Максим Богушевич
Объект 180878

Глава 1.

В семье Гориных с самого утра царил переполох. После обеда должны были приехать долгожданные гости из Благовещенска. Поэтому глава семейства Алексей, его жена Марина и сын Саша были заняты поспешными приготовлениями для их встречи. Вся эта суета сопровождалась заливистым лаем ярко рыжего английского кокер-спаниеля по кличке Шерлок. Пес без передыха сновал под ногами увлеченный общей суматохой.

Ожидался приезд Светланы, давней подруги Алексея и Марины. Вместе со Светой приезжала ее дочь Настя, а также новый муж Светы и по совместительству отчим Насти – Эдуард. Горины были знакомы со Светланой уже около двадцати лет. С тех самых пор как она вышла замуж за Сергея, друга детства Алексея Горина. Когда Сергей умер от рака восемь лет назад Света снова вышла замуж спустя два года после его смерти. Не смотря на новое замужество нить дружбы между семьями не оборвалась, хотя после того как Светлана и ее новый супруг Эдуард поженились ни одна ни другая семья в гости друг к другу не приезжала. Общение ограничивалось лишь телефонными звонками. У Горина было подозрение, что причиной тому было заочно негативное отношение Эдуарда к его семье, но это были всего лишь догадки.

Алексей часто вспоминал своего старинного дружка и то время, которое они проводили вместе до его преждевременной кончины. В былые времена каждый год либо Горины ездили из Нерюнгри в Благовещенск, либо Сергей с женой и ребенком вырывался на несколько дней, чтобы проведать друзей в южной Якутии. Семьи прекрасно проводили время вместе запасаясь хорошими впечатлениями на целый год вперед. Однако скоротечная и обнаруженная на последней стадии неизлечимая болезнь оборвала эти отношения, заменив их общением по телефону.

Теперь Светлана уже с новым мужем и повзрослевшей дочерью приезжала в Нерюнгри, и Горин немного волновался, не зная, чего ожидать от этой встречи. Конечно, он также продолжал любить Свету и повзрослевшую Настю, но какой-то внутренний червячок подтачивал его изнутри, когда он задумывался о том, что вместо Сергея к ним в гости приедет новый, совершенно чужой ему человек. Он так накрутил себя, что уже заочно испытывал неприязнь к будущему знакомству.

Специально под приезд дорогих гостей Алексей взял себе несколько выходных дней в счет ежегодного отпуска на автотранспортном предприятии, где он работал механиком. То же самое сделала его жена, которая работала там же бухгалтером. Ко всему прочему Горин подготовил специальный сюрприз, который держал в тайне даже от жены и сына чтобы всех удивить. Одним словом, подготовку к приезду гостей нельзя было назвать поверхностной. Все делалось по заранее тщательно продуманному плану.

Приехать вовремя к прибытию поезда было не суждено. На проспекте Мира Алексея подрезал черный ниссан, который внезапно выскочил на перекрестке пренебрегая знаком уступи дорогу. Горин едва успел ударить по тормозам и прижаться к обочине. Тойоту RAV 4, на которой он ехал сильно занесло, и она ударилась задним колесом о бордюр. Сердце бешено колотилось. Адреналин зашкаливал. На глаза начала накатываться пелена. Потревоженная Ярость внутри нехотя зашевелилась, намереваясь проснуться.

– Эй, с вами все в порядке, – послышалось со стороны притормозившей рядом машины.

– Да, да. Спасибо. – не глядя поспешно прохрипел в ответ Алексей не желая привлекать к себе лишнего внимания. – Проезжайте.

Начиналось. Горин почувствовал это. Нельзя было давать Ярости ни единого шанса иначе потом ее будет сложно утихомирить, а бед за это время она сможет натворить не мало. Алексей закрыл глаза и как учил психотерапевт стал медленно и глубоко дышать животом. Мысленно он представил себе большую красную розу с крупным бутоном, длинным зеленым стеблем, усыпанным колючками. Визуализацию этого цветка Горин с годами довел до совершенства. Он знал наизусть каждую его прожилку, каждый лепесток. И вот, когда в салоне машины разлился сладковато-медовый запах розового масла Ярость ушла. Понадобилось не больше пятнадцати минут, чтобы отдышаться и прийти в себя. Теперь можно было продолжить путь.

Пассажиры уже заполонили перрон выходя из вагонов. В этой реке, состоящей из человеческих тел, сложно было кого-нибудь разглядеть.

– Леша! – услышал Горин слева от себя.

Алексей повернулся и буквально в нескольких шагах от себя увидел Свету. Они обнялись, и Горин отметил как сильно она сдала со дня их последней встречи. Света стала болезненно худой, с щек пропал былой румянец и только задорный блеск ее карих глаз напоминал ему о той самой женщине, которую он когда-то так хорошо знал.

Неподалеку возле сумок стояла Настя, высокая, почти на голову выше матери девушка. Взрослая не по годам она была вся в мать, кареглазая, с тонкой как тростинка фигурой. Горин потянулся к ней, чтобы обнять, но лицо Насти вдруг перекосилось от испуга, и Алексей так и застыл с распростертыми объятиями озадаченный такой неоднозначной реакцией.

Света взяла Горина за руку и незаметно шепнула на ухо: «Не надо», а затем спокойно, своим обычным голосом, будто ничего не произошло сказала:

– Вот, познакомься, мой муж – Эдуард.

Только теперь Алексей обратил внимание на стоящего возле Насти мужчину, на которого он сразу не обратил внимания. Не высокий, с ярко выраженным пивным животом и пробивающейся плешью на макушке ничем не примечательный экспонат представителя мужского пола. Это существо протянуло ему свою руку и представилось:

– Эдуард.

Горин пожал вялую, влажную ладонь и с сожалением понял, что его худшие ожидания оправдались. С этим человеком ему не удастся подружиться.

От вокзала до Кабактинской улицы, где жили Горины, добрались за пол часа. При виде большого двухэтажного дома Эдуард присвистнул:

– Ничего себе апартаменты! Это сколько же у вас денег уходит на его отопление если у вас тут зима девять месяцев в году?

Этот не к месту меркантильный вопрос покоробил Алексея, но он сделал вид, что не заметил его.

Встречу Марины, жены Алексея, и Светы нельзя описать словами. Две подруги, не видевшиеся столько лет, едва увидев друг друга запричитали, обнялись и залились слезами. На этом фоне Эдуарду пришлось довольствоваться скромными знаками внимания. Он был удостоен лишь кивка головой от Марины и крепкого рукопожатия от Саши. Настя же, обнявшись с тетей Мариной, коротко поздоровалась с Сашей и тут же отошла в сторону не принимая участие в общей суматохе.

Как говорят в вечерних новостях: «Ужин прошел в теплой, дружественной обстановке». Эдуард оказался на редкость словоохотливым собеседником и сразу захватил бразды правления за праздничным столом. Он весело и удачно, а главное к месту шутил, поддерживал непринужденный разговор. В конце концов Алексей засомневался в своей неприязни к этому человеку и списал это на заранее предвзятое отношение к гостю. После этого решения у него на душе сразу полегчало, и он забыл о тех своих неприятных ощущениях, которые возникли при первой встрече с этим человеком.

– Какие у нас красивые дети, – прищурившись отметила Марина, глядя на Настю и Сашу сидевших рядом. – Прямо жених и невеста.

Молодые люди смутились и заметно покраснели.

– У них же два года разницы? – обратилась Марина к Свете. – Саше будет через месяц девятнадцать.

– Да, – ответила та, – нам семнадцать. Закончили первый курс университета.

Тут Алексей, чтобы спасти детей от обсуждения со стороны взрослых, взял Свету под локоть и пригласил ее выйти во двор подышать.

На улице уже стемнело. Теплая июльская ночь была пропитана запахами леса и насыщена комариным жужжанием. Светлана села на установленную перед входом в дом резную деревянную скамейку и запрокинув голову принялась разглядывать ночное небо, на котором уже появились первые звезды. Алексей присел рядом.

– Послушай, Света, – наконец, Горин решился задать вопрос, который не давал ему покоя с того момента как приехали гости, – а что с Настей? Чем я ее успел обидеть, что она меня так боится?

– Дело не в тебе, – устало вздохнула Света. Видно было что ей тяжело говорить на эту тему. – У Насти андрофобия.

– Что? Что это за болезнь?

– Это боязнь мужчин. Первые признаки появились лет шесть назад. Я водила ее к психиатру и даже к гипнотерапевту, но особых результатов лечение не дало. Настя боится мужского общества, а прикосновения противоположного пола вообще вызывают у нее панический страх.

– Но как могла появиться у нее такая странная болезнь?

– Врачи говорят, что возможной причиной этому могла стать обида со стороны мальчишек в школе, приставания хулиганов на улице или еще что-нибудь в таком роде. Сама Настя ни о чем подобном не рассказывала, а просто замкнулась в себе. Я ходила в школу к классному руководителю, но она ни о чем таком не слышала ни от ребят, ни от других учителей. Подруги ее тоже не знают, что такого могло с ней произойти.

Я несколько раз пыталась поговорить с ней, но это ни к чему не привело. Настя словно отгородила себя каменной стеной от каких-то неприятных воспоминаний о событиях, которые с ней произошли. Я даже не уверена, что с ней вообще что-то случилось. Врачи говорят, что это может быть даже один из вариантов возрастного гормонального расстройства, которое пройдет по мере взросления ребенка.

Горин задумался. Настя и в детстве была немного странной девочкой, не такой как все. Могла посадить какого-нибудь жучка на травинку и затем подолгу рассматривать насекомое, изучая каждую деталь его тела с головы до лапок. А чего только стоили ее гипнотические опыты с животными. Однажды, посмотрев какой-то художественный фильм где главным героем был гипнотизёр она решила, что тоже обладает такими способностями и несколько часов просидела возле свернувшегося клубком ежа пытаясь мысленно заставить его выполнять какие-то команды. В конце концов животное психануло и наплевав на возможную опасность со стороны человека недовольно фыркнув убежало в кусты.

Из окна послышался голос Марины:

– Леша, Света, идите пить чай с тортом!

Когда ароматный травяной таежный чай из листьев кипрея и земляники с добавлением брусничных почек был налит, а фирменный Маринин торт «Наполеон» с кремом на сгущенном молоке разрезан и разложен на тарелки, Горин поднял свою чашку и в шуточной манере сказал:

– А теперь я хочу сказать тост!

Присутствующие за столом в той же шуточной манере подняли свои чашки и приготовились слушать.

– Я, да что там, все мы долго ждали этой встречи. Многое изменилось за столько лет. Наши дети – совсем взрослые люди. Кого-то давно уже нет с нами.

На этой фразе голос Алексея сорвался. Подкативший к горлу комок горечи после воспоминаний о потерянном друге перехватил дыхание и ему понадобилось несколько секунд, чтобы перевести дух.

– Но мы рады и новым друзьям, – Горин кивнул Эдуарду. – Мне очень хочется, чтобы эта наша встреча была не последней и принесла нам множество хороших впечатлений, о которых можно было бы с удовольствием вспоминать всю жизнь и поэтому, – Алексей сделал многозначительную паузу, – у меня для всех вас есть подарок.

Все замерли в предвкушении сюрприза.

– Завтра мы отправляемся в путешествие по реке.

Над столом повисла гробовая тишина. В голове Горина промелькнула мысль, что его затея пришлась не по нутру. Однако это подвешенное состояние длилось лишь мгновение. Поднявшийся затем веселый шум и гам убедил его в обратном, даже Шерлок, поддавшись общему настроению радостно разразился лаем.

– Да, да, это не шутка, – подтвердил свои слова Алексей. – Будем сплавляться вниз по течению на плоту. Завтра утром доедем на машине до реки Чульман. Здесь не далеко. Там уже нас ждет пришвартованный у берега плот, который я сделал собственными руками. Погрузимся и спустимся по течению до ближайшего поселка. А оттуда обратно домой на такси.

Расстояние мы пройдем не большое, где-то километров сорок, но спешить не будем. Осилим весь путь за два дня. Заночуем на берегу реки в палатках, пожарим шашлык. Отдохнем, одним словом.

На этой позитивной ноте ужин постепенно стал сходить на нет. Гости вместе с хозяевами убрали со стола, навели порядок в гостиной и на кухне, а затем разошлись по комнатам отдыхать. Завтра предстоял тяжелый и интересный день.

Наступившее утро внесло свои коррективы в планы путешественников. Эдуарду ночью стало плохо. Его сильно тошнило, но благо температура не поднялась.

Марина, взяв Алексея под локоть отвела его в сторону.

– Надо отменять поездку. Вдруг ему в дороге станет еще хуже и где мы тогда в тайге найдем врача?

Горин был согласен женой. Он разочарованно кивнул в знак согласия и сообщил о своем решении гостям.

– Нет, нет. Что вы! – запротестовал Эдуард. – Не вздумайте ничего отменять! Я просто останусь дома и отлежусь пока вы будете путешествовать. Это обыкновенное несварение желудка. Я просто вчера чересчур много съел жирного, но завтра уже буду как огурчик.

Алексей все еще сомневался, но Эдуард продолжал настаивать на своем. Он был настроен категорически против того, чтобы из-за него одного рушились планы всех остальных. В душе Горина закрадывалось смутное подозрение, когда он смотрел на пышущее здоровьем лицо своего гостя, которое совсем не вязалось с его тяжелым пищевым отравлением. После короткого семейного совета было принято решение Эдуарда оставить дома, но при одном условии, что если ему вдруг станет хуже, то он сразу же вызовет врача.

На такси путешественники выехали за город. Выгрузили свои вещи из машины и остаток пути до реки проделали пешком. Старший Горин сразу нашел спрятанный от посторонних глаз плот, который был для большей безопасности прикрыт ветками.

– Вот оно, чудо кораблестроения! – в шутку, но с гордостью провозгласил он.

Плот представлял собой сооружение из бревен метра три в ширину и пять в длину. На корме было установлено рулевое весло для управления, а на настиле лежала пара длинных шестов.

Путешественники быстро перегрузили свои вещи и ту же отчалили. Горин с сыном с помощью шестов оттолкнули плот как можно ближе к середине реки, где его тут же подхватило быстрое течение.

– Становись за гребь, – сказал Алексей Саше.

– Что? – не понял тот.

– Гребь – это рулевое весло на корме, – пояснил Горин. – Держи плот ближе к середине реки. На этом участке порогов нет, так что можно спокойно плыть и не переживать, что на что-нибудь наткнешься под водой.

Немного потоптавшись на импровизированном кусочке суши, окруженном водой, каждый из путешественников выбрал себе место на плоту. Марина со Светой расположились на носу и вполголоса предались воспоминаниям о прошлом. Настя легла возле левого борта и опустив руку в воду смотрела как вода струится между ее тонких пальцев. Шерлок немного покрутился на одном месте озадаченный той обстановкой, в которой он очутился. Наконец пес улегся возле Насти уткнувшись своим мокрым носом ей в плечо. Старший Горин посмотрел на всю эту идиллию и довольный тем, что всем хватило места, сел облокотившись о сложенные в кучу вещи, закинул руки за голову и задремал.

Солнце уже клонилось к закату, когда вдалеке показалась небольшая заводь, которую Алексей заприметил еще тогда, когда рыбачил в этом районе со своими друзьями в прошлом году. Взявшись за шесты Горин с сыном отталкиваясь от дна изменили направление движения плота и причалили аккурат в нужном месте, неподалеку от одинокой лиственницы стоящей в зарослях кедрового стланика.

Привязав плот с помощью каната к дереву, путешественники разбили лагерь на берегу. Установили две палатки и уже с наступающими сумерками развели костер, чтобы приготовить заранее замаринованный шашлык.

– Как же хорошо, – с блаженством произнесла Света вдохнув полной грудью ароматный таежный воздух, – дышишь и не можешь надышаться.

– Да, – поддержал ее Горин, – летом здесь хорошо, красиво, а зимой все совсем не так. Лиственница осыпается и когда выпадает снег, то тайгу можно просматривать насквозь на многие километры. Просто море черных палок на белом фоне до конца горизонта.

Алексей занялся приготовлением шашлыка как вдруг на реке послышался характерный шум, постепенно переходящий в рев. Из-за мыса вылетела ярко оранжевая аэролодка, которая на высокой скорости пролетела мимо лагеря путешественников и скрылась вниз по течению.

Водная гладь еще не успела успокоиться после потревожившего ее плавное течение судна, как нарушитель спокойствия снова появился в поле зрения. На этот раз аэролодка значительно сбавив ход не торопясь поднялась вверх по реке и причалила возле плота. Горин попросил жену приглядеть за жарившимся мясом, а сам, вытерев руки, спустился к незваным гостям.

В аэролодке находилось трое парней приблизительно одного возраста лет двадцати пяти – двадцати семи. Все высокие, крепкие. Один из них соскочил на берег прямо в воду и махнул рукой в знак приветствия.

– Привет! Как дела?

– Привет! Спасибо! Все хорошо! – ответил Горин.

– Не угостите сигаретами, а то мы забыли свои на берегу?

– Конечно.

Алексей достал из куртки початую пачку сигарет и протянул ее незнакомцу.

– Берите все.

– Спасибо, – поблагодарил тот, – сколько я вам должен?

Парень потянулся в карман за деньгами, но Горин отрицательно покачал головой.

– Ну, что ты, не надо. У меня еще есть.

– Окей. А что вы тут делаете? – спросил незнакомец рассматривая разбитый на берегу лагерь.

Во время разговора Горин пристально наблюдал за собеседником, и заметил, как взгляд его нового знакомого неоднократно задерживался на Насте.

– Так, отдыхаем, – неопределенно ответил Алексей.

– Ладно. Удачи. Нам пора, – парень резко оборвал разговор и запрыгнул в лодку.

– Будьте поосторожней! – напоследок крикнул он свозь вой работающего мотора. – В этом году здесь полно медведей!

Аэролодка взвыла и оранжевой молнией унеслась вниз по течению. Сам не зная почему, Горин с облегчением выдохнул. Откуда-то он знал этого парня, с которым разговаривал, но откуда, вспомнить не мог. Вечерний отдых вернулся в свое тихое спокойное русло и о непрошенных гостях вскоре забыли.

Шашлык удался на славу, да еще в прикуску с ароматным таежным воздухом. К вечеру небо затянули кучевые облака намекая на возможное ухудшение погоды. Солнце спряталось за горизонт и путников окутала своим черным покрывалом ночь, которую костер облизывал желто-красными языками пламени.

Перед сном решили попить чайку. Поставив на огонь старый закопченный чайник Горин достал сигарету и закурил. Недавнее ощущение тревоги снова задело сердце своим острым крылом. Стремясь отогнать неприятное чувство Алексей затянулся по глубже табачным дымом, как вдруг в ночной тишине послышался уже знакомый вой мотора. Не прошло и минуты как вдалеке появилось светлое пятно. Это темноту разрезал свет мощного фонаря. Яркий луч не спеша поднимался вверх по течению старательно ощупывая тот берег реки на котором расположились путешественники. Вот луч света достиг лагеря, проскочил его и тут же вернулся обратно. Двигатель взревел, и через считанные секунды судно подлетела к берегу подняв за собой волну.

Из оранжевой аэролодки не вышли, а скорее вывалились под громкий смех и нецензурную брань уже знакомые трое молодых людей. Все они были пьяны, в темноте постоянно спотыкались и падали, что их необычайно веселило. Троица подошла к уже затухающему костру.

– Подкинь дровишек, старичок, – крикнул Горину тот самый парень, что просил сигареты, – не видишь, что тухнет.

Не дожидаясь каких-либо действий со стороны Алексея, парень подобрал с земли ветку и кинул ее в костер. Бросок оказался неточным. Палка одним концом задела стоящий на огне чайник перевернув его. И без того небольшое пламя залило водой затушив костер.

– О, незадача, – рассмеялся парень. – Все норм. Сейчас заново разожжём.

Двое его спутников поддержали слова друга идиотским смехом.

Настя встала из-за костра и поспешно ушла в свою палатку. От Горина не укрылся хищный взгляд приезжего заводилы, которым он проводил девушку.

– Меня Женя зовут или просто Джем, – представился парень и махнул головой в сторону своих товарищей, – а это Вован и Дрюня.

Не понятно было кто из них Вован, а кто Дрюня, но Горину сейчас было не до этого. Заезжие гости вели себя как дома. Снова разожгли костер, причем накидали в него столько дров, что языки пламени достигали чуть ли не человеческого роста. Достали из лодки несколько бутылок водки, кое-какие продукты и врубили музыку на полную громкость поставив портативную колонку у самого огня.

Пытаться спорить с ними и попросить убраться из лагеря было невозможно, ребята были пьяны и вели себя дерзко, на грани фола. Решить вопрос силой тоже не представлялось возможным, потому что перевес был явно на стороне гостей. Оставалось только дождаться, когда они напьются и успокоятся сами по себе.

Горин отправил жену с сыном спать в палатку. Шерлок устало затрусил вслед за ними и немного жалостливо поскулив перед входом был благосклонно впущен внутрь. Света не захотела оставлять Алексея одного наедине с дерзкой компанией и осталась вместе с ним возле костра.

Назойливые гости настойчиво предлагали выпить. Света категорически отказалась, а Алексей, чтобы не препираться с пьяными согласился и понемногу отпивал из налитого для него стаканчика. Не прошло и часа, как и без того накидавшиеся Дрюня с Вованом дошли до нужной кондиции и еле ворочали языками. Джем, хоть и пил наравне с друзьями, на удивление был трезвее остальных.

– Все, харэ, – скомандовал, наконец, Джем, который был в этой группе на правах лидера. – Ночевать останемся здесь. Идите ставьте палатку. Вы уже лыка не вяжете.

Спотыкаясь и падая Дрюня и Вован достали из аэролодки палатку и занялись ее установкой. Задача оказалась не из легких, так как пьяные парни с трудом соображали, что и как надо делать. К тому же костер, в который уже давно не подбрасывали дров, стал понемногу затухать и давал совсем мало света. Джем пошарил вокруг и найдя несколько веток, остатки запасов Горина, подкинул их в огонь. Алексей не стал дожидаться пока пламя разгорится с прежней силой и поспешил на помощь горе самоделкиным надеясь поскорее уложить их спать.

Установка палатки затянулась надолго, так как пьяные Дрюня и Вован больше мешали, чем помогали. Наконец с горем пополам Алексею удалось достичь прогресса в установке конструкции. Брезент был натянут на алюминиевый каркас, оставалось только закрепить сооружение канатами. Однако пытаясь натянуть их на вбитые колышки два друга одновременно потеряли равновесие и упали на натянутый тент развалив с таким трудом установленную палатку. Встать оттуда им уже было не суждено. Немного побарахтавшись друзья заснули в обнимку в своей импровизированной кровати.

Горин вернулся к костру и выключил изрыгающую рэп колонку. Внезапно наступившая тишина звоном ударила по ушам. Света, не дождавшись его, свернувшись калачиком спала возле огня. Алексей накрыл ее своей курткой и сел рядом. Странно, Джема нигде не было. Куда это он мог забрести в такой темноте?

Ночь полноценно вступила в свои права. Сквозь пьяный храп и невнятное бормотание уснувших на палатке гостей слышались звуки леса. С реки веяло прохладой. Горин поймал себя на том, что его веки смыкаются под тяжестью накопившейся за день усталости.

Внезапно короткий пронзительный крик вывел его из состояния оцепенения. Алексей резко вскинул опущенную на грудь голову и огляделся. Вокруг ничего не изменилось. Костер понемногу догорал. Света все так же продолжала спать рядом. Может показалось? Но тут полог палатки, в которую пошла спать Настя откинулся и из нее выползла какая-то тень. Тень встала и с трудом волоча ноги побрела к костру.

Горин вскочил, но не смел ступить ни шагу на встречу приближающемуся существу. В горле пересохло. Язык прилип к нёбу не желая шевелиться. В голове сумбурно пронеслись рассказы эвенков о злых духах леса. Тень приблизилась к костру и очутившись в полосе света оказалось Настей. Однако не той Настей, которая двумя часами ранее пошла спать в палатку. Платье на ней было разорвано, лицо перекошено от ужаса, а руки были в крови, которая густыми каплями стекала на траву.

Посторонний шум разбудил Свету. Она лениво приоткрыла веки, огляделась по сторонам и остановила свой взгляд на дочери. Открывшаяся чудовищная картина стала понемногу доходить до ее еще не проснувшегося сознания. Рот Светланы перекосился в судорожной гримасе, и Горин едва успел закрыть его рукой, чтобы задушить в зародыше готовящийся вырваться крик.

– Тихо! Молчи! – прошипел он.

Алексей поднял с земли свою куртку и накрыл ею Настю. Девушка находилась в полубессознательном состоянии. Ее тело била мелкая дрожь. Пальцы рук скрючились в спазме. Глазные зрачки настолько закатились вверх, что их не было видно вообще. Однако кровь на руках ей не принадлежала. Это Горин понял, когда, осмотрев Настю, он не обнаружил на ней ни одной раны. Оставив девушку с матерью возле костра Алексей взял ручной фонарь и направился к злосчастной палатке.

Он осторожно откинул полог и посветил вовнутрь. Там царил самый настоящий погром. Вещи были раскиданы и запачканы кровью. В этом бардаке лежал Джем уткнувшись лицом в пол. Джинсы его были спущены до колен, футболка разорвана. Из глубокого рассечения на левом виске пульсируя слабо сочилась кровь. Неподалеку от тела лежал предмет, которым была причинена рана. Это была стеклянная бутылка, расколовшаяся от удара на несколько больших и маленьких осколков засыпав ими пол палатки. Не трудно было себе представить, что здесь недавно произошло.

Прощупав слабый пульс на шее у Джема Горин понял, что тот жив. Надо было срочно принимать решение, и Алексей не стал мешкать.

– Надо срочно убираться отсюда, – сказал он, вернувшись к Светлане и сразу предупредил ее. – Все вопросы потом. Сейчас надо спешить.

В спешном порядке были подняты Марина и Саша. Горин вкратце обрисовал им ситуацию, и они немедленно принялись сворачивать лагерь. Света не принимала участие в сборах так как не могла оставить дочку одну в таком состоянии. Она перешла с Настей на плот, где им тут же вручили собаку. Недовольный ночным подъемом Шерлок нервничал, глядя на происходящее вокруг него движение, но понемногу успокоился, когда его взяли на руки.

Лагерь был собран в рекордные сроки. В спешке вещи толком не складывались, а скидывались на середину плота, где вскоре из них образовалась целая гора. Горин с сыном аккуратно вынесли из палатки Джема и отнесли его к спящим товарищам. Осколки от бутылки были выброшены в реку, и Алексей в очередной раз прошел с фонарем по берегу высматривая забытые вещи. Нельзя было ничего после себя оставлять.

Наконец все было готово к отплытию. Теперь только примятая трава была свидетелем того, что на этом месте когда-то был разбит палаточный лагерь. Осталось только залить костер водой, но перед этим у Горина осталось еще одно дело. Он подошел к аэролодке и воткнул нож в накаченный упругий баллон. Воздух со свистом вырвался в образовавшееся отверстие и аэролодка сморщилась, перекосившись на один борт.

Отплывали в полной тишине. Слышалось только журчание воды под гребью. Укрытая одеялом Настя впала в забытье изредка вздрагивая и постанывая сквозь зубы. Горин созвал семейный совет на корме.

– Ситуация не простая, – начал он, – даже можно сказать очень непростая. До поселка сплавляться еще не меньше восьми часов, а это в нашем случае слишком долго. Если эти товарищи проснутся рано и смогут залатать свою лодку, то они быстро нас догонят ведь их аэролодка может развивать скорость до ста километров в час. Даже если им не удастся ее отремонтировать, то у них еще остается возможность позвонить кому-нибудь в Чульман или в Нерюнгри чтобы за ними приехали. Мобильная связь на этом участке реки слабо, но ловит.

Придется как рассветет бросить плот и продвигаться к федеральной трассе через лес. Там поймаем попутную машину до города. Конечно, это будет дольше, но надежней.

Светлану не прельщала смена маршрута с водного на наземный.

– Не думаю, что они скоро проснутся после такого количества выпитого. Да и лодку так быстро не починишь. Может все-таки попробуем добраться до поселка, а оттуда как планировали поедем на такси?

– Нельзя нам в поселок, – категорично ответил Алексей, отрицательно махнув головой.

– Но почему? – поддержала подругу Марина. – По-моему Света права. Доберемся до поселка и обратимся в полицию за помощью.

– Даже если мы доберемся до поселка не факт, что полиция нам поможет. Возможно, что даже наоборот, – продолжал стоять на своем Горин.

Он мялся, не желая выкладывать все свои карты на стол, но женщин было не переубедить. Они категорически не хотели идти через кишащую мошкарой тайгу, когда можно было спокойно сплавиться вниз по реке. И Алексей, наконец, решился.

– Я вспомнил откуда знаю этого Джема. Это сынок Бабая, местного криминального авторитета. Я столкнулся с ним в прошлом году в спортбаре, где мы с друзьями смотрели финал Лиги Чемпионов. Этот тип тоже там был. Он весь вечер цеплялся к бармену и посетителям. Вел себя вызывающе. Мне тогда и сказали кто он такой. Не думаю, что нам сойдет с рук то, что сын Бабая получил бутылкой по голове пусть и по заслугам. К тому же мы не знаем в каком он сейчас состоянии. Когда отплывали был еще жив.

В воздухе повисло молчание. Только теперь путешественники начали понимать в какую опасную ситуацию они угодили. Спор об изменении маршрута, проложенного Гориным, потерял всякий смысл.

– С собой возьмем только самые необходимые вещи, – продолжил Алексей, – все остальное за борт. Ничего не оставляем, чтобы потом никакая мелочь не навела на наш след.

Начало светать, и путешественники в спешке стали готовиться к пешему переходу. Гора вещей в центре плота стремительно таяла. Часть из них была упакована в рюкзаки, остальное полетело в воду.

– Правь к левому берегу, – сказал Горин сыну, когда решил, что пора высаживаться на сушу.

– Подожди, папа, – Саша с недоумением посмотрел на отца, – ты ничего не перепутал? Нам же надо идти на восток к федеральной трассе, значит нам нужен правый берег реки. Левый берег находится на западе, и он наоборот уводит нас в тайгу.

– Все верно. Здесь нет никакой ошибки. – Горин успокоил сына, – Действительно, нам ближе идти на восток к трассе, но также будут думать наши преследователи, когда найдут брошенный плот. Поэтому я все обдумал и решил немного изменить план нашего возвращения. Поступим вопреки логике, чтобы запутать возможных преследователей. Высадившись на западный берег и углубившись в лес на безопасное расстояние, мы пойдем пешком обратно домой в город. Никому в голову не придет мысль, что мы сплавлялись вниз по реке для того, чтобы, проплыв полпути, сойти на сушу и затем своим ходом через тайгу вернуться обратно в Нерюнгри. Я подумал, что нам не стоит светиться на людях, а тем более на федеральной трассе. Чем меньше нас будут видеть, тем меньше шансов, что нас найдут. Если все пойдет по плану, то где-то ближе к ночи нам удастся вернуться в город. Там уже будем думать, что делать дальше.

После высадки на сушу Горин с сыном оттолкнули осиротевший пустой плот от берега. Деревянная конструкция, скинувшая с себя лишний груз, быстро набрала ход и вскоре скрылось за поворотом реки. В душах путешественников остался горький осадок после прощания с плотом, который последние сутки был для них домом. Распределив между собой те немногие вещи, что остались после сортировки, группа из пяти человек и собаки углубилась в тайгу.

Когда деревья плотной стеной закрыли собой реку Горин пожалел, что не взял с собой в поход компас. Начавшееся со вчерашнего вечера ухудшение погоды привело к тому, что небо было затянуто низкими тёмно-серыми облаками. Ориентироваться приходилось по солнцу, которое изредка проглядывало сквозь редкие окна. Так не долго было и заблудиться.

Отойдя в глубь тайги на достаточное расстояние, чтобы никто их не мог ни увидеть, ни услышать со стороны реки, они повернули обратно на юг в сторону Нерюнгри. Люди двигались очень медленно, и Горин вынужден был признать ошибочными свои первоначальные расчеты о скорости передвижения отряда.

Виной тому была не только слабая подготовка всех путешественников к пешим переходам по пересеченной местности. Основным балластом, замедляющим движение всей группы, была Настя. Девушка еще не пришла в себя от произошедшего. Она еле шла постоянно спотыкаясь, натыкаясь на деревья. Создавалось такое впечатление, будто она сомнамбула, которая ходит во сне. Светлана нежно поддерживала дочку за локоть помогая ей идти.

Небо полностью затянуло тучами. Временами шел мелкий дождь. На собственном опыте местного жителя Горин знал, что такая погода надолго и в ближайшее время улучшения ждать не стоит. Но не это беспокоило его больше всего. Пропавшее солнце оставило его без надежного ориентира. Теперь при движении приходилось полагаться только на свое внутреннее чутье.

Первоначально путешественники каждые два часа делали получасовой привал на отдых. Старались время даром не терять. Шли на адреналине опасаясь преследования. Быстро подкреплялись, по возможности меняли мокрые вещи на сухие и двигались дальше. Затем остановки на отдых стали делать ежечасно. А когда день стал близиться к концу отряд полностью выбился из сил. О каком-либо продвижении вперед не могло быть и речи. Горин пожалел о том, что неустанно гнал людей и теперь эта ошибка в корне перечеркивала все его планы о скорейшем возвращении домой.

– Разобьем здесь лагерь, – Алексей показал на небольшую полянку среди густо растущих деревьев.

Люди попадали кто где стоял, вытянув натруженные ноги, только Шерлок похоже совсем не устал и готов был еще бежать столько сколько потребуется.

– Долго еще нам идти? – простонала Марина, снимая кроссовки с отекших ног.

– Думаю часа три-четыре, – предположил Горин, хотя сам был в этом совсем не уверен, – но на сегодня хватит. Все так устали, что нам не добраться до наступления темноты в город. Заночуем здесь, а рано утром пойдем.

– Эдик будет беспокоиться если мы не доберемся домой до вечера как планировали, – переживала Света.

Горин уже подумал об этом. Как поступит Эдуард, когда его семья не вернется домой? Что он будет делать? Не проявит ли ненужную инициативу? Не станет ли звонить в полицию или больницу? Огласка в этом деле не нужна.

Если бы Алексей лучше знал своего нового знакомого, то так бы не переживал. Эдуард, который изначально прикидывался больным из-за того, что не хотел кормить комаров в лесу, приятно проводил время. Он набрал спиртного, накупил разнообразных закусок и накрыв себе стол в гостиной дома Гориных удобно расположился на диване возле телевизора. В пьяном бреду день у него слился с ночью, и он совсем потерялся во времени забыв о своей блуждающей в лесу семье.

Горин с сыном установили палатки, набрали сухостоя и развели костер. Здесь уже можно было не бояться, что дым заметят. Да и погода благоприятствовала ранними сумерками. Путешественники доели остатки продуктов, выпили горячего чаю и кое-как подсушившись у костра разбрелись спать. Алексей не мог позволить себе такой роскоши. Он чувствовал на себе ответственность за доверившихся ему людей, поэтому остался дежурить у костра изредка подбрасывая в него сухие ветки.

Окружающая обстановка и сложившаяся опасная ситуация вернули его мысли на много-много лет назад, во времена второй чеченской войны, когда он служил в армии вместе с Серегой, бывшим мужем Светы, ныне покойным. Воспоминания снова вернули его к тому случаю, о котором он так долго и безуспешно пытался забыть и который чуть не разрушил их дружбу.

В тот день они попали в засаду. Боевикам легко удалось разбить их отряд на две группы и оттеснить большую его часть вниз по склону горы. Горин, Сергей и еще несколько бойцов попали в окружение. Боеприпасы у них стремительно заканчивались.

Боевики плотным огнем обложили сопротивляющуюся горстку бойцов, не давая им поднять головы. Дожидались, когда у них закончатся патроны. Хотели взять в плен. Через пол часа боя в живых остались только Горин, который, как ни странно, не получил ни единой царапины во время боя, и Сергей, с перебитыми автоматной очередью ногами. Боеприпасов больше не осталось. Где-то внизу вели свой неравный бой остатки отряда и помощи от них ждать не приходилось.

– Я им живым не дамся, – прохрипел Серега, сжимая в руках последнюю гранату с выдернутой чекой, – пусть только подойдут по ближе.

Сразу с нескольких сторон слышался смех и говор на незнакомом языке. Боевики были уверены в себе и не спеша замыкали кольцо.

Во рту у Горина пересохло. На глаза упала пелена. Алексей всем своим существом старался слиться с землей, впитаться в нее дождевой водой. Он до боли в костяшках пальцев сжал свое последнее оружие – штык-нож. Давление в висках достигло предела, и Горин потерял сознание. Так он по крайней мере думал. На самом деле все было совсем не так, как потом рассказывал единственный живой свидетель.

Когда Алексей через некоторое время пришел в себе то был в ужасе от увиденного. Во-первых, он сам был весь в крови с ног до головы. Горин поспешно ощупал себя боясь обнаружить какие-нибудь ужасные раны или того хуже отсутствие частей тела, но кроме сколотых двух передних зубов повреждений у себя он не обнаружил. Во-вторых, повсюду вокруг него были раскиданы человеческие останки со свежей еще не запекшейся кровью. Судя по всему, здесь полегло не меньше шести человек. Точно сказать было сложно из-за достаточно большой площади на которой были разбросаны части тел и их количества.

Для постороннего наблюдателя картина складывалась такой, будто в группу людей попал снаряд, который разметал их по кускам в разные стороны. Однако воронки от такого попадания поблизости не было, а вот Серега поблизости был. Его глаза выражали крайнюю степень ужаса, но не от того, что он все еще в ожидании гибели продолжал держать гранату, которую мог взорвать в любой момент, а от того, что он видел, как погибли все эти люди.

Вдруг звуки боя постепенно стали приближаться к двум окруженным бойцам. К нашим солдатам, которых оттеснили боевики, подоспело подкрепление и нападавшие поспешно отступали, прихватив с собой раненых. Стремясь быстрее уйти от погони они, не заметив двух одиноких безоружных бойцов, ушли в горы. Но Сергей до самого прихода помощи не вставлял чеку обратно в гранату.

Горин попытался приблизиться к нему, чтобы наложить жгут и сделать перевязку, но ничего не получилось. Его закадычный друг выставил вперед руку с гранатой и в ужасе закричал, что если тот подойдет к нему хоть на шаг, то он взорвет их обоих. Решив, что у Сергея умопомешательство на почве контузии, Алексей оставил его в покое. Он отполз в сторону и лег под кустом в ожидании своих.

После этого боя обоих солдат отправили в госпиталь. Сергея в хирургическое отделение с травмами ног, а Горина в психиатрическое. Сергей, который был свидетелем произошедшего, рассказал, что случилось на горе. По его словам, именно Горин убил всех тех боевиков, которые хотели взять их живыми и сделал это только с помощью одного ножа. «Он метался как молния, вгрызаясь им в глотки и разрывая на куски», – рассказывал он врачам.

Более полугода оба друга провели в различных госпиталях прежде чем их комиссовали из армии по состоянию здоровья. У Сергея началось заражение крови и ему чудом удалось спасти ноги, а Алексея перевели в военное медицинское учреждение, специализирующееся на психических расстройствах. Там с ним работал светило отечественной психиатрии того времени – профессор Васильев, заинтересовавшийся таким необычным случаем.

– Пределы возможностей человеческого организма до конца не известны, – говорил профессор, – а в состоянии сильного стресса, аффекта, он может выдать и вовсе неожиданный результат. У вас именно такой случай и наша с вами задача обуздать эту внутреннюю дикую энергию, заставить ее подчиняться вашему разуму. Не надо, чтобы в вашей последующей мирной жизни это свойство вашего организма повлекло для вас какие-то неприятности.

И началась работа. Для начала этому необычному явлению необходимо было дать какое-то имя. Горину пришло на ум только одно – Ярость. Затем взяв за основу один из методов психотренинга стали искать наиболее действенный способ работы под конкретный случай. Отсюда понемногу и выстроилась система управления Яростью посредством способа визуализации цветка. Говоря простыми словами в случае возникновения сильного стресса Алексей научился справляться с внутренним перенапряжением не давая затуманить свой разум. Как говорил профессор: «Контроль. Четкий контроль».

Прошло немало времени пока отношения с Сергеем стали понемногу налаживаться. Они снова стали плотно общаться, стараясь не вспоминать события давно минувших дней. Друзья часто переписывались, созванивались, а когда Серега женился, то встречались семьями. Однако Горин чувствовал, что события того самого дня проделали огромную брешь в их дружбе. Сергей опасался его, а может быть и вовсе боялся. Боялся того, что то, что он когда-то видел может снова повториться.

Начало светать. Было пасмурно, но редеющие серые облака давали надежду, что с рассветом солнце выглянет и укажет беглецам точный путь домой. Надо было сворачивать лагерь.

Заспанные после ночи путники с трудом вылезали из палаток потирая отлежанные на твердом бока. Единственным полноценно отдохнувшим был Шерлок, которому, казалось, по плечу путешествовать по тайге сутками не уставая. Горин вскипятил воды в чайнике кинув туда оставшуюся горсть чая и сосновую шишку для запаха. После такого импровизированного завтрака отряд выступил в путь.

Не прошли они и часа, как лес стал резко редеть. «Похоже, что мучения наши наконец-то закончились», – подумал про себя Горин. – «Наверное, я немного ошибся в расчетах, и мы вышли к городу гораздо раньше. Жаль, можно было еще вчера закончить этот нелегкий путь и ночь провести дома в мягкой теплой постели».

Действительно, через пару сотен метров нескончаемые лиственницы закончились, и путешественники вышли на берег небольшой речушки метров пять-шесть шириной. Горин в недоумении опустил рюкзак на землю. Здесь должна была быть река Чульман, которая в разы шире этого ручья, а за ней пригород Нерюнгри. В этот момент со стороны оставленного путниками ночного лагеря послышался выстрел, который словно током пронзил тела беглецов.

– Что это? – в страхе пролепетала Светлана.

Алексей усиленно пытался собраться, чтобы понять, что происходит. Несомненно, их нашли. Но как? Столько километров по тайге. Как можно было их выследить? И только когда порыв ветра донес до ушей беглецов собачий лай картинка сложилась.

– У них собаки и, скорее всего, проводник из местных, – подытожил он свои умозаключения, – у них есть оружие и этим выстрелом они демонстрируют насколько близко к нам подобрались. Надо спешить!

– Но папа, – развел руки Саша, – куда идти? Где город?

С этими словами облака разошлись, открыв миру встающее над макушками деревьев солнце. Горин на мгновение онемел от неожиданности. Солнце взошло совсем не там, где он рассчитывал его увидеть. Значит, все это время они шли не в ту сторону. Так где же они находятся?

– Папа, что ты молчишь? – сын дернул Горина за рукав. – Куда идти?

Сейчас не важно было куда идти. Надо было спасться от погони.

– Зайдем в воду и пойдем вверх по речке. Надо сбить собак со следа. – принял решение Горин. – Марина, возьми на руки Шерлока. Нельзя, чтобы он наследил на берегу.

Беглецы зашли в воду и поспешили скрыться за ближайшим поворотом реки. Это немного успокоило Алексея. Главное, что они ушли из зоны прямой видимости преследователей, которые должны были вот-вот выйти к реке. Однако это лишь ненадолго оттягивало тот момент, когда их должны были догнать. С собаками и опытным проводником это не составит большого труда. Да уж, ребята серьёзно настроены отомстить и от своего не отступятся.

Речушка стремительно сужалась и мельчала. Вскоре даже на середине вода едва достигала щиколоток. Беглецы спешили изо всех сил убраться как можно дальше от опасности. На правом берегу Горин заметил бьющий из-под земли ключ. Он пригляделся, местность в той стороне была заболоченная, топкая. Похоже, что это был последний шанс сбить преследователей со следа, хотя этот путь снова уводил их в противоположную от города сторону. Но вариантов особо не было, и Алексей решил двигаться туда. Он резко сменил маршрут движения группы и первым прыгая с кочки на кочку углубился в болото.

Заболоченная местность быстро закончилась, перейдя в густой лес. Но не прошли путники и получаса как внезапно уткнулись в ограждение. Оно представляло собой натянутую между часто стоящими деревянными столбами провисшую от времени колючую проволоку. Дерево на столбах было порядком изъедено короедом, проволока сильно поржавела.

– Смотрите, – Саша ладонью смел прилипший мусор с деревянной таблички прибитой к столбу.

«Стой! Опасная зона!» с трудом удалось прочитать облупившуюся надпись, сделанную красной краской.

– Что это такое? – Света подошла поближе к проволоке стараясь рассмотреть, что же там внутри.

Вдалеке снова послышался собачий лай, подстегнувший беглецов.

– Что бы это ни было, здесь никого уже давно нет, – решительно сказал Горин, раздвигая руками проволоку, чтобы образовался проход. – Давайте все сюда.

Очутившись за забором, путники шли с опаской, чтобы не попасть в какие-нибудь заросшие травой ямы. Не хватало еще кому-нибудь в спешке получить травму. Они прошли два полуразрушенных барака с выбитыми окнами, брошенный бульдозер, еще какую-то заросшую кустарником технику вперемешку с насквозь проржавевшими бочками и очутились у подножия небольшого холма, поросшего молодым лесом. Шерлок, отпущенный с рук, с интересом рыскал вдоль этой возвышенности обнюхивая все вокруг. Вдруг, радостно тявкнув, он нырнул за развесистый куст и исчез под ним.

Лай преследовавших собак послышался совсем близко. Горин подбежал к месту куда спрятался Шерлок и раздвинул кусты.

– Все сюда! Здесь пещера! – крикнул он и первым полез в узкий черный лаз.

Глава 2.

Подполковник Ребров закрыл зонтик-трость перед входом в управление ФСБ стряхнув в сторону стекающие капли. В Москве все утро моросил легкий дождь, который плотно прибил надоедливую городскую пыль обещая нежаркий летний день впереди. Дежурный на посту формально скользнул взглядом по открытому удостоверению подполковника и поднес правую ладонь к козырьку фуражки отдавая воинское приветствие:

– Доброе утро, Василий Иванович! – поздоровался он с вошедшим.

– Привет, Никита! – Ребров открыто улыбнулся прапорщику как старому знакомому и пожал ему руку. – Как дела?

– Спасибо, Василий Иванович, все хорошо, – ответил дежурный, – Дюжев приказал вам передать, что как только вы появитесь, сразу же к нему.

– Да, – Ребров нахмурился, – и давно Дюжев в управлении?

– Часа два назад приехал.

Это было не к добру если начальник управления ФСБ приехал на работу за два часа до начала своего рабочего дня. Значит что-то произошло. Понимая возникшую срочность Ребров не сдал заходить к себе в кабинет, чтобы оставить мокрый зонт, а сразу поднялся на третий этаж в приемную генерала Дюжева. Сидящий в приемной офицер попросил подождать, пока он доложит о его приходе руководству.

Старшего оперуполномоченного по особо важным делам подполковника Реброва за глаза называли Чапаем. Не трудно догадаться, что причиной этому было не внешнее сходство с легендарным комдивом, а просто банальное совпадение имени и отчества. Василий Иванович за свои пятьдесят два года мог достичь большего в деле продвижения по карьерной лестнице благодаря своим недюжинным аналитическим способностям, решительности и гибкости ума, но… как всегда, но. Были случаи, когда он не мог переступить через себя, пойти на какие-то уловки, махинации, сокрытие неугодных руководству фактов и это всегда, как назло, происходило в те самые моменты, когда все складывалось как нельзя удачно для его продвижения по службе. Руководство ценило его за способность сделать результат, но никогда не доверяло щекотливых, скользких дел, где могла возникнуть необходимость изменить ход событий в другую, нужную определенным кругам сторону. Вот и завис Ребров на своей должности старшего опера по особо важным уже в течение одиннадцати лет и, похоже, что это станет пределом его служебных достижений. Такое положение вещей расстраивало Василия Ивановича, но своими принципами жертвовать он не хотел. Такое было воспитание. Работу он свою любил и в глубине души носил в себе веру в торжество справедливости.

– Проходите, – дежурный офицер открыл дверь кабинета приглашая Реброва войти.

Василий Иванович повесил зонт на вешалку и вошел в кабинет, где кроме генерала Дюжева сидели еще двое. Первый, не высокого роста толстячок с проплешиной на макушке и большими очками был явный «ботаник», так сразу охарактеризовал его Ребров. Второй, среднего роста, крепко сбитый, короткостриженый, с колючим взглядом и со стесанными гранями лица, словно их обработал долотом неумелый скульптор всем своим видом излучал опасность. «Неприятный тип» – такая характеристика подходила ему больше всего.

– Здравия желаю! – поздоровался Ребров с генералом.

– А, Василий Иванович, наконец-то, – Дюжев поприветствовал вошедшего и махнул на стул справа от себя, – заходи, присаживайся.

Ребров сел за стол оказавшись напротив двух других присутствующих и от его глаз не скрылись сбитые костяшки на руках «неприятного типа».

– Дело срочное, Василий Иванович, и интересное, – начал Дюжев открыв красную папку на своем столе, – в общем как ты любишь. Слушай вкратце.

29 июня 1990 года в тридцати двух километрах от города Нерюнгри, что в Якутии, в тайге произошло падение небесного тела. Событие прошло практически не замеченным так как объект упал приблизительно около четырех часов утра в темное время суток и при прохождении верхних слоев атмосферы не издавал яркого свечения. Отсутствие свечения, то есть нагрева объекта при падении, объясняется тем, что он противопоставил силе притяжения нашей планеты свою собственную силу торможения. Подтверждением этих слов является отсутствие большой воронки в месте падения объекта и сильной ударной волны. Словом, падение можно переименовать в приземление.

Объект был обнаружен местным жителем. Выехали специалисты, необходимые службы. Место было оцеплено, закрыто от доступа посторонних лиц, оборудовано системами защиты и наблюдения. Из Москвы выехала спецгруппа нашего НИИ и принялась за работу по изучению небесного тела.

Но, ты сам знаешь какие тогда были времена. Девяностые года! Парад суверенитетов, создание автономий. В сентябре 1990 года Якутия преобразовалась из автономии в Якутскую ССР в составе РСФСР, объявила добываемые ресурсы собственностью народов, проживающих на своей территории, и приняла конституцию наделившую президента республики полномочиями по созданию армии. Дальше больше. Якутами был принят закон определяющий их право на создание собственной правовой системы, на собственное отношение с Россией, СССР и иностранными государствами. По новому закону республика могла самостоятельно выбирать общественный и государственный строй, государственный язык и так далее и так далее.

Страна разваливалась и всем уже было не до загадочного метеорита, свалившегося из космоса. Надо было решать земные проблемы. К тому же около полугода исследований не дали толком никакой информации о структуре объекта. Как следует из отчета «исследуемое тело не подвержено разрушению», то есть за время работы с помощью инструментов, которые были в распоряжении спецгруппы, от него не удалось отколоть ни единого целого куска материала, только стесать пыль. Попытаться расколоть метеорит путем подрыва взрывчатыми веществами естественно не стали.

Было принято решение о срочной консервации объекта до лучших времен и выводе сотрудников из зоны работ. Свалившееся нам на голову тело было залито несколькими слоями железобетона общей толщиной около трех метров. Сам объект законсервирован, техника вывезена, а исследовательская документация отправлена в архив до недавних пор.

Но история на этом не заканчивается. Вчера от наших якутских товарищей поступило сообщение о том, что на территории законсервированного объекта местным жителем были обнаружены свежие человеческие останки. Но это еще не все, этот местный житель утверждает, что в холме, который по всей видимости является саркофагом небесного тела, появилась пещера. Возможно железобетон дал трещину и к объекту появился доступ. Вот копии материалов дела.

Генерал подал Реброву тонкую картонную папку на завязках.

– Да, – Дюжев заметил разочарованный взгляд Василия Ивановича, когда он взял в руки папку, – документов можно сказать не густо, но только к ним у тебя есть допуск. Остальные материалы засекречены.

Однако есть и хорошие новости. У нас есть сотрудник, принимавший участие в работах спецгруппы НИИ по изучению небесного тела в девяностых годах – Блохин Павел Павлович. Он поможет тебе с научной стороны и возглавит новую группу по исследованию объекта 180878.

Еще до окончания этих слов Ребров понял, что речь идет о «ботанике». Действительно, тот немного привстал со своего места слегка кивнув в качестве приветствия.

– А в целом задача такая, – решил подвести итог сказанному Дюжев, – через пять часов спец бортом вы вылетаете в Якутию вместе с группой товарища Блохина. Там уже вас будут ждать приданные силы в количестве двух взводов солдат, поступающих в ваше распоряжение. Плюс якутские товарищи выделят своих людей. Дело может оказаться довольно серьезным, и лишняя помощь не помешает.

Так как вы выезжаете на возможное место преступления, в Нерюнгри вы объединитесь со следственно-оперативной группой местного отдела полиции, которая проведет необходимые следственные действия на месте обнаружения человеческих останков. Я обращаю ваше внимание на тщательное и детальное расследование произошедших возле объекта событий. Для вас главной задачей является определить имело ли место влияние объекта неземного происхождения на те события, которые произошли в непосредственной близости от него. Мне нужна точная информация для доклада вышестоящему руководству в кратчайшие сроки. Не хватало нам только какой-нибудь инопланетной заразы на Земле.

– Ясно, – утвердительно кивнул Ребров вставая, – разрешите идти!

– Да и еще, – наконец дошла очередь до «неприятного типа», – майор Хромов полетит с вами в качестве помощника и консультанта. У него особые полномочия в этом деле на случай непредвиденных обстоятельств.

«Неприятный тип» резко встал из-за стола, словно в нем выпрямилась сжатая пружина, и протянул Реброву руку.

– Хромов Антон Игоревич.

Василий Иванович пожал холодную и крепкую словно кусок металла кисть. Их глаза встретились, и Ребров почувствовал, что взгляд оппонента словно пронизал его насквозь. Тело фсбэшника на мгновение оцепенело, а мышцы словно свело кратковременной судорогой. Странное ощущение. Василий Иванович с заметной поспешностью выдернул свою руку из железных тисков.

На этом совещание для Реброва было закончено, но не для других приглашенных. Когда он вышел из кабинета оставшиеся там люди еще продолжали что-то обсуждать.

Василий Иванович не стал задерживаться в управлении. Заскочил к себе в кабинет за личными вещами, необходимыми документами, взял с собой прописанные ему таблетки от головы и поспешил домой собирать багаж. Едва он успел сложить свой походный рюкзак и переодеться в полевую форму как за ним заехала служебная машина, чтобы отвезти на военный аэродром.

Однако поспешные сборы оказались излишними. Вылет спец борта постоянно откладывался причиной чему была группа Блохина. То они не могли собраться и ждали друг друга, то задерживалась машина с их багажом. Затем при погрузке оборудования в самолет выяснилось, что какие-то приборы они забыли в лаборатории и пришлось Блохину возвращаться за ними в институт. Одним словом – ботаники.

Наконец, когда на борту воздушного судна все было разложено и надежно закреплено пришло время рассаживаться людям. Ребров огляделся, увидел свободное место возле Хромова, но предпочел сесть рядом с Блохиным, от которого во время полета можно было бы что-нибудь узнать полезное о его работе на объекте в девяностых. Однако этим надеждам не суждено было сбыться. Сразу после взлета голова обессиленного от сборов ботаника опустилась на грудь, и он уснул как младенец на все шесть часов полета. Тем не менее к прилету необходимо было быть в курсе событий и Василий Иванович взялся за изучение дела.

Первым в папке лежала копия протокола допроса участковым милиционером местного жителя, обнаружившего объект. Некоего Байбала Иванова. Странно, ни отчества, ни даты и места рождения, ни регистрации. Топорная работа, отметил про себя Ребров. Да и почерк кривой как курица лапой писала. И тут до Василия Ивановича дошло, что милиционер, составлявший протокол, скорее всего был пьян, когда оформлял документ.

Перелистал следующие страницы. Первичное описание объекта. «Эллипсоидное тело на шестьдесят семь процентов погруженное в грунт. Надземная часть высотой три метра восемь сантиметров, максимальная длина и ширина соответственно семь метров тридцать один сантиметр на два метра девяносто сантиметров». В голове начала вырисовываться первичная картина.

«Поверхность объекта шершавая с периодическими продольными проточками, которые могли образоваться от систематического трения с другими телами в космическом пространстве». Еще несколько стандартных не интересных документов и протокол о консервации. Очень короткий обзор. Значит к остальной информации у него нет допуска. Больше рассказать об объекте мог только крепко спящий Блохин, но тот сладко спал, пуская тонкую струйку слюны из уголка рта на воротник своей куртки. Раз так, делать нечего. Василий Иванович решил последовать его примеру и облокотившись на руку задремал.

Разница московского времени с якутским шесть часов. Вылетев из Москвы в четыре часа дня самолет приземлился в Нерюнгринском аэропорту в четыре часа ночи по местному времени. Там уже с беспокойством ждали столичную бригаду как предвестницу неприятных изменений, ломавших устоявшийся местный уклад.

Из Нерюнгри вместе со следственно-оперативной группой полиции приехал местный фсбэшник Лисовицкий. Быстро познакомились. Аппаратуру Блохина перегрузили в КамАЗ, людей рассадили в два военных Уазика и выдвинулись к месту назначения. По дороге к колонне присоединились три «Урала» заполненных солдатами.

– К обеду доедем, не раньше, – сразу обозначил нерюнгринский фсбэшник. – Там дороги уже давно нет. Заросла за тридцать лет. С вечера пустили бульдозер с проводником бить новую дорогу. Сейчас догоним его и будем тянуться следом за ним до самого конца с черепашьей скоростью.

Ребров, предусмотрительно севший в машину с постоянно зевающим Блохиным, попытался воспользоваться моментом, чтобы получить от него необходимую для дела информацию.

– Пал Палыч, – начал он издалека, – вы помните эти места?

– Глухомань глухоманью, – вяло ответил тот устало, махнул рукой и попытался устроиться по удобнее, чтобы снова уснуть.

Анабиоз Блохина в планы Реброва не входил, и он попытался его растормошить.

– А много ваших сотрудников тогда работало на объекте?

– Человек пять-шесть. Люди менялись. Приезжали, уезжали, только дядя Коля тут от начала до конца работал безвыездно. Все хотел проникнуть внутрь, прославиться.

– Дядя Коля это кто?

– Начальник наш, Ершов Николай Ефимович, – при воспоминании о бывшем руководителе голос Блохина потеплел, – хороший был мужик. С юмором и амбициозный. Все твердил, что вскроет эту консервную банку. Думал там внутри могут быть инопланетяне или что-то в этом роде. Только эти амбиции его и погубили.

– Что же случилось? – Василий Иванович придвинулся ближе, чтобы ничего не пропустить из-за шума двигателя машины.

– Когда объект решили законсервировать у него случился инфаркт. Мечты о всемирной славе рассыпались в прах. По-моему, он еще около полугода протянул и умер в больнице в Москве. Врачи говорили, что перед смертью сильно бредил. Все хотел вернуться закончить работу.

В темноте кабины Ребров не мог увидеть, но почувствовал, как на глазах Блохина навернулись слезы. Голос его стал отдавать заметной хрипотцой. Василий Иванович оставил в покое расчувствовавшегося ботаника решив немного вздремнуть. Разница во времени и длительный перелет брали свое.

С рассветом встретили расчищающий дорогу бульдозер и как предсказывал Лисовицкий стали медленно за ним плестись. Отпускали на пол километра, догоняли, глушили машины. Затем снова отпускали от себя на пол километра, догоняли, глушили машины. Ребров достал из кармана тубу с таблетками и проглотил одну из них.

– Болеете? – сочувственно спросил Лисовицкий.

– Да так, – уклонился ответа Василий Иванович, но почему-то потом решил рассказать. – Два года назад работали по одной исламской террористической организации. Вышли на человека, который должен был осуществить теракт. При задержании тот взорвал взрывчатку, которой планировал набить пояс шахида. В результате у меня сильная контузия, сопровождаемая периодическими шумами в голове. Вот, лечусь понемногу.

Ребров не стал распространяться, что взрыв имел гораздо более серьезные последствия для его здоровья. Взрывной волной на него обрушилась кирпичная стена и спасателям пришлось потратить несколько часов, чтобы извлечь его из-под обломков. Как результат многочисленные трещины в костях черепа, сломанная нога и ребра. К физическим проблемам добавились психические. Он стал слышать эхо голосов в своей голове. Особенно они донимали его, когда он оказывался среди большого скопления людей. Создавалось такое впечатление, что каждый человек из окружающей его толпы что-то нашептывал ему на ухо.

Полгода по больницам помогли ему восстановить физическое здоровье, но назойливые голоса не уходили и их можно было подавить только с помощью лекарств. Перестаешь принимать таблетки и голоса возвращаются. Дело шло к тому, что Василия Ивановича хотели комиссовать из органов по состоянию здоровья, но вмешался генерал Дюжев и это спасло от преждевременной пенсии. Ребров даже не представлял себе, чем бы он мог заниматься на гражданке.

Василий Иванович решил перейти ближе к насущным проблемам.

– А где человек, который обнаружил тела? – обратился он к Лисовицкому. – Можно с ним поговорить?

– Он местный охотник, эвенк. Это он сейчас едет в кабине с бульдозеристом, показывает ему дорогу. Сейчас я его выдерну.

Фсбэшник выскочил из машины, подбежал к движущемуся впереди бульдозеру, быстро переговорил с сидящими в кабине и вернулся уже вместе с пожилым эвенком.

– Это Алтан, – коротко представил эвенка Лисовицкий.

Ребров вышел из машины и отведя эвенка в сторону от ревущего бульдозера попросил его еще раз рассказать, что произошло. Лисовицкий неотступно следовал за ними.

– Это… – эвенк мялся, не зная с чего начать с трудом подбирая слова, хотя уже много раз до этого рассказывал о том, чему пришлось быть свидетелем. – Я живу в поселке Чульман. Здесь не далеко. Два дня назад с рассветом нашли меня трое парней пришедших по реке из Нерюнгри. Им сказали, что я хороший охотник, лучше всех знаю эти места. Они попросили меня найти людей, которые их ограбили. У одного из парней голова была в крови перемотана бинтом. Они сразу дали хорошие деньги и пообещали еще столько же когда найдем воров. Я взял своих собак Эрхана и Сындыыс – это лучшие лайки в районе, и мы на лодке поднялись до места, где прибило к берегу плот воров.

Хитрые люди. Плот по течению пустили, а сами по берегу ушли, чтобы со следа сбить, – тут эвенк довольно причмокнул губами, – но я здесь каждый камень знаю. Всю жизнь прожил. На соболя и горностая капканы ставил, птицу бил. Нашел я их след. Хотели они меня запутать да сами заблудились и еще глубже в тайгу ушли.

В тот же день найти их не успели. Заночевали в лесу, а утром догнали. Бежали они перед нами как зайцы прямо к гиблому месту, где камень с неба упал. Ребята, что со мной были, молодые, сильные, до расправы скорые вперед ушли за собаками, а мне куда уж за ними угнаться. Отстал.

Слышу вдруг заскулил Эрхан, а потом завизжала Сындыыс. Не к добру это. Побежал я быстрее. Через забор перелез, но поздно уже, не успел. Духи камня порвали их и ребят молодых всех порвали.

– С чего вы взяли, что это духи камня? – спросил Ребров.

– А кто еще мог такое сделать? – абсолютно уверенный в своей правоте ответил Алтан. – Здесь животные не ходят. Боятся. Плохое место. Люди пришли, нарушили покой духов, и они отомстили им.

Эвенк сокрушенно помотал головой.

– И собак жалко и людей жалко. Я во всем виноват. Не успел их остановить. О деньгах думал, о барыше.

– Скажите, а нанявшие вас люди были вооружены?

– Да, у них были две «Сайги» и «Бекас», а толку что, духа ведь пулей не убьешь. Никто из них даже выстрелить не успел как дух камня из пещеры их порвал.

– Из какой пещеры?

– Военные люди давно этот камень сверху бетоном залили. Думали похоронили. Но кто силу духов удержит? Пробили они себе ход. Вот перед этим ходом все лежат, люди и собаки. Я как это все увидел близко подходить не стал. Сразу в поселок. В полицию.

– Спасибо, – поблагодарил Ребров Алтана и сел в машину обдумывая разговор.

До места добрались только после полудня. Покосившиеся ржавые ворота с остатками зеленой краски казались древним артефактом среди окружающего леса, а изображенный на них облупившийся герб Советского союза напоминал о государстве, которого уже давным-давно нет.

Первыми на территорию объекта зашли люди Блохина. Они взяли пробы воздуха, почвы, провели радиохимический анализ и только после этого дали разрешение на вход остальной группе. Старые ворота так перекосило со временем, что казалось будто они вросли в землю. Солдаты недолго думая срезали их с петель и откинули в сторону.

Далее дело было за полицией. Только сейчас Ребров увидел из кого Нерюнгринский городской отдел составил следственно-оперативную группу. Она оказалась довольно разношерстной. Два эксперта-криминалиста с большой разницей в возрасте – один пенсионного возраста, другой стажер-новичок. Следователь – девочка-лейтенант с большими голубыми глазами, которые становились все больше по мере того как дело шло к осмотру места происшествия. Оперуполномоченный уголовного розыска – раздраженный своей командировкой в лесную глушь капитан.

Алтан махнул рукой, указывая направление, где лежат тела, но сам туда идти отказался. Заспанные эксперты-криминалисты достали необходимое оборудование из своего уазика, который плелся в самом конце каравана, потянулись, разминая затекшие от долгой дороги тела и первыми побрели к месту преступления, но не прошло и нескольких минут как один из них вернулся.

– Там нет ничего, – запыхавшись от короткой пробежки сообщил стажер-новичок. – Следы крови есть, а тел нет. Ни собачьих, ни человеческих.

До поры до времени Ребров не вмешивался в череду происходящих событий. Когда работали профессионалы, пускай даже такого местного пошиба, не стоило им мешать, отвлекая своим присутствием и незримым давлением «московского» проверяющего. Василий Иванович придерживался мнения, что пусть люди делают свою работу, а он уже воспользуется результатами их труда, чего нельзя было сказать о Хромове. Тот сразу развернул бурную контролирующую деятельность везде суя свой нос и мешаясь под ногами.

Дожидаясь результатов осмотра места происшествия Ребров сел на поваленное дерево и наблюдал как солдаты, руководимые своими командирами, разгружали машины, устанавливали просторную штабную палатку с большим навесом, расчищали место под лагерь. Тут ему снова на глаза попался Блохин топтавшийся в нетерпении неподалеку. Павел Павлович ждал, когда же наконец полиция закончит свою работу, чтобы начать заниматься своим делом.

– Пал Палыч, – окликнул Блохина Ребров, – идите ко мне. Присаживайтесь. В ногах правды нет.

Блохин сел рядом закинув ногу на ногу и закурил, глубоко затягиваясь сигаретным дымом.

– Я вот смотрел как вы брали пробы перед тем как зайти на объект, – начал разговор Ребров. – Неужели есть какая-то опасность заражения?

– Думаю нет, но мы должны работать согласно инструкциям, – Блохин стряхнул в сторону пепел с сигареты, – тем более, что объект ведет себя странно и нестабильно. Осторожность в этом деле не помешает.

– В каком смысле? – не понял Василий Иванович.

– Вообще-то я здесь работал не самого начала, но документы по объекту изучил тщательнейшим образом. При первых его обследованиях на территории падения был выявлен завышенный радиационный фон, который через некоторое время понизился и практически пришел в норму. Сам объект продолжил и продолжает незначительно фонить причем уровень выделяемой им радиации не изменился за тридцать лет ни в большую ни в меньшую сторону.

Говоря о странном поведении метеорита, я имею в виду еще и то, что стесанная с него пыль также постоянно выделяет одно и то же ионизирующее излучение. Парадокс! И объект и срезанные с него частицы фонят без уменьшения радиационного излучения на протяжении всего времени наблюдения. Хотя после отделения от своего источника радиоактивного питания радиационный фон пыли должен был понизится. Вот такой себе вечный двигатель радиации.

Перед отъездом из Москвы я заглянул в архив НИИ, где сохранились образцы собранный пыли с объекта и замерил дозиметром ее радиационный фон. Почему-то я был совсем не удивлен, когда увидел, что образцы выделяют то же количество микрорентген в час, что и тридцать лет назад.

А говоря о нестабильном поведении метеорита я имел в виду то, что он кроме всего прочего излучает значительные электромагнитные колебания, причем не постоянные, а пульсирующие, с разным временным промежутком. Ничего вредного для здоровья человека. Можно работать.

– А что это за электромагнитные колебания?

– Они имеют волнообразный краткосрочный характер. Возникают постепенно по нарастающей и потом медленно затихают. Электромагнитные колебания появляются периодически, но какой-либо системы эти всплески не составляют. Объект может выдать по несколько импульсов за день, а потом замолчать на пару недель. Хотя может какая-то закономерность в их появлении и есть только нам ее выявить не удалось. Слишком мало изучали объект, чтобы сделать какие-то определенные выводы.

– Как вы думаете, эти электромагнитные колебания или радиация могли подействовать на психику человека таким образом, чтобы он мог сотворить такое дикое преступление, расследованием которого нам сейчас приходится заниматься?

– Дорогой Василий Иванович, – Блохин выкинул в сторону недокуренную сигарету, – если бы я знал ответ на этот вопрос, то уже получил бы Нобелевскую премию. Несомненно только то, что эти колебания влияют на технику вызывая кратковременные помехи в ее работе. А что касается людей…

Такими исследованиями занимаются десятилетиями, а у меня нет в наличии ни одного живого существа которое контактировало бы с объектом длительное время. У меня даже нет такого человека, который подвергся бы воздействию объекта в первые дни после его падения на Землю, когда оно излучало наиболее мощное излучение. Сотрудники, работавшие в девяностых не в счет. Все они имели защитные костюмы и специальное оборудование.

Взять хотя бы того человека, который первым обнаружил объект в тысяча девятьсот девяностом году. Где он сейчас? Как себя чувствует? Неплохо было бы сейчас на него взглянуть.

Прошло не менее двух часов прежде чем оперативный штаб на основании первичных данных мог собраться и обсудить сложившуюся обстановку. Первым доклад начал старший эксперт-криминалист.

– Человеческих останков, каких-либо вещей, которые могли принадлежать погибшим людям, останков животных на месте происшествия не обнаружено, но они однозначно были. На траве, камнях, грунте присутствуют следы крови, остатки мышечных тканей, волосы и тому подобное. Ареал их распространения достаточно большой, что свидетельствует о том, что тела были раскиданы в разные стороны. Возможно их перемещали волоком с места на место. Следов очень много. Надо разбираться.

Далее. К месту происшествия ведет несколько групп следов. Первая группа это те, на которые указал проводник. Они извне проникают внутрь огражденной территории и доходят до трещины в бетоне. Далее существует еще две группы следов, которые отходят от трещины. Одна ведет на север в глубь тайги, вторая на восток в сторону поселка Чульман.

– Ну, тут все понятно, – выразил свое мнение Хромов, – Следы, ведущие на север это тех людей, которые устроили здесь массовое убийство, а следы, ведущие на восток это нашего проводника Алтана. Ведь именно он после того что здесь увидел сразу пошел сообщить в поселок о случившемся.

– Возможно, но не факт, – не согласился с Хромовым криминалист. – Может Алтан там и проходил, но следов, ведущих на восток в сторону поселка слишком много для одного человека. Я думаю, что там проходила группа людей.

– Так куда пропали тела? Есть предположения? – вступил в разговор Ребров. – К примеру, не могли их растащить дикие звери?

– Могли, это тайга, – согласился криминалист, – но здесь действительно странное место. Мы все осмотрели, а следов животных не обнаружили. Даже птиц здесь практически нет. Так, промелькнет какая-нибудь залетевшая по ошибке пискулька. Думаю, надо расширять зону поиска и к осмотру привлечь военных. Желательно до темноты охватить как можно большую площадь.

Оставив на установке лагеря одно отделение остальных солдат разбили на группы, которые выстроившись в цепь занялись прочесыванием местности. Удача любит настойчивых. Расширение зоны поиска принесло свои результаты.

– В двухстах метрах за территорией объекта на тропинке номер два ведущей в сторону поселка обнаружены следы оленей и их кал, – начал свой вечерний доклад старший эксперт-криминалист, которого Ребров после дневного осмотра оценил, как профессионала высокого класса. – Приблизительно три-четыре особи. В некоторых местах на стволах деревьях видны потертости, что может быть признаком того, что животных к ним привязывали.

– Домашние олени, – пробормотал Хромов. – Откуда они здесь?

– Оттуда, – вдруг неожиданно подал голос, молчавший все это время оперуполномоченный уголовного розыска, который приехал в составе следственно-оперативной группы полиции. – Где этот почитатель духов?

Никто из присутствующих не понял, что он имеет ввиду.

– Эй, Алтан! – нерюнгринский опер позвал проводника, которых сидя на камне раскуривал трубку. – Брат, подойти к нам. Посоветоваться с тобой надо.

Куривший трубку эвенк выпустил клуб дыма изо рта и не спеша подошел к штабной палатке.

– Что надо, начальник? – с важным видом спросил он.

– Послушай, уважаемый, – опер подошел к проводнику и по-дружески положил ему руку на плечо. – Ты говорил, что когда все произошло ты к телам не подходил?

– Ну… – протянул в знак согласия эвенк.

– И сразу же побежал в полицию?

– Ну… – снова протянул тот пыхнув трубкой.

– А по дороге никуда не заходил?

– Куда заходить, начальник, когда такое случилось!

– Да, да, – понимающе закивал головой опер, похлопывая Алтана по плечу, – конечно.

Ребров не понял к чему был весь этот разговор как вдруг опер схватил эвенка за ухо и сжал его с такой силой, что тот выронил трубку изо рта, упал на колени и завизжал как поросенок. Инстинктивно Василий Иванович дернулся вперед, чтобы прекратить издевательства, но тяжелая рука Хромова остановила его.

– Не ври мне, гад! – в мгновение ока нерюнгринский опер для Алтана из приятного собеседника превратился в исчадие ада. – Не ври!

– А....! – орал обезумевший от боли эвенк, истекая слезами, а опер все крутил ухо и крутил.

Девочка-следователь, забившись в угол палатки закатила глаза и уже готова была потерять сознание от всего увиденного как опер ослабил хватку и проводник перестал кричать, захлебываясь слезами.

– К брату я заходил, начальник, к брату, – прохрипел Алтан, – воды попить.

– Не ври мне!

Ухо снова сжалось до размера пельменя в тяжелой руке опера и Ребров вышел из палатки не в силах терпеть крики эвенка. Около получаса понадобилось чтобы таким способом разговорить Алтана, но после этого картина произошедшего значительно прояснилась. Эвенк был не до конца честен, когда рассказывал о событиях, свидетелем которых ему пришлось стать.

Обнаружив своих нанимателей мертвыми Алтан, естественно, очень расстроился, что ему не удалось заработать. Ко всему прочему, сведя дебет с кредитом, эвенк пришел к выводу, что он больше потерял, чем выиграл на этом деле. Своими собаками Алтан очень дорожил и сильно переживал их потерю. Поэтому, чтобы как-то компенсировать понесённый ущерб, эвенк осмотрел разбросанные повсюду тела в поисках денег или чего-нибудь ценного.

Обобрав мертвых и собрав уже никому не нужные ружья проводник действительно отправился в поселок, чтобы сообщить в полицию, но перед этим зашел к своему двоюродному брату, который занимается разведением оленей и как раз в это время года стоял стойбищем неподалеку. Там Алтан оставил собранное добро, выпил чаю, покурил, узнал последние новости, а затем, измазав себя для правдоподобности грязью и придав лицу трагический вид пошел в полицию.

Нельзя было сказать, что нерюнгринский опер был доволен тем, что расколол эвенка. Он просто быстро, без лишних эмоций сделал свою работу.

– Я слишком хорошо знаю здешний народ, – сказал опер после того как солдаты вывели из палатки Алтана, – и думаю нас еще ждут сюрпризы с их стороны. Дайте мне на утро несколько солдат. Пойдем на стойбище и сделаем изъятие вещественных доказательств.

День шел к своему логическому завершению. Полицейские криминалисты, закончив осмотр места происшествия заполняли необходимые документы предоставив людям Блохина заниматься своей работой. Ребров подошел к копошащимся перед трещиной в бетоне людям в защитных костюмах и попытался за их спинами разглядеть инопланетный объект.

– Вы можете подойти ближе, – раздался голос сзади, и кто-то похлопал Василия Ивановича по плечу, – и все потрогать собственными руками.

Это был Блохин. Он был в хорошем расположении духа и довольно улыбался как чеширский кот во все свои тридцать два зуба.

– Товарищ Ребров, полиция свою работу завершила, формальности закончены и теперь я здесь полновластный хозяин, – промурлыкал ботаник. – Хотите взглянуть на объект поближе?

– Честно говоря, да, – Василий Иванович с трудом сдерживал эмоции, – никогда еще не приходилось видеть корабль инопланетян.

– Ну, это вы загнули, – добродушно рассмеялся Блохин, – я думаю, что пришельцами здесь и не пахнет.

– Почему вы так решили? – спросил Ребров.

– Я больше склоняюсь к мысли что наш объект не имеет никакого отношения к инопланетянам. Думаю, что это цельное небесное тело, которое является метеоритом, но не типичным в нашем представлении. В состав его структуры входят неизвестные науке соединения, обладающие повышенной прочностью и позволяющие противодействовать силе гравитации нашей планеты.

Однако, если бы вам удалось пообщаться с моим бывшим шефом Ершовым, то вы бы услышали совершенно другую теорию о структуре и назначении изучаемого нами объекта. Он считал, что это небесное тело является грузовой или спасательной капсулой, затерявшейся в необъятной вселенной. Николай Ефимович с легкостью привел бы кучу всевозможных косвенных доказательств, основанных на его наблюдениях и исследованиях, которые якобы подтверждают это предположение.

Что же может содержать такая капсула? Этот вопрос я задавал ему во время наших дискуссий. На что он только разводил руками и отвечал, что все что угодно. Например, там могут быть вредные отходы, от которых инопланетяне избавились, выкинув в космос. Или может быть там находятся тела самих пришельцев, попытавшихся спастись во время какой-нибудь катастрофы и сейчас они находятся там внутри в состоянии анабиоза. Одним словом, фантастика!

Короче говоря, для нас ученых это конечно большое событие, падение метеорита на Землю, но не стоит так преувеличивать его значение.

Блохин подал Реброву фонарь.

– Идите, смотрите. То, что вы сейчас увидите, вас совсем не впечатлит.

Василий Иванович взял в руки фонарь и посветил перед собой. Вроде бы какой-то черно-бурый камень впереди, непонятно. Ребров протиснулся в трещину и сразу заметил, что при консервации объекта в девяностых на бетоне значительно сэкономили. Толщина саркофага едва достигала двух метров.

На первый взгляд действительно, космическое тело не было чем-то выдающимся. Такое впечатление будто перед ним был кусок какой-то земной руды. Неровная поверхность, изъеденная внешними воздействиями. Какие-то вкрапления, слегка фосфоресцирующие в темноте.

Ребров затаив дыхание осторожно прикоснулся к объекту. Холодок пробежал у него по руке от кончиков пальцев до плеча, но это были лишь его эмоции. Он сам себя накрутил в ожидании чего-то невероятного. Обыкновенный камень и ничего большего в результате.

– И какие у вас планы относительно объекта? – поинтересовался Ребров, выбравшись из трещины. – Будете снимать саркофаг и продолжать его изучение?

– Думаю, что так и будет, – ответил Блохин, – но еще нет команды из Москвы о начале работ. Пока что я нахожусь в режиме ожидания, хотя уже начал проводить первые подготовительные работы. Так что как только раздастся нужный телефонный звонок мои ребята сразу же приступят к снятию саркофага.

На следующий день с первыми лучами солнца нерюнгринский опер, забрав с собой всю следственно-оперативную группу, пятерых солдат и Алтана отправился для изъятия вещественных доказательств на стойбище. Видно было, что капитан хочет побыстрее разобраться с этим делом, чтобы поскорее убраться из тайги.

– Какие будут наши дальнейшие действия? – спросил Хромов, когда штабная палатка опустела и они остались с Ребровым вдвоем. – Надо найти этих уродов, которые покрошили здесь людей и чем дольше мы тянем, тем дальше они уходят.

– Верно, – согласился Василий Иванович, – в этом я с вами абсолютно согласен, но я по этому поводу беседовал с Алтаном, и он мне сказал, что без собак это будет сделать сложно. Сейчас ребята в стойбище возьмут собак и нового проводника. Вот тогда можно будет снаряжать поисковую экспедицию.

В палатку зашел Блохин забрать оставленные вчера документы. Ребров прихватил его за локоть, не дав по-быстрому уйти и спросил:

– Можно вас на минуту? У меня есть к вам еще вопросы.

– Да. Слушаю вас внимательно. – Блохин всегда был рад поболтать.

– Меня уже давно мучает один вопрос, – начал Василий Иванович, – когда в девяностом году объект упал с неба на землю он попал в ведение КГБ и поэтому сразу был засекречен. Верно?

Блохин утвердительно кивнул.

– Всем секретным делам в зависимости от уровня секретности присваиваются определенные номера. Номер может быть какой угодно, но перед ним ставится цифра ноль. Один ноль, два или три. Чем больше нолей, тем выше уровень секретности. Верно?

– Все так, – подтвердил ботаник.

– Тогда почему наш объект имеет номер 180878. Где его ноли? Или все-таки он не был засекречен?

– Объект был засекречен грифом совершенно секретно, что приравнивается к двум нолям и естественно у него есть соответствующий номер, присвоенный согласно правилам делопроизводства. Но помните я вам рассказывал о нашем руководителе Ершове? Своеобразный был человек. Его не устроил этот стандартный вариант, и он самостоятельно придумал номер объекту и указывал его во всех документах, связанных с работой над метеоритом. Не знаю из каких соображений он составил набор цифр 180878. Может быть для него это что-то значило.

В итоге придуманный Ершовым набор цифр как-то сам по себе приклеился за космическим телом и стал употребляться как в рабочей документации, так и в быту между сотрудниками. Из-за этого даже был конфликт с московским руководством. Я думаю, что объекту в итоге вернули бы свое настоящее наименование если бы его вскоре не законсервировали.

Во второй половине дня вернулся экспедиционный отряд со стойбища. Он увеличился в размерах за счет двух оленей груженых мешками, двух новых не знакомых эвенков, один из которых был в наручниках, и собаки. Девочки-следователя и криминалистов не было.

Ребров подошел поздороваться с прибывшими и сразу отметил опухшее лиловое ухо у того эвенка, который был в наручниках. Видимо опер с ним побеседовал по-свойски. В одном из мешков лежали изъятые ружья. Приклад одного из них привлекал к себе особое внимание красивой декоративной отделкой изображающей бегущих оленей. В других оказалось полусырое мясо, нарезанное на тонкие длинные ломти.

– Не удержались, чтобы не покрысятничать, – решив, что полицейские забрали у оленеводов недовяленное мясо, недовольно пробурчал про себя Василий Иванович, который был ярым противником злоупотребления служебным положением. – Потянуло на дармовщину.

– Вот вам еще одно раскрытие, – нерюнгринский опер подтолкнул вперед эвенка в наручниках. – Моя работа здесь закончена.

Никто не понял, что это значит, но именно на такой эффект и рассчитывал нерюнгринский опер, стремясь преподать свои достижения во всей красе.

– Я же говорил, что местный народец насквозь вижу. После того как Алтан у своего родственника на стойбище оставил вещи, которые он собрал с убитых, того обуяла зависть. Он решил сходить и посмотреть, не осталось ли там еще чего-нибудь чем тоже можно поживиться.

По-быстрому собравшись они пришли сюда, но к сожалению, после своего корыстного родственника ничего ценного здесь найти уже не смогли. Казалось бы, неудача, но не тут-то было. Это Якутия!

Опер ударил по плечу задержанного эвенка.

– Что же ты молчишь, друг? Или я должен все за тебя рассказывать?

– Чего мясу пропадать… – вяло промямлил эвенк фразу, которую ему, наверное, пришлось повторять уже много-много раз до этого.

И тут до Реброва дошло, что за мясо лежало в мешках, которое привезли олени. Его внутренности хотели вывернуться наизнанку. Василий Иванович сделал нечеловеческое усилие чтобы сдержать себя и не залить окружающих съеденным обедом. Взглянул на стоящего рядом Хромова, но тому было все равно. Никаких эмоций.

– Так вот, – продолжал опер, – наши товарищи собрали тела, сняли с костей мясо и спокойно отправились домой с добычей, а кости прикопали неподалеку. Сейчас криминалисты со следователем занимаются извлечением останков, а уже в лаборатории будут составлять из них пазл. Где человек, а где собака.

– Чего мясу то попадать… – снова повторил задержанный эвенк и тут Реброва прорвало. Он еле успел забежать за угол штабной палатки, где его благополучно вырвало на кусты голубики.

Первичные необходимые мероприятия на объекте были выполнены. Тела погибших людей обнаружены, правда причину их смерти установить вряд ли представится возможным в виду сложившихся обстоятельств. Территория падения небесного тела оцеплена. В ближайшее время должны были подвести необходимые материалы для восстановления ограждения, но это уже парафия Блохина. Оставалось только найти тех людей, которые сотворили здесь массовую бойню.

– Для их преследования солдат надо не менее взвода, – высказал свое мнение Хромов на совещании оперативного штаба. – Это же настоящие отморозки и у нас нет информации ни о их численности, ни вооружении.

Присутствующие были с ним согласны.

– У нас есть новый проводник с собакой. Сильных осадков в ближайшие дни не ожидается так что, думаю, нашей группе удастся быстро их нагнать. И главное, без силовой поддержки в контакт с преступниками не вступать. Мы не знаем кто они такие и чего от них ожидать. Постоянно поддерживаем связь по спутниковому телефону.

Спустя два часа группа преследования растворилась в лесу.

Бабай весь день не отвечал на звонки. Гудки шли, но трубку никто не поднимал. Это было не похоже на шефа и Горелый решил заехать к нему домой. Горелый был старым другом и правой рукой Бабая. На этих правах у него в бардачке всегда лежал свой ключ от автоматических ворот дома, в котором жил шеф. Не выходя из машины он с пульта открыл их и заехал во двор. Остановив лексус прямо перед входной дверью Горелый хотел постучать, но увидел, что она не заперта. Рука сразу инстинктивно потянулась к спрятанному за пояс пистолету.

Хозяина дома Горелый обнаружил в гостиной. Бабай сидел в кресле уставившись невидящим взглядом в стену. Его суровое, жесткое лицо, сплошь испещренное морщинами, было бледным как мел.

– Саня, – осторожно позвал шефа Горелый и тот вздрогнул, выйдя из забытья.

– А, это ты, Димон, – узнал он старого друга, – не услышал, как ты вошел. Выпьешь?

Горелый отказался. Бабай с трудом поднявшись из кресла и прихрамывая на левую ногу подошел к бару, налил себе пол стакана водки и опрокинул в себя залпом даже не поморщившись.

– Что случилось? – выждав паузу спросил Горелый.

Он не мог припомнить случая, когда видел Бабая, влиятельного нерюнгринского авторитета, в таком плачевном состоянии. Сколько им пришлось вместе пережить в лихие девяностые и ни разу тот не терял бодрости духа. Может это уже возраст дает о себе знать.

– Женю убили, – с трудом выдавил из себя Бабай.

От этой новости у Горелого подкосились ноги, и он сел на стоящий поблизости стул. Женя, сын Бабая, был его крестником. Хороший, веселый парень, немного заносчивый и дерзкий, но этого и следовало ожидать, учитывая кем был его отец. Бабай старался быть строгим с сыном, но это у него совсем не получалось. Он всегда баловал его и закрывал глаза на постоянные проступки, которые зачастую были далеко не безобидными.

Особенно Женя распоясался в последнее время после того как его сестра, дочь Бабая, выйдя замуж уехала в Америку. Почувствовав на себе всю концентрацию родительской любви, он начал приносить все больше и больше проблем постоянно заставляя отца вытаскивать себя из очередных неприятностей.

Бабай налил еще пол стакана водки. Выпил одним большим глотком и обессиленно свалился в кресло схватившись за голову.

– Ты представляешь, его разорвали на куски, а потом срезали с них все мясо. Что я буду хоронить в гробу? Кости?

Горелый судорожно сглотнул слюну воочию представив себе картину, нарисованную шефом. Он открыл бар и из горла опустошил початую бутылку водки до самого дна. Этого не может быть!

– Мне звонил Лис и сказал, что моего сына нет в живых, – Бабай немного пришел в себя, чтобы рассказать по существу, что же произошло. – Женя катался с друзьями на лодке по реке. Где-то там они познакомились с какими-то людьми и вместе заночевали. Утром проснулись, а эти люди их обчистили до нитки и сбежали. Жене удалось их догнать, но те нелюди убили его и его друзей. Причем не просто убили, а еще расчленили тела. Женю удалось опознать только по личным вещам да по ружью, что я ему подарил на день рождения. Помнишь, то которое с оленями на прикладе?

– Ты думаешь это наезд? – спросил Горелый первое что пришло ему в голову. – Алданская братва окрепла и давно уже заглядывается на нашу территорию.

– Таким образом, нет. Сейчас не те времена, чтобы творить такую дикость, – категорично ответил Бабай. – Они не могли так поступить. Это какие-то залетные беспредельщики потерявшие рамсы, и мы это так просто не оставим. Ты понял меня? Я найду и сделаю с ними то же, что они сделали с моим сыном, а потом вырежу все их семя под ноготь!

В голосе шефа Горелый почувствовал знакомые металлические нотки. Они навели его на давние воспоминания, когда они вдвоем в девяносто третьем году вошли в бар «Казанова» и расстреляли из автоматов всех присутствующих. Вот кровищи та было!

– Саня, ты знаешь, я всегда с тобой до самого конца, – Горелый поднял сжатый кулак в знак солидарности, – Брат, говори, что делать, и мы здесь всех порвем!

– Обзвони братву и будьте наготове. За этими сволочами уже началась охота. Даже фсбэшная команда из Москвы прилетела их искать, но мы достанем их раньше. Как только будет понятно где спрятались эти крысы Лис мне позвонит и у нас будет несколько часов в запасе, чтобы накрыть их первыми. А там никакой пощады!

Глава 3.

Горе путешественники уже третьи сутки блуждали по тайге, и все никак не могли выйти к людям. Пасмурная погода не давала возможности понять где восходит и заходит солнце. Горин окончательно запутался. У него никак не получалось точно определить расположение сторон света. Приходилось идти наугад. В итоге у Алексея сложилось впечатление, что они ходят по кругу. Тут Горин вспомнил, что в детстве в школе учили тому, что можно в лесу ориентироваться по растущему на деревьях мху. Вроде бы как он растет на той стороне дерева, что расположена с северной стороны. Однако на практике этот совет ему не помог. Начав обращать внимание на расположение мха на деревьях Горин понял, что тот растет как ему вздумается и использовать его в качестве ориентира невозможно.

Измотанные пешими переходами и голодом люди с каждым днем становились слабее и, естественно, расстояние за день проходили все меньше и меньше. Глядя на своих утомленных, еле передвигающих ноги спутников Горину становилось стыдно, ведь сам он себя чувствовал прекрасно и не ощущал ни усталости, ни голода. Ясность мысли, поразительная четкость восприятия, невообразимая мышечная сила и гибкость все это умещалось в нем. В нем одном. Однако сопровождавшие его путники явно не могли похвастаться таким высоким тонусом, разве что кроме вездесущего Шерлока как всегда не знающего покоя.

Если бы не этот чудо-пес пришлось бы совсем туго. В Шерлоке с недавних пор вдруг проснулся инстинкт охотника, который дремал в нем с рождения. Возможно причиной этому послужил такой долгий контакт с первозданной природой.

С раннего детства Шерлок рос собакой, которая комфортно чувствовала себя в кругу семьи и при этом дарила всем домашним свою любовь. Пес любил контактные игры главное, чтобы ему в них при этом уделялось внимание. Бывало, что во время прогулки Шерлок надолго пропадал в лесу увлекшись погоней за вороной или пытаясь выскрести из норы спрятавшуюся туда мышь. После таких своих приключений он возвращался домой уставший, с перепачканными землей лапами и грязным носом, но удовлетворенный проделанной работой.

Теперь же в тайге в нем по-настоящему проявился интерес охотника. Надолго исчезая в лесу, он почти всегда возвращался с добычей. В основном это были бурундуки, которые из-за своего природного любопытства слишком близко подходили к сидящей в засаде собаке, но пару раз Шерлоку удалось вернуться с куропатками в зубах. А апогеем его охотничьих достижений стала полузадушенная капалуха, самка глухаря, которую он приволок к месту стоянки уставших путешественников. Только благодаря собаке группе удавалось хоть как-то питаться, потому что свои припасы у них уже давно закончились.

После недавних событий между беглецами словно кошка пробежала. За то время, что прошло со дня расправы над Джемом и его друзьями, с Алексеем никто толком не разговаривал. Если он что-то спрашивал, то в ответ слышал только односложные, да и нет в ответ.

Марина, жена Горина, старалась не сталкиваться с мужем взглядом и поспешно отворачивала глаза в сторону, когда Алексей к ней обращался. Света вцепилась в свою дочь как в спасательный круг и ни на шаг ее от себя не отпускала боясь, что Горин может причинить ей вред. Настя на удивление вела себя спокойно и рассудительно не смотря на то что с ними всеми произошло за последнее время. Саша, сын Горина, который не на шутку повзрослел за те несколько дней, что они провели в тайге, соблюдал молчаливый нейтралитет.

Так Алексей стал отверженным в кругу своих родственников и друзей. По ночам он сидел у костра не решаясь зайти в палатку, в которой спали его жена и сын. Часами на пролет Горин размышлял о своей жизни и о том, что с ним произошло. Спать ему особо не хотелось, а компанию в ночных посиделках всегда составляла любимая собака, не отстающая от хозяина ни на шаг.

Горин понимал их страх. Он стал другим. А может он им и был, просто его настоящая сущность спала глубоким сном до недавних пор. Алексей не мог вспомнить, когда и как это произошло, но Ярость внутри стала ему подконтрольной без всяких медитаций и визуализаций, без бутонов и цветков, навязанных ему врачами.

Воспоминания перенесли его назад, когда он во весь рост стоял перед пещерой в холме понимая, что им конец. Бежать было некуда. Их догнали. Перед ногами лежали две разорванных в клочья собаки, но Горин не обратил на них никакого внимания так как его голова была занята другим. Как спастись?

Дальше все происходило как в замедленном кино. Из леса выбежал сначала Джем с перевязанной головой. Обмотанный вокруг его лба бинт был черно-красного цвета от впитавшейся в него крови и грязи вперемешку с потом. А затем спустя минуту один за другим за ним выскочили еще двое – Вован и Дрюня. Вроде бы так их звали.

Джем, увидев стоящих возле холма растерянных людей, скинул висящее на плече ружье и направил его в их сторону.

– Ну что, добегались! Сейчас я буду вас убивать!

Где-то в глубине своего сознания Алексей отметил примитивность этой заезженной киношной фразы. Ярость внутри зашевелилась, напоминая о своем присутствии.

– Я вас тут всех похороню! – истекая слюной орал Джем быстро приближаясь.

Горин увидел, что Вован и Дрюня тоже привели в готовность свои ружья. Это не оставляло ему выбора. Молниеносное движение вперед, чтобы сократить дистанцию, чудовищной силы удар наотмашь и голова Джема с удивленным выражением лица повисла на одних сухожилиях, едва не оторвавшись от туловища. Не дав полуобезглавленному телу коснуться земли Алексей на ходу подхватил его за руку и с нечеловеческой силой раскрутив запустил в замерших на месте Вована с Дрюней. Все это напоминала собой игру в какие-то чудовищные городки, где Джем выполнял роль биты выбивающей собой стоящие перед ним живые чурки. Голова Джема, не выдержав такого кульбита все-таки оторвалась от шеи укатившись в кусты. Короткая расправа с разлетевшимися в стороны противниками и все. Дело сделано.

– О, боже!

Горин услышал позади себя истерический женский крик. Это была Марина. Она стояла неподалеку с пепельно-бледным лицом и ее трясло как в лихорадке.

– Дорогая, – Алексей сделал несколько шагов в сторону жены, чтобы попытаться успокоить, но только привел ее этим в ужас.

Она завизжала, закрыла лицо руками и бросилась в лес куда глаза глядят. Горин посмотрел на Свету, Настю, Сашу. Они в ужасе попятились от него как от прокаженного.

Алексей поднял руки вверх, демонстрируя всем своим видом добрые намерения.

– Друзья, – попытался он обратиться к оставшимся спутникам, но это не возымело действия, и они следом за Мариной скрылись в лесу. Только Шерлок жалобно заскулил, преданно глядя в глаза хозяину. Горину понадобилось приложить неимоверные усилия чтобы до темноты собрать рассеявшуюся по тайге компанию.

После произошедшего Алексей несколько раз пытался начать разговор, объясниться, но натыкался на глухую стену молчания. Диалог не получался. Такое положение вещей не могло долго продолжаться, необходимо было расставить все точки над «i», чтобы убрать существующее напряжение среди друзей. И это надо было сделать как можно быстрее так как эхо недавних событий тяжелым грузом давило на каждого.

Очередной трудный день подходил к концу. Можно было сделать еще один небольшой переход и затем снова становиться лагерем на ночлег.

– Может передохнем? – предложил Горин и каждый сел там, где услышал долгожданное предложение об отдыхе. – Думаю, наконец, пришло время обсудить то, что произошло.

Услышав последние слова напуганная Света грудью закрыла собой дочь словно курица, защищающая своего цыплёнка.

– Мама, перестань, – недовольно воскликнула Настя, выйдя из-под материнской защиты – все в порядке.

Все сидели на своих местах с опаской смотря на Горина. Надо было что-то сказать им, чтобы оправдать свои действия и вернуть себе былое доверие.

– Вы понимаете, что я спасал ваши жизни? – медленно переводя взгляд от одного к другому он посмотрел в глаза каждому сидящему перед ним человеку. – Если бы не я, то сейчас там бы лежали ваши трупы, а не этих…

Свету снова придавили позывы рвоты, но голодному желудку нечего было предложить кроме желудочного сока.

– Я сделал то, что должен был. Пусть не совсем обычно, но что ж.

– Все нормально, дядя Леша, – вдруг неожиданно подала голос Настя, – мы все понимаем. Ведь верно?

Вопрос адресовался окружающим. Никто не проронил ни слова и это было знаком общего молчаливого согласия. Шаткий мир был восстановлен и можно было двигаться дальше. Судя по короткому проблеску солнца, появившемуся в просвете между хмурых туч, снова затянувших небосвод, надо было идти на юго-запад, чтобы выйти к федеральной трассе или в лучшем случае в район Нерюнгри.

Горину все не давал покоя один вопрос. Дождавшись, когда Саша немного отстал от остальной группы завязывая шнурки на ботинках он прихватил его за локоть и тихо спросил:

– А собак то, кто разорвал?

– Это Шерлок.

После того как группа преследования скрылась в лесу Ребров не находил себе места. Постоянное чувство того, что он что-то пропустил, не заметил, висело над ним постоянно.

Почему генерал Дюжев послал сюда именно его? Понятно, что преступление резонансное, все-таки массовое убийство с расчленением тел, но это не повод присылать человека из Москвы, можно было вполне обойтись местными специалистами. Неужели действительно все дело в этом космическом камне? Он несет в себе какую-то угрозу? Значит Дюжев, обладая большей информацией, ожидал от Реброва другого результата чем просто раскрытие преступления. Какого же?

Василий Иванович в очередной раз открыл переданное ему в урезанном варианте дело объекта 180878 и сразу же снова уткнулся в кособокий протокол допроса Байбала Иванова, первым обнаружившим объект. На ум пришли недавние слова Блохина о том, что неплохо было бы пообщаться с этим человеком, посмотреть, что с ним стало спустя столько лет. Может быть он сможет помочь заполнить белые пятна возникшие в ходе расследования.

– Антон Игоревич, – Ребров позвал Хромова с которым ему на удивление быстро удалось найти общий язык, – мне нужна ваша помощь.

Это был первый раз за все время командировки, когда Василий Иванович обратился с просьбой к своему как бы напарнику. Доверия между ними как не было, так и не стало. Хромов выслушал его и сразу же дернул болтающегося без дела местного фсбэшника Лисовицкого.

– Нам нужно найти этого человека, – без лишних слов он показал копию протокола, – Байбала Иванова.

– Вы в своем уме? – того чуть удар не хватил. – Знаете сколько Ивановых в Якутии? Тысяч сто, не меньше! Попы, когда еще в восемнадцатом или девятнадцатом веке начали крестить местных жителей, сильно не заморачивались и давали всем однотипные фамилии: Иванов, Петров, Николаев, Сидоров. Имя, кстати, тоже распространенное в этих краях – Байбал. Отчества нет. Даты рождения тоже нет. Вообще толком ничего нет. Представьте себе сколько статистика таких Байбалов Ивановых накопает? Нам понадобятся месяцы, чтобы перелопатить всех и найти нужного нам человека.

Вот тут Ребров не пожалел, что их с Хромовых вместе направили в командировку. Все-таки дар сложно устоять перед его пронизывающим взглядом, да и особые полномочия кое-что решают. Московский фсбэшник положил местному руку на плечо и отведя в сторону быстро решил вопрос.

– Дайте мне пару часов и первичные списки скинут на электронку, – сказал раздраженный Лисовицкий, – а там ищите среди них кого хотите.

Спустя два часа из Якутска пришли списки, и Ребров вынужден был признать, что Лисовицкий оказался прав. Байбалов Ивановых в Якутии нашли аж двести семьдесят пять человек.

– Берите любого, – нерюнгринский фсбэшник демонстративно кинул распечатанные листы на стол.

Василий Иванович бегло посмотрел распечатанные страницы в которых были указаны краткие паспортные данные всевозможных Байбалов Ивановых и без тени сомнения ткнул пальцем в одну из фамилий.

– Это он.

– Вы уверены? – Хромов удивленно вскинул брови.

– Абсолютно, – категорично ответил Ребров.

– Зарегистрирован в городе Томмот Алданского района, – с кислой миной прочитал Лисовицкий. – Но это еще не факт, что этот человек сейчас там находится. Его там может и не быть. Я сейчас созвонюсь с Алданским отделом полиции и все выясню через участкового обслуживающего эту территорию.

Для Лисовицкого все это были детские игры заносчивых столичных проверяющих, которые хотят показать свою значимость перед местным провинциалом. Была бы его воля он послал бы их всех куда подальше со своими поручениями.

На выяснение вопроса живет ли в городе Томмот Байбал Иванов понадобилось гораздо больше времени чем планировалось потому что изначально такового там не оказалось. Алданские полицейские зная для кого была необходима эта информация не стали спешить с ответом, а проявив инициативу быстро провели розыскные мероприятия и нашли нужного человека. Оказалось, что разыскиваемый всеми Байбал Иванов уже больше десяти лет жил в селе Ыллымах неподалеку от Томмота.

– Далеко этот Ыллымах отсюда? – поинтересовался Ребров у Лисовицкого.

– Больше трехсот километров. По местным дорогам день пути на машине.

– У нас нет столько времени. Группа преследования может догнать преступников в любой момент и тогда мы должны быть на месте для координации действий, – покачал головой Василий Иванович. – Нам нужен вертолет.

– Что?! – воскликнул Лисовицкого. – Вертолет?!

Ребров многозначительно посмотрел на Хромова и тот понял его без слов. Он снова по-приятельски положил руку на плечо кипящего словно раскаленный чайник Лисовицкого и отвел его в сторону. Через пятнадцать минут вопрос с вертолетом был решен, и солдаты с помощью бульдозера принялись расчищать площадку для его приземления.

– Ну и навели вы шороху, Василий Иванович, – Хромов улыбался, что для него было чрезвычайной редкостью, – подавайте ему вертолет. Вы хотя бы уверены, что этот Байбал Иванов тот самый?

– Уверен, – Ребров в этом ничуть не сомневался.

– Тогда может поделитесь со мной своими мыслями, которые привели вас к такому решению? Все-таки я для вас заварил приличную кашу, а вы держите меня в неведении.

– С удовольствием, – ответил Ребров, – тут скрывать нечего. Вы же видели тот протокол допроса Байбала Иванова. Корявая работа, не правда ли? Толком нет никаких личных данных, места работы и так далее. Явная безалаберность со стороны участкового опрашивавшего Иванова. К тому же я думаю, что в добавок ко всему он был пьян, когда составлял этот документ и старался побыстрее отделаться от этой формальности. Но потом я задумался, что могло привести к такой явной халатности со стороны милиционера. Вывод напрашивался сам собой. Просто он опрашивал ребенка, поэтому не посчитал нужным включать в протокол дополнительные данные.

– Хорошо, пусть так, – согласился с Ребровым Хромов, – допустим Байбал Иванов был тогда ребенком. Но как вам удалось из почти трехсот человек с таким же именем и фамилией найти именно его?

– В этом мне помог Ершов, бывший руководитель проекта по изучению объекта 180878. Как говорит Блохин, это был человек с неординарным чувством юмора. Вы знаете, что это он присвоил нашему метеориту такой своеобразный номер? Как думаете, что означают эти цифры?

– Да все что угодно, – развел руками Хромов, – от чисел в его номере телефона до дня рождения любимой собаки.

– Верно, – услышав такой ответ Василий Иванович не удержался и хлопнул в ладоши, – вы практически попали в точку. Да, эти цифры напоминают какую-то дату и почему бы не день рождения.

Ребров достал из папки список двухсот семидесяти пяти байбалов ивановых проживающих в Якутии.

– Взгляните на дату рождения нашего Байбала, – торжествующе произнес Василий Иванович.

– Восемнадцатое августа тысяча девятьсот семьдесят восьмого года, – прочитал Хромов.

– Именно, то есть 18.08.78, как часто указывают у нас в анкетах. Значит на момент, когда упал объект этому парню было двенадцать лет, что еще раз подтверждает мои догадки. Думаю, Ершов так своеобразно назвал объект в честь человека, который первым его обнаружил, спрятав в наборе цифр день его рождения.

– Если ваши рассуждения верны, то этот Байбал и есть тот самый человек, который первым нашел наш метеорит, – согласился Хромов. – Но я не могу понять, зачем он нам нужен? Чем спустя тридцать с лишним лет он нам сможет помочь.

– Может поможет, а может и нет, – ответил Ребров, – но мы должны провести всеобъемлющее расследование, чтобы не оставить в деле белых пятен. Тем более что для этого у нас есть достаточное количество сил и средств.

Вдали послышался мощный рокот двигателя. Это приближался идущий на посадку вертолет.

В Томмот полетели Ребров и Хромов вдвоем. Лисовицкий категорически отказался их сопровождать, сославшись на необходимость присутствия в лагере. В любой момент группа преследования могла догнать скрывающихся преступников и тогда надо будет заниматься вопросами координации действий по их задержанию. Логично.

Василий Иванович впервые в жизни летел на вертолете и полет его не впечатлил. Быстро, но очень шумно. Как сказал пилот, его кормилице лет больше чем кажется. Ребров припоминал, что вертолеты МИ-2 выпускали в шестидесятых годах прошлого века. Действительно, сколько же лет этой машине.

На месте приземления уже ждал взволнованный участковый уполномоченный полиции готовый отвезти московских гостей куда надо. С трудом втискиваясь в его японскую малолитражку с правым рулем Ребров поинтересовался что ему известно о Байбале Иванове.

– О, это уважаемый человек в нашем районе. Сильный шаман. К нему люди отовсюду едут за помощью.

– Шаман? – такого поворота Василий Иванович не ожидал.

– Да, уважаемый человек, – повторился участковый, активно кивая головой, -многих людей вылечил. Никому не отказал. Всем помогает.

Ребров не заметил, как доехали до села Ыллымах. Полицейский оказался любителем быстрой езды. Старые покосившиеся дома Ыллымаха приводили в уныние. Многие участки были заброшены. Село явно угасало, причем делало это семимильными шагами.

Малолитражка участкового подъехала к нужному дому со старым покосившимся забором из прогнившего штакетника. К удивлению Реброва и Хромова возле дома стояли два черных гелендвагена с номерами Евросоюза.

– Это к шаману немцы приехали лечиться, – непринужденно пояснил участковый давая понять, что такая картина местным жителям была не в новинку.

Он открыл калитку приглашая гостей войти во двор и сразу же шепотом предупредил:

– Шаман сейчас камлать будет. Его нельзя отвлекать. Он будет разговаривать с духами. Надо подождать пока закончит.

Напуганное лицо участкового выдавало все его терзания. Он боялся столичных гостей, но местного шамана боялся еще больше.

– Все в порядке, – успокоил его Ребров, – мы подождем.

Растущие вдоль забора кусты скрывали от посторонних глаз внутреннюю часть двора, но стоило пройти чуть дальше и открывалась полная картина происходящего. На небольшой площадке перед домом разворачивалось целое представление, завораживающее своей аутентичностью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.