. Значит, они должны примкнуть к их компании и незримо оказывать упрямицам поддержку и защиту. Потому как оба прекрасно осознают, на какой непростой путь ступают эти двое.

– Ну, что же, – глядя на друга, сказал Разрешитель, – пожалуй, самое время и нам начать добывать информацию.

Согласившись, Смотритель утвердительно кивнул, и, расправив крылья, полетел туда, где ему думается лучше всего.

Глава 6

Монастырь на юге Италии, VI век.

В дормитории-спальне монахов так тихо, что бормотание брата Николаса во сне испугало пытающегося задремать Аммиана. Сон, которого так ждал монах, растаял, как утренняя дымка на рассвете.

Сев на кровати и подперев руками голову, Аммиан погрузился в свои невеселые мысли. Пошла вторая неделя, как Господь призвал к себе аббата Аппия, а в монастыре уже произошли такие перемены. Приор Абеле, не успев стать новым аббатом, первым делом занялся тем, что отобрал у него, брата Бенедикта и ризничего их кельи.

– Нам нужны складские помещения, негде хранить запасы, поэтому вы отправитесь к братьям, в общую спальню, – пояснил он.

И, перекрестившись, подняв руки к небу, ехидно провозгласил:

– У Господа все равны!

Аммиан и Бенедикт прекрасно понимали, что кельи отнимают, чтобы они увидели, кто теперь в монастыре хозяин. Новому аббату надо утверждаться и показывать свою власть. Аппий всегда помогал им и поддерживал: Бенедикта с его желанием учиться и познавать новое и Аммиана, чье увлечение рисованием называл Божьим даром. Племянник аббата мог не спать сутками, когда у него появлялась новая книга. Аммиан тоже терял сон, когда писал очередную картину. Поэтому и получили они отдельные кельи. Очень часто Аммиан просыпался задолго до очередной ночной службы и начинал рисовать. Через холст и краски он разговаривал с миром. Общительным в обычной жизни его не назовёшь. Он как-то ненароком услышал, что молодые братья зовут его ворчуном-отшельником. И где-то он с ними согласен. Друг у него всего один, но зато такой, что стоит целой братии. Они знают друг друга с пяти лет. Когда Аммиан появился в монастыре, его друг уже жил там. Бенедикт, как и он, потерял во время чумы родителей. Но аббат Аппий ему дядя, поэтому круглой сиротой можно назвать только одного из них. Аммиан выжил один из всей своей семьи. Он бы тоже слёг где-то в поле, но на его счастье был замечен одной необычной женщиной. Она увидела маленькое тельце, лежащее во рву, протянувшемуся вдоль дороги. Не поленилась, спрыгнула проверить, жив ли он. Аммиан был так слаб, что, когда его подняли на руки и понесли, он, открыв глаза, сквозь пелену с трудом разглядел прекрасного ангела.

– Ты отнесёшь меня к маме и папе? – спросил у видения.

Ангел печально улыбнулся и ответил мальчику:

– Когда-нибудь, но не сейчас, малыш. Ангел обязательно придёт за тобой в нужное время и проведёт к родным. Все будет хорошо! У тебя свой путь. И прежде, чем встретишься с мамой и папой, ты пройдёшь его до самого конца своей земной жизни. А сделать это сможешь только ты сам.

– Если ты не ангел, то кто тогда? – засыпая, спросил Аммиан.

И, услышав ответ «Я Воин Света и зовут меня Елена», – мгновенно уплыл в прекрасную страну снов. Аммиан заворочался на кровати, растревоженный далекими воспоминаниями. Сегодня сон явно не торопится, наверное, заблудился где-то по дороге к нему. Монах нащупал у себя под одеждой веревку, на которой висел небольшой мешочек. Аккуратно подтащил к вороту рубахи и раскрыл его. В мешочке хранился всего один предмет. Маленький холст, сложенный в несколько раз. Посмотрев по сторонам и удостоверившись, что все братья спят, тихонечко развернул его. С холста на него смотрела ангел-воин Елена, благодаря которой он живет на этой земле уже больше сорока лет. Когда воин с полуживым Аммианом на руках пришли в монастырь, Бенедикт уже был там. Он и помог Елене выхаживать Аммиана. Благодаря этим двоим он и поправился. Мальчики подружились, стали считать себя братьями. Они отличались не только внешне. Их характеры были полной противоположностью друг другу. Невысокий, круглолицый и розовощёкий Бенедикт – простоватый весельчак, над которым постоянно посмеивались братья. Аммиан – высокий, худой молчун, скупой на слова, проявление чувств и эмоций. Этого в избытке на двоих хватало у Бенедикта. Аббат Аппий, его племянник и воин Елена стали ему новой семьей.

Когда наверху Высшие решили, что земной путь воина закончен и забрали ее, спасшую так много человеческих жизней, он снова слёг. Бенедикт взялся выхаживать друга, но уже один. Именно тогда, начав терять близких людей, он испугался, что может остаться совсем один. И этим привлёк к себе сильный страх, который просто сбивал его с ног. Аммиан ни с кем не поделился этим наблюдением, даже с Бенедиктом, позволив страху ещё больше вырасти внутри себя. И когда эта пакость исподтишка накрывала его с головой, он мчался к аббату или Бенедикту. Они чувствовали, что нужны ему, и всегда открывали для него свои сердца. И Аммиану становилось легче, страх отступал, сдавая завоёванные территории.

А ещё ему помогало рисование. Он закрывал глаза и внутренним взором видел весь мир. Потом брал в руки кисть и рисовал. Аммиан опустил глаза и снова встретил спокойный взгляд Елены. Он знал, что она непростой воин. Мальчишками они часто просили аббата снова рассказать её историю. И Аппий никогда не отказывал им в этой просьбе. Но Аммиан, зная, что она воин Света, все равно считал Елену ангелом. И долго рисовал ее с золотыми крыльями. Ему достаточно было закрыть глаза, и Елена представала, сражающаяся вместе с ангелами в небе. Он был так рад ее видеть!

Но недавно закрыв глаза, он увидел Елену совсем другой. На ней была странная одежда, крылья и меч отсутствовали. Волосы потемнели, стали короче и завивались на концах. Она стояла на краю высокого каньона, раскинув руки, как крылья, подняв голову к солнцу и закрыв глаза. Аммиан хотел понаблюдать за ней ещё, но его видение перебил звон колокола. Дежурный монах созывал братию на утреннюю мессу. Жизнь в монастыре подчинена уставу, и аббат, сам соблюдая его, призывал к этому всех монахов.

Мысли снова вернулись в настоящее. Ушёл аббат, его душа теперь в райских местах. У него остался только брат Бенедикт. Что станет с ним, когда наверху решат, что его друг загостился здесь и заберут первым? А он, брат Аммиан, останется совсем один. Страх, почувствовав его слабость, тут же поднял голову. Дышать стало трудно.

– Успокойся, все в порядке! – стал он шёпотом уговаривать себя.

Вдох-выдох, задышал глубоко, пытаясь не впустить страх в своё сердце, но опоздал. Тот успел просочиться внутрь и тонкой змейкой стал подниматься вверх к горлу, выдавливая воздух.

– Ну, брат Аммиан, тут не трястись от страха надо, а действовать!

Монах замер, а затем резко развернулся на кровати. Ему шептали в левое ухо, поэтому он и крутанулся в ту сторону. Рядом никого. Привстал на кровати, огляделся. Все спят.

– Странно это все, – проворчал про себя, вставляя палец в ухо, пытаясь прочистить его.

– А если не послышалось? – тот же вкрадчивый голос. – Помочь тебе хочу, надоело наблюдать, как ты трясёшься от страха, от одной только мысли, что можешь потерять единственного друга.

– Ага, значит, со слухом все в порядке, – выдохнул облегченно Аммиан.

Но тут же, спохватившись, спросил:

– Кто ты? И почему я тебя не вижу?

– Можешь считать меня своим невидимым другом, – прошелестел голос.

– У меня один друг и зовут его брат Бенедикт, – не очень любезно ответил голосу монах.

– Закрой глаза, Аммиан, если хочешь со мной познакомиться!

– Хорошо, но, пока я не увижу тебя собственными глазами, разговора не будет. Монах закрыл глаза и через мгновение увидел воду. Темно-зелёную, очень красивую. «Море» – пронеслось в голове. Его он видел, когда маленьким жил со своей семьей в небольшом приморском городке. Сейчас Аммиан летел над морем с огромной скоростью. Куда и зачем, он не знал, но вдалеке уже показался берег. Не останавливаясь, полетел дальше. Впереди показался лес, за ним горы. На вершине одной из них небольшой город-крепость. Внутри дома и люди, занятые своими делами. По дороге идёт человек. На нем длинный плащ с капюшоном. Он завернулся в него до самых пят. Человек поднимает голову и всматривается в Аммиана. Из-под капюшона видны его белые волосы и очень загорелая кожа. Взгляд у этого человека острый, как кинжал. Не выдержав его, Аммиан открывает глаза. Он в монастыре, дормитории-спальне, где все спят, кроме него.

– Кто же ты, мужчина в плаще? – спросил в темноту.

Но ответ не услышал, из-за звона колокола, призывающего монахов на первую утреню.

В спальне началось пробуждение и сборы на службу. Аммиан тоже встал с кровати и потянулся за рясой. Пока он будет идти в церковь на молитву, подумает, что же такое с ним было и кого он сегодня встретил. И самое главное, ему надо увидеться с Бенедиктом. После смерти Аппия им так и не удалось поговорить. Брат Бенедикт все время куда-то бежал или был занят послушанием, наложенным на него новым аббатом.

О сегодняшнем происшествии в дормитории он может рассказать только ему одному. Его друг и аббат Аппий – единственные, кто знали об этой особенности Аммиана видеть намного больше, чем обычно дано людям. Осталось только поймать вечно бегущего брата Бенедикта и поговорить с ним по душам, как они это делали раньше.

Архивариус очень спокойно и неспешно прохаживался вдоль полок с книгами, довольный тем, как прошёл первый этап его плана. Все-таки он сделал правильный выбор и нашёл именно того человека, который поможет ему добыть книгу воинов Света. Колесо запущено, начался обратный отсчёт времени. Совсем скоро он сможет вернуться в тот роковой день и час, когда его слова услышали темные. Он все исправит и его душа наконец-то сможет обрести покой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.