Ольга Филюшкина
Во имя любви

Обычный край: лесные боры,

Долины, реки, пашни, горы,

Но сколько эти земли слёз,

Обид, страданий и угроз

Перенесли и пережили —

О том сказание сложили.

Князь в тех местах жестоким был:

Простой народ от тягот выл.

С тех пор, как Изверган у власти,

На край тот сыпались напасти.

Ему поставил люд в вину,

Что он повсюду вёл войну.

Земля от этого скудела,

Люд изнемог от беспредела.

Он край за краем покорял

И то, что было, не терял.

Князь не желал ни с кем мириться.

Для общей пользы поступиться

Ничем буквально не хотел,

Лишь о себе всегда радел.

Совсем иной была княжна:

Добра, отзывчива, нежна.

Хлебнула вдоволь она горя.

Ей с юных лет досталась доля,

Которой хуже не сыскать,

И есть, кого в том упрекать.

Молвят люди, не закон

Князю сесть помог на трон:

Сила, магия, коварство

Покорили государство.

Пора уже взглянуть туда,

Где беззаботно шли года

У юной, ласковой княгини.

Совсем не то, что годы ныне.

Легко, по-детски мчались дни,

Светлане нравились они.

В семнадцать Света была кроткой,

Доброжелательной красоткой

С утончённою фигурой,

Кареглазой, белокурой.

В свете солнца взгляд янтарный,

Мягкий, нежный, лучезарный.

Волос вьётся, что волна:

Одарил Господь сполна

Это нежное созданье!

Тому вера в оправданье:

Закончив днём о всех молиться,

Она с братишкой веселится.

Он этим играм очень рад,

У них, как видно, полный лад.

«Ты убегаешь, я ловлю!

Когда тебя остановлю:

Защекочу в траве густой!»

«Затея кажется пустой!», —

Светлане выдал брат, смеясь,

Что ветер от неё несясь.

Мальчишка ловок был, что кошка:

Легко выпрыгивал в окошко,

Взбирался резво на балкон,

Катился с крыши под уклон,

Между балясин пробирался,

Быть первым он во всём старался.

Хотя сестра не поддаётся,

Победа Ване достаётся.

Ещё недавно Света брату

Легко бы создала преграду,

А нынче сорванец взрослеет,

Сестра с ним справиться не смеет.

Но коли всё же попадётся,

Тогда сестрица оторвётся:

Она его так защекочет —

Иван без устали хохочет.

Сегодня, правда, шанса нет.

Иван залез на парапет,

Вниз быстро спрыгнул, отряхнулся,

Вдоль тропинки кувыркнулся,

Без остановки в сад помчался:

Вновь план победой увенчался.

Вдруг обернулся и спросил:

«Ну что, ты выбилась из сил?»

Светлана шепчет: «Уточню:

Тебя уже не догоню!

Позволь, хоть дух переведу,

В себя немножечко приду».

Светлана села на скамью,

И брат обнял сестру свою.

Сестра души не чает в брате,

Он отвечает тем же, кстати.

Братишка мал, четыре года,

Но в нём уже видна порода:

Настойчив, целеустремлён,

На славу этих мест рождён.

Мать своим деткам умилялась,

Угодить во всём старалась.

Отец любил детей безумно:

Порой капризы их бездумно,

По первой просьбе милых чад

С усердьем он исполнить рад.

В остальном был справедлив,

Твёрд, радушен, не ленив,

Всеми в княжестве любим.

Процветали земли с ним.

И вот повадился к ним в гости

В камзоле ярком, да при трости

Сосед по западным уделам.

Лицом слащав и строен телом,

В боях отменно закалён,

Отважен, дерзок и силён.

Отметина на молодце:

Два шрама на его лице.

Впрочем, был он симпатичен,

Но надменен и циничен.

Душою тёмен, сердцем зол,

Дотошен, словно ревизор.

Давно он не был у соседа,

Вот и не клеилась беседа.

Нет общих взглядов, общих тем,

Отсюда множество проблем.

Натянут, скучен диалог,

Расписан в нём малейший слог.

Словцо-другое о погоде,

О псовой преданной породе,

О лошадях да об охоте,

И пару слов о здешней моде.

Привстал постылый визитёр,

Ладони нехотя потёр,

Желал уж, было, попрощаться:

«Ещё успеем пообщаться.

Надеюсь, не в последний раз

Я лицезрел сегодня Вас».

Князь дружелюбно шлёт ответ:

«Ну разумеется, сосед.

Вы посещаете нас редко».

«Нужды нет», – гость заметил едко.

Тут дочка князя появилась.

Сознанье гостя помутилось:

Свои он выпятил глазёнки,

Напряг ушные перепонки.

Князь говорит с досадой вслух:

«Светлана – старшая из двух

Моих излюбленнейших чад».

«Не описать Вам, как я рад!

Вы, я надеюсь, не мираж?

Граф Изверган, навеки Ваш!

Не представился я должно…»

Продолжает граф дотошно:

«Пред Вами западный сосед,

Я не бывал здесь много лет».

Светлана как-то засмущалась

И быстро с графом попрощалась.

В комплиментах рассыпаясь,

Граф, надменно улыбаясь,

Цедит небрежно сквозь зубы,

Выпуская дыма клубы:

«Как Вы смогли такой алмаз

Укрыть от зорких моих глаз?»

Затем он вдруг заторопился,

Кивнул, взял трость и удалился.

Лишь солнце землю осветило —

Соседа страсть в конец скрутила.

Явился без предупрежденья,

И во время обсужденья

Добрососедских отношений

Добился новых приглашений

Неофициального порядка.

Визиты те прошли не гладко.

Вот, например, один из них:

Мы снова видим всех троих.

На графа стоит бросить взгляд:

Одет в изысканный наряд,

Кровь в нём то стынет, то кипит

И он почти не говорит.

Всё больше пялится, как бык,

Да стульчик двигает впритык

К предмету страсти роковой:

На вид гость явно сам не свой!

Но очень редко так бывало,

Его как будто распирало,

И ересь нёс он с наслажденьем,

Сразить пытаясь обхожденьем.

Визит изрядно затянулся.

Князь с дочерью переглянулся,

И та нашла предлог уйти:

«Мне надо к матушке зайти».

«К чему, спрошу я Вас, поспешность?»

«О, то не прихоть – неизбежность.

Вы собеседник интересный».

«Тогда уход Ваш бесполезный.

Ещё часок, минуту, миг

Позвольте лицезреть Ваш лик!

Я должен искренне признаться:

Отрадно Вами любоваться!

Не оставляйте в темноте,

Взываю к Вашей доброте:

Я Вас рассказом увлеку!»

В ответ Светлана на бегу:

«Прощайте, мама заждалась».

Уловка явно удалась.

Привстал сосед и потянулся,

Князь чуть заметно улыбнулся.

«У Вас в гостях я, как в Раю:

Вполне серьёзно говорю.

Надеюсь, Вам уж всё понятно,

Кого мне видеть так приятно?»

Смущённый князь потупил взор:

«Какой-то странный разговор».

Слова вдруг сами сорвались:

«Боюсь, дела уж заждались».

Они расстались торопливо,

Довольно сдержанно, учтиво,

Но через день опять визит,

И затянуться он грозит.

Шаги всё громче, Света близко,

Сосед в поклон согнулся низко,

Ловя с волненьем взгляд княжны.

«Его намеренья смешны», —

Не раз делилась дочь с отцом,

Но вот пришёл сосед с кольцом.

В саду, срывая вишен гроздь,

Он шепчет ей, сжимая трость:

«Земель обширных господин

Прожигает жизнь один.

Пораскинул он умишком:

У него есть всё с излишком,

Кроме преданной подруги,

Госпожи, души-супруги.

Может, Света, Вы смягчитесь,

Стать женой мне согласитесь?

Не спешите дать ответ:

Не приемлю слово "нет".

Я жених завидный,

Богатый, знатный, видный.

Ждёт жизнь Вас, как в Раю,

Я это точно говорю.

А вот кольцо к помолвке».

Светлана хмурит бровки

И тихо отвечает:

«И кто нас обвенчает?

Мы с Вами разной веры».

«Подобные барьеры

Мне вовсе не преграда».

«А я другого склада

И мнения иного.

Для Вас это не ново.

Молиться трём богам

Не разрешает нам

Святая наша вера,

И это – не афера.

К тому же, в сердце пусто:

Нет в нём ни капли чувства.

Сей ров неодолим».

«Так значит, я гоним?

Хотя, возможно, Ваш отец

Пойти со мною под венец

Заставит дерзкую кровинку».

Не тратя время на запинку,

Он отправляется к отцу.

Тот отвечает: «Не к лицу

Неволить девушку и точка!

Она княжна и моя дочка.

Да и права она по сути:

Мы с Вами разной веры люди,

У нас обычаи разнятся.

Такие браки не годятся».

Граф абсолютно не смутился,

Быть может, только удивился:

«Сосед, я слышу, про запас

У Вас немало колких фраз,

Но я желаю новых встреч.

Намерен я любовь разжечь

В душе Светланы кареглазой», —

Он речь закончил этой фразой

И удалился молчаливо.

Князь, наблюдая шаловливо

Соседа наглого уход,

Шептал: «Добавилось хлопот».

А дочь в родительской палате

Рыдала громко на кровати:

«Да что он хочет, как он смеет?

Он прав на это не имеет!

Ведь я сказала: «Нет, нет, нет!»

«И это правильный ответ», —

Внушала тихо дочке мать:

«Ложись-ка ты, родная, спать».

Чуть позже князь с женой решил,

Что граф, возможно, поспешил,

И его чувство – это блажь:

Исчезнет, что в песках мираж.

Княгиня, рассудив пытливо,

Предлагает торопливо:

«Надо Свету – с глаз долой,

И наступит вновь покой.

Граф забудет страсть свою,

Слово честное даю», —

И добавила тревожно:

«Ведь такое же возможно?»

«Я одно лишь знаю точно:

Свету надо к тёте срочно.

Живо собирай добро,

Да не злато, серебро:

Платья, юбки, сарафаны,

Кички, чёботы, шушпаны!»

Так к утру второго дня

Белогривого коня

В ландо скромное впрягли,

Да Светлане помогли

Поудобней разместится,

К тёте Анне удалиться.

Чтоб вниманье не привлечь,

От напастей уберечь,

С ней только личная охрана,

Да на козлах без кафтана

В прошлом опытный солдат:

У него не счесть наград.

В битве князя много раз

Мартын от верной смерти спас.

Охрана скачет вдоль тропинки,

Одеты скромно, по старинке.

Вперёд проедут, возвратятся:

Засады воины боятся.

Но вот Светлана уж на месте,

Князь получил об этом вести.

Граф снова к ним явился в гости.

«Светланы нет?», – губа от злости

Затряслась, как в лихорадке.

Руки в бешеном припадке

Изломали в щепы трость,

И покинул князя гость.

Месяц он не появлялся,

Разузнать у всех старался,

Где пристанище беглянки,

Даже хаживал к цыганке.

Гонцов слал в каждый уголочек:

За куст, в овраг и под пенёчек

Они сумели заглянуть,

Но им беглянку не вернуть.

Она исчезла, растворилась.

Не мог понять граф, что случилось.

От Светы он не отступился,

На время только затаился.

Граф в предсказанья верил свято

И не жалел на это злата.

Съезжались в графство колдуны,

Ведьмы, маги, ведуны:

В его краях они в фаворе,

Легко им дышится на воле.

А в землях князя много лет

На колдунов и ведьм запрет.

Осуществлён закон с трудом:

Средь тех, кто свой оставил дом,

Обиду многие таят,

Но до поры скрывают яд.

На ведунов граф уповал,

Желая знать: где, кто скрывал

Его любимую Светлану.

И тут: кто – в воду, кто – в сметану,

Кто – в зеркала, а кто – в огонь

Воззрились маги: их не тронь.

Но ни один ответ не дал.

Терпеньем граф не обладал,

И вот счастливейший момент.

«Для Вас имею документ,

Который даст власть без границ», —

Скрывая мрак пустых глазниц,

За капюшоном пряча лик,

Басил волшебник напрямик.

Был он не молод, средних лет,

Но в колдовстве достиг рассвет.

Слегка сутулый, бледноватый,

Рот плотно сжат, нос крючковатый.

Не различить в глазницах очи,

Но зорок он и дни, и ночи.

В окно нещадно ветер дул.

Граф указал ему на стул:

«Я обратил всё тело в слух,

Не слышу даже мерзких мух.

Надеюсь, ждёт перспектива».

Ведун откашлялся учтиво:

«В Ваших землях, это факт,

Есть отменный артефакт!»

«Объясни, о чём толкуешь?»

«Всё узнаешь – возликуешь!

Представьте: туман, голубая река.

У этой реки не видны берега.

И прям среди вод тех колодец пустой.

Вход в этот колодец довольно простой,

А выход непрост, но об этом не время:

Чего забивать себе попусту темя?

На дне есть проход, а в проходе том – дверь.

От двери десяток шагов, граф, отмерь.

Копай неустанно, мой друг, не ропщи.

К восходу, не позже, там меч отыщи.

Его от земли отрывать не спеши:

Держи рукоять и свечу затуши.

Секунд через пять станет виден проход.

Вот тут дёргай меч и врубай полный ход,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.