Заметки православного изобретателя
Александр Оликевич

© Александр Оликевич, 2024

ISBN 978-5-0059-5122-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

В последние века устоялся решительный разрыв между религиозным и светским мировосприятием, а в последние десятилетия также появился разрыв между интеллегенцией и материальным производством, которое всячески шельмовалось в 90-е и поныне считается «уделом китайцев».

О вере, в основном, рассуждают деятели искусства, журналисты, поэты, психологи, реконструкторы… Нередко при этом делаются грубые перегибы в сторону отрицания роли труда, промышленного производства, естественных и технических наук, творческого развития материальной стороны нашей цивилизации.

Это подводит оправдательную базу под научно-техническое отставание нашей страны, ложные экономические и политические теории, лень, косность и равнодушие к долгосрочному планированию и развитию, что не только отпугивает от Церкви многих самостоятельно мыслящих людей, но и создает прямую угрозу существованию нашей страны и народа.

Настоящие заметки призваны помочь читателю взглянуть на многие вопросы под альтернативным углом, с точки зрения человека, не боящегося науки и техники. В этом свете на многие «неразрешимые» вопросы современности находятся простые и вполне евангельские ответы.

В сборник вошли, в основном, материалы, опубликованные в приходском телеграм-канале «Покров» (@pokrovxram) в мою бытность его редактором.

Разговор в такси

– Как так может идти брат на брата?!

– Так и братьев можно поссорить. Клеветой, нашептыванием, фейками, провокациями…

– Нет! Как ты поссоришь? Если я православный, мой брат православный, мы никогда ничему подобному про брата не поверим!

– Так оба брата давно не православные. В церковь ходят 2%.

– Вот, пожалуй, да, в таком случае чему угодно поверят…

Не стоит недооценивать возможности клеветы. Когда-то поссорить удалось и безгрешного Адама со святым Богом. Правда, случилось это в тот самый момент, когда Адам перестал быть православным…

Храм в светодиодах

«Это красота!» – говорят одни. «Да ну, пустая трата денег в погоне за новой модой» – ворчат другие. Да и сам вопрос казался пустяковым… пока одна женщина не рассказала редакции нашего канала реальную историю своего чудесного спасения.

Дело было не в нашем храме и не в нашем веке. В голодные 1990-е годы подсветка храма казалась недопустимой роскошью, а кому-то и кощунством (и тогда не все были в курсе, что электричество – тоже творение Божие). И вот один батюшка провинциального храма (построенного в честь свт. Николая) решил таки ночную подсветку организовать. Уж не знаем, чего это ему стоило.

А в одном из соседних домов жила молодая неверующая девушка. Жизнь у нее была очень непростая, и семья, прямо скажем, тяжёлая – трое родственников в разное время покончили с собой. Решила и она свести счеты с жизнью.

Дождавшись ночи, поднялась на 15-й этаж высотки и вышла на общий балкон. Стоит и думает: «Прыгать страшно, но вот перелезу через ограждение балкона и обратно уже сил не хватит залезть. Так и упаду рано или поздно. Кричи – не кричи, никто сюда не придет.» А кругом – кромешная тьма, в прямом и переносном смысле. Но вот есть в этой тьме и светящийся объект: православный храм.

Про Бога она ничего не знала, но вид храма показался ей каким-то… несовместимым с ее замыслом. Какое-то было тут противоречие. Нельзя уже сказать что кругом одна только тьма, есть вот и свет, буквально лучик надежды, пусть непонятной. Так она в замешательстве от этого балкона и отошла. А через некоторое время и в сам храм зашла, скорее от безысходности, чем от понимания. Постепенно пришло и понимание. А еще спустя время Господь постепенно избавил ее от всех бед. И теперь, благодаря священнику, когда-то не сэкономившему на подсветке храма, героиня нашего рассказа живет, радуется, возносит благодарственные молитвы и делает много хороших дел. Вместо того, чтобы давным-давно необратимо сгинуть во мраке ада! Не для этого ли существуют храмы вообще?

Вывод ясен: даже один этот единственный (а он, наверняка, не единственный) случай стоит того, чтобы украшать и подсвечивать храмы всеми возможными и невозможными способами!

Каким стать и как им стать

Величие святых вызывает дискомфорт: вот они какие, а я – что? Поэтому есть тенденция считать их жития – преувеличениями, особенно в отношении далекого прошлого, где уже ничего не проверить.

Но сегодня мы вспоминаем праведного воина Феодора Ушакова. Его-то подвиги задокументированы великолепно. Адмирал успешно провел 43 морских кампании, ни разу не потерпел поражения, не потерял ни одного корабля, ни один его матрос не попал в плен. Если бы речь шла о временах давних, многие сочли бы это не то что преувеличением, а просто выдумкой. Но масса документов и сама карта мира не оставляют такой возможности.

А главное – до нас дошли свидетельства, раскрывающие, как именно он достиг этого. Оказывается, фантастические профессиональные успехи были не случайностью, а прямым результатом того, что любовь к Богу и людям великий флотоводец положил в основу своей жизни.

Искренняя забота о каждом матросе, мирном жителе и даже поверженном враге, изучение и применение всего относящегося к своему служению, огромный объем информации, изученный для этого, аскетизм, личный пример во всем, принятие ответственности и необходимого риска, смелость и творческий подход – эти «секреты», делающие рядового человека великим, известны и доступны каждому.

Жития святых показывают: какими можно стать. В лице Феодора Ушакова история сохранила более подробный урок: как таким стать. И на этот путь Христос приглашает каждого.

Гендерные проблемы

Возникли эти проблемы не на пустом месте. В крестьянской семье, занятой сельским хозяйством работали все, от мала до велика – по другому было не выжить. Но человек научился строить машины, облегчающие труд в сотни раз. Теперь отец мог делать столько продукции, чтобы хватало на всю семью, а мать – посвятить время развитию детей.

Но недобросовестные люди смекнули, что часть (желательно – большую) этой продукции можно присвоить себе. Для этого нужно как можно меньше платить рабочему, но так, чтобы он не восстал. Так появилась пропаганда снижения рождаемости всеми мыслимыми путями. Ведь человеку, содержащему меньше детей – нужно меньше денег. А если детей совсем нет – так за те же деньги можно нанять обоих, и мужа и жену, и получать двойную прибыль. Пошла пропаганда освобождения женщины – освобождения от ее материнского призвания для того, чтобы «свободно» таскать рельсы, сидеть в душных офисах, таксовать и т. д. Постепенно, люди приняли и это. Пошла новая пропаганда: зачем вступать именно в разнополые браки… зачем вообще браки… зачем содержать стариков… зачем принимать сирот… зачем сохранять жизнь больным и бедным… Все это одного поля ягоды: обобрать человека.

Итог очевиден. Пещерный человек мог за день отнести тушу весом 40 кг на 10 километров. За то же время современный дальнобойщик перевозит 40 тонн на 1000 километров. Его труд стал производительнее в сто тысяч раз! Но, как и далекий предок, за всю жизнь он едва успевает заработать на пропитание и жилье. В начале XX века американец работал один и покупал дом за наличные. В начале XXI века они работают с женой оба и вынуждены брать ипотеку.

Что же делать? Начхать на пропаганду и жить своей жизнью. Женщина и мужчина обладают равным достоинством и правами перед Богом и государством, но устроены они и телом и умом очень по-разному, для очень разных задач – и это хорошо. Раньше люди не догадывались, что можно сделать правый и левый сапоги разными – и мучались. Никто в здравом уме не хочет к этому возращаться. Тем более, каждому человеку – уникальному Божию творению – стоит творчески учитывать свои особености – телесные, душевные, духовные – чтобы не превращаться в «безликий индивид», а прожить осмысленную, плодотворную и радостную жизнь.

Считать себя грешным

Почему в христианстве надо считать себя грешником? Почему святые считали себя хуже всех? Это легко понять на примерах из более наглядных областей.

Что мы скажем о военачальнике, убежденном, что его армия сильна, враги побеждены, и не стоит развиваться в этом отношении? История полна примеров, когда такая позиция вела к эпическим поражениям. Древняя поговорка гласит: «Победив – наточи нож». Либо почивать на лаврах, либо повышать боеготовность. Отчеты о могуществе характерны для слабых, безжизненных армий. Живые – осознают свои слабые места, ужасаются им и вопиют о нехватке того и сего.

Что мы скажем об ученом, поолагающем, что знает достаточно, и в его области больше нечего изучать? Это напыщенная позиция всезнайки, закрытого к новому и совершенно непродуктивная. Науку движут не такие люди, а «знающие, что ничего не знают», понимающие ничтожность своих (пусть даже великих по меркам окружающих) познаний по сравнению с возможными.

То же в спорте, искусстве, технике, образовании, экономике, медицине… во всех сферах человеческой деятельности, и, конечно же, в духовной. Развитие – это повышение планок по мере их достижения, а не застывшее самодовольство по поводу преодоления какой-то одной из них. Построить в детсаду пирамидку из кубиков, несомненно, – достижение, но один, не видя перспективы, на этом будет считать вопрос закрытым, а другой – поставит перед собой задачи выше и выше, пока не построит настоящие города. Очевидно, какому из этих примеров уместно следовать в деле спасения.

Кто изобрел больницы?

Сегодня мы вспоминаем святого Василия Великого. Это звание вполне справедливо. Он составил текст литургии и ряд молитв, вошедших в современные молитвословы. Превзошел и усовершенствовал аристотелевскую философию чтобы создать адекватные понятия для описания Святой Троицы. Учил, что Божие слово созидает естество, а не конкретные вещи, поэтому над вещами время властно, а над естеством – нет. Составлял классификацию живых организмов и обличал популярную тогда астрологию. Его поучения звучат, как будто написанные сегодня. А еще он изобрел иконостас и… больницу.

Здоровье тех, кто не мог позволить себе личного врача, никого не интересовало до того, как прекратились гонения на Церковь и христиане смогли легализовать социальное служение. Сетовать о проблемах своего времени мог каждый – святой Василий же их решал. Для этого ему нужно было очень многое знать и уметь – и он получил семь дипломов об образовании.

В середине IV века в Кесарии разразился голод. Святой оперативно создает общественные бесплатные столовые. Ему пришлось бороться, доказывать, добиваться, ругаться с богатыми, чтобы убедить их открыть свои запасы продовольствия и поделиться с голодающими. Страшной зимой 367 года, отец Василий понял, что нужно создавать учреждение, которое будет служить страждущим. Не жажда славы двигала им: Христос сделал его таким, какими хотим стать все мы – человеком, неспособным оставаться равнодушным к чужому страданию.

Создание больницы, как и любое великое дело, казалось современникам глупым, ненужным и расточительным. Святой Василий, сам изнемогая от болезней, преодолевал сопротивление еретиков, недоброжелателей и завистников. Он с трудом переубеждал монахов, видевших помощь больным только в молитве за них. Сам император был против его идеи. В 372 году наконец был построен знаменитый комплекс, получивший позже название «Василиада». Святитель убедил богатых вложить свои средства в это дело, убедил и бедных участвовать в воплощении его идеи.

В центре стоял великолепный храм, а вокруг – здания, пансионы-гостиницы, школы, дома для сирот и неимущих, и, собственно, больница из многих корпусов – по числу известных болезней. Такого еще не было нигде и никогда! В постоянной готовности находились лошади и повозки «скорой помощи»…

Святой Василий лично руководил работами, и сам строил, а потом участвовал в работе больницы – на участке, куда меньше всего хотели идти нанятые в штат врачи – в отделении прокаженных. Он сам этих больных перевязывал, мыл, общался с ними, обнимал их, в каждом видя образ Божий – что было вызовом общественным нравам. Когда святой умер, его друг Григорий сказал: «Василий Великий сумел убедить нас в том, что, если мы считаем себя людьми, то не должны пренебрегать себе подобными, ибо своим бессердечием и злобой мы обижаем Самого Христа, Который начальник всем».

Без него не было бы и современной медицины. Разграбление Рима Аларихом в 410 г. покончило с западной империей и прервало нить развития в ней медицины: средневековая западная медицина была искаженной версией медицины Галена. Многие выдающиеся хирурги были духовными лицами, но их практика не приветствовалась Ватиканом. Были приняты законы против того, чтобы духовные лица занимались медициной в мирских целях. В 1215 г. IV Латеранский собор запретил клирикам практиковать прижигание и разрезы. В конце концов, Папа Гонорий III строжайше запретил всем лицам духовного сана (единственному образованному слою общества) практиковать медицину в любой форме.

«Василиада» же была задумана автором лишь как прототип для тиражирования, и вполне оправдала себя в этом качестве. На всей территории Византии была впервые в истории цивилизации создана полноценная бесплатная система народного здравоохранения (~160 оборудованных больниц). Медицинские знания греков и римлян не были утрачены, но изучались, систематизировались и развивались персоналом больниц. Они были заимствованы мусульманами, захватившими Византию, и, в конце концов, в XVI веке, вернулись на Запад, послужив базой становления современной научной медицины. Святый отче Василие, моли Бога о нас!

Традиция и модерн

Публицисты, политологи спорят – что лучше: Традиция или Модерн? И как ни крутят – что так плохо, что этак.

А все очень просто. И Традиция и Модерн есть не что иное, как этапы развития христианской культуры: Евангелие с некоторыми вычеркнутыми местами.

В Традиции вычеркнуто про милосердие и сострадание (отказ от опережающего развития образования, науки и техники = равнодушие к бедным, больным, потомкам и т.д.). В Модерне – вычеркнуто про духовную жизнь, на основе которой только и возможно не потребительское, а творческое отношение к миру.

Такие люди как Василий Великий, Михаил Ломоносов, Федор Ушаков, Лука Войно-Ясенецкий и другие как раз сочетали созидательный потенциал Модерна и альтруистическую мотивацию Традиции, серьёзно, а не однобоко, вразрез с модой своих эпох, строя свою жизнь по Евангелию.

Модерн был неадекватной реакцией на неадекватные перегибы Традиции. История это показала, и никто уже всерьёз не пойдёт ни туда, ни сюда.

Настает время Синтеза, а вот соединит он плохое или хорошее в этих подходах, в этом и вся интрига исторического момента. То есть, либо мы всё в Евангелии вычеркнем, либо – всё примем, с соответствующими последствиями.

Слепая вера

«Вы, христиане, как дикари, не хотите искать причины событий, а заменяете их слепой верой»

А вот и наоборот. Всякий, вынужденный слушать разговоры неверующих, знает, что события добрые и злые в таких разговорах предстают следствием неконтролируемой игры случая, злого рока или коварного умысла колдунов (кому бы эту роль не отводил собеседник в соответствии с текущей модой). А о причинах и механизмах того, как человек замышляет и совершает зло или добро, говорить считается почти неприличным. Это ли не позиция дикаря?

Христиане изучают причины событий, обладают точной, многократно проверенной, моделью того, как появляется и работает добро и зло, и, потому эффективно влияют на эти процессы по своей воле в соответствии со своими ценностями. Что может быть более разумной и прогрессивной позицией?

Политика

В связи с выборами к нам поступил вопрос: почему вы не пишете на острые политические темы? Как это, не пишем? Ведь что такое – политика? Это борьба за распределение бюджетных ресурсов. Всякий хочет, чтобы ему досталось больше и выдумывает для этого всяческие поводы. Одних поддерживают, у них становится больше, а у других – меньше. Но мы не Робин Гуды, а христиане. Нам интересны такие сценарии, когда всем становится лучше, а не одним за счёт других.

И тут ведь вот какое дело… В древней Греции было сколько угодно политиков. А вот тракторов и удобрений не было. Поэтому весь их бюджет был по нынешним меркам смешным. В древнем Риме сколько было баталий и демагогов, и заседаний по поводу распределения результатов труда рабов. А вот отпустить рабов и заменить их нефтяными моторами было слабо. Поэтому нынче даже захудалый политик ворочает большими средствами чем величайшие императоры.

Наверное, вы уже поняли: если будет мало людей по-серьезному развивать страну, то «вы, друзья, как не садитесь», толку большого не будет. А количество созидательных людей зависит не от политического строя, а исключительно от их духовного выбора. И от того, как они используют предоставляемые Церковью инструменты, способные сделать любого захотевшего изменить себя лодыря – подвижником, коррупционера – благотворителем, злодея – героем. Вот и вся наша политика.

Целомудрие

Христианская добродетель целомудрия, наверное, наиболее непонятная, и потому – пугающая. А ведь это слово означает просто «рассуждение с точки зрения целого», что в современном языке называется системным мышлением.

Действительно, решать социальные, технические, медицинские проблемы, выхватывая из контекста какую-то случайную деталь, и игнорируя систему, куда она входит, справедливо считалось дурным тоном ещё во времена Аристотеля. Недаром методология системного мышления сегодня обязательна во всех сколь-нибудь значимых отраслях. Можно сказать, что только цивилизация, где целомудрие достигло определённого уровня развития, смогла поставить себе на службу процессы с миллионами тонн агрессивных химических и ядерных веществ, практически не угрожая экологии и здоровью людей.

И, конечно, точно так же уместно думать в интересах человека как целого (включая не только тело и душу, но и его бессмертный дух). А не каким-либо одним местом в его частных интересах, порой служащих, а порой, увы, сильно противоречащих интересам человека в целом.

Бог – источник радости

Основная причина, почему многие боятся обратиться к Богу, не изменилась со времен Адама: люди верят (кому?) будто суровый Бог только и думает, как лишить их тех или иных удовольствий, что порадовать себя можно только исподтишка, вообразив, будто Он не видит.

Это, как и тогда, просто ложь. Во-первых, если какого-то участка пространства Бог не видит, то там не будет ни законов физики, ни частиц, ни самого пространства и времени – радовать себя там будет некому и нечем. Соответственно, все возможные виды радости – от поедания земляники до дизайна галактик – изначально предусмотрены Богом в конструкции мироздания и в конструкции человека (телесной, душевной, духовной).

Силы же зла, не будучи в состоянии сотворить даже кучку мусора, и не имея в себе решительно ничего привлекательного, могут только дурить нашего брата, будто распоряжаются чем-то ценным из уже созданного Богом. Зачем? Чтобы, поманив этим, мотивировать его на очередной шажок в своей стратегии, направленной, в конечном счете, на уничтожение этого человека.

Но мы не обязаны быть настолько наивными, чтобы съедать сыр именно с ядом и именно в мышеловке, если у нас есть полный хорошего свежего сыра холодильник! Абсолютно все радости, вожделея которых, человек завлекается в грех, есть в чистом высококачественном виде у Бога, без всяких отрав и подвохов!

Ну вот еще, скажет кто-то: хотим вкусно поесть и общаться с противоположным полом – а у вас тут посты какие-то, венчания и прочее. Но если разобраться как все это работает, а тем более – попробовать на себе, то всякий убедится, что христиане гораздо счастливее даже в этом чисто телесном плане – а главное, не вынуждены страдать от жутких побочных эффектов, сводящих на нет все «плюсы» противоположного образа жизни.

Хочет человек обогащаться? С Богом ему гораздо легче выбрать свой к этому путь, отсеять нездоровые варианты и получить пользу, а не вред для своей жизни, семьи и психики. Хочет славы и величия? То же самое. Хочет знаний и мудрости? Опять то же самое. Хочет сам стать богом – да, пожалуйста. Кто думает, что мы преувеличиваем – приведите в комментариях пример радости, которой нет в христианстве. Нет такой. Если даже человек «чтобы порадовать себя» стремится обидеть другого, на самом деле он ищет внимания, справедливости, или может быть, вразумления – все это можно получить у Бога прямо, бесплатно и в чистом виде.

Потому у христиан и нет привычного миру ажиотажа по поводу удовольствий, что, во-первых, у нас нет их дефицита, а, во-вторых, быстро становится понятно, что Бог намного лучше нас знает, что нам дать: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его».

Радуйтесь с радующимися

Всем, наверное, известна фраза апостола Павла «Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими». Однако, Интернет полон сетований, что сочувствовать плачущему легче. Сорадоваться же труднее, зависть этому сильно мешает.

Впрочем, был такой случай. Один христианин пожаловался священнику, что не чувствует в храме никакой особенной радости. На что получил ответ, мол, а ты помогай его строить, украшать, наводить чистоту – и почувствуешь.

Действительно, чем меньше вклад человека в решение каких- либо задач, тем меньше он склонен и разделять радость от успехов. Отсюда простой способ: чтобы как следует радоваться успеху ближнего, надо участвовать в его достижении! То есть, проявлять действенную заботу и помощь.

Пап, а откуда мы знаем, что Бог есть?

А мы – не знаем. Мы верим. Бог не даёт возможности объективно удостовериться в Своём бытии, чтобы не разрушать созданную Им свободу человека и открывается каждому в той мере, которая не повлияет на его выбор – верить или нет. Великим святым Бог открывался в великих чудесах потому что для них это было уже не чудо, а само собой разумеющееся. Богоматерь удивилась не факту явления Ангела, а лишь его необычному приветствию.

Это похоже на богатого юношу, желающего найти искреннюю невесту, а не алчущую богатства. Он вынужден скрывать свое богатство, знакомясь с девушкой, и раскрывать его лишь пропорционально развитию их отношений, в той мере, в какой оно не сделает её любовь корыстной.

Поэтому чтобы услышать Бога нужно сначала полюбить его не за выгоды, которые обещает дружба с Великим Властелином. Бог так прекрасен Сам по Себе, что любить Его естественно. Но для этого нужно очистить душу от страстей, что мы и делаем, исследуя законы духовного мира, разрабатывая и применяя аскетические методы, участвуя в Таинствах и т. п.

Знаем ли мы доподлинно, что достигнем столь амбициозной цели? Не знаем. Мы – верим. Подобно тому, как когда-то странные, вызывающие недоумение и смех люди верили в возможность приручения огня, или приумножения зерна, закапывая их в землю или, что человек сможет летать. Вера не гарантирует успеха в достижении цели, но она точно лучше неверия, гарантирующего неудачу.

О нашествиях врагом по грехам нашим

Почему наши предки потерпели поражение от монгол? Не поняв причин, мы не можем извлечь урок и снова рискуем попасть в ту же ситуацию.

Летописец написал «по грехам нашим». Но по каким? Со времени установления централизованного государства учебники ругают феодальную раздробленность. Но при всех своих минусах, она явилась на тот момент результатом мирного договора князей об отказе от претензий на тотальный контроль над Русью и довольствовании своими уделами. Да и объединённая рать все равно была бы на порядок слабее даже разведотряда противника в битве на Калке.

Монгольская империя, основанная на грабёж, концентрировала огромные энергетические (в виде тысяч тонн корма для коней) и технические (луки с высоким КПД, осадные машины, легкую броню), обеспечивая решающее преимущество. Русь в том виде просто не могла обеспечить питанием и снаряжением достаточно воинов для противостояния этому – КПД основного тогда хищнического подсечно-огневого земледелия был ничтожно мал. До 1000 человек должны были работать чтобы обеспечить одного ратника.

И главное средство экономического развития видели в том чтобы отнять у ближнего – землю, корову, княжеский удел – неважно. А ведь заповедь о любви ближнего как самого себя блокирует абсолютно все пути обогащения, связанные с отнятием у другого человека. Остается только путь использования ресурсов и энергии природы, которая для этого и создана Богом. И вместо усиления гнета крестьян нужно было развивать орудия труда, способы земледелия, технологии обработки.

Ведь, как показала дальнейшая история, не в грабеже, а именно в природных ресурсах скрыта колоссальная энергия – от химической до ядерной, приведшая современную Россию к невообразимому по меркам Средневековья могуществу. Через полвека, москвичей, освоивших энергию пороха, хан Тохтамыш не смог взять штурмом. А ещё через 200 лет войска Ивана Грозного, сделавшего основную ставку на этот новый вид природной энергии, уже уверенно отвоевывали огромные территории у остановившихся в своём развитии монгол.

Ведь ограбив всех, кого можно, они принялись грабить друг дружку и ничего нового не придумали. Как и наши бедные предки, которые заповедь знали, но, к сожалению, не соблюдали. В то время, как сознательный отказ от грабежа и, соответственно, развитие техники всего на несколько % в год сделали бы соотношение сил на Калке и потом совсем противоположным, избавив Русь от множества бед. Такая вот (одна из многих) связь между грехами и нашествиями.

О критике христиан

Изучая все больше критики в адрес православия, мы, к своему удивлению… не обнаруживаем критики собственно православия. Всё, что критикуют наши оппоненты, связано скорее наоборот, с тем, что христианство в нас недостаточно преобразило, с теми уголками себя, куда мы ещё не пускаем Христа. С пережитками язычества, безбожия, звериными инстинктами, наконец, с грехами, которые точно также ненавистны и самому православию.

Господь сравнивает Царствие Небесное с экспоненциальными явлениями: ростом семени, работой закваски. Оно постепенно но неодолимо прорастает сквозь историю человечества, как подземное давление раскаленных газов на вулкане, и там где кто-то замешкался, оно ненадолго задерживается, а потом прорывается с другой стороны, с грохотом разбрасывая скалы.

Закосневшее в языческом мироощущении католическое Средневековье не повело мир за собой к истине и было сброшено потоками Реформации и Ренессанса – прямо поднявшими на флаг то христианское, что было упущено.

Задохнувшаяся в самодовольстве, невежестве и равнодушии русская старина была сорвана большевизмом, поднявшим на флаг именно те Христовы истины, которые оставались в пренебрежении.

Современное христианство, с его нынешними слабостями, противники больно кусают за самые разные места. Но отнюдь не за те, которыми мы тянемся к Господу, а именно за те, которые мы тщимся спрятать от Него!

Христос принёс в мир огромную преобразовательную энергию, и если мы, христиане, ведём себя по отношению к ней как должно, идёт великолепный расцвет и взлет. А если нет – она взрывает, сметает нас самих, прорываясь побочными, грозными, страшными путями. «Ибо мы не сильны против истины, но сильны за истину».

Западники и славянофилы

Сегодня вновь обострилось разделение на «западников» и «славянофилов». Люди спорят, ругаются, разрывают отношения.

Спор этот древний, он древнее самой Руси. Но все это время он бесплоден, так как идёт «не в той плоскости». История нашей страны знает самые выдающиеся и самые постыдные примеры и с той, и с другой стороны.

170 лет назад, в годы одной из самых неудачных войн России – Крымской войны, выдающийся поэт и дипломат Ф. Тютчев с горечью указывал на недостатки тех и других. Они оказались общими!

Западники были равнодушны к судьбе России и её народа в своей ориентации на Запад. Не настоящий, исторический Запад, а «исконно русский» – идеальный утопический образ, который и могла выдумать себе только русская голова. Если бы только он в жизни был таким, каким его себе воображают наши мечтатели, у которых не укладывается в голове и сердце абсолютно привычная там разница между словом и делом…

И современные наши «либералы» – в большинстве вовсе не «продавшиеся за печеньки» – а, может быть, лучшие и искреннейшие люди, более всех отвращающиеся зла в своей простоте. Увы, они подобны таким же наивным иностранцам, верившим что самая демократическая в мире сталинская конституция имела отношение к жизни в СССР.

Славянофилы же были точно так же равнодушны к судьбе Родины и народа, ослепленные лучами самодовольства и упоения «принадлежностью к Святой Руси». Им не было дела до того, что происходит на практике. У них, видите ли, была позволяющая лежать на печи индульгенция за подписью Кутузова – как у нынешних их потомков есть ветшающая уже индульгенция за подписью Жукова и Гагарина…

Мы рискуем увязнуть в старой, как шкура мамонта, сваре либерального эллина и консервативного иудея. Как будто не сказал апостол Павел «Нет во Христе ни эллина, ни иудея». Как будто не писали мы, что христианство – это путь разрешения неразрешимых противоречий.

«Лицемер! вынь прежде бревно из твоего глаза и тогда увидишь, как вынуть сучок из глаза брата твоего». Этими словами Христос отнюдь не оскорбляет стороны конфликта, а призывает смотреть объективно, стать «над» ситуацией, выше личных интересов и заблуждений.

Абсолютно бесполезно быть западником или славянофилом, если не поступать по истине. Будет только позор. Христианин же абсолютно любое течение, любое движение может очистить, сделать здоровым, живым и плодоносным. Западник может не только ругать, но развивать свое постылое отечество, чтобы ему не было стыдно. Славянофил может не только надувать щеки, но развивать свое кумирное отечество, чтобы гордость его имела основания. Да, это труднее. Это долго. Это неблагодарно (в земной жизни). Это крест! Так возьмём же его с радостью и последуем за Господом!

Дореволюционная романтика

Когда в нашей стране стало возможным открытое восстановление Церкви, многие, за неимением лучшего, взяли за образец дореволюционную романтику. В то же время, дореволюционная романтика, была ведь и предреволюционной, давшей пищу романтике уже вполне революционной.

Как же так? Господь сказал: «вы – свет миру». Если на каких-то направлениях это свет тускнеет и гаснет, и христиане перестают нести в мир какую-то часть правды, то всегда находятся силы, которые эту-то часть правды используют как приманку для масс. И она работает, потому что она – правда.

Замена любви – формальностью, сочувствия – демонстративными жестами, смирения – равнодушием, богословия – обрядоверием, радости о Христе – самоуспокоением и самодовольством хорошо не работала никогда и нигде. Итог такого «благочестия» уже был подведен историей: «Кругом измена, трусость и обман…»

Важно стремиться воплотить в жизнь всю полноту и весь свет Христовой правды. Всегда найдутся, конечно, прямо возлюбившие тьму. Но искренне алчущие и жаждущие правды, и не находящие ее у нас, не будут (по нашей вине) вынуждены искать суррогаты на стороне, чтобы хоть чем-то утолиться.

Творец и Потребитель
(на открытие Покровской ярмарки в Карпово)

Древним купцам передвигаться с ценностями было опасно и они объединялись в караваны, останавливаясь ночевать в укрепленных храмах. Заодно можно было предложить товары народу, собиравшемуся по религиозным праздникам.

Так появились ярмарки при храмах, приобретшие такой размах, что товары стали привозить оптом: кораблями и вагонами. Ярмарки переросли в выставки, где покупатель знакомился с образцами и заключал оптовый договор. Они позволили собирать для удобного обозрения и пробы тысячи товаров со всех уголков страны, имели огромную познавательную и деловую ценность. Люди тяготели на ярмарки, державшиеся хорошего тона: выставлять собственную (без посредников) и новую (оригинальной разработки) продукцию. Вершиной стала Всероссийская промышленная и художественная выставка 1896 года. Эксперты под руководством самого Менделеева провели на ней исследование всех отраслей хозяйства России.

В советское время выставки приобрели пропагандистский характер, а предпринимательская инициатива была подавлена. Отчасти, это было реакцией на деградацию структуры экономики (вызванную нравственной деградацией): большую часть ее составляла спекуляция (от латинского – «высматривание»): купить дешево, продать – дорого. Господь изгнал из храма спекулянтов, но похвалил предпринимателей из притчи о талантах и вдову, принесшую Богу все свое пропитание. Индустрия (от латинского – «усердие») позволяет принести даже больше, чем было. Это противоположный подход: купить дешевое, продать дорогое. Например, купить зерно, продать мешок зерна. Купить песок – продать микросхемы. Тут нужен труд, размышление, творческое решение множества задач, серьезная ответственная работа.

Сегодня, как и век назад, этого принято бояться и идти легкой дорогой спекуляции. Но она ничего не создает, а лишь истощает экономику, что всегда вело к большим бедам: бунтам, войнам. Возмущение против нее было справедливым. Но у человека, живущего только земными ценностями и целями, нет мотивации поступать по-другому. Честное индустриальное предпринимательство – это риск, тяжелый труд, насмешки со стороны спекулянтов и бездельников, одним словом – крест, который и до революции мало кто мог понести. Однако вокруг таких предприятий все оживает, растут города и семьи, люди находят свое место в жизни, проникаются менталитетом созидания. Человеку-творцу близок и интересен Творец, а человеку-потребителю кто интересен, эээ… Потребитель? Поэтому сегодня только христианам это и под силу, и снова появляются ярмарки при храмах. Теперь уже предоставляющих купцам не склады и ночлег, а силы и смысл для их служения обществу и следующим поколениям.

Приглашаем покупателей и производителей на нашу ежегодную благотворительную Покровскую ярмарку в селе Карпово! Если Вы хотите что-то производить, но еще не знаете, что и как – давайте подумаем вместе.

Некоторые живут в ощущении, что все нужное уже открыто и изобретено, и в этой области уже нечего делать. А мы говорим, что ничего еще не открыто и не изобретено, буквально в каждой отрасли, по каждому виду продукции, для каждой аудитории открыты захватывающие перспективы. Скорее всего, вы даже не представляете, каким мы вместе можем сделать окружающий мир. А он отличается от привычного нашему современнику сильнее, чем тот – от первобытного.

Создание по-настоящему ценной продукции начинается с выбора достойной цели. Христианин чувствует, что дизайн «инновационной формы коврика для мыши» или «революционного колпачка для зубной пасты» не являются лучшим направлением его творческого подвига. «Не могу я отдать вместо „всего“ два рубля, а вместо „иди за мной“ ходить лишь к обедне».

Познание природы

Есть люди, не интересующихся мирозданием. «Это меня не касается». Или: «Не стоит тратить время на отвлеченные познания, лишенные практической пользы». Но если бы и существовали знания, лишенные пользы, это не было бы поводом ими не интересоваться.

Свт. Лука Войно-Ясенецкий писал:

«В том-то и сила религии, что она пробуждает любовь к жизни, к природе, к человеку, освещая их светом вечного, непреходящего смысла… Хочется познать этот мир, который представляет не слепое, случайное сочетание стихий, идущее к разрушению, но дивный космос, являющий развернутую книгу познания Отца».

То же говорил и «отец» вертолета Игорь Сикорский:

«Пожилой, всеми уважаемый преподаватель военно-морской академии, где я учился, однажды задал мне вопрос, читал ли я книги, написанные моим отцом, и добавил при этом, что сын должен интересоваться творениями своего отца. Я считаю, что это мудрое высказывание применимо и к верующему человеку, считающему Создателя Вселенной своим Небесным Отцом. Что бы мы подумали о сыне Рафаэля или Шекспира, если бы его не интересовали работы отца? Или что бы мы сказали об исследователе, который, рассказывая нам о Томасе Эдисоне, опирался бы только на биографические данные, расценивая при этом творческую работу Эдисона как что-то незначительное, не заслуживающее интереса?»

Познание творения Божия – форма благоговения и благодарности, ценная независимо от того, будут ли применены полученные при этом знания. Ну а если все-таки будут – пусть даже спустя много лет – тем более.

Искусственный мир

Некоторых смущает «неестественная» история из книги Бытия о том, что Бог создал сначала растения, а потом уже небесные светила. Атеисты преподносят это как вопиющее невежество. Богословы ищут различные трактовки. Но, собственно, что тут не так?

Мы неспроста писали про вытеснение веры в Творца верой в Потребителя. Когда человек пользуется каким-то благом, не внося своего вклада в его создание, чтобы не тревожить свою совесть, он склонен считать его появление «естественным». Так для ребенка еда и чистые пеленки – естественны.

Туристам в лесу у расположенной рядом с нами деревни Антоново кажутся естественными чистота и отсутствие мусора. Многим кажется естественным наличие электричества, газа, водопровода, Интернета. Медицины и образования, пенсий и транспорта.

Кажется естественным и то, что еда появляется в магазинах, и то, что прямо здесь и сейчас нет войны. Но, на самом деле, кто-то работает не покладая рук, чтобы все это обеспечивать. Для них это не естественно, а искусственно, потому что они знают – стоит только чуть-чуть недоработать, недосмотреть…

Неудивительно, что определенная часть людей, воспринимая Священное Писание через свой опыт, думают о мире как естественной системе. Но в православии, если кто не помнит, мироздание – творение Божие – 100% искусственная система.

А искусственные системы развиваются совсем по другим законам. Всякий, кто хоть раз программировал компьютерную игру или физическую модель не найдет ничего удивительного чтобы сначала создать растения, питаемые строчкой программного кода, а потом уже продумать красивую и грандиозную систему их энергообеспечения.

Никого не удивляет, что у оружия сначала появился ствол, а потом уже магазин подачи патронов – хотя в естественном порядке такого ожидать было бы странно. Никого не удивляет, что научная теория может сначала иметь только часть, объясняющую некоторое явление, а уже потом конкретизировать свое обоснование.

«Естественник» бы не поверил, что в нашем кружке сделали генерирующую часть ветряка раньше, чем мачту для его крепления: «мачта служит опорой, генератор должен был вырасти на ней, где это видано – висящий в воздухе генератор?». Это и были бы слова человека, не верящего в тварность ветряка. Ему и невдомек, что можно поначалу и руками подержать генератор, а уж если «увидим, что это хорошо», приступать и к мачте.

Разработка искусственных, технических систем может идти в любом порядке. Делайте больше систем, хороших и разных, и все трудности с пониманием книги Бытия отпадут сами собой.

Об образовании

Многие верующие семьи страдают от состояния нравов и качества обучения в школах, подумывая о переходе на семейное образование. И правда, репетиторы и руководители кружков отмечают радикальное превосходство детей, обучающихся дома. Некоторые родители считают изьятие ребёнка из школы самым христианским поступком в своей жизни. Это непросто и боязно, но на деле окупается сторицей. Некоторые недоумевают, почему же школа из светоча истины превращается в нечто непонятное? Это, как раз, вполне понятно.

Исторически, появление массового _обязательного_ образования в разных странах строго совпадает с графиком индустриальных революций. После их завершения, когда доля человеческого труда становилась незначительной по сравнению с машинным, везде оно, как любое предприятие, лишенное цели и заказчика, постепенно начинало разваливаться…

«Массы» образовывались не из особой любви генсеков, фюреров, президентов и королев к просвешению, а потому что временно оказались нужны чтобы быстро конвертировать выходящие на сцену истории ресурсы – сталь и нефть – в деньги и власть. Это был рискованный шаг отчаяния перед неизбежностью приближавшегося передела мира. Тысячи лет до этого (и, возможно, ещё на тысячи лет теперь) «шибко умные» винтики расценивались скорее как проблема, источник политической нестабильности. Мы не раз уже сталкивались в наши дни с цензурной блокировкой _научных_ знаний, вполне безобидных, если не впадать в паранойю.

Политики ненадолго шумно использовали просвещение и бросили. Содержание учебных программ за сто лет почти не обновилось, несмотря на то, что настоящая наука ушла далеко вперёд. А Церковь и семья без особенного пафоса, с душой и личным примером занимались образованием детей _в интересах их же самих_ за тысячи лет до того как это стало политически и экономически выгодно.

Разложение традиционных ценностей изначально было частью массового образования. Причина проста: человек, неспособный управлять даже самим собой, точно не сможет управлять армией, он политически безопасен, сколь бы он ни был учен. И ныне требование запрета семейного образования идёт обычно в комплекте с ювенальной юстицией и пропагандой нетрадиционных ценностей. В странах, где наиболее свирепствуют «свобода и толерантность», оно уже вне закона (хотя, казалось бы?). Не нужно быть Иоанном Богословом, чтобы догадаться, что рано или поздно оно будет запрещено повсеместно.

Но пока возможность такая есть, не стоит ли церковным приходам взять этот, ныне втаптываемый в грязь, флаг образования, развить воскресные школы до церковно-приходских (и более) и сделать новые поколения христиан действительно интеллектуальной и творческой элитой? Способной служить светом, просвещаюшим все вокруг и свидетельствовать о Христе. На дворе 21 век, и снова богач может не учиться, а бедняк порой не может учиться по-серьезному, даже если хочет – это непаханое поле социального служения…

А Вы бы хотели отдать своего ребёнка в православный центр семейного образования вместо светской школы?

Воля Божия

На все воля Божия. Как ни странно, в эту фразу люди порой вкладывают совершенно противоположные смыслы.

Вокруг много горя. Люди испытывают нужду, страдают от зависимостей, погибают от войн, бедствий и болезней. Претерпевают старческие немощи, духовные, социальные и психологические проблемы. Кто-то равнодушно разводит руками: «на все воля Божия».

Но кто-то не может смотреть на это без сочувствия. Он бросает все, берет свой крест и идет вслед за Христом помогать страждущим, зачастую очень трудным и опасным для себя путем. Ему кричат: «Остановись, безумец! Подумай о себе!». А он лишь отмахивается: «на все воля Божия».

Полвека назад более 50 тысяч (!) людей ежегодно погибало в морских катастрофах не из-за недостатка спасательных средств, а просто от отчаяния, или потому что их перестали искать: считалось, что более 10 дней выжить в море невозможно. Французский врач Ален Бомбар решил положить этому конец. Он провел научное исследование возможных способов выживания в море, а затем в одиночку на плоту (без воды, пищи и связи с берегом) пересек Атлантический океан, проведя множество физиологических исследований и самонаблюдений, ловя рыбу и утоляя жажду морской и дождевой водой.

За 65 дней он потерял 25 килограммов веса, у него развилось малокровие, тело покрылось сыпью и язвами, выпали ногти на пальцах ног, серьезно растроилось зрение. Но он доказал, что человек может выжить в океане! Это привело к революции в подходах к спасению потрепевших кораблекрушение.

В сущности, Бомбар шел на верную смерть ради спасения тысяч абсолютно незнакомых ему людей, при этом не считая свой поступок чем-то сверхъестественным. «Ни в коем случае нельзя… рассматривать мое путешествие как подвиг, как нечто исключительное». Обычное дело, достойное человека… Желающие могут прочесть его невыдуманную книгу о морских приключениях «За бортом по своей воле».

Неудачи

Каждому христианину, решившемуся на то, чтобы сделать какое-нибудь добро в принципе, приходится принимать непростые решения относительно масштабов этого добра.

Ведь, с одной стороны, есть нелинейная зависимость между трудоёмкость поступка и пользой, которую получат его «адресаты». Она подчёркивает значимость более крупных дел. Так, потратив день, можно, например, купить какой нибудь вид комплектующих для аптечек и передать их в центр сбора гуманитарной помощи, а потратив в том же направлении десять дней – можно полностью укомплектовать аптечки, что значительно, более чем в 10 раз ценно.

Так же, потратив год, можно заработать существенную сумму на помощь в приобретении труднодоступных лекарств. Но затрат в десять лет, можно сделать это лекарство доступным или даже создать его альтернативу. То есть, выигрыш получателей блага составит не в 10, а сто или даже тысячу раз больше.

В то же время, никому из нас не ведомо ни то, сколько осталось нам жить и сохранять дееспособность, ни бесчисленные риски и обстоятельства, ставящие под сомнение реализацию любых планов.

Известна стратегия пошаговых дел, но применима она отнюдь не всегда. Многие вещи либо сделаны, либо нет, их нельзя совершить маленькими безопасными шагами, гарантирующими на каждом этапе сохранение достигнутого результата.

Подтверждает ли это правоту стратегии бездействия, или минимальных «на откуп совести» дел? Правы ли те, кто посмеивается над крупными общественно значимыми христианскими проектами и особенно их неудачами? И стоит ли унывать в ситуации когда проект терпит неудачу, переживать что затраченнвх ресурсов хватило бы на несколько «малых дел»? Имели ли моральный смысл тогда затраченные усилия и жертвы, или такая ситуация является духовной неудачей, результатом греховной самонадеянности, которой справедливо боятся те, кто ограничивается «малыми делами»?

Представляется, что это не так. Несмотря на то, что с увеличением масштаба дела вероятность успеха его уменьшается, польза обычно растет значительно быстрее, в большее количество раз. Поэтому, даже если многие на этом пути терпят неудачу, небольшой процент удачных крупных дел с избытком окупает вложения всех. Иначе человечество и не могло бы существовать.

Примерами могут служить любые крупные открытия и достижения. Познание микробов и средств борьбы с ними стоило любого числа попыток. То же можно сказать и про электричество, удобрения, механизацию сельского хозяйства и т. д. Тысячи неудачных попыток длиною в жизнь привели к прорывам, давшим жизнь миллиардам. И, парадоксально, если бы больше людей посвятило время работе над этими вещами, они бы появились раньше и принесли к настоящему времени больше пользы.

Поэтому каждая добросовестная христианская попытка решения серьезной задачи, длиной даже не в одну человеческую жизнь имеет ценность перед Богом, независимо от того, какая конкретно из них увенчается успехом.

Вечность и беспечность

Каждый верующий человек так или иначе живет с ощущением предстоящей вечности. Одни видят в этом основание чтобы никуда не спешить. И правда – что торопиться, если впереди – вечность? Другие поэтому-то и торопятся: надо сделать и то, и это, и другое, ведь впереди – вечность! Кто же из них прав?

Все было бы просто, если бы наша жизнь здесь и в вечности не была взаимосвязана. Но это ведь одна и та же жизнь. И в вечности предстоит жить именно такому человеку, каким он сформируется во времени. А что его формирует? То, на что мы тратим свое время, по сути, основной данный нам Богом ресурс!

Направляя время на добрые дела, мы формируем из себя такого человека, которому вечность понравится. Да и фактически начинаем в ней участвовать. А мир стремится увлечь человека пустыми развлечениями, глупыми приманками и житейскими заботами, которые, к сожалению, многими воспринимаются как должное: «ведь все так делают». Святые отцы были едины во мнении, что не стоит транжирить впустую и малейших крупиц времени, необходимо все возможное время направлять по делу. И выдающиеся люди разных времен были с ними солидарны.

Однажды основателю биогеохимии В. Г. Вернадскому предложили занять какой-то дополнительный пост в Академии наук. «Вы знаете, – ответил ученый, – я предпочитаю отказаться ввиду страха смерти. Но не в обычном смысле, а в смысле боязни не успеть в течение оставшейся жизни сделать то, что уже задумано.» «А в каком возрасте должна появится такая боязнь?» – спросил удивленный собеседник. «Чем раньше, тем лучше, хорошо бы до 30 лет, но главное – сохранить ее до смерти.»

Но стоит ли вводить себя в такой стресс? Не преувеличивал ли он важность работы? Современникам казалось, что преувеличивал, и вообще, занимался какими-то глупостями. Например, еще до революции (!), помешал чиновникам заключить выгодную сделку по продаже немецким концернам урановых месторождений, официально считавшихся в тогдашней России мусором. Таким образом, будь в те времена всего лишь на одного празднолюбца больше, сейчас, пожалуй, некому было бы и читать наш канал… Нет, не шутил апостол Павел, призывая жить «дорожа временем, потому что дни лукавы». Ведь впереди – вечность!

О грешном священноначалии

У каждого, наверняка, есть знакомые, у кого «Бог в душе», а Церковь под разными предлогами обесценивается. Один из популярных – сплетни о священноначалии. «Как они, грешники, могут передавать нам святость, которой сами не обладают?»

Дествительно, зависит ли действенность таинств от личных качеств священников и епископов? Во времена гонений вопрос стоял очень остро: мученичество или сотрудниченство с гонителями. И если священник сотрудничал, были ли совершаемые им таинства действительны? Верующие в виду ежедневной угрозы смерти терзались вопросами: крещены ли они «по настоящему», отпущены ли их грехи? Нужно ли искать другого священника, более праведного, чтобы придать таинству должную силу?

Влиятельный епископ Донат провозгласил святость признаком истинной церкви, и действительными лишь таинства, совершаемые праведниками. Его поддержали не все. Начался раскол. Но как понять, кто точно праведен, к кому идти? Чужая душа – потемки. Окружить священнослужителей соглядатаями? Сканировать их мозг на предмет помыслов? Донатистам пришлось свою святость постоянно доказывать, а как это было все более невозможно, то догматизировать: «всякий кто с нами – тот свят». Народу понравилось: теперь разврат и грабеж не входили в противоречие с религией. Итог: бурный рост преступности, революция и гражданская война. Сами донатисты, люди нередко искренние, были от этого в ужасе, но никаких обличений их «святая» паства слышать не желала…

Ошибку донатистов сформулировал блаженный Августин: это надежда не на Бога, а на людей, совершающих таинства. Но ведь не человеческая святость спасает, а сила Божия, невидимо действующая и видимо воплощающаяся в церкви и ее таинствах. Предположению «мы святы», сделавшему донатистскую общину неспособной к развитию, Августин противопоставил стимул прогресса: «мы должны быть святыми». Это сняло с участников таинств груз ответственности по выявлению святости их совершителя. Из всех апостолов один Петр отрекся от Спасителя, и несмотря на это, получил ключи Царствия. Если бы в цепи рукоположения епископов встретился предатель, это не могло бы повредить церкви, так как она надеется не на личные качества преемников св. Петра, но на Бога. Не человек омывает водами крещения, а Бог. И если даже таинство сообщается лицом святым, опять таки, не это лицо оправдывает, а Христос.

Поэтому каждому вполне достаточно переживать только по поводу собственной святости, не оглядываясь ни на кого.

О маленьком человеке

Многие люди видят вокруг себя важные и актуальные проблемы. Но вместо того, чтобы решать их, они – в личном общении, Интернете и СМИ – жалуются, ворчат или возмущаются. Мы спросили: зачем? «Ну как же, такими вещами должно заниматься общество, государство. Оно почитает и что-нибудь сделает. А я – маленький человек. Что я могу?».

Апостол Павел учил несколько иначе: «Вся могу о укрепляющем мя Христе». За решением серьезных проблем практически всегда стоит один человек. Общество, как субъект принятия решений, вообще толком не существует. Государство и бизнес подключаются со своими ресурсами тогда, когда уже почти всё готово, когда видно близкое и выгодное применение уже проработанного решения. А всю «черную» подготовительную работу делают одинокие, никем не поддерживаемые и зачастую гонимые подвижники. Вспомним как появилось… само христианство. Ну сколько академий, корпораций, бюджетов и высоких комиссий могли бы породить такой результат?

«Основы социальной концепции РПЦ» прямо говорят: «недопустимо манихейское гнушение жизнью окружающего мира. Участие христианина в ней должно основываться на понимании того, что мир, социум, государство являются объектом любви Божией, ибо предназначены к преображению и очищению на началах богозаповеданной любви».

Святейший Патриарх Кирилл: «Есть ли в том, что я делаю, трудясь в миру, какой-то смысл для моего спасения? И ответ такой: конечно, есть! … труд, который мы совершаем ради наших ближних, ради детей, ради мужа или жены, ради наших внуков… ради Родины, то есть нашей большой семьи, нашего народа, – это тот самый труд, за который мы можем быть удостоены венцов подвига. Только важно, чтобы мы сохраняли веру в сердце и понимали, что работаем ради Господа.»

Кому-то может показаться, что это – новая, непривычная для Церкви мысль. Но – нет, о том же писал и святитель Феофан Затворник.

Церковная и светская история знает множество примеров, когда неравнодушный человек, преодолевая трудности, решал колоссальных масштабов проблемы. Таковы многие научные открытия, медицинские, технические, социальные достижения. С эгоистичной точки зрения – глупость. С христианской – мудрость и «инвестиции» в вечность.

Поэтому, давайте будем не жаловаться на проблемы, а решать их, помогая тем, кто не может справиться с ними сам. Только не за счет сваливания на других (что, по сути, предлагают возмущающиеся), а так, чтобы положительный результат достигался за счет разумного использования данных нам Богом специально для этого природных ресурсов: материи, энергии, информации. А какие проблемы на сегодня считаете наиболее важными Вы?

Во что мы верим?

Один западный философ (Элиезер Юдковский) оскорбляет чувства верующих, заявляя, что они на самом деле не верят в Бога, а лишь верят, будто верят.

Если бы вы верили в Бога – утверждает лукавствующий книжник – это влияло бы на ваше поведение. Но вы живете так, как если бы Бога не было, а значит – не верите. Во что вы на самом деле верите, так это в то, что вы – добропорядочные верующие! Что не умно и не красиво, и т.п…

Видите, братия, какое прискорбие! В поисках утешения, откроем же страницы Священного Писания: «Вера без дел мертва» … «Ради вас, как написано, имя Божие хулится у язычников» … «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного»…

Стоп-стоп-стоп-стоп. Какое же это утешение? Тут что – то же самое написано?!

Бог и мир

Люди, отрицающие Бога, представляют Его совсем не таким, как мы. Например, советская пропаганда активно использовала народные интуитивные образы «бога-по-древнегречески» – призрачного бородача, витающего в облаках, и нахально вмешивающегося в нашу жизнь. Эта подмена работала хорошо, ведь повадки «обитающих на облачной вершине горы Олимп» древнегреческих богов не вызывали симпатии.

Кто они вообще, откуда взялись, и с чего тут качают свои права? Ну ОК, когда у них «были» молнии, а у нас – нет, вопросов не было. Но за последние две тысячи лет, молнии и горы перестали быть для людей таким уж священным и незыблемым объектом…

Собственно… примерно так и рассуждали первые христиане, боровшиеся с язычеством! Но их потомки, подзабыв содержание веры, стали думать аналогично и о нашем Боге. Мол, вот земля, деревья, камни – это все можно пощупать, значит, оно для меня – реально. А что ваш Бог? Для такого человека материя существует сама по себе, а Бог – уже «завелся» в рамках ее или «поверх нее».

Отрицание такого рода богов мы вполне поддерживаем. Мы верим не в них, а в Бога, создавшего мир из ничего, «Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым». Деревья, камни, телефоны и печеньки существуют не сами по себе, а потому что Бог создал условия и материю для их существования.

Любой материальный предмет и есть видимое проявление действия Бога. Предмет осязаем, но без Бога его бы не было (как и того, кто осязает). Мы соприкасаемся физически с объектами потому, что Бог создал частицы с такими свойствами и Своей волей поддерживает их бытие и работу законов природы, которым эти частицы подчиняются.

Это настолько реально, что пантеисты уходят в другую крайность: считают, что мир _и есть_ Бог. Их воззрение непродуктивно и чуждо христианству. Трогая или наблюдая любой предмет, мы, и правда, соприкасаемся с Богом, но не напрямую, а сквозь тонкий занавес Его творения. Прикосновение реально, и занавес реален, и рука реальна – и наша, и Божия!

Религия и химия

Иногда атеисты говорят: подумаешь, религия! Все-то у вас придумано и беспочвенно. А то ли дело, скажем, химия. Всякий может убедиться в ее пользе на опыте!

А вот и не всякий. Кого ни спроси – в большинстве люди как религию, так химию – не уважают. «Ой, одна химия». «У нас тут безо всякой химии». «Опять нахимичили». Не убеждает их опыт в пользе химии, хоть тресни.

Но ведь – может возразить собеседник – они это по своему невежеству не хотят признать, что химия лежит в основе всего, чем люди пользуются – от одежды до лекарств. Так и с религией то же самое: она лежит в основе всего, чем люди пользуются, но – по невежеству же – не задумываются об этом.

«Это добровольное невежество! Ведь есть учебники и учителя». И тут – добровольное. И тут – учебники и учителя. «Но химией может заняться каждый, овладеть ей, и творить замечательные вещи! Пусть даже окружающие будут фыркать, но сам-то ученый постигнет красоту и глубину этой науки.».

Так и в религии – каждый, кто не поленится инвестировать время и силы – может достичь тех вершин, каких захочет, и коллеги оценят, а неколлеги – будут фыркать. Конечно, важно и то, насколько у человека было изначально «все запущено», но так ведь и в химии – та же ситуация.

«Ну это, так сказать, человеческий фактор ограничивающий, сама же по себе химия – прекрасна и логична». И религия – прекрасна и логична, но воплощение ее в жизнь ограничено… все тем же человеческим фактором! И там, и тут один делает яд, другой – лекарство, а третий, не умеющий отличить первое от второго, проклинает всю эту область деятельности целиком…

О духовном мире

Человеку дана способность воображения. Мы можем представить все что угодно, действующее как угодно. Духовная жизнь тоже в значительной мере происходит в уме. Поэтому многие не видят границ между духовным и воображаемым. И воображают, будто в духовной жизни можно произвольно устанавливать любые порядки.

Это опасное заблуждение. В духовной жизни действуют свои законы, не менее объективные, чем в физике или математике. Геометр работает с теоремами, совершенно нематериальным объектами. Но он не может доказать теорему одним произволом или воображением, он обязан считаться со свойствами нематериальных обьектов так же серьёзно, как если бы они были из железобетона. Ничего хорошего не ждёт самого разнузданного фантазера, отменившего в своём сознании закон гравитации. В лобовом столкновении закон физики окажется сильней.

В духовном мире все то же самое. Нельзя вот так просто взять и стать счастливым, совершая при этом грех. Нельзя освободиться от замучавшей зависимости без радикальной перестройки личности. Нельзя любить Бога, ненавидя ближнего.

Но законы природы, материальной и духовной – не зло. Без них не могло бы существовать ничего кроме хаоса. Незнание законов не освобождает от ответственности, но знание и умение ими пользоваться, делает человека могущественным. Они установлены Творцом именно ради человека.

Святые отцы тысячелетиями не придумывали занудные нравоучения, а изучали сложный и опасный духовный мир, экспериментируя на себе, иногда затрачивая много времени на тупиковых путях, иногда получая серьёзные духовные травмы, порой вступая в конфликт с обществом и государством чтобы отстоять найденные истины. Всё это они делали ради нас.

Можно, конечно, и сегодня беспечно гулять по духовному лесу (там ведь все будет, как я себе придумаю, разве нет?), или, уже, столкнувшись с тамошней флорой и фауной, дрожать под кустом, зализывая раны.

Но гораздо разумнее обратится к наследию святых отцов, которые составили подробные карты духовного мира, исследовали (а не придумали!) его законы, и на их основе создали и испытали арсеналы духовных инструментов, надёжную броню и высокоэффективное оружие.

Тысячи лет назад, быть сьеденным чем-то в лесу было нормой. Сейчас для этого надо постараться и уж совсем проигнорировать современные знания и технологии. В духовном мире точно такая же ситуация. Изучение святоотеческого наследия – не мода, а жизненная необходимость. Свои пути прокладывать и там можно и нужно, но делать это намного эффективнее не с нуля, а «стоя на плечах гигантов».

О духовной смерти

Есть такая борьба – айкидо. Один из её принципов – использование агрессии противника против него. Так можно победить сколь угодно большую силу любой природы.

Принцип айкидо нашёл широкое применение для решения самых сложных проблем. Чем крупнее хищник, тем эффективнее использует его вес волчья яма. Для борьбы с лесными пожарами используют огонь, преграждая выжженной полосой путь основной стене огня. Нет стен, способных выдержать температуру плазмы в термоядерном реакторе, но учёные используют её собственное поле для её удержания.

Но «самое крутое айкидо» произошло две тысячи лет назад, когда Сын Божий убил смерть ею же самой. И это никакой не поэтический образ, а факт.

Мы выключаем компьютер, и все документы, картинки, фильмы переходят в невидное, неактивное, неизменяемое состояние. Но потом мы включаем и все снова развёртывается, появляется, играет красками. Очевидно, все это хранится в памяти компьютера даже когда не выводится на экран. Если человек умирает телесно, составляющие его тело атомы разбегаются, но трудно представить, чтобы Бог, дающий Своей волей бытие всем частицам Вселенной в прошлом и будущем забыл как там оно было устроено и затруднился его воскресить.

Гораздо опаснее смерть духовная, которую можно сравнить с поражением программ вирусом. Здесь сколько компьютер не перезагружай, живи хоть сто раз по миллиону лет, будет только хуже. Дух человека начинает содержать компоненты, не просто несовместимые с жизнью, но и принципиально неизвлекамые ни изнутри, ни извне.

От этого-то и спас нас Спаситель, Своей незаслуженной смертью сделавший возможным таинство покаяния, сверхъестественно исцеляющее дух человека от духовной смерти. Как именно это произошло, мы еще постараемся рассказать.

Противоречия

Когда мы стараемся исполнить заповеди, то постоянно возникают противоречия. Есть среди них противоречия необходимые – между злом и добром, между светом и тьмой и т. д. Их нужно культивировать и беречь.

Но есть и другие противоречия, которые мешают. Монетка у меня одна, а нищих два. Кому ни дай, один останется ни с чем. Давать ли подать кесарю? Как ни ответь, всяко засудят. И так далее. Такие противоречия можно и нужно устранять.

Примеры изящного устранения противоречий видны не только в ответах Христа противникам и ученикам, но и во всей земной жизни Господа, да и в самом плане спасения. Для искупления грехов человечества должен умереть безгрешный, но ведь такой попросту не может родиться от людей – это противоречие. Человек обязан умереть, Бог не может умереть – тоже противоречие. Тело Христа освободилось от власти смерти, но остальные нет, а освободить надо и их – снова противоречие.

Можно только удивляться мастерству с которым эти противоречия устранены Господом. Но так же можем устранять их и мы. Конечно, на то требуется постоянная работа ума, а на это нужна добрая воля, проистекающая из любви. Зато постепенно появляется видение множества хороших решений в сложных ситуациях, иному кажущихся безвыходными.

Закоснелый ум не любит и боится противоречий. Творческий ум живёт ими. Более того, творчество – это и есть разрешение противоречий. Поэтому православные тексты полны противоречий. Не логических, а диалектических: Невесто неневестная, страстию безстрастною, неслиянно и нераздельно, Богочеловек и т. д.

Для решения противоречий сегодня в нашем распоряжении есть проверенные приёмы и научные методы. Например, разнести противоречивые явления во времени (катайтесь на санках по очереди) или в пространстве (одну часть детали нагреваем, другую охлаждаем). Это поддаётся тренировке – чем больше решаем, тем лучше получается. И тем эффективнее наше служение.

О когнитивных искажениях

Люди XIX века верили в непогрешимость своего разума и их смущали слова Ветхого и Нового Заветов, где адекватность наших суждений подвергалась сомнению. В XX веке мы гораздо лучше познали себя: научно доказано, что человек вместо объективной реальности видит какой-то сумбур. Это ценное знание, впрочем, привело к расцвету культуры отрицания разума вообще. Но и это, конечно – ненужный перегиб. Церковь издревле учила не отчаиваться и не зазнаваться, но исследовать и учитывать свои слабости и заблуждения.

Зная погрешность прибора, можно получать на нем правильные измерения, вычитая ее. Артиллерист, знающий скорость и направление ветра, может внести поправки в задаваемые орудию координаты и, все-таки, попасть в цель. Изучив характер и природу помех, электронщик может принять адекватные меры к их подавлению. И так же, зная особенности и немощи собственного разума, можно более эффективно пользоваться им, не впадая в крайности.

Сегодня изучены многие когнитивные искажения – типичные ошибки нашего разума, вызывающие систематические отклонения в нашем поведении, восприятии и мышлении. Они бывают обусловлены предубеждениями, стереотипами, социальными, моральными, эмоциональными причинами, сбоями в обработке и анализе информации, физическими ограничениями и особенностями строения мозга. За исследования в этой сфере Нобелевскую премию получил Даниэль Канеман, популярно изложивший свои открытия в книге «Думай медленно, решай быстро».

О неадекватном восприятии масштабных проблем

Некоторые христиане в пост играют в старинную игру: выделяют определенную сумму на свое пропитание, и стараются ее всячески сэкономить, чтобы затем отдать как можно больший остаток в помощь нуждающимся.

Но даже в таком, казалось бы, праведном занятии, как благотворительность, нельзя себе доверять. Дело в том, что человек неадекватно воспринимает проблемы нуждающихся в зависимости от их количества. Психологи выяснили, что людям свойственна нечувствительность к масштабу проблемы: беда касающаяся миллиона человек не воспринимается нами в миллион раз острее беды одного.

Исследователи спрашивали людей, сколько они готовы заплатить за защитные сетки для открытых нефтяных прудов, чтобы перелетные птицы не утонули в них. Испытуемых разделили на 3 группы. Одной группе сказали, что ежегодно таким образом погибает 2000 птиц, второй что 20 000 птиц, а третьей что 200 000 птиц. В итоге испытуемые сообщили, что готовы жертвовать по 80, 78 и 88 долларов соответственно.

Опытный персонал благотворительных фондов знает об этой грустной особенности нашей психики и, например, собирая средства на сложные высокотехнологичные виды медицинской помощи, обычно предлагает историю конкретного человека, лишь мимоходом замечая что помощь оказывается группе страждущих со сходным недугом – один страждущий вызывает сочувствие автоматически, вне особенной зависимости от духовности, но нужно очень сознательное усилие чтобы принять близко к сердцу такую абстрактную вещь, как «проблема группы».

При осуществлении же проектов, конечно, чем крупнее они и на большую группу нацелены, тем лучшая и более действенная помощь может быть оказана каждому. Но, по указанным причинам, весьма редко удается собрать средства на строительство больниц, и уж тем более, комплексные проекты вроде разработки лекарств или искоренения тех или иных заболеваний в регионах.

Постараемся же, братья и сестры, разумно, а не сентиментально подходить к этому важному вопросу.

Один из наших читателей указал на нелогичность в этой заметке: было сказано, что при увеличении числа страдающих птиц в 10 раз, жертвователи повышают вклады на единицы процентов, а блготворительные фонды чуть ли не преуменьшают число страдающих людей чтобы собрать больше.

Но противоречие тут кажущееся. Дело в том, что к себе подобным мы относимся… хуже, чем к братьям нашим меньшим. Не редкость умиляться животным и при этом презирать человека. Скорее всего, это связано с тем, что в животном мы не видим соперника – слишком оно слабо, чтобы составлять нам конкуренцию. По этой же причине на помощь детям люди приходят охотнее, чем взрослым. Конечно, все эти механизмы гораздо более достойны примата, нежели христианина.

Также нам прислали интересную мысль о том, что если бы проблему птиц решал не посторонний человек, которому они чужие, а, скажем, фермер, для которого эти птицы – свои, то он бы решал проблему рационально, применяя средства строго соразмерные масштабу беды.

Получается, выбирая объем помощи для решения проблем, воспринимаемых как чужие, мы обычно оптимизируем не отношение результат/затраты, а отношение чувство-себя-хорошим-и-доброе-имя/затраты. И только очень высокие подвижники считают всех людей «своими», и могут позволить себе искренне относиться к ним, и действовать по отношению к их трудностям рационально а не сентиментально.

Мог ли Бог исключить грехопадение?

Неужели Бог, который предвидел грехопадение, не мог создать существа с такими свойствами, чтобы грех и зло не могли возникнуть?

Ну конечно, мог. Например, растения и животные, и уж тем более минералы до сих пор ничем не согрешили: просто не могут. Но кто захочет оказаться на их месте? Человеком быть несравненно лучше. Но нельзя ли быть человеком без угрозы грехопадения?

Увы, человек не мог бы быть человеком без свободы. Жил бы по заданным инстинктам, как обезьяна или робот. Первые роботы были бездумные железяки: бери больше – кидай дальше, даже программы никакой не было. У современных роботов есть большая гибкость переналадки, можно запрограммировать его сортировать апельсины, а можно – на балалайке играть. Но гибкость дает простор и ошибкам. А насколько свободнее человеческий дух? Свобода его безгранична – в этом его богоподобие. А значит, он свободен даже оторваться от Бога и противиться Ему.

Но Бог-то и является источником нашей свободы. Поэтому, оторвавшись, человек начинает утрачивать свободу, она вырождается в свою противоположность: в рабство страстям. Это не животное состояние, а хуже, ведь в отличие от нервных узлов животного, человеческий дух любит свободу и страдает от ее утраты. Хотя может не понимать причин этого, считая себя «освободившимся от религиозных предрассудков».

Когда-то было модно рассуждение атеиста Ж.П.Сартра: «Если Бог есть, то я не свободен. Но я свободен – значит Бога нет». Очевидно, ложь тут в абсолютизации человеческой свободы: мы, конечно, свободны в своих решениях, но зависим от сил свыше в осуществлении их. Только Бог свободен и в решениях и в их осуществлении.

Чтобы наша свобода была реальной, творческой, нужно быть выше искушений, а для этого необходима благодатная помощь Бога. Поэтому только в Церкви мы находим себя, свою свободу и свою подлинную личность. «Познаете истину, и истина сделает вас свободными».

Мог ли Бог сымитировать историю?

Бог создал нас для добра, но добро – не механический процесс, оно может быть только результатом свободного выбора. Некоторые выбирают зло, от чего страдают и они сами и окружающие. В Царствии Божием человек не будет подвержен действию зла, но останется свободным.

В отличие от бедного Адама, к тому моменту у него будет личная история решений и действий в нашем бушующем мире, которыми он подтвердил свободный выбор добра. И чем большие препятствия ради этого пришлось преодолеть, тем убедительнее сознательность этого выбора. Получается существо свободное, и притом имеющее твердое основание для стояния в добре. Ему можно доверить многое и великое, не опасаясь грехопадения.

Но, в особенно тяжкие времена, возникает вопрос: неужто Бог не мог записать в нашу память земную историю, _как будто_ она уже произошла на самом деле? Результат был бы такой же: люди, свободно выбирающие Бога, а страдать бы никому не пришлось…

Нет, не мог! Это было бы ложью, чуждой Богу. Он и Сам страдал на кресте по-настоящему, хотя технически Ему ничего не стоило сделать это «понарошку». Бог честен даже с такой мелочью, как мы. Нам тоже остается лишь добросовестно подтвердить выбор Бога своей реальной жизнью.

Каждую секунду мы творим собственную историю, которая – как и все прошлое – всегда находится перед Богом, не менее реально, чем для нас – настоящий момент. Наши действия навечно впечатываются в ткань мироздания, как след от бегущей кисти на бумаге. Что это будет за след? Покаяние в грехе исцеляет духовные последствия для согрешившего, но не останавливает запущенные причинно-следственные цепочки зла и не уменьшает горя пострадавших.

Будем же осторожны с этой огромной ответственностью, чтобы впоследствии не постыдиться за нее перед Судией, насколько для нас это возможно!

Вера и семья

Позавчера мы видели страшную картину: маленького ребёнка, который плакал из страха, что его отец покинет семью. Для него, как и для многих из нас, мир взрослых проблем начался намного раньше, чем появились силы с этим справляться.

Увы, к моменту вступления в брак, души людей, в основном, похожи не на сверкающую статую с крылышками, а на груду искореженного и обгоревшего металлолома. Нам трудно возлюбить не то что ближнего, но и самого себя. Собственно, в таком состоянии по-человечески и невозможно возлюбить другого – не как предмет потребления и средство решения своих проблем, а как человека, самоценность, задуманную самим Богом. Поэтому семьи разрушаются, ломая жизни детей, и тем самым передавая эту жуткую эстафету следующим и следующим поколениям…

У нас попросту нет столько любви, чтобы дать её таким же как мы, немощным людям. Что мы можем, так это «приобретать друзей богатством неправедным», любить других не своей любовью, а взятой у Бога, имеющего её бесконечный запас. Поэтому почти все неверующие семьи не могут удержаться вместе, да и для верующих это – непростой, а иногда очень непростой труд – донести хоть сколько-нибудь получаемой от Бога любви до ближних в своём решете. Но этому можно учиться и постепенно начинает получаться, люди и отношения, казавшиеся безнадежными, постепенно меняются до неузнаваемости.

Господи, помоги этому ребёнку и всем нам!

Отрицание и утверждение жизни

Сегодня Церковь вспоминает мученика Философа Александрийского, чей подвиг, наверное, относится к числу наиболее странных и непонятных для неверующих.

Около 250 года нашей эры, палачи императора Декия принуждали святого отречься от Христа, но он оставался непоколебимым. Тогда мучители, учитывая его юношеский возраст, придумали, как сейчас бы сказали, «психологическую провокацию» – связанного святого оставили наедине с блудницей, получившей задание так или иначе соблазнить его.

Далёкий от христианства человек скажет: ну такие «пытки» можно и потерпеть. Но – нет. Чтобы не поддаться греху, святой откусил себе язык и этой страшной болью оградил себя от плотской страсти. Он выплюнул окровавленный язык в лицо блудницы, что её совершенно деморализовало. Палачи, видя тщетность своих козней перед мужеством и бесстрашием мученика, отрубили святому голову.

Смотрите, какой ценой святой подавил «попытку переворота» тела над духом. Из этой истории вслед за Ницше легко сделать ложный вывод будто Церковь в принципе осуждает плотские отношения. Но Церковь лишь констатирует что все виды радости могут быть построены тольно на правильном фундаменте любви, которая логически невозможна без верховенства духа над плотью. Иначе всегда получится не радость, а гадость, чему примеров несть числа.

И в наше время, когда ценности кругом переворачивают с ног на голову, важно понять, что подвиг святого мученика Философа – это не акт жизнеотрицания, а наоборот – жизнеутверждения. Очень похожий на то, как наши дедушки закрывали собой пулеметные абразуры. Не потому, что они ненавидели жизнь, а как раз потому, что настолько любили её, что презирали уничтожение своего тела, лишь бы только сохранить эту жизнь нам.

Не хочу учиться, хочу жениться

Часто молодые люди черпают представления о любви из СМИ, не всегда навеянные христианством. Поэтому им кажется, что жениться легче, чем учиться. Это следствие популярного ошибочного представления, что союз с другим человеком решит наши проблемы, обеспечит нас ресурсами. Т.е. позиция пассажира или даже груза.

На самом же деле, обоим супругам приходится быть двигателями. На самолёте два двигателя: один забарахлит – второй вытянет. Каждый двигатель не просто тащит себя, но ещё и 10—20 кратную нагрузку. Так и в семье – если у каждого супруга нет запаса мощности чтобы тянуть и себя и временно «просевшего» партнёра, и детей, и стариков, и внешнюю деятельность, то придётся туго. Нельзя собрать надёжную и мощную систему из ненадёжных и немощных элементов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.